|
||
|
Безусловно, на это должны быть исключительные причины. Первая из них : в 1996-97-м годах, когда я перепечатывал свои ранние стихи на компьютере (они известны сегодня именно по тому варианту), это было не лучшее время для погружения в стихию муз; ту редакцию я считаю неудачной. В настоящей редакции я восстановил самые первые варианты, квинтэссенции которых в тот период драматических событий и неустроенности я мог элементарно не ухватить. Вторая : закинув невод в океан собственной поэзии, я на сей раз использовал гораздо более мелкую сеть. То есть - исключил значительное число прежде присутствовавших в подобных собраниях стихотворений. Третья : я представляю на сей раз свои ранние стихи не в форме избранного, а в виде оригинальных (пусть не полных) сборников-книг, с сохранением драматургической (композиционной) последовательности. Четвертая, и главная: я до сих пор верю в то, что моя ранняя поэзия - явление исключительное, если не по цельности и общему художественному значению, то, по крайней мере, по формальным находкам, местному колориту и другим достоинствам. Конечно, оценивая свое собственное творчество, легко впасть в нелепое заблуждение. Поэтому я - безусловно - рискую. Возможно, что мои ранние стихи не так уж плохи. Возможно, не так уж хороши для всеобщего обожания. Возможно, хороши для снобов, но слишком закручены для маргиналов или рядовых читателей - или наоборот. А я вот решил-таки рискнуть. Для меня, почти не открывавшего этих ранних тетрадей с 1997-го года, именно черновые образцы некоторых стихотворений стали откровением. Кто знает? Может быть, для кого-то, кто наткнется на них, это впечатление повториться? Ведь судьбы поэзии неисповедимы. Ваш,
|
|