Гуркало Татьяна Николаевна: другие произведения.

Выбирай. Иди...

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 10.00*8  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Здесь когда-то будет целая книга. (Я в это верю) Некоторых людей поиски себя ни к чему хорошему не приводят. Чем больше образов они примеряют, тем больше запутываются и с каждым разом убеждаются, что они опять сделали что-то не то. Ведь должна же быть причина, из-за которой какие-то боги им вечно мстят. Или причина не в богах, а в их умении вживаться в роль? Так называемая ННФ (не научная фантастика) Мир тот же что в "Разных точках зрения", герои пока другие, возможно пересекутся со знакомыми. ГГ видящий в процессе обучения.
  Выбирай. Иди.
  
  ЧАСТЬ 1
  Когда кажется, что выбора нет.
  
  
  Введение.
  
  Корабли были прекрасны. Совершенны. Мечта, а не корабли. Их не портило даже то количество оружия, которое они направили на неуклюжую скорлупку не вовремя покинувшей изнанку мира КУ-32.
  - Что будем делать? - недоуменно спросил Алекс Фрай.
  Тэдэр его понимал. Для полного и окончательного уничтожения списанной пассажирской яхты хватило бы и одного такого корабля, а тут целое построение. Яхта не стоила такой чести. У нее даже имени не было.
  - Сдаваться, - решил Тэдэр.
  Решение было единственно верным. Сбежать не получится, слишком уж разный класс у корабликов. Повоевать тем более. Присутствие ни в чем неповинных девушек на борту почти наверняка гарантировало, что разрушать кораблик до состояния ни на что не годного хлама не будут в любом случае. Но зачем сопротивляться неизбежному? Плюс-минус несколько минут ничего не решают. Пойманных работорговцев ангелы не упустят. Жителей Крылатого Королевства среди девиц нет, так что убивать этих работорговцев на месте не станут. А дальше как повезет. Кто бы что не говорил, расстреливают работорговцев, в отличии от пиратов замеченных во множестве убийств, достаточно редко. Чаще посылают на общественно полезные работы, вроде раскопок, освоения планет и помощи сельхозработникам. Реже выдают кому-то недовольному их деятельностью. А там суды, адвокаты, законы. Доказать именно работорговлю очень сложно, а жители Крылатого Королевства, тем более если они военные, быть на этих судах свидетелями традиционно отказываются. Сами же девицы... Половина не захочет сознаваться в собственной глупости, другая половина попросту испугается, а самым несговорчивым можно будет заплатить. К деньгам они явно неравнодушны.
  - Ладно, - не стал спорить Алекс. О статистике расстрелов он тоже знал и кому-то полезной работы не боялся. - Пойду, сообщу, что мы сдаемся.
  - Иди.
  Тэдэру хотелось ругаться. Потому, что в отличие от флегматичного Алекса он умел думать. И додумался до того, что некто Серый Ферзь не мог не приложить свою руку к делу появления в необитаемом секторе такого количества кораблей. Исключительно во благо своему любимому ученику. Нечто вроде знаменитого пинка под зад. Тебе здесь не место, мальчик. Уйди по-хорошему, иначе я тебя уйду по-плохому. Ах тебе некуда? Ничего, я тебе подыщу подходящее место, там быстро из тебя дурь выбьют, раз ты на уговоры не поддаешься.
  Ох не зря лететь пришлось на яхте доведенной предыдущими владельцами до такого состояния, что и выбросить не жалко. Еще и дамочки как на подбор не шибко ценный товар. И маршрут несколько необычен. Патрули видите ли стали слишком часто встречаться на привычных маршрутах, покупатели боятся.
  - Сссволочь, - душевно прошипел Тэдэр. На душе полегчало. Безрадостные перспективы обрели некоторую логику.
  Возможно это не самый плохой способ оказаться в Крылатом Королевстве. Был способ и похуже. Похуже с точки зрения Тэдэра. Не любил он навязываться. Особенно людям, которые ему будут очень не рады. Особенно родственникам. А так, несколько лет тяжелой физической работы и можно проситься на постоянное место жительства. Ангелы верят в перевоспитание. Наверное потому, что видят людей насквозь и обмануть их в этом деле не получится. А Тэдэру обманывать не придется. На самом деле он даже не работорговец. Просто согласился оказать услугу учителю, чтоб ему пусто было. Обратное вряд ли кто-то сможет доказать, разве что пассивное соучастие вменять можно без нарушения их драгоценого закона о живущих.
  Корабли на экране поманеврировали, перестроились и выпустили из своих рядов нечто тонкое, длинное, похожее на кусок трубы. Переходник наверное, неведомой системы. У ангелов этих неведомых систем больше, чем у остального человечества вместе взятого. Списанные яхты им ни к чему. Поэтому они перегрузят идиоток возжелавших легкой и прибыльной работы на свои кораблики, затолкают экипаж яхты в количестве двух человек в какое-то не слишком приятное место и превратят яхту в симпатичный кубик для удобства транспортировки к ближайшему комплексу по переработке металлолома. Не самая плохая судьба для яхты. Большинство КУ-32 заканчивают свое существование в результате неудачного перехода и найти их в таком случае не представляется возможным. Большинство работорговцев разделяет их судьбу. Нервная работа. Не сильно прибыльная, если ты обычный перевозчик, а не куратор и не продавец. Тэдэр никогда не понимал, что заставляет людей ею заниматься. Возможно лень и нежелание учиться чему-то полезному.
  
  
  Основной текст.
  
   Правда, хорошо когда тебя ждут?
   (Последняя фантазия 7. Дети пришествия.)
  
  
   Все лгут.
   (Доктор Хаус)
  
  
  Сны и реальность
  
  Номер один
  
  Возможно все было совсем не так. Но сон повторялся раз за разом. Словно пытался не дать забыть, за что нужно быть благодарным старому работорговцу, очень умному человеку, по совместительству мерзкому старику порочащему высокое звание носителя разума.
  Человек, замотанный в серый кусок ткани, торопливо шел по неосвещенной улице. Да и зачем ее освещать? Ничего кроме складов на этой улице не было, а нормальные люди среди ночи мимо складов не прогуливаются. У человека была цель. Или проклятье. Он почувствовал боль, чужую, слабую, на грани жизни. И как всегда в таких случаях, не смог пройти мимо. Потому, что чужую боль он мог чувствовать только при одном условии. У того, кому больно, среди предков был Ахди, авантюрист, любитель красивых женщин, проклятый, живший пол тысячелетия назад. Один из предков человека в сером.
  Проблема была в том, что Ахди любил женщин вовсе не платонически и потомков наплодил по всему сектору людей. Потомки потомков имели дурную привычку появляться в самый неподходящий момент, в самом непотребном состоянии. Наверное сказывалась наследственность. Некоторых человеку в сером пришлось добить из человеколюбия. Некоторых он с чистой совестью сдал местным стражам закона. Очень немногих довез до больницы. И единицы удостоились близкого знакомства.
  На этот раз чужая боль привела его к мальчишке. Вид такой, что возраст определить затруднительно, но человек в сером знал, что мальчику едва исполнилось семнадцать лет, потому, что не раз видел его лицо. Узнаваемое даже в таком виде. Когда-то человек в сером очень на него был похож, потом внешность пришлось кардинально изменить.
  Мальчик знаменитость. Лучший сочинитель песен этого года. Тэдэр Бранко, пропавший два дня назад.
  Били сочинителя песен долго и вдумчиво. За что били понятно. Не зря же второго сочинителя из той же группы вернули предварительно избавив его голову от личности. Связался идиот с местной аристократочкой, а второй идиот решил сообщить об этом любящему родителю аристократочки. В результате, первый умирает в яме с водой, чудом не утопившись при попадании в нее. Второй превратился в овощ и весело выдувает пузыри из слюней. Есть правда шансы, что по прошествии некоторого времени он опять превратится в личность, совсем не ту, которой был до решения наябедничать на более талантливого коллегу, но это вряд ли, состарится быстрее. Мозг перепахали безжалостно, не пытаясь уменьшить вред от воздействия.
  Какая нелегкая надоумила Серого Ферзя лично заняться спасением полутрупа, не знал никто, в том числе и сам спасатель. Словно долг кому-то пытался отдать. Но ведь спас, вывез с планеты, подлечил и даже занялся вколачиванием в продуваемую всеми ветрами голову необходимых для выживания истин. Обучение проходило увлекательно, с попеременным успехом и закончилось в тот момент, когда Тэдэр вспомнил чей он сын и решил заняться спасением ненужной ему семьи отца и местью за давно мертвую маму. Мстить ему хотелось больше, чем спасать, но раз уж так совпало, почему бы не совместить приятное с не очень приятным? Отомстил, идиот, самому вспоминать не хочется. Влез в жизни ни в чем не повинных людей. Позволил одним натравить безликое общественное мнение на других. Глупость несусветная. Наверное, именно в тот момент Серый Ферзь понял, что ничего от Тэдэра не добьется и решил позволить ему учиться на собственных ошибках. Правда под присмотром людей, которые даже не подозревали о своей миссии, хотя присматривали просто отлично. Они уж точно не позволят ему свернуть шею в процессе.
  Не зря у Тедера давненько появились подозрения, что эта сволочь, его любимый и местами дорогой учитель, работает на Крылатое Королевство. Слишком уж часто его конкуренты попадались то фуриям с их нестандартным подходом к проблеме работорговли, то патрулям, больше похожим на часть армии, чем часть соединений стражей порядка, замашки у них были соответствующие. Крылатому Королевству на самом деле плевать на остальное человечество, что они и не скрывают в отличие от центральных миров. Зато за своих граждан, в отличие от тех же цивилизованных центров человеческой культуры, они кого угодно в фарш превратят. Последствия их волнуют мало. Если кто-то настолько глуп, чтобы не внять предупреждениям, мозгов на то, чтобы навредить у него точно не хватит. А если и хватит, любой вред компенсировать гораздо легче, чем потерю людей и последующие за этим сомнения в компетентности защитников и правовиков.
  Воевать с ангелами рискнет только сумасшедший, пытались уже. Дважды фурии за пару часов разбивали в пух и прах армию противника не успевшую пересечь границу Крылатого Королевства. На убытки, как свои, так и чужие им было плевать, репутация в глазах собственных граждан важнее. Несколько раз на планеты готовящиеся к священной войне с прибежищем мутантов высаживался десант. Нахально высаживался, прямо на дома политиков и военных в высоких чинах. После этого все, кто лишившись любимого чада расстрелянного за то, что "случайно" убил какое-то ничтожество из Королевства, пытались призвать граждан к священной войне, загадочным образом исчезали. Как этот с шумом приземлившийся десант умудряется бесшумно исчезнуть, понять до сих пор никто не смог. На разнообразные эмбарго и репутацию кровожадных чудовищ, правители Крылатого Королевства плюют с вершины священной горы. У них получается неплохо торговать с не людьми, а контрабанда вообще не считается преступлением. В общем, не самое плохое место.
  
  
  Тэдэр лежал глядя в зеленый потолок и медленно отходил от сна. Сон мог и не быть правдой, не в деталях. В деталях он врал. Он точно повторял то, что рассказывал когда-то учитель. Тэдэр знал больше, потому, что имел глупость послать о себе запрос в архив корабельного хирурга.
  То, что Серый Ферзь нашел в яме человеком было назвать сложно. Кусок мяса, по которому долго, со всей дури, колотили молотком. Да и нашел он его не спустя два дня, а в первую ночь после исчезновения. Два дня хирургу понадобилось чтобы вернуть Тэдэра в мир живых. Но важно не это. По голове его не били. Наверное надеялись, что благодаря этому он все осознает и сам себя проклянет за покушение на чью-то там честь. И провалы в памяти возникли не из-за боли. Тэдэр специально уточнял.
  На момент тестирования общего состояния организма превращенного в отбивную, он был накачан наркотиками по самую маковку. Это притом, что наркотики его никогда не привлекали и в день своего исчезновения исключений он не делал. О том, что аристократки неприкосновенны Тэдэр прекрасно знал, общался только со знакомыми девушками, чтобы по ошибке не познакомиться с одной из них. Пил, вопреки своей привычке, он мало, опять же во избежание неприятностей. Объяснение напрашивалось само. Анжел не просто ябеда. Он приложил максимум усилий, чтобы было что рассказать папаше девушки. Друг. Единственный и неповторимый.
  Зря он не верил Снежной Королеве, считал, что она пытается рассорить его с Анжелом. Переругался со всеми, с кем только мог. Был уверен, что лучше всех разбирается в людях. Дураком был, каких мало. Попался на примитивную лесть, грубую и однообразную. Гений, король сцены, мечта всех девушек. Стыдно и тошно.
  Цвет потолка вгонял в тоску. Тэдэр подозревал, что именно для этого его и выкрасили в такой оттенок зеленого, чтобы ни у кого не возникало желания полежать глядя в потолок и помечтать. Но смотреть не переставал. Каждое утро. Непонятно для чего портя и без того паршивое настроение.
  С некоторых пор распорядок дня стал странным и выверенным до минуты.
  Два часа полежать с закрытыми глазами размышляя обо всем на свете, находя в себе такие глубины, о которых даже не подозревал. Два часа в день. В течение двух лет. За это время он узнал о себе больше, чем за всю прошедшую жизнь. Раньше у него двух часов на анализ своих поступков не было. Было множество вещей, которые казались ему намного интереснее копания в себе, философских размышлений о мире и попыток решить не решаемые задачи.
  После этого пять часов на сон. Ни больше ни меньше. Так устроен организм. И незачем пытаться перестроить его по-другому. Это он тоже понял за последние два года. Потому, что не было никого рядом, кто бы был уверен в том, что знает сколько времени человек должен спать. Никаких психологов, пытающихся повлиять на восприятие ребенком мира. Никаких докторов наук, уверенных, что смогут обаготить науку и прославить себя покопавшись в голове какого-то популярного музыкантишки. Как же их разочаровывал тот факт, что парень пишущий довольно странные стихи не сидит на наркоте. Им казалось это не правильным. Словно Тэдэр какой-то основополагающий закон мироздания своим существованием нарушал. Несколько их утешало пристрастие к выпивке, но не сильно.
  Здесь даже студенты от медицины отсутствовали. Нечего им тут было делать.
  Потом Тэдэр просыпался и смотрел на зеленый потолок. Тоскливый зеленый потолок. Ждал, пока начнут просыпаться другие обитатели общежития для выловленных на территории Крылатого Королевства преступников. Слушал непонятные звуки на грани восприятия и пытался расслабиться после очередного кошмара. Нормальные сны ему снились редко.
  Ангелы как всегда оказались оригиналами. У них отсутствовало такое явление как тюрьмы. Были учебные центры, были центры рабочие, были бараки для приговоренных к смертной казни. В бараках долго не жили, так что вид у них был не очень. А учебные и рабочие центры чем-то напоминали студенческие городки. Всей разницы, что невозможно их покинуть по первому своему желанию.
  Центр Нила Шаи находился на распутье. Живущие в нем имели возможность учиться, не освобождаясь от рабочих обязанностей. Тэдэр тоже учился. Сначала совершенствовал свои пилотские качества, просто ради интереса. Хотелось знать, каких высот он может достичь. Потом увлекся программированием и понял, что это не его, мозги как-то иначе устроены. Полгода назад случайно забрел на лекцию по экономике и с тех пор ходил на эти лекции регулярно, перемежая их психологией, историей, развитием личности, напоминавшим Тэдэру обучение на шпиона, и обязательной пересдачей на лицензию пилота.
  Тэдэру не говорили на сколько он завис в центре, но также не предупредили о том, что это на всю оставшуюся жизнь, так что рано или поздно его отпустят. Учили в центре хорошо, гораздо лучше, чем в том университете из которого он сбежал в свои шестнадцать. Умели заинтересовать. Тэдэр согласился бы жить в центре не один десяток лет. Если бы не необходимость работать.
  Свою работу он ненавидел. Ненавидел тихо и всей душой. Отупляющее занятие, с которым прекрасно бы справился примитивный робот. Специально придуманное для того, чтобы сбить спесь с самых неуступчивых.
  Сегодня придется идти работать.
  Сегодня один из тех дней, когда Тэдэру не удается забыть, что на самом деле проживание в центре всего лишь наказание. Потому, что ничего большего он не достоин. Лицом не вышел. Или просто судьба такая.
  Не то, чтобы он в судьбу верил, просто хотелось на кого-то переложить ответственность за собственную глупость.
  Двести тысяч проклятий.
  За дверью чем-то загрохотали, давая понять, что в общежитии появились проснувшиеся люди решившие покинуть свою комнату, так что тянуть дальше смысла не было. Работа никуда не денется. Придется ее выполнять. Превратиться в тупую машину неспособную мыслить, постараться отключиться от внешнего мира и терпеть. Старательно думая о чем-то постороннем. Иногда это помогает.
  Два миллиона проклятий.
  Сосед по комнате, как всегда, безмятежно спал. Неудачливый воришка, настолько невезучий, что это было даже не смешно. И глупый. Он живет здесь почти год, и тратит свое время на всякие глупости. Он искренне верит, что делает кому-то хуже отказываясь учиться чему-то полезному. Хотелось бы знать, на что он надеется? На обучение в цивильном учебном заведении денег у него нет. С воровством явно не сложилось, раз поймали стазу же. Родственники дружно послали его далеко и надолго. Может ему нравится тяжелый физический труд? Тэдэр таким трудом был сыт по горло и намеревался посвятить свою жизнь чему-то поинтереснее.
  Привычно растолкать Дина, выслушав его ворчание о придурках, посетить душ, столовую. Потрепаться на отвлеченные темы с соседями. И, с унылым видом, отправиться на место работы.
  Два миллиарда проклятий.
  Песок. Желтый, меленький. Целая пустыня песка.
  Черные булыжники торчащие тут и там, как чьи-то гнилые зубы.
  Серые застывшие волны, иногда достигающие шестиметровой высоты. Обманчиво красивые. Непрочные. От них лучше держаться подальше, обвалиться могут в любой момент.
  Намеки на зелень в расщелинах. Некрасивая такая зелень, присыпанная желтым песком. Но стойкая и живучая. Корневой системе этой зелени позавидует любой создатель лабиринтов. Ей приходится очень постараться, чтобы добраться до водных жил скрывающихся под песком.
  А в песке прозрачные шарики, похожие на застывшие слезы. Природный камай, будь он проклят. Ценность, без которой прекрасно можно было бы обойтись, если бы не необходимость обеспечить работой несколько тысяч человек. Берешь лопату, сито и пересеваешь песок в поисках камая. Целый день пересеваешь, стараясь ни на что не отвлекаться, чтобы завтра не пришлось тратить еще один день на эту никому не нужную работу. Камая нужно собрать определенное количество, это ведь наказание, поблажек никому не делают.
  Камай было гораздо проще выращивать в лаборатории. Разницы никакой. Да и пользы от этого псевдокристалла маловато. Разве что использовать в качестве дешевого украшения. Обвеситься шариками с ног до головы и сверкать всеми цветами радуги, чтобы недруги ослепли. Тепловые пистолеты, для создания которых камай использовали, себя не оправдали и давно ушли из обихода. Генераторы с накопителями из камая слишком часто ломались. Странные личности использовавшие его для создания скульптур похоже вымерли окончательно. Следовательно работа в пустыне была ни чем иным кроме издевательства. Метод перевоспитания. Чтобы не возникло желания повторно здесь побывать. Тэдэр подозревал, что весь собранный камай по выходным зарывают обратно в песок, чтобы он, не дай бог, не закончился.
  Лопата, сито, респиратор на лицо.
  Тэдэр печально вздохнул и решил приниматься за работу. Серьезно решил. Во избежание еще одного рабочего дня. Но его отвлекли. Дин и какая-то девица не придумавшая ничего интереснее попытки обозреть окрестности с верхушки четырехметровой волны.
  - Сейчас рухнет, - философски заметил Дин.
  - Точно, - подтвердил Тэдэр и зачем-то рванул к волне.
  Он знал, что кричать бесполезно. Никто его не услышит, потому что возле волн есть нечто из семейства воздушных ям надежно отсылающее звуковые волны в обход волн серых. Лезть за девицей самоубийство. С момента, как девица там оказалось, пройдет не больше пяти минут и волна рухнет похоронив ее под собой. Вес Тэдэра никак на этот процесс не повлияет, ни в какую сторону. Да и что он может сделать?
  - Кретинка! - рявкнул в лицо и толкнул в сторону пологого склона. Хоть не засыплет. Так что в живых останется, если шею не сломает.
  Под ногами что-то вздрогнуло, шевельнулось, Тэдэр рванул вслед за съезжающей по склону на попе девицей, но так и не понял, успел или нет. Мир мог потемнеть как из-за того, что его засыпало, так и потому, что он обо что-то врезался головой. Экстренная тормозная система, такая. Хорошо, что респиратор не снял. Если его засыпало, но успеют быстро откопать, задохнуться не должен. Кажется на этот раз ему не повезло. Спасатель.
  Двести миллиардов проклятий.
  Интересно, он действительно засыпает, или попросту теряет сознание? Необычное ощущение.
  
  
  Всхлип.
  - Саша, прекрати реветь. Живой он. И даже почти здоровый. Подумаешь, руку сломал, за два часа срастим. Легкие мы уже очистили. Антидот вроде подобрали правильный, аллергической реакции нет. А мозгов в его голове всегда не хватало, иначе он бы здесь не оказался, - недовольный мужской голос, то приближается, то отдаляется. То ли ходит туда-сюда, то ли слух врет.
  - Я не знала, - несчастный женский и еще один всхлип. Такой прочувствованный и виноватый, что захотелось открыть глаза и заявить, что все в полнейшем порядке, лучше просто быть не может.
  - У тебя тоже в голове недостача. Спрашивать надо о местности, которую собираешься посетить. Ему хотя бы хватило ума респиратор натянуть, иначе бы не откачали, - еще один женский голос, очень недовольный и чем-то знакомый. Похоже кто-то из учителей, возможно психолог. Жгучая брюнетка, любящая стучать указательным пальцем по лбу. Иногда по своему, иногда по лбу непонятливого ученика. Или они здесь все студенты? Никогда не интересовался.
  - Карин, прекрати. Она все прекрасно понимает, - опять мужской, совсем близко и что-то холодное прижавшееся к плечу. - Жизненные функции в норме, мозговая деятельность тоже, вот-вот очнется, а вы тут воспитываете друг друга. Неужели не смогли другого места найти? Запритесь в каком-то чулане и хоть передеритесь.
  - У меня урок. Так что разбирайтесь дальше сами, - возмущенно сказал один из женских голосов.
  Шаги на каблуках. Точно психолог. Тоненькие каблуки, до половины металлические, которые звонко цокают по коридорам. Красиво, почти музыка и бедра покачиваются в такт, привлекая в группу даже тех, кому психология совсем не интересна. Она ведь даже не ангел. Жительница Сайгона пишущая диссертацию о психологии преступников. Совмещает полезное с полезным. В свои семнадцать Тэдэр бы в нее непременно влюбился. А сейчас почему-то не получается. Может он стал слишком серьезно относиться к жизни? Серьезные мужчины не влюбляются в женщин, главная цель которых дразнить, ускользать, давать надежду, а потом разбивать ее на осколки. Кто-то когда-то это говорил, только Тэдэр ему не поверил. Собственно и сейчас не верит, но должно же быть какое-то объяснение. Впрочем, какая разница? Изменился и изменился. Все люди меняются так или иначе.
  Тэдэр глубоко вдохнул и открыл глаза.
  Еще одна брюнетка. Тоненькая и миниатюрная, как статуэтка. Заплаканная. Сидит возле стола вполоборота, подперев ладошкой подбородок.
  Мужчина ей в противовес высокий и ощутимо сильный, такой бы прекрасно смотрелся в армии среди десантников. А комбез медика выглядит на нем немного странно.
  - Очнулся, - заметил очевидное мужчина, добродушно улыбнувшись.
  - Очнулся, - подтвердил Тэдэр. Свой голос он узнал с трудом. Точнее, догадался, что голос все же его. Хриплый, какой-то словно проржавевший. И горло болит.
  - Я бы на твоем месте помолчал. Дня три-четыре. Надышался всякой гадости, чуть легкие не сжег, - посоветовал мужчина. - Раздражение скоро пройдет, но связки лучше не напрягать.
  - Ага, - не стал спорить Тэдэр. Надо так надо.
  Девушка встали и подошла ближе. Она оказалась смуглой и голубоглазой, с обаятельной улыбкой и Тэдэр печально констатировал, что знает откуда она такая взялась. С Тишодэ. Там помимо блондинов и блондинок всех оттенков изредка встречаются такие черноволосые с невероятно яркими глазами. Та еще редкость. Так что она заведомо сильнее него, ловчее и умнее. Преимущество в росте на этом фоне терялось. Хорошо хоть не ангел.
  - Ты полежи до вечера, а потом Саша тебя отвезет к Малику Тоэдо, - сказал медик, указав на девушку. Саша, значит. - Он желает с тобой поговорить.
  - Зачем? - печально прохрипел Тэдэр.
  Общаться со злым на весь мир руководителем центра Нила Шаи Тэдэру совсем не хотелось. Хватило и одного раза чтобы на всю оставшуюся жизнь почувствовать себя полным ничтожеством. Малик Тоэдо был ангелом. Ангелом, которому настолько не нравилась его работа, что он решил нести это бремя до конца, дабы никому другому не портить жизнь. Своих подопечных он тихо призирал. Не из-за совершенных ими преступлений, а за то, что столь бездарно попались. Он не любил непрофессионализм в любом деле. Считал, что преступников нужно убивать на месте, настоящих преступников. А их жалким подобиям, которые рано или поздно оказывались в центрах, нужно было сидеть дома и не рыпаться. Тэдэр не мог не признать, что он прав. От этого становилось только хуже. А то, что оказался здесь не без помощи учителя, которому слишком сильно доверял, на самом деле жалкое оправдание.
  - Надо, - весомо объяснил цель визита мужчина.
  - Ладно, - решил не спорить по пустякам Тэдэр. Никуда же не денешься.
  Мужчина громко хмыкнул и ушел, хлопнув на прощанье дверью. Пациент ему явно не понравился. Впрочем, в последнее время Тэдэр даже себе не нравится. Последние лет пять. Возможно не нравился и раньше, просто не замечал этого, потому что почти всегда был пьян. Зато стихи писал великолепные. Сейчас стихи не получаются. Совсем. Даже алкоголь не помогает. Муза наверное сбежала. Обиделась на то, что он долго о ней не вспоминал, а когда вспомнил, было уже поздно, она нашла кого-то достойнее.
  - Спасибо, - тихонько произнесла оставшаяся в комнате девушка, погладив макушку. Приятно, черт побери. - Ты мне жизнь спас.
  - Сам не знаю как получилось, - честно признался Тэдэр. Просто побежал ни о чем не думая. Странно и неожиданно.
  - Ты похож на моего брата. У него тоже все получается непонятно как.
  Интересно, это комплимент или упрек?
  Пока Тэдэр размышлял над этим вопросом, Саша успела уйти. Просто исчезла, словно приснилась. Стало скучно. Взгляд остановить не на чем. Даже потолок белый. Радостный какой-то. Совсем не в настроение.
  Тэдэр решил обидеться и уснуть. Глупое желание, но он почему-то почувствовал себя всеми брошенным ребенком.
  Сон решил обидеться на него и не приходить.
  Потолок весело сиял точечными лампами, словно насмехался.
  Сволочь.
  Тэдэр всхлипнул и неожиданно для себя разревелся. Вот позорище. Не дай Бог кто-то войдет. Пришлось вцепиться зубами в одеяло и глубоко дышать. Вдох, выдох, вдох, выдох. А может он с ума сходит? Наконец то. Давно пора при такой жизни.
  Впечатления, впечатления. Яркие и бесполезные. Пустая жизнь, давно никому не нужная. Пустая месть во имя мертвой мамы, которую она бы не одобрила. Она хотела наказать одного единственного человека, получив за это обещанную награду, но он решил, что этого будет мало. А легче не стало.
  Информация - страшное оружие в руках безумца.
  Вечер никак не приходил. В голову лезли странные мысли. В основном о самоубийстве. Зря они конечно, заканчивать свою жизнь таким бездарным образом Тэдэр не собирался. А мысли что? Мысли приходят и уходят. Главное спокойно их выпроводить не предпринимая никаких действий.
  Мысли уходить не хотели. Они соблазняли очень оригинальными способами расставания с жизнью. Когда мысли вспомнили об угоне корабля принадлежащего ангелам, Тэдэр чуть не согласился. Красиво и приятно. Он давно хотел покататься на одном из кораблей-драконов не в качестве груза. А там будь что будет. Кому в сущности его жизнь интересна? Никому. Даже он сам не знает, что с ней делать.
  К сожалению именно в этот момент пришел вечер, а вместе с ним и Саша. Мысли встретились с ее решительным взглядом и трусливо разбежались, оставив почти соблазненного Тэдэра наедине с девушкой.
  - Одевайся, - велела Саша, не соизволив отвернуться ради приличия. Не девушка, а главнокомандующий армии. Ей хотелось повиноваться. Вытянуться в струнку и ждать распоряжений. Бежать куда прикажет, делать что велит, тогда бесполезная жизнь станет кому-то нужна.
  Безумец промелькнул в отражающей поверхности какого-то непонятного оборудования и ободряюще улыбнулся. Тэдэр уставился на свое нечеткое отражение, но безумец уже исчез, просто растрепанный парень.
  А еще где-то на грани слуха появился странный звук. Словно волны перебирают мелкие камешки и осколки раковин. Где-то далеко-далеко. Почти воспоминание. Слушать шелест этих волн совсем не хотелось. Он куда-то звал обещая покой.
  Тэдэр вскочил и стал торопливо натягивать одежду. Словно от этого зависела его дальнейшая жизнь. Нужно было торопиться. Зачем? Для чего? Не важно. Просто торопиться, иначе не успеешь.
  Хотя, вероятно, уже не успел и торопиться поздно.
  Чем дальше, тем сильнее он чувствовал нереальность происходящего. Хотелось тихонько хихикать, рыдать, корчить рожи и обматерить всех встреченных по дороге людей. Наверное это истерика. Или побочный эффект какого-то лекарства. Такое с ним было только однажды. В тот день он в первый и последний раз попробовал наркотики, какие-то капсулы, которые должны были добавить энергии и сделать мир лучше. Сделали. Мир превратился в отражение чьего-то кошмара, со всех сторон жестоко и насмешливо смотрели какие-то невидимки, а привычные, надоедливые вещи вцепились прямо в душу и пытались разорвать ее на кусочки. Вещи знали, что получив кусочек души, они получат подобие жизни. Состояние было такое, что понравиться могло только полному идиоту. Хотелось закопаться поглубже и никогда больше не видеть этой вселенной. Потом еще три дня болела голова и время от времени накатывало состояние похожее на полет в невесомости, а из-за всех углов пялились какие-то тени, заставляя Тэдэра чувствовать себя маленьким и жалким. Так что в дальнейшем он отдавал предпочтение всем разновидностям алкоголя. Он безопасней.
  И вот опять. Странная легкость и чей-то шепот за спиной. При этом Тэдэр отлично понимал, что никого там нет и быть не может. Он шел и шел, заставляя себя смотреть только вперед. Потом вошел в знакомый серый кабинет и с любопытством уставился на его хозяина. Отвлекает от шепота.
  Малик Тоэдо казался смешным. Смешной худой нос с горбинкой. Смешные волосы торчат рожками. Смешная перекошенная физиономия.
  - Саша, дорогая, выйди пожалуйста, - попросил некрасивый мужчина красивую женщину.
  Слово "контраст" бабочкой выпорхнуло откуда-то из воспоминаний и закружилось под потолком.
  - Как ты можешь. Он мне жизнь спас. Он славный мальчик.
  - Саша, не заставляй меня повышать голос. Твой славный мальчик работорговец.
  Какое смешное слово "работорговец". Рычащее и угрожающее. Слова превращались в химер и пытались проиллюстрировать сами себя. Это было очень странно, но интересно.
  Тэдэр не сдержался и хихикнул. Совсем тихонько чтобы не отвлекать ссорящуюся парочку.
  - Все делают ошибки, - упрямо сказала девушка.
  - Саша, не мешай мне заниматься моей работой, - устало попросил мужчина. - Я в любом случае не могу его отпустить.
  - Разве я требую чтобы ты его отпустил? - удивилась девушка. - Просто отнесись к нему по-человечески.
  Малик с сомнением осмотрел сидевшего с невинной физиономией работорговца и громко выдохнул.
  - К нему и так относятся лучше чем он того заслуживает. Поверь мне.
  - Ты ничего о нем не знаешь, - вскинулась девушка.
  - А ты знаешь? Выйди. В конце концов, я не собираюсь его убивать.
  В ответ девушка громко выругалась и вышла, предупредив Малика что он об этом еще пожалеет. Очень скоро. Очень сильно.
  - Никогда не женись на девушке с Тишодэ, - сказал Малик, криво улыбнувшись. - Лучше сразу застрелиться. Совершенно невыносимые женщины. Но с ними никогда не бывает скучно.
  Тэдэр согласно покивал, чтобы не расстраивать человека. Настроение зависло в точке над которой было красиво написано "вот оно, равновесие". Душа просила высказаться. Остатки разума умоляли душу заткнуться. Третья часть Тэдэра, для которой названия не было, но которая в данный момент была ближе всего к Тэдэру настоящему, сидела в сторонке, безумно хотела красиво закурить, как герои маминых любимых старинных фильмов, и отстраненно наблюдала за развитием спора возникшего между душой и разумом. Эта третья часть была мудра и ленива, поэтому в чужие конфликты никогда не вмешивалась.
  Ангел что-то увлеченно рассказывал, но Тэдэр его не слышал, душа и разум слишком громко спорили. Да и неинтересны ему были чьи либо рассказы. Он готовился. К волне. Которая обязательно его вынесет к пониманию. Тихая безжалостная волна, не знающая насколько для Тэдэра понимание болезненно. И бессмысленно. Понимание ему не поможет, потому что он не умеет делать правильные выводы. Полтора года посвященных мести наглядно это продемонстрировали.
  Близко-близко.
  Одно короткое мгновение.
  И тихий шорох мелкими камешками.
  А потом Тэдэр закричал сползая на пол.
  Накрыло. Пропал звук, а мир потек и начал меняться.
  Все оказалось намного хуже.
  Хуже прихода от неизвестного наркотика. Хуже тех истинных лиц мнимых друзей, от которых он на следующее утро сбежал бросив университет. Хуже злых призраков и стены помнящей человека, которого возле нее убили. Хуже бессмысленной пустоты замеченной в зеркале вместо привычного отражения.
  И видениям вызванным съеденными случайно ягодами с этим не сравниться. Те видения погнали его мстить. Наметили цель в жизни. Словно тоннель построили и пообещали что на выходе ждет светлое будущее. Не давали спать и почти отучили от алкоголя. И сотворили с ним нечто такое, что он разучился сочинять стихи.
  Тогда менялся он сам.
  А теперь изменился мир. Как удар отбросивший за грань. За которой живут злобные демоны, поедающие человеческие души.
  Все плохо.
  Так наверное умирают. Теперь Тэдэр был в этом уверен, хотя и не помнил как умирал сам.
  - Мартин!
  Вопль выдернул из воды, позволяя сделать вдох. Мир качнулся, рассыпался цветным фейерверком, а потом опять стал миром, только каким-то более понятным.
  Тэдэр посмотрел на Малика и изумленно застыл. В этот момент он знал о руководителе центра больше, чем когда либо знал о себе самом. Просто видел.
  Красиво. Фигура окутанная разноцветным сиянием. Стальной убеждает и удерживает, очень мешая жить хозяину, переплетаясь сразу с двумя оттенками зеленого - жизнь и честь. Золото похожее на закат, целое море золота, разных оттенков, начиная с доброго юмора и заканчивая злой иронией. Синяя нить воли закручивается вокруг фигуры тугой пружиной, не какая-то вялая волосинка, такую даже приложив усилия разорвать нелегко, да и бессмысленно, даже разорванная она никуда не денется. И еще целый миллиард цветов, мельтешат, меняются. Рой. Чужие чувства и мысли, готовые помочь чем только могут. Разве он человек? Совсем не человек. И тень живущая своей жизнью у него за спиной вовсе ни причем. Она просто одна из составляющих этого нечеловека, никак на него не влияющая. Защитник.
  - Дьявол и его приспешники, - с восторженным испугом произнесли за спиной. - Ты что с ним сделал?
  - Я?! - заорал Малик.
  Тэдэр качнулся на волне, пытаясь рассмотреть того, кто за спиной. Оттуда веяло теплом и спокойствием. Уютом и почему-то музыкой.
  - А кто же еще?
  - Я ничего с ним не делал, - возмущенно произнес Малик. - Даже не угрожал. У меня жена и без того злится. Ей этот ненормальный чем-то понравился. Собственно он ее спас, так что понятно чем.
  Тепло резко приблизилось и Тэдэр увидел Бога. Того Бога, которому молилась мама, доброго и всепрощающего. Всезнающего и всевидящего.
  Нужно было повеситься пока было не поздно.
  - Чтоб мне провалиться... - сказал Бог.
  - Что? - спросил Малик.
  - Ты что ослеп?!
  Ладони из ослепительной чистоты света обняли лицо не давая утонуть.
  - У мальчишки припадок, - раздраженно сказал руководитель центра.
  - Сам ты припадок, - не согласился Бог. - Мальчишка видящий. Какой идиот дал ему пулю?
  - Никто ему ничего не давал, - Малик нечеловечески грациозно скользнул ближе и заглянул Тэдэру в лицо. - На него волна упала в процессе спасения моей дражайшей половины. Думаю он этой дряни столько вдохнул, что теперь его будет водить часами. Мозги напрочь вышибло. Хотелось бы знать, куда его в конце концов занесет? Может оружие приготовить? Мало ли что он увидит.
  - Мал, не хочу тебя огорчать, но он все прекрасно слышит.
  - Рухнувший в себя видящий?
  - Он не рухнувший в себя, его наверх вынесло, - голос божества стал уверенный и мягкий, словно пытался успокоить.
  - Издеваешься?! - не поверил Малик. - Да этому учиться надо годы.
  - Какое учиться? Он же музыкант. Творческая личность. Он умеет настраиваться. И он, кстати, тебя видит, и меня.
  - Плевать. Что нам с ним делать?
  - Не давать ему смотреть на менее цельные личности. Он и так уже успел насмотреться.
  - Там смерть, - радостно произнес Тэдэр указав вверх. Нужно было сказать. Необходимо. Потому, что смерть пряталась, маскировалась под что-то другое. Тэдэр откуда-то это знал. - Уже близко. Крадется.
  Ладони Бога от неожиданности разжались и Тэдэр нырнул с головой, едва успев набрать воздуха. Сквозь воду было видно плохо, но излучающее жадность и бессмысленную злость пятно никуда не делось. Оно приближалось. Медленно. Принюхиваясь. Нет, не боялось, скорее опасалось.
  - Какая смерть? - спросил Малик.
  Разноцветное сияние всколыхнулось, смешная зелено-стальная косичка хлестнула по фигуре заставив пружину басовито зазвенеть и ловкие руки выдернули Тэдэра на поверхность.
  - Глупая и жадная, - сказал Тэдэр. Нужно было говорить, пока поздно не стало. Он однажды уже опоздал. Больше нельзя. - Вы что-то прячете. Они что-то хотят и идут убивать. Вы их раздражаете. Они не люди. Не знаю кто. Очень много лилового, перетекает, меняется, спорит само с собой. Словно они не могут решить живы они еще или мертвы. У людей так не бывает.
  Да, не бывает. Тэдэр это просто знал и доказательств ему не требовалось. Удивительное ощущение. Словно смотришь в зеркало и видишь там совершенно постороннего человека.
  - Бывает, - уверенно сказал Мартин. - Если люди ежедневно вышибают себе мозги пулей. Психика идет вразнос, у них восприятие самых обыкновенных вещей совсем не такое, как у большей части людей. И агрессия зашкаливает за все нормы. Хотя они почти не способны ничего чувствовать. Своеобразное счастье. Ни боли, ни разочарований, ни стремлений, ни надежды. Просто очень много спокойствия, знание, что тебе необходимо для этого спокойствия и желание любыми путями это получить. Сложно объяснить как оно все сочетается.
  - Проклятье, - рявкнул Малик. Разноцветное сияние плеснулось как вода в сосуде, некоторые капли оторвались от его фигуры и бесследно растворились в пространстве, словно куда-то перенеслись. - Хватит лекции читать, нашел кому. Нужно эти проклятые волны сжечь к чертовой матери. Плазмой. Полностью. Если понадобится, раскопать до основания и выжечь эту заразу. Плевать мне, что оно живое. Столько проблем создает. Только наркоманов нам здесь и не хватало. Скучно без них.
  - Вооруженных наркоманов, - сказал Мартин. - Знающих, что все запасы пули были вывезены из этой планеты. Думаешь, ты сможешь их убедить, что кто-то такую ценную для них вещь уничтожил наплевав на возможную прибыль? Сомневаюсь. И сжечь волны тебе никто не позволит. Они развиваются, меняют планету, лет через двести людям придется отсюда убраться, чтобы не мешать им. Кояд вообще считает, что у них есть шансы стать разумными, правда не скоро.
  - Сколько у нас кораблей? - отмахнулся от объяснений Малик.
  - Достаточно. Иди, командуй, я с ним посижу.
  - Возьми парализатор, - подозрительность промелькнула по пружине воли легкой тенью. Словно крупная рыба близко у поверхности воды.
  - Зачем? Он меня видит, - легко отмахнулся Мартин. - А парализатор все равно не подействует, не в таком он состоянии. Иди, не станет он меня убивать.
  - Он убивал, - упрямо произнес Малик.
  - Я знаю. Думаю, у него были веские причины.
  - Навеянные падением в себя.
  - Какая разница? - искренне удивился Мартин.
  - Если что, я тебя из гроба достану и придушу, - мрачно пообещал Малик.
  - Иди.
  Выпроваживает, словно старшего брата, поклявшегося родителям всячески оберегать бестолкового младшего братишку. Смешно почему-то.
  Тень за спиной Малика увеличилась, окутала фигуру поверх сияния, приготовилась защищать хрупкую человеческую жизнь. Воин готовый к битве. Становиться у такого на пути очень неразумно. Проще застрелиться самостоятельно.
  Тэдэр проводил уходящего ангела взглядом, качнулся на волне, стараясь поудобнее устроиться, лениво осмотрел комнату.
  Бог с неподходящим ему именем Мартин положил ладони на голову своего подопечного, коснулся лба теплыми пальцами. Закрыл на мгновенье глаза, прислушиваясь к чему-то, пальцы пошевелились, словно пытались поймать увертливую рыбку, замерли и резко что-то рванули. Боль пронеслась по всему телу и схлынула, вместе с волной.
  Тэдэр удивленно осмотрелся. Совсем тихо и солнце заглядывает в окно. А комната подрагивает и никак не может стать четкой. Или это зрение все еще чудит?
  - Вот так-то лучше, - сказал Мартин. - Нельзя долго находиться в подвешенном состоянии. Можно себя потерять.
  Тэдэр проморгался и увидел перед собой парня. Резкое лицо, улыбчивые глаза, темные и большие. Уныло обвисшие из-под волос островерхие уши.
  Тихонько подошло изумление и спросило: кто это? Наверное спросило вслух, потому что Мартин ответил.
  - Я шаи. - почему-то усталый голос. - Шестой аналог исследования. Ты эту историю не знаешь. Давно было. Лет сто пятьдесят назад один очень богатый человек на Сахаре 5 заподозрил, что эльфы владеют телепатией и захотел иметь своих телепатов. Он нанял ученых, построил лабораторию и те стали выводить эльфов. Как заметно по моей физиономии, дальше необычной формы ушей дело не зашло. Сахару 5 завоевали, богатого человека посадили, некоторых ученых тоже, а что делать с шаи не знали. Убивать не захотели, гуманизм и все такое, поэтому решили посоветоваться с ангелами. Ну и с эльфами за одно, как-никак, а уши отдаленное сходство имеют. Ни тем ни другим давать советы не хотелось. Им проще было забрать всех абсолютно тупых, из-за невозможности нормально развиваться, шаи и поселить их в центре для умственно отсталых. Там их кое-как привели в норму и отпустили на все четыре стороны. Как позже выяснилось, вне лаборатории разум шаи ни от кого не отстает. Мои родители вообще умудрились получить право жить на Поднебесной. А я и моя сестра ангелы. Так получилось.
  Он улыбнулся и Тэдэр улыбнулся в ответ. В присутствии этого парня душа и разум решили заключить перемирие, а тот, третий удивленно моргал видя сквозь предметы. Мартина не хотелось расстраивать.
  Когда-то давно, в другой жизни, один семнадцатилетний музыкант написал песню о светлом духе и получил за нее несколько наград и денежное вознаграждение. Спустя много лет, тот же человек, давно не семнадцатилетний и не музыкант повстречался со светлым духом. И понял, как сильно он ошибался. Светлый дух требует от себя гораздо больше чем от других. Зато и получает больше.
  Выбирай. Иди.
  Молись и плачь.
  Здесь все что тебе надо.
  Ты видел все.
  Ты шел сквозь тьму.
  Твой свет твоя награда.
  Никуда этот парень не шел. Ни от чего не отказывался. Просто, ничто в целой вселенной не способно заставить его по-другому относиться к себе и к событиям происходящим рядом. Светлый дух из песни был отражением маминой веры. Он все перенес и не отказался от своих убеждений, позволив в итоге себя убить. Мартин себя убить не позволит и не будет страдая смотреть как умирают во имя его незапятнанного облика близкие ему люди, если будет нужно он убьет и не станет от этого менее светлым. Потому, что принимает мир таким какой он есть, целиком и не считает себя святым, не боится запачкаться, что ли? Зато он не верит в абсолютное зло, давая всем шанс за шансом. Вопреки всему.
  Сейчас он готов подарить шанс Тэдэру.
  Жаль, что бывший музыкант понятия не имеет что делать с этим шансом. Без шанса как-то спокойнее. Все решено. Партия проиграна и незачем заново расставлять фигуры.
  - Ты опять уплываешь, - заметил шаи. - Это вредно для здоровья. Нужно уметь смотреть оставаясь на берегу.
  - Не умею, - слабо признался Тэдэр.
   Мир менялся. Кожа Мартина начала светиться. Собственные руки Тэдэра становились прозрачными, наполненными рвущимися в разные стороны ветрами, искорки застрявшие в кончиках пальцев пугливо сжимались, боясь быть унесенными, и где-то далеко звучала музыка. Знакомая и незнакомая одновременно. Та, что так и не была написана. Та, что все еще надеется, что бывший малолетний гений одумается и позволит ей ворваться в этот мир. А он не знает, что нужно сделать, чтобы позволить этой музыке появиться на свет, разучился так чувствовать. Что-то в нем, то ли умерло, то ли уснуло. Теперь музыка звучит на грани восприятия, а стоит к ней потянуться и она исчезает, как мираж.
  Может эта музыка и вовсе пытается его обмануть, манит пустой надеждой, обещает то, чего больше нет, а может и вовсе никогда не было.
  Новая волна спешила, накатывала, заставляя все три части Тэдэра пугливо вжимать голову в плечи.
  - Дыши, - велел шаи, схватил наполненные ветрами ладони и сжал.
  Ветра рванули к голове, смешались с дыханием, покидая тело, и устремились навстречу волне.
  - Никогда не накапливай в себе чувства, - сказал Мартин. - Чувства нужно выпускать в мир.
  Волна пенилась и отступала. Поджимала края, брызгалась солеными капельками.
  - Если не давать чувствам выхода, они не оставят места ни для чего другого. Уплотнятся. Переплетутся. Превратятся в камень. И ты исчезнешь как личность. То, что от тебя останется, будет тенью человека, незаметной, никому не нужной, ни на что не влияющей. Впрочем, тебе будет все равно.
  Забвение.
  То, чего он так сильно хотел.
  Даже путь правильно выбрал.
  Вот только не подумал обо всех последствиях.
  Не понял, что потом уже ничего не изменишь. Просто потому, что не захочется.
  Потом просто не будет.
  У людей из камня не бывает будущего. Людей из камня называют памятниками, эти люди свою жизнь уже прожили. А памятник всего лишь напоминание.
  Тэдэр резко вдохнул и Бог опять превратился в человека с доброй улыбкой и нелепыми ушами.
  - Вот так, правильно.
  - Кто ты? - вяло поинтересовался Тэдэр. Хотелось сжаться в комок и тихонько не то уснуть, не то умереть. Так ведь не позволят.
  - Целитель и наставник. Помогаю заблудившимся личностям найти себя.
  - Как ты это делаешь?
  - Инстинктивно, - светлая улыбка и ободряющий взгляд. - Это такой же дар, как и умение видеть. Если его у тебя нет, объяснить невозможно. Нужно чувствовать.
  - Я не хочу видеть, - мотнул головой Тэдэр. - Никогда больше не стану вдыхать вашу пулю.
  - Это не поможет. Пуля один из самых мощных стимуляторов, но есть множество других послабее и для разных людей они разные. Иногда для падения в себя хватает испуга, удивления, счастья. Лучше научиться контролировать свой дар. Так жить легче.
  - Ты меня научишь?
  - Я не умею. Я ведь не видящий. Я просто должен был понять что с тобой не так.
  - Понял?
  - Понял, - какое многообещающее выражение лица. Вот тебе и светлый дух.
  - И что со мной не так? - спросил Тэдэр.
  - Ничего особенного. Ты потерялся, что-то тебя напугало, что-то разочаровало. Теперь ты топчешься на месте не зная куда идти, боясь, что куда бы ты не пошел, твой выбор будет неправильным. Такое случается с большинством людей. Просто они рано или поздно все равно идут. Топтаться на месте довольно скучно. А ты самостоятельно принимать решение отказываешься. Ждешь приказа. Уж не знаю чьего.
  - Мой выбор всегда неправильный, - сказал Тэдэр. Ни одно решение не принесло ожидаемого результата. Сплошные разочарования. Впору сесть и завыть от тоски по погубленной жизни. Унылое будет зрелище.
  - Тебе так кажется, но ты неправ. Неправильного выбора не может быть в принципе. Нужно просто идти вперед. Любое твое свершение ценно. Даже неудачи. Они позволяют чувствовать счастье, понять, что это оно. Самое неправильное решение - стоять на месте.
  - Ты психолог? - подозрительно спросил Тэдэр. Слишком уж знакомые слова. Психологов он не любил, с детства.
  - Я целитель, - сказал Мартин.
  - Есть разница?
  - Бывает что нет.
  - Когда меня накрывает волна, ты становишься Богом, - Тэдэру просто хотелось говорить. Не важно о чем. - Светлым таким.
  - Мне говорили. На самом деле это просто твое восприятие мира. Ты усвоил как должен выглядеть Бог, запомнил его достоинства. Мои достоинства совпадают с твоими представлениями о Боге. Малика ты наверняка увидел несгибаемым воином. Он такой и есть. Но все видящие воинов видят по-разному. Со мной проще, образы добрых богов в некоторых деталях совпадают. Да и большинство верующих людей в той или иной степени христиане или мусульмане, никогда не понимал чем их боги отличаются.
  - То что я вижу - моя фантазия?
  - То что ты видишь - истина. Ты видишь суть. Твое подсознание создает образы на основе известных ему вещей. Это как сны. Если их правильно истолковать, можно понять, что тебя беспокоит. Если правильно истолковать увиденное видящим, будешь знать что из себя на самом деле представляет человек.
  - Я не умею правильно толковать, - сказал Тэдэр.
  - А ты пробовал? - улыбнулся Мартин. И ведь ни капли насмешки.
  - Да.
  - Что получилось?
  - Я отомстил, но легче мне не стало. Наоборот, стало хуже.
  - Наверное ты что-то рассмотрел в себе, - предположил Мартин.
  - Наверное, - не стал спорить Тэдэр.
  - Ты из детей ветра?
   Тэдэр погладил шрам на щеке. Дождался. Нашелся человек решивший уточнить по праву ли этот шрам оказался на лице.
  - Бабушка моей мамы была из них. Поэтому родственники моего отца и не позволили ему жениться. Точнее, заставили сразу же развестись. На Гловер до сих пор считают, что у детей ветра нездоровая наследственность. Что у людей живущих вне планет обязательно должны быть проблемные гены. Они не захотели такого наследия для своей семьи. Радетели за чистоту человеческого генома. А мой папаша не посмел им возразить. Слабый он человек.
  - Хочешь с ним познакомиться? - спросил Мартин. Нет, не любопытство, что-то совсем другое.
  - Нет, - уверенно ответил Тэдэр. Отец давно перестал его интересовать. Даже злости не осталось. - Зачем? У него семья, моей мамы давно нет в живых. Не думаю, что он мне обрадуется.
  - Ты не можешь этого знать.
  - Я не хочу это знать.
  - Оставляешь себе надежду?
  - Да, - вот такая маленькая слабость. Надеяться, что кто-то где-то ждет, вопреки всему.
  - Но не желаешь их прощать.
  - Да, не желаю, - согласился Тэдэр.
  Просто признаться себе и сразу станет легче. Почему он не верил?
  - Всех не желаю. Папашу, его семью, дурацкие законы и даже маму. Она ведь тоже могла попросить приюта у народа прабабки. Но не захотела. Надеялась, ждала, что все как-то наладится. Пока она официально не признала себя потомком вечных бродяг, у нее были шансы вернуться. Она так считала. Глупо, правда? Я даже тогда понимал насколько это глупо. Зачем держаться за планету, которая столь легко тебя отвергла? Не понимаю.
  Высказался. Впервые. Признал, что больше всего на свете мечтал, чтобы мама наконец перестала грезить родной планетой.
  Тэдэр эту планету тихо ненавидел за то, что она их не отпускала, не отпускала даже изгнав. А мама за что-то продолжала любить.
  Ты вовсе не идеальный сын и это, наверное, не плохо. Всего лишь.
  Мартин улыбался. Он похоже улыбчивый парень. Мир плавно тек вокруг, гася бьющиеся где-то далеко волны. Все не так страшно. Даже небо проглядывающее сквозь потолок постепенно избавлялось от лиловых красок.
  Мама верила, что Христос действительно существовал, что он не был выдуман. Теперь Тэдэр тоже начал в это верить. Он существовал и был таким же как Мартин. Любящим мир целиком, со всеми его достоинствами и недостатками. Человек способный выслушать любой бред серьезно, словно величайшее таинство вселенной.
  - Как это выглядит со стороны? - спросил Тэдэр.
  Шаи понял что, не стал уточнять и переспрашивать.
  - Странно. Ты был похож на марионетку в неумелых руках, почти висел в воздухе. И лицо совершенно неживое. Ты Малика умудрился напугать, а это мало кому удается.
  - Он меня ненавидит.
  Почему тебе так важно отношение совершенно незнакомого ангела, а мальчик? Неужели только потому, что ты никогда не сможешь перебороть в себе страх и лень и заняться чем-то, что будет другим нужнее, чем тебе. Помнится, ты всегда завидовал таким людям. Они тебе казались аристократами. Ты на их фоне был жалким побирушкой не заслуживающим хорошего отношения.
  - Ты ошибаешься. Он просто тебя не понимает, - Мартин запрокинул голову и прищурившись уставился на солнце. - Не понимает, что заставляет людей уничтожать в себе все мало-мальски стоящее. Он не умеет сомневаться.
  - Вот это я понял. Только никогда не сомневаться тоже плохо.
  - Он это знает, - легкая улыбка-воспоминание. - Потому обязательно советуется по важным вопросам. У него были хорошие учителя.
  - Повезло.
  Мартин весело улыбнулся, тряхнул головой и Тэдэр понял. Его только что пытались учить. Успешно. Он совсем не сопротивлялся. Очень странно. Мартина хотелось слушать. Слушать его было очень уютно.
  Так же уютно, как мурлыканье кота лежащего на коленях. Странное сравнение, но по ощущениям очень правильное.
  Где пролегает грань между обучением и навязыванием своего восприятия мира?
  
  
  
  Номер два.
  
  Выстрел в голову.
  Ненавижу!
  Бессмысленно. Человек разлетается стаей мелких птиц и насмешливо кружит в небе. А мир продолжает умирать. Содрогается в муках, корежится и уже не пытается сопротивляться.
  Тэдэру очень хотелось умереть вместе с миром, но нельзя. Он обязательно должен убить этого человека. Ведь он не остановится. Он полетит и уничтожит еще чей-то мир. Много-много миров. Безжалостно и спокойно, словно это не имеет ни малейшего значения. Просто такая работа, привычная и скучная.
  Хриплый смех с неба.
  - Что делать со щенком?
  - Ничего. Сам подохнет. Семилетние дети в одиночестве в космосе не выживают. Тем более с разбитой системой жизнеобеспечения.
  Руки перестают трястись и он стреляет. Рыжеватый верзила падает скребя непослушными пальцами по полу. Не жилец. Тэдэр знает что попал не смотря на пелену слез делавшую убранство каюты расплывчатым и ненастоящим.
  Второй выстрел цели не достиг. Худой и черноволосый отскакивает в сторону и несется по коридору. Зачем ему задерживаться? Женщина мертва. От признаний бывшего министра экономики осталось только облако мельчайших осколков. Яхта протянет не дольше пятнадцати минут. Задание выполнено.
  А напарник? А что напарник, сумма выплаты из-за утери напарника меньше не станет.
  Мир разрушается. В нем остается только одна стабильная вещь. Десантный спасательный бот. Все что досталось мальчику в наследство от отца. Черноволосый о боте не знал. Иначе бы уничтожил его в первую очередь. Он бы не дал мальчику трех часов понадобившихся кладоискателям с Самити для его спасения.
  Но к боту надо еще дойти, иначе кладоискатели никого не найдут. Обязательно надо дойти, не смотря на то, что больше всего хочется сесть на пол и разрыдаться в голос. Как какая-то девочка.
  - Тэдэр.
  Толчок и сон трусливо убегает, так и не позволив поймать ускользающего черноволосого, не дав времени, чтобы дойти до бота, не дождавшись спасателей. Вечно этот сон сбегает, оставив своего хозяина ни с чем.
  Одеяло в дурацких цветочках, меленьких, желтеньких, по ощущениям улыбчивых. Выбросить бы это одеяло купленное с недосыпа, но рука не поднимается. Жалко выбрасывать вещь, которая умудряется по утрам поднимать настроение. Деревянные панели на стенах. Гладенькие и светлые, из дерева с очень длинным и странным названием. Чуть золотистый потолок вместо привычного зеленого. Однажды Тэдэр не выдержал и полез на пирамиду из стола и табуретки, просто чтобы убедиться - ему не кажется, потолок на самом деле покрыт меленьким песком.
  - Тебе опять кошмар приснился, - печально произнес девичий голос.
  - Мне они часто сняться, - уверенно и безразлично.
  Сны не имеют никакого значения. Они лгут. Черноволосый давно мертв, убит заказчиком за хорошо выполненную работу. Поэтому никто и не явился добивать найденного ребенка. Не связали его появление с хорошо выполненной этим человеком работой. Искать и ловить его незачем, мстить больше некому, а уютные миры маленьких детей разрушают совершенно другие люди.
  - За что ты себя не любишь? - с вызовом спросила девушка, уперев кулачки в бока.
  Тэдэр изумленно уставился на свою мучительницу. Растрепанные светлые кудряшки, серые глаза переполненные состраданием. Лицо круглое, симпатичное, глядя на такие лица хочется улыбаться. Спасительница.
  - Неправда, - возразил Тэдэр. - Я себя люблю. Наверное даже больше, чем я того заслуживаю.
  Она хмыкнула и насмешливо улыбнулась настраиваясь на спор. Не дождется.
  Тэдэр резко сбросил одеяло и плавно, одним движением, перетек на пол. Поближе к девушке. У жестких кроватей куча преимуществ на самом деле. Мягкие постели затягивают в свои глубины не хуже зыбучего песка.
  - Хамло. - поставила диагноз девушка и исчезла за дверью.
  Интересные выводы. Она врывается в его комнату, будит, задает провокационные вопросы, а потом еще и обзывается. И за что? Только за то, что он покинул постель. В своей комнате. Какая странная. Он что, должен был стыдливо натягивать на себя одеяло и вести с ней душеспасительные беседы?
  Тэдэр на всякий случай заглянул в зеркало. Ничего нового там не увидел. Побриться конечно не помешает, а так вид вполне приличный, даже трусы на своем законном месте. Он бы ее еще понял, если бы спал голышом по старой привычке. Странная девушка. Одним словом психолог. Делает выводы на пустом месте.
  Дверь открылась явив взору Тэдэра еще одну мучительницу, смуглую и улыбчивую.
  - А Стася сказала что ты голый, - разочарованно протянула она.
  - Сейчас буду, - пообещал Тэдэр.
  Девица просочилась в комнату и застыла в ожидании, подпирая спиной дверь. Наверное, чтобы еще одна любопытная не вошла на самом интересном месте.
  - Ты что, голых мужчин никогда не видела? - с подозрением спросил Тэдэр.
  - Мне для сравнения. Пытаюсь проследить взаимосвязь между характером мужчины и величиной его мужской гордости ниже пояса. Представляешь, какая тема для диплома? Главное набрать статистического материала, а потом можно писать, - нахально заявила Ольша, прищурившись от удовольствия.
  Она что, серьезно? И много нашла желающих стать ее статистическим материалом?
  - Выметайся, - потребовал Тэдэр.
  - Вот так всегда. Вы мужики только и способны обещать.
  Улыбнулась презрительно, окинула Тэдэра оценивающим взглядом и фыркнула. Мол, не сильно хотелось, фигура средненькая, ничего впечатляющего нет вообще. Про рост вообще лучше молчать. А уж физиономия... Мы лучше сходим в стиптиз-бар, там хоть есть на что посмотреть.
  И ушла. Чтобы рассказать всем какой он стеснительный, какие у него комплексы и какие на основе этого можно сделать выводы. Она учится на психолога, поэтому, привычно анализирует поведение людей.
  Тэдэр на всякий случай еще раз посмотрел в зеркало. Фигура как фигура, стройная не отягощенная ни пивным животом ни излишней мускулистостью. Рост его тоже вполне устраивал, это местные дылда на дылде. И лицо нормальное, не смазливое и ладно. Если обращать внимание на фырканье этих девиц, так и комплекс неполноценности недолго заработать.
  Как его угораздило согласиться пожить рядом с этими безумными студентками? Лучше бы он палатку в парке поставил. Соблазнился единственной свободной комнатой за сравнительно небольшую сумму ежемесячной оплаты и оптимальным расстоянием от всех своих учителей. С другой стороны, он в момент своего согласия не знал, что в доме половина жителей студенты проходящие практику и большинство из них девицы от психологии. Каким образом эти девицы умудряются открывать его дверь, Тэдэр решительно не понимал. Неужели в их учебных заведениях проходят специальный курс по взлому замков? Он замки менял два раза. Потом плюнул, решив не тратить попусту деньги. Все равно влезут, разбудят и начнут расспрашивать о кошмарах. Словно заняться им больше нечем.
  - Спасительницы мои.
  Девицы были неизбежным злом. В остальном остров Маяка, на планете Гловер, Тэдэру нравился. Никто не гнал его знакомиться с отцом, никто даже не упоминал о нем. Невольно верилось, что он здесь только потому, что Гловер одна из новопреобретенных планет Крылатого Королевства, на ней нужны люди и есть чему поучиться. Успокоиться, придти в себя, решить, куда двигаться дальше после того, как его признают способным самостоятельно о себе заботиться. Второй этап перевоспитания. Бросить в мир обычных людей с их обычными проблемами и смотреть как он там барахтается. А потом долго и нудно объяснять, что именно и когда он сделал не так. Показывать пути решения проблемы, тогда, когда от них никакой пользы уже не будет. Он даже некоторое время подозревал, что над ним так изощренно издеваются.
  К своему безграничному удивлению засады за дверью Тэдэр не обнаружил. Неужели нашелся еще один несчастный, который, по мнению девиц, нуждался в неусыпном контроле? Верилось слабо. Пришлось посмотреть на часы и убедиться, что он опять проспал все на свете. А девицы просто разошлись по местам своей практики.
  Официально Тэдэр числился одним из помощников местного законника от ангелов. На самом деле учился контролировать свои видения, смотреть в людей и продолжал отбывать наказание. То есть уволиться он бы не смог, даже будь у него такое желание. Сменить место жительства тоже не получилось. Законник почему-то посчитал, что бедняжке Тэдэру жизненно необходимо общество однолеток. Возражения он проигнорировал, сославшись на то, что Тэдэр меньше всех остальных знает в чем нуждается. Пришлось сделать вид что поверил.
  Что такое двадцать четыре года? Цифра, не больше. Тэдэр в десятилетнем возрасте был старше двадцатилетних студентов. Никто о нем не заботился, так что выбора не было. Сейчас выбора тоже нет. Тэдэр понял чем отличаются преступники Крылатого Королевства от преступников остального человечества. Во всех человеческих мирах преступники - взрослые люди, отвечающие за свои взрослые поступки. В Крылатом Королевстве - дети, наделавшие обычных для детей глупостей, нуждающиеся в воспитании и наставлении на путь истинный. Преступников, которых признали взрослыми людьми перевоспитывать не берутся, их расстреливают, во избежание возвращения к излюбленному занятию.
  Перевоспитатель Тэдэра ожидал его сидя на подоконнике. Смотрел в окно на птиц, скачущих по веткам дерева, болтал ногой, как мальчишка. На солнце щурился. Странный человек без возраста.
  - Что у нас сегодня? - спросил заметив, что воспитанник все-таки явился, хоть и с опозданием.
  Роман Фатея. Целитель в каком-то там поколении. Этот дар оказывается детям по наследству передается в двух случаях из трех. Правда становится целителями едва ли половина, многие считают, что есть занятия гораздо интереснее и зарывают свой талант в землю. А ловить малейшие изменения в настроении какого-то неуравновешенного потерпевшего? Да кому оно вообще нужно?
  Роман смотрел с любопытством, не зная что на этот раз выкинет подопечный. Мысли Тэдэра имели дурную привычку перескакивать с одного на другое без всякой системы и логики, поэтому следить за ними и пытаться найти хоть какую-то взаимосвязь было довольно интересно. В том числе и Тэдэру, не говоря уже о любителе головоломок Романе.
  - Я понял, что меня больше всего пугало, - решительно заявил Тэдэр.
  Готовность слушать и никаких вопросов. Роман никогда не подгонял. Никуда не спешил. Он просто задавал вопросы и давал время подумать над ответами. Как оказалось отличная тактика.
  Глубокий вдох, как перед прыжком в воду и рассказать, честно и решительно, рассказать то, что всегда казалось глупостью и заставляло злиться на самого себя.
  - Я очень боялся забыть маму, - сказал Тэдэр. Вот так просто. Тоненькая темноволосая женщина была своеобразным якорем не позволявшим ему наплевать на собственное существование, заставлявшим придерживаться каких-то правил поведения и критериев в выборе как друзей так и места для жизни. Жалко, что даже этот якорь не помогал в выборе занятий. - Мне ведь было только семь лет. Я успел прочесть книгу о девочке, которая сама себе придумала родителей и до самой смерти верила в их существование. Дети все забывают очень быстро. Поэтому, все что смог вспомнить, я надиктовал на салимский кристалл, знаешь, такая круглая полупрозрачная штуковина на цепочке, и старался почаще его прослушивать. Еще и рисовать учился, чтобы у меня был портрет. Не знаю, может я тоже что-то выдумал. Надеюсь что не очень много. Я чуть не убил воспитателя детдома, который кристалл разбил. Представляешь, десятилетнего ребенка не могли оттащить трое взрослых мужчин. Но меня тогда оправдали. А воспитателя уволили. Воспитатель слишком часто злоупотреблял властью, просто никто до меня не пытался сопротивляться. А я напал без раздумий. Это вторая вещь которая меня некоторое время сильно пугала. Я никогда не боялся убивать и не боялся что убьют меня. Странно, правда?
  - Много человек ты убил? - спросил Роман. Спокойно так спросил, словно ничего плохого в убийстве не видел.
  - Не знаю, может и много. Я некоторое время подрабатывал в качестве наемника и участвовал в подавлении какого-то бунта черт знает где. А так, если глядя в лицо противнику, то шесть. Первого за то, что он убил мою маму. Четверых после того, как они чуть не убили меня. А последнему просто увеличил дозу его лекарства. Иначе я не мог. Не умею жить рядом с садистами. Только не думай, что я пытался спасти дур связавшихся с ним. На дур мне было плевать, мне не нравились его методы воспитания. А девчонки все равно дали свое согласие на работу в борделе. Им эта работа показалась достаточно легкой. Кретинки.
  - Ты хочешь чтобы я тебя возненавидел?
  - Я подумаю над этим, - пообещал Тэдэр. Роман никогда вопросы не задает просто так. Если спросил, лучше попытаться найти ответ.
  - Подумай.
  И улыбка. Такая же светлая как у Мартина. Целители, они все такие, где бы не работали. Да и не слишком велико отличие почти двести лет раздираемой разнообразными революциями планеты, в итоге отданной одним из правительств на попечение ангелам, и планеты, большая часть населения которой бывшие преступники слабо представляющие как можно жить тихо и мирно. Жители Гловер нуждаются в помощи для осознания себя не меньше, чем запутавшиеся в жизни личности от безысходности решившие поправить свое финансовое состояние казавшимся им простым способом.
  Роман, он ничего. Он умеет и любит слушать. Ему можно сказать все не опасаясь ярко выраженного понимания и готовности простить все что угодно. Он просто дает возможность подумать, способен ли ты простить себя сам. Если окажется, что не способен, он уговорит попробовать. Уговорит странно, как-то незаметно. А потом будет долго допытываться, что из этой попытки получилось и почему получилось именно это. Временами Тэдэр начинал себя ненавидеть. Временами жалел. Но он наконец начинал понимать, за что он сам себе мстил, и кошмары становились осмысленными. Умея можно толковать сны.
  Да, Роман как река, тихая и целеустремленная, увлекающая за собой разных, не сумевших самостоятельно выбрать направление, водоплавающих. А в воде отражаются то звезды, то яркое солнечное небо, то грустные тучи. Река, она всегда разная и всегда одинаковая.
  Яцуоми был полной противоположностью Романа. Желтоглазый, обтрепанный и изумительно грациозный, как бродячий кот. От далеких предков ему помимо имени достались разрез глаз, нос-картофелина, чернющая жесткая шевелюра и старинный меч. Меч был очень хорош собой, даже на взгляд, не разбирающегося в мечах, Тэдэра. Узкий, длинный, слегка изогнутый он гордо стоял в зажимах специальной подставки под стеной, готовый в любой момент броситься в бой. Тэдэру казалось, что меч улыбается, улыбается насмешливо, так же как и его хозяин. Тэдэр так и не решился подойти к мечу близко, чувствовал, что не понравится ему и не хотел тревожить.
  Меч был самой историей, поэтому у него была и память и воля и собственные мысли по любому поводу.
  Яцуоми не считал нужным изображать уважение к собеседнику или делать вид, что не знает где этот собеседник провел несколько предыдущих лет. Нет, он никого не осуждал, просто давал понять, что на данном этапе уважать Тэдэра не способен, а равными себе он считает только тех людей, которых уважает. Все остальные должны быть благодарны уже за то, что он тратит на них свое время.
  Тэдэра, как ни странно, такое отношение не задевало. Возможно потому, что он знал насколько этот человек сильнее, лучше и достойнее его. Это был не несгибаемый Малик, воин от рождения. Уверенный и стойкий. Яцуоми родился кем угодно, только не воином. Его броня была наносной, очень гибкой и снимаемой. Что было под ней, Тэдэр рассмотреть не смог, даже в тот раз, когда задержался на волне на целых две минуты, только глаза полыхнули насмешливо, приглашающе, от чего Тэдэра сразу же выбросило в реальность.
  Первое, что сделал учитель-видящий после ухода представившего их друг другу Романа, внимательно осмотрел фигуру ученика, немного пофыркал и заявил, что тому стоит вернуться к тренировкам, даже если он по каким-то причинам стал их считать пустой тратой времени. Тэдэр мгновенно покраснел, точно как давно забытый юнец переминавшийся перед первым в жизни учителем по самообороне, и пообещал вернуться, и вернулся тем же вечером выпросив у Романа ключи от местного спортзала. Спустя две недели Яцуоми заявил, что его похоже неправильно учили, потому, что человек тратящий столько времени на совершенствование навыков убийства себе подобных так двигаться не должен. Тем более человек с такими предками, совершенствующими собственную породу без малого тысячелетие. Тэдэр тогда вспылил, наорался от души и ядовито поинтересовался как же именно он должен двигаться? Яцуоми показал, после чего Тэдэр впервые за долгое время напился. Из зависти и ощущения себя жалким и ничтожным существом. Спустя еще два дня он покаянно попросил учителя научить его двигаться, о чем пожалел к вечеру. Утром он засомневался, что люди после того, что Яцуоми наивно считает тренировкой способны двигаться хоть как-нибудь, но менять решение не стал, о чем жалел не однажды.
  Этот учитель не собирался никого жалеть. Бил в полную силу, выматывал до потери сознания и был вечно чем-то недоволен. Он мог три часа гонять Тэдэра по спортзалу, заставляя того бегать чуть ли не по потолку, а потом высказав все, что думает о его физическом состоянии и расположении мышц, оттащить на этаж выше и, заявив, что у него сейчас подходящее состояние, еще три часа объяснять, как настраиваться на волну чтобы видеть. Насчет состояния он оказался прав, именно в таком состоянии Тэдэр и поймал первую волну без помощи стимуляторов, правда задержался на ней недолго, всего несколько секунд, достаточно для того чтобы понять, что из себя представляет Яцуоми. После чего благополучно утонул в своих ощущениях и стал допытываться у меча о его истории. Насколько он помнил, меч ему что-то невнятное отвечал и всячески обзывался, а может, обзывался его хозяин пытавшийся вытащить Тэдэра наверх. Дальше обучение пошло легче. Тэдэр даже научился самостоятельно возвращаться к реальности сразу же как начинал тонуть.
  - Мечтаешь?
  - Вспоминаю.
  - Ну-ну, - и ухмылка, обаятельно и паскудная одновременно, так что не знаешь, что делать в первую очередь, стукнуть по ухмылке или улыбнуться в ответ. - Ты долго будешь от девушек бегать?
  - Причем здесь девушки?
   Тэдэр действительно удивился. Яцуоми конечно же был любимцем девушек, не мог не быть с умением улыбаться так, что даже Ольша таяла и начинала что-то лепетать, умением двигаться и хищными глазами. Но отношение девушек ко всем остальным представителям мужского населения планеты его интересовало мало. Он вообще говорил, что ему больше достанется.
  - Воздержание плохо влияет на твой характер, - печально объяснил азат, покачав неодобрительно головой. Актер драмтеатра. - Да и на характер девушек неспособных понять почему ты не обращаешь внимания на их намеки тоже.
  - О-о-о, - философски протянул Тэдэр. Да и что говорить? В благородные порывы Яцуоми не поверит, он же видящий. А признаваться в том, что опасается психологов как вида? Засмеет. - Может я выбрать не могу?
  - А тебе кто-то предлагал выбирать? - неподдельно удивился Яцуоми.
  - Кажется нет, - сознался Тэдэр. Ходили по очереди, будили, но выбирать не предлагали, даже не намекали на такую возможность. - Мне что, осчастливить собой любимым всех оптом?
  - Если тебе жить надоело, можешь попытаться, - добродушно улыбнулся Яцуоми.
  Тэдэр задумчиво на него посмотрел. Странная тема для разговора.
  - Ничего не понимаю, - признался.
  - У тебя сил не хватит, чтобы всех осчастливить, а у них желания все простить и забыть.
  - И что же мне делать?
  Ведь правда, интересно? У Яцуоми наверняка есть какая-то оригинальная идея.
  - Ничего, - безмятежно отмахнулся учитель. - Просто перестань убегать. Они сами разберутся кому достанется твоя шкура со всеми потрохами.
  Тэдэр представил свою шкуру вместе с начинкой в объятьях Ольши и вздрогнул.
  - Я им не доверяю. Они совсем не разбираются кто мне нравится, а кто нет.
  - Это как раз не проблема. Проблема в том, что не разбираешься ты. И не пытаешься разобраться.
  - Может ты выберешь? - отчаянно предложил Тэдэр, надеясь, что азат не согласится.
  - Ага, бегу и падаю. Сводничество не моя стезя. Обратись к профессионалам.
  А вот это будет совсем смешно.
  - У тебя есть адрес? - заинтересовался Тэдэр.
  - Зачем он мне? - удивленно на него посмотрел Яцуоми.
  - Ну да. Извини, как-то не подумал. Тебе скорее адрес агентства сдающего в наем телохранителей понадобится. От девиц отмахиваться.
  Яцуоми светло улыбнулся, пригладил волосы и зачем-то посмотрел на потолок.
  - Вот-вот, - произнес он. - Ты слишком редко думаешь. Это еще одна твоя проблема. Может просто не умеешь? Могу научить.
  - Знаешь, я лучше книжки почитаю, обращусь к психологу, у меня среди соседей этих психологов уйма, - отказался от этой чести Тэдэр. Занятий в качестве ученика видящего и избиения в спортзале более чем достаточно.
  - Обратись. Есть там одна темненькая. К тебе неравнодушна.
  Яцуоми театрально подмигнул, мол, дерзай, парень, у тебя все получится.
  - Насколько темненькая? - подозрительно спросил Тэдэр. Ольша темненькая и это пугало.
  - Совсем темненькая. Горький шоколад, а не девушка. А какой характер! Два дня за мной бегала, пока не выдрала клок волос и не расцарапала лицо. Подстерегала, что твоя кошка мышь. Я даже пожалел, что мы так быстро расстались. Поначалу она мне показалась мирной, скучной немного. Подумал, зачем морочить девушке голову, все равно же ничего серьезного не получится. А мне пора про семью подумать.
  Успокоил. Лучше уж Ольша. И Яцуоми думающий о семье?!
  - Мне кого-то поспокойнее, - заявил Тэдэр с трудом изгнав из мыслей образ азата баюкающего желтоглазого ребенка, орущего как пожарная сирена.
  - Покойница подойдет? - спросил Яцуоми. - Совсем спокойная. Даже не шевелится.
  Издевается.
  - У тебя есть покойница?
  - У меня нет. Но на кладбище сколько угодно. Откопаешь. Помоешь, приоденешь. Главное, чтобы родственники не узнали. Обидятся.
  Точно издевается.
  А ведь говорит очень серьезно. Гад. Словно только об ученике и заботится.
  - Знаешь, я лучше по стенам побегаю, - решил закончить неудачный разговор о девушках Тэдэр, пока ему не вручили лопату и не приказали без покойницы не приходить. Яцуоми, он и не на такое способен.
  - Побегай, нужно же куда-то девать излишки энергии раз в личной жизни штиль.
  Тэдэр не знал на что соглашается. Он наивно верил, что знает каких пыток можно ожидать от желтоглазого изверга. Ошибался. Изверг стал требовать, чтобы он настраивался на волну не отрываясь от тренировки и обещал не выпустить пока не настроится. Видите ли, его дар может потребоваться где угодно, во время любых событий и ждать, пока он сядет, подумает и успокоится, никто не будет.
  Тэдэр сначала не поверил в такие крайности. Потом стал надеяться на здравый смысл азата. Когда вера в здравый смысл испарилась, попытался сбежать. Отлично понимая, что это совсем уж дурость. Азат отлично знает, что и зачем делает и чем быстрее справишься с очередным его заданием, тем быстрее он переключится на что-то другое. Может даже менее травмоопасное и выматывающее.
  Как и следовало ожидать ничем хорошим попытка сбежать не закончилась. Яцуоми поймал ученика за шиворот, как какого-то котенка и от души приложил об стену, от которой он отскочил как мячик и зарылся носом в пол, давно утративший свою мягкость. Яцуоми мастер, а Тэдэр даже на ученика мастера не очень тянет. И аларры среди предков не спасают. Там начинать учиться нужно было с детства, а не в семнадцать лет, после избиения. Тело успело развиться не совсем так, как было нужно.
  - Сволочь, - охарактеризовал Яцуоми Тэдэр.
  Отползти на четвереньках, вскочить на ноги и, не очень резво, отбежать подальше. Сделать попытку отдышаться, недоверчиво глядя на приближающегося изверга. А потом попытаться уклониться. Совершенно бесполезное движение. Скорость никакая и сама попытка неуклюжая. Здравствуй, милая стена, по которой так приятно сползать вниз. Прохладная и гладкая. Как хорошо, что ты была за спиной, иначе лететь пришлось бы и лететь. Куда-то вдаль.
  Этот псих его здесь убьет. И ничего ему за это не будет. Он в своем праве. Чтобы выжить нужно поймать проклятую волну. Еще бы вспомнить как это делается.
  Попытка проскользнуть под рукой и лицом об пол. Стыд и позор. Устал, что ли?
  Проклятье. Он же клялся себе, что больше никто и никогда не сможет его избить. Нужно было поискать учителя получше, тогда в семнадцать лет. Может быть и помогло бы. Так нет, наивный юнец купился на красивую рекламу.
  Замах. Слишком широкий, самому противно, и в сторону. Несколько выигранных секунд. Две или три, не больше. А может одна.
  Волна, волна. Отпустить себя, не цепляться за мир, смотреть вне. Для начала расфокусировать зрение.
  Качнулся и уже не почувствовал удара свалившего на пол.
  Идиот. Не смотреть. Не чувствовать. Видеть.
  Доверять самому себе и видеть.
  Видеть ухмыляющуюся физиономию существа очень похожего на Далажского божка дорог. Яцуоми без доспехов. Весельчак и совершенно безалаберный тип. Нетерпеливый, способный как помочь так и помешать. Дитя порывов. Какой к дьяволу воин? Гибкая придорожная лозинка качающаяся под ветром. Неужели всем видящим нужно хорошенько попортить их беззаботную жизнь чтобы они научились не мотаться туда-сюда глупо улыбаясь, а отстаивать себя? Чтобы перестать быть ничем под ветром чужих желаний? Пакостить по мелкому почувствовав себя обиженным и счастливо бежать на помощь услышав как кто-то тебя восхваляет? Даже не соизволив задуматься о предпосылках чужих поступков?
  Нужно посмотреть в зеркало, чем он успел обрасти.
  - Лед очень непрочный материал, - сказал Яцуоми, словно мысли подслушал. - Он тает. И довольно легко раскалывается.
  Тэдэр удивленно моргнул и Далажский божок исчез, сменившись усталым лицом желтоглазого азата.
  - Тебе нужно понять что люди не могут на тебя не влиять. Социум, от него никуда не денешься. Не всех отпугнешь равнодушием. Нужно научиться разбираться в чужих желаниях. Стать воином и защищаться, а не стоять и верить что тебя обойдут. Мужчина ты в конце концов, или кто? Да и не всех нужно отпугивать, как это делаешь ты. Если ты считаешь, что все только и мечтают как бы побольнее тебя стукнуть, то тебе нужно лечиться от мании величия. Обратись к психологам, их рядом с тобой довольно много, кто-то да поможет. Будь собой, просто стань жестче и все будет в порядке, мне так кажется. И найди себе дело. Меня бесит твой потерянный вид. Словно маленький мальчик засмотревшийся на яркую игрушку и отставший от родителей. Неужели тебе настолько на себя наплевать, что ты только и ждешь очередного пинка, который заставит тебя шевелиться? Раздражаешь, честное слово. На сегодня урок окончен.
  И ушел. Просто ушел. Еще и дверью хлопнул.
  Ушел ничего не добавив и не объяснив.
  В этом весь Яцуоми. Дал понять, что его ученик ничтожество, наговорил высокопарной чуши и оставил размышлять о том, как это взаимосвязано и есть ли там вообще какая-то связь?
  Очень хотелось его обматерить. А еще лучше избить, чтобы больше никогда так не смотрел.
  - Сволочь!
  За что он тогда того же Романа уважает? Уважает не смотря на его рассеянную улыбку и образ блаженного полудурка, добряка в последней стадии? Не смотря на то, что Роману точно не дано его победить, да он и секунды не продержится, рухнет после первого же удара.
  - Проклятые алары, если взялись совершенствовать свою породу, то доведите дело до конца! Какого черта вы остановились на полпути?! Почему, мать вашу, без проклятых тренировок для подгонки тела, пользы от вашей ДНК не больше, чем от местного планетарного правительства?! Гады!
  Высказавшись по поводу некоторых предков, Тэдэр улегся поудобнее и уставился на потолок. Что-то его в последнее время тянет рассматривать потолки. Этот например выложен черными панелями, с белыми стыковочными швами. По-своему даже красиво. Словно на потолке растянута большая сеть.
  Глупо как-то. Чего же от него добивается Яцуоми?
  Тэдэр повалялся немного на полу, попытался подумать, но получалось почему-то плохо. Мысли путались и скакали с одного на другое. В голову все время лезли какие-то посторонние ничего не значащие вещи. Пришлось подняться на ноги и отправиться в душ. Там было зеркало. Совершенно бесполезное, потому что сил на то, чтобы что-то увидеть не осталось совсем, а злость на Яцуоми куда-то испарилась. Зеркало добросовестно отражало разбитую губу, кровь на подбородке и симпатичный синяк у уха грозящий перенести припухлость на глаз. Будет о чем поговорить девицам от психологии. В таком виде он домой еще не возвращался. Нужно придумать для них убедительную версию со множеством плохих парней, темной улицей и незнакомой девушкой. Им такая история должна понравиться. Главное рассказать без хвастовства, как нечто само собой разумеющееся.
  А они будут охать и дружно лечить.
  Дурость, на самом деле.
  Или лучше забиться в какой-то темный угол и отлежаться. Намазаться заживляющей гадостью, съесть обезболивающие и тонизирующие таблетки и лечь спать. Наплевав на разгар дня. И ни о чем не думать. Попытаться на некоторое время перестать существовать, исчезнуть из этой вселенной. Может и не найдут, хотя вряд ли.
  Девицы от психологии обязательно в очередной раз взломают замок. Их не может не заинтересовать его ранний сон.
  Они ведь действительно добра желают.
  Только не понятно, зачем им это нужно?
  
  
  
  Номер три.
  
  Зверь фыркнул в лицо, обдав горячей волной. Тэдэр попытался отвернуться, но шея почему-то не слушалась, а развернуться всем телом в узкой щели куда он забился не получалось. Да и выпускать животное из вида было страшновато. Казалось, стоит перестать на него смотреть и вместо почти такого вот осязаемого поджарого тела появится что-то похожее на клок тумана, способное без труда просочиться в ненадежное укрытие. Приходилось стоять, чувствуя как мерзнут пальцы рук, смотреть и думать.
  На что предполагаемый противник не реагировал. Выковырять человека из щели он не пытался, хотя лапу мог бы просунуть без труда, да и сам наверное влез бы. Вместо этого зверь продолжал строить глазки, дышать прямо в лицо и фыркать. Хорошо хоть не плюется.
  На этот раз Тэдэр понимал что это сон. Просто дурацкий сон. Даже не кошмар. Но проснуться почему-то не мог. Что-то его держало в этом сне.
  Впрочем, Тэдэр откуда-то знал как проснуться. Нужно дойти до вершины горы. Первый раз в жизни довести до логического конца начатое дело. Не свернуть. Не броситься к другой горе, более симпатичной и менее крутой. Просто дойти. Докарабкаться. Доползти. Вот он и шел по узеньким тропинкам, карабкался вверх, скользил по снегу, цеплялся за какие-то ненадежные камни, и верил что вот-вот эта пытка закончится. Верил. Пока не встретил рыжее чудо. Кота переростка породы норвежский лесной. Симпатичный котяра, зимний вариант, рыжий, очень пушистый, с раскосыми глазами, широким носом, задорно торчащими ушами, немного горбат, а подушечки лап надежно утеплены. Все бы ничего. Вот только рост у котика был несколько великоват. Он был больше самого Тэдэра и питал к нему какие-то непонятные чувства. Первым делом киса загнала человека в небольшую щель, потом сладко зевнула, продемонстрировав свою коллекцию клыков, и стала на него дышать, словно пыталась согреть. Иногда кот фыркал, напоминая дракона с икотой, разве что дыма не было.
  - Хорошая киса, - неуверенно произнес Тэдэр.
  Киса задумчиво повела ушами и насмешливо прищурила глаза. Мол, говори, я слушаю, мне очень интересно.
  - Мне идти нужно, - попытался объяснить Тэдэр, чувствуя себя полным и окончательным идиотом.
  Кот в ответ опять фыркнул и отвернулся. Иди, мол, раз тебе нужно, я за последствия не отвечаю. Видишь, даже почти не подглядываю.
  Тэдэр начал бочком выбираться из щели. Кот скосил на него глаз и немного опустил ухо. Рыжий хвост почти полностью распрямился и замер, как флажок, которым машут при старте.
  И Тэдэр решился.
  Он одним прыжком покинул щель и бросился вверх, моля всех богов, о которых помнил, удержаться на склоне и не скатиться в лапы хорошей кисе. Кот издал недовольный хриплый мяв и рванул следом, как за сбежавшей мышью. Кажется, он решил, что с ним играют, потому что как-то подозрительно вовремя притормаживал и промахивался. Тэдэр скользил, падал и бежал, не желая становиться обедом для пушистика. Потом куда-то провалился и ткнулся лицом в нечто мокрое и холодное.
  - Думаешь, поможет? - тихонько спросил женский голос совсем рядом. Протяни руку и можно будет коснуться его обладательницы.
  - Хуже не будет. У него же жар, а лекарства Роман сказал не давать, это просто от переутомления. Еще эти синяки.
  Проснулся. Почти.
  Тэдэр попытался зацепиться за реальность. За что-то мокрое на лбу, за капли стекающие по вискам, за женские полузнакомые голоса.
  Не получилось. Даже глаза открыть не получилось. Что-то мягко оттолкнуло и он свалился обратно в сон.
  Снег за который пытаются уцепиться пальцы. Мягкий и податливый. А под ним лед, абсолютно гладкий, словно отполированный.
  Тэдэр скользил вниз. К прищурившему глаза в ожидании развлечения рыжему коту. Желтоглазому, как один знакомый мастер. Наверное они родственники.
  - Сволочь, - прохрипел Тэдэр, понимая, что не удержится. Здесь чем больше шевелишься, пытаясь зацепиться, тем быстрее скользишь.
  А потом пришла злость, на самого себя. Да сколько же можно? Испытывает его там кто-то на прочность, что ли? Проверяет, как быстро он сдастся при столкновении с очередной проблемой.
  Свернуть на новый путь ведь намного проще, чем пытаться удержаться на старом. Так всегда было, сколько он себя помнил.
  Так что же делать? Чего именно они от него ждут? Хотят выпихнуть на новую дорогу или просто стряхнуть со старой. Все равно куда, лишь бы у кого-то более достойного под ногами не путался. А кто у нас более достойный? Да кто угодно, вероятнее всего.
  Тэдэр тряхнул головой. Кажется еще немного и он возненавидит всех богов скопом и не важно существуют они на самом деле или нет.
  Вот почему какая-то высшая сила считает себя вправе вмешиваться в чью-то жизнь? Неужели без нее не разберутся? Или это просто от скуки, просто посмотреть как долго тот или иной человечек сможет побарахтаться?
  Раздражает!
  Ну уж нет. На этот раз он не сдастся. Не отступит. Слишком часто он отступал и вот чем все закончилось, преступник на перевоспитании. Весело наверное наблюдать было. Подобие преступника, которое даже на уважение не может рассчитывать. А это еще веселее. Ничего ведь не осталось, даже мелочей. Умение писать стихи исчезло, растаяло как туман. От гранда на учебу он еще раньше сбежал испугавшись теней. Сам сбежал, не идиот ли? Единственный друг предал. А может он и другом не был, говорят ведь что нужно находиться рядом с врагами, чтобы не пропустить момент подходящий для удара. Не пропустил сволочь, но и радовался этому не долго. Жалко, что он никогда об этом не вспомнит, хотелось бы на его лицо в этот момент посмотреть. Учитель попросту отказался, устав бороться с тупостью ученика. И виноват во всем он сам.
  Отмахивался от подарков судьбы. Всю жизнь отмахивался. Всегда желал чего-то большего. Зачем ценить привязанность белобрысой девочки-подростка, когда рядом есть парень, с которым так весело напиваться? Зачем слушать то, что говорит умудренный жизнью человек, если у каждого своя дорога, на которой каждый набьет своих шишек? Жизни ведь не повторяются с точностью до мелочей. Зачем держаться за мирок, который неожиданно показал свою темную сторону, вокруг куча таких миров, в которых наверняка лучше? И еще куча очень важных вещей, от которых он отмахнулся как от надоедливой мелочи. Дурак. Жалкий тупица.
  Тэдэр хихикнул, немного поразмышлял и придумал очередной дурацкий план. Он перевернулся на спину, прицелился, оттолкнулся руками для ускорения и свалился сверху на не ожидавшего такой подлости кота. Мягкое приземление. Шубка у кота отличная. И когти впечатляющие.
  Каким-то чудом Тэдэр вывернулся, дополз до приглянувшейся расщелины и свалился в нее. Кот обижено мяукнул, убедился, что теперь дотянуться лапой до ускользнувшей игрушки не может, повернулся к человеку спиной и уселся, окружив хвостом лапы. Коты так садятся к прибыли. Хоть одна хорошая новость.
  В расщелине Тэдэр не ошибся. Из нее можно было выбраться вверх. Нужно только приложить усилия. И плевать на усталость. Это ведь сон. Очередной дурацкий сон навеянный какой-то глупостью. Незачем здесь задерживаться.
  - От меня ты чего хочешь? - мрачно и недовольно.
  Яцуоми пожаловал, какая радость. Интересно зачем? А еще, кажется, кто-то помешал ему выспаться.
  - Хочу понять как давно ты рассорился со своей головой.
  А этот голос совсем незнаком. Тэдэр на мгновенье остановился и огляделся. Гора плыла и менялась. Немного просвечивала. И подъем стал более пологим, ущелье расширилось, даже что-то похожее на ступени под ногами появилось.
  Подняв голову вверх и проследив за своей дорогой Тэдэр увидел их.
  Яцуоми в черных доспехах стоял на вершине, до которой было рукой подать. Несколько шагов и все. Почему же ему до сих пор казалось, что туда сложно забраться? Или это гора поменялась? Или он с самого начала что-то не так понял?
  Мысли путались и отказывались выстраиваться в логическую цепочку. Пришлось от них отмахнуться и сделать следующий шаг.
  - С ним иначе нельзя. Упертый, - раздраженно произнес Яцуоми.
  - Упертый? А может это ты ленивый? - хрипловато спросил его оппонент.
  Незнакомец стоял в воздухе ни на что не опираясь. Величественный, как памятник какому-то герою. Точнее, незнакомка. То, что Тэдэр принял за широкий плащ, при ближайшем рассмотрении оказалось длинными волосами, белоснежными. Лицо почти прозрачное, хрустальное, только глаза теплого зеленого оттенка. Такая себе сказочная красавица, еще одна Снежная Королева. А голос странный, с одинаковой вероятностью может быть и женским и мужским.
  - Это твоя была идея, Зоя, - сказал Яцуоми, стряхивая с руки латную перчатку. Остальные доспехи растаяли сами собой, сменившись чем-то не менее черным и похоже теплым. - Я с самого начала пытался отказаться. Мы слишком похожи. Я знаю его предел. И не люблю уговаривать. Ты это знала.
  - Но не думала, что ты попытаешься его убить, - гневно произнесла красавица.
  - Если бы я попытался, он бы не выжил, - отмахнулся Яцуоми.
  Какая уверенность. Именно уверенность, верой там и не пахнет. Да, уверенность в собственных педагогических талантах, ни больше, ни меньше. А на способности ученика начхать. Гад.
  Тэдэр прислушался к нарастающей за спиной злости и сделал два шага отделяющие его от Яцуоми. Легко. Очень быстро. Словно взлетел. Злость заменила крылья.
  Пространство опять изменилось, Тэдэру даже показалось, что он прошел сквозь какую-то прозрачную стену. За спиной появилось ровное снежное плато, впереди скала, голая и неживая, а по бокам расходящиеся крыльями склоны, на одном из которых неуверенно топтался рыжий кот-переросток.
  - Сволочь! - заорал Тэдэр на обернувшегося к нему учителя. - Катись к своему родственничку!
  Кулаком в лицо и ногой под зад, чтобы задать направление.
  Кот родственнику обрадовался. Сразу схватил в объятья. Всеми четырьмя лапами, не забыв про дарованные природой когти. Так они вниз и покатились черно-рыжим клубком. Поднимая в воздух снежную пыль.
  - Я знала, что однажды он допрыгается, - удовлетворенно произнесла зеленоглазая, проследив за полетом мастера и кота. Улыбнулась и обернулась к Тэдэру. - Тебе нужно отсюда выбираться. Иначе заболеешь надолго.
  Тэдэр кивнул и сделал последний шаг. На самый верх. Вплотную к скале. Туда где недавно стоял непобедимый мастер.
  И выпал в реальность. Словно и не спал.
  Ольша и Стася сидели на подоконнике, похожие на взъерошенных пичуг. Одна держала на коленях посудину с водой, обхватив ее руками и прижав к себе, как последнее средство обороны. Вторая мяла полотенце. Обе кажется чем-то напуганы.
  Яцуоми расположился на полу у их ног. Он тряс головой, неразборчиво ругался и пытался подняться на ноги. Лицо перечерчивали красные полосы, подозрительно похожие на следы когтей одного знакомого кота. Нос распухал вследствие удара Тэдэра. Правая рука похоже была вывихнута. И весь вид помятый, и несчастный. Странно.
  Стену, скрестив руки на груди, подпирала незнакомка. Беловолосая и зеленоглазая. Высокая и тонкая. Нереально красивая. Такая себе сказочная красавица, еще одна Снежная Королева. Только более настоящая, чем была во сне и длинные волосы заплетены в косу.
  На нее Тэдэр и уставился.
  - Проклятых никогда не видел? - насмешливо поинтересовался Яцуоми, бросив бесполезные попытки встать на ноги.
  Тэдэр перевел взгляд на него.
  - Любуйся, - разрешил, махнув здоровой рукой. - Пока она опять не решила внешность изменить. А заодно и пол. У них это легко. Три секунды времени.
  Тэдэр ничего не понял. Что наверняка отразилось в его взгляде, а может и на лице в целом.
  - Она не человек, - сказал Яцуоми, ощупывая левой рукой правую. - Точнее сейчас человек, потому что ей этого хочется. Захочет, станет собакой. Или той рыжей дрянью, которая тебя оберегает вне реальности. Единственное чего она не может сделать со своим телом, это превратиться в колонию странных простейших, которой были ее предки. Если попытается, умрет. Вилаж хорошо продезинфицировали ее планету. Пришлось забыть об эволюции вертикальной и, подобно всем остальным разумным, в ускоренном темпе эволюционировать горизонтально. В общем, не человек она, понял? - Яцуоми внимательно посмотрел на ученика и попытался еще что-то объяснить. - На самом деле она скопище клеток, которые при некоторых условиях могут жить самостоятельно, ДНК обмениваются, еще какой-то ерундой, не помню как она называется. И ее внешний вид большей частью зависит от того, какие клетки спят, а какие нет. Ну не могу я понятнее объяснить.
  Тэдэр еле удержался от того, чтобы нецензурно сказать учителю, что с него и такого объяснения более чем достаточно. Клетки, значит. Да, а настоящие люди состоят из воздушных шариков, не иначе.
  - Урод, - дружно решили Ольша и Стася.
  Смотрели они при этом вовсе не на Тэдэра.
  Зоя насмешливо улыбнулась.
  - Грош цена твоим россказням, - лениво произнесла красавица. - Моя мама человек. Папа всю жизнь был мужчиной и меняться не собирается. Внешность у меня, кстати, мамина и от моих способностей никак не зависит. Базовый облик, понимаешь? Тот, к которому привязана моя личность. А превратиться в большого кота я бы смогла при желании. Можешь завидовать, маленький обиженный мальчик. Только не хочется. Не умею ходить на четырех ногах. Учиться лень, да и незачем.
  - А внешность ты меняла, - не пожелал признавать поражение Яцуоми.
  - Когда это было необходимо для работы. Не всем повезло появиться на свет с заурядным лицом азата. Иди лучше полечись, пожалеешь ведь потом о своих словах. Как всегда.
  - Дал же Бог кузину, - простонал Яцуоми и опять попытался встать. Заскользил подошвами по полу, на который было что-то пролито и охнув упал обратно. После чего схватился за пострадавшую руку. - Тэдэр, будь добр, больше не натравливай на меня свои фантазии! - рявкнул на смотревшего на него с интересом ученика. - Они у тебя слишком реальными получаются. А я не могу не верить. Этот талант встречается очень редко. Остальные страдают от фантазий не меньше чем от реальных монстров.
  - Я не знал, - зачем-то покаялся Тэдэр.
  - Верю. Именно поэтому не буду мстить.
  Можно подумать, этим обещанием он сильно облегчил участь своего несчастного ученика. Ему не нужно никому мстить. Достаточно продолжить обучение в том же темпе и навязанный преступник на перевоспитании умрет естественной смертью.
  Тэдэр потянулся и на всякий случай еще раз осмотрел свою комнату. Никого нового не увидел.
  - Да поможет мне кто-нибудь? - подняться на ноги у Яцуоми в очередной раз не получилось.
  Тэдэр даже не пошевелился. Обойдется. Не известно кто здесь в большей степени пострадал.
  Зоя поплотнее прижалась к стене, сложила руки на груди и насмешливо улыбнулась.
  Стася с Ольшей переглянулись, печально вздохнули и пошли помогать, пристроив полотенце и посудину на подоконнике. Яцуоми им чем-то не понравился. Удивительное дело. Яцуоми в принципе не может не нравиться девушкам, особенно таким юным. Что же здесь происходило, пока Тэдэр бегал по горе в компании кота? Может кем-то любимый учитель шаманские пляски с бубном устроил и пытался жертву какому-то божеству принести? Хотя, кому такая жертва нужна?
  Соседки ушли, утащив с собой Яцуоми. Зоя осталась.
  - У тебя нет шансов, - произнесла совсем тихо, сочувствуя.
  - Шансов? - переспросил Тэдэр. Он не понимал о чем разговор, да и не хотел понимать. Ему хотелось любоваться совершенной девушкой, как художнику. Хотелось превратить чувства в стихи. Так будет правильно.
  - Ты не сможешь его победить. Никогда. Среди его предков были дети войны. Знаешь, потомки идеальных воинов, добровольцев согласившихся участвовать в одном сомнительном эксперименте. Дети этих добровольцев кроме физической силы и странной внешности унаследовали целую кучу генетических заболеваний.
  - Я знаю, - сказал Тэдэр. Когда-то мама эту историю рассказывала в качестве страшной сказки. - Среди моих предков эллары затесались. Совершенно случайно. Очень уж одна из пра-пра-бабушек была хороша собой, - передернуть плечами и покатать слово эллары на языке, как конфету. Красиво.
  - Телохранители? Не будь наивным, - отмахнулась Зоя. - Самому лучшему из элларов очень далеко до худшего из детей войны. Элларов не ломали, они всегда оставались людьми.
  Спорить с девушкой не хотелось. Да и какая разница? Побеждать можно по-разному. Вот только что-то доказывать этой девушке неразумно, да и не нужно. Ее хотелось слушать, внимать, долго-долго, пока невнятный шепот на краю сознания не превратится в музыку. Правда, для этого может целой вечности оказаться недостаточно. Музыка больше не позволяла себя услышать, ее он тоже успел обидеть и бросить. Теперь она мстит. Издевается. Шепчет, манит, а потом исчезает.
  - Что здесь произошло? - решил спросить Тэдэр, решив пока забыть и о элларах и о музыке.
  Разгром в комнате впечатлял. Словно орда пьяных десантников выясняла, кто из них сильнее. Хорошо, хоть ничего не поломано, а мебель можно будет сдвинуть обратно. Найти бы где-то помощника.
  Вряд ли это дорогой учитель злость вымещал.
  Беспокоить Стасю и Ольшу расспросами не хотелось. Они и без того выглядели впечатленными произошедшими событиями. Яцуоми отвечать скорее всего не станет. Зачем оно ему? Прорычит что-то невнятное и заставит заниматься чем-то полезным с его точки зрения. Зато его кузину было очень приятно слушать, о чем бы эта девушка не говорила.
  - Мой ненормальный брат добился прогресса, чуть не вогнав в гроб и тебя и себя, - улыбнувшись сказала Зоя. - Ты уснул. Сон плавно перешел в блуждания в где-то в подсознании. Когда ты не проснулся утром девочки забеспокоились, позвали Романа и Яцуоми. Хорошо хоть знали где их искать. Роман, как и следовало ожидать, раскритиковал методы моего братца. Тот в ответ наорал на него. Потом они несколько часов возле тебя дежурили и догадались позвать меня только после того, как ты начал швырять предметы.
  - Я бросался снежками в кота, - зачем-то сказал Тэдэр.
  Кот ловил снежки лапами и смешно тряс всем телом, когда получалось попасть. Правда так и не ушел.
  - Возможно там бросался, тебе лучше знать, - серьезно сказала девушка. - А здесь ты напугал девчонок. Они не ожидали, что по комнате начнут летать вещи. После у тебя поднялась температура. Роману достало ума не лечить тебя доступными ему средствами. Яцуоми начал посыпать голову пеплом, он подозревал, что ты ходишь по лабиринту и никогда оттуда не выйдешь. Не спрашивай, что за лабиринт, он по-моему только в воображении таких идиотов как мой братец существует. Впал человек в кому, значит в лабиринте, и никак иначе. В общем, Яцуоми начал паниковать и нагнетать обстановку. Роман поступил умнее, пожаловался руководству. Потом пришла я, подкорректировала твою реальность, упростив путь. А кота очень вовремя отвлек мой брат. Кстати, кот похоже страж границ, программа в сознании для защиты. Если он опять не будет тебя куда-то пускать, лучше слушайся. Дольше проживешь. На задворках сознания у любого человека есть места в которые лучше не попадать. А в данном случае ты без чужой помощи вообще никуда бы не дошел.
  - Понятно, - сказал Тэдэр.
  Все интереснее и интереснее. Защитный механизм сознания значит.
  Тэдэр вспомнил с каким упорством желтоглазый кот отгонял его от наиболее привлекательного подъема на гору. Что же там такое прячется? И почему именно там путь выглядел самым легким?
  А надо ли это знать?
  - Каким образом мой страж границ поцарапал лицо Яцуоми? - нашелся с самым важным вопросом Тэдэр. Сознание подождет. Оно в отличие от Зои никуда не денется. По крайней мере Тэдэр на это очень рассчитывал. Целители ведь для чего-то тоже нужны. - Да и остальные повреждения для меня стали сюрпризом.
  - Он не умеет не верить, - девушка улыбнулась, как-то очень печально, словно о чем-то сожалея. - Я умею, а он нет. Поэтому я могу выводить заблудившихся в собственном сознании видящих, а он умеет видеть. Для него и кот и гора были реальны. Он был в том мире. Физически. Он иначе не умеет. Вот и получил повреждения. Мозг знал, телу пришлось подчиниться. Ты тоже не умеешь не верить. Так что будь осторожен.
  Тэдэр кивнул головой и понял, что что-то выпустил из виду. Какую-то мелочь.
  - Стоп! Каким образом у меня вещи летали?
  - Понятия не имею, - отмахнулась от этого вопроса Зоя. - Может полтергейст завелся? - спросила с иронией, которая ей неожиданно очень пошла. - Барабашка какой-то. Или это был телекинез? Видящие в себе иногда более странные вещи делают. Это необъяснимо. Просто дар. Кстати, будучи в сознании подобный фокус повторить не сможешь. Странно, правда?
  - Правда, - согласился Тэдэр.
  - Ты поспи. И больше никуда не проваливайся, - и отошла от стены.
  Шагнула грациозно, даже Яцуоми вряд ли когда-то сможет так двигаться. Хотелось смотреть и смотреть, а лучше схватить и никуда не отпускать.
  - Подожди. Ты правда не человек? - какой глупый вопрос, вот теперь она уйдет и больше не посмотрит в его сторону. Жаль.
  - Правда. - Зоя улыбнулась. - Тебя это остановит?
  - Нет. Ты еще придешь?
  - Нет.
  И ушла. Не выслушав. Грациозная и красивая. Не для преступника на перевоспитании.
  Мир опять стал таким сложным. Поменялся как-то резко, наполнился красками, шумом и светом. В этом мире, вероятно, будет очень хорошо жить. И непросто.
  Хотелось улыбаться.
  Хотелось бежать за девушкой.
  Хотелось орать, а потом прямо на стене писать все, что в голову придет и возможно, рано или поздно, вослед за всем этим бредом придут стихи. Не те, злостно-наивные, мальчишеские, только и годящиеся для популярных песен, а настоящие, которые будут заставлять плакать и смеяться. Которые наверняка своего автора переживут. Чем не мечта?
  Людам необходима мечта, такая неуловимая и легкая, как плывущее по воздуху перо-лодочка. Если попытаться его поймать, оно легко ускользнет. Зато если подставить ладони и терпеливо подождать, возможно оно покачиваясь на них опустится.
  Зою необходимо вернуть. Любой ценой. Зачем? Кто знает? Просто с ней мир станет целым и настоящим, со всеми своими темными и светлыми сторонами.
  Придется пытать ее брата. Если понадобится, с помощью кота. Как бы еще кота вытащить из собственного подсознания? Или проще Яцуоми туда затолкать?
  Или лучше купить большую кошку и не заниматься ерундой? Видел когда-то Тэдэр таких огромных полосатых кошек. Еще бы вспомнить где?
  Что же, можно сообщить Роману, что в жизни одного из его подопечных появилась цель. Самая настоящая. Правда, неясная и расплывчатая, наверное глупая, но ведь раньше и такой не было. Возможно, его это порадует.
  
  
Оценка: 10.00*8  Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"