Гжатский Сергей: другие произведения.

Человек-дельфин против белобандитов.

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Никита отправляется в погоню за белобандитами, которые разгромили секретную лабораторию и похитили профессора Эккельдорфа с группой малышей-дельфинят. Месть его будет ужасной.

   О РОМАНЕ : В силу стечения трагических обстоятельств, новорожденный младенец обретает физиологию земноводного - способность одинаково комфортно чувствовать себя и на суше, и под водой. С годами молодой человек осознаёт, что является носителем неоценимого дара природы. Он решает употребить его на борьбу с проявления ми Зла, безумие которого всё чаще захлёстывает планету...
  
   СЕГЕЙ ГЖАТСКИЙ.
   СЕРИЯ:
   ЧЕЛОВЕК - АМФИБИЯ-2.
   Роман первый.
   Человек-дельфин и белобандиты.
   /приключенческо - фантастический боевик /.
  
   ПРОЛОГ.
  
   1.
  
   Неожиданным контрнаступлением красные прорвали фронт на участке Семипрядинск - Кочетовка и уже ранним утром следую щего дня их передовые разъезды объявились вблизи Вознесенска-Подольского. Создалась реальная угроза окружения. Группа бело гвардейских частей южного участка центрального фронта вот-вот могла оказаться в котле.
   Что бы избежать этого Верховный Главнокомандующий отдал приказ отходить за Свиристень на заранее подготовленные позиции. Белогвардейская армия пришла в движение. Её поспешное отступле ние больше походило на паническое бегство. Пример мужества, вы держки и хладнокровия выказывали лишь части дроздовцев, в кото рых царила железная дисциплина...
   Июльское утро постепенно разгоралось. День, по всем приме там обещавший быть необычайно жарким, только набирал силу. Пе тухи во дворах ещё не откричали заутреннюю, а солдаты уже про шлёпали разбитыми сапожищами по просёлку мимо покосившихся хат и оставляя за собой шлейф дорожной пыли, спустились к реке.
   Войска спешили к переправе. Ощетинившиеся штыками колон ны сползались к мосту через Свиристень со всей необъятной степи.
   Сверху они напоминали прожорливых гусениц на зелёном листе, спешаших к самой его вкусной части - середине.
   Свиристень - спокойная река, хотя шириной и глубиной могла поспорить с любой другой водной артерией южного предуралья. Единственный на всю округу добротный мост представлял из себя невысокий дощатый настил на дубовых сваях. Его выстроили ещё в начале прошлого века по указу генерал-губернатора края, но он до сих пор исправно служил людям и капитального ремонта не тре бовал.
   Белогвардейские части сходились возле моста, образовывая нешуточное столпотворение, над которым носился нескончаемый гул, стоны, вопли, божба и мат-перемат.
   Раскрасневшийся штабс-капитан, командовавший переправой,
   уже успел сорвать голос и теперь только хрипел и угрожающе разма хивал револьвером на нарушителей порядка. Двоих его помошников - рядовых низших чинов, или оттёрли в толкучке, или они сами бла гополучно "затерялись", что бы поскорее улизнуть на ту сторону.
   - Куда прешь, оглобля тебе в печень! А ну сдай назад! Сейчас пятая рота проходит, а за ней - дроздовцы!
   Его и слушали, и не слушали. Все лезли вперёд нахрапом и ...все каким-то чудом без происшествий перебирались за реку. Зами нок на переправе, как ни странно, не возникало. Счастливчики, ока завшиеся на спасительном берегу, оборачивались, истово крести лись и встав в строй, маршировали за пригорок, на котором шелесте ла гуcтая берёзовая роща.
   На мост ступили дроздовцы. Колонны солдат шли стройными рядами, держа шаг. Среди их вылянивших и побелевших от пота гимнастёрок, вещьмешков со скатками на плечах и трёхлинеек за спиной, показалась запряжённая трёхгодовалым мохноногим меринком бричка. Она катила по самому краю моста, поскрипывая несмазанными рессорами. Пожилой казак-денщик, сидевший на облучке, с остервенением дёргал за вожжи, осаживая норовистого жеребца, напуганного большим скоплением народа и несмолкае мым гвалтом,
   - Н-но, зар-р-раза! Не балуй! - казак стегнул жеребца по потному крупу и тут же натянул поводья, - От, шалый! Тп-р-ру! Не дёргай!
   Мерин храпел, косил налитым кровью глазом, но пока подчи нялся денщику, который время от времени оборачивался назад, где на подстилке из соломы стонала молодая красивая женщина. Она полулежала на боку, придерживая руками большой круглый живот и через силу жаловалась едущему верхом рядом с бричкой видному, подтянутому поручику :
   - Ох, не могу больше, Теренюша! Сил моих нет... Ой, ро-жа-а-ю!
   Поручик побледнел, подъехал поближе и склонился над женой.
   - Потерпи, дружок!
   - Мочи нет терпеть! - стиснула зубы роженица.
   - Надо терпеть, родная! - офицер погладил жену по русым волосам и поправил сбившуюся на сторону косынку, - На том берегу и госпи таль, и фельдшер... Потерпи...
   В этот момент неожиданно рванул близкий взрыв. Снаряд уго дил в реку рядом с мостом, в небо взметнулся столб огня и воды, ко торая окатила солдат. Ни у кого не возникло сомнений, что артилле рийский огонь ведут красные. Видимо, воспользовавшись сумато хой, возникшей при отступлении, они сумели беспрепятственно за нять ближайшую господствующую высоту, развернуть батарею и начать обстрел переправы.
   Второй снаряд угодил в жеребца, разнёс его в клочья и опроки нул бричку. Вверх взметнулись щепки, полыхнуло пламя и над посе чёнными осколками солдатскими рядами поплыли клубы пороховой гари. Конь под поручиком дико заржал и взвился на дыбы. Но офи цер усидел в седле. Более того, он увидел, как взрывная волна выб росила жену из брички и она кувыркнулась в реку.
   Возница чудом не пострадал. Его сбросило с облучка на мост, к счастью не зашибло. Он метнулся к женщине, но не успел, волны с плеском поглотили её. Она ушла под воду рядом с колыхавшейся на поверхности разбитой вдребезги бричкой. Денщик обернулся к пору чику и перекрывая несмолкаемые вопли раненых, запричитал:
   - Ваш бродь! Терентий Потапыч! Беда!
   Поручик дёрнул поводья, саданул шпорами под бока и едва конь скаканул к краю моста, на ходу соскочил с седла и нырнул в реку в том месте, где ещё не разошлись круги от падения жены. Вол ны сомкнулись над офицером, по ним тут же пробежала пулемётная очередь. Красные развернули тачанки на взгорке, их пулемётчики принялись косить замешкавшихся солдат на мосту. Белогвардейцы ответили дружным залпом, завязалась перестрелка.
   Невзирая на обстрел, возница бросился животом на ходивший ходуном край моста. Не отрывая от вспенившейся воды прослезив шихся глаз, он тоскливо то ли причитал, то ли заклинал :
   - Терентий Потапыч, миленький, выплывай! Не покидай меня, греш ного!
   Денщик, продолжая лежать на досках, крестился и бормотал неразборчивые молитвы. Обстрел моста продолжался. Чередующие ся разрывы снарядов сотрясали его до основания, над водой стлался дым, свистели пули, визжали осколки. Огонь был плотный, но пере права тем не менее продолжалась.
   Вдруг из реки показалась голова поручика. Он вынырнул не один. Левой рукой прижимал к себе жену, голова которой безвольно свесилась на грудь. Казак обрадовался.
   - К берегу! К берегу плывите! - закричал он, вскакивая на ноги.
   Поймав за повод мечущегося коня поручика, денщик вместе с ним устремился к началу переправы. Отступающие гвардейцы злоб но толкали его, ругали матерно, но он упорно протискивался по кромке моста к берегу. Поручик тем временем доплыл до мелко водья, подхватил жену на руки, вынес из воды и уложил на траву среди убитых и раненых. Крутой береговой откос закрыл его от обстрела. Офицер присел возле жены, склонился над ней, уложив голову на свои колени.
   - Маша, Маша очнись! - затормошил он её за плечо.
   К ним подбежал денщик. Он тоже склонился над женщиной. Жеребец, увидев поручика, радостно заржал. Вокруг гремели разры вы, свистели пули, царила паника, но поручик с денщиком ни на что не обращали внимания.
   - Слава Богу, Терентий Потапыч! Вы спасли Машу! - перекрестился казак, но вдруг осёкся и сошёл с лица. И он, и поручик одновремен но увидели, как на промокшей ситцевой кофточке, чуть ниже левой груди женщины, набухает и расплывается кровавое пятно.
   Маша не подавала признаков жизни!
   Её убил осколок. Похоже, что в реку она упала уже мёртвой. И ещё они заметили, что живот у женщины пропал.
   - Господи! - распрямился денщик и опять перекрестился, - Опроста лась! Дитё в реке!
   Трагедия ошеломила поручика, но только на мгновение. Осоз нав, что жена мертва, а новорожденный до сих пор на дне, он вско чил с колен и снова бросился в реку. Денщик попытался удержать его, но тот только отмахнулся.
   - Жди! Машу - на коня!
   Пули секли по воде, взбивая фонтанчики; осколки надрывали душу визгливым воем, грохот разрывов слился с нескончаемыми воплями истребляемых солдат. Дым и гарь стлались над мостом удушливым пологом, языки пламени лизали перила, а поредевшие колонны всё спешили и спешили на спасительный берег.
   Минут сорок провёл в реке поручик, отыскивая под водой мла денца. Только на секунду появлялась его голова среди волн и разры вов и вновь исчезала в клокочущей пене. Раз за разом нырял офицер на дно, рискуя угодить под пулю или снаряд и уже больше никогда не выплыть из бездны.
   Новорожденного отнесло течением в сторону, но упорство от чаявшегося отца дало результат. Ребёнка он всё-таки нашёл среди ти ны в ближайшей заводи, несмотря на поднятую со дна муть. Прижав беззащитный комочек плоти к груди, поручик поспешил к берегу, где его дожидался денщик. Казак успел достать из котомки чистый рушник, в который они и завернули малыша.
   Внезапно младенец тонко запищал!
   - Жив! - вскричал поражённый отец, - Мой сын жив, Митрич!
   Он не верил своим глазам, на посиневших губах просколь знуло подобие улыбки. Офицер обернулся к жене, труп которой денщик перекинул через седло.
   - Маша, ты видишь? Наш сын жив!!! - показал поручик ребёнка покойнице.
   В этот миг раскалённый свинец ударил его под левую лопатку.
   Поручик дёрнулся всем телом и зашатался, ноги его подкосились, он стал медленно оседать на землю. Денщик подскочил к нему, ловко перехватывая ребёнка из ослабевших рук.
   - Не дай ему погибнуть! Слышишь, не дай! - прошептал раненный цепляясь за казака, но всё равно медленно сползая на землю. В сле дующую секунду он оттолкнулся от денщика, полуразвернулся и замертво рухнул возле ног своего скакуна.
   Казак как во сне взгромоздил тело поручика на коня рядом с его женой, подхватил младенца в охапку и вклинился в колонну от ступающих. Пули и снаряды не коснулись его, и он благополучно переправился через Свиристень. Вырвавшись из давки обезумевших солдат, денщик поспешил за косогор.
   За рощей показались купола монастыря и при нём покосив шиеся кресты на погосте. Казак направился к кладбищу, где и схоро нил поручика с женой в одной могиле. Потом заглянул в монастырь, который оказался мужским, коротко пересказал настоятелю чудес ную историю рождения младенца и оставил его на попечение черне цов, передав также и нехитрые пожитки его безвременно усопших родителей, среди которых оказался небольшой сундучок с докумен тами и семейным архивом погибших. Простившись с настоятелем, отцом Серафимом, казак отправился разыскивать свою часть.
   - Как нарекли младенца-то, сын мой? - спахватился отец Серафим.
   Денщик остановился и в раздумье почесал затылок.
   - Мария Игнатьевна говаривала, что ежели народится девочка, то назовут её Евдокией... А Терентий Потапыч сказывал, что сына хотел бы назвать Никитой.
   - Тако тому и быть! - согласился настоятель, - Запишу в метрическую книгу как Никиту Переславцева!
   Казак ушёл и больше не вернулся, видимо сгинул в горниле Гражданской войны. Но история младенца Никиты на этом на закончилась...
  
   2.
  
   Свято-Данилов мужской монастырь стоял над рекой на возвышенности под названием "Горячий яр". Игумен монастыря, преподобный отец Серафим, покинул личные, так называемые "ар хирейские" покои, вышел во двор и осмотрелся: Никитки нигде не было видно. По обширному подворью мелькали лишь редкие фигуры святых братьев и сестёр, занятых хозяйственными делами.
   "Да, опустела ноне святая обитель! - горестно покачал головой нас тоятель, глядя на монахов и монахинь, - Смута пришла на Святую Русь".
   Отца Серафима можно было понять: в результате двух револю ций и Гражданской войны многие божьи храмы в стране были раз рушены и преданы огню, их обитатели или перебиты, или разогна ны сражающимися безбожниками.
   Игумен ещё раз осмотрел залитый знойным солнцем чистень кий зелёный двор, галереи, церквушку, возведённую лет двадцать назад на месте сгоревшей деревянной, часовню, обветшалый кухон ный флигель, архирейский дом в окружении яблонь и слив, сараюш ки и клети вдоль давно небелёной стены, конюшню на отшибе и на правился к восточному пределу монастыря, который ещё два года назад отвёл под обитание игуменье Марфе и её монашкам.
   Их монастырь, находившийся в соседнем уезде, взорвали от ступавшие белогвардейцы, предварительно хорошенько его обчис тив. Пьяные солдаты и офицеры сначала гонялись за приглянувши мися монашками и тащили их в кельи, а затем принялись за грабёж: стали хватать всё, что ни поподя: священные писания, церковную утварь, ризницы, одежды; содрали с икон серебряные оклады... Ничего не оставили, ироды...
   Святым сёстрам некуда стало деваться, вот они и прибились к мужскому монастырю. Пришлось потесниться, выделить обездолен ным несколько пустующих келий в нежилом крыле монастыря. С той поры святые братья и сёстры молились сообща, иногда устраива ли вокруг монастыря шествия - крестные ходы, колокольным зво ном зазывая к себе верующих.
   Два года минуло, как закончилась Гражданская война. Жизнь в стране постепенно налаживалась. Она бурлила за стенами монас тыря такая страстная и непонятная. Некоторые из братьев и сестёр соблазнились на бесовские призывы большевиков и ушли в мир, нарушив постриг. А новые не пришли. Община стремительно пустела...
   Опечаленный раздумьями, игумен Серафим постучал в дверь покоев преподобной Марфы.
   - Никитка не у вас ли? - спросил он востроносую и востроглазую молоденькую монашку, отворившую дверь.
   - Нету-ти! - ответила чернавка, - Мабудь, на реку побёг? С ребятиш ками деревенскими купается?
   Никитку завсегда тянуло к воде. И не мудрено, ежели знать ис торию его рождения. А отец Серафим как никто другой знал, что Никитка родился "ребёнком воды" или, по-научному, "человеком-дельфином"!
   Погружённый в раздумья о своём воспитаннике, настоятель повернулся и побрёл за ворота на реку. Мальцу сегодня исполни лось три годика, но выглядел он много старше своих лет. На вид ему можно было дать и шесть, и семь. Потому что его организм развивал ся на изумление очень быстро.
   Плавал Никитка как рыба с первых дней рождения. Нырял словно дельфин, хотя никто его этому специально не обучал. В пер вую же ночь своего пребывания в монастыре новорожденному стало так плохо, что того и гляди, отдаст Богу душу. Хорошо, что препо добный догадался наполнить бадейку речной водой и окунуть в неё новорожденного - тот и успокоился, пуская пузыри под водой.
   Ходить Никитка начал в три месяца. Ребёнок развивался под вижным, гибким, акробатичным. По натуре был общительным и жизнерадостным, неспособным переносить слишком много ограни чений.
   На взгляд отца Серафима, он обладал более тонкой психологи ческой структурой и повышенной восприимчивостью, по сравнению со своими сверстниками. Одним словом, рос крепким, здоровым и удивительно смышлёным. Всё сказанное ему взрослыми хватал на лету и памятью отличался необыкновенной.
   "Пожалуй, хватит ему бестолочью носиться! - подумал игумен, - По ра браться за обучение мальца. Да и о родителях его надобно откры ться. А то как-то неудобно получается. Всё кличет меня: " тятей", а какой я ему отец? И не родня даже..."
   Извилистая тропка сбежала вниз по пологому склону к реке, где на песчаном мелководье от берега тянулись дощатые клади, на которых деревенские бабы и монастырские послушники стирали и полоскали бельё. Поблизости в воде резвились беспортошные дере венские ребятишки, загорелые до черноты, словно бесенята. Они весело плескались, оглашая окрестные берега истошными воплями.
   Но Никитки среди них отец Серафим не углядел. Он постоял-постоял на берегу и развернувшись, с сомнениями побрёл назад к мо настырю, тяжело опираясь на простой берёзовый посох. И только очутившись за высокими каменными стенами, вдруг подумал, что мальчонка может пропадать на монастырском пруду.
   Давным-давно монахи выкопали его в самом удалённом и тенистом углу сада. Братия испокон веку разводила в пруду карпа и леща. Рыбу солили и вялили, что бы подавать на стол в постные дни. Монастырские стены в том месте образовывали прямой угол, укреплённый высокой резной башенкой-игрушкой, через узкие бойницы которой, однако, в случае невзгоды, можно было дать нешуточный отпор осадившим монастырь ворогам.
   Правда, в последние годы, такое полезное занятие, как разведе ние рыбы, пришлось оставить: и умельцы перевились, и свободных рук катастрофически не хватало...
   Встречные монахи и монахини низко кланялись суровому на вид старцу, просили благословения, после чего спешили дальше по делам. Он останавливался на минуту, осенял их крестным знаме ньем и также продолжал свой путь. Многим обитателям монастыря было невдомёк, что суровому игумену на самом деле нет ещё и сорока. Вот бы они удивились, прознав про то...
   ...Штанишки и рубаха Никитки лежали аккуратно сложен ными на поросшем густой травой бережку, под разросшимся розовым кустом. Сам мальчонка, словно большая рыба, плавал под водой, которая поражала чистотой и прозрачностью.
   Игумен встал на краю невысокого обрыва спиной к солнцу, что бы не отсвечивали в глаза водные блики и вгляделся в темнею щую глубину пруда. Никитка теперь стал виден как через толстое, слегка помутневшее стекло.
   Маленькое загорелое тельце ребёнка двигало руками и ногами словно лягушка, стремительно перемещаясь по дну между колышу щимися водорослями, валунами и корягами. Вот ребёнок подплыл к небольшому желтеющему камню, покрытому редкими свисающими водорослями, и сунул под него руку.
   Тут же вытащил обратно и посадил на камень... большого усатого рака. Тот принял оборонительную позу, выставив перед собой внушительные клешни. Никитка ткнул в него подобранной со дна хворостиной. Рак щелкнул клешнями и попятился. Сорвался с камня и упал в тину...
   Но внимание Никитки уже переключилось на невозмутимо проплывающего мимо зеркального карпа, размер которого был чуть не в половину туловища ребёнка. Шалун попытался ухватить рыби ну рукой за хвост, но куда там! Карп шарахнулся в сторону, Никитка - за ним. Началась погоня, отдалённо напоминающая игру в салочки или догонялки.
   Человек и рыба играли!
   Причём рыба, по-видимому, совершенно не боялась ребёнка. За кого она его принимала, интересно знать? Игумен поморщился и осмотрелся по сторонам: не видит ли кто? Но в этом глухом углу парка кроме него никого не было.
   Отец Серафим прикинул: малыш находился под водой минут десять-пятнадцать, но выныривать, что бы глотнуть воздуха, похоже не собирался. Вобще-то, как он знал, Никитка мог находиться под водой часами безо всякого вреда для себя и это было невероятно.
   И противоестественно!
   Его способности противоречили всем законам природы, а это могло навлечь на мальца многие неприятности. Хорошо, что об этом никто ни в деревне, ни в монастыре покуда не прознал. Но в любое время могли проведать, а это недопустимо. Тогда - караул! Нет! Тянуть дальше нельзя. Нужно поговорить с ребёнком со всей серьёзностью. А то не миновать беды из-за его врождённого феномена...
   Игумен ещё раз внимательно оглядел пустынные берега пруда и подступающие к воде кусты и деревья парка. Никого не увидел и тихо позвал :
   - Никитка!
   Мальчик под водой никак не отозвался.
   - Никитка! - отец Серафим повысил голос и вдруг до него дошло, что тот, находясь под водой, просто не может его слышать. Тогда он поднял небольшой камешек и швырнул его в воду, туда, где среди водорослей белым пятном промелькнуло тельца ребёнка. Раздался лёгкий всплеск, по водной глади пошли мелкие круги.
   Никитка отреагировал мгновенно. Он извернулся, посмотрел в сторону обрыва, откуда прилетел голыш, и вынырнул на поверх ность. Улыбнувшись настоятелю, ребёнок в два замаха подплыл к берегу.
   - Ловко плавает! - восхитился отец Серафим, - Аки щука!
   Никитка тем временем вышел из воды на пологий берег чуть в сторонке и прибежал на обрыв. Совершенно не смущаясь своей наго ты, он низко поклонился настоятелю в пояс:
   - Добрый день, тятенька! Как ваше здоровье?
   - Благодарствую, отрок! А ты, как я посмотрю, совершенно обжился в пруду?
   - Да! Под водой всё так интересно... И устроено не так, как на суше...
   Никитка склонил голову на бок и попрыгал сначала на одной ножке, вытряхивая воду из уха, потом на другой. Покончив с этим занятием, стал проворно одеваться, ловя на себе ласково-нежные взгляды настоятеля.
   - Слушай меня внимательно... - заговорил игумен.
   - Слушаю, тятенька!
   - ...Другие дети... да и взрослые тоже, не могут так долго нахо диться под водой, как ты ...
   - Да, я это заметил! Они тонут! Ребята из деревни рассказывали про утопленников, которых защекотали русалки в реке...
   - Вот! - игумен наставительно поднял большой палец вверх, - А посе му твой Дар, хоть он и дан тебе при рождении несомненно от Бога, а не от дьявола, надлежит до поры хранить ото всех в большом секре те.
   - Я понимаю, тятенька! Я не такой, как все...
   - Глупости! - вскричал рассердившись игумен, - Ты ничем не отли чаешься от остальных людей. Ты как все! Но тебе даны способнос ти, которых нет у других. И только в этом твоё отличие от них. Запомни хорошенько. Тебе дан Дар Господен, чуден и неповто рим...
   Ты - божий избранник! А люди в наше время стали алчны, злы и завистливы. Из-за твоего Дара они могут принести тебе много бед и страданий, ведь у них самих ничего подобного нет. Понял ли ме ня?
   - Понял, тятенька! Но что значит, "хранить в секрете"?
   - Это значит, что отныне ты не должен при посторонних долго оста ваться под водой. Будь, как все - нырнул и вынырнул.
   - А когда один?
   - Когда один или со мною - то можно. Но предупреждаю, будь осторожен! Смотри, что бы никто не увидел и не узнал. Повторяю, таись ото всех, никому не говори и не показывай своих э... э... спо собностей. Это смертоподобно!
   - Я запомню, тятенька!
   - И не зови меня больше "тятенькой"! - посуровел игумен - Не отец я тебе вовсе!
   Мальчик вскинул на отца Серафима глазёнки, мгновенно напо лнившиеся слезами, и испуганно отшатнулся.
   - А-а ...кто ...вы? - прошептал он дрожащим голоском.
   Всё его естество в этот миг казалось воплотило в себя такую необьятную мировую скорбь, что игумену стало невыносимо жалко ребёнка и он, смягчив сердце, перекрестился и обманул, глухо бурк нув под нос :
   - Дядька твой! Брат отца по дедовой линии...
   Мысленно попросив у Господа прощения за "благую ложь", отец Серафим пояснил :
   - Твои родители умерли. Погибли в Гражданскую войну. Пошли, я покажу тебе их могилку.
   Взяв Никитку за руку, он подвёл его к неприметной дверце в монастырской стене, снимая на ходу с пояса связку длинных ключей. Настоятель отворил калитку. Они вышли за ограду и очутились на разросшемся за последние годы погосте.
   От вида покосившихся кладбищенских крестов и замшелых надгробий, малыш затрепетал, но сильная рука игумена, в которую он вцепился, придала сил и храбрости.
   Они прошли между могил по заросшей травой тропинке вглубь погоста. Над ними шелестели листвой молоденькие берёзки и рябины, чирикали птахи и вовсю светило солнце. Тишина и покой кладбища окончательно успокоили мальчика. Он шагал вслед за настоятелем и с трепетом в сердце ожидал знакомства с последним пристанищем людей, давших ему жизнь.
   - Вот тут они и лежат, - остановился отец Серафим, указывая на не приметный зелёный бугорок с деревянным крестом в изголовье, -Твои папка и мамка! Умерли в один день. Шёл бой, их пулями и посекло...
   Никитка посмотрел на холмик земли, на потемневший от дождей крест и почувствовал такую тоску, какая приходила к нему только в пасмурные дни. Слезки сами собой закапали из детских глаз. Игумен крестился и делал вид, что не замечает переживаний ребёнка. Пусть малец сам справляется со своими чувствами. Тут ни помощь, ни увещевания не надобны.
   Никитка крепко закрыл глаза. Ему очень захотелось увидеть родителей. Какие они были? Несомненно красивые и сильные, доб рые и смелые, умные и всепонимающие...
   Вдруг сквозь пелену слёз перед его внутренним взором возник ло яркое свечение, которое сформировалось в красочную картинку. На фоне радужных лучей появились мужчина и женщина, стоящие во весь рост. Оба высокие, красивые и счастливые. Мужчина в воен ной форме обнимал за плечи молоденькую девушку неописуемой кра соты, одетую в белое подвенечное платье. Оба по-доброму смотрели на Никитку и улыбались. Они что-то говорили ему, их губы шевелились, но слов он не разобрал...
   И тогда он понял что это и есть его родители: отец и мать. На душе у Никитки стало легко-легко. Он протянул к ним руки и воск ликнул :
   - Папенька! Маменька! Я тут. Заберите меня к себе. Родители пере стали улыбаться и покачали головами.
   - Тебе ещё рано к нам! - словно шелест листвы долетели до него их голоса.
   В следующее мгновение видение исчезло. Никитка словно оч нулся ото сна. Он готов был снова расплакаться, но пересилил себя. В голове промелькнули совсем недетские мысли: он видел отца с мамой! Они верят в него. Они надеятся, что он вырастит достойным человеком. А потом они встретят его, но это случится не скоро...
   Игумен внимательно посмотрел на малыша и обо всём догадав шись, строго спросил :
   - Родителей узрел, отрок?
   Никитка кивнул, вытирая слёзы. На губах его блуждала счастливая улыбка.
   - Угу!
   - Это хорошо! Они...- он ткнул рукой в проплывающие над головой облака, - ...сейчас там, и наблюдают за нами, грешными, свысока. Они заботятся о тебе, помни об этом. Я догадываюсь, тебе хочется к ним. Но нельзя! Слишком рано! Ты должен пройти свой жизненный путь, выполнить Божественное предначертание на Земле. Понятно ли изъясняюсь?
   Никита вновь кивнул.
   - Вот и ладно! - Отец Серафим указал на прибитую к кресту доще чку - Что тут написано?
   Мальчик уставился на выжженные калёным железом буквы и неуверенно пробормотал :
   - Не разумею грамоте, дяденька.
   - То-то и оно! - хмыкнул настоятель, - Тут указаны имена твоих родителей, а тако же проставлены даты их рождения и смерти. Запомни это место, что бы когда вырастишь, смог навещать могилку. А грамоте и другим премудрым наукам я, в силу своих познаний, тебя обучу...
   Игумен поковырял посохом в подножье креста.
   - Ну-ка, нагнись, пошукай, что там?
   Никитка разрыл землю и достал завернутый в промасленную брезентовую холщину небольшой дубовый сундучок.
   - Возьми его, - сказал игумен, ткнув в находку посохом, - Твой он отныне. Осилишь? Тогда пошли отсюда.
   Никитка подхватил сундучок под мышку и побрёл вслед за отцом Серафимом. С этой минуты он почувствовал себя сильно повзрослевшим.
   - Что в нём? - спросил он, прижимая неудобную ношу к боку.
   - Домашний архив твоих родителей. Документы разные, письма, фотографии... А тако же выписка из монастырской книги прихода о твоём рождении. Это я её сделал и приложил к остальным бумагам, что бы ты не оказался на положении "Ивана - не - помнящего - род ства"! Ты есть достойный продолжатель своего рода, помни об этом. Документы то подтвердят...
  
   3.
  
   Преподобный Серафим погиб в двадцать девятом...
   Его, на глазах Никитки и остальных обитателей монастыря, застре лил из нагана озверевший главарь банды, кулак Осип Стельников по кличке "Заболотный". За то, что отец Серафим отказался отворить ворота и впустить бандитов на территорию монастыря.
   Их было около семидесяти вооружённых до зубов всадников: петлюровцы, махновцы, григорьевцы; пять подвод и три тачанки с пулемётами. Бандиты удирали от бойцов сводного отряда ОГПУ особого назначения.
   Но не успела банда укрыться за неприступными стенами мона стыря, как нагрянула оперативная группа чекистов, усиленная воин ским подразделением второй Омской бригады в составе около двух сотен клинков. Чекисты каким-то непостижимым образом проникли на территорию монастыря прямо на лошадях и порубали бандитов всех до одного. Такая у них была установка - с участниками кулац кого восстания не церемониться!
   К слову сказать, в успехе той операции была немалая заслуга монашка Никиты, который по предварительной договорённости с командиром отряда, отворил потаённую калитку со стороны погоста и проводил красноармейцев коротким путём через парк к бандитско му штабу.
   Среди чекистов оказалась женщина-комиссар Эльза Грушниц кая. Узнав, что рыдающий над телом убитого отца Серафима мало летний монашек Никита и есть тот самый герой, который помог им покончить с бандой, к тому же оставшийся круглым сиротой, она взя ла его с собой, что бы определить в губернскую детскую труд-комму ну под названием: " Светлый путь", где проходили перевоспитание трудные подростки-беспризорники.
   Но по дороге в коммуну, побеседовав с девятилетним мальцом и к своему удивлению убедившись, что последний помимо знания грамоты ещё бегло разговаривает на трёх европейских языках - немецком, английском и французском / спасибо отцу настоятелю/, а так же знаком с азами математики, алгебры, химии и физики, тут же изменила своё решение и стала хлопотать, что бы Переславцева зачислили в одну из закрытых школ-интернатов для детей-сирот комсостава, обладающих яркими талантами и несомненными умственными способностями, превыщающими среднестатистический показатель.
   Именно из таких неординарных детей Советское государство вознамерилось готовить для себя специалистов широкого профиля:
   талантливейших полководцев, дипломатов, разведчиков-нелегалов и готовых на всё диверсантов...
   С первого же дня поступления в закрытое училище курсантам вдалбливалась в сознание одна простая мысль: советское государ ство не оставило вас в беде - оно бесплатно кормит вас, одевает и обучает всему, что пригодится вам в вашей будущей службе. А пото му вы просто обязаны отвечать добром на добро и бесприкословно исполнять все его приказы и поручения.
   Не избежал подобного "промывания мозгов" и Никита. Но про был он в интернате сравнительно недолго...
   Вот что произошло.
   Как ни таился подросток, но кто-то из новых друзей-однокашников всерьёз заинтересовался его частыми отлучками на реку, которая, кстати, несла свои воды под стенами учебного заведения, проследил за ним и к своему удивлению засёк ненормально-восхитительную способность сокурсника оставаться под водой сколь угодно долго. И тут же доложил о своём открытии директору интерната.
   Директор, старый чекист со стажем - соратник самого Дзер жинского - выслушал курсанта, а затем, когда выяснил, что своим открытием тот больше ни с кем не поделился, отправил "стукача" в больничный изолятор без права общения с друзьями и ещё кем бы то ни было до особого распоряжения. Естественно, со строгим напутствием держать язык за зубами...
   Собственно, "стукачество" в этом и ему подобных заведениях молодого советского государства поощрялось тем или иным обра зом, но это был не тот случай. Директор сразу уловил всю серьёз ность возникшей проблемы, потому и решил действовать самостоя тельно, никого из преподавательского состава в неё не посвящая.
   Изолировав опасного свидетеля, он вытребовал личное дело курсанта Переславцева, долго изучал его, а затем распорядился при гласить Никиту к себе на собеседование. Того вызвали прямо с заня тий по политической подготовке.
   Никита, ничуть не смущаясь, уселся на стул напротив стола директора. Тот излучал спокойное благодушие. Он начал издалека. Сначала расспросил подростка о житье-бытье в интернате. Поинтере совался, не обижают ли старшие и нравится ли ему интернатовская кухня. Потом вскользь спросил об отце Серафиме, мол, что за человек, и что Никиту с ним связывало.
   - Он мой дядька, по дедовской линии, - ответил Никита.
   - Это он обучил тебя грамоте?
   - Да! И не только. Ещё языкам и естественным наукам.
   - Видать, образованный был поп. - заметил директор.
   Никита промолчал.
   Затем директор снова вернулся к жизни в интернате. Он спросил, нравятся ли курсанту порядки в училище, ладит ли он с товари щами и как даётся учёба...
   Никита чувствовал, что главный вопрос директор оставил на потом и всё ждал его. Наконец дождался, когда директор плавно пе решёл к занятиям в бассейне - плаванию и нырянию в глубину с ди версионными целями.
   - Тут инструктор докладывает, что у тебя самые лучшие результаты по подводному плаванию, - кивнул он на раскрытую папку на своём столе, - Таких показателей в нашей школе до тебя ещё никто не вы давал...
   - Я стараюсь... - скромно потупился Никита.
   Директор уловил в его словах тень беспокойства и решил бить наверняка.
   - А ещё мне сказали, что ты можешь долго оставаться под водой. Это правда?
   Никита заёрзал. Даже если бы захотел, он никак не мог солгать этому человеку, который чем-то нравился ему. Он смущённо умолк, не зная что ответить.
   - Ну, я жду ответа, курсант?
   Никита поднял на директора ясные глаза и откровенно признал ся:
   - Отец Серафим не велел мне болтать об этом....
   Директор понял, что "стукач" сказал правду. Его бросило в жар, но он взял себя в руки и уняв дрожь в голосе, назидательно про изнёс:
   - Твой дядька, или кем он там тебе приходился, был прав. Не следу ет о своих способностях распространяться на каждом перекрёстке. Так что он там ещё говорил по этому поводу?
   Неискушённый в технике ведения допроса, Никита приобод рился.
   - Ещё он говорил, что если другие узнают о моём Даре, то обязатель но сделают мне что-нибудь плохое... Они люди, а значит слабы ду хом. В иных вселилось Зло, оттого и все невзгоды на земле...
   Директор одобрительно хмыкнул.
   - В общем, дело говорил твой отец Серафим. Правильно делаешь, что блюдешь его заветы. Но теперь его нет. Убили бандиты... Кстати, за что?
   - Он не пустил их в монастырь...
   - Вот видишь, очень даже правильный был поп. А ты, значит, что бы отомстить, пришёл до наших и провёл их через потайную дверь в стене?
   - Я не только хотел отомстить! - воскликнул подросток, - Я хотел, что бы восторжествовала справедливость...
   - Справедливость, говоришь...- вздохнул старый чекист, - Кто знает, какая она... Сдаётся мне, что у каждого она своя, - добавил он шё потом.
   У Никиты при воспоминании прошлых лет на глазах наверну лись слёзы.
   - Э-э, нет, курсант! - увидев мокрые глаза подростка, воскликнул директор, - А ну отставить! Взять себя в руки! Вот так! А теперь отвечай, кто в вашем монастыре был главным?
   - Игумен, преподобный Серафим, конечно.
   - Вот видишь! А тут - я самый главный! Отца Серафима убили, так вот сейчас я как бы тебе его заменяю. Понятно?
   - Да! Я думаю, что заменяете...- Никита ответил неуверенно, голос его слегка дрожал.
   - Вот и ладушки. А раз так, то я, как и отец Серафим, должен знать о твоём секрете. Иначе нам с тобой не сработаться. Согласен?
   - Хорошо! - согласился Никита, - Раз вы вместо отца Серафима, то я скажу вам... Я и взаправду умею находиться под водой долго дол го!.
   Директор напрягся, лицо его стало сосредоточенным.
   - Как долго? - отрывисто спросил он и покосился на закрытую дверь кабинета.
   - Минуту? Три? Или пять?
   Никита вдруг развеселился.
   - Да что вы... Какие пять минут?
   - Что, неужели дольше? - не поверил директор, - Может, час?
   На губах его появилась ироническая усмешка.
   - И час, и день и дольше... Однажды, когда отец Серафим отлучил ся по делам, я пробыл в пруду больше двух суток. Все потом дума ли, что я уезжал вместе с ним...
   Директор от такого признания в первое мгновение остолбенел. Он не знал, верить ему, или нет. Потом взял себя в руки и решитель но вышел из-за стола.
   - Та-а-к! Пошли в бассейн!
   - Там занятия идут. - подсказал Никита, - Вы хотите убедиться? Тог да пойдёмте на реку. Там у меня есть укромное местечко...
  
   ...Первым сдался директор. Когда совсем стемнело, да и кома ры заели, он кинул в воду заготовленный голыш и Никита как ни в чём не бывало вынырнул из затона.
   - Проверили? - весело спросил он, подплывая к берегу.
   Директор, чувствуя лёгкое головокружение, только и ответил:
   - Возвращаемся! Ужинать пора!
   Июль был на исходе, дни пошли на убыль, конец лета в этих широтах уже начал давать о себе знать ранней вечерней прохлад цей, хотя до настоящей осени ещё было далеко.
   - Не замёрз? - озаботился директор, наблюдая как курсант поспешно натягивает форму на мокрое тело, - Эх, не подумал я полотенец для тебя захватить... Как бы не захворал...
   - Обойдётся, не впервой. Я закалённый.
   * * *
   Спустя неделю после разговора директора с курсантом Пере славцевым на территорию интерната въехала чёрная "эмка", но не обычная, а повышенной проходимости, как определил бдительный караульный на воротах. Ему бросилось в глаза, что кузов этой маши ны приподнят над осями несколько выше, чем у других.
   Из неё, почёсываясь, вылезли две крупногабаритные личности лет по тридцати, одетые в цивильные, неброских тонов костюмы. На
   одном красовалась соломенная шляпа, второй, с пышными бакенбар дами, по случаю жары обмахивался кепи из клетчатой материи.
   Гости не спеша направились к крыльцу парадного входа в зда ние дирекции интерната. Несмотря на простецкий вид, от обоих вея ло такой незримой силой и властью, что часовые на входе, не особо вглядываясь в предъявленные удостоверения, молча посторонились, да ещё отсалютовали им винтовками.
   Водитель, полнощёкий и краснолицый, остался за рулём. Отки нувшись на сиденье с безразличным видом, он закурил "Казбек". Если бы не его шныряющий по двору интерната незаметный прони цательно-настароженный взгляд, то караульный на воротах и часо вые на крыльце решили бы, что ему всё до лампочки.
   Но уж кого-кого, а их такими штучками трудно было ввести в заблуждение. Слишком засекреченным являлся учебный объект и слишком много таинственных личностей на нём перебывало по разной надобности...
   Спустя пол часа после прибытия гостей, в кабинет директора пригласили курсанта Преславцева. Хозяин интерната встретил Ники ту на пороге и полуобняв за плечи провёл вглубь комнаты, к своему столу.
   - Вот видишь, брат, какие дела... Эти дяди, - он кивком указал на напружинившихся молодцов в одинаковых костюмах, - ...приехали за тобой. Нам придётся расстаться...
   Никите показалось, что у директора дрогнул голос. Он с чувст вом сжал его ладонь.
   - Я всё понимаю. Куда меня отвезут?
   - Туда, мальчик, где тебе больше не надо будет опасаться за свой "секрет"! - охотно ответил незнакомый мужчина с бакенбардами.
   Сунув в карман свою скомканную кепи, он услужливо подско чил к подростку и как бы невзначай взял его за руку:
   - Отныне его будут оберегать красноармейцы с винтовками.
   - Такие, как в интернате? - полюбопытствовал Никита.
   - И даже лучше! - воскликнул его напарник, становясь по другую сторону от подростка.
   Глазёнки Никиты разгорелись.
   - Правда? А бассейн там есть? Или река? Нырять мне разрешат, а то я без воды жить не могу.
   - И река есть, и озеро, и бассейн. И не один, а много! - пообещал мужчина с бакенбардами, - Нырять и плавать ты там будешь дни и ночи напролёт, ещё надоест. Кстати, вместе с другими мальчиками и девочками. Тебе ведь нравятся девочки, а?
   - Ребята лучше! - простодушно ответил Никита, - девчонки все плак сы!
   - И то верно! - поддакнул второй незнакомец, беря Никиту за вто рую руку, - Так ты не против уехать с нами?
   - Нет, что вы! Если директор отпустит...
   - Он отпустит!
   - Правда? Вот здорово! И я буду плавать с другими ребятами?
   - Ну конечно! - расслабились гости и отпустили руки подростка.
   - А вы не шутите? - выдал напоследок свои сомнения Никита.
   - Нет конечно, мальчик. Всё довольно серьёзно...
   - Вобще-то, меня Никитой зовут. А вас?
   Мужчина с бакенбардами расплылся в улыбке и низко покло нившись подростку, ответил по-французки:
   - Месье, моё имя гремит по всей Европе. Я - незаконнорожденный граф Артуа. А это, - он кивнул на напарника, - мой компаньон и приятель барон Спичкин. Прошу любить и жаловать!
   Никита расхохотался и тоже ответил на чистом французском, чем поверг чекистов в шок:
   - Господа, ваша шутка удалась. Я вам признателен за доставленное удовольствие. Но не пора ли к делу?
   Гость с бакенбардами стал серьёзен.
   - О-о, извините, маэстро, давайте знакомиться по новой. Я - Васи лий Петрович, а мой напарник - Владимир Михайлович. Прошу не путать. Мы с ним, вьюнош, отвезём вас в одно " секретное место", о котором только что говорили. Учтите, дорога будет трудная и дол гая.
   - Трудностей я не боюсь!
   - Приятно слышать...
   - Мы на машине поедем?
   - И на машине, и на поезде, и даже на самолёте полетим. А под ко нец на обычной подводе по лесу прокатимся, километров так с пол ста. Лошадка уже заждалась...
   Никита мечтательно закатил глаза.
   - Бесподобно! Я о таком мечтал всю жизнь.
   Владимир Михайлович прыснул в кулак. Директор интерната, неодобрительно покосившись на него, обернулся к Никите:
   - Иди, курсант, собирайся и не забудь пообедать перед дорогой.
   - Да-да! - подтвердил Василий Петрович, - Через час отчаливаем.
   Никита вихрем умчался в свою комнату, которую делил ещё с тремя товарищами. Но те сейчас были на занятиях, поэтому никто не помешал ему собрать свои нехитрые пожитки в котомку.
   Директор тем временем передал гостям папку с личным делом и другими документами Переславцева, взял расписку в получении, после чего пригласил их в столовую преподавательского состава.
   - Пойдёмте и мы подзаправимся на дорожку.
   Гости от обеда не отказались. Директор, перед тем как поки нуть кабинет, открыл сейф, порылся в бумагах и откуда-то с нижней полки извлёк заветную бутылку водки, которую сунул в карман.
   Чекист с бакенбардами увидел его манипуляции и строго спросил :
   - Это что? Водка?
   - Ну да!
   - "Рыковка"? - поинтересовался второй.
   - Не-е...Это сорокаградусная! Так сказать для аппетиту! Да и расстроился я - лучшего курсанта у меня уводите... Как не отметить это дело?
   Гости переглянулись и заулыбались.
   - Вот это по-нашему!
   - У мальчонки такая светлая голова...
   - И об этом наслышаны...
   - Тогда не откажите в любезности и составьте компанию. По чуть-чуть на дорожку не помешает, я думаю...
   - Если по чуть-чуть, то в самый раз будет. Пошли...
   Спустя двое суток чекисты Василий Петрович и Владимир Михайлович доставили Никиту на один сверх секретный научный объект, индекс которого состоял из такого множества цифр и букв, что приводить его здесь просто нет надобности...
  
   4.
  
   Сверхсекретный объект, о котором говорили чекисты, по сути являлся научно-исследовательским центром, сердцем которого без сомнения была био-лаборатория, оснащённая уникальным, передо вым для того времени оборудованием, не имеющим аналогов во всём мире. Сотрудники объекта между собой называли его попросту : "Центр".
   Он располагался в глухих и непроходимых лесах северо-запад ной окраины России, на берегу довольно обширного и глубокого озе ра с прозрачной как слеза водой и в такой красивой местности, что хоть картины пиши.
   И вообще заповедный край этот изобиловал чередующимися, сказочными по красоте озёрами и скалами, надёжно укрытыми среди мрачных буреломов и чащ.
   Ближайший от Центра районный городишко находился кило метрах в ста, не меньше. Так что по округе посторонние не шастали - неоткуда им было тут взяться. Одно зверьё по ночам тревожило сон бдительных часовых на вышках охранной зоны периметра объекта.
   Впрочем, километрах в сорока с небольшим от озера всё же имелась одна заброшенная деревенька под названием Долгое. После Гражданской войны в ней никто не жил. А как построили Центр, то в деревеньке обустроили как бы передовой форпост или перевалочную базу, через которую на объект с регулярностью несколько раз в месяц с "большой земли" доставлялось всё необходимое, включая продукты питания и новое оборудование.
   На базе несла боевое дежурство смена из пяти человек. Каж дые две недели происходила замена. Замаскированные под крестьян бойцы отряда Осназа ОГПУ охраняли подступы к Центру со сторо ны материка, помогали с перегрузкой товаров, держали постоянную радиосвязь и с объектом, и с "большим начальством". Обязанностей было больше, чем личного состава, но ничего, справлялись. Люди в отряде специально подобраны грамотные, стойкие, идейно подкован ные...
   Именно в Долгом усадили чекисты Никиту на скрипучую теле гу, подстелив под зад пол копёшки сена, уселись с удобством сами и обещанная ими низкорослая лошадёнка резво потрусила в глубь ча щи по едва приметной в траве тропке. На объект они прибыли толь ко когда свечерело, хотя выехали задолго до обеда.
   * * *
   Прошло пять лет...
   * * *
   Часть первая.
  
   Конец секретной лаболатории.
  
   Глава 1. Высокая комиссия.
  
   - Мы готовы выслушать всё, что вы сочтёте нужным нам рассказать, профессор, - неприятный худолицый тип, чей лысый череп обтягива ла желтоватая кожа, шагнул от порога в угол кабинета, где стояла ве шалка-стойка, и повесил на крючок снятую на ходу шинель.
   Отто Казимирович Эккельдорфф всегда отличался особой наб людательностью. Вот и сейчас он заметил на левом рукаве шинели гостя - герб Советского Союза, что означало звание не меньше, чем комиссар или генерал. Однако, что показалось странным, петлиц на воротнике не было. Зато на петлицах гимнастёрки он разглядел по три полоски, но сколько на них звёздочек, опять же не разобрал из-за оставленного военным на шее шарфа.
   Гость из столицы, сверкая орденом "Красной Звезды" и орде ном "Знак Почёта" на груди, и не думал представляться. Впрочем, как и его спутница - женщина неопределённого возраста с незапоми нающимся лицом, но весьма выразительными глазами. Она не стала снимать свой дорожный плащ, только расстегнулась.
   - ...И показать! - требовательно добавила незнакомка, вторя воен ному хриплым прокуренным голосом.
   Они прошли вглубь кабинета и уселись в стоящие напротив рабочего стола профессора кресла, задрапированные сшитыми из простыней чехлами. Пока высокие гости знакомились с неказистой обстановкой: стол, кресла, стулья, полки с книгами, шкафы вдоль стен, мощный сейф в левом углу от окна, раздвинутая ширма в пра вом углу от входа, за которой виднеется краешек топчана, застелен ного серым солдатским одеялом - хозяин кабинета профессор Эк кельдорфф незаметно покосился на ходики на стене и обречённо вздохнул. Ещё один день пропадает зазря. С этими зачастившими на объект комиссиями, совершенно не остаётся времени на работу.
   Сегодняшние гости прибыли аж из самой столицы. Профессор, однажды наделённый в Кремле неограниченной властью САМИМ, мог просто послать гостей куда подальше, но у загадочного военного на руках оказалось предписание аппарата Главного Управления ОГПУ за подписью Генерального комиссара государственной безопасности Генриха Ягоды. А связываться с Гершелем Иягудой /Иудой/, как на самом деле была настоящая фамилия наркома, что-то не хотелось...
   Особенно после того, как тот, имея дореволюционный опыт контакта с царской охранкой, разработал и внедрил в повседневную, бытовую жизнь населения страны систему доносов, насадил повсю ду на предприятиях и в организациях сексотов /секретных сотрудни ков/, расширил сеть лагерей, упорно подыскивая для них клиентов. Нет, ну его к чёрту! Лучше один рабочий день потерять, чем, возможно, саму жизнь...
   Женщину, прибывшую в паре с комиссаром, профессор тоже не знал, но начальник охраны объекта товарищ Порохов успел шеп нуть на крыльце, что она - дочь самого Дзержинского! Мол, ещё с двадцать восьмого года дамочка заведует сверхсекретной лаборато рией биомоделирования, где по заданию партии разрабатывается психотронное оружие.
   Якобы, под её началом состоят такие корифеи науки, как про фессор Ухтомский и Михайловский. У них, похоже, уже есть поло жительные результаты. Ими вроде бы разработана совершенная методика внедрения в мозг ничего не подозревающего человека некой программы действий, замедляющей реакцию его сознания аж в двенадцать раз!
   И отрегулирован механизм её запуска через "кодовое слово" или "условную фразу"... Откуда у Прохорова, простого начальника
   охраны объекта, могут быть такие сверхсек ретные сведения, профессору думать не хотелось...
   Гости прибыли в Центр верхом, четверть часа назад. И сразу быка за рога! Железная хватка! Их сопровождал взвод вооружённых до зубов чекистов-осназовцев. Прохоров только языком цокал от за висти, разглядывая их "дегтяри" и "льюисы", а так же ножи, гранаты и пистолеты-пулемёты Томпсона американского производства с дву мя запасными дисками к каждому.
   Не отряхнув с себя толком дорожную пыль, проверяющие тут же поднялись на крыльцо административного здания и просле довали за профессором в его кабинет на третьем этаже.
  
   * * *
   - ...Я понимаю, товарищи, в первую очередь вас интересует разрабо танная мною специальная методика выращивания людей-дельфи нов, - профессор на секунду умолк, собираясь с мыслями, - Что ж...
   Начнём по порядку...
   В основе её лежит идея родов в воде. Был такой случай: у жен щины за три месяца до родов в пуповине образовался тромб. Но ре бёнок как ни в чём ни бывало жил и развивался за счёт заглатывания околоплодных вод. Родился нормально, но ...умер. Почему? Сейчас поясню!
   Профессор встал из-за стола и подойдя к выстроившимся вдоль стены кабинета стеллажам с книгами, стал медленно переби рать толстые тома по биологии, психологии, анатомии и другим естественным наукам, пока его рука не остановилась на трактате по акушерству.
   - Вот! - он раскрыл учебное пособие на нужной странице, подчерк нул ногтём нужный абзац и издали показал его гостям, - Тут сказа но, во что обходится младенцу резкий переход из невесомости вну триутробного обитания на открытый воздух. Он получает мощней ший гравитационный удар. Прегрузки при рождении можно смело сравнивать с перегрузками человека, стремительно перенесённого из космической невесомости на землю.
   Наш младенец мог остаться жить, если бы родился не на возду хе, а в молочно-кислой среде. Отсюда вывод: рожать нужно под во дой! Так родилась теория " Из невесомости в невесомость". Я занял ся проблемой биомеханики родового процесса и обнаружил, что всё новое - это хорошо забытое старое. Оказалось, что ещё египтяне ты сячи лет назад в случае трудных родов спускали женщину в воду. А подметив, что дети, рождённые таким образом много способнее ос тальных, нашли способ выращивать будущих жрецов.
   - Как мы - солдат революции! - пробормотал про себя комиссар.
   - Вы считаете возможным, приучить человека жить в океане? - поин тересовалась женщина и не спросив разрешения у хозяина кабинета, нервно закурила длинную тонкую дамскую папиросу.
   - Да! Мой метод даёт такую возможность! - подтвердил поморщив шись профессор, - Но он будет неполным без особой методики доро довых занятий с роженицами - раз, без применения гипноза и аутоге нной тренировки - два, и без правильного принятия родов в воде - три! Собственно, этим мы и занимаемся в подготовительной груп пе...
   Вот когда наконец закончится строительство нашего дельфина рия на Чёрном море, тогда мы сможем проводить регулярные плава ния наших младенцев среди дельфиньей стаи. Я уверен: если челове ческого детёныша приобщить к водному образу жизни ещё до родов, то можно полностью реализовать его инстинкты водного жителя.
   Доказано: с момента рождения у человека начинает атрофиро ваться врожденная способность несколько минут безопасно плавать под водой без выплывания для вдоха воздуха...
   - И всё же мне не ясно, почему младенец не задохнётся под водой без кислорода? - грубо прервал профессора комиссар, судорожно борясь с желанием закурить, как и его спутница. Но, в отличии от неё, он опасался вызвать неудовольствие хозяина Центра, который, по слухам, табак и на дух не переносил.
   - Потому, что человеческий организм приспособлен к подводному дыханию! - вскричал оживясь Отто Казимирович, - У человека, так же как и у дельфинов, в кровеносной системе происходит реакция расщепления углеводов с выделением кислорода. Способность на капливать в своём организме кислород теряется или очень ослабля ется, в сущности атрофируется, потому что человек перестаёт испо льзовать её, как только начинает дышать.
   Но эта способность существует. Я утверждаю, что только из-за страха захлебнуться и утонуть человек при погружении на дно начинает панически заглатывать воду, которая и душит его прежде, чем эта способность начнёт активизироваться. Другими словами - заработает...
   Мне известен случай, когда четырёхлетний мальчик провалился под лёд Финского залива и пробыл под водой двадцать минут. Он остался жив, хотя воздухом не дышал. Это произошло благодаря заложенной у млекопитающих способности рефлекторно задерживать дыхание под водой, как это делают киты, дельфины, тюлени и в особых случаях ...человек!
   Вместо сознания у него включается подсознание, инстинкт предков: задержать дыхание. Вы сами скоро увидите, как мои водо плавающие младенцы, устав, засыпают лёжа на воде лицом вниз. Но время от времени они рефлекторно поворачивают головы для вдоха, совсем так, как это делают лежащие на волнах дельфины...
   Итак, я утверждаю снова и снова - сухопутное млекопитаю щее, такое как человек, может долго не дышать воздухом. Только ему в этом нужно помочь. Однако, главное в моих работах не это, а возможность влияния на эволюцию человека.
   Она заложена в том, что "дети воды" имеют сильные паранор мальные свойства, повышенную физическую подвижность, психи ческое совершенство. Я полагаю, что отсутствие травм при рожде нии в воде позволяет разрабатываться и совершенствоваться более тонким функциям человеческого мозга, который, как нам сейчас хроршо известно, активно использует всего лишь 3-4% своих возможностей.
   Нейроны мозга, работающие в зоне максимально ясного созна ния и в зоне бессознательной психической деятельности, резко отли чаются по скорости действия...
   " Ну всё! - подумал комиссар, заёрзав как на иголках, - Похоже, про фессор оседлал своего любимого конька. Теперь не остановить. А ведь нам ещё возвращаться сегодня..."
   Он покосился на спутницу. Та оцепенела в кресле, забыв про папиросу, и как прилежная студентка на кафедре, ловила каждое слово Эккельдорффа, который продолжал развивать тему.
   -...На бессознательном уровне перерабатывается в секунду десять в девятой степени единиц информации, а на сознательном - всего де сять во второй. Бессознательное, как известно, с большой скоростью проделывает очень важную работу по руководству различными функциями организма, но у него есть и другие нагрузки: решать задачи со многими неизвестными.
   Бессознательное выступает в виде озарения, наития, предчувст вия и прочее. В экстремальных условиях человек способен на то, на что совершенно не способен в обычном состоянии. В ходе эволю ции за ненадобностью перестали работать некоторые зоны мозга, ослабилась или вовсе атрофировалась их деятельность.
   Лично я утверждаю, что проникновение к этим ослабленным функциям мозга благодатно для здоровья. Благополучное рожде ние по моему методу под водой, без родовых травм и стрессов в результате перепада давления, сохраняет тонкие функции мозга...
   Комиссар не вытерпел и резко поднялся с кресла.
   - Извините, профессор, всё это ужасно интересно, но поверьте, у нас с коллегой совершенно нет времени...Теория теорией, но не пора ли нам пойти и посмотреть на ваших питомцев?
   Профессор, остановленный столь бесцеремонно, глубоко оскорбился, но как интеллигент до мозга костей, вида не подал.
   - Что ж, времени и у меня в обрез! Прошу следовать за мной. Только
   свой плащ, сударыня, вам лучше оставить на вешалке. В питомнике будет жарковато...
   Он указал на дверь и первым шагнул за порог кабинета.
   * * *
   Как мы уже упоминали ранее, научно-исследовательский Центр располагался в глухой безлюдной местности, посреди топей и непроходимых чащоб. Полуостровок, на котором были возведены его основные и подсобные корпуса, далеко вдавался в одно из необъятных озёр, затерянных в девственных лесах.
   Его гранитные берега, представляющие нагромождение валу нов и скал, с трёх сторон омывались прозрачными как стекло и прох ладными как лёд озёрными водами. Только узкий перешеек соеди нял полу островок, а следовательно и сам Центр, с материком. Но и на нём строители умудрились выкопать ров, наполнить его водой и соорудить подъёмный мост, день и ночь охраняемый красноармей цами роты охраны.
   Километрах в сорока от озера, направлением на северо-запад проходила государственная граница с недружественной нам, буржу азной Финляндией. А в двадцати километрах севернее плескалось о берега Родины такое же бескрайнее, как и беспокой ное ...ое море.
   Все строения Центра были сложены из брёвен, но на камен ном фундаменте, и имели один, два и три этажа. Приземистые под собные и хозяйственные постройки, а так же научно-производствен ные корпуса хоть и выглядели неказисто, но зато добротно и внуши тельно, словно купеческие лабазы в старину.
   С ними резко контрастировали изящные здания администра ции, выглядевшие как помещичьи усадьбы конца прошлого века, которые окружали жилые трехэтажные дома для начальственного персонала и научных работников и бараки для служащих попроще, стоящие вперемешку с казармами роты охраны объекта.
   По замыслу неизвестного архитектора из числа заключённых по политическим мотивам, все крайние здания научного городка, не имеющие окон на нижних этажах, были возведены округлой ломаной линией, почти впритык друг к другу, создавая тем самым естественное заграждение, навроде крепостных стен.
   Промежутки между ними закрыли или наземные крытые переходы без окон, или высокие частоколы с охраняемыми круглосу точно контрольно-пропускными пунктами. Остальные здания этого своеобразного городка-крепости, сгрудившиеся в центральном дво ре, соединялись между собой галереями, наземными и воздушными, горбатыми мосточками и открытыми лестничными маршами различ ной ширины и высоты...
   Прилегающую к городку территорию с трёх сторон окружал высоченный частокол, перед которым тянулась глубокая траншея с
   водой и рядами колючей проволоки по её кромке.
   Ограда отсутствовала только со стороны причала, потому что вколотить брёвна в голые камни или выкопать ров в неподатливом грунте никак не удавалось. Тут обошлись тремя рядами колючки со шлагбаумом на дороге, ведущей от крепости к озеру, и двумя смотровыми вышками с пулемётами и прожекторами, которых всего было разбросано на протяжении периметра объекта полторы дюжины. На вышках круглосуточно несли службу бдительные красноармейцы, вооружённые винтовками и наганами.
  
  
   Глава 2. Экскурсия по питомнику.
  
  
   Профессор провёл гостей по тусклому коридору, в котором имелось всего одно зарешёченное окно, выходящее во внутренний двор. На подоконнике в горшках отцветала неизменная герань и разлапистый столетник.
   Потом они по крашеным скрипучим ступенькам спустились с третьего этажа на первый, миновали безлюдную анфиладу сквозных залов непонятного назначения со шкафами и диванчиками вдоль стен. Повсюду висели цветные графики и диаграммы, а в углах пылились высокие фикусы в кадушках.
   Оставив залы позади, процессия прошла короткой крытой галереей, пару раз свернула то в одну сторону, то в другую, пока не оказалась перед крепкой дубовой дверью, охраняемой суровым моложавым красноармейцем с винтовкой с пристёгнутым штыком.
   Часовой молча козырнул всей группе, отодвинул тяжёлый за сов и потянув дверь на себя, посторонился, давая проход. Пересту- пив порог, профессор и гости оказались в ещё одном коридоре со множеством филёнчатых дверей. Выкрашенные белой краской, они тянулись по той из его сторон, что смотрела прямо на вошедших.
   Другая стена коридора была глухой: и без дверей, и без окон. Коридор казался бесконечным, электрические лампочки под потол- ком еле справлялись с царившим здесь полумраком. Профессор
   свернул направо, сделал с десяток шагов по разноцветному домо тканному половичку на крашенном полу и остановился перед широ кой дверью со стеклом, замазанным белой краской и красной цифрой "1" в круге посередине.
   Из-за неё доносились приглушённые голоса и плеск воды, а в щели пробивались струйки пара. Женщина крепкого телосложения, сидящая на табурете перед дверью, при виде профессора и посторон них, бодро приподнялась и встала по стойке "смирно".
   Полы её накинутого на плечи белого халата разметнулись и гости увидели под ним неуставную серую юбку и гимнастёрку с малиновыми петлицами и ромбиками на воротнике, туго перетя нутую в талии потёртым ремнём с револьвером в кобуре. Но ногах у женщины комиссар заметил обыкновенные шлёпанцы, которые ну никак не вязались с военной выправкой. Он хмыкнул про себя, но вида не подал и замечания не сделал...
   - Здравствуйте, профессор! - улыбнулась охранница Эккельдорфу,- На объекте без происшествий, занятия по расписанию...
   - Добрый день, Мария Сергеевна! - профессор пожал женщине руку и обернувшись к спутникам, пояснил:
   - Мои гости из столицы желают ознакомиться с нашим хозяйством. Как, пустите?
   - С вашего разрешения - пожалуйста! - женщина обернулась к двери и дважды повернула ключ в замке.
   - Вот, товарищи, - обратился к спутникам профессор, разведя руки
   в оба конца коридора, - Это и есть наш питомник - святая святых лаборатории! По сути, он представляет собой систему разделённых перегородками помещений, оборудованных специальными бассейна ми, в которых мои подопечные проводят львиную долю своего времени.
   Конечно, в перегородках имеются проходы на случай пожара, но они по большей части закрыты на задвижки с обеих сторон. Мы ими не пользуемся...
   Но вернёмся к моим подопечным!
   Они практически живут в воде: обучаются, играют, принимают пи щу, спят. Из бассейнов выбираются строго по графику. Но об этом потом. Я бы хотел начать демонстрацию питомника с "материн ского" бассейна, где будущие мамаши ребят-дельфинят проводят до родовые занятия под надзором медиков-инструкторов по составлен ной лично мной программе...
   Перед тем, как переступить порог "материнского отделения", мы оденем стерильные халаты, бахилы и марлевые повязки...
   Увидев, как недовольно поморщились гости, профессор повысил голос:
   - Да-да! Это неотъемлемое условие санитарии. Мы тут его свято чтим... Мария Сергеевна, голубушка, будьте любезны, обслужите нас!
   Охранница, продолжая улыбаться, согласно кивнула. Возле двери у стены притулился такой же как и в залах кособокий фанер ный шкаф с щедро проалифенными боками. Мария Сергеевна, скрипнув дверцей, извлекла из него и поочерёдно передала профессору и гостям три необходимых комплекта одежды.
   Комиссар и женщина, подражая Эккельдорфу, накинули на плечи белоснежные, хрустящие от крахмала халаты, после чего, по очереди присаживаясь на табурет, прямо на пыльную обувь натяну ли тряпичные бахилы с подвязками. Марлевые маски на резинках, скрывающие рот и нос до самых глаз, они закрепили последними.
   Профессор придирчиво осмотрел гостей, которые из-за нового облачения разом утратили свой грозно-представительский вид и по дойдя к двери, широко распахнул её. Из питомника вырвалась волна тёплой сырости в виде клубов пара. Как из парилки...
   - Тут у нас сегодня по плану особый тепловой режим! - пояснил хозяин лаборатории, первым переступая порог,- Уж не обессудьте...
   Комиссар уступил дорогу напарнице и вошёл последним. Дверь за ним быстро захлопнулась, ключ в замке сделал два оборо та. Поначалу гости ничего толком не разглядели. Витавший повсю ду пар ограничивал видимость до двух-трёх метров. Влажная духота мгновенно заключила вошедших в свои потные и липкие объятья.
   Профессор взял гостей за руки и уверенно подвёл к краю бас сейна, который начинался шагах в пяти от входа.
   - Дородовые занятия с будущими мамашами, как я уже говорил, мы проводим по особой методике с применением гипноза и аутогенной тренировки, - начал лекцию Эккельдорф, тыча пальцем в бассейн, - Кстати, нами сконструирован аппарат, создающий зону понижено го
   давления в помещении! Во-о-н где он стоит...
   Гости, как по команде проследив за рукой профессора, посмот рели в дальний угол помещения. С трудом, но им удалось разглядеть там сквозь пар только нечто вроде тёмной, высокой и бесформенно тумбы. Возле неё отирался человек, не поймёшь мужчина или женщина, так же как и все одетый во всё белое.
   - Наш лаборант! - пояснил профессор, - Следит за работой генерато ра...
   Он сделал лаборанту знак, тот склонился к аппарату, что-то там переключил и по помещению тут же пронёсся лёгкий сквозняк, который очень быстро развеял пар над водой. Теперь стало хорошо видно, что лаборант не мужчина, а дородная женщина в белых шаро варах.
   Но не она привлекла внимание гостей, а десятка два молодых пузатых женщин, с довольным видом плескавшихся в широком бас сейне. На всех были одеты одинаковые закрытые купальники, хоро
   шо просматриваемые сквозь прозрачную, слегка голубоватую воду.
   На головах купальщиц с короткими стрижками красовались резиновые шапочки. Женщины, как казалось на первый взгляд, хао тично плавали от края до края и при этом весело болтали. Но если
   присмотреться, то они выписывали в воде определённые круги и зигзаги, явно предписанные им санитарками-инструкторами.
   Женщины-медики, числом четыре, стояли возле бассейна с четырёх сторон с толстыми тетрадками в коленкоровых обложках
   в руках. Они время от времени делали в них короткие пометки хи мическими карандашами и подавали команды той или иной беремен ной, называя последних по именам.
   - Людочка, теперь нырок с переворотом!
   - Маша, отстаешь от графика, поднажми... Вот так, хорошо...
   - Зина, левый разворот! Левый, а не правый...
   - Катя, сложи руки над головой и тони! Коснёшься ногами дна -
   и всплывай!
   Если это и были те самые засекреченные занятия по методе профессора, то на взгляд высоких гостей выглядели они как-то уж
   обыденно, что ли. Словно с роженицами проводили факультативные упражнения по плаванию. Выглядело всё это со стороны по край ней мере довольно странно...
   Увидев профессора, будущие мамы ребят-дильфенят дружно и
   громко с ним поздоровались, при этом совершенно проигнорировав его спутников. Видимо, были предупреждены насчёт проверяющих и даже получили соответствующие инструкции на их счёт.
   Однако женское любопытство неискоренимо по определению, поэтому комиссар и женщина нет-нет, да ловили на себе испытую щие взгляды, бросаемые молодыми купальщицами исподтишка.
   - ...Генератор давления помогает процессу рождения новой формы жизни, - невозмутимо продолжал тараторить профессор, не желая замечать ни сомнительных взглядов гостей, ни их явного разочарова ния от увиденного.
   - Ещё нами разработана методика спасения недоношенных детей... и, заметьте, внедрена практика раннего плавания... Я бы с удоволь ствием продемонстрировал вам, как мы принимаем роды в воде, но, к сожалению, ни одна из девушек пока не намерена рожать... Верно, девчата?
   Будущие мамаши как-то незаметно скопились возле того края бассейна, где стоял профессор с гостями.
   - Верно, Отто Казимирович! - опять же хором ответили беременные, - У нас ещё срока не вышли...
   - Они рожают в этом бассейне? - сухо поинтересовалась дочь Дзер жинского.
   - Ну зачем же...- улыбнулся профессор, - Для этого у нас имеется
   специальное родовое отделение с бассейном, оборудованным всем необходимым... Оно рядом, слева за перегородкой. Если желаете, могу показать, но это отнимет у вас лишнее время.
   - Не стоит, товарищ Эккельдорф! - отмахнулся раскрасневшийся комиссар, - Лучше продолжим экскурсию.
   Профессор развёл руками: нет, так нет, и потянул гостей к выходу.
   - С роженицами, я полагаю, вам всё ясно. Идёмте, сейчас я покажу вам нулевую группу.
   Он постучал в дверь, и охранница с той стороны открыла замок.
   Вновь очутившись в коридоре питомника, комиссар и женщина облегчённо перевели дух. Душная влажная атмосфера бассейна, насыщенная к тому же сложными запахами хлорированной воды и специфическими медицинскими препаратами в совокупности с потом распаренных тел рожениц, слегка дурманила голову.
   Комиссар протёр носовым платком лоснящийся от пота череп и вслед за спутницей и профессором направился на этот раз налево по коридору. Метров через двадцать они остановились перед очере дной закрашенной стеклянной дверью с номером "0", возле которой на табурете сидела ещё одна охранница лет тридцати с лишним в став шей привычной линялой гимнастёрке с портупеей и револьвером, но уже без халата.
   - Отто Казимирович? - спрсила на ходу дочь Дзержинского, - Какой
   контингент представляют роженицы?
   Профессор, оторванный от раздумий, неопределённо покрутил в воздухе пальцами.
   - Ну-у... Часть девушек - работники ОГПУ. Остальные - рабочие, крестьянки, служащие... По спецнабору... Добровольцы, так ска зать... Все дали подписку о неразглашении, если вы об этом...
   - Они знают, что навсегда расстанутся со своими детьми? Кстати, в каком возрасте вы их разлучаете с младенцами?
   - Когда новорожденному исполнится три месяца. Дальнейшие забо ты о ребятах-дельфинятах мы берём на себя... Все мамаши заранее
   предупреждены! Это одно из основных наших условий договора!
   - Понятно! У вас никогда не возникало трений по данному вопросу?
   Ведь материнский инстинкт, знаете ли, это такая непредсказуемая сила...
   Профессор на мгновение замялся, но потом резко и твёрдо ответил, как отрубил:
   - Никогда! Все мамаши, насколько я знаю, выполняли данные нам обязательства в полной мере. Они вернулись к прежней своей жизни с чувством исполненного долга.
   Дочь Дзержинского споткнулась на ходу.
   - Что-о?! - вскричала она, меняясь в лице, - Но это же вопреки всем правилам конспирации! Вы что, их всех вот так запросто отпускае те? Да они же растреплются о лаборатории первому встречному по перечному! Безобразие!
   Профессор недоумённо заморгал.
   - Что вы такое говорите, сударыня? Я вас не понимаю! Все рожени цы строго предупреждены, разве этого мало? Откуда такое неверие в людей?
   - Не будьте таким наивным, профессор! Когда дело касается госу дарственной тайны, все нормальные человеческие эмоции должны
   отойти на второй план!
   Профессор решил не ввязываться в спор и просто махнул рукой.
   - А-а! Знаете, всеми вопросами подбора кадров и дальнейшей рабо ты с ними ведает начальник охраны объекта товарищ Прохоров. Вот к нему и обращайтесь. Он вам всё популярно объяснит. В том числе и то, какая работа проводится с ушедшими от нас мамашами.
   Комиссар, чутко уловивший возникшее напряжение, мягко взял спутницу под локоток:
   - Успокойтесь, голубушка! - шепнул он ей на ухо, - Данным вопро сом занимается госбезопасность! Всё нормально, поверьте мне! Никто из здешних мамаш уже никому ничего не скажет! Когда со берёмся в обратный путь, напомните мне, и я покажу вам кое-что, что сможет полностью развеять ваши сомнения.
   Он произнёс это настолько убедительно, что женщина сдалась, поверив спутнику на слово. Комиссар же имел полное основание так говорить. Ведь ещё на подъезде к полуострову с Центром его намётанный глаз распознал в ближайшем подлеске замаскированное обширное захоронение. Но если он до сей поры не знал, кого там зарыли, то теперь загадка разрешилась сама собой: Прохоров прятал там мёртвые тела ставших ненужными рожениц. И после каждой ликвидации посылал отчёты куда следует...
   И это правильно! Госсекрет и должен оставаться таковым...
   Посчитав, что инцидент исчерпан, профессор шагнул к охранице.
   О чём шептались за его спиной гости, он не слышал, да и вникать
   не хотел.
   Процедура с открытием дверей и запуском гостей в нулевой
   блок повторилась с точностью, как и в отделении для будущих рожениц. Охранница, улыбаясь словно полная луна, явно боготво рила Эккельдорфа.
   На его спутников она даже не взглянула, хотя, как приметил комиссар, словно науськанный цербер незаметно и придирчиво зафи ксировала облик каждого в отдельности. Надо полагать для отчёта товарищу Прохорову. Да, служба у начальника охраны объекта, на до признать, была поставлена на высшем уровне...
   В этом помещении тепловой режим порадовал нормальной температурой, хотя запах хлорки и медикаментов улавливался и тут.
   Пять или шесть молодых мамаш в уже открытых купальниках стоя ли кружком в воде по грудь и поддерживали руками головки лежа щих на воде лицом вверх своих новорожденных младенцев.
   Мускулистая санитарка-инструктор кружила по краю вокруг бассейна, зорко наблюдая за ними всеми сразу. Малышам, на взгляд гостей было от двух недель до трёх месяцев, не больше.
   - Зина, - сказала инструктор, - Твоя очередь!
   Одна из мамаш, повинуясь команде, отпустила руку. Головка ребён ка, лишённая опоры, ушла под воду, но он не испугался и не закри чал. Глазёнки оставил открытыми, а ротик закрытым. Воду не глотал и не захлёбывался...
   Инструктор в это время следила за секундомером. Спустя тридцать секунд она подала мамаше команду и та вновь приподняла голову младенца над водой.
   - Отлично! Следующая Варвара!
   - Видите! - просиял профессор, - У этого малыша сохранился внутри
   утробный инстинкт - не дышать! Наши двухнедельные младенцы все плавают как рыбки! Вы не поверите, но двухмесячные уже стоят в воде и на суше без поддержки мамаш! Трёхмесячные - делают сальто и другие акробатические упражнения, плавают и ныряют, оставаясь под водой в общей сложности до десяти минут и больше!
   Женщина-нструктор тем временем перешла от Варвары к Ульяне, затем к Нюре с теми же наставлениями. Внезапно она хлоп нула в ладоши и торопливо отскочив назад к стремянке, поднялась на пару ступенек, что бы лучше видеть. Мамаши перевернули своих малышей на животики и отпустили руки, сами отойдя от своих чад на три - четыре шага.
   Малыши ...поплыли к мамашам! Двигая ручонками и ножон ками словно лягушата! Зрелище шокировало гостей, которые не от рывали глаз от воды. Профессор пришёл в неистовый восторг и да же зааплодировал.
   - Видали?! - вскричал он с восторгом, обращаясь к женщине с комис саром, - В этом отделении наши новорождённые находятся до трёх месяцев. На воздухе мы держим их лишь половину светового дня. Остальное время - в воде и под водой... Затем, по истечении срока, их переводят в первую группу... Пойдёмте дальше!
   - Каков возрастной состав первой группы? - поинтересовался комис сар, выходя вслед за Эккельдорфом и спутницей из помещения.
   - От трёх месяцев до года! - ответил хозяин лаборатории, подводя посетителей к очередной двери с цифрой "1", охраняемой ещё одной охраницей. Когда их впустили в бассейн, он продолжил пояснения.
   - Обратите внимание на эту семимесячную малышку! - указал он на
   обнажённую стройную девчушку, которой можно было дать года полтора-два, - Симпатичная кроха! Видите, она самостоятельно, без посторонней помощи взрослых спускается по лесенке в бассейн. Это ли не чудо, товарищи! Весьма одарённый ребёнок! Мы прозва ли её русалочкой!
   - Много ли у вас детей женского пола? - поинтересовалась дочь Дзержинского.
   - Много! Чуть меньше половины всех питомцев. Вам назвать точное
   число? - усмехнулся профессор.
   - Нет надобности! - буркнула женщина, что-то прикидывая в уме, - Это хорошо, что половина...
   Русалочка тем временем нырнула на дно бассейна, отыскала стоящую там бутылочку с молочной смесью и усевшись на привин ченную ко дну скамеечку стала неторопливо поглощать питание через соску. Комиссар, сам бывший моряк, отметил про себя нео бычный стиль, которым плавала малютка. Он был похож на брасс,
   но казался более экономным и целесообразным, а от того и более эффективным, что ли...
   Кроме Русалочки в бассейне находилось ещё около десятка-полтора других детей до годовалого возраста - мальчиков и девочек.
   Несмотря на ноготу и пристальные взгляды посторонних, все они чувствовали себя под водой уверенно и привольно. Так же, как и на суше...
   По углам бассейна стояли молодые фигуристые женщины-вос питательницы в откровенных купальниках, готовые в случае чего мгновенно придти на помощь своим питомцам. Комиссар нет-нет, да кидал на них короткие восхищённые взгляды. Да, неплохо тут устроился профессор. Хотя, похоже, чёрствому сухарю женские прелести уже давно были безразличны. Учёного занимала только его работа...
   Эккельдорф перехватил заинтересованные взгляды военного на воспитательниц, но истолковал их по-своему.
   - Эти санитарки, - пояснил он, - и медики, и инструктора, и няньки.
   У каждой на попечении группа ребят-дельфинят из пяти-шести питомцев. Все они отлично обучены. Выполняют свои обязанности
   согласно предписаниям и инструкциям...
   Дети тем временем затеяли игру в салочки. Малыш, которому выпала доля водить, стал гоняться за остальными, которые убегая ушли на глубину и подолгу не выныривали на поверхность, прячась по углам на дне бассейна. Их нормальные сверстники уже давно бы захлебнулись и утонули, а этим хоть бы хны. Зрелище заворожило и немного шокировало гостей. Такого увидеть они никак не ожидали.
   - Смотрите! - вскричала взволнованно дочь Дзержинского, - Они настолько увлечены игрой, что даже не собираются всплывать, хотя пробыли под водой, по моим часам, уже около десяти минут. Это невероятно!
   Игра в салочки как началась спонтанно, так и закончилась. Но
   дети и не думали всплывать. Под водой, без глотка воздуха они чув ствовали себя вполне комфортно. К тому же по дну бассейна было
   разбросано игрушечное оружие из нержавеющих сплавов: пистоле ты, винтовки, пулемёты, пушки, танки, самолёты, мины, снаряды и патроны.
   На поверхности плавали деревянные макеты военных судов -
   эсминцы, крейсера, торпедные катера. Малыши охотно возились с
   игрушками, как и все дети в мире. Но только под водой, или на пла ву. Так же, как и их сверстники в детских садах Союза.
   Нередко между ними происходили стычки за обладание той или иной игрушкой, и тогда ребятня отчаянно мутузила друг дружку
   пистолетом или танком. Однако вода смягчала удары, так что оби женных и зарёванных не наблюдалось. К тому же, попробуй по плачь под водой...
   Воспитательницы в детские разборки не вмешивались, пусть
   будущие диверсанты сизмальства привыкают к боли, учась давать отпор кому бы то ни было. Право отстаивать свои личные интересы с позиции силы должно быть заложено в них изначально...
   Комиссару идея с игрушечным оружием понравилась. Он одо брительно хмыкнул. Всё правильно! Будущие супергерои должны срастаться с оружием с малых лет, привыкать к нему и уметь пользо ваться в любых случаях. В том числе и под водой...
   - ...Да-а! Впечатляет! - призналась дочь Дзержинского.
   - И всё-таки, уважаемый Отто Казимирович, - поддержал её комис сар, - всё это сырой материал! В теперешнем их возрасте проку от этих особей ни на грош... Хотелось бы посмотреть на других ваших
   питомцев, тех, кто постарше.
   Слово "особей" больно резануло слух учёного. Он внезапно рассердился, вспыхнув как сухая трава, по лицо пошли красные пятна!
   - Это люди, милостивый государь! - зло взвизгнул он, - А не какие не особи! Живые нормальные люди, только ещё маленькие. И им, между прочим, когда они вырастут и встанут в строй, предстоит
   защищать нас от врагов, жизни свои класть за наше правое дело!
   - Извините, оговорился! - стушевался комиссар, - Так как же насчёт
   моей просьбы?
   - Да, профессор, покажите нам пожалуйста других, более взрослых
   "дельфинят".
   Профессор, кляня себя за несдержанную вспыльчивость, сде лал приглашающий жест рукой и сухо произнёс:
   - Прошу!
   Они вышли в коридор. В течение следующего получаса хозяин лаборатории водил гостей по соседним блокам, в которых пяти-семи летние ребятишки, выглядевшие намного старше своих сверстников, под руководством опытных инструкторов-мужчин с увлечением занимались настоящим военным делом - подводной боевой подготовкой!
   Мальчики и девочки, облачённые в легкие прорезиненные ска фандры и с масками на лице, были подпоясаны ремнями, на кото рых висели настоящие ножи в ножнах. Они учились стрелять из под водных ружей, перерезать канаты и тросы, расклёпывать якорные цепи, ставить магнитные мины на днища судов, незаметно, бесшум но и быстро забираться на палубы вражеских кораблей, дырявить шлюпки и запутывать винты проволочными сетями...
   Ещё они отрабатывали приёмы подводных схваток в спар ринге или между собой, или с инструкторами, игравшими роль вражеских ныряльщиков. И тогда в ход шли боевые ножи, правда, специально затупленные, без колюще-режущих кромок.
   - Что-то они слишком часто выныривают, чтобы отдышаться! - не довольно заметила дочь Дзержинского.
   - Увы, сударыня, это так! - признался с неохотой профессор, - К со жалению, с возрастом у большинства питомцев, несмотря на все наши старания, потребность в воздухе возрастает, а время нахож дения под водой катастрофически сокращается. Природа человека земного всё-таки берёт верх, младенческая способность расщеплять углерод на кислород в крови - со временем атрофируется...
   Только единицы в этом возрасте способны показать результат в десять-пятнадцать минут. Остальные - не более пяти-семи! Хотя и пятиминутный показатель тоже сам по себе не плох, не так ли?
   Но мы над этой проблемой как раз и работаем. Я нашёл новый
   способ... Он себя ещё покажет, но нужно время, нужны тренировки
   по моей секретной методе. Вы мне верите?
   Профессор заметно разволновался: а ну как эта комиссия состряпает такой отчёт, что наверху решат, будто его усилия не стоят и выеденного яйца и проект закроют?
   - Не стоит так волноваться, Отто Казимирович! - стал успокаивать учёного комиссар, - В Кремле прекрасно осознают всю сложность поставленной перед вами задачи. Ничто не даётся без борьбы и труда - это прописная истина!
   - И там, на самом верху, это отчётливо понимают! - добавила дочь Дзержинского.
   Профессор или сделал вид, или на самом деле переборол волнение, отодвинув сомнения на задний план.
   - Хорошо, я продолжу... Когда нашему очередному питомцу испол няется семь лет, мы собираем квалифицированную комиссию из ме диков и преподавательского состава, которая и решает его дальней шую судьбу.
   Подающие надежду ребята-дельфины продолжают занятия по
   моей, как я уже упоминал, особой методе. И в конце концов, в чём я
   нисколечко не сомневаюсь, мы сделаем из них боевых супер-ныряль щиков, способных находиться под водой сколь угодно долго.
   Остальных же направляем в закрытые военные училища, где из них вырастят незаурядных военноначальников. Особо же ода рённых в умственном отношении, а таковыми являются почти все,
   переправляем в детские интернаты при закрытых научных учереж дениях. Оттуда в своё время они выйдут или выдающимися учёны ми, или подготовленными дипломатами, или преданными партии
   госчиновниками...
   "Как же! - подумал с иронией комиссар, - Выйдут, так и жди!
   И стратеги, и дипломаты, и чиновники... Там этой швали и без них хватает. От сынков высокопоставленных лиц продыху нет. Куда ещё
   этих, без роду и племени? Эх, профессор, наивная ты душа! Знал бы ты, в какие университеты посылает твоих подопечных товарищ
   Прохоров. К мамкам, в могилку - вот куда! Видать, не ходишь ты на охоту за пределы Центра, а то уже давно бы наткнулся на могильник под боком..."
   Несмотря на увиденное, гости по большому счёту всё-таки остались недовольны экскурсией.
   - Не поймите нас неправильно, товарищ Эккельдорф, но мне со спутницей хотелось бы увидеть настоящих, уже вполне подготовлен ных боевых ныряльщиков-дельфиноф, а не каких-то там сопляков!
   Профессор искренне возмутился, всплеснув руками.
   - Помилуйте, батенька! Да где же я вам возьму взрослых бойцов?
   Моя лаборатория существует всего лишь семь лет! Поэтому и са- мым старшим питомцам исполнилось семь. Понимаете вы это или нет? Право слово, ну как дети, вынь им и полож взрослого пловца-дельфина...
   Комиссар, тяжело вздохнув, переглянулся со спутницей, которая в разговоре не участвовала, больше наблюдая за тем, что происходило в бассейне. Будущая надежда Красной Армии как раз отрабатывала урок метания ножей из воды по цели на берегу. Уловив её короткий кивок, он снова повернулся к учёному.
   - Правда ваша, профессор! Запамятовал, извините...
   С этими словами он залез во внутренний карман кителя, извлёк хрустящий лист с печатным текстом и государственной гербовой печатью и передал его Эккельдорфу.
   - Это вам, прочтите...
   Профессор пробежал строчки глазами и вздрогнул.
   - Так вот, кто вам нужен...
   - Ну да! Вполне подготовленный диверсант, он же человек-дельфин по имени Никита Переславцев!
   - Что ж... - вздохнул профессор, - Приказ оформлен по всей форме,
   так что я не вправе вам отказать...
   - Это точно! - впервые за всё время улыбнулась дочь Дзержинского,
   - Не вправе!
   Улыбка у неё вышла какая-то вымученная.
   - Только учтите одно, товарищи, этот мальчик, должен признаться,
   не из нашего курятника. Другими словами - продукт не моего произ водства. Он - самородок! Поступил к нам в двадцать девятом, в деся ти летнем возрасте. Он уже тогда был вполне сформировавшимся человеком-дельфином...
   За пять лет его обучили всему, что должен знать и уметь бое вой ныряльщик, диверсант-подводник... И поверьте, он здорово преуспел в этом деле, хотя лично мне больше хотелось бы видеть его на студенческой скамье с конспектом, чем в бассейне с оружием. Такая светлая голова!
  
   ***
   На берегу озера, метрах в ста с лишним от трёх причалов, охраняемых вышками с пулемётами, раскинулась бухточка, отгорожен ная со всех сторон скальными нагромождениями, которые, сохранив
   свою первозданность, придавали ей диковато-красивейший вид.
   Именно из-за уединённости и в силу ряда других целесообраз ных причин бухту превратили в военный, учебно-тренировочный полигон. Берег был оборудован макетами дотов, дзотов, морскими орудиями и фрагментами других крепостных сооружений с загради тельными линиями колючей проволоки и условно заминироваными площадками вдоль кромки воды.
   В заливе на мелководье покачивались на якорях две-три давно списанные баржи и проржавевший насквозь дебаркадер, которые усилиями плотников были превращены с помощью досок и фанеры в уменьшенные копии эсминца, крейсера и катера. Чуть в стороне от них сгрудились макетные фрагменты носовых, кормовых и палуб ных частей других судов, выполненных на плотах и предназначен ных для учебных стрельб или взрывов.
   По единственной охраняемой часовыми тропке профессор про вёл гостей среди береговых скал под навес смотровой площадки полигона, с которой открывался великолепный вид на всю бухту. Тут тоже имелась своя охрана. Молоденький лейтенант, весь пунцовый от смущения, неловко откозырял гостям, после чего предложил бинокли.
   - Ну и где он, этот ваш герой? - поинтересовался комиссар, изучая через бинокль акваторию залива, макеты судов и копошащихся на них инструкторов, облачённых в форму финских военных.
   Профессор повернулся к лейтенанту:
   - Голубчик! Комиссия ждёт показательных выступлений нашего ученика! Дайте, пожалуйста, команду!
   Лейтенант поднял трубку полевого телефона, крутанул ручку
   индуктора и коротко приказал:
   - Запускайте!
   Трубка в ответ что-то недовольно проскрипела. Лейтенант тихо чертыхнулся.
   - Инструктора интересуются: какой вариант? Полный или сокращён ный? - посмотрел он на гостей.
   - По полной программе! - отозвался комиссар.
   - Да! Чего уж там сокращать...- поддержала его спутница.
   В течение последующего часа гости не отрывали биноклей от глаз. Их захватило зрелище, развернувшееся на полигоне. Человек-дельфин по имени Никита Переславцев оказался высоким, строй ным, с отлично развитой мускулатурой, парнем. На вид ему можно было дать лет восемнадцать-двадцать, хотя, как утверждал профессор, юноше недавно исполнилось лишь пятнадцать.
   На его привлекательном, с правильными чертами лице, нет-нет да появлялась блуждающая полуулыбка.
   " А ведь ему нравится то, чем он занимается!" - догадалась дочь Дзержинского, наблюдая на расстоянии, как ловко подросток поднырнул под очередной макет и установил мину замедленного действия.
   Прозвучал взрыв. В небо взметнулся фонтан воды и щепки. Переодетые в финских моряков инструктора на других судах засуе тились, тщательно играя свою роль. Никто из них не заметил, как
   за спинами у них на палубу быстро и незаметно забрался вынырнув ший из залива диверсант.
   Человек-дельфин размытой тенью проскользнул на капитан ский мостик, убрал ножом /условно, конечно /находившихся там капитана и штурмана, и похитив секретные документы из сейфа, так же незамеченным ушёл под воду.
   - Кстати, профессор, - спросила дочь Дзержинского, - Этот мальчик всё время без маски. Но ведь под водой все изображения расплыва ются, смазываются, теряют чёткость. По себе знаю... Как он с этим справляется без специальных очков? Да и все ваши остальные подо печные, как они видят под водой?
   - Ни очки, ни маски детям-дельфинам не нужны! Природа сама поза ботилась об этом - они видят под водой так же отчётливо, как и на суше. Правда, с возрастом эта аномалия теряется по мере атрофи рования способности подводного дыхания. Наши окулисты бьются над разрешением этой загадки, но пока безрезультатно. Когда они всё же добьются успеха - это будет научное открытие...
  
   Потом были другие показательные выступления: юный дивер сант взрывал заряды, топил макеты, стрелял из-под воды по пресле дователям, бесшумно снимал часовых, незаметно проникал на суда и береговые батареи, устраивал на них диверсии. И тут же скрывал ся под водой. Посланные на его поимку боевые пловцы и водолазы возвращались ни с чем, неся на руках условно убитых товарищей.
   Комиссар со спутницей остались увиденным довольны. По окончании представления они попросили профессора познакомить их с человеком-дельфином, на что получили категорический отказ.
   - Нет, нет и нет, судари мои! Это запрещено! Да и в вашем предписа нии об этом ничего не сказано. Видеть в лицо Переславцева может лишь ограниченный круг служащих питомника. Список составлен лично товарищем Прохоровым и поверьте, в нём не наберётся и четырёх человек...
   Вы видели его в бинокль, как и другие проверяющие, ну и достаточно! Остальным посторонним не дозволено и этого! Так что,
   не обессудьте, государи мои, персонального знакомства не состоит ся...
   - Что ж, на нет и суда нет! - ответил раздражённо комиссар.
   Через час высокая комиссия отправилась в обратный путь, спеша до темноты добраться до базы, а там, на машинах - и до города.
   Проводив гостей, профессор облегчённо вздохнул. Ни он, ни
   гости, ни наблюдатели на вышках так и не заметили, как на противо положенном берегу озера во время показательных выступлений раза два подозрительно дрогнули ветки кустарника. Затаившаяся в зарос лях тёмная человеческая фигура с биноклем, зловеще ухмыляясь,
   зафиксировала в уме всё происходящее на полигоне с фотографичес кой точностью...
  
   Глава 3. Ночное нападение.
  
   В марте 1934 года известный палач русского народа белогвар дейский генерал Кутепов, возглавлявший в Париже так называемую
   "Русскую армию", вместе с помощником генералом Александровым
   приехали в Финляндию, в город Териоки /ныне Зеленоград /.
   Здесь они устроили совещание монархистов и провели смотр всех своих "боевых сил", состоявших из диверсантов, террористов и прочего отребья из числа русских эмигрантов, люто ненавидевших Советский союз.
   На этом совещании было решено продолжить борьбу с Совет ской властью "двумя" фронтами - экономическим и политическим.
   Под фронтом экономическим подразумевались взравы заводов, фаб рик, мостов и государственных учреждений; разрушения всего, что
   должно было служить строительству социализма в СССР.
   Под фронтом политическим понималось убийство ответствен ных партийных и советских работников и другие диверсионно-тер рористические акты.
   Во исполнение последнего пункта этой программы, руководст вом "Русской армии", не без помощи некой иностранной вражеской разведки, были подготовлены и переброшены через границу на территорию СССР четыре бандитско-террористических формирования, одно из которых возглавлял матёрый английский разведчик - мистер Смайлсон.
   Именно этой группировке была поставлена особая, сверх секретная задача, в выполнении которой были заинтересованы не столь ко главари РОВС-а, сколько секретные службы сразу нескольких
   Европейских государств, ради такого дела объединившихся под одним крылом...
   * * *
   Коменданту отдельной Мурманской пограничной комендату ры ОГПУ Алёшину легло на стол сразу несколько донесений о том, что английские рыболовные суда слишком часто незаконно подхо дят к нашим берегам. Алёшин, понимая всю важность сообщений, отдаёт приказ незамедлительно разобраться со всем этим.
   Вскоре проведённым расследованием было установлено, что
   английские тральщики, пользуясь разрешением ловить рыбу в на ших территориальных водах, действительно нарушают свои обяза тельства и незаконно близко подходят к советским берегам.
   При этом они не только ловят рыбу в неположенных местах,
   но ещё занимаются контрабандой и шпионажем. Английские моря ки на шлюпках нагло и открыто подходят к берегу, продают местно му населению заграничные вещи, а заодно интересуются, как часто и с какой периодичностью появляются в этих местах пограничники, каково настроение у людей, есть ли недовольные Советской властью и т.д...
   ...Боевой пограничный корабль "Пурга", которым командовал
   Харченко-старший, опытный моряк, получивший боевую закалку ещё в Гражданскую войну, тайно выдвинулся в облюбованный англичанами район побережья и после нескольких бессонных ночей дежурства, поймал-таки с поличным нарушителей - два английских
   рыболовных тральщика: "Вридлейт" и "Дайн"!
   Порядок на границе был восстановлен, но ...с опозданием, о чём ни сном ни духом не догадывался пограничный комендант Алёшин! Ему такое не могло привидится даже в самом кошмарном
   сне...
   Одной тёмной безветренной ночью, за несколько дней до описы ваемых событий, английские моряки с "Вридлета" и "Дайна", курси руя на двенадцати шлюпках от кораблей к берегу и обратно, выса дили на территорию СССР большой отряд вооружённых до зубов белобандитов численностью свыше пятисот единиц.
   Подчиняясь строгой дисциплине, хорошо обученные и подго товленные диверсанты без единого звука стороной обошли ближай шие населённые пункты и словно призраки растворились в глухома ни среди лесистых сопок и скал, что бы уже к полудню выйти к заповедной тенистой бухточке самого крайнего озерца в системе соединяющихся между собой водоёмов, где их дожидались, покачи ваясь на волнах, три моторных баркаса и полсотни лодчонок, пригнанных накануне верными людьми. Отсюда, придерживаясь секретного маршрута, им предстояло доплыть до интересующего их места...
   * * *
   В монастыре у Никиты была собственная келья. В ней стоял
   огромный дубовый чан в форме ванны с неизменно свежей и чистой водой из реки вёдер на двадцать. Никита частенько спал в нём, по грузившись в воду с головой.
   В Центре у него тоже имелась своя отдельная комнатка. Хоть и небольшая, но хорошо обставленная. Но главное было то, что она
   через дверь в бревенчатой стене соединялась с его личным бассей ном, размером три на четыре метра, который был его гордостью. Облицованный импортным кафелем, он выглядел как весёлая игрушка. Спать в нём было одно удовольствие.
   Из бассейна, в противоположенных направлениях, тянулись две железобетонные трубы метрового диаметра. Одна, проходя под фундаментами нескольких зданий, заканчивалась в большом трени ровочном бассейне под крышей.
   Другая так же была проложена глубоко под землёй и соединяла апартаменты Никиты с озером, а точнее - выходила у самого дна из бетонированной отвесной стены в бухту с учебно-тренировочным полигоном, в котором сегодня днём он показывал своё мастерство
   высокой комиссии.
   Эти оба прохода были сооружены исключительно из соображе ний безопасности Переславцева. Что бы Никита как можно меньше "светился" перед обслуживающим персоналом и военизированной охраной Центра. К тому же это было очень удобно! Нырнул в домашний бассейн, проплыл по трубе и раз - ты уже в озере, на природе! Или в главном бассейне, где обычно проводятся глубоководные за нятия...
   Благодаря этим трубам о Никите знало только высшее руко водство Центра. Ещё персональный школьный преподаватель, два инструктора: один - по боевой подготовке, другой - по боевой пара психологии, обучающий курсанта азам гипновнушения, ясновидению, мысленным контактам с подавлением воли противника и чтению мыслей на расстоянии, а так же бесконтакт ной рукопашной борьбе, и офицер ОГПУ- капитан Белкина - непосредственно охра няющий этот закрытый для общего доступа отсек, в котором он жил. Для остального населения научного городка - он как бы не существовал...
  
   ...В эту ночь, намаявшись за день, Никита сладко спал на дне
   бассейна в своей любимой позе: на спине и подложив руки под голо ву. Внезапно за тёмным окном бассейна что-то ярко вспыхнуло и погасло, пронзая толщу воды, по кафелю дна пробежали малиновые всполохи, грохочущий взрыв, которого Никита не услышал, но почувствовал, сотряс здание до основания.
   Стенки и дно бассейна содрогнулись, по воде побежали волны, выплёскиваясь через низкие бортики. Никита мгновенно проснулся и открыл глаза. Тёмный полог поверхности над головой вторично озарился огнём, следом прогрохотал очередной мощный взрыв. И снова дно под ним качнулось.
   Прямоугольное, во всю стену, окно бассейна лопнуло от взры вной волны и просыпалось в воду мелкими осколками. Градом опус каясь на дно, острые стекляшки заискрились драгоценными камня ми. Причинить хозяину вред они не смогли из-за плотности воды. Да и Никита к тому времени уже собрался, как сжатый перед дракой кулак.
   Отметив по внутренним био-часам время два-двадцать по полу ночи, он оттолкнулся ото дна и резко взмахнув руками и ногами, пулей выскочил из воды, точно приземлившись на невысокий и скользкий край бассейна.
   Подобные "фокусы" были для Никиты сущим пустяком: ведь он натренировался выпрыгивать из воды на пять-шесть, а то и выше, метров в высоту. Что бы неожиданно для врага стремительно заска кивать на палубы через борта их судов среднего класса. Про шлюп ки нечего и говорить...
   Насколько под водой было тихо, настолько же шумно на улице кипел нешуточный бой. За выбитым стеклом ночную мглу вспарывали мечущиеся искорки выстрелов. Время от времени среди них разбухали и тут же гасли разноцветные огненные шары. Ветерок с озера донёс запах пороховой гари.
   Никита потрясённо уставился в окно, ловя жадным слухом ди кие выкрики сражающихся, треск выстрелов и глухое бабаханье руч ных гранат. Война, о которой он читал в книжках и к которой его готовили, сама неожиданно пришла на территорию Центра.
   И это было невероятно!
   Но кто посмел напасть на секретный охраняемый объект? Хотя не важно! Скоро он это выяснит! Мало ли у Советского Союза врагов?
   К тому же невдалеке отсюда пролегает государственная граница с недружественной буржуазной Финляндией...
   Никита ни на мгновение не растерялся! Напротив, едва осоз нав, что на Центр совершено вооружённое нападение, он прикрыл глаза и глубоко вздохнул. А когда их открыл, то это был уже не пятнадцатилетний юноша, а настоящая боевая машина, призванная решать непростые задачи на суше и на море. Превращение произо шло так же быстро, как и на занятиях по боевой подготовке...
   Молодому человеку хватило одного взгляда в ночь, что бы сходу оценить непростую обстановку. Нападавших, судя по всему,
   было слишком много для охранной роты красноармейцев. И они, по
   характеру своих действий, совсем не походили на регулярные вой сковые части.
   От врагов, кто бы они ни были, за версту несло партизанщи ной. Их тактика захвата объекта напоминала скорее действия домо рощенных кулацких банд формирований. Или подготовленных от рядов террористов из-за кордона, что было вероятнее всего. Итак,
   будем считать, что на Центр напали белобандиты, пришедшие из-за рубежа.
   Кто такие белобандиты? По сути своей это обычные недобит ки белой гвардии, драпанувшие от Красной армии на запад, кулаки и подкулачники, эссеры, меньшевики, монархисты, григорьевцы и махновцы - все те, кто люто возненавидел Советскую власть ещё в первые годы её становления и не упускал возможности при случае укусить побольнее...
   А раз так, то пусть их и больше защитников научного городка в несколько раз, и пусть они хорошо вооружены и подготовлены, в основной массе своей они всё же остались обыкновенным сбродом,
   дилетантами, имеющими о тактике ведения боя весьма смутные представления. Бандиты всегда предсказуемы, а значит воевать с ними - одно удовольствие! Но удовольствие опасное...
   Никита уже прикидывал в уме, что нужно сделать в первую очередь, как по стене дома из темноты ударила пулемётная очередь.
   Несколько пуль с визгом влетели в окно, едва не задев хозяина бассейна. Юноша присел и кувырком вперёд через распахнутую дверь переместился в свою комнату.
   Не зажигая огня, он нащупал сложенную на стуле одежду и споро оделся, лёжа на полу. Сначала натянул брюки, потом рубаху,
   и в заключении обул парусиновые штиблеты с толстой, но мягкой подошвой из воловьей кожи.
   Внезапно он застыл без движений, чутко прислушавшись. В коридоре за закрытой дверью послышался топот ног и отрывистые команды. Потом всё стихло. Кто там пробегал: свои или враги, Никита не разобрал. Во всяком случае в дверь не ломились, и на том спасибо.
   Полоска света под дверью то темнела, то разгоралась. Это ча дили керосиновые лампы " летучая мышь" под потолком. В этом крыле здания их на ночь, в целях экономии электричества, зажигала охранница секретного отсека тётя Нюра, единственная изо всех сво их коллег-чекистов имевшая доступ в покои Переславцева.
   Стараясь не подниматься выше подоконника, юноша подполз к письменному столу, стоящему возле задёрнутого ситцевыми занавесками окна, выгреб из него все свои документы, включая родительский архив, и тут же упаковал их в толстый клеёнчатый пакет, который сунул в специальную непромокаемую котомку из прорезиненной ткани. Этот вещмешок наряду с другими интерес ными предметами входил в число его спец снаряжения.
   Подумав, он отправил туда же летнюю костюмную пару, комп лект нижнего белья, запасную рубашку, носки, рушник, несколько тетрадей с карандашами и томик Александра Беляева с любимым романом "Человек-амфибия". Последними кое-как запихнул резино вые "лягушачьи лапы" и подводные очки, которые предпочитал мас ке, поскольку последние складывались и тем самым занимали мало места в котомке. Так, на всякий случай...
   Резиновые ласты с очками ему вручили в 1933 году. Вопреки утверждению одного высокопоставленного чиновника, курировшего спец поставки в Красную Армию, что, мол, советским бойцам-под водникам все эти причиндалы ни к чему - они и так, на одном патри отизме, справятся с любой поставленной боевой задачей, кислород ные ребризеры, воздух из которых подавался через шланг в резино вый шлем, а так же дыхательные аппараты с незамкнутым контуром /без рециркуляции, работающие на сжатом воздухе/, резиновые ласты, маски и дыхательные трубки для пловцов-подводников поступили-таки на вооружение в советские спец войска.
   Так или иначе, Никита получил ласты спустя три месяца пос ле того, как французский изобретатель Луи де Корлье запатентовал своё изобретение. В лаборатории имелась прекрасная библиотека, в которой Никита любил просиживать часами за той или иной книж кой в свободное от занятий время. Его интересовало буквально всё, что было связано с подводным миром, в том числе техника и приспо собления, с которыми человек собирался покорить эту стихию.
  
   Поэтому он точно знал, что вообще-то первым придумал ласты ни кто иной, как Леонардо да Винчи. Потом художник Поль Гоген подсмотрел, как таитяне привязывали к ногам пальмовые листья и дощечки, помогавшие им ловко и быстро плавать...
   Так же он вычитал в специальных зарубежных журналах, что кислородные ребризеры ещё в 1911 году начала выпускать немецкая
   фирма "Дрэгер", а дыхательный аппарат с незамкнутым контуром был создан в 1925 году неким французским морским офицером по имени Ив Ле Приер. Из тех же источников он узнал, что в начале тридцатых годов американец Гай Гилпатрик создал первую совре менную маску, и, примерно в то же время, англичанин Стив Батлер
   разработал первую дыхательную трубку для пловцов...
   Чего он не знал и не мог знать, так это то, что в 1942 году французы Жак-Ив Кусто и Эмиль Ганьян разработают и испытают
   дыхательный аппарат на сжатом воздухе под названием "акваланг",
   и уже в 1943 соединят его двухступенчатый регулятор, из которого ныряльщику поступает воздух при малейшем вдохе, с воздушным резервуаром высокого давления, получив тем самым скубу незамкну того цикла - предшественницу современной скубы...
  
   ...Ласты Никите сразу же понравились. Ещё бы, они многокра тно увеличивали его способности пловца и ныряльщика. Он отчего то сразу же окрестил их "лягушачьими лапами"...
   Оставлять всё это в комнате при создавшемся положении было глупо: враги в любой момент могли пустить " красного петуха", раз их целью был захват и уничтожение секретного объекта.
   "Всё своё ношу с собой!" - горько усмехнулся подросток и просунув руки в лямки котомки, расправил на плечах пятки. Лямки не жали и не давили, руки и торс двигались свободно. В рукопашной схватке, если такая приспеет, вещмешок помехой не станет...
   В прикроватной тумбочке в кобуре лежал его именной револь вер системы "Наган", который совсем недавно, в день его пятнадца тилетия по поручению начальника Центра профессора Эккельдорфа,
   подарил ему начальник охраны товарищ Прохоров. За показатель ные успехи в боевой и политической подготовке, как он выразил ся...
   Не долго думая, Никита нацепил кобуру на пояс, где уже висе ли два острых кинжала в чехлах и водонепроницаемый подсумок. В него он засыпал ещё несколько горстей запасных патронов и сверху положил компас.
   С улицы продолжала доноситься стрельба и взрывы, где-то в
   стороне вспыхнул пожар. Его зарево было видно через щёлку между занавесок на окне. Бой теперь, если судить по канонаде, переместил ся в район главного административного здания Центра, а это означа ло, что и основная территория объекта, и его внутренний двор, пусть и не полностью, но уже находились под контролем захватчи ков.
   Быстро они, однако управились!
   "Видать, не обошлось без предательства с нашей стороны, - подумал Никита, - Кто-то открыл врагам одно из КПП! Иначе успех бандитов никак не объяснить... Следует поторопиться!"
   Затянув пояс потуже, он шагнул к двери и прислушался. Из ко ридора не доносилось ни звука. Зато на улице сражение не затихало ни на минуту. Шальные пули впивались в бревенчатые стены здания со смачными шлепками.
   Вдруг прицельная очередь из "льюиса" вдребезги разнесла око шко комнаты, в клочья изодрав занавески. Но за секунду до этого Никита, почувствовавший спиной дуновение холодного "ветерка опасности", резко присел, одновременно проворачивая ключ в замке и толкая дверь, и выпрыгнул за порог в сидячем положении. Пули прошли у него над головой, чудом не задев.
   Он захлопнул дверь за спиной и, отскочив в сторону, прижал ся к стене. И тут же вторая очередь прошила дверь насквозь, закон чив свой полёт под притолокой, рядом с керосиновой лампой, от которой на потолке образовался закопчённый круг.
   Никита посмотрел на следы от пуль и покачал головой: этот свинец мог бы достаться ему. Сосредоточившись, он мысленно "выглянул" на улицу, пытаясь "нащупать" стрелявшего. Вот он! Неопределённая тёмная фигура злыдня с ручным пулемётом в руках застыла в десяти метрах от здания. От него так и веяло лютой зло бой и ...смертью!
   Нет, он стрелял не по нему, это точно! В тёмной комнате, да ещё за занавесками, его просто не было видно. Скорее всего свихнув шийся бандит за окном таким образом развлекался, высаживая стёк ла. А может, мстил по-своему Советской власти за раскулачивание, али ещё за что?
   Никита подождал, пока "придурок" с льюисом не передвинулся дальше вдоль стены дома и оттуда вновь не послышались корот кие очереди и звон стекла, и "закрыл" внутренний взор. Про банди та теперь можно забыть, тем более, что последний в разбитые окна лезть не собирался. По крайней мере, не сейчас...
   Никита осмотрелся. Короткий коридор отсека оказался пуст в оба конца. Лампы под потолком продолжали чадить, язычки пламе ни колебались на сквозняке малиновыми ромбиками. Время не терпе ло и подросток ринулся к выходу, что бы присоединиться к охране здания и вместе с ними вступить в схватку с атакующими.
   Но на пол пути резко остановился. Чёрт! Нельзя! Кроме тёти Нюры его никто не знает в лицо. Если её нет среди защитников дома, то его могут запросто пристрелить, сгоряча приняв за бандита. И как он не подумал об этом раньше?
   Никита растерялся, но не надолго!
   "Пойду-ка я лучше поищу профессора! - решил он наконец, - Вот ко му наверняка потребуется моя помощь! Давай, думай, где он может находиться в столь критический момент? Тут и гадать нечего: или в питомнике, или у себя в кабинете в административном корпусе!
   В питомнике - понятно! Проводил опыты с "дельфинятами", там его и застала стрельба. Там он и прячется по сию пору... Но это не факт! Профессор вполне мог успеть вернуться в кабинет, что бы уничтожить или спрятать все секретные документы проводимых опытов, хранящиеся в его сейфе...
   Поскольку дорога в административный корпус всё равно вела через лабораторию, то по пути в кабинет профессора, Никита решил заодно проверить и питомник - систему взаимосвязанных "цепоч кой" бассейнов, где росли и развивались юные ребята-дельфинята, его хорошие приятели и ученики, которых он на правах младшего инструктора наставлял по подводному плаванию.
   Но сначала всё равно нужно убедиться, стоит ли на своём пос ту за бронированной дверью офицер ОГПУ в чине капитана - тётя Нюра. Если стоит, то все проблемы решатся сами собой. Она выпус тит его к профессору, или скажет, что нужно делать... Если её нет, то придется действовать самостоятельно и искать обходные пути...
   Никита приблизился к массивной железной двери выхода. Она оказалась запертой снаружи на засов, за ней царствовала тишина. Где же тётя Нюра? Где остальная охрана здания? Возможно, все они покинули пост и приняли бой во дворе, оставив дверь на запоре? Он осторожно постучал и прислушался. Тишина! Тогда он постучал по громче и позвал: эй, охрана? Вы где? Но и на этот раз ему никто не ответил...
   "Первая неудача, - констатировал про себя со вздохом Никита,
   - Ничего страшного! Придётся действовать, как и планировал - само
   стоятельно. Попробую-ка я пробраться в лабораторию со стороны внутреннего двора через окно корпуса. Можно и с улицы, но там ещё идёт бой и шляются полудурки с ручными пулемётами..."
   Он вернулся в сумрачный тупичок, где помимо входа в его апартаменты, имелось ещё две двери, одна из которых, расположен ная на противоположенной стороне коридора, вела в учебный класс, а другая, справа в торце, открывалась в темный чулан, где уборщицы хранили свои швабры-тряпки-вёдра.
   Первым делом Никита проверил чулан. Как он и предполагал,
   комнатушка оказалась тёмной и без мебели. По углам стояли шваб ры, веники и вёдра, а на полках валялось тряпьё, мыло и щётки. Окон в чулане не было, вентиляция отсутствовала, поэтому пахло там тёплой прелью неимоверно. Пустая кладовка - это прекрасно! Затаившийся враг в ней не прятался, значит, удара в спину не последует.
   Приободрившись, Никита перешёл к другой двери и осторож но приоткрыв её, заглянул в помещение. Это был его персональный класс, где он приобщался к знаниям по индивидуальной школьной
   программе под руководством личного преподавателя.
   Несмотря на то, что ученик был один, в помещении стояло десятка два парт со скамьями и преподавательский стол со стулом,
   за которыми сбоку на стене висела коричневая доска. По стене, что располагалась напротив трёх широких окон, под самым потолком
   тянулись в ряд портреты русских писателей-классиков, поэтов и учёных.
   Под ними мирно соседствовали географические и политичес кие карты мира, учебные таблицы по химии, алгебре и физике, три гонометрические графики и схематические рисунки по анатомии человека.
   Особое место среди наглядных пособий занимали таблицы по оружию и военному делу вообще. Ему, как видно, в этом классе отда валось неоспоримое предпочтение. Иначе, зачем бы все парты пос леднего ряда были завалены всевозможным разнокалиберным стрел ковым оружием не только отечественного, но и импортного произ водства.
   Новенькие, сверкающие смазкой винтовки, карабины, пистоле ты и ручные пулемёты, словно только что сошедшие с конвеера, по неволе притягивали жадный взгляд подростка. Сейчас бы взять что-нибудь из этого арсенала, да пустить в дело. Ан, нельзя! Это оружие
   не стреляет, потому как учебное...
   Никита прошмыгнул в класс и прикрыв дверь, на мгновение застыл за порогом, давая зрению освоиться с темнотой. Когда это случилось, он перевёл внимательный взгляд на тёмные окна, за кото рыми громоздились мрачные силуэты зданий внутренней части Центра. Их расплывчатые контуры смутно угадывались на фоне звёздного неба...
   Нигде ни одного светящегося окошка, будто вымерли все. В нескольких местах над крышами жилых домов плясали пока ещё робкие языки пламени. Но пожар вскоре заполыхает нешуточный и тогда всем станет жарко.
   А внизу, между зданиями, часто-часто вспыхивали и гасли выстрелы, хлёсткие звуки проникали сквозь стекло. Похоже, около
   сотни бандитов удалось ворваться во внутренний двор крепости и осадить главный корпус администрации, который яростно огрызался непрекращающимся ни на миг огнём.
   Никита понял, что занятые осадой бандиты пока ещё не раз брелись по крепости. Поблизости от его дома их не видно, так что можно будет спокойно вылезти в окно, проскочить по тёмному двору к внутренней стене лаборатории и опять же через окно, проникнуть в питомник. Собственно, так он и планировал поступить изначально...
  
   Глава 4. Тётя Нюра.
  
   Внезапно за крайним окном слева промелькнуло что-то тём ное. Это было движение, сопровождавшееся шевелением. Во всяком случае именно так Никита охарактеризовал про себя мимолётное действо, когда стремглав ринулся между партами в конец класса и спрятался там за одним из книжных шкафов со стеклянными дверца ми.
   Занятая им удобная позиция позволяла контролировать все три окна одновременно, в то время как сам он оставался совершенно незаметен в тёмном углу. Револьвер как будто сам собой оказался в его руке, ребристая рукоятка через ладонь придавала уверенности.
   Тень за окном тем временем сформировалась в отчётливую че ловеческую фигуру. Кто это? Враг или кто-то из своих? Поди разбе ри... Незнакомец тем временем, действуя умело и быстро, что гово рило о его профессионализме, просунул длинное тонкое лезвие в щель между рамами и попытался приподнять нижний шпингалет.
   Это ему удалось с первой попытки. За спиной "взломщика" выросли ещё две расплывчатые фигуры. Одна из них осторожно отжала нижний край рамы на себя, тем самым увеличив щель до сантиметра, в то время как вторая присела под окном, подставляя свои плечи под ноги человеку с ножом.
   Тот бесшумно встал на товарища, словно на ступеньку стремя нки и легко дотянулся до верхнего края рамы. Второй шпингалет с тихим скрипом упал вниз, окно распахнулось. "Взломщик" молние носно и бесшумно проник в класс. Став на пол, он повернулся к от крытому окну и протянул руку, явно помогая следовавшему за ним товарищу перескочить подоконник.
   Никита усмехнулся. Зачем стрелять, когда противник сам под ставился? Он ужом скользнул между партами и бесшумно возник нув за спиной незнакомца, насильно, что бы только оглушить, прис тукнул рукояткой нагана в определённую точку за ухом. Тот, поддер живаемый подростком, мешком повалился на пол не издав ни звука.
   Товарищ, которому он помогал, успел взобраться на подокон ник. Когда его приятель упал, он в растерянности застыл на месте, не понимая до конца, что происходит в тёмном классе. Это было Никите на руку. Он выпрямился и схватив второго "взломщика" за пояс, сдёрнул с подоконника, одновременно выполнив классический захват локтевым сгибом горла со спины последнего.
   В следующее мгновение он осознал, что держит в руках моло дую женщину, одетую в гимнастёрку и юбку. Но именно такую фор му носили женщины-контролёры внутренней охраны Центра - офи церы осназа ОГПУ! По-всему выходило, что "взломщики" свои?
   Женщина захрипела. Никита ослабил хватку, одновременно другой рукой подбивая вверх руку с пистолетом "ТТ" третьего чеки ста который, стоя за окном, очень быстро оценил непростую ситуа цию и вознамерился поразить нападавшего в грудь. Грянул выстрел, но пуля ушла в потолок, лишь на миг ослепив Никиту.
   - Не стрелять! - вдруг прохрипела приказ женщина, - Отставить, Сё мин!
   Никита узнал бы этот голос и при смерти.
   - Тётя Нюра?! - воскликнул он в удивлении и отпустил женщину, развернув её лицом к себе. При свете звёзд стали отчётливо видны её знакомые черты.
   - Да, это вы! А я вас искал-искал, да не нашёл...
   Сёмин тем временем перескочил подоконник и склонившись над вырубленным Никитой товарищем, стал приводить того в чувст во, теребя за уши.
   - Ты почему не у себя в комнате, Никита? - тихо спросила охранница,
   невозмутимо одёргивая гимнастёрку и поправляя пояс с оружием.
   - Там опасно! Комната и бассейн простреливаются насквозь. Что происходит? Кто на нас напал? Я хотел помочь нашим, но выход
   заперт на засов. Я решил выбраться во двор через класс... и вот...
   Он неуверенно замолк. Тётя Нюра с улыбкой взлохматила его вихры.
   - Тоже мне - Аника-воин! Помочь - это хорошо... Для сведения - нас атакуют белобандиты. Числом до пяти сотен, а то и больше. Они хорошо вооружены и подготовлены. Пришли из-за кордона со сторо ны моря. Среди нас оказалась целая группа изменников. Предатели в назначенный час взорвали гидроэлекторостанцию и электропод станцию. Электричества нет, и не будет...
   Ещё они, кажется, каким-то образом отравили часовых на вышках - видишь, прожектора не горят и пулемёты молчат. И кто-то открыл врагам северное КПП. Поэтому бандиты беспрепятственно преодолели охранный периметр и ворвались на территорию Центра.
   Часть из них просочилась в крепость...
   Но большинство наших успело забаррикадироваться в отдель ных строениях, в том числе и в главном административном здании.
   Мы пока отражаем все атаки бандитов, но что будет дальше - не знаю! Да и никто предсказать не может... Мы разобщены, связи
   между очагами сопротивления нет никакой, кроме визуальной.
   Трудно разобраться со стороны, где что происходит. К тому же противник имеет явный численный перевес...
   Тем временем, благодаря усилиям Сёмина, третий офицер ОГПУ по фамилии Носков быстро пришёл в себя.
   - Знатно ты меня приложил, браток! - сказал он улыбаясь, когда тётя Нюра знакомила его и Сёмина с Никитой, - Спасибо, что не завалил насовсем!
   - Извините! - засмущался подросток, - Я не разглядел, что вы свои...
   Если бы на вас были фуражки, я бы не...
   - Да ладно! - отмахнулся Носков, - Я зла не держу. Ты поступил правильно, и - хватит об этом!
   Сёмина парнишка шибко заинтересовал.
   - Кто он, капитан? - кивнув на Никиту, спросил он тётю Нюру.
   Та нахмурилась.
   - Забыл, где служишь, Сёмин? Напомнить, что бывает за излишнее любопытство?
   Сёмин не сдавался.
   - Просто я его раньше не видел в Центре, вот и спросил...
   Тётя Нюра, понимая что её недомолвки только разожгут любо пытство соратников, решила схитрить.
   - Никита - племянник Прохорова! - внятно и со значением произнес ла она, - Его обучают диверсионной работе боевого пловца по ин дивидуальной программе. Это всё, что вам разрешается знать!
   - Так он и есть тот самый таинственный человек-дельфин, о котором все шепчутся по углам Центра? - натурально ахнул Сёмин.
   Тётя Нюра в бешенстве выхватила из кобуры "ТТ" и пристави ла его к груди молодого чекиста. Такой разъярённой Никита её ещё не видел.
   - Ещё слово, Сёмин, и я расстреляю тебя на месте, как изменника! - сдавлено прохрипела она, бледнея на глазах.
   - Всё-всё! Молчу! - струхнул лейтенант, поднимая руки в знак приме рения - Виноват, осознаю! Каюсь, больше не повторится!
   Тётя Нюра долгую минуту пристально вглядывалась в потуп ленные глаза подчинённого и наконец медленно и как бы нехотя убрала пистолет на место.
   - Повторяю, Никита - родственник Прхорова, и хватит об этом! - ещё раз веско пояснила она и на правах командира группы решительно приказала всем отойти от окна в глубь класса, где негромко уточ нила план их дальнейших действий.
   - Товарищи офицеры! Перед нами поставлена задача пробраться на вышку, ту, что стоит у пропускного шлагбаума в порт, и огнём её пулемёта с тыла попытаться остановить нападающих на администра тивный корпус. Это нужно сделать как можно быстрее, пока банди ты не рассредоточились по всей территории научного городка...
   - Там две вышки! - уточнил Носков, - В два пулемёта было бы ре зультативней...
   - Посмотрим на месте! - согласилась тётя Нюра, - Никита! Мы мо жем воспользоваться окном в твоей комнате, что бы попасть на ту сторону здания?
   - Лучше через окно бассейна: оно и шире, и от земли невысоко.
   - Разве оно открывается? - удивился Сёмин.
   - Нет, стекло расхандокало взрывом. Вдребезги! А затем какой-то псих с "льюисом" ещё добавил...
   - Годится! - кивнула тётя Нюра и скомандовала, - За мной!
   Никита взмолился.
   - Тётя Нюра, постойте! А как же я? Я хочу с вами! Возьмите, а?
   - Без приказа Прохорова - не могу! Случись чего с тобой - он с мня голову снимет!- отказала тётя Нюра. Сёмин с Носковым сочувствен но похлопали подростка по плечам.
   - Но я хочу сражаться! - с жаром настаивал подросток, - Я вполне подготовлен! Вы же сами только что видели...
   Тётя Нюра призадумалась: что делать? С одной стороны брать на задание Никиту - единственного в своём роде человека-дельфина - слишком ответственно и чревато последствиями для неё лично, слу чись с ним чего-нибудь.
   Но, с другой стороны, ситуация сложилась нестандартная. Ос тавлять его тут одного на произвол судьбы, тоже не менее опасно... Белобандиты частично ворвались во внутренний двор, прочёсыва ют и зачищают здания. Скоро их станет больше. Они с минуты на минуту могут появиться в стенах лаборатории и в этом её крыле. Что тогда станет с подростком? Догадаться не трудно - они его убьют, как сейчас убивают всех подряд, кто встаёт на их пути...
   Офицеры, понимая сложность выбора командира, подали наконец робкие голоса в защиту подростка.
   - А чего, Матвевна? - первым заступился за Никиту Носков, - Пусть идёт с нами. Как-никак, а всё под присмотром будет...
   - Малец шустрый! - вторил ему Сёмин, - Обученный! Я лично его стану опекать!
   Тётя Нюра сдалась:
   - Хорошо! Пусть идёт! Задание всем ясно? Вперёд, товарищи! Никита, показывай дорогу...
   Коридор все трое пересекли в мгновение ока. Заскочив в в ком нату Никиты, где царил форменный погром, затворили за собой дверь на ключ и быстро прошли в бассейн. Сёмин с Носковым под стенкой подползли к окну и осторожно выглянули наружу, оценивая
   обстановку.
   Бой на улице, казалось, разгорелся с новой силой. Осаждаю щие Центр белобандиты усилили натиск, в то время как защитники научного городка вовсе не думали сдаваться. Выстрелы, взрывы и ор сражающихся слились в одну протяжную какофонию.
   - О чём задумался? - спросила тетя Нюра шёпотом Никиту.
   - Я могу из бассейна по подземной трубе доп лыть до бухты-полигона, а от неё и до прис тани, - прошептал тот в ответ, - Вышка стоит рядом. Если на ней засели враги, то нападе ния с тыла они не ждут...
   Тёте Нюре план сразу же понравился.
   - Хорошо, плыви! Но не сейчас, а когда мы выберемся на улицу и поползём к озеру. Всё равно ты нас обгонишь... Спрячься под выш кой и наблюдай. Если на ней выставлен вражеский пост и если банди ты нас обнаружат и откроют огонь, то постарайся их нейтрализовать.
   Но не раньше, слышишь? Это приказ! На рожон не лезь, я отвечаю за тебя собственной жизнью!
   - Приказ понял! - обрадовался Никита.
   Тётя Нюра легла на пол и подползла к товарищам.
   - Что тут у нас?
   - Пока чисто! - ответил Сёмин.
   - Тогда вперёд!
   Носков обернулся.
   - Никита! Давай к нам!
   - Нет! - возразила тётя Нюра, - Он пойдёт следом через пару минут. Будет прикрывать нас со спины...
   - Весьма разумно! - одобрил Сёмин и с пистолетом наготове первым сиганул в окно.
   За ним последовала тётя Нюра. Носков на мгновение задержал ся, помахав Никите рукой. Когда и он перескочил подоконник и уто нув в высокой росистой траве, которая тянулась вплоть до скалистой береговой гряды, ящерицей пополз вровень с остальными к озеру, подросток быстро разделся до трусов и кое-как запихав в вещмешок одежду и револьвер, натянул на ступни "лягушачьи лапы".
   "Минут через пять буду под вышкой!" - прикинул он мимохо дом и поправив лямки котомки и пояс с ножами, осторожно спустил ся в бассейн и без всплеска ушёл под воду. Если бы кто в этот мо мент стоял на краю бассейна и наблюдал за ним, то он увидел бы лишь быструю тень, скользнувшую по дну и исчезнувшую в тёмном
   круглом отверстии в основании дальней стены...
  
  
   Глава 5. Вышка.
  
  
   ...Озёрная вода за ночь остыла. Поначалу она обожгла кожу Никиты холодком, но вскоре в его организме произошли привычные
   изменения и ощущение озноба отступило. Одновременно нормализо валось и "подводное" зрение подростка. Впрочем, он это скорее почувствовал, чем увидел, так как в трубе что белым днём, что тёмной ночью одинаково царила тьма кромешная.
   Подросток как всегда плыл на ощупь, вытянув руки перед со бой. Он уже настолько привык, что труба тянется прямо по струнке, что ни о чём не думая развил максимальную скорость, на которую был способен.
   Не прошло и минуты, как впереди забрезжило мутное пятно
   света. Это был выход из трубы. Её конец торчал из бетонной стены у самого дна на глубине семи-восьми метров от поверхности. Вокруг колыхались высокие водоросли, похожие на размочаленные канаты. Эти подводные заросли надёжно скрывали потайной ход от посторонних глаз случайных ныряльщиков. Впрочем, в зоне охраняемого объекта таковых не могло быть по определению.
   Никита подплыл к выходу, оттянул задвижку с внутренней стороны и распахнул круглую чугунную решётку, забранную к тому же мелкоячеистой сеткой. Этот своеоб разный фильтр исправно защищал его бассейн от непрошенных обитателей озера: рыбёшек, рачков, улиток, пиявок, водяных жучков-паучков и прочих водоплавающих...
   Только с мелким ракушечником не было сладу. Он давно облепил и прутья решётки, и покатые стены трубы. Бороться с ним было бесполезно, поэтому подросток давно перестал обращать на него внимание.
   Никита наполовину высунулся из трубы и внимательно осмотрелся. Благо, что свет звёзд, хоть и слабый, достигал дна. Тонкая поэтическая натура подростка заставила его мысленно ахнуть при виде открывшейся сказочной картины подводного царства.
   Ночью придонный мир выглядел совсем не так, как днём: всё в нём казалось расплывчато загадочным и таинственным. И стена водорослей, и мельтешившие туда-сюда рыбёшки, и густая бирюза водной дали, постепенно переходящая в фиолетово-чернильную непроглядь - влекли к себе с непреодолимой силою. Никита потряс голо вой, освобождаясь от наваждения: красоты-красотами, но не следовало забывать и о деле...
   Главное, что напротив входа не притаились ни вражеские ны
   ряльщики, ни водолазы. Да и откуда им тут было взяться? Белобандиты орудовали на земле, к чему им ещё дно озера? Тем не менее Никита осторожно покинул трубу и прижимаясь к бетонной стене, слитой с отвесными гранитными берегами, быстро всплыл на слегка рябившую озёрную гладь поверхности.
   Он бесшумно поплыл вдоль берега бух ты по направлению к причалам, всё время держась в тени нависающих скал и следя, как бы не напороться на плавающие тут и там фрагменты взорванных им же днём для высокой комиссии деревянных макетов судов и береговых батарей.
   Над водой виднелась только его вихрастая белобрысая макушка и глаза. Остальная часть лица и всё туловище скрывались под поверхностью.
   До пристани было метров сто пятьде сят-двести. Никита быстро преодолел это расстояние. Наконец, за скалистым мысом, показался пологий берег с тремя причалами. От них, среди валунов и обломков, наверх змеилась узкая тропинка с бетонными ступеньками. Они за канчивались ровной каменистой площадкой, на которой смотрела в небо сторожевая вышка с прожектором и пулемётом.
   Та самая, про которую говорила тётя Нюра и которую им пред стояло захватить. Чуть левее в стороне, по другую сторону пристани возвышалась вторая. Обе казались брошенными: ни огонька папиро сы, ни тихих разговоров или какого-нибудь движения на них не наб людалось.
   Впрочем, это ещё ничего не значило. До вышек оставалось до вольно приличное расстояние. Следовало подобраться к ним побли же и уж тогда хорошенько послушать. Лучше всего спрятаться в кам нях под опорами, как и советовала тётя Нюра.
   Но вышки - ладно! Не они сейчас привлекли внимание пловца, а три пузатых рыбацких баркаса, что нагло пришвартовались к при чалу. Возле них, что поросята возле свиноматок, покачивались на волнах привязанные за чалки шлюпки и лодки-плоскодонки. Всего около четырёх десятков...
   Вот так-так!
   Днём этой флотилии тут не было, да и не должно было быть. Следо вательно, это плавсредства белобандитов, которые, по всему выхо дило, приплыли в озеро по рекам и протокам. И никто из красноар мейцев охранения их не заметил и не поднял тревоги! Почему? Не ужели бойцов и впрямь отравили предатели? Похоже, что так оно и есть...
   Никита почувствовал, как его захватывает знакомый азарт раз ведчика-диверсанта, приказывающий ему срочно проверить, имеет ся ли на баркасах охрана, и если да, то какова её численность. Выш ка же немного подождёт...
   Оттолкнувшись от скалы, он бесшумно поплыл к причалу под номером один и уже спустя секунд сорок был возле баркасов. Шум боя долетал сюда отдельным отрывис тым треском; всполохи огня, озарявшие небо, проскальзывали по водной глади малиновыми крыльями, на мгнове ние разгоняя чернильную мглу.
   Бдительный часовой в таких условиях мог бы заметить его макушку среди волн, поэтому Никита просто беззвучно нырнул и под водой подплыл к крайнему судну справа. Он всплыл в тени буш прита и затаился, вслушиваясь и всматриваясь в тёмный силует баркаса.
   Внезапно на палубе возле борта появился малюсенький ого нёк. Самого курящего Никита так и не рассмотрел, да это и не важ но: того с головой выдала папироса. Он вспомнил, что ночью, в пределах прямой видимости, тлеющий табак виден на расстоянии свыше трёх километров, а тут его и часового разделяли метров пятнадцать-двадцать.
   Огонёк с минуту повисел в воздухе, а затем описав красивую
   дугу-росчерк полетел в воду. Прекрасно! Один часовой обнаружен. Возможно, что он на борту не один... Следуя логике, если охраняет ся одно судно, то и остальные тоже! Выяснив что нужно Никита, довольный собой, снова нырнул и поплыл к берегу.
   На причал подниматься не стоило - могли засечь караульные с
   баркасов. Из-за них же путь наверх по ступеням так же был закрыт.
   Поэтому Никита вышел из воды на берег чуть в сторонке от пристани, в том месте, где скопление валунов было особенно кучным, а тень от них наиболее густой.
   Выбравшись из воды, он ящерицей проскользнул между обло мков и укрылся за широкой скалой. Тут оказалась небольшая ровная площадка, покрытая песком и мелкой галькой. Она как нельзя лучше подходила Никите, что бы спокойно и без помех одеться и обуться.
   Подросток привёл себя в порядок, закинул вещмешок за спи ну и вооружившись, пополз по камням по направлению к лестнице.
   Вот и ступени! Никита повернулся лицом к вышке и оставляя их всё время по левую руку, начал карабкаться к ней среди обломков и скал.
   Он соблюдал максимальную осторожность при восхождении,
   смотрел то под ноги, то на вышку, одновременно держа под контро лем и лестницу: мало ли какой бандит появится на ней в самый непо дходящий момент? Тогда стычки не избежать - а это лишний шум и
   преждевременное обнаружение, чего допустить было никак нельзя...
   Путь от воды до площадки занял у него чуть больше минуты. Никита обогнул послед ний валун, молниеносно преодолел три ряда колючей проволоки, прорезав ножом широ кий проход и неожиданно очутился на ровной каменистой площадке квадратной формы прямо под вышкой. Рядом, шагах в десяти, пролегала натоптанная дорожка, ведущая от ступенек пристани к охваченному огнём научному городку-крепос ти.
   К счастью, на ней никого не было видно и подросток, метнувшись к ближайшей опоре, буквально слился с ней воедино, осматри вая местность. Обстановка его успокоила. В районе пристани не наб людалось никаких передвижений. Все бандиты, кроме тех, что сторожили баркасы, были заняты осадой зданий Центра.
   Лесенка - две не ошкуренные стропилены с поперечными пере кладинами - ведущая на смотровую площадку вышки, начиналась от соседней опоры и до неё было метра три-четыре. Плёвое расстоя ние, его можно преодолеть одним рывком.
   Никита не раздумывая бесшумной тенью скользнул к ступень кам, но тут его взгляд упал на темнеющее на пути препятствие. Бес-
   форменная куча возвышалась как раз в центре основания между опор. Подросток сначала принял её за горку камней, но приблизив шись вплотную, понял, что ошибся.
   Это были не камни, а ...трупы людей! Три мёртвых человечес ких тела в форме красноармейцев лежали друг на друге изломанны ми манекенами. Никита вгляделся в бледные лица бойцов, икажён ные гримасами предсмертной муки, и отшатнулся от ужаса.
   Смерть сама по себе неприглядна, а насильственная вдвойне. Выпученные глаза, широко раскрытые и перекошенные рты со следа ми жёлто-зелёной пены на губах, казалось, молили подростка, взывая об отмщении....
   Этих людей убили подло и предательски!
   Никита, преодолевая естественную тошноту, нагнулся к каждому из красноармейцев и обнюхал их лица. От мертвецов сильно разило ми ндалём. Никита помнил этот запах по занятиям. Вывод напрашивал ся неутешительный - часовых действительно отравили какими-то цианидами.
   Они умерли прямо на вышке, на боевом посту, не успев навер ное понять, что с ними произошло. А потом пришли бандиты и сбро сили их трупы на землю через люк. Сами же заняли их места. Сколь ко бандитов сейчас на площадке? Двое - точно! Но может быть и трое... Количество необходимо установить конкретно!
   Никита, оставаясь в тени, распластался рядом с трупами на спине и посмотрел вверх. Настил смотровой площадки смутно серел на фоне звёзд. Люк, к которому вели ступени, оказался задраенным. Подросток сконцентрировал на нём своё внимание и " включил" дальний слух, как учил парапсихолог.
   Этот приём дал положительные результаты. На смотровой площадке тихо перешёптывались двое. Их пси-сущности ясно от разились на внутреннем мысленном взоре подростка. Суть разго вора он не уловил, да в этом и не было необходимости. Итак, бан дитов всего двое! Пулемётный расчёт! Им приказано прикрывать тылы осаждающих... Всё стало ясно, как день!
   Никита удовлетворённо улыбнулся и быстро юркнул к краю площадки, окаймлённой валунами. Тут его сам чёрт не сыщет! Тётя Нюра приказала не проявлять самодеятельности и тихо-мирно ждать их прихода, наблюдая обстановку.
   Но разве можно спокойно усидеть подростку, рвущемуся в бой? Он невольно посмотрел в сторону пылающих зданий Центра, скорее угадал, чем рассмотрел окно своего бассейна на первом этаже лаборатории и в сомнении покачал головой. От него до вышки не менее трёхсот метров. Сколько времени потребуется чекистам, что бы преодолеть это расстояние по-пластунски, да ещё оставаясь незамеченными? Много! А ждать - нет терпения...
   И Никита решился! Он не станет терять драгоценное время по напрасну. Пусть потом тётя Нюра и отругает его, но он сейчас в оди ночку захватит вышку, тем боле, что врагов на ней всего двое. Это для него пустяк! Он расправится с ними быстро и бесшумно, как учили.
   Никита глубоко вздохнул, настраивая дыхание на боевой ре жим, и молнией скользнув к лестнице, слегка потряс стропила. Ле стница задрожала, ступеньки-перекладины отозвались тихим скри пом. Этого следовало ожидать. Начни он сейчас подниматься наверх, они отзовутся весёленькой музыкой, которую непременно услышат бандиты и примут свои меры. Какие? Нетрудно догадаться...
   Нет, лестница не подойдёт для его задумки. Никита рывком передвинулся к той первой опоре, что упиралась в валуны на краю площадки, и слегка потряс её. Она даже не шелохнулась, стояла как влитая в землю. То, что надо!
   Никита проворно разулся, повесив связанные за шнурки ботин ки на шею, и словно обезьянка на ярмарке, стал карабкаться по ней наверх, к смотровой площадке. Такой подъём был подростку не в но винку. Разница лишь в том, что раньше он это проделывал на заня тиях, а теперь - в боевых условиях.
   Толстая не ошкуренная опора из сосны ни разу не качнулась и не скрипнула: стояла намертво. Никита заученно перебирал руками и ногами, перемещая своё тело всё выше и выше, и только высохшая кора золотистыми чешуйками с тихими шелестом сыпалась на зем лю.
   Этого шума Никита не учёл, поэтому раз за разом всматривал ся вверх, боясь увидеть над краем дощатого ограждения площадки голову любопытного бандита. Но или шум был слишком слабым для их слуха, либо бандиты просто не обращали на него внимания, чувствуя себя вне зоны боевых действий в полной безопасности. Так или иначе, никто из двоих не перегнулся через барьер и не взглянул на опору.
   Ещё перед восхождением Никита, по примеру пиратов, взял один кинжал в зубы, передвинув ножны второго под руку на правый бок, одновременно смещая кобуру с наганом за спину, что бы не ме шала лезть по бревну и в то же время была на расстоянии досягаемости.
   Сделав последний рывок, Никита очутился под самой площад кой. Левую ногу он утвердил в перекрестье опоры с поперечным кре пёжным бревном, а правое колено упёр в край выступа настила, на пару сантиметров выглядывающий из-под досок ограждения. Одно временно его левая рука вцепилась в угол ограды, а в правой он за жал кинжал, взятый изо рта и в таком подвешенном состоянии при готовился действовать.
   Поза, что и говорить, была неудобной. Но не для тренированно го диверсанта: в подобном положении Никита научился висеть часа ми. Он вплотную прижался к стенке ограды и весь превратился в слух. Теперь его с бандитами разделяла только толщина досок ограждения, причём последние не догадывались о его близости ни сном не духом.
   Никите же не было нужды подглядывать за ними в щёлочку: он и так на слух определял, кто из двоих чем занят. Их дыхание, их разговоры и шевеление на подстеленном под зады брезенте были для него раскрытой книгой. Оба, развалившись под вращающейся туре лью с "Максимом", беспечно покуривали табачок и точили лясы ни о чём...
   Внезапно один из бандитов повысил голос и до Никиты долетела обрывочная фраза:
   - ...И тогда я поклялся бороться с большевистской заразой до конца дней своих!
   - Да бросьте вы, ротмистр! Слушать противно, как вы тут передо мной корчите из себя идейного. Все мы тут потому, что наш вожак- англичанишка, мистер Смайлсон, посулили нам хорошие деньги за этот поход отвалить. Так то-с! - перебил его второй.
   - Как вы смеете так думать обо мне, господин поручик?! - приглу шённо вскричал первый, - Я бы попросил вас не забываться...
   Но второй и слушать ничего не хотел.
   - ...Лично я за фунты-стерлинги готов сразиться хоть с большевика ми, хоть с папуасами-людоедами Новой Гвинеи. И вы, ротмистр, за золото согласны мать родную продать. Не возражайте, я же по ва шим глазам вижу...
   - Что-о?! - ротмистр был близок к бешенству.
   Мирная беседа грозила перерасти в крепкую ссору, возможно с кровавым финалом. Никита решил, что пришла пора вмешаться. Он вогнал кончик кинжала в край доски и с силой нажал. Древесина сухо треснула, щепка отколупнулась и полетела вниз. Голоса банди тов мгновенно смолкли, но не надолго.
   - Что это было, ротмистр? - спросил шёпотом поручик.
   - Что-то треснуло... Доска, что ли? Кажется, с вашей стороны...
   - Внизу?
   - Может и внизу. Не разобрал.
   Послышался шорох одежды и скрип половиц настила.
   - Сейчас гляну, что там! - пообещал поручик вставая.
   Никита изготовился, протянув руку с кинжалом к верхнему срезу ограждения, откуда исходил шорох. И когда над ним на фоне звёздного неба появился тёмный силуэт головы с плечами, он молниеносным отработанным движением чиркнул поручика лезвием по горлу.
   Тот ничего не успел ни понять, ни сообразить. Увидев притаившегося под площадкой вооружённого человека, бандит вытаращил глаза и попытался крикнуть. Но вместо этого захрипел, забулькал и схватившись за горло грудью навалился на ограду. Кровь чёрными ручейками потекла по доскам.
   Никита развернулся и с завидной ловкостью бесшумно пере брался за угол смотровой площадки: поручик с перерезанным горлом таким образом оказался не над ним, а сбоку.
   В этот момент поднялся на ноги и ротмистр.
   - Что вы там клокочете, поручик? - встревожился он, всё ещё не пони мая, что его напарник смертельно ранен, - Говорите яснее, ничего не пойму...
   Он встал за спиной поручика и вцепившись в плечо, попытался развернуть того лицом к себе. Напарник рухнул на пол, разбрызгивая кровь. Белобандит не успел ни удивиться, ни испугать ся. Никита легко перемахнул барьер, бесшумно встал за его спиной и закрыв левой ладонью рот, рывком на себя "насадил"ротмистра на кинжал. Лезвие вошло ниже левой лопатки под углом вверх. Идейный борец с большевизмом распрощался с жизнью не пик нув...
   И только тогда, когда его труп упал на труп напарника, подро стку стало не по себе. Он впервые в жизни совершил убийство!
   И не одно, а два! От осознания данного факта Никите на какое-то время сделалось муторно! Его пробрал мгновенный озноб и на лбу выступили капельки холодного пота.
   Одно дело совать ножички в соломенные чучела, подвешен ные на перекладинах, и другое - в живого человека! Пусть он и враг, но он такой же как и ты человек, с руками, ногами и головой. И у него, поди, родственники имеются...
   Откуда Никите было знать, что на будущей неделе товарищ Прохоров собирался устроить ему экзамен по боевой подготовке на ...живых людях! Так называемых "куклах". Ещё их называют "мя со". Эти люди - политзаключённые! Их приговорили к расстрелу, но
   они дали добровольное согласие стать "тренировочным материа лом" и тем самым отодвинули свою смерть на какое-то время.
   Обычно "мясо" выдерживало месяц-два, в течении которых красноармейцы-диверсанты оттачивали на них, как на манекенах, своё боевое мастерство рукопашников, отрабатывая хитрые смерте льные удары и приёмы, нередко с применением оружия. В конце концов "куклы" всё равно погибали от увечий, в то время как буду щие диверсанты свыкались с мыслью, что убивать-то - несложно!
   Несколько минут Никита приходил в себя и наконец ему уда лось взять себя в руки. Ему вдруг припомнились слова товарища Прохорова, когда тот подарил ему наган.
   - ...Запомни, боец, убивать из пистолета всегда легче. Выстрелил - и
   пуля улетела в сторону цели. А вот нож ты всё время сжимаешь в ру ке и бьёшь им наверняка. И глаза убитого тобою врага потом всё время маячат перед твоим внутренним взором. Ты обязан научиться не допускать этого!
   Никита справился с тошнотой, несколько раз глубоко вдохнув прохладного свежего воздуха с озера. Потом, сосредоточившись на семи звёздах "ковша", пересчитал их с повтором до десяти раз. Это помогло ему окончательно придти в норму и он повернулся в сторо ну научного городка, освещённого пламенем пожарищ.
   Бой вокруг главного административного здания, в котором за баррикадировалась основная масса сотрудников Центра, всё ещё продолжался. Он то затихал, то разгорался с новой силою, успех обеих сторон был очевидно переменным. Защитники засели крепко, выбить их с занимаемых позиций белобандитам пока не удавалось.
   Никита осмотрел подступы к вышке, высокая трава нигде не колыхалась. Где-то в ней продолжают ползти чекисты во главе с тё тей Нюрой, но где? Разве увидишь в такой темноте? Скрытно перед вигаются, осторожничают. Эх, подать бы им сигнал, что вышка от бандитов зачищена, они, глядишь, короткими перебежками мигом бы были здесь...
   Но шуметь нельзя - привлечёшь внимание охраны на барка сах, да и со второй вышкой пока не всё ясно. Вот её тёмный силует возвышается шагах в сорока, но никаких признаков бандитов на ней не наблюдается. Может, их там и нет вовсе? Если охранники на баркасах без всякой опаски расцвечивают ночь малиновыми точками папирос, то на соседней вышке ни огонька, ни звука...
   Никита, стараясь сильно не шуметь, откинул крышку люка и по одному сбросил на землю трупы убитых им врагов. Глухие шлеп ки потонули в отдалённых раскатах сражения.
   Четырёхскатный навес на столбах погрузил площадку в глубо кую тень, поэтому Никита не столько осмотрел её углы, сколько ощупал руками, но ничего стоящего не нашёл, кроме полевого теле фона на подставке, от которого, обвивая одну из опор, к земле тянул ся провод.
   " Это, должно быть, прямая связь с караульным помещением! - дога дался он, - А оно расположено в административном здании, где на ши держат оборону..."
   Но поднимать трубку и посылать зуммер он поостерёгся: мало ли что? Вот придут чекисты, они и позвонят... Осмотрев на после док пулемёт и убедившись, что тот готов к стрельбе, Никита бесшум но спустился вниз и рывком преодолев дорожку, спрятался в тени под второй вышкой.
   Её раскрытый люк и трупы красноармейцев на земле красноре чиво говорили о том, что и тут похозяйничали бандиты. Никита уси лием воли снова вошёл в боевой транс и прислушался. С площадки не доносилось ни звука.
   Наверху никого не было!
   Но он всё равно молнией взлетел по лесенке и сунув голову в сере ющий квадрат, убедился в этом воочию. Он проскользнул к турели с пулемётом и обнаружил, что и тот готов к бою. Значит, ударить в спины осаждавших администрацию бандитов можно было из
   двух стволов. Вот будет потеха!
   Никита вернулся к первой вышке, обулся, проверил снаряже ние и в ожидании чекистов затаился среди чёрных камней, сам слив шись с темнотой. С момента, как он покинул бассейн, прошло семь минут...
  
  
   Глава 6. Особое задание.
  
   Прошло несколько минут. Никита пристроился на обломке и сидел не шевелясь, словно индеец из книг Фенимора Купера. Он не много расслабился, настроившись на ожидание. О том, что бы подре мать, не было и речи. О сне он просто-напросто запретил себе ду мать...
   Несмотря на видимое бездействие, он тем не менее всеми орга нами чувств постоянно и въедливо контролировал окружающую об
   становку. За короткое время ожидания по дорожке, протянувшейся от причала к городку, не проследовал ни один бандит. Все они сей час бесчинствовали на территории Центра, за исключением охраны на баркасах, разумеется.
   Вдруг в траве неподалёку от левой опоры вышки простреко тал сверчок. Раз, другой, третий... Никита обрадовано встрепенул ся: наконец-то! Это был условный сигнал тёти Нюры. Чекисты под ползли к вышке, залегли и ждут сигнала ответного. Сейчас они его услышат!
   Он выскочил из своего убежища и в полный рост встав рядом
   с левой опорой, дважды квакнул по жабьи. Однако шло время, а из травы так никто и не вышел. Он хотел повторить кваканье, но тут краем глаза уловил сбоку мимолётное движение и чуть позже ощу тил у виска холодок стали.
   Так незаметно к нему ещё никто никогда не подкрадывался и оружием не угрожал! Никита резко отстранился, мгновенно вывер нул нападавшему руку и отобрав пистолет, в свою очередь приставил его к голове незнакомца. Тот зашипел от боли и скрипнув зубами прошептал:
   - Пусти! Это я, Носков!
   - А это я - Никита!
   - Вижу теперь! Отдай оружие! - получив назад свой наган, чекист морщась потёр руку, - Ты почему здесь? Я думал ты следом ползёшь?
   - А я заблудился и вас обогнал! - не моргнув глазом соврал Никита. Говорить правду этому человеку он поостерёгся, ощущая к нему непонятную неприязнь, зародившуюся ещё в первые минуты их зна комства. Вот тётя Нюра с Сёминым - другое дело! Эти у него негати вных эмоций не вызывали...
   - Тише ты! - глянул вверх Носков, - Всю охрану на вышке переполо шишь...
   - Не волнуйтесь, я очистил вышку от бандитов! - гордясь собой Никита кивнул на тела ротмистра с поручиком, распростёршиеся на трупах красноармейцев.
   Носков недоверчиво склонился над мёртвыми телами.
   - Лихо ножичком орудуете, молодой человек! - прошептал он с ехид цей и деланно поклонился подростку в пояс, - Примите мои самые
   искренние поздравления, вьюнош...
   " Нашёл время лицедействовать! - недовольно подумал Никита, - Не нравишься ты мне, Носков, ох, не нравишься..."
   - А вторую вышку проверил, что там? - снова становясь серьёзным спросил чекист.
   - Провери: никого, пулемёт исправен!
   Носков кивнул и отвернувшись, чуть слышно присвистнул в темноту. Но не в ту сторону, откуда трещал сверчок, а в противопо ложенную. Через мгновение из травы поднялись две фигуры - тётя Нюра и Сёмин - и быстро нырнули в тень под вышкой.
   - Что тут у нас? - негромко спросила тётя Нюра, не переставая коси ться на открытый люк смотровой площадки.
   - Всё чисто, Матвевна! - ответил Носков, - Наш юный друг профессионально поусердствовал!
   Тётя Нюра заметила трупы белобандитов и укоризненно пока чала головой.
   - Никита! Я же просила...
   Тот в смущении молча опустил глаза. Носков заметил, что ни она, ни Сёмин не удивились, увидев подростка под вышкой, в то вре мя, как тот должен был прикрывать их тылы, и взял сей факт себе на заметку. Тётя Нюра тем временем бегло осмотрела тела красноар мейцев.
   - Налицо все признаки отравления! - прошептала она соратникам, - Среди нас действительно окопался предатель!
   - Или целая группа изменников! - поддакнул Носков.
   - Узнать бы только, кто они? - с ожесточением потёр кулаки Сёмин.
   - Дай срок - узнаем! - пообещала тётя Нюра и скомандовала, - Сё мин, Никита - со мной на вышку! Носков - остаешься тут следить за обстановкой! Если на дороге появится кто из бандитов - постарайся взять живым! Мне нужен "язык".
   - Понял, Матвевна! Сделаем! - отозвался чекист и развернувшись к озеру лицом, поспешил укрыться в скалах возле спуска на причал.
   Никита забрался на вышку первым, чекисты мгновением поз же. Сёмин первым делом кинулся к пулемёту и внимательно осмот рел его.
   - Порядок, капитан! Могу открыть огонь хоть сейчас.
   Никита подсказал:
   - На соседней вышке пулемёт тоже исправен и готов к бою!
   - Отлично! Он нам пригодится, - отозвалась тётя Нюра, осмотрива ясь по сторонам, - Где-то тут должен быть телефон...
   - Вот он! - указал на аппарат Никита, - В углу стоит...
   Тётя Нюра, не скрывая радости, сняла трубку и крутанула ручку вызова: "Ало!" Трубка заскрежетала в ответ прокуренным басом товарища Прохорова. И Сёмин, и Никита ясно услышали искажённый мембраной знакомый голос начальника охраны Центра.
   - Кто говорит?
   - Докладывает капитан Белкина! - в пол голоса произнесла тётя Ню ра, - Мы на месте, готовы действовать!
   Прохоров заметно обрадовался.
   - Добрались-таки? Молодцы! Пока себя не раскрывайте, сами видите что твориться!
   А творилось вот что!
   Пожар, охвативший несколько зданий, к тому времени переметнулся на конюшню. Обезумевшие лошади выбили ворота и вырвались наружу. С полсотни животных с развевающимися грива ми и хвостами ураганом носились по внутренней территории город ка и топтали стрелявших в них бандитов. Атака последних на адми нистративное здание на время захлебнулась...
   - Капитан Белкина, доложите, что видели по пути к озеру, - потре бовал Прохоров, - Какова обстановка вообще?
   - ...Кроме административного здания, наши люди забаррикадировались на центральном складе, - стала перечислять чекистка, - Ещё в шести корпусах жилого сектора общего назначения, в мастерских промзоны и в специзоляторе, начальник которого, майор Васнецов, под свою ответственность освободил и вооружил всех "кукол"! Все наши активно сопротивляются бандитам!
   - Это Васнецов правильно поступил! - одобрил решение подчинённого Прохоров, - Что ещё?
   - Там, где нам довелось побывать - форменный разгром и трупы! Но, уточняю, мы побывали не везде. В основном в закрытой зоне и в ле вом крыле лаборатории...
   - Постой! Это там, где живёт Никита Переславцев? Ох, чёрт, я сов сем забыл о нём в этой передряге! Что с ним? Жив ли ещё? Вы там случайно не догадались проверить его комнату? - в голосе Прохорова прозвучала неподдельная тревога.
   - Да, он со мной рядом! - ответила Белкина, покосившись на Ники ту, - Я взяла его на задание! Не могла же я оставить его одного? В зо ну вот-вот ворвутся бандиты, наших там всего ничего...
   - И молодец, что взяла! - прервал Белкину Прохоров, - А ну, дай-ка ему трубочку!
   Никита подсел на корточки поближе к аппарату, бок о бок с женщиной. Он взял трубку и бодро поздоровался с начальником охраны.
   - Здравия желаю, товарищ полковник!
   - И тебе того же, Никита! А теперь слушай внимательно и запоми най! - голос Прохорова стал строг и официален, - Сейчас я дам тебе задание, о котором никто не должен знать!
   - Понял! - Никита покосился на Белкину с Сёминым и не удержав шись, уточнил шёпотом:
   - Включая и тех, кто сейчас со мной рядом?
   - Да! - рявкнул Прохоров, - Пойми, среди нас затесался предатель. Возможно не один. Пока мы не установили, кто это, наша обязан ность подозревать всех! Теперь о задании... В лаборатории-питомнике, как ты должен знать, имеется небольшой склад. Эдакая неприметная кладовая, в которой хранятся запасные измерительные приборы, всякие там аппараты и прочие технические штучки для проведения опытов..
   - Я знаю, где это! Напротив кабинета профес сора! Не того, что на третьем этаже админи страции, а второго, что в лаболатории... Бы вал у него не раз и кладовку видел!
   - Вот и хорошо! Там на полке, среди прочего барахла стоит ящик в брезентовом чехле без маркировки. Это резервная переносная радиостанция! О ней не знает никто, кроме меня и профессора. Предатели вывели из строя всю нашу радиоаппаратуру с телефона ми, но до неё, думается мне, они вряд ли ещё добрались.
   Поскольку мы по своим каналам приз вать помощь не в состоянии, то сделать это придётся тебе. Радиодело ты изучил как свои пять пальцев, верно?
   - Сделаю! - загорелся Никита, - Чего уж проще...
   Подросток почувствовал сильнейшее волнение, сердце так и рвалось из груди от восторга. Ещё бы! Ему поручают ответственное задание, от выполнения которого зависят многие и многие жизни.
   Это первое в его жизни боевое задание и он не может, просто не должен подвести всех этих людей!
   - ...Вы только сообщите рабочие частоты: основную и запасную и скажите код...
   - Кодировка отменяется! Шпарь открытым текстом, так надёжнее! Так, мол, и так, на Центр напал отряд белобандитов численностью до полутысячи единиц! Мы отбиваемся, но просим помощи! Подпись: Прохоров! Запоминай частоты... Тебя должны услышать в двух местах одновременно: на перевалочной базе в Долгом и в городе...
   Он продиктовал ряд цифр и Никита накрепко запомнил их.
   - ... Мы тут, конечно, заперлись крепко, держим круговую оборону, но на каждого защитника до пяти и более бандитов. Так что вызывай помощь немедленно! Ты - наша последняя надежда!
   - Есть! Я наверное пойду через...
   - Стоп! - прикрикнул Прохоров, - Учись все свои планы держать в голове и ни с кем ими не делиться. Всё, выполняй приказ! Теперь дай Белкину!
   О чём тётя Нюра говорила с начальником, он не прислушивал ся - сосредоточенно проверял оружие и снаряжение. Капитан Белки на положила трубку и как-то странно посмотрела на Никиту.
   - Отправляйся! Не знаю, что тебе поручил Прохоров, но желаю удачи!
   В порыве женской нежности чекистка, забывшись на мгнове ние, прижала Никиту к груди и чмокнула в щёку. Сёмин всё это вре мя стоял за пулемётом, контролируя обстановку в городке. Он креп ко пожал подростку руку и шепнул в ухо:
   - Не подкачай, парень! Помни, наши жизни в твоих руках!
   Никита кивнул, но про себя подумал, что из-за слишком гром кой телефонной мембраны чекисты могли слышать задание Прохорова, отсюда и столь трогательное их прощание с ним...
   Скорее подчиняясь внутреннему порыву, чем обдуманному ре шению, Никита неожиданно для себя и чекистов перешагнул люк на полу и игнорируя лестницу, легко и бесшумно перемахнул огражда ющий барьер. В следующую секунду он ящерицей скользнул по зна комой опоре к подножью вышки.
   Оказавшись внизу, подросток пригнулся и осторожно прибли зился к камням, ступая мягко, как кошка. Носкова тут не было. Зна чит, он схоронился где-то возле ступенек, ведущих к озеру, что бы перехватить "языка", как приказала тётя Нюра. Никита лёг на камни и быстро пополз к тропинке, утопающей в темноте. Вскоре вышка с чекистами осталась в стороне, другая замаячила перед глазами тём ной пирамидой, но до неё ещё было с полста метров.
   Вообще-то ему следовало немедленно приступить к выполне нию задания, но мальчишеское желание доказать Носкову, что не один он способен бесшумно подкрадываться к часовым, перебороло чувство долга.
   " Я быстро! Найду Носкова и - обратно!" - убедил себя подросток и ускорил темп, бесшумной змеёй извиваясь среди нагроможденья скал. Когда впереди показалась смутно-серая гармошка бетонных ступенек, сбегающих к причалу, он глыбой застыл на месте, букваль но растворившись на фоне каменной россыпи, и усилием воли пере вёл сознание в изменённое состояние.
   Этому приёму научил его персональный преподаватель, ло парь по имени Иван, который в бытность свою промышлял в род ном стойбище шаманством, пока не попал на карандаш особистам ВЧК. Неординарные способности в конце концов и привели лопаря в секретную лабораторию...
   Все чувства Никиты мгновенно обострились, способствуя воз никновению некоторых необычных способностей. Среди прочего он стал видеть с закрытыми глазами! Но не сами предметы, а их энерге тические составляющие. Например, скалы вокруг тускло засвети лись разноцветными пульсирующими сполохами.
   Неподвижная фигура Носкова растворилась в темноте, но на их фоне его оранжево-коричневая аура выделялась словно свежая заплата на давно нестиранном одеяле. Никита даже услышал беспо койное сердцебиение и приглушённое дыхание чекиста. Усмехнув шись, подросток вернул себя в прежнее состояние и снова пополз вперёд, сильно забрав влево.
   Сделав небольшой крюк, он как и рассчитывал оказался у Нос кова за спиной. Тот как раз что-то выглядывал на тропинке, высунув шись из-за камня до пояса, и по сторонам не смотрел. Никита встал на ноги и бесшумно шагнув к чекисту, ткнул указательным пальцем левой руки между лопаток. Изменив голос, он хрипло прошептал:
   - Руки вверх! Дёрнешься - пристрелю!
   Если чекист применит приём ухода с линии огня с последую щим перехватом оружия нападающего, то его ждёт жестокое разоча рование: наган подросток держал в правой руке и мог применить его
   в любую секунду. Но Носков, к удивлению подростка, послушно поднял руки и прошептал в ответ:
   - Не стреляй! Я свой!
   Никита, почувствовавший себя полностью удовлетворённым, тихо хохотнул:
   - Да знаю я, что ты свой, чудак! Я же тебя и искал, Носков! Сознайся, ты ведь не слышал меня?
   Чекист резко повернулся. Несмотря на темноту, Никита отметил необычную бледность его лица и злобное выражение глаз, подчёркнутое хищно оскаленным ртом, которое, впрочем, тут же уступило место откровенному разочарованию. Ещё через секунду он уже выглядел просто обескура женным человеком...
   - А, это ты... Нет, я тебя не слышал. Молодец, ловко у тебя получается: и плаваешь, как рыба, и ползаешь, как ящерица, и часовых снимаешь, как заправский диверсант! Ты что, пришёл меня сменить?
   - Нет!
   - Значит, тебя послали с поручением? - спросил Носков с деланным равнодушием, но его глаза при этом вспыхнули с неподдельным интересом. Это насторожило Никиту.
   - Меня тётя Нюра за патронами к пулемёту послала. Ящик в стрелковом классе хранится, в котором я с вами повстречался. В оружейном шкафу... - ещё раз неосознанно солгал этому человеку Никита
   - А-а! Ну-ну! Захвати тогда и патроны к нагану, если они там есть.
   - Должны быть, захвачу!
   - Когда тебя ждать назад?
   - Через полчаса.
   - Хорошо! Я помогу тебе поднять ящик на вышку.
   - Договорились.
   Никита развернулся и упав между камней быстро пополз назад к вышке, что бы создать у Носкова, от разговора с которым у него остался неприятный осадок, иллюзию правдивости высказанной легенды. Пусть думает, что он поползёт к лабораторному корпусу в траве по оставленным чекистами следам. Сам же, отойдя на прилич ное рас стояние, стал спускаться к озеру...
   Носков с подозрением смотрел подростку вслед, покуда тот не исчез в темноте. Сплюнув, он достал револьвер и заглянул в бара бан. Все патроны были на месте. Сунув оружие за пояс на спине, он для верности выждал минут пять и почти не таясь направился к вышке с чекистами.
   На смотровой площадке было тихо, но он знал, что Белкина с Сёминым на месте. Подняться к ним по лестнице было секундным делом.
   - Ты почему оставил свой пост без приказа? - возмутилась Белкина, увидев в проёме люка его голову.
   В этот момент бандиты в городке вновь открыли бешеную стрельбу - видимо пошли в очередную атаку на осаждённых. Носков влез на площадку. Играя растерянность, поскрёб в затылке и заговор щицки прошептал:
   - Тут, Матвевна, такое дело... - он завёл руку за спину и резко выхва тив наган, в упор расстрелял и Белкину, и Сёмина. Выстрелы потону ли в шуме вновь разыгравшегося на территории Центра сражения. Чекисты, получившие в грудь по две-три пули, даже не успели по нять, что происходит, умерли мгновенно.
   " Я же говорил, что предателей несколько...- процедил сквозь зубы Носков, сбрасывая тела бывших соратников в люк, - Надо было при слушаться..."
  
   Глава 7. Баркасы бандитов.
  
   До воды оставалась большая часть пути, когда Никита вдруг подумал, что неплохо бы было снять охрану на баркасах. Вот обра дуется товарищ Прохоров и тётя Нюра. А что? Это не займёт много времени, задание товарища Прохорова от короткой задержки не пострадает.
   Зато какой неприятный сюрприз он приподнесёт бандитам, ес ли снимет охрану и перережет причальные тросы. Их плавсредства, отпущенные на волю течения, волн и ветра разойдутся по всему озе ру - попробуй тогда собери! Бандиты не смогут удрать с полу остро ва и все до единого падут под ударами красноармейских частей, ко торые он призовёт по рации на помощь.
   Озарённый этими мыслями подросток резко остановился. План дальнейших действий выработался у него мгновенно.
   " А с какой, собственно, стати, - подумал он, - мне тайно спускаться к воде по камням, да ещё в темноте, рискуя переломать руки и но ги?"
   Действительно, в рамках реализации нового плана тактически правильнее и выгоднее было спуститься на пристань по лестнице в открытую. Одет он в гражданское платье, в отличие от работников Центра, в темноте запросто может сойти за своего. Нужно только держаться свободно, уверенно и напористо, что бы у бандитов на баркасах не вызвать преждевременных подозрений...
   Развернувшись, Никита быстро пополз между обломков назад к лестнице благо, что сноровка в этом деле у него уже выработалась.
   Не прошло и пары минут, как впереди показались знакомые бетон ные ступени, смутно сереющие в темноте. Где-то тут, может чуть выше, прячется Носков...
   Однако чекиста на месте не оказалось. Возможно, тётя Нюра позвала его на вышку за какой-нибудь надобностью. Это обстоятельство обрадовало подростка - лишний раз пересекаться с Носковым
   ему до ужаса не хотелось - не тот был человек, с кем можно было от кровенно посовещаться насчёт своих планов.
   В это мгновение в городке вновь поднялась оглушительная стрельба - бандиты пошли не очередной приступ забаррикадировав шихся в домах защитников Центра. Несколько выстрелов прозвуча ло особенно близко, возможно, что и в районе вышки. Это было странно, и потому настораживало. Ну да там сидят чекисты во главе с капитаном Белкиной - они во всём разберутся.
   Если бы только Никита догадался, кто и зачем стрелял на вышке, то сразу бы позабыл про свой план и бросился не вниз к баркасам, а наверх к тёте Нюре. Но он, из-за недостатка опыта,
   не стал ломать голову по этому поводу, и спокойно забрался на
   ступени. Передвинув кобуру с наганом за спину и проверив кинжалы в ножнах, подросток уверенно поскакал со ступеньки на ступеньку вниз к причалу, весело насвистывая " Боже царя храни".
   От воды поднимался густой туман, он стлался над озером пу шистым ватным одеялом. Его клубы плотно обволокли суда, из-за чего последние представились подростку загадочными морскими чудовищами, встречи с которыми так опасаются моряки во всём мире.
   Никита ступил на причал номер один, окутанный клоками молочной белизны. В трёх шагах уже трудно было что-либо разглядеть. Подросток обрадовался - туман значительно упрощал его задачу. Подойдя к сходням, перекинутым с носа первого, начиная от берега, баркаса на причал, он осторожно ступил на них.
   Доски под весом его тела громко скрипнули. Пробраться на судно незамеченным вряд ли удастся. И тогда Никита смело перешёл по раскачивающимся сходням на борт судна и громко позвал:
   - Эй, охрана?! Где вы там? Дрыхнете, что ли, черти неумытые, мать вашу за ногу, отца за сапог!
   Впереди, метрах в шести, сквозь туманную кисею темнела руб ка рулевого. Под ней на палубе возникло какое-то движение.
   - Кого там нечистая принесла? Чего шумишь, ирод? - хриплый про куренный бас принадлежал кряжистому высокому мужику с нечё санной бородой и длинными, до колен, ручищами-граблями, в кото рых он неуклюже сжимал английский карабин.
   Бандит по всей видимости дремал, сидя на палубе и для удобства привалившись спиной к рубке. Визит Никиты поднял его на ноги. Щуря на гостя осоловелые глаза, мужик вскинул оружие и шагнул навстречу пришельцу. По палубе поплыл тошнотворный утробный запах сивухи и лука. Охрана баркаса зря времени не теряла, подогревая себя изрядной дозой самопляса.
   Никита незаметно приготовил кинжал, но пускать его в дело не спешил: следовало выяснить, кто ещё кроме этого сиволапого бандита-кулака находился на судне. А второй быть должен обязательно! Как правило, охрана таких важных объектов поручалась не менее двух-трёх человек...
   - ... Мы там, понимаешь, под пулями подыхаем, а они тут самогон жрут и дрыхнут без задних ног! - истерично выкрикнул Никита и то же сделал навстречу мужику два шага. Теперь их разделяло расстоя ние не более, чем в три метра.
   Мужик обиженно засопел и почесал стволом карабина зарос ший подбородок.
   - Не шуми, паря! Никто тута не дрыхнет! - поигрывая оружием, казавшимся в его могучих руках игрушкой, бандит скептически оглядел гостя с ног до головы и нагловато приосанился.
   - Кто таков будешь? Чего припёрся?
   - Кто я такой тебя, мурло деревенское, не касается. Давай, зови мне капитана Лихарева! У меня к нему срочное поручение! - Никита сделал вид, что полез за пазуху за пакетом.
   Бородач от души рыгнул и в задумчивости снова почесался карабином, на этот раз сунув ствол в отворот косоворотки на воло сатой груди.
   - Чёй-то ты напутал, ваш бродь! Нету ти тута никакого капитана Лихарева. Я и не слыхивал о таком...
   - Как так нет? - натурально возмутился Никита, - А кто у тебя в рубке храпит? На всю округу слыхать!
   Мужик мельком оглянулся на рубку и усмехнулся.
   - Так то - Васька-моторист! Мы по очереди отдыхаем...
   - Отдыхают, они, сволочи, видите ли! А нас там убивают, мать вашу так и эдак! Васька что, один так храпит? Мне казалось двое...
   - Не... Один!
   - И больше никого кроме вас на баркасе нет?
   - А кому ещё быть? Ты вот прибёг...
   - Чёрт! Может, я судном ошибся? Может, капитан Лихарев на соседнем баркасе?
   - Могёт быть и на соседнем... Двое там, как и нас, это точно! Но кто из них твой капитан, мы не ведаем...
   Никита сделал растерянный вид и рукой с зажатыми в пальцах
   кинжалом, демонстративно почесал затылок:
   - Ладно, раз так... Пойду я...
   - Ступай! - бородач заметно расслабился и опустил карабин.
   И тогда Никита прыгнул к нему и нанёс молниеносный удар кинжалом в сердце. Мужик тихо охнул и мягко осел. Он умер мгно венно. Подросток успел заскочить ему за спину и подхватить под мышки, чтобы бесшумно опустить труп на теплую ещё палубу. Он всё сделал так, как его в своё время обучали инструктора. Даже ус пел придержать скользнувший из рук карабин...
   Затем в абсолютной тишине тенью метнулся к рубке, где спал
   Васька-моторист, по пути спустив карабин за борт. Дверь, разбух шая от влаги, конечно же заскрипела, когда Никита отворил её рывком. Но этот шум уже ничего не значил. Второй бандит, опив шийся самогона, даже не пошевелился, продолжая сотрясать стены громовыми руладами храпа. Он умер во сне, получив твёрдый и точный удар клинка в грудь...
   На втором и третьем баркасах история повторилась с неболь шими вариациями. На них тоже оказалось по два бандита: одному часовому и мотористу. Покончив с охраной судов при помощи кинжала, Никита перерезал швартовые, искренне надеясь, что течение сделает своё дело и отгонит корабли от причала.
   Надежды его были отнюдь не беспочвенны: течения в озере на блюдались знатные! Ведь в него впадало с пол дюжины рек и речу шек, не считая ручьёв, и вытекала одна многоводная и глубокая река Угреша...
   Тут же на пристани, под прикрытием тумана, он разделся, уб рал одежду с наганом в прорезиненный вещмешок, одел "лягуша чьи лапы" с очками и нырнул в воду. Минут пять потребовалось ему, что бы перерезать чалки и разогнать по озеру лодки. Глядя, как они вместе с баркасами исчезают в темноте, Никита беззвучно рассмеялся.
   Погонят наши бандитов из городка, те прибегут на пристань, а ни лодок, ни баркасов и в помине нет. Вот будет потеха! Тут им и каюк настанет...
   Никита ушёл под воду. Опустившись на дно, он попробовал воду на вкус, после чего безошибочно выбрав нужное направление, со скоростью щуки поплыл к трубе, ведущей в его персональный бассейн. Пришла пора вплотную заняться заданием товарища Прохо рова...
   Вскоре показалась отвесная береговая скала, у подножья кото рой колыхались высокие заросли водорослей. За ними прятался круг лый тёмный вход в трубу. Приблизившись к нему, Никита отворил решётку, забранную мелкой сеткой, и заплыл внутрь подводного тоннеля ногами вперёд.
   Закрывая за собой решётку на запор, он вдруг увидел, как из-под ближайшей коряги высунулась усатая морда с пухлыми лягуша чьими губами. Это был дедушка Сом-Сомыч, старинный Никитин
   приятель, которого тот несколько лет кряду прикармливал объедка ми со своего стола: то кусочками жареного цыплёнка, то куриного окорочка, то кружочками кровяной колбаски. Бывало, подносил рыбине и просто пойманную лягушку...
   За это Сом-Сомыч, вымахавший размерами со взрослого муж чину, опекал подростка во всех его подводных путешествиях по озе ру. Вдвоём им было как-то веселее и сподручнее...
   " Извини, приятель! - подумал Никита, - Сегодня я с пустыми рука ми! Не до тебя мне нынче..."
   Сом-Сомыч понимающе взмахнул плётками усов, подмигнул морщинистым глазом и снова забился под корягу досматривать свои рыбьи сны. Никита последний раз поднял глаза к поверхности, где по волнам плясали всполохи дальних пожаров, покачал головой и исчез в трубе.
  
   Глава 8. Схватка с чужим.
  
   Перед тем, как выплыть в бассейн, Никита осторожно выгля нул из трубы и ...мысленно похвалил себя за предусмотритель ность! Ещё на пол пути сторожевая система организма просигна лила ему об опасности. Повинуясь ей, он перевернулся на спину и не покидая тоннеля, внимательно осмотрел верхнюю кромку периме тра бассейна, освещённую через выбитое окно заревом пожаров в городке.
   Прямо над его головой, на самом краю поребрика возвыша лась темная фигура человека в брезентовом плаще с капюшоном, какие обычно носят деревенские пастухи. Это был несомненно бандит, свои из Центра так не одевались. Чужак тем временем включил мощный электрический фонарик, ослепительный луч которого стал методично шарить по стенам и дну бассейна.
   Толща воды не являлась для света препятствием - белый круг медленно передвигался от одного тёмного угла до другого, высвечи вая все подробности, вплоть до неровно уложенной плитки. Потом
   соскользнул со стен на дно усыпанное осколками, сверкнувшими под ним всеми цветами радуги.
   Вот луч нащупал на противоположенной стене круглый вход в трубу, ведущую в тренировочный бассейн, и остановился: Никите пришлось на всякий случай отодвинуться от края, что бы и его не заметили невзначай. Из тоннеля теперь выглядывали только его гла за. Чужак, заинтересованный подводным ходом, присел на корточ ки, пытаясь рассмотреть находку во всех подробностях.
   " Сколько их там? - подумал Никита, - Я отчётливо видел только одного. Того, что с фонарём. Но слева от него кажется стоял ещё один... Впрочем, это могла быть и его тень... Если бандиты перей дут на другую сторону бассейна, то легко обнаружат и моё укрытие, и меня самого..."
   Пока он раздумывал, что предпринять в сложившейся ситуа ции, чужак вдруг положил фонарик у ног и резко распрямился. В следующую секунду он сунул руку в карман, что-то достал и сделав характерный рывок другой рукой, с силой швырнул предмет в воду.
   Раздался всплеск и предмет кувыркаясь пошёл ко дну к самому входу в тоннель.
   Никита похолодел от ужаса: это была противотанковая грана та! В запасе у него оставалось не более нескольких секунд, а потом
   - вечное забвение. Но не зря подросток прошёл суровую спец подго товку. Разум мгновенно отключился, в дело вступили инстинкт и рефлексы...
   Словно торпеда из подлодки выскочил он из трубы, на плаву изогнулся, вывернулся и сделав несколько мощных гребков ногами
   - буквально вылетел из воды на край бассейна, грудью сбивая с ног чужака в плаще. Громыхнул подводный взрыв. Фонтан клокочущей воды и огненного пара взметнулся к потолку, частично задев обна жённую спину подростка, правда прикрытую вещмешком, что бы тут же водопадом обрушиться и на него, и на бандитов, которых всё-таки оказалось двое.
   Взрывная волна бросила Никиту на упавшего чужака. Но тем не менее преимущество всё равно оказалось на стороне подростка. Бандиты не ожидали внезапного нападения и потому проиграли ему во времени. А две-три секунды форы в рукопашной схватке стоят многого...
   Наган лежал в вещмешке, доставать его не было времени, поэ тому Никита вновь пустил в ход кинжалы, висевшие на поясе. Так, как учил действовать в таких случаях его индивидуальный инструктор с условным именем " дядя Петя".
   С самого первого дня появления Никиты в Центре, этот нераз говорчивый мужчина с тюремными наколками на руках, бессменно обучал его боевым навыкам владения ножом. Благодаря его стараниям, прилежный ученик освоил и развил и так называемый "пиратский стиль", применяя который истинный мастер мог нанести про тивнику до ста смертоносных ударов-порезов в течении всего лишь пары секунд! Никита стал таким мастером, порой предпочитая нож нагану...
   - Год дэм! - выругался по-английски бандит в плаще, скидывая с се бя слегка оглушённого взрывом Никиту. Тот откатился в сторону и одновременно с чужаком вскочил на ноги, сжимая кинжал. В руке иностранца, словно из ниоткуда, появился кольт, но выстрелить в подростка он не успел.
   Никита вихрем закружил вокруг чужака-иностранца, нанося серию молниеносных ударов-порезов блестящим лезвием по жизненно важным частям тела. Бандиту никак не удавалось взять противни ка на мушку. Он выстрелил всего лишь раз и промахнулся. Вдруг чужак вскри кнул от бо ли и выронив кольт, боком завалился на пол, обливаясь кровью.
   Подросток не зря совершал вокруг него свой боевой танец - за какие-то доли секун ды он успел перерезать врагу сухожилия под левым коленом и на правой кисти. Ещё через мгновение, завершая комбинацию, кинжал чиркнул по длинной жилистой шее англича нина и вскрыл яремную жилу. Теперь враг был обречён, о нём можно было забыть!
   Но оставался ещё его напарник, которого взрывной волной от бросило в дальний тёмный угол бассейна. Никита вовремя обратил на второго бандита внимание - тот выхватил из-за пояса пистолет и не вставая на ноги, принялся палить в подростка как сумасшедший.
   Последнему не оставалось ничего другого, как броситься на пол и укрыться за истекающим кровью англичанином. Он был ещё жив и судорожно зажимал ладонью рану на шее, из-под пальцев вы рывались темные фонтанчики. Пули напарника впились в тело иностранца, в миг оборвав агонию.
   Кольт покойного лежал совсем рядом, но до него невозможно было дотянуться, не открыв себя пулям противника. Никита выждал
   момент, когда бандит прекратил огонь, видимо перезаряжая оружие, чуть приподнялся над трупом на левом локте и за мгновение до очередных выстрелов, на слух метнул кинжал в угол бассейна.
   Оттуда послышался приглушённый хрип и чуть позже - метал лический лязг по кафелю: бандит наверняка выронил оружие - следо вательно кинжал нашёл свою цель!
   Никита откатился в сторону, но новых выстрелов не последо вало. Он вскочил на ноги и метнулся к бандиту. Тот, скорчившись в позе эмбриона, лежал не шевелясь. Рукоятка кинжала торчал у него во лбу, ровнёхонько между глаз...
   Никита прислушался: кажется поблизости никого из бандитов больше не было, иначе давно бы уже прибежали на выстрелы. Он быстро оделся, в который раз за сегодняшнюю ночь убрав в вещь мешок своё подводное снаряжение, ополоснул лезвие кинжала и, передвигаясь от трупа к трупу легко, бесшумно и расчётливо, тщательно обыскал бандитов, как учили.
   Любая бумажка, найденная в карманах покойников, могла бы в последствии прояснить картину нападения на Центр, помочь чекис там понять, кто стоит за бандитами, чьё задание они выполняли и куда ведут нити заговора в самой лаборатории.
   Однако ни документов, ни других каких бумаг у бандитов не оказалось. Вообще ничего, что можно было бы прочесть. Только махорка в кисете и бензиновая зажигалка у одного и россыпь патронов у другого - англичанина. Значит, такой им был приказ - карманы перед атакой очистить... Ещё он за метил у обоих белые нарукавные повязки, опозновательный знак бандитов, что бы в темноте и суматохе не пострелять своих...
   Никита разочаровался. Немного подумав, он ещё раз обыскал одежду иностранца и на этот раз ему повезло - за подкладкой пиджа ка что-то зашуршало. Он вспорол материю и извлёк конверт с пись мом и фотографией. Это было уже кое-что! Рассматривать фото и читать письмо в темноте не имело смысла, поэтому он убрал наход ку в мешок.
   Подобрав кольт и электрический фонарик чужака в плаще, он скользнул в свою комнату. На пороге замер, прислушался и осмот релся. Дверь оказалась выбитой и валялась на полу. Свет керосино вой лампы из коридора освещал настоящий погром. Когда полчаса назад он проходил тут с тётей Нюрой и чекистами, в помещении царил относительный порядок, не считая разбитого окна.
   Теперь всё было перевёрнуто вверх ногами. Вся обстановка, включая скромную мебель, оказалась в щепу разбита крупнокалибер ными пулями. Стол и стулья с отстрелянными ножками кособочи лись на полу, дверцы шкафа зияли обугленными дырами с кулак, постель изодрана в лоскуты, умывальник разбит вдребезги, книжные полки сбиты со стены, от ходиков остались одни шестерёнки с висящими гирьками.
   По полу, вперемежку с осколками и щепками, стлались разод ранные переплёты книг и выдранные листы, которые слегка шевели лись от сквозняка. Стены и потолок пестрели оспинами от пуль...
   Тут явно поусердствовал тот самый псих с льюисом - его работа! Вздумай Никита спрятаться под кроватью, сейчас бы лежал там в виде кровоточащего решета. И в шкафу его точно бы достали - комнату расстреливали со знанием дела.
   М-да! Скорее всего он ошибся: здесь поработал не псих, а про фессионал. И приходил он сюда с целью прихлопнуть хозяина жили ща, то есть по его, Никиты, душеньку! Но опоздал...
   Осторожно ступая по осколкам, Никита приблизился к разво роченной кровати и быстро открыл разбитую прикроватную тумбоч ку. Лежащий там его личный электрический фонарик к счастью не пострадал. Пригодится про запас. Он сунул его в мешок, так как трофейный уже висел на поясе - два всегда лучше одного. Тем бо лее, что лаборатория обесточена, а керосиновые лампы горят не везде. Теперь будет чем светить в темноте...
   Никита, обходя лежащую дверь, шагнул к выходу. Внезапно из коридора донесся топот ног, шаги приближались к его комнате. Он присел, направив кольт на дверной проём. Но шаги смолкли, их сменили грохочущие очереди. Пользуясь шумом, он выглянул за порог: напротив двери в учебный класс, спиной к нему, в ряд стояло трое бандитов, на руковах которых тоже бе лели повязки. Один, с пистолетом в руке, ударом ноги распахнул её и отпрянул в сторону, давая возможность двум своим подельникам, вооружённым пистолетами-пулемётами системы " Томпсона" открыть огонь, направленный вовнутрь помещения.
   Из класса донёсся треск дерева и звон стекла. Бандиты палили напропалую длинными очередями, совершенно не заботясь о том, что в помещении никого нет. Пули щёлкали по стеклу, партам, сте нам и шкафам, высекая искры из случайного металла...
   "Эге! - подумал Никита, - Так вот кто разорил моё милое гнёздыш ко! Если бы они появились в коридоре пятью минутами раньше, то мне бы не сдобровать!"
   Он прекрасно понимал, чем занимается эта троица. На воен ном языке их казалось бы беспорядочная и бесполезная пальба назы валась одним ёмким и страшным по своей сути словом: " зачистка!" Как правило, зачистки делятся на точечные, ковровые и тотальные. Сейчас бандиты как раз проводили тотальную...
   Похоже, банде удалось-таки захватить это крыло био-лабора тории и теперь они, разбившись на мобильные группы, прошлись по всему зданию от подвала до чердака огненным смерчем, сметая всё живое на своём пути.
   Как правило, победители зачищают отдельные здания, улицы, кварталы и даже целые населённые пункты, нередко применяя тактику "выжженной земли". Целью любой зачистки является поиск и уничтожение уцелевших и забившихся по щелям защитников объекта...
   В узком коридоре-тупичке пороховая гарь повисла дымной пе леной. Гильзы из автоматов разлетались по сторонам горячим сверкающим веером, бились о стены и со звоном сыпались на пол. Сквозняк нёс кислый запах сгоревшего пороха в комнату Никиты. У него вдруг защекотало в носу, захотелось чихнуть, но он с трудом удержался.
   Испугавшись, что неожиданный чох выдаст его с головой, он
   решительно шагнул в коридор, вскинул руку с кольтом и спокойно, словно стрелял в тире по фанерным мишеням, за секунду выпустил три пули в подбритые затылки белобандитов.
   Три выстрела прозвучали как один, пулемёты мгновенно смолк ли и в наступившей оглушительной тишине три трупа с шумом повалились на пол. И снова воцарилась звенящая тишина. С непривычки Никита даже поскрёб пальцем в ухе, но звон отступал слишком мед ленно.
   Он прижался к стене и глядя в еле угадываемое в сумраке нача ло коридора, выждал пару томительных минут. Но всё было спокой но! Каждая группа прочёсывала здание строго в отведённом ей мес те. Иные бандиты сюда вряд ли сунутся - не исключена возмож ность сдуру перестрелять друг дружку не разобравшись...
   Успокоившись, он проворно обыскал трупы и опять никаких документов не нашёл. Правда, в нагрудном кармане пиджака одного из бандитов он нащупал колоду карт, взглянув на которые почувст вовал, как его лицо вспыхнуло огнём. Замусоленные потёртые карти шки были выполнены из фотоснимков, на которых улыбались обна жённые женщины в довольно фривольных позах.
   Первым порывом было - выбросить. Но через мгновение, убеж дая себя, что карты пригодятся для будущего расследования, убрал колоду в вещмешок. При этом с удивлением обнаружил, что руки у него мелко трясутся.
   " Вот тебе раз! - подумал Никита, - Убивал врагов - рука ни разу не дрогнула! А тут увидел голых красоток - и замандражировал. Тоже мне, сталинский диверсант!"
   В этот момент в конце коридора за приоткрытой железной две рью послышались бухающие шаги и грубые голоса нескольких человек. Ещё одна группа белобандитов! Вдруг они завернут в его покои? Никита метнулся назад в комнату, а из неё в бассейн и стал лихорадочно раздеваться.
   Голоса стали слышнее, бандиты остановились перед входом в отсек, пару раз громко стукнули в дверь.
   - Эй, вы там? Не стреляйте, свои!
   Им ответила тишина. Никита кое-как запихнул одежду в катомку, затянул узел и прыгнул в бассейн. Одевать "лягушачьи лапы" уже не было времени, железная дверь с характерным скрипом отворилась и бандиты сразу же увидели трупы расстреляных товарищей. Снова раздался топот, матерная ругань и пистолетные выстрелы.
   Он нырнул и все звуки пропали. Вторая труба, как было сказа но ранее, вела в тренировочный бассейн, уровень которого наряду с бассейном Никиты, неизвестные строители выдержали строго с уровнем озера. Как им это удалось - неизвестно, но только вода из них обоих ничуть не уходила в озеро, согласно закона соединяющихся сосудов.
   Тренировочный бассейн в свою очередь примыкал торцевой стеной к системе бассейнов питомника, имеющих обособленное водоснабжение, но соединяющихся между собой также подводными
   проходами. Миновав питомник, можно было легко попасть в каби нет профессора и кладовку напротив, где стояла запасная рация. Никита всё это предусмотрел заранее, потому и воспользовался вторым под водным тоннелем, исчезнув в нём ещё до появления разъярённых бандитов.
  
   Глава 9. Встреча братьев.
  
   Сёмин, получивший две пули в грудь, в отличии от капитана Белкиной не умер мгновенно, а только потерял сознание от болевого
   шока. Носков этого не знал, когда сбрасывал трупы с вышки. Паде ние с высоты, как ни странно, вывело упавшего на кучу трупов чекиста из небытия.
   Адская боль разлилась по всему телу, сконцентрировавшись в
   груди. В глазах плясали кровавые зайчики, сердце робко отстукива ло последние секунды жизни. Чекист сполз с мёртвых тел и попытал ся подняться хотя бы на колени. Он прекрасно помнил, что в него и Белкину стрелял Носков - их боевой товарищ, оказавшийся грязным изменником, а то и иностранным шпионом.
   Ярость и жажда мести негодяю придали смертельно раненому чекисту сил. Он сжал в руке наган и, немного приподнявшись из-за лежащих друг на друге мёртвых тел, с какой-то дикой радостью вдруг разглядел в темноте сквозь застилающую глаза розовую пеле ну спускавшегося по лестнице на землю Носкова.
   К счастью, враг находился к нему спиной. Скрип ступенек заг лушил отчаянный рывок Сёмина и когда Носков ступил на землю, чекист, выросший привидением за его спиной, размахнулся и из последних сил нанёс рукояткой нагана удар по ненавистному стри женному затылку под.
   Сначала он хотел выстрелить в него, но тут же передумал, ре шив, что шпиона всё-таки лучше взять живым, хорошенько оглушив, и впоследствии допросить. Но непосильная нагрузка отняла у раненного чекиста последние силы, его сердце взорвалось и он замертво рухнул на упавшего к его ногам врага...
   ...Носков очнулся спустя полчаса. С трудом выкарабкался из-под лежащего на нём трупа и преодолевая дрожь в коленях медлен но встал на ноги, цепляясь ватными руками за стропила лестницы. Земля под ногами ходила ходуном, сильная тошнота спазмами разрывала желудок, в глазах стоял красный туман, голова пульси ровала огнём, словно в неё вогнали раскалённый штырь, но он с упорством обречённого стремился утвердиться на земле.
   Затылок раскалывался на части. Он пощупал его и скривился от мгновенной острой боли. Кажется, кости целы. Кровь запеклась на волосах, шее и воротнике гимнастёрки. Это ничего! Главное, что он жив! Носков несколько раз глубоко вздохнул свежий, прохлад ный воздух, отчего сознание стало постепенно проясняться. Силы медленно возвращались в безвольное тело.
   Но кто это так здорово его "приласкал"? Он тронул ногой голо ву мертвеца, из-под которого вылез, и зло выругался, различив в тем ноте знакомые черты лица Сёмина.
   - Сволочь! Падла! Сука! - прошипел Носков, пиная труп чекиста, - Убить меня хотел? На, выкуси! Сам сдох, туда тебе и дорога.
   С трудом успокоившись, он оторвался от лестницы и покачива ясь побрёл по бездорожью к зданию био-лаборатории совершенно не таясь. Видимо, случайная встреча с бандитами его ничуть не волновала...
   ...Ночная прохлада приободрила Носкова настолько, что подо йдя к окну бассейна Никиты, он чувствовал себя уже довольно снос но. Осторожно заглянув в проём с торчащими обломками переплёта, он разглядел, что в помещении пусто, если не считать двух трупов, один из которых лежал на краю бассейна, а другой в дальнем углу.
   Он бесшумно перелез через подоконник и стараясь не насту пать на осколки стекла, на цыпочках подкрался к мертвецу в плаще. Но стоило ему перевернуть покойника на спину и заглянуть в лицо под капюшоном, как с его губ сорвался негромкий свист:
   - Фью-ить! Этого парня я не спутаю ни с кем на свете! Мистер Смайлсон собственной персоной!
   Носков быстро и профессионально осмотрел англичанина.
   - Эге! А труп-то ещё свеженький, не успел закоченеть... И кто же это тебя, аглицкую морду, так искромсал? Даю голову на отсечение, что над тобой поработал мой новый загадочный знакомец по имени Никита! Теперь я совершенно уверен, что сей вьюнош и есть тот диковинный человек-дельфин, за чью голову некие, не будем называть вслух какие, секретные службы некоего европейского государства посулили заплатить каждому участнику этой весёлень кой экспедиции полновесным золотишком, которое один умный человек называет не иначе, как "звенящие возможности".
   Сумма вознаграждения будет увеличена вдвое, если человека-дельфина мы доставим заказчику живым! И вторе, если нам удастся
   присоединить к нему и профессора Эккельдофа со всеми его науч ными наработками, то бишь бумагами...
   Носков не стал обыскивать труп, вывернутые карманы кото рого говорили сами за себя. Он плавно переместился в угол бассей на, где лежал ещё один скорчившийся мертвец.
   " ...И этого я знаю! - подумал он, вглядываясь в бледное лицо, изуро дованное страшной раной между глаз, - Телохранитель и правая рука мистера Смайлсона по имени Майк!"
   У Майка пустые карманы тоже свисали на вроде языков гончих псов.
   "Какой шустрый вьюноша! - подивился Носков, покидая бассейн, - Если я не застану тебя в стрелковом классе - то это будет самый чёрный день в моей жизни!"
   В коридоре его ждал сюрприз в виде трёх мёртвых бандитов
   из группы зачистки, но он не стал останавливаться, перепрыгнул через тела и с наганом в руке стремительно ворвался в класс, двери которого оказались распахнутыми настежь. Никиты там не было. Носков проворно выскочил обратно и для очистки совести заглянул в кладовку. Пусто! Он пробежался по коридору до железной двери и поняв, что подростку тут негде укрыться, вернулся к растрелянной группе зачистки.
   "Опоздал! - огорчился он, приседая над трупами бандитов - Ушёл малый! Но ничего, прочешем весь городок, все здания, все уг лы и закоулки - глядишь и отыщется! Но это потом! Сначала нужно покончить с оставшимися защитниками Центра..."
   Троицу расстреляли в затылок с близкого расстояния - сгорев шие пороховинки отчётливо виднелись на могучих задубевших ше ях коричневыми вкрапинками. Никто из покойников даже не дёрнул ся перед смертью, до того неожиданно она настигла их. Это говори ло о высоком профессионализме стрелявшего, сумевшего бесшумно подобраться к жертвам на минимально короткое расстояние.
   "Наш пострел и здесь поспел! - обозлился Носков, обнаружив, что одежда всех "чистильщиков" тоже подверглась тщательной про верке, - А ты, мальчик, оказывается не так прост, как кажешься. Чувствую, нам с тобой ещё придётся повозиться. Но куда же ты мог пойти после всего этого? Нет, в городке тебя искать бесполезно! Предполагаю, что скорее всего ты подался назад, к вышке, где тебя, как ты думаешь, дожидается твоя ненаглядная тётя Нюра..."
   Несмотря на головную боль, мозг Носкова работал безотказно. Его озарила одна мысль и он принялся за её осуществление, для чего вернулся в бассейн, где не теряя времени утопил трупы англичан, намотав для тяжести на шею каждого по ремню с ручными пуле мётами.
   Покойники опустились на дно, рассмотреть их там в темноте без освещения было практически невозможно. Носков с улыбкой по любовался на плоды своего труда: " Как сгинули!" и вытирая окрова вленные руки какой-то подвернувшейся тряпкой, вернулся в кори дор.
   Внезапно металлическая дверь, ведущая в этот секретный от сек, с грохотом распахнулась и в коридор ворвались шесть или семь вооружённых до зубов бандитов, чьи перекошенные лица горели жаждой мести. Их возглавлял бледнолицый и длинноволосый моло дой человек, лет двадцати семи-двадцати восьми, одетый в полу во енный френч и вооружённый маузером.
   При других обстоятельствах его можно было бы принять за "вечного студента", но жёсткий волевой взгляд в сочетании с озлоб ленной гримасой, плюс незаурядное самообладание, отпечатавшееся на худом скуластом лице, скорее говорили о его порочных наклон ностях, нежели о жажде знаний.
   - ...Мы услышали выстрелы, прибежали сюда - а тут лежат наши чуть тёпленькие. И никого поблизости... Мы всё обыскали - пусто! Мы к вам..."
   Бандит, докладывавший "студенту" обстановку, внезапно осёк ся, увидев Носкова, прижавшегося к стене возле убитых.
   - Да вот же он, гад! Сволочь чекистская!
   Его спутники страшно заматерились, дружно направляя на чужака оружие.
   - Не стрелять! - вдруг громко рявкнул "студент", разведя руки в стороны и тем самым не подпуская к нему подчинённых. Он при стально вгляделся в лицо незнакомца, скрытое полумраком кори дора, радостно вскрикнул и с распростёртыми объятьями кинулся к Носкову. Бандиты замерли с открытыми ртами. Человек в ненавист ной форме чекиста оторвался от стены, шагнул навстречу их коман диру и они ...крепко обнялись!
   - Аркаша, брат! - чувственно всхлипнул "студент", - Слава Богу, ты жив! Я так боялся, что тебя шлёпнут в заварушке...
   - Жив, Саша, жив! - ухмыльнулся Носков, оправляя гимнастёрку, - Что мне сделается в такой шкуре? Не зря я в восемнадцатом подался в ЧК! Как наперёд знал, что пригодится!
   - Ты ранен? - опечалился Саша, увидев кровь на гимнастёрке брата.
   - Пустяки, до свадьбы заживёт! Сам-то как?
   - Как видишь - командую! Ты и твоя группа здорово нам помогли. Благодаря вам мы практически захватили весь Центр без потерь. Есть несколько очагов сопротивления, в которых персонал городка забаррикадировался и отстреливается. Но это до поры. Скоро мы их всех поджарим...
   - С этим повремени! - прервал Носков брата, - Вы прочесали био-лабораторию?
   - Да! От начала до конца! Навели шороху! По твоей схеме проникли в "питомник", но про фессора Эккельдорфа нигде не нашли...
   - Он успел укрыться в административном ко рпусе, я лично видел его там...
   - Понятно... Потом мы наведались в его каби нет и выпотрошили сейф и рабочий стол. Взя ли все документы. На обратном пути захвати ли с десяток "молодняка" шести-восьмии лет. Все мальчики... Остальных глушанули, как приказал мистер Смайлсон, никого в живых не осталось...
   - Молодцы, правильно сделали!
   - Кстати, мистер Смайлсон с Майком направи лись в этот отсек за человеком-дельфином. Ты их не встречал? Англичанам удалось захватить лягушонка?
   - Чёрт! Откуда он узнал, что человек-дель фин обитает именно в этих покоях? Я и сам об этом догадался пол часа назад...
   - Не знаю! Он мне не докладывал! Видимо, у них свои разведданные.
   Бандиты плотной толпой обступили своего вожака и чекиста, оказавшегося его братом, и с интересом прислушивались к разговору, не забывая контролировать обстановку. Носков оглянулся на них и понизив голос попросил:
   - Прикажи им оставить нас наедине. Мне надо кое-что сообщить тебе по секрету...
   - Рассредоточились! - отдал команду Саша бандитам, - Проверьте тут всё и ждите, когда позову.
   Бандиты молча повиновались. Когда братья остались одни, Носков, склонившись к уху Саши, прошептал по-английски:
   - Да будет тебе известно, что наш милый ребёнок, которого ты называешь "лягушонком", прирезал и мистера Смайлсо на, и его подручного Майка, как свиней! А сам утёк! Но я знаю, где его искать!
   - Ах! - отшатнулся в растерянности младший брат, и прошептал в ответ тоже по-английс ки:
   - Выходит, всё пропало? Англичанин - руко водитель экспедиции. Без него все наши усилия псу под хвост. Нам никто ничего не заплатит за наши труды!
   Носков сурово сдвинул брови.
   - А вот и нет! Прекрати ныть, брат. Как раз всё обстоит наоборот. Пойми, это наш шанс...
   - Не понимаю!
   - Слушай меня внимательно. То, что англичан больше нет - наш единственный счастливый случай! Об их гибели кроме меня и тебя не знает никто...
   - Но мои парни как раз сейчас осматривают помещения - они обнаружат их трупы! - заволновался Саша.
   - Вряд ли! Я утопил покойников в бассейне. Упрятал все концы в воду. Все знают, что ты - правая рука мистера Смайлсона. Отныне мы будем командовать как бы от его имени.
   Саша заметно повеселел.
   - А ты, брат, голован! Я всё понял!
   - Ну то-то! Никому ни звука об их гибели. То, что англичан нет среди нас - так они начальство, никому не обязаны отчитываться о своих делах. Это раз! Теперь второе: у те бя есть свои надёжные люди среди этого отребья?
   - Конечно! Моя "личная гвардия", человек двадцать наберётся. Все - мои хорошие зна комые, каждый из них мне многим обязан. Кроме троих из них, все офицеры. Люди про веренные - не подведут. Это я пригласил их поучавствовать в экспедиции. Некоторых из них ты только что видел со мной - осталь ные в этом здании поблизости. Позвать их не составит труда. Правда, есть среди них и определённый контингент... Одним словом натуральное быдло, расходный материал, но таких немного и они молятся на меня, как на Бога...
   - Отлично! Сейчас же собери свою команду. Десять проверенных бойцов необходимо не медленно послать на пристань вместе с "мо лодняком" и документацией. Пусть грузятся на самый лучший баркас и ждут нас "под па рами".
   Дальше: человек трёх-четырёх направь на вышку, что возле озера. По моим прики дкам, где-то там должен скрываться наш "ля гушонок". Поставь им задачу - подростка отыскать и захватить живым, спеленать по рукам и ногам и тоже переправить на бар кас. Да пусть рты не разевают. Человек-дельфин орудует ножичком, что твой мясник.
   Теперь третье: мы с тобой и оставши мися людьми попытаемся проникнуть в адми нистративный корпус!
   - Гиблое дело, брат! - махнул рукой Саша, - Они там крепко засели, никак не достать. Вон сколько времени штурмуем, сколько людей положили, а результат - ноль!
   Носков криво усмехнулся.
   - Кто говорит о штурме? Я проведу всех через потайной "чёрный" выход, каким сам недавно с двумя сослуживцами, ныне покой ными, вышел "прогуляться". Там у дверей на часах стоят всего два красноармейца. Они знают меня в лицо и помнят, что я выходил по заданию коменданта Прохорова. Поэтому откроют запор бесприкословно, по первому требованию. Я их шлёпну, а вы ворвётесь следом...
   Саша смотрел на брата восхищёнными глазами.
   - Это может сработать!
   - Всё будет о"кей, как говорят наши друзья американцы. Когда про никнем в здание - не теряться! Цель нашей группы - профессор Эк кельдорф и его научные труды. Дорогу к его второму кабинету на третьем этаже я укажу. Пока остальные боевики схлестнутся с око павшимися там краснопузыми, я проведу группу самым безопасным маршрутом, минуя их огневые точки и посты. У нас всё получит ся, я уверен. Захватив профессора с бумага ми, мы вернёмся на баркас и отчалим, предо ставив остальным самим выкручиваться из всей этой передряги.
   - Какой ты дальновидный, брат! Ты как всегда всё продумал, вплоть до мелочей! Оказавшись за кордоном с добычей в руках, мы сами станем диктовать свои условия, не так ли? Товар настолько редкий и ценный, что мы даже сможем устроить своеобразный аукцион между заинтересованными служба ми! Ведь так?
   - Да! И будь спокоен, братишка, богатенькие дяденьки охотно раскошелятся и выложат за нашу добычу любую кругленькую сумму.
   - Которой нам не придётся ни с кем делить ся, ведь мистер Смайлсон с Майком того, тю-тють!
   - Именно!
   - Так чего мы ждём? Вперёд на мины! - воскликнул Саша с горящими алчностью глазами.
   - Подожди! Пошли нарочного к остальным командирам с приказом "от мистера Смайл сона" начать лобовую атаку административ ного корпуса. Нам нужно, что бы все его защитники сконцентрировались возле окон, а не шастали по этажам, лестницам и переходам. Два-три отделения пусть в бой не ввязываются, а тайком проберутся на задворки корпуса и ждут тебя. Они пойдут вслед за нами и атакуют красных изнутри, тем самым развязав нам руки и облегчив нашу задачу.
   - Гениально! Аркадий, я не перестаю тобой восхищаться!
   - Эх, Сашок, что бы там не говорили, а ЧК - это хорошая школа жизни и борьбы за выживание!
  
   Глава 10. "Отомсти за нас!"
  
   Пятисотметровый тренировочный бассейн по площади прево сходил все вместе взятые бассейны питомника раз в пятьдесят и, соответственно, был глубже раз в десять. Три четверти его полезного объёма занимали искусно выполненные из древесины макеты некоторых подводных частей различных по тоннажу военных и транспортных судов.
   Нырнув в бассейн, можно было наткнуться и на фрагмент дни ща корабля, и на лопасти ходового винта, и на кормовую часть с ру лём, равно как и на нос со свисающей якорной цепью. Стены бассей на, усилиями неизвестных мастеров-строителей, представляли со бой имитацию береговых укреплений с морскими орудиями, приста ней, причалов и доков.
   Будущие боевые пловцы, в том числе и Переславцев, оттачива ли тут своё мастерство подводных диверсантов, обучаясь бесшумно снимать часовых и правильно устанавливать заряды со взрывчаткой на макеты под неусыпным оком опытных инструкторов.
   ...Никита, недавно наученный горьким опытом, осторожно выглянул из трубы. Тёмная вода в бассейне показалась ему мрачной,
   но, с другой стороны, разглядеть его в ней было бы непросто. Он выплыл из трубы, в два гребка поднялся к поверхности и без всплес ка высунул голову из воды.
   Огромное помещение на первый взгляд казалось совершенно пустым. Под высоким сводом царила первозданная тишина, прерываемая лишь редкой капелью: где то плохо держал водопроводный кран. Единственный источник света - керосиновая лампа - и та висела в коридоре напротив выбитых дверей. Жёлтые блики от её пляшущего язычка едва достигали края бассейна, робко ложась на поверхность воды дрожащими сполохами.
   Сумрак, граничащий с темнотой, был только на руку Никите.
   Он выждал несколько минут и убедившись, что находится в помеще нии совершенно один, бесшумно поплыл в самый тёмный угол бас сейна, что бы именно там незаметно выбраться из воды. Сделать это оказалось несколько сложно, так как всю водную гладь сплошным ковром покрывали плавающие щепки и обломки макетов.
   Разбить их так могли только взрывы гранат. По пути ему встре чались и уцелевшие макеты, но и они пестрели заусенчато-рваными отверстиями от пуль и осколков. Ненависть, переполнявшая белобан дитов, в полной мере выплеснулась и на людей, и на ничего не знача щие деревяшки...
   Внезапно он столкнулся с трупом, плавающим с раскинутыми руками вниз лицом. Судя по обмундированию, это был красноарме ец, грудь которого навылет прошила пулемётная очередь. Вода вок руг него побагровела от крови. Труп словно только и ждал появле ния Никиты, от лёгкого толчка он медленно пошёл ко дну.
   Подросток за это короткое время уже привык к виду смерти. Проводив убитого бойца угрюмым взглядом, он крепче стиснул зу бы, прибавил в скорости и через мгновение был в углу. Выбраться бесшумно из воды ему ничего не стоило - этому его учили не раз.
   Оказавшись на скользком кафельном полу, он ужом скользнул под арку справа в примыкающий к бассейну физкультурный зал и отыскав среди "коней", брусьев и другого спортинвентаря горку сложенных друг на дружку матов, спрятался за ней и проворно оделся.
   Эту часть здания, где располагался питомник лаборатории, он знал как свои пять пальцев. Стоило ему чуть поднапрячь память, как маршрут предстоящего движения встал перед его взором со всеми подробностями.
   Сначала нужно было выйти из бассейна в коридор, повернуть налево, пройти по нему до конца и тогда появятся маршевые пролё ты широкой деревянной лестницы с крашенными скрипучими сту пенями и резными балясинами. По ней можно было подняться как на верхние этажи, здания, так и спуститься в подвал.
   За лестницей открывался другой коридор, перпендикулярный первому. В нём следовало повернуть направо. Он заканчивался мас сивной металлической дверью, точно такой же, как и в его покоях. Она-то и преграждала дорогу незваным гостям в целую анфиладу тянущихся цепочкой помещений, образующих, собственно, сам питомник.
   Ничего сложного! Захочешь - не заблудишься. Лишь бы не столкнуться с бандитами. Тогда придётся искать обходные пути ...
   Никита прокрался к выходу из бассейна, когда его слуха внезапно достиг странный неясный звук, долетевший откуда-то из глубины коридора. Как раз из левого его крыла, куда он собирался повернуть. Он замер чувствуя, как сердце гулко отдаётся в груди. Звук повторился. Теперь у него не осталось никаких сомнений - это стонал человек! Возможно, смертельно раненный...
   На пороге, перед выбитыми дверями, вповалку лежало пять трупов: два огепеушника внутренней охраны и три красноармейца внешней. Парни отстреливались до последнего патрона: россыпь винтовочных гильз вокруг них красноречиво говорило об этом.
   Никита выглянул в коридор, заваленный трупами белобанди тов.
   На вскидку убитых врагов было раза в полтора больше, чем защитни ков бассейна. Да, схватка развернувшаяся тут с час назад, оказалась столь же короткой, сколь яростной и кровавой! Но никто из убитых не подавал ни малейших признаков жизни, значит, стонал кто-то другой.
   Держа наготове наган в одной руке, а нож в другой, он про скользнул в коридор и переступая через покойников медленно дви нулся по направлению к лестнице, поминутно оглядываясь назад, чтобы не быть застигнутым врасплох внезапно появившимися банди тами и не получить пулю в спину.
   Но в коридоре царила мёртвая тишина и спокойствие. Смерть здесь уже собрала свою кровавую жатву и теперь гуляла где-то в стороне. Ступая быстро, но разборчиво, Никита прошёл половину пути когда в по правую руку в стене показалась полураскрытая дверь, слегка раскачивающаяся от сквозняка. Ему показалось, что из-за неё доносится чьё-то тяжёлое, с посвистом, дыхание...
   Он замер на месте, вновь обратившись в слух. Так и есть! Из-за двери повторился знакомый слабый стон. Отбросив колебания, подросток рывком распахнул дверь и в прыж ке перелетел порог.
   Помещение оказалось комнатой, по планировке - точь-в-точь как у него самого, но только без личного бассейна. И оно также было разгромлено пулемётными очередями. Но внимание Никиты привлекла не обстанов ка, а ...смутно белеющий на кровати обнажён ный человеческий силует.
   Тусклый свет из коридора, едва усилен ный мерцанием звёзд через выбитое окно, позволил ему рассмотреть, что это была женщина! Её тело ничем не отличалась от обнажённых фигур красоток на картах, только разве что было залито кровью и скорее заставляло содрогнуться от ужаса смерти и разрушения, нежели возбуждало похоть и вожделение.
   Никиту вновь бросило в дрожь. Только на этот раз от ярости, ведь раскинутые руки и ноги женщины оказались накрепко прикру ченными к стойкам кровати, а разодранная в клочья военная форма валялась на полу. Не оставалось ни каких сомнений, что над чекисткой жестоко надругались, после чего искромсали штыками и бросили в таком виде умирать, даже не потрудившись освободить от пут.
   Сволочи! Подонки! Садисты!
   Никита подскочил к кровати и в два взмаха ножом перезал верёвки. Потом подобрал с пола солдатское одеяло и бережно укрыл им умирающую женщину. Только сейчас он узнал её - это была тётя Зина, напарница тёти Нюры по дежурству. Как и та - офицер внутренней охраны ОГПУ и всегда несла вахту у дверей тренировочного бассейна.
   Когда несколько лет назад его впервые привели в тренировоч ный бассейн, тётя Зина, в гимнастёрке и юбке, уже тогда сидела на своём посту возле дверей на табурете. В помещении постоянно под держивался определённый температурный режим, поэтому духота и влага, хочешь - не хочешь, а проникали в коридор. Тётя Зина раскра снелась, её миловидное, привлекательное лицо покрылось бисерин ками пота, которые она непринуждённо смахивала платочком.
   Никите стало жалко женщину. Он тогда, помнится, посочувст вовал ей. Когда она, поздоровавшись, назвала его по имени, он, по младости лет, сильно удивился:
   - Вы знаете моё имя? А как зовут вас?
   - Тётя Зина.
   - Тёть Зин, я вижу вам жарко... А вы приходите ко мне в бассейн, по
   плаваем вместе, глядишь, и освежитесь...
   Чекистка растерялась, переглянулась с товарищем Прохоро вым, пришедшим с Никитой, и когда тот невозмутимо кивнул, неу веренно пролепетала:
   - Вобще-то нам не положено... Но если ты настаиваешь, то приду...
   После дежурства...
   И она пришла, как обещала, и они плавали наперегонки...
   Чекисты потом хихикали за спиной подростка:
   - А у мальца губа не дура!
   Один, самый молодой и нагловатый, провожая потом Никиту в его покои, гаденько ухмылялся всю дорогу и многозначительно подми гивал:
   - Давай, пацан, не теряйся!
   Никита тогда не понимал, на что он намекает, но вот теперь, вспомнив тот эпизод, до него, кажется, дошло... Ведь у тёти Зины,
   помимо красивого лица, была ещё и потрясающая фигура.
   И вот её убили! Она умирала у него на глазах, истекая кровью!
   И ничего нельзя было поделать. Он ничем не мог ей помочь. От бес сильной ярости подросток стиснул зубы и сжал кулаки.
   Вдруг веки тёти Зины дрогнули и она открыла глаза. Взгляд её стал осмысленным, сфокусировавшись на Никите. Она узнала его, вздрогнула, испугавшись, и чисто женским жестом прикрыла рука ми грудь. Но увидев, что лежит под одеялом, обрадовано расслаби лась.
   В следующее мгновение она судорожно вцепилась Никите в руку и с трудом разжав спекшиеся губы чуть слышно прошептала:
   - Никита! Ты жив! Слава Богу! Они убили всех наших! Отомсти за меня. Отомсти за всех нас!
   Исчерпав последние силы, тётя Зина закрыла глаза, голова её безвольно скатилась по подушке. Умерла!
   Никита смахнул набежавшие слезинки. Закрывая лицо чекист ки одеялом, он мысленно попрощался с ней и поклялся выполнить её последнюю волю, чего бы ему это ни стоило... С тяжестью на душе он покинул комнату и вернулся в коридор.
  
  
   Глава 11. Повсюду смерть.
  
  
   В здании тем временем ничего не изменилось, на всех этажах безмолвствовала тишина. Только с улицы продолжали доноситься звуки перестрелки. "Наверное, все бандиты убрались из питомника. Это мне не руку" - подумал он и продолжил свой путь. Соблюдая все меры предосторожности, подросток добрался до лестницы. Она, как и коридор, оказалась завалена трупами красноармейцев и бело бандитов. Раненых среди них не оказалось: налётчики беспощадно добивали и чужих, и своих.
   Кровь разлилась повсюду: и по полу, и по ступеням, и по пери лам. Бой в этом замкнутом пространстве, по всему, разгорелся не шуточный, но толпе бандитов, явно превосходящей силы защитни ков, всё же удалось одержать верх. Результат их победы Переслав цев только что видел...
   За лестницей Никита повернул направо и беспрепятственно приблизился к бронированной двери питомника. Её, собственно, на месте и не было - напрочь снесённая взрывом гранаты, она валялась на полу в коротком шлюзе перед двухстворчатой стеклянной распа шонкой, сплошь закрашенной белой краской.
   Он шагнул в обуглившийся проём, мелкими шажками, на цыпочках преодолел шлюз, переступив через табурет охраницы, валявшийся на полу без двух ножек и обойдя тумбочку с разбитым телефоном внутренней связи, замер на входе.
   Распашонка тоже пострадала: все стёкла выбиты, полотна болтаются на петлях на честном слове. За ней открывался длинный
   коридор со множеством дверей по обе стороны: святая святых био-лаборатории, её сердце - питомник дельфинят всех возростов: от грудничков до семи-восьми леток... Тут тебе и тренировочные бас сейны, и жилые комнаты как для мамаш - состоявшихся или собира ющихся таковыми стать - так и для самих детишек. Причём каждая возрастная группа имела свой собственный закрытый блок...
   Разбитые полотна двери подались легко, без скрипа. В тот же миг по глазам Никиты больно резанул яркий электрический свет.
   Он отшатнулся, прикрывшись рукой. Так, всё ясно! В момент аварии на взорванной подстанции в питомнике заработал резервный автономный генератор. Постоянный электрический свет намного облегчит его задачу, вот только надолго ли его хватит?
   "Впрочем - подумал Никита, - это не важно, теперь до цели осталось всего ничего. Хорошо бы ещё найти исправный телефон ный аппарат, что бы связаться с товарищем Прохоровым в админист рации. Они, как правило, стояли на тумбочках постовых, охраняю щих вход в каждый возрастной блок био-лаборатории..."
   В коридоре питомника отсутствовали трупы. Это обстоятельст во порадовало Никиту: возможно, всех "питомцев" и обслуживаю щий персонал успели эвакуировать в административное здание или ещё куда? Но первая же дверь с красными цифрами "7" и "8" опровергла эти его ожидания. Войдя в помещение бассейна, где проходили подготовку "дельфинята" семи-восьми лет, он замер на пороге от ужаса...
   В покрасневшей от крови воде плавало с полдюжины обнажён ных детских трупиков со следами страшных пулевых ранений. Итак,
   озверевшие бандиты хладнокровно расстреляли половину детей-де льфинов выпускного класса. Но где же остальные? Ни в помещении бассейна, ни в двух жилых комнатах напротив, никого не оказалось:
   ни живых, ни мёртвых. Вывод напрашивался неутешительный: бело бандиты забрали их с собой! Причём выбрали самых перспектив ных, самых подающих нешуточные надежды "дельфинят"...
   Никита отбросил терзавший его гнев, вернулся в бассейн и со средоточившись на окружающей обстановке, попытался мысленно восстановить трагические события часовой давности, развернувши еся в этом помещении.
   Яркий калейдоскоп картинок как бы помимо его воли тут же пронёсся перед внутренним взором. Похоже, ребята спали под водой, когда сюда ворвались эти нелюди и заставили их всплыть на поверхность. Отобрав самых крепких на их взгляд детишек, они забрали группу с собой, а оставшихся просто расстреляли прямо в воде. Тех, кто успел укрыться от пуль на дне бассейна - закидали гранатами. Вот так всё и произошло...
   Обо всём этом следовало немедленно доложить товарищу Прохорову. Никита, едва обуздав нахлынувшие чувства, выскочил из блока выпускников, благо выбитые двери этому не препятство вали и кинулся к посту охраны, где всегда стояла тумбочка с телефоном.
   Она лежала на боку возле стены на пару с опрокинутым табу ретом. За ними скорчились два убитых красноармейца, использовав ших эту ненадёжную мебель в виде баррикады. Парни успели поло жить пятерых бандитов, прежде чем сами пали смертью героев. Телефон лежал подле них на полу вдрызг разбитый пулями...
   Никита печально вздохнул и пожав плечами, отправился иссле довать новый блок, оказавшийся питомником для пяти-шести леток.
   Как и в предыдущем бассейне, тут тоже плавали одни маленькие, искромсанные пулями тела. Вся группа в полном составе, определил
   подросток, пересчитав малышей.
   Не в силах вынести жуткого зрелища, он быстро перешёл в блок трёх-четырёх леток уже ни на что не надеясь, потому, что в памяти всплыли последние слова тёти Зины: " Они убили всех наших!" И точно! Трупики малышей заполнили весь багровый от крови бассейн.
   Такая же картина ожидала его и в блоке "1-2". Никиту стало мутить. Хотелось взвыть от бессильной ярости, куда-то бежать,
   настигая врага и рвать его на части руками и зубами, грызть, бить
   и снова рвать, рвать, рвать...
   Усилием воли скинув наваждение, он остановился перед нуле вым блоком, где некогда под присмотром мамаш и инструкторов плескались детишки-подготовишки возрастом до года. На ходу отме тив отсутствие телефона на разгромленном посту охраны, он нере ши тельно заглянул в двери бассейна, всё ещё на что-то надеясь.
   Но чуда не произошло! И тут белобандиты показали свою зве риную сущность, искромсав очередями пулемётов и женщин, и их детей. От увиденного У Никиты в очередной раз сжалось сердце
   и что-то перевернулось в сознании. Трупы! Одни безмолвные трупы
   со следами вселенской муки на восковых лицах мамаш и удивления на личиках их малышей. Было от чего сойти с ума...
   Словно во сне, пошатываясь на ходу, он заглянул в блок рожениц - мамаш будущих детей-дельфинят. Бассейн на удивление оказа лся пуст, и тогда он приоткрыл дверь жилого сектора. Большое про долговатое помещение напоминало барак или казарму с кроватями, прикроватны ми тумбочками в головах и табуретами в но гах, и длинным столом под скатертью с лав ками по обе стороны в центральном проходе.
   Дальше порога он пройти не смог, как не заставлял себя это сделать. От увиден ного его стошнило в дверях. Около двух десятков молодых беременных женщин, почти девчонок, отличавшихся от последних разве что только округлыми животами, лежали мёртвыми кто на полу, кто на крова ти в неестественных позах с выкрученными
   руками и ногами и гримасами адской боли на застывших лицах. И повсюду лужи крови, капли крови и кровавые потёки...
   На всех без исключения разодраны и распахнуты халаты, под которыми ничего не было, ноги широко раскинуты - явный признак того, что роженицы перед смертью подверглись жестокому насилию. Никита осторожно, словно боясь потревожить покойниц, прикрыл дверь и глубоко вздохнул пропитавшийся смертью воздух. Сознание медленно прояснялось. В голове молоточком застучала одна мысль: био-лаборатории больше нет! Питомника нет! Их больше не существует!
   Внезапно с той стороны коридора, куда он направлялся, послы шался приближаю щийся топот ног и громкие голоса. Так свобо дно себя вести могли лишь захватчики Цен тра. Никита понял, что ещё несколько мгновений - и они, завернув за угол, увидят его. Срочно требовалось где-нибудь спрятаться и он, преодолевая внутреннюю дрожь и стараясь не смотреть на трупы женщин, снова заскочил в общежитие рожениц. Одной рукой неплотно притворил дверь, а другой, нашарив на стене выключатель, щёлкнул им. Помещение погрузилось в темноту.
   Стоя за дверью, он приник к оставленной щёлке и перестал дышать. Вскоре по коридору протопала группа бандитов из пяти человек. Четверо из них волокли за руки и за ноги двух убитых красноармейцев, пятый указывал им путь. Неожиданно все остано вились аккурат напротив убежища Никиты, так, что ему была видна
   вся группа целиком.
   Бандиты бросили трупы на пол, что бы немного передохнуть.
   - Тяжёлый, сволочуга! - пожаловался один из носильщиков - косогла зый хлюпик с бритой головой-тыквой на тонкой жилистой шее и ткнул мертвеца сапогом.
   - Ить, верно гутарит Михей! - поддержали его остальные мужики зверского вида, - Далёко ещё тащить эту падаль, старшой? Запарились уже...
   Старший группы, по выправке бывший офицер, сплюнул с досады.
   - Чёрт с вами! Переодевайтесь прямо здесь...
   Под гогот и зубоскальство приятелей двое бандитов проворно раздели трупы и напялили на себя красноармейские гимнастёрки.
   - Штаны не надо! Сойдёт и так! - махнул им старший и увёл всех дальше по коридору, откуда Никита только что пришёл.
   Эти нелюди с переодеванием в красноармейскую форму явно затевали гакую то гадость для оставшихся в живых защитников го родка. Он мог бы положить их всех за несколько секунд из двух стволов, но поостерёгся. Стрельба наделает шуму, на который могут прибежать находящиеся поблизости другие бандиты. Так рисковать,
   не выполнив задания, он не имел права.
   Когда шаги стихли за дверями блока, подросток быстро выс кользнул из укрытия и пробежавшись на цыпочках до конца коридо ра, выглянул из-за угла. Дальнейший путь был свободен и он уже через минуту стоял перед выбитой дверью рабочего кабинета профессора...
   Кладовка, оборудованная под склад запасной аппаратуры, располагалась напротив и, о чудо, судя по нетронутой двери, не под верглась варварскому обстрелу "чистильщиков", чего всю дорогу так опасался Никита.
   Он юркнул за неё, плотно притворил за собой и включив свет,
   прямо с порога бегло осмотрел помещение. Кажется, бандиты сюда по какой-то причине действительно не заглядывали. Стол по-преж нему стоял на своём месте - слева от входа. На нём всё так же возвы шалась настольная лампа под зелёным абажуром и под ней лежал раскрытый регистрационный журнал выдачи опытной аппарату ры...
   Перед столом скособочился крашенный масляной краской табурет, на котором, бывало, ёрзал завхоз склада - сурового вида старикан с соответствующей фамилией Бирюков. А шагах в трёх от порога начинались стеллажи. Они высились до потолка и тремя рядами тянулись до противоположенной от входа стены, упираяясь в неё торцами.
   Времени на раздумье не оставалось, и Никита быстро двинул ся по крайнему левому проходу вдоль полок, плотно заставленных всякой-всячиной. Он отыскивал взглядом небольшой, зачехлённый брезентом ящик без бирки и маркировки. Ему неслыханно повезло, он нашёл его в самом углу под потолком на верхней полке крайнего стеллажа.
   Снять радиостанцию с полки, и перенести на стол под лампу было делом нескольких секунд. Столько же ему потребовалось, что бы её расчехлить, включить и насторить. Волнение куда-то враз уле тучилось и руки перестали мелко дрожать, когда он взялся за ключ и быстро отстучал открытым текстом призыв о помощи с подписью "Прохоров"
   Ответ пришёл незамедлительно: "Помощь выслали, держи тесь, Котов". Только спрятав радиостанцию на место и присев ненароком за стол, Никита почувствовал, как он устал...
  
   Глава 12. Политические.
  
   Вот и всё! Задание выполнено! Теперь о нападении на Центр знают все, кому поло жено... Никита не заметил, как впал в полу дрёму, продолжая однако негромко рассуж дать сам с собой в голос :
   - И что мне делать дальше? Связи с товари щем Прохоровым нет! Как мне доложить ему о выполнении задания и о похищении дель финят? А что, если попытаться самому проб раться в осаждённое административное зда ние?
   - Не советую этого делать! - вдруг раздался от двери незнакомый голос.
   Сон как рукой сняло. Никита вздрогнул и вскочил на ноги, от брасывая табурет. Бое вой рефлекс сработал без заминки - он мгно венно принял оборонительную стойку с нага ном и кольтом англичанина в руках, готовый пустить их в дело в любую секунду.
   - Не стреляйте, пожалуйста! - попросил нез накомец, - Мы свои!
   Он посторонился на пороге и в кладов ку один за другим робко просеменили ещё шесть человек, вооружённых винтовками, ко торые они держали неуверенно и на взгляд Никиты совсем не профессионально, одним словом - не по-военному, хотя все семеро и рядились в заношенно-застиранное австрий ское обмундирование времён Первой Миро вой, без нашивок и знаков отличия, стоптан ные керзачи и выцветшие красноармейские пилотки.
   Изнурённый вид этих столпившихся во круг стола людей поразил Никиту до глуби ны души, их поникшие фигуры и измождён ные, землисто-серые лица вызывали у него только сострадание, и уж никак не опасение. Он демонстративно убрал оружие, краем гла за отметив, что незнакомцы в свою очередь тоже опустили винтовки, и вполголоса спро сил:
   - Вы кто будете ...товарищи?
   За всех ответил моложавый, но совсем уже седой мужчина с печальными глазами, стоявший на пороге. Видимо, он считался у них за старшего:
   - Сначала мы приняли вас, молодой человек, за одного из них... - седой неопределённо ткнул маузером в сторону коридора, - Но, когда приоткрыв дверь, услышали, как вы во сне или в бреду помянули товарища Прохоро ва, поняли, что ошиблись, что вы свой... Но почему вы один? Где ваши товарищи?
   - Нет никого! Один я! На задании...- и не удержавшись, похвастал, - По поручению товарища Прохорова подмогу вот вызвал с большой земли по рации!
   - Вон оно как...- задумчиво протянул кто-то из толпы. Остальные молча уставились на рацию на столе.
   - Подмога - это хорошо...
   Никто из незнакомцев не оживился, не улыбнулся облегчённо и вобще никак не высказал никакой радости от сообщённого Никитой известия. Все выглядели какими-то равнодушными ко всему происходящему в Центре, инертными и ... словно уставшими от жизни.
   - Меня Никитой зовут! Так вы кто будете? Что-то я не припомню ваших лиц... Вы давно в Центре?
   Незнакомцы зашушукались, кто-то воз мущённо хмыкнул, кто-то сурово насупился.
   - Чего ему, мальцу, раздоказывать... Не пой мёт!
   Седой поднял руку, вновь повисла гне тущая тишина.
   - Мы, молодой человек, "куклы"! "Мясо"! - по яснил он и желваки на его скулах под желту шной кожей впалых щёк заходили ходуном. Перехватив недоумённый взгляд подростка, тихо продолжил:
   - ...Так называют приговорённых к расстрелу политзаключённых, добровольно согласив шихся стать живыми манекенами, на которых
   элитные бойцы Красной Армии обучаются на выкам уничтожения противника любыми спо собами с применением различного оружия...
   - Убивать? - не поверил Никита, - Своих?!
   - Ну да! Мы же смертники! Нам всё равно где погибать: в подвалах ли Лубянки, в лагерях ли ГУЛАГа... А так, глядишь, пользу Родине лишний раз принесём...
   - Ведь начинающего диверсанта, не убивше го собственными руками ни одного врага, на ответственное задание не пошлёшь, - подде ржал седого кто-то из толпы, - Вдруг в ответ ственный момент у него нервишки подкача ют? Вдруг рука дрогнет и сорвётся прицел? Или ножичек воткнётся не туда, куда надо?
   - Вот и нужно ему дать пройти "обкатку" - за говорил ещё кто-то, - Убить какого-нибудь че ловечка во время тренировочного боя...
   - Тут и вспомнили о нас, политических, - про басил четвёртый, - Предложили альтернати ву. А мы что? Чем сразу к стенке становить ся, уж лучше недельку-другую в "куклах" пожить...
   - Так вы и есть те самые "враги народа"?! - ужаснулся Никита, припомнив занятия по по литической подготовке.
   Незнакомцы переглянулись, невесело рассмеявшись в пол-голоса.
   - Я же говорил, не поймёт...
   - Здорово мальцу мозги промыли!
   - Ну какие мы "враги"? - огорчённо прошам кал стоявший на страже у дверей скрючен ный доходяга с морщинистым лбом, давно не бритым подбородком и выбитыми зубами.
   - Враги там стреляют! - кивнул на дверь об ладатель баса.
   - А мы за русский народ готовы жизни отдать!
   - Мы, молодой человек, обыкновенные поли тические оппоненты товарища Сталина, - сно ва взял слово седой, - За что нас и возвели в
   звание "врагов народа"...
   Незнакомцы, прерывая вожака, снова загалдели наперебой:
   - Мы против казарменного социализма, возво димого советскими руководителями...
   - Сталин - вождь - диктатор! Он сеет ужас и
   сам безумно боится!
   - Диктатор повернул "обратно", он поменял идею построения справедливого общества на
   насилие, страх, тоталитаризм...
   - Вместо свободы, равенства и братства стра ну затопили убийства, репрессии, тюрьмы, пытки...
   - Кто из нас мог предвидеть столь страшный
   финал некогда светлой идеи построения гу
   манного общественного строя?
   - Из всех насилий самое преступное и урод ливое зрелище являет насильственная кол лективизизация с коммунизацией! Но Сталин об этом и слышать не хочет...
   - Вождь забыл аксиому, что каждое насилие
   обречено на реакцию, тем более худшую, чем хуже само насилие...
   Никита почувствовал лёгкое головокру жение, пытаясь из водопада высказываний извлечь зерно истины. Седой пришёл ему на помощь, подняв руку, после чего все дружно смолкли.
   - А скажите-ка мне, молодой человек, чем вы занимаетесь в Центре? - спросил он.
   - Обучаюсь боевому мастерству военного пло вца-ныряльщика! - гордо вскинул голову Ни кита.
   - Он один из тех, кому товарищ Прохоров определил нас на заклание!
   - Советский диверсант!
   - Начинающий убийца!
   - Мне нет надобности лишать вас жизни ради тренировок! - быстро проговорил Никита, - Я уже переступил эту черту, недавно уничто жив нескольких белобандитов. Знаете, они убили всех малышей в питомнике!
   - Да, мы видели! - кивнул седой, - Изверги!
   - Сейчас я собираюсь пробраться в здание администрации! - заявил Никита.
   - Повторяю, на вашем месте я бы этого не делал! - отозвался седой.
   - Почему? Лишний боец им не помешает...
   - Потому что уже поздно, юноша! Слышите, стрельба стихла. Бандиты подавили послед ний очаг сопротивления! Нас содержали в спец изоляторе, расположенном по соседству с гаубвахтой. Бандиты перестреляли караул и забросали оба здания гранатами. Товарищ Васнецов под свою ответственность выпус тил нас из камер и вооружил. Мы приняли неравный бой...
   Из тридцати с лишним "кукол" остались мы семеро. Так же погибли и все красноар мейцы во главе с товарищем Васнецовым.
   Бандиты ушли, думая, что с нами покончено. Мы же через пролом в стене выбрались нару жу, решив продолжить бой. Но мы опоздали. Сопротивление повсеместно оказалось пода влено, в том числе пало и здание админист рации.
   Предатели из числа сотрудников Цент ра в решающий момент ударили нашим в спи ну, отворив врагу все запоры на дверях. По городку прокатилось повальное избиение. Беспощадная резня продолжается и по сию пору. Куда бы мы не пришли - повсюду одни лишь трупы. Такого избиения история не зна ла со времён взятия греками Трои...
   - Вы заходили в администрацию?
   - Да!
   - Что с товарищем Прохоровым?
   - Убит выстрелом в спину! Сейчас там бушует пожар. Ещё мы видели, правда издалека, как профессора Эккельдорфа и нескольких детей большой отряд бандитов увёл в сторону озера. Надо думать на пристань...
   - И вы дали им спокойно уйти? - возмутился Никита, - Не попытавшись отбить пленных?
   - Отнюдь, молодой человек, - махнул маузе ром седой, - Мы кинулись в погоню, но, пов торяю, нас разделяло приличное расстояние. Вдобавок нас задержали шныряющие по го роду бандиты, с которыми пришлось всту пить в перестрелку. С гордостью сообщаю, что ни один из них не ушёл от нас живым. Лично я застрелил двоих...
   - И я двоих!
   - А я одного, но зато, кажется, бывшего офицера царской армии...
   - Ах, оставьте, товарищи... Молодому челове ку интересно не это, а чем закончилась пого ня...
   - Да, чем? - спросил Никита.
   Он уже перестал сердиться на этих людей.
   - Ничем, товарищ Никита, - скорбно возвёл очи к потолку седой, - Когда мы вырвались из городка через северное КПП, похитители прошли уже две трети дороги, ведущей к причалу. Не было смысла преследовать мно гочисленного врага на открытой местности малыми силами. Согласитесь со мной, это бы ло бы равносильно самоубийству!
   - Да! Они бы перестреляли нас в поле как куропаток! - поддержал седого измождённо
   го вида морщинистый мужчина у двери.
   - ... И мы вернулись, что бы найти укромное убежище и переждать, поскольку вести пар тизанскую войну в городке практически не с кем. Захватчики спешным порядком покида ют его... - закончил седой.
   Никита, глядя на этих как ему казалось необыкновенных людей, разволновался:
   - Ничего, товарищи! Скоро прибудет подмога
   Мы перебьём всех бандитов до одного!
   - Пошвольте ш вами не шоглашиться! - про шамкал стоящий рядом плешивый и беззу бый доходяга.
   - Это он в смысле подмоги, товарищ Никита!
   - поспешил внести ясность седой, - Я тоже не разделяю вашего оптимизма. Мы находимся
   в такой глуши, что вызванный вами по рации оперативный отряд быстрого реагирования ОГПУ, как бы не спешил, прибудет в Центр только сегодня к вечеру, хотя сейчас ещё и не рассвело...
   - К тому времени белобандитов и шлед прош тынет! - добавил доходяга, - Они шделали швоё дело и теперь шпешат шкрыться!
   - Да!
   - Так оно и есть!
   - Мы все это видели! - в разнобой подтверди ли политические.
   Никита растерялся:
   - Как нам быть?
   - Действительно, товарищи! - поддержал под ростка седой, - Сами видите, ситуация сложи лась уникальная. С одной стороны мы остали сь живы! С другой - на свободе! Но только до той поры, покуда не прибыла подмога...
   - Именно! - пробасил сосед седого справа, -
   Как только прибудут осназовцы, нас тут же расстреляют!
   - Но за что? - не поверил Никита.
   - Потому как подозрительно! - отозвался от двери морщинистый.
   - Вшех поубивали, а наш, "врагов народа" -не тронули! - поддержал его беззубый дохо дяга.
   - Следовательно, мы пособники бандитов!
   - Шагом марш назад в лагеря!
   - Какие лагеря? К стенке!!!
   Никита поднял руку, как на занятиях, призывая к тишине.
   - Товарищи! Я замолвлю за вас слово! Обяза тельно доложу командованию, как вы храбро сражались с бандитами!
   Седой в сомнении покачал головой:
   - Вас, молодой человек, тоже могут расстре лять сгоряча! Даже слушать не станут!
   - Кто вы для них? - подхватил кто-то из тол
   пы, - Такой же, как и мы, подозрительный.
   - Я представлюсь!
   - А кто подтвердит? Всех же поубивали!
   - У меня есть документы... Домашний архив!
   - ...И в них сказано, что вы - курсант спец по дготовки подводников-диверсантов?
   - Н-нет, конечно, - забеспокоился Никита, - Это закрытая информация...
   - Вот видите! Ваше заступничество нам не поможет...
   - Только усугубит!
   - И вам самим навредит!
   Седой дал всем выговорится, после че го заявил:
   - Товариши! Пользуясь моментом, предлогаю раздобыть плавсредство и махнуть за кор дон!
   - Тс-с! - зашикали на него со всех сторон, ука
   зывая глазами на Никиту. Тот, немного оби
   дившись, вышел в коридор. Претворяя за со бой дверь, не утерпел и сказал:
   - Можете быть покойны, подслушивать не ста ну! Кстати, на стелаже в углу лежат мешки с гражданской одеждой - вы бы переоделись...
   В сумраке коридора царила тишина. Си льно пахло гарью, где-то капала вода, что-то поскрипывало и потрескивало, издали доно сились редкие выстрелы. Никита присел на корточки, привалившись спиной к простенку. Из-за двери доносились голоса политических и он, вопреки обещанию, поневоле прислу шивался к отдельным словам и фразам.
   - Обидели парнишку...
   - Малец сообразительный, поймёт правиль но...
   - Вот она, одежда!
   - Переодеваемся, товарищи!
   - Хорошо бы ещё какими документами разжи ться...
   - Потом подумаем и о них...
   - О-о! А пиджак на мне висит...
   - А у меня брюки без ремня спадают...
   - На, возьми верёвку!
   Разговоры незаметно соскользнули на политику.
   - ...Товарищ Троцкий давно об этом преду преждал...
   - ...Творить зло, оправдываясь высшими гума нными целями - метод инквизиции, но не ком
   мунистов...
   - Это прямая измена Родине! Но и к стенке становиться что-то не тянет...
   - Кому мы там нужны, за кордоном?
   - А кому здесь?
   - Обратимся к товарищу Троцкому, он помо жет...
   - Ох, товарищи, товарищи... Тяжело всё это.
   - Без средств к существованию, без докумен тов... Афёрой попахивает!
   - Хватит причитать! Раз решили - за дело!
   Никита, услышав про документы, быст ро поднялся и коридором вернулся к лестни це, ведущей на верхние этажи. По пути он тщательно обшаривал гимнастёрки убитых красноармейцев, забирая с собой их докумен ты: солдатские книжки, удостоверения, ка кие-то разнообразные справки и, самое главное, деньги... Трупы бандитов он об ходил стороной, по опыту зная, что карманы у тех пусты. Зато их нарукавные повязки мог ли пригодиться, он снял их ровно восемь: для себя и новых знакомых. Через несколько минут Никита снова постучал в дверь и во шёл в кладовку. Политические уже успели переодеться.
   - Товарищи, вот нарукавные повязки банди тов, оденьте их на левую руку. Ещё я принёс вам документы убитых красноармейцев. Раз бирайте, на первое время сойдёт... И немно го денег... Но в сейфе профессора Эккель дорфа хранится значительная сумма совет ских рублей, я видел. Мы их возьмём, если, конечно, бандиты уже не обчистили сейф.
   И лодку я вам дам! Фелюгу товарища Прохорова, на которой он любил выходить на рыбалку. Она спрятана в потайной заво ди, позади бухты-полигона...
   Одежда основательно преобразила по литических, теперь их стало не узнать, особе нно с повязками на рукавах - вылитые налёт чики. Они прекратили дебаты и уставились на Переславцева в немом изумлении.
   - Почему вы нам помогаете, юноша? - поинте ресовался седой.
   - Вы в беде, а люди обязаны помогать друг
   другу!
   - Даже врагу? - съехидничал морщинистый.
   - При определённых обстоятельствах, да! Но вы не враги! Я убедился. Вы - попавшие в беду люди! Вам грозит расстрел, когда при
   дут наши, а это неправильно. Вы должны жить. И вам нечего бояться, что вас станут искать: административный корпус выгорел до тла, все документы тоже. Понимаете, о вас никто ничего не знает, как, впрочем, и обо мне тоже...
   Не дав политическим опомнится, он вы глянул в коридор, убедился, что тот пуст, и быстрым шагом провёл всю группу к кабине ту профессора, дверь которого оказалась сор вана и болталась на одной петле, а внутри царил форменный беспорядок...
   Вскрытый сейф учёного зиял тёмным пустым нутром - бандиты постарались, выгре бли всё до последней бумажки. Никита было опечалился, но седой ободрил его, похлопав по плечу:
   - Не беда! Денег, что вы собрали у убитых,
   нам на первое время хватит за глаза. Лучше давайте подумаем, как нам покинуть здание?
   - Чего тут думать? - удивился Никита и ука зал на выбитое окно, - Вот наш выход!
   Первый этаж, от подоконника до земли
   метра полтора, сущие пустяки. Никита пер вым вылез на улицу и помог остальным. Гру ппа замерла в тени под стеной, решая, куда двинуться дальше. Из-за клубов дыма и пеп ла, хлопьями кружащегося в воздухе, разгля деть их укрытие было почти невозможно.
   Городок пылал во многих местах, стре
   льба в нём давно прекратилась. На фоне пля шущих языков мелькали редкие, согнутые под тяжёлой ношей, кряжестые фигуры -
   мародёрствующие бандиты спешили с награ бленным к озеру...
   Никита проследил за одним таким лов качом до тех пор, пока тот не подошёл по дорожке к озеру и не спустился по лестнице к причалу, после чего сделал неприятное от крытие: пулемёты на вышках молчали! Как с одной, так и с другой стороны. Что случило сь с его приятелями чекистами: с тётей Ню рой, с Носковым, с Сёминым? Неужели уби ты, как и все остальные? Похоже, что так...
   Сердце Никиты сжалось от страшного открытия. Да, чекисты мертвы, осознал он окончательно, ибо только смерть могла помешать им встать за пулемёты! Другого объяснения он не находил...
   - Куда дальше, командир? - тронул его за рукав седой. Решение пришло внезапно:
   - К озеру, к фелюге. Идём открыто, не таясь, прямо по дорожке. Все бандиты уже на при чале, припозднившиеся мародёры нас при мут за своих, тут и думать нечего. Держитесь
   скопом, ведите себя уверенно, оружие долж но быть наготове. Всем всё понятно? Тогда
   тронулись!
   Группа обошла стороной объятые пла менем развалины, просочилась через пролом в бревенчатом частоколе и вышла на дорож ку, вымощенную булыжником. Тут их стало видно как на ладони. Никита, а за ним и все остальные, быстрым шагом направились к озеру.
   Подросток, которого политические еди нодушно выбрали себе командиром, постро ил беглецов в колонну по два и повёл строе вым шагом, возглавляя шествие. Он внима тельно следил за окружающей обстановкой, оценивая её и постоянно анализируя, одно временно не упуская из вида тех немногочис ленных бандитов, которые резво трусили и впереди группы, и сзади.
   Но и те, и другие были заняты только собой и своими мешками с награбленным до бром. На переодетых политических внима ния никто из них не обращал, твёрдо веря, что это свои. К тому же всех отпугивала же лезная дисциплина, царившая в группе.
   Несколько раз их догоняли и обгоняли мрачные личности, вооружённые до зубов и
   с тяжёлой поклажей на плечах. Грабители то лько сопели от натуги, да бросали на них не доумённо презрительные взгляды, мол, лопу хи, не воспользовались моментом...
   Потом их вообще перестали тревожить. Они оказались последними, кто покидал раз громленный научный городок-крепость...
   Метров за сто до знакомой вышки стало
   заметно темнее - сполохи пожарища до сюда уже не доставали, как не долетали и дым с пеплом, не считая запаха гари, конечно... Никита, убедившись, что за ними никто не наблюдает, резко свернул в сторону от дороги. Он повёл товарищей к воде по широкой дуге, что бы их не могли увидеть с пристани, на которой разгорались нешуточ ные страсти.
   Как и предвидел Переславцев, банди ты, обнаружив пропажу флотилии, сначала впали в ярость, а потом запаниковали. Неис товство сменилось страхом, тем более, что объяснить происходящие им никто не мог. Глава экспедиции англичанин и его помощ ник Майк как в воду канули. Не видно что-то и правой руки мистера Смайлсона - Алексан дра Носкова, который возглавил недавний штурм администрации объекта...
   Боевиков стало одолевать сомнение: а
   не обошлось ли тут без предательства? Огол телая орава вопящих головорезов стала склоняться к мнению, что отцы-командиры их просто немилосердно, наглым образом "кинулии"! По поговорке: мавр сделал своё дело...
  
   Политические следовали за Никитой в немом молчании. Сомнения в целесообразно сти побега из страны никого из них уже не мучили. Каждый теперь только и мечтал, что бы побыстрее погрузиться на лодку и уплы ть отсюда подальше, а к границе поближе.
   Они по одному пролезли в проделан ный подростком проход в рядах колючей про волоки и начали осторожно спускаться к бе регу озера, петляя в темноте среди нагрома ждений валунов и скал. Их провожатый, ви девший ночью словно днём, вырвался впе рёд...
   Внезапно от камней отделились четыре тёмные фигуры. Политические и глазом не успели моргнуть, как незнакомцы одновреме нно набросились на Никиту с разных сторон, с намерением повалить на землю и связать по рукам и ногам заранее приготовленными концами.
   Но у них ничего не вышло! Подросток
   вихрем промчался вокруг каждого из напа давших, в результате чего все четверо пова лились на землю, обливаясь кровью. Никита склонился над одним из бандитов, который ещё мог говорить, и поводил перед глазами
   окровавленным лезвием.
   - Отвечай, на кого охотились?
   - Точно не знаю... - прохрипел захлёбываясь
   кровью бандит, - Приказано пацана какого-то живьём захватить...
   - Имя пацана?
   - Хр-р-р... Не знаю... Александр называл его
   "лягушонком"... Хр-р...
   - Кто такой Александр?
   - Хр-р... Наш командир, правая рука англича нина Смайлсона...
   - Его фамилия?
   Бандит захрипел сильнее, воспалённые глаза закатились.
   - Ну?! - тряхнул его за грудки Никита и повто рил вопрос.
   - Хр-р... Носков...
   Никита решил, что ослышался.
   - Что-о? Носков? У него брат есть? - вскричал он, дрожа от возбуждения.
   - Да...чекист... Хр-р...
   Бандит вытянулся и перестал дышать.
   Подбежали политические:
   - Никита! Вы в порядке? Не ранены?
   - Нет!
   - Ловко вы с ними...
   - Угу!
   - Нам показалось, что они хотели взять вас живым...
   - Хотеть, оказывается, иногда вредно! - неве село усмехнулся Никита, раздумывая над по
   лученной информацией. Кое-какие отдель ные куски мозаики начали складываться в логическую картинку.
   Итак, среди нападавших имеется некто
   Александр Носков, правая рука главаря бан ды - англичанина по фамилии Смайлсон, ко торая наверняка выдумана. Отсюда следует, что нападение на секретный объект пропла чено иностранными державами - раз, и что Носков-чекист - шпион, который подготовил брату Александру беспрепятственный захват городка-крепости, отравив часовых на выш ках и взорвав гидроэлектростанцию...
   Он же расправился и со своими сорат никами: Сёминым и тётей Нюрой... Он же способствовал и захвату административного здания, послав роковую пулю в спину товари ща Прохорова... Он же пленил группу малы шат-дельфинят, самого профессора Эккельдо рфа и украл из сейфа все его научные тру ды...
   "Найду гада и убью!" - мысленно пообещал сам себе подросток, покидая место сраже ния.
   - Товарищи, продолжим путь, - он указал на темнеющий невдалеке мыс, - Осталось неда леко. Эта бухта, где мы сейчас находимся -полигон! Тут тренируются боевые пловцы. А вот за тем выступом как раз и прячется наша заводь...
   Они шли берегом, пока не показалась укромная бухточка с покачивающейся на вол нах фелюгой товарища Прохорова. Плыву щие клоки тумана надёжно скрывали их от беснующихся на пристани бандитов, истерич ные выкрики которых разносились над водой по всему озеру:
   - Господа! Это измена!
   - Верно! Мы сделали своё дело - разорили се
   кретный объект красных и теперь стали не нужны!
   - Братцы! Кто видел нашего начальника мис тера Смайлсона и его помошника Майка?
   - Никто не видел! Нет их нигде!
   - Это и подозрительно!
   - Да смылись они! И лодки наши с баркасами
   угнали, пока мы за них кровь проливали...
   - Точно! А нас оставили подыхать под пулями и снарядами Красной Армии!
   - Это подлая подстава!
   - Вполне в духе проклятых англичан!
   - Что б им сдохнуть, напыщенным индюкам!
   - Господа! Англичане нас обманули! Они с са мого начала не собирались оплачивать наши услуги!
   - Теперь с нами расплатятся большевики!
   - И не звонкой монетой, а меткой пулей!
   - Господа, без паники! Красная Армия дале
   ко, мы успеем укрыться в лесах...
   - Зажигайте факелы! Ищите наши лодки на озере! Они должны быть где-то рядом.
   Причал озарился огнями...
  
   На фелюге оказался мотор, поскольку
   начальник охраны объекта товарищ Прохо ров, совершая на ней регулярную инспекцию береговых укреплений со стороны воды-раз, и практически еженедельный осмотр всей береговой линии озера - два, врядли бы стал это делать на одних вёслах - грести замучае шься! А рыбалка что? Да так, между делом... После его гибели лодка осталась безхозной, поэтому Никита отдал её политическим с лёг ким сердцем.
   - Управитесь с движком? - спросил он седого.
   - Обижаете, юноша! - ответил тот уверенно,
   - Я начинал свой трудовой путь помощником
   машиниста в депо...
   - На борту вы найдёте всё необходимое: кар ту района, компас, оружие, провиант, - Ники та по очереди пожал новым знакомым руки и, указав первоначальное направление к границе, пожелал счастливого пути.
   - Ещё раз спасибо! Может, и вы с нами, юно ша? - задержал его седой.
   - Нет! Извините... Мне ещё наших надо выру чать! Поофессора с ребятами... - Никита сам удивился своему решению, настолько внезап но оно пришло к нему. Седой перегнулся че рез борт и крепко обняв паренька, прошеп тал в самое ухо:
   - Прощай, сынок! Я тебя по гроб жизни буду
   помнить!
   Движок затарахтел неожиданно тихо, фелюга, отчалив от берега, растворилась в
   темноте. Справа, метрах в трёхстах, на при чале продолжали митинговать бандиты, из
   редка постреливая в воздух со злости, чем несказанно веселили Переславцева, остав шегося один на один со своими сомнениями.
   Впрочем, горевать, унывать и долго раз думывать - было не в духе Никиты. Он сооб разил, что профессор с детьми до сих пор на ходится среди бандитов на причале и, возмо жно, всё время надеется на чью-либо помо щь. Вот Никита ему её и окажет, попутно ра зобравшись с пленившими его братьями Но сковыми!
   Но не успел подросток сделать и трёх шагов, как в небе над полуостровом разда лось характерное стрекотание. Он поднял го лову: на фоне звёзд промелькнули силуэты трёх боевых гидросамолётов, так назыаемых морских разведчиков Бериева МБР-2, кото рые, как знал Никита, в этом году поступили в эскадрильи ВВС Балтийского флота и несли службу в морпогранохране ОГПУ.
   Вот она, помощь, обещанная штабом!
   Эти летающие лодки представляли со бой одномоторные монопланы смешанной конструкции с двигателем М-17, который крепился на ферме над крылом, колёсно-лыжным, съёмным шасси, изменённым хвос товым оперением и усиленным вооружением 4x7,62 при экранированной турели.
   Они летели со стороны материка. Прой дя над берегом на низкой высоте, звено раз вернулось в боевой порядок и внезапно спи кировало на пристань, ярко освещённую фа келами бандитов. Гидросамолёты открыли огонь из пушек и пулемётов практически одновременно. Трассирующие и зажигатель ные пули и снаряды обрушились на причал лавовым ливнем.
   Бандиты, тесно сплотившиеся на узком пространстве причала, оказались отличной мишенью для лётчиков, поднаторевших в но чных стрельбах. Первый же залп скосил доб рую половину из них. Оставшиеся в живых или открыли ответный огонь под вопли боли и отчаяния раненых подельников, или бро сились врассыпную, спасаясь среди скал на берегу.
   Но это им не помогло! Гидросамолёты совершили очередной боевой разворот и сно ва атаковали пристань и часть прилегающе го к ней берега. Теперь вместе с пулемётным огнём на головы бандитов посыпались и ави абомбы с гранатами. Взрывы потрясли при чал и бетонные ступени. К небу взметнулись языки пламени и дыма, фонтаны воды, земли и куски разодранной человеческой плоти.
   Гидросамолёты разделились: две лодки продолжили утюжить пристань, берег и доро жку, по которой часть бандитов кинулась ис кать спасения в руинах Центра, третья же занялась теми отчаявшимися, которые броси лись в воду с намерением переплыть на дру гой берег озера.
   А таких оказалось немало, как заметил Никита, когда пилот запустил над водой под ряд две осветительные ракеты. "Люстры" за висли в небе, затем плавно устремились к зе мле, испускаа призрачный салатовый свет, благодаря которому и лётчик, и Никита уви дели дрейфующий флот бандитов. В некото рые лодки уже успело забраться до десятка беглецов, судорожно хватавшихся за вёсла...
   Пилот гидросамолёта сделал крутой ви раж и принялся с удовольствием расстрели вать неподвижные плавсредства со всех ви дов оружия, забрасывая их гранатами и под жигая "зажигалками". Посреди озера вспых нуло два огромных костра, которые раньше были баркасами. Не прошло и пяти минут, как от вражеской флотилии на поверхности озера остались плавать лишь обятые пламе нем обломки. Из бандитов не спасся никто...
   Как ни озирался Никита в поисках тре тьего баркаса, но так нигде и не увидел его. Это одновременно и огорчило его, и обрадо вало. Потому что он мгновенно разгадал сек рет отсутствия судна: его каким-то образом смогли заполучить в своё распоряжение бра тья Носковы со своей командой! Это очевид но! Хитрые бестии: они просчитали свои дей ствия на много шагов вперёд и теперь навер няка успели покинуть озеро до начала авиа налёта. Более того, им удалось уйти по од ной из проток и укрыться в лесных дебрях. Вопрос: по какой? Их тут пруд-пруди, есть от чего опечалиться...
   Радостный же момент заключался в том , что раз живы бандиты, то и профессор, и дельфинята тоже не погибли в той кровавой каше на пристане, хоть и продолжают нахо диться в плену. Носковы решили продать их на западе как рабов, тут не может быть ника ких сомнений. Продать каким-либо спецслу жбам вместе с документами за приличную сумму. Если откровенно, то такой "товар" ценился на вес золота - это Никита отлично понимал...
   Когда гидросамолёты обрушились на причал всей мощью своего вооружения, он чуть было не закричал от отчаяния: ведь он считал, что пленники всё ещё находятся там, среди бандитов. Их гибель казалась немину емой, мысленно он похоронил и детей и про фессора, с которыми сжился за эти годы. Чувство горечи не покида ло его до тех пор, пока он не увидел, что один из баркасов ис чез. И тогда пришло озарение...
   "Я поклялся спасти пленников, и я сде лаю это!" - прошептал подросток, наблюдая, как гидросамолёты добивают последних бан дитов на воде и на суше. Затем он быстро разделся, убрал одежду и оружие в котомку и достал ласты. Закрепив лямки на поясе и груди, надел ласты и вошёл в воду, озаряе мую всполохами догорающей флотилии.
   Он решил сплавать к обломкам: вдруг ему посчастливится обнаружить там кого-ни будь из уцелевших бандитов? Тогда он до просит его и чем чёрт не шутит, вдруг тот укажет, в какую сторону уплыл третий бар кас?
   Рассуждая так, Никита понимал, что шансов у него один из тысячи. Но он не хо тел об этом думать. Поиск сбежавших банди тов так и так нужно было с чего-то начинать, так чем плох этот вариант? Не выгорит, при думаем что-нибудь другое...
   Поверхность озера оказалась усеянной многочисленными щепками и обломками, ко торые мешали плыть. Никита нырнул на два метра в глубину и продолжил движение к середине озера с останками судов. Он орие нтировался на огонь, пожирающий обломки кораблей и лодок, иногда выныривая, что бы оглядеться и поискать выживших бандитов. Но до сих пор ему попался лишь один плава ющий труп...
   До ближайшего пылающего баркаса ос талось метров с полста, когда Никита выныр нул в очередной раз, что бы осмотреться. В этот миг над его головой пронёсся гидроса молёт, по волнам хлестанула очередь и гро мыхнул настолько близкий взрыв авиабомбы, что фонтан воды и огня подхватил оглушён ного Никиту словно пушинку и легко подбро сил вверх метров на пять-шесть, забивая лё гкие кислой гарью и водяной пылью. Но уже спустя пару секунд столб воды распался бры згами и пеной и, окутанный чёрным дымом, каскадом рухнул в водоворот, увлекая на дно озера и потерявшего сознание подрост ка...
  
   Глава 13. Кулацкий обоз.
  
   Остаток ночи Никита провёл на мелко водье, среди осоки. Спал на спине, одно ли цо над водой. Когда забрезжил рассвет, он проснулся, покинул своё убежище и поплыл к ближайшему омуту за завтраком. Нырнул и быстро вынырнул, но уже с двумя приличны ми окуньками, фунта по полтора каждый, на низанными на клинок. Догонять удирающих рыбёшек и молниеносно пронзать их кинжа лом на плаву он научился ещё в детстве. Теперь вот это умение пригодилось...
   Утренний туман наползал с реки на бе рега с непроходимыми лесными завалами, де
   лая их таинственно неприветливыми. Что и говорить, места вокруг глухие, заповедные,
   безлюдные. До ближайшего селения с пол ста вёрст. Случись чего - помощи не докличе шься. Но несмотря на это Никита старался зря не шуметь, вёл себя предельно осмотри тельно и осторожно.
   Ещё с вечера он заприметил на берегу
   поваленную бурей сосну. Под её выворочен ным корневищем образовалась глубокая яма,
   в которую и спрыгнул подросток, что бы не медленно развести бездымный костерок, как
   учили инструктора.
   Пока огонь прогорал, Никита обмазал окушков глиной, оказавшейся под рукой, за вернул их в лопухи и положил на малиновые уголья. Затем порылся в котомке и достав ру шник, расстелил его на траве вместо скатер ти, на который выложил поочерёдно хлеб, соль, флягу с водой и складную ложку-вилку.
   Вскоре завтрак был готов. Никита пере нёс рыбу на импровизированный стол, разве рнул лопухи и умело сковырнул с неё верх
   ний слой потрескавшейся глины. Черепки отделялись легко, вместе с приставшей к ним чешуёй, открывая испускающую пар бе ло розовую мякоть...
   Когда от окуней остались одни кости, он зарыл остатки пиршества в землю, залил угли водой и тоже присыпал речным песком,
   уничтожая все следы своего прибывания на берегу. С первым лучом солнца подросток закрепил на плечах котомку и шагнул в ре ку, неся под мышкой ласты, которые собира лся одеть в воде...
  
   * * *
   Сутки прошли с тех пор, как он очнулся
   от взрыва. Открыл глаза и удивился - он ле жал на противоположенном берегу озера, на затерявшейся среди скал небольшой песчан ной косе, хотя отлично помнил, что взрыв контузил его на середине водоёма, на прили чной глубине...
   Кто-то достал его со дна и перенёс в это укромное место. Но кто? Никита напряг память и сквозь туманную пелену стали про рываться обрывки смутных видений. Какая-то часть "вырубленного" сознания всё же про
   должала бодрствовать, частично фиксируя всё происходящее с ним. Вот бы подключить ся к этой информации почётче!
   Он попробовал сосредоточиться на ви дениях и у него получилось! Картинки обре
   ли яркость, цвет и чёткость. Так-так! Кто это
   подплыл к нему? Ага! Да это же Сом-сомыч, его старинный приятель!
   Как щенок потыкался сом носом в бок подростка, и не получив ответной ласки при задумался. Но не надолго! Уже в следующее мгновение огромная рыбина прихватила Ни китину руку в пасть и поволокла безвольное тело через всё озеро на этот тихий пляж, где не было ни стрельбы, ни взрывов. И где не праздновала победу смерть....
   Стоп! Никита встрепенулся. Сом приво лок его на мелководье, оставил в воде, а сам уплыл, поскольку ног не имел и гулять по су ше не мог. Так кто же выволок его из воды на берег? Кто был вторым его спасителем? Этого подросток вспомнить не смог...
Тогда он вскосил на ноги и вниматель но осмотрел песчанный берег. И сразу же увидел не слизанные ещё прибоем следы во лочения. Так-так! Понятно! Его за руку выта
   щили из воды, но кто? Ага! А это что?
   Никита так и замер на месте, обнару жив нечёткий след маленькой человеческой
   стопы. Изящный такой след, словно игрушеч ный. И это не была нога ребёнка! Скорее де вушки! Ну да, так и есть!
   И перед глазами его внезапно промель кнуло ещё одно видение, самое последнее. Это было улыбающееся личико симпатичной девчонки с длинными рыжими волосами и огромными зелёными глазами. Незнакомка, совершенно раздетая, на рассвете проплы вала под водой на мелководье и случайно наткнулась на бездыханного Никиту. Её губ ки смешно и беззвучно что-то залепетали бы стро-быстро, но вместо звука слов вырыва лись только пузырьки воздуха.
   Утопленник не отвечал. И тогда девчон ка поволокла его из воды. Она оказалась не такой слабой, несмотря на хрупкость стройно го телосложения. А затем снова ушла в озе ро... Об этом красноречиво вещали миниатю рнные следы, медленно но верно исчезаю щие под волнами.
   "Русалка! - озарило Никиту, - Конечно,
   Русалка! Живёт в озере, плавает голая, воло сы длинные, глаза зелёные... Определённо, меня спасла русалка! Рассказать кому - не поверят! Значит, и рассказывать не стоит, пусть это происшествие будет моей малень кой тайной!"
   С такими мыслями Никита и отправился
   искать следы бандитского баркаса, правиль но рассудив, что братья Носковы возьмут ку рс на море, которым будет проще удрать в Финляндию. А то ещё может статься, что у побережья СССР в нейтральных водах курси рует шпионское судно под каким-нибудь за падное вропейским флагом, готовое с распро стёртыми объятьями принять и бандитов, и их добычу...
   Но в этом месте вода из озера вытекала только через одну протоку, ведущую через переплетённую систему рек и озёр в море. Она находилась поблизости, поэтому Никита решил проверить её в первую очередь, для чего поплыл вдоль берега, у самого дна, всп лывая лишь затем, что бы определиться с ме стностью, и вскоре очутился на месте. Он бы стро и тщательно исследовал устье, но ничто не подсказало ему, что ночью тут прошёл ба ркас.
Неудача хоть и огорчила его, но ненадо лго. Подросток решил проплыть по течению ещё километра три, выискивая следы банди тов. Ведь он так не любил пасовать перед трудностями...
   "Удача ожидает упорных, кажется так гласит пословица" - подумал он, заметив в камышах левого берега какой-то странный плавающий предмет мышиного цвета. Прза ди осталось уже свыше километра, но ничего необычного до сих пор обнаружить не удало сь. Так что таинственная находка насторожи ла его и заставила поволноваться.
   "Что бы это могло быть? - гадал он, ме няя направление к заводи с камышами и уси ленно работая ластами- Ни утка, ни гнездо, ни коряга, ни сгнившие водоросли... Что?!"
   Предмет оказался шляпой профессора Эккельдорфа! Без сомнения, учёный сам спе циально зашвырнул её в реку, оставляя знак тем чекистам, которые бросятся за бандита ми в погоню.
   Никита взликовал: след был взят! Труд ная часть поисков позади, теперь осталось
   одно - баркас догнать и отбить своих. Задача не из лёгких, но он верил в себя. Его с бегле
   цами разделяло не больше шести-семи ча
   сов, они шли на машинной тяге, а он рабо тал одними ногами... Как тут не засомневать ся?
   Но, с другой стороны, не зная реки и не имея на борту лоцмана, бандиты наверняка на ночь вставали на якорь. Или шли самым
   медленным ходом. Он же мог плыть всю ночь, выделяя для сна лишь четверть часа в конце каждого четвёртого, как учили на кур сах...
   Убрав шляпу в котомку, Никита продол жил путь, уже ни чем не отвлекаясь. Он дер жался на поверхности, развив приличную скорость, словно торпеда бороздя фарватер протоки, который пролегал по её середине. Ближе к вечеру она влилась в более широ кую и полноводную реку, названия которой Никита уточнять по карте не стал, не было времени. Он всю ночь плыл по новому руслу и остановился лишь перед рассветом, что бы немного поспать на мелководье в осоке. Та кой рывок, по мнению пловца, сократил раз рыв по времени с бандитами втрое...
   * * *
   Не успел Никита войти в воду по коле но, как за спиной в лесу послышалось далё
   кое лошадиное ржание. У подростка мгнове нно сработал успевший выработаться реф лекс разведчика:" Если есть кони, то рядом находятся люди! Кто они? Что делают в этой
   глухомани?" Он резко развернулся, молнией выскочил на берег, на ходу убирая ласты в котомку, и, хоронясь за кустами объятыми ту маном, прокрался вглубь леса.
   Метров через сто Никита увидел едва заметную колею заросшего просёлка, тянув шегося вдоль берега реки и повторяющего все её изгибы. По нему, одна за другой, не быстро - не медленно катили подводы. Под
   росток насчитал их ровно полтора десятка, и на каждой сидело по два три человека.
  
   Все, как один, бородатые мужики, воо ружённые обрезами и наганами. Лица хму рые, сосредоточеннве, озираются на любой шум в лесу, нервно хватаясь за оружие...
   "Это банда кулаков! - сходу определил Никита, - И куда это они направляются, хотел бы я знать?"
   Ещё вчера на политзанятиях препода ватель рассказывал о прокатившихся по стра не кровавых выступлениях кулаков, которые Советская власть подавила железной рукой - сурово и беспощадно. Но кой-каким кулац ким отрядам удалось укрыться в глухих ле сах. По-видимому, это группировка была од ной из таких...
   От дерева к дереву, от куста к кусту следовал Никита за обозом, старась ничем се бя не выдать. Где-то через пол километра по
   дводы свернули к реке и остановились на широкой поляне, полого сбегающей к воде.
   На ней, вокруг догорающего костра, ра звалились трое бандитов. Все дружно дрема ли. Один из них, одетый в поддёвку и сукон ные штаны, заправленные в сапоги, первым услышал обоз и вскочив на ноги и нахлобу чив до глаз картуз с лакированным тресну тым козырьком, резво потрусил навстречу пе рвой подводе.
   Он и старший возница - сухощавый под вижный старик, один глаз которого сильно косил - обнялись, как родные, и тихо загово рили о чём -то, поминутно оглядываясь на ре ку. Никита, хоть и укрылся в зарослях на краю поляны возле самой воды, ни слова из их разговора так и не разобрал.
   Зато сквозь сполохи тумана он рассмот рел на реке стоящую на якоре баржу-самохо дку, о борта которой билась с пара привязан ных лодок-плоскодонок. В первое мгновение подросток принял судно за баркас беглецов и обрадовался, но тут же понял, что ошибся.
   На барже тем временем творилось что-то непонятное. Туман скрадывал голоса, но до берега всё равно долетали неразборчи вые и обрывочные фразы, выкрики, ругань, мольба, причитания и хохот. Что-то там на палубе звякнуло металлически и следом кто-то заорал от боли, а кто-то наоборот, заржал
   как жеребец. Треснул сухой выстрел и кри чать перестали, зато хохот разразился с но вой силой. Через минуту тишины снова всё повторилось: кто-то заорал, кто-то захохо тал...
   Косоглазый старик тем временем успел всё обсудить с бандитом в картузе и, повер нувшись к обозу, на правах командира подал остальным возницам знак заводить подводы задком к воде. Команда была выплнена теми чётко и быстро: подводы развернули и поста вили в ряд вдоль берега, лошадей привяза ли к кустам, после чего все вновь прибыв шие собрались возле костра, и, дружно зады мив самокрутками, стали внимательно слу шать дальнейшие указания командиров.
   "Картуз" и "косой" командовали напро полую, авторитет обоих, по-видимому, был непоколебим. Не прошло и минуты как де сять или пятнадцать зверского вида здоро венных бандитов, возглавляемых суровым стариком, загрузились в четыре плоскодонки и поплыли к барже. На дне одной из них воз вышалась груда каменных обломков, каждый из которых был размером не меньше чем в три-четыре человеческие головы. Остальные бандиты, под командованием "картуза", остались ждать на берегу у костра...
   Предчувствуя недоброе, Никита отполз от поляны подальше и прячась за камышами нырнул в реку. Он решил сплавать на баржу,
   которую, как он предположил, перехватила банда кулаков, и посмотреть, что же там всё-таки происходит...
  
   Глава 14. Казнь.
  
   Рассвет набирал силу, серая мгла нехо тя отступала, но туман над рекой никак не желал рассеиваться. Это было на руку Ники те, который осторожно вынырнув, показал над водой одни глаза. Баржа, покачиваясь
   на волнах, стояла на якоре посередине реки метрах в пятидесяти от него, значит он всё рассчитал правильно, когда плыл у самого дна.
   Окружённое молочной пеленой судно казалось ему то необитаемым островком в океане, то "Летучим Голландцем", парящим
   в облаках... Романтическую идилию разруши ли появившиеся на палубе вооружённые фи гуры приплывших с берега бандитов, кото рые начали сновать по палубе взад-вперёд. Увидев их, Никита без всплеска снова ушёл под воду, что бы в следующее мгновение по казаться под кормой баржи.
   Дизель молчал, гребной винт застыл как парализованный, поэтому Никита и рис кнул забраться на палубу именно с кормы. К
   тому же основная масса бандитов сосредото чилась на носу и от них его будет закрывать
   рубка рулевого.
   Конечно, винт мог заработать в любую
   минуту и искромсать его в клочья, но Никита
   чувствовал, что в данную минут этого не слу чится: баржа стояла на якоре и не было заме тно, что бы кто-нибудь на ней готовился к от плытию.
   Он пристроился в тени и посмотрев вве рх, чуть не вскрикнул от радости: над голо вой покачивался свисающий с палубы обры вок каната. Никита вскинул руку, поймал ко нец и пару раз сильно дёрнул. Канат дежал ся намертво. Тогда он сосредоточился на уси
   лии и молниеносно перебирая руками, через секунду взлетел вверх, упираясь ногами в борт баржи, как он это делал на полигоне во время тренироок.
   Перемахнув через низкий бортик, Ники та распластался на влажных от росы досках
   палубы и осмотрелся по сторонам. Кажется,
   ни его самого, ни его упражнений никто на барже не заметил.
   Зато он сразу же обратил внимание на мешки с песком, уложенные полукругом друг на друга. Они возвышались прямо перед ним метра за полтора. Это могло быть только пу лемётное "гнездо", прикрывавшее корму бар жи от нападения сзади. Однако в маленькой
   амбразуре никакого ствола пулемёта Никита не разглядел...
   Он бесшумной ящеркой скользнул по па
   лубе к мешкам и приподнявшись на одно ко лено, осторожно заглянул в "гнездо". Пуле мёт всё-таки был на месте, только смотрел "Максим" не на корму, а в сторону торцевой стенки рубки. Странно...
   Конечно, развернул его так глупо не красноармеец-пулемётчик, который лежал ря
   дом со своим метким другом лицом вниз и на
   спине которого под левой лопаткой расплы лось багровое пятно/спал на посту, его кула ки и зарезали/, а новый хозяин пулемёта - кряжистый верзила лет тридцати с испитым лицом и недельной щетиной на синюшных щеках.
   За каким лешим бандит повернул пуле мёт, оставалось только догадываться: возмо жно, ему приказали контролировать центр палубы и рубку? Поэтому он не только разве рнул оружие, но ещё и разворошил мешки с этой стороны, тем самым увеличивая сектор обстрела. Утомился, бедолага, от трудов пра ведных, присел, засмолил "козью ножку" и привалившись спиной к стенке "гнезда", в блаженстве прикрыл глаза... Расслабился, гад!
   Никита кинул быстрый взгляд на кула ков на носу судна и убедившись, что никто из них не смотрит в сторону кормы, легко пе рескочил через мешки в "гнездо".
   Верзила услышал напонятный шорох и
   лениво приоткрыл один глаз. Увидев перед собой присевшего голого и мокрого пацана с вещьмешком за плечами и кинжалом в руке, поперхнулся дымом, самокрутка выпала из округлившегося рта. Ни закричать, ни дотя нуться до кобуры с наганом на поясе, он не успел...
   Никита, словно пустившись в пляс впри сядку, из положения на "корточках" выбро сил вперёд правую ногу и впечатал пятку в солнечное сплетение бандита. Когда тот сог нулся от боли, он с силой вогнал кинжал в его темечко по самую рукоять.
   Верзила умер так и не пикнув. Подрос ток посадил труп ровнее, сунул в губы всё ещё чадящую " козью ножку " и прикрыл ра ну на голове красноармейским шлемом со споротой звездой. Ни дать ни взять - дремет человече! Кто посмотрит со стороны, так и подумает...
   Что за шум происходил по ту сторону рубки, на носу баржи, можно было узнать ли шь встав во весь рост. Сделать так значило выдать себя с головой. Так рисковать Никита не мог, поэтому он ужом переполз через раз бросанные по палубе мешки и скользнул к ру бке, откуда открывался вид на всю баржу и можно было вести наблюдение, оставаясь вне поля зрения кулаков.
   К задней стенке рубки привалилась по леница дров под куском брезента и на углу
   стояли две бочки из-под мазута литров на сто каждая. Между ними имелось узкое прост ранство, в которое и протиснулся Никита не снимая котомки. В следующее мгновение он уже незаметно выглядывал из-за угла рубки.
   Носовая часть палубы и весь левый бо рт просматривались как на ладони. Правый борт - частично, но это было не страшно, сто ило только выглянуть из-за другого угла. Но менять диспозицию наблюдатель пока не со бирался: его внимание приковала к себе гру ппа кулаков, может с дюжину, может поболе.
   Крепкие бородатые мужики, припоро шённые чем-то белым, выстроившись цепоч кой, трусцой спускались друг за другом по сходням в открытый люк трюма в центре па лубы и тут же поднимались наверх с пузаты ми мешками на плечах. Они бережно склады вали их штабелями на носу баржи, а другая команда из полудюжины бандитов не менее бережно опускала их в пляшущие на волнах лодки, некоторые из которых уже сделали по одной ходке на берег, где мешки перекочева ли на приготовленные подводы.
   От поклажи и грузчиков летела белая пыль, но это не смущало последних. Бандиты то и дело хрипло ржали, подначивая друг друга и по пути шпыняя кулаками под бока.
   Такая работа не казалась им в тягость...
   "Да это же мука! - догадался Никита, -
   Кулаки захватили баржу с мукой и грабят! Се
   йчас переправят все мешки на берег, загру зят на подводы и поминай как звали! А в стране - голод! Ай-яй-яй! Что делают, своло чи!"
   Внезапно на палубе появились новые действующие лица. В какой-то момент цепоч ка грузчиков разорвалась и из трюма вышла целая процессия: двое вооружённых обреза ми бандитов вывели наверх и поставили в ряд у левого борта четверых пленников. Все они выглядели как покойники, лица бледные и окровавленные, руки связаны за спиной...
   Никита, чувствуя как сильно заколоти ло сердце в груди, прикусил губу, что бы не
   застонать, до того ему стало жаль этих лю
   дей. Он сосредоточил своё внимание только на них.
   Самым крайним в ряду, ближе к нему,
   стоял матрос в распахнутом бушлате и разод ранной на груди тельняшке, за ним покачива лся из стороны в сторону полураздетый крас ноармеец с кубиками и шпалами младшего комсостава/лейтенант, кажется/ и кровавым пятном на правом плече. Справа его старал ся поддержать своим плечом интеллигентно го вида мужчина лет сорока с пенсне на но су. Замыкала строй миловидная тридцатилет няя женщина в косынке, жакетке и суконной юбке ниже колен. Она чем-то напомнила Ни ките "тётю Зину", растерзанную белобандита ми, и он безотчётно вздрогнул, вспомнив как
   поклялся ей отомстить налётчикам за всех безвинно убиенных в лаборатории-питомни ке.
   Несмотря на смертельную угрозу, никто из пленников не выказывал и капли страха.
   Лишь презрение и ненависть к бандитам чи тались в их горящих взорах.
   Откуда-то появился косоглазый старик
   в окружении трёх здоровенных парней и под ростка, вооружённых до зубов. Двое с обреза ми поспешили к ним присоединиться. Никита ещё на берегу собразил, что косоглазый яв ляется главарём этой шайки, поэтому удвоил внимание за ним и пленными..
   Старик подал знак и пленников взяли на мушку: шестеро вооружённых против чет верых безоружных. Остальные бандиты про должали грабить баржу, не отвлекаясь на происхдящее...
   - Ну что, господа хорошие! - начал допрос ко соглазый, поигрывая нагайкой, - Поговорим начистоту? Итак, я вас слушаю!
   Пленники угрюмо молчали.
   - Так-так! Молчим? - начал закипать старик, -
   Молчание, конечно, золото, но не всегда! Ве
   рно, матросик?
   Старик подскочил к моряку и с силой
   стегнул нагайкой по лицу. Но тот успел увер нуться, выругавшись так виртуозно крепко,
   что главарь на секунду опешил, а его окруже ние опустило оружие.
   - Ну вот! - расхохотался старик, - И голосок у
   человека прорезался! Но с матросиком мне всё ясно: по морям - по волнам, полундра, банки-склянки и прочее... Не интересно!
   - Ты, сука старая, мне ещё за капитана отве тишь, и за Гришку-моториста! - процедил сквозь окровавленные губы матрос, но ста рик сделал вид, что не услышал угроз и шаг нул к красноармейцу офицеру.
   Сунув ногайку под подбородок, припод нял разбитое лицо пленника и с удовольст вием заглянул в его бешенные от ярости глаза.
   - С этим воякой мне тоже всё ясно! - продол жал измываться главарь, - Дрых, дрых и всё
Царство Небесное профукал! Охрана называ ется! Военизированное сопровождение, мать вашу... Да в моё время с тебя за сон на пос ту семь бы шкур спустили и голым в Африку пустили. Разбаловали вас, вояк, Советы, ох разбаловали...
   - Да пошёл ты! - зло сплюнул кровью под но ги старику лейтенант, - Не спал я! Никто на часах не спал, отвечаю! Повар, сука, твой че ловек оказался! Потравил нас всех в ужин... Если бы не он, хрен бы ты баржу захватил!
   - Ха-ха-ха! - вновь заскрипел как несмазан ная телега главарь, - С поваром ловко полу чилось, ась? А кто всё придумал? Я, конеч
   но!
   Нагайка взвилась в воздух и опустилась на раненное плечо пленника. Тот пошатнул ся, скривившись от боли, но не издал ни зву ка. Главарь ухмыльнулся, но ничего не ска зал, быстро перейдя к мужчине в пенсне.
   - Кто меня из вас четверых больше всего ин
   тересует, так это вы, уважаемый!
   Мужчина в ответ кисло улыбнулся и по жал плечами.
   - Не понимаю, откуда такой пристальный ин
   терес к моей скромной персоне?
   - Скромной, говоришь? - наигранно удивился
   главарь и вдруг рявкнул, словно лев рыкнул, - А ну, отвечай как на духу: кто есть такой?
   Мужчина равнодушно вздохнул:
   - Вы же забрали все мои документы... В них ясно сказано, что я агроном из волостного Центрального Статистического управления. Прислан в район в командировку с целью оп ределиться с посевами и прикинуть перспек тивы будущего урожая...
   - Та-та-та! - ехидно покачал головой глава рь, - Видел я твои бумаги, в них всё толково и красиво прописано... Но я им не верю, вра ки какие-то... А ну, покажь руки!
   Пленник неспеша повернулся к старику спиной и Никита вместе с бандитами увидел его натруженные мозолистые ладони. Руки трудового человека не спутаешь ни с чем. Главарь конфузливо отступил на пол шага, тем не менее оставаясь при своём мнении.
   - Да, ты не белоручка, как некоторые! Из ра бочих, стало быть, или крестьян, мать вашу, перевешал бы всех... Так как же ты в агроно мы-то пролез, ась?
   - Я закончил ускоренные спец курсы при Се льхозакадемии в Петрограде. У вас мой дип лом, посмотрите...
   - Смотрел! Теперь ты посмотри и скажи, что это? - главарь сунул агроному под нос заско рузлую ладонь с чёрными катышками.
   - Это экскримены!
   - Правильно, говно! Но чьё? Козье или ове чье?
   - Затрудняюсь сказать...
   - Во-во! Какой же ты на хрен агроном, если в
   дерьме домашних животных не разбираешь ся?
   - Ну, знаете ли...
   - Знаю! Не верю я тебе, и весь сказ! Никакой
   ты не агроном...
   - А кто, по вашему? Вот, рядом стоит учитель ница, - мужчина кивнул на пленницу, - Она может подтвердить. Мы вместе с ней оказа лись на барже случайно! Нам нужно было съездить в Питер по делам, да! До ближай шей железнодорожной станции далеко, а тут такая оказия подвернулась. Вот капитан и согласился взять нас на борт, хотя это стро жайше запрещено инструкциями...
   - Во-во! - оживился главарь, - Именно, что запрещено! А вас взяли! Подозрительно!
   Мужчина промолчал, исчерпав все дово ды.
   - ...А мне сорока на хвосте принесла, - продо лжал главарь, - что на барже плывёт один
   чекист - бо-о-льшой начальник из органов. Большевик со стажем... Хитрюга, коих свет не видывал. Очень опасный злыдень! По-всему выходит, что он - это ты! Что скажешь?
   Агроном обречённо повёл плечами.
   - Думайте, что хотите, мне сказать нечего!
   - Ежели не ты, то кто? - продолжал допрос главарь, медленно переведя взор на учитель ницу, - Она, что ли?
   Он встал перед женщиной и нагайкой скинул с головы косынку - под ней оказалась
   длинная русая коса, свёрнутая в кольцо на затылке и прихваченная шпильками.
   - Слышь, учителька, ты чекистка? Большевич ка? Ась?
   Женщина возмутилась, гордо вскинув голову.
   - Прекратите безобразничать! Вы же пожи лой человек, а так нехорошо себя ведёте!
   Молчавшие до сей поры бандиты громы хнули хохотом.
   - Я поведу себя ещё хуже, ежели не скажете мне, кто из вас чекист! - пообещал главарь.
   - Не было на борту никаких чекистов! - про рычал в бессильной ярости матрос.
   - Кончай ваньку ломать, кончай куражиться, гад! - поддержал его лейтенан.
   - Ну, не было, так не было! - отшатнулся от пленников главарь, - Вам же хуже!
   - Что вы задумали? - женщина посмотрела старику прямо в глаза. Тот рассвирепел:
   - Что-что?! Казнить вас счас будем!
   Из-за спины главаря вывернулся пры
   щеватый подросток, неказистый и худосоч ный, по виду ровесник Никиты, но ниже на голову. Он остервенело передёрнул затвор
   направленого на пленников обреза и радос тно завопил:
   - Дед, дай я первым по ним шмальну!
   Главарь перекосился от злобы, отвесил
   внуку подзатыльник и за шиворот отшвырнул
   назад, к остальным бандитам.
   - Я те шмальну! Сколь говорено, не лезь по перёк! Аль мало я тебя учил? Ещё хочешь?
   Тады сымай порты...
   Внук затаился в толчее бандитов, не смея дышать. Обстановку разрядил бандит цыганской наружности, тронувший главаря за плечо.
   - Погодь, Харитоныч, с казнью! Дай нам напе рво попользоваться! Чего добру пропадать?
   - Это ты про что, Калистрат? - подозрительно ощерился главарь.
   - Дык я про учительку! Жалко такую кралю в расход пускать не потешившись вволю! Му жики вон какой месяц без баб, одичали вов се...
   Главарь на секунду призадумался, по том решил:
   - Нет! Неча терять время на шашни! Опасно!
   Сам видал, как давеча еропланы над лесом шныряли. Вас опосля жёнки ублажат! Раз я сказал, что казнить будем счас, так и будет - моё слово кремень.
   - За что же нас казнить? - воскликнула учите льница, - За то, что я ваших детей грамоте обучаю? Или за то, что агроном учит вас, что, где и как сеть? Или за то, что флотские
   товарищи превозят муку в голодающие рай оны, а красноармейцы её охраняют?
   - За всё сразу! - хохотнул главарь.
   - И каким манером вы собираетесь нас жизни лишить, уважаемый? - насмешливо поинтере совался агроном, - Расстреляете?
   - Не-а! Патронов на вас жалко! Я бы вас вздё
   рнул, да опять же - верёвок не хватает! Пото му мы вас утопим! Камень на шею и за борт.
   Калистрат! Тащите камни, вяжите их на грудь кажному...
   Поняв, что их судьба решена, матрос с лейтенантом принялись громко ругать банди тов, оскрблять по-всякому, видимо надеясь, что те не выдержат и открою пальбу. Всё-та ки мгновенная смерть от пули предпочтите льнее мучительного удушья под водой... Аг
   роном в свою очередь заявил, что главарь
   совершает большую и непоправимую ошиб ку, за которую скоро жестоко поплатится,
   чем вызвал буйное веселье бандитов, на вешивающих на шеи пленников те самые об ломки, что Никита видел в лодке.
   Одна учительница молчала, наверное
   ей уже было нечего сказать. Женщина безу частно наблюдала за работой своих палачей, плечом прижавшись к агроному и Никита мог поклясться, что заметил, как тот незаметно пожал ей руку...
   Минуты жизни пленников были сочте ны, медлить дальше было нельзя и Никита,
   решивший спасти этих людей во что бы то ни стало, выбрался из своего укрытия, молние носным броском преодолел расстояние от рубки до кормы, минуя пулемётное "гнездо", перелез через борт и по канату бесшумно соскользнул в реку.
   Уйдя под воду, он проплыл вдоль лево го борта до того места, где на палубе стояли
   пленники. Плотно прижавшись к судну, осто рожно всплыл, высунув на поверхность маку шку, глаза и уши и прислушался к голосам бандитов.
   - Первым матросика! - скомандовал главарь.
   В ту же секунду с палубы донеслись зву ки возни, матрос зычно матюкнулся, ахнула учительница, недовольно заворчали другие пленники. Ещё через мгновение в воздухе промелькнула человеческая фигура с камнем на шее. Бандиты сбросили в реку первую жертву.
   Раздался всплеск и матрос ушёл под воду, пуская цепочку пузырей. Но за мгнове ние до этого Никита успел нырнуть к месту
   его предполагаемого падения. Река хоть и отличалась прозрачностью, но в этот ранний час, когда солнце ещё не взошло над верхуш ками вековых деревье, на глубине двух мет ров уже было ничего не разглядеть - так, од на темень. К тому же по волнам плясали зер кальные блики...
   Главарь и Калистрат, перегнувшись че рез борт, с интересом вглядывались в водо ворот серебристых пузырьков, вызванных па дением тела.
   - Камнем на дно! - хохотнул Калистрат.
   - Да, один готов! - подтвердил главарь, воз вращаясь к пленникам и по староверски крес тясь на ходу двумя перстами, - Прими, Госпо ди, его душу грешную... Давайте следующе го!
   - Кого? - подскочил к нему Калистрат.
   - Красноармейчика!
   Этого разговора Никита не слышал. Вы ждав, когда матрос опустится метра на два - на три, щукой подскочил к нему сзади, левой
   рукой ухватил за ворот бушлата, удерживая
   на месте, а правой одним взмахом рассёк пу ты на руках за спиной. Матрос, почувствовав ший свободу, резко развернулся. Увидев спа сителя, он выпучил глаза и разинул рот от удивления. Никита же не медля пару раз чи ркнул острым клинком по верёвкам на его груди и обломок, увлекая обрезки, скользнул
   на дно.
   Затем он схватил матроса за рукав и по тащил за собой под днище баржи, что бы вы нырнуть под правым бортом, не охраняемом
   бандитами. Матрос быстро взял себя в руки,
   показав спасителю, что он тоже неплохой
   пловец и ныряльщик.
   - Т-с-с! - прижал палец к губам Никита, когда
   головы обоих показались над волнами у са мого борта, и шопотом добавил, - Никаких во
   просов, все объяснения потом. Сейчас плы вите под корму и ждите. Я - за остальными!
   Матрос молча повиновался, а подрос ток снова поднырнул под днище и в послед ний момент увидел, как на дно опускается очередной приговорённый. Он узнал в этом бешенно дёргающемся человеке раненного лейтенанта. Значит, бандиты топили пленни ков не выборочно, а по очереди, так как они стояли в ряду. И следующим должен быть казнён агроном. Учительница - в последнюю очередь...
   Никита проделал с лейтенантом всё то, что и с матросом: ухватил за ворот гимнас тёрки и освободил руки. Однако от камня тот
   избавился сам, перерезав верёвки собствен ным штык-ножом, который до поры прятал за поясом на спине под гимнастёркой. Собствен но, как подумалось Никите, у краскома с та ким оружием был неплохой шанс спастись и самому...
   Лейтенант тем временем покончил с грузом и деловито пожал протянутую руку
   подростка. Самообладания ему было не зани мать. Он только кивнул, когда Никита знака ми указал ему, что надо плыть под днище,
   на другую сторону баржи, и заработал нога ми, с которых бандиты успели стянуть казён ные сапоги.
   Он двигался медленно, тяжело преодо левая сопротивление течения лишь здоровой рукой - рана в другом плече давала о себе знать. Никита следил за ним с сочувствием, готовый сорваться в любую минуту на помо щь.
   Но к счастью, едва краском поднырнул под судно, навстречу ему выплыл матрос, уже без сковывающего движения бушлата. Флотский явно не желал оставаться в сторо не от спасения товарищей. Они узнали друг друга, обнялись, и так же в обнимку оба всплыли по ту сторону баржи. Никита почув ствовал облегчение - теперь за их жизни мо жно было не опасаться...
   В этот момент бандиты нарушили очерё дность и сбросили с баржи учительницу. Ни кита метнулся к ней, перехватил и стал осво бождать от пут и обломка. Женщина никак не реагировала на неожиданного спасителя: находилась в полу обморочном состоянии.
   И в этот миг у него над головой снова плеснули волны - на дно пошёл агроном. Как
   выяснилось позже, он и учительница действи тельно были чекистами, причём последняя - его женой. Ради её спасения он сам бросился
   вслед за ней в реку, совершенно не предста вляя, чем сможет помочь и ей, и себе. Ско рее всего он поступил так от безысходности и отчаяния, нежели надеясь на чудо...
   Положение сложилось аховое! Что бы
   кинуться на помощь тонущему агроному, Ни ките нужно было отпустить учительницу. Но она без сознания и её может унести течени ем, потом не найдёшь. Если же поднять её на поверхность и передать на руки матросу с краскомом, уйдёт время и агроном может за хлебнуться. Поэтому подросток разрывался на части не зная, что лучше предпринять. Наконец он покрепче прихватил учительни цу за талию и вместе с ней поплыл на перех ват агронома...
   В этот критический момент из-под бар жи появился матрос со штык-ножом в руке.
   Никита отреагировал мгновенно. Показав ему знаками, что бы тот позаботился о жен щине, сам налегке рванулся к последней же ртве бандитов и настиг его возле самого пе сочно-каменистого дна, где шелковистым ко вром стлались густые водоросли с торчащи ми тут и там корягами и валунами.
   Пока матрос, прижав учительницу к се бе левой рукой, усердно сучил ногами и заг ребал свободной рукой, что бы выплыть по ту сторону судна вместе с ношей на воздух, подросток уже ловко работал клинком за спи ной агронома, лицо которого просто вытяну лось от изумления.
   Оказавшись в воде, чекист камнем по шёл на дно, ни на что не надеясь. Глаза он
   однако оставил открытыми. Увидев под во дой жену вместе с обнажённым подростком, вооружённым кинжалом, а чуть позже и цело го и невредимого матроса, он было закричал от радости, но вода попала в рот и он чуть не захлебнулся. Когда рослый и видный пар нишка мгновенно освободил ему руки от ве рёвок и, срезав камень, поволок за собой под баржу, где секундой ранее проплыли ма трос с женой, он готов был расцеловать спа сителя.
  
   Глава 15. Сражение за баржу.
  
   К поверхности они выплыли рука об ру ку. Никита видел, что его подопечный нахле бался воды и потому опасался, что тот не справится с дыханием. Но агроном справил ся. Они одновременно вынырнули под кор
   мой, где их дожидались матрос, лейтенант и
   учительница, успевшая придти в себя. Все трое, опираясь кто на руль, кто на лопасти винта, приводили себя в порядок: матрос на тягивал на плечи разбухший от воды бушлат,
   лейтенант перевязывал рану потуже, женщи на отжимала и укладывала распустившуюся
   косу...
   Спасителя и спасённого они встретили с бурным молчаливым восторгом, поминуя о кулаках на палубе. Агроном, едва отдышав шись, подплыл к учительнице и обняв за та лию, спросил щёпотом в самое ухо:
   - Надя, ты как?
   - Как видишь, жива - здорова! - ответила та
   тихо и кивнув на Никиту, который лишний раз убедился в близости этих двоих, добави ла, - Благодаря самоотверженности этого нез
   накомого милого юноши!
   - Мы все живы только благодаря ему! - глухо подтвердил матрос, расправляя на груди бу шлат.
   Агроном, прищурившись, внимательно осмотрел Никиту с ног до головы, насколько
   позволяла прозрачность воды, намётанным
   взглядом отметил спец снаряжение подрост ка - боевые кинжалы в ножнах на поясе и прорезиненый вещьмешок за плечами - и за
   думчиво прошептал:
   - Насколько я понимаю, ваше появление здесь, юноша, абсолютно случайно, не так ли?
   - Совершенно верно! - согласился Никита.
   - А я отчего-то решила, что вас, как профес сионала, специально прислали нас спасти... -
   разочарованно протянула женщина.
   - Надя, опомнись! Никто никого нам на помо щь не посылал! Баржу захватили ночью, про шло всего несколько часов. В Центре и знать ничего не знают о нападении...
   - И я не успел послать сигнал тревоги, - ти хо посетовал лейтенант, - Повар, курва, и нас отравил, и рацию испортил. Но я его всё равно шлёпнул, перед тем как отключиться.
   - Так откуда же ты взялся, браток? - поинте ресовался моряк, - Как тебя звать-величать?
   Я приглядывался к тебе - плаваешь ты как щука, ныряешь как дельфин! Подготовочка у тебя - что надо! Глаз у меня на такие дела намётанный...
   - Да, молодой человек! - поддержала матро са учительница, - Откройтесь! Нам всем лю бопытно знать имя нашего спасителя!
   - А также должность и воинское звание, если это не военная тайна, разумеется! - добавил
   агроном.
   - Ну какие могут быть у мальца должность и
   звание? - удивился лейтенант.
   - Э-э, не скажи! - заспорил с ним матрос, -
   Слышал я краем уха байки об одном заведе нии в этих краях, где из таких вот ребят как раз и готовят подводников-профи...
   Все в ожидании уставились на улыбаю щегося Никиту, кторый лихорадочно сообра жал, как ему ответить на поставленные реб ром вопросы и при этом не сболтнуть лишне го. Конечно, часть правды о себе ему всё же придётся выложить, однако ни про научный городок, ни про био-лабораторию с питомни ком, пусть последние и лежат в руинах, он этим людям не обмолвится и намёком. Нель зя! Государственная тайна! Лучше напустить побольше туману, что бы они не смогли отли чить правды от вымысла...
   Другой вариант - взять сейчас нырнуть молча и исчезнуть навсегда из жизни спасён ных им людей. Но и это не выход! Эти четве ро наверняка начнут интересоваться, распра шивать, сами рассказывать, что породит мас су ненужных и вредных слухов и домыслов...
   Да и нельзя их бросать сейчас, когда кругом бандиты и всё ещё не кончилось...
   - Что ж, и я не прочь познакомиться с людь ми, которые перед лицом смерти показали себя настоящими героями. Зовут меня Ники та и я действительно боевой ныряльщик от ряда особого назначения ОГПУ. Вернее, пока ещё курсант. В этих краях выполняю секрет ное задание, которое одновременно являет ся и моим экзаменом. Выполню успешно - присвоят и звание и должность...
   - А если нет? - взволновано перебила женщи на.
   - Об этом не может быть и речи! - отрезал Ни кита, - Задание будет выполнено любой це ной! Я догоню баркас с бандитами во что бы то ни стало!
   На вашу баржу я вышел случайно - хо тел проверить, куда направляется кулацкий обоз - он и привёл меня сюда. Услышав про казнь, решил вмешаться. Остальное вам из вестно. Теперь я вынужден просить вас дать мне слово, что вы ни где, ни при каких обсто ятельствах не упомянете обо мне ни слова!
   Целую минуту спасённые обдумывали
   "признание" спасителя.
   - Такое слово мы вам даём, Никита! - отве тил за всех агроном, - Верно, товарищи?
   Учительница не удержалась и чисто ма теринским жестом погладила подростка по
   голове:
   - Это не укладывается в сознании. Такой юный и уже боец! Что стало с этим миром?
   Агроном покрепче прижал её к себе.
   - Классовая борьба, дорогая, не знает возрас та!
   - Я вас очень хорошо понимаю и поддержи ваю, товарищ преподаватель, - вмешался в разговор краском, - Но не пора ли определи ться, как нам быть дальше?
   - Нужно отбить баржу! - неожиданно выпа лил Никита, которому эта идея не давала по коя с самого начала.
   Бывшие пленники так и опешили. Агро ном быстро подплыл к нему вплотную, глядя
   прямо в глаза.
   - Было бы неплохо, юноша! Мы готовы выслу шать ваши предложения. Только учтите, бан
   дитов на барже ровно двадцать шесть чело век, я считал: шестнадцать выносят мешки из трюма и складывают на носу, четверо заг ружают лодки и переправляют муку на бе рег, и ещё шестеро - косоглазый главарь со свитой - контролируют обстановку. И все они прекрасно вооружены...
   - Мой план такой... - заговорил с пылом Ники та, дотягиваясь до каната над головой, - Сна чала мы поднимаемся по нему на палубу...
   - Не пойдёт! - быстро возразил краском,- Над нами пулемётное гнездо. За пулемётом - бан дит. Он нас срежет одной очередью!
   - Уже нет! - нахмурился Никита, - В смысле:
   гнездо с пулемётом есть, а бандита нет... В живых... Вы сами с пулемётом дружите?
   - На "ты"! - лейтенант подобрался, глаза его
   заблестели.
   - Он ваш! Подняться по канату сможете? Ра на не помешает?
   - Смогу! Плечо почти не болит и уже не кро воточит.
   - Хорошо! Вторым номером к вам пойдёт учи тельница! Справитесь? - обернулся он к жен щине.
   - Не сомннвайтесь! Приходилось как- то...
   - Жена скромничает! - вмешался агроном, -
   Она отменная пулемётчица!
   - Отлично! Вы возьмёте под контроль левый борт и весь центр палубы с частью правого
   борта.
   Мы трое, вооружившись винтовкой крас ноармейца, обрезом и наганом бандита, про крадёмся к рулевой рубке, обойдём её с пра вой стороны и откроем по кулакам-грузчикам
   и главарю с охраной прицельный огонь, вы нуждая их искать спасения либо в трюме, ли бо у левого борта за мешками с мукой.
   Когда их там наберётся достаточно, в дело вступит пулемёт. Думаю, они все там быстро полягут... Потом мы снимемся с якоря
   и уйдём прежним маршрутом.
   - Дельный план! - одобрил матрос, - Может сработать. Я могу встать за штурвал и пове сти судно, но вот кого поставить к машине?
   Моториста - то убили...
   - Меня! - вскричал агроном, - Мне эта техни ка с детства знакома.
   - Решено! - просиял Никита, как только сни мемся с якоря, я лягу за пулемёт на носу и
   мы вместе с кормой одновременно обстреля ем бандитов на берегу!
   - В первую очередь нужно изрешетить лодки у берега, что бы им не на чем было пустить ся в погоню! - подсказала учительница.
   - Верно! - Никита поднял вверх руку, вцепил ся в канат и подтянулся, - Начали!
   Второй раз за утро он вскарабкался на баржу. На этот раз у него даже получилось быстрее. От борта он перекатился к гнезду и
   заглянул внутрь. Там ничего не изменилось,
   только козья ножка в губах покойника без раскурки погасла. Прихватив обрез и наган
   бандита он ползком вернулся к борту и по мог подняться матросу, который полез вто рым.
   Спустя мгновение они обьединёнными усилиями буквально втянули на палубу учите льницу, а затем и краскома. Пока лейтенант готовил пулемёт к бою, а второй номер "об живал" гнездо, создавая удобные условия для стрельбы, на борт поднялся агроном.
   Он вооружился наганом бандита, а об рез протянул Никите. Но тот отрицательно
   мотнул головой и извлёк из вещьмешка имен ной револьвер с кольтом, увидев которые ма трос с агрономом многозначительно перегля нулись. Отказался от обреза и флотский, пре дпочтя винтовку убитого красноармейца...
   - Все готвы? - спросил шёпотом Никита, - Тог да пошли!
   Не сговариваясь, бывшие пленники еди нодушно передали командирские полномо чия своему спасителю...
   - За мной ползком! - Никита первым выдвину лся из-за мешков и быстро прополз к задней стенке рубки. Заняв прежнюю позицию меж ду бочек, он взял на мушку бандитов, кото рые к тому времени перестали таскать муку из трюма и развалились на палубе отдох нуть. Подле них крутился главарь с помошни ками. Косоглазый старик то и дело с беспо койством оглядывал берега и реку. Никто из
   бандитов ни разу не посмотрел в сторону ко рмы.
   Никита оглянулся. Лейтенант, учитель ница и остальные лёжа прятались за бруст вером из мешков. Гнездо казалось пустым,
   если не считать сидящего бандита и пулемё та, который едва выглядывал из амбразуры.
   Тем не менее он знал, что его соратники вни мательно наблюдают за ним в щёлочки, ожи дая сигнала. И он дал короткую отмашку.
   Буквально через пол минуты агроном с матросом подползли к поленнице дров, где их встретил Никита, покинувший укрытие в бочках. По одному они обогнули правый зад ний угол рубки, проползли по узкому прохо ду между её стенкой и бортом и выглянули из-за переднего угла.
   Палуба открылась как на ладони. Банди ты продолжали отдыхать, лениво отбрёхива ясь от поторапливавшего их главаря. Часть из них развалилась прямо на мешках, свале нных вдоль левого борта, часть уселась вок руг люка, свесив ноги в трюм. Все дружно смолили самокрутки, балакали разговоры и беззлобно матерились. Главарь в конце кон цов махнул на них рукой и спустился с внуч ком в трюм, что бы подсчитать оставшиеся там мешки.
   Никита переглянулся с агрономом и ма тросом и они снова укрылись за углом рубки, что бы пошептаться.
   - Момент для атаки, кажется, подходящий! - выразил общее мнение агроном.
   - Дождёмся, когда главарь поднимется из трюма и начнём, - предложил матрос.
   Никита собрался добавить, что разум но было бы подстрелить его одним из пер вых, но не успел. Кто-то из бандитов, сидя щих на мешках у левого борта, вдруг обра тил внимание на корму и пулемётное гнездо.
   - Гляньте, братцы, что за хрень? Мы тут гор батимся, а Стёпка, паразит, дрыхнет без зад них ног! Смотрю на него, смотрю, а он, хо рёк, так ни разу и не шелохнулся. Рази так
   на часах стоят?
   Все бандиты, предчувствуя новое раз влечение, как по команде повернули головы
   в сторону Стёпки.
   - И впрямь дрыхнет!
   - От сволота!
   - Гоните его сюды, раз такое дело!
   - Пущай как и мы мешки потаскает!
   - Точно, неча лодыря гонять!
   - А и то! Стяпа-а-ан! А, Стяпа-а-ан!
   - Подь к нам, харя не умытая!
   - Неча от коллективу отрываться, ступай ра
   ботать!
   Мёртвого бандита, естественно, призы вы товарищей не трогали ни в коей мере.
   - Ты токмо глянь, братцы, ён и ухом не ве дёть...
   - А вот я ему! - вскочил на ноги бандит, пер вым обративший внимание на Степана. Вып люнув окурок, он сжал пудовые кулаки и ре шительно шагнул вдоль борта к корме.
   Никита поднял обе руки с оружием, нап равив кольт на правдолюбца, а наган в сто рону трюма, из которого вдруг появился гла варь с внучком-недомерком и недоумённо за озирался по сторонам.
   - Чё тут у вас? Чего разгалделись?
   - Огонь! - тихо скомандовал Никита, нажимая на спусковые крючки
   Два его выстрела слились в один. Одна пуля срезала прыткого бандита, вторая дос талась главарю - тот рухнул в трюм как под кошенный. Вслед за ним, выронив обрез, по летел и внучок.
   Слева и справа от него бухали непреры вные выстрелы: агроном с матросом посыла ли в бандитов пулю за пулей, а те, как и рас читывали атакующие, бросились к левому борту ища спасения за мешками с мукой или в реке. Про оружие они не то что бы забыли,
   просто после казни побросав обрезы и рево льверы где попало, теперь не могли до них дотянуться.
   Впрочем, два-три ответных выстрела всё же прозвучало. Стреляли бандиты из свиты главаря, в обязанности которых входи ли и функции охраны, поэтому оружие было при них постоянно. К счастью, стрелками они оказались неважными, никто из троих вставших в полный рост у правого борта мстителей, не был даже ранен.
   Повторного залпа бандитов не последо вало - Никита, мгновенно выделив стрелков из общей людской массы, четырьмя меткими выстрелами "успокоил" их за пару секунд.
   И тут заработал "максим"! Кто вёл ого нь, лейтенант или учительница, неизвестно, но только свинцовый ливень буквально в до ли секунды выкосил всех бандитов у левого борта, успевших укрыться за мешками с му кой. Трое или четверо оставшихся в живых в отчаянии кинулись назад к трюму, но их вст ретили новые выстрелы Никиты, агронома и матроса, при виде которых бандиты замерли на месте с открытыми ртами и выпученными глазами. Им представилось, что в них палят привидения. Они так и умерли, убеждённые
   в этом. Их трупы скатились по сходням в трюм. Стрельба мигом прекратилась, в жи вых не осталось ни одного бандита. На реке
   воссановилась заповедная тишина...
   И в этот миг из трюма, прихрамывая пуще прежнего, поднялся ...главарь! Косо глазый чёрт оказался живуч, Никита не убил его, а только ранил. Старик, сгибаясь под тяжестью ноши, нёс на руках труп внука.
   - Будьте вы прокляты, варнаки! - прохрипел он надсадно, - За что внука убили?
   Увидев и узнав агронома с матросом, осёкся, побледнел и отступил назад.
   - Чур меня... Чур меня... Чур...
   С кормы прибежали лейтенант и учите льница. Краском ни слова не говоря вырвал из рук матроса винтовку, пристегнул к ней свой штык и подскочив к главарю с размаха
   вогнал его тому в грудь на всю длинну.
   - А за что нас утопил? - он спустил курок, раз дался трескучий выстрел и пуля отбросила два трупа, старого и малого, назад в трюм.
   Учительница вскрикнула, отвернувши сь, спрятала лицо в ладонях. Агроном, успо каивая, обнял её за плечи и что-то зашептал на ухо. Матрос одобрительно хмыкнул, пох лопал краскома по здоровому плечу и вер нул свою винтовку. Никита отнёсся к страш ному убийству главаря филосовски: не они нас, так мы их...
   Оставшиеся на берегу бандиты, нако нец разобравшись в причине стрельбы на ба рже, открыли беспорядочную стрельбу, пули засвистели над головами победителей в опа сной близости.
   - Ложись! - крикнул краском и в следующее мгновение, согнувшись, метнулся под прик рытием рубки на корму к пулемёту, как и до говаривались.
   Матрос упал на палубу и быстро пополз в рубку.
   - Никита! - крикнул он на ходу, - Ползи на нос, режь якорный канат!
   Обернувшись к агроному, который укры вал от пуль жену за мешками на левом бор ту, прокричал вторично:
   - Андрей Ильич! Спускайтесь в машинное от деление, запускайте дизель!
   Агроном сунул жене в руку револьвер, скатился по сходням в трюм и через минуту оттуда донеслось тарахтение двигателя. Ни кита без труда расправился с туго натянутым канатом, после чего, развернув пулемёт в сторону берега, стал посылать короткие при цельные очереди то в бандитов, то в лодки, в которые они садились. Краском с кормы по ливал длинными, яростными очередями, изб рав целью и бандитов, и подводы, и лоша дей. Косил так, что только щепки летели. На кипело, видать, у мужика, решил отыграться за всё сразу. Учительница, лёжа среди горы трупов, тоже гнала врагам одну меткую пулю за другой. Вскоре от банды ничего не оста лось, выжившие в мясорубке кулаки поспеш но скрывались в лесу, ни о каком преследо вании они уже и не помышляли...
   Освобождённую от якоря баржу подхва тило течение. Матрос, заскочив в рубку, встал за штурвал, с остервенением накручи вая его, что бы выправить ход. Вскоре непри
   ветливые берега остались далеко позади. Аг
   роном на минуту поднялся на палубу.
   - Как вы тут?
   К нему метнулась учительница, на ще ках её блестели слёзы радости.
   - Мы вырвались, Андрей!
   - Вижу! - улыбнулся он и обнял жену.
   К ним подошли краском и Никита.
   - Какие будут указания, Андрей Ильич? - спросил лейтенант.
   - Собери трупы наших товарищей в одном ме сте. Лучше в трюме... Всех бандитов - за борт!
   И, обернувшись к высунувшемуся из ру бки матросу, приказал:
   - Так держать, Фёдор! Следуй прежним кур сом!
   - Есть! - матрос козырнул и вернулся к штур валу. Лейтенант, несмотря на раненное пле чо, начал за ноги сволакивать трупы банди тов к борту и спихивать их в реку, провожая каждого в последний путь смачным плевком.
   Загадочный агроном, которому все под чинялись бесприкословно, вместе с не менее загадочной женой-учительницей, стреляю щей не хуже самого Никиты из всех видов оружия, подошёл к подростку и широко улы бнулся.
   - Вы с нами, молодой человек? - спросила же
   нщина.
   - Увы, сударыня, долг обязывает меня верну ться к моим делам.
   - Тогда прощайте! И не пуха вам, ни пера!
   - Прощайте, сударыня!
   - А я не прощаюсь! - подмигнул жене агро ном, - Что-то подсказывает мне, что мы ещё свидимся, коллега! Так что спасибо и ...дос видания!
   Никита пожал плечами.
   - Почему бы и нет? Мир тесен, и кто знает, как заманчиво переплетены в нём судьбы многих людей?
   Агроном ещё раз крепко пожал ему ру ку и в сопровождении жены спустился в ма шинное отделение. Лейтенант, сбросив оче редной труп за борт, тщательно вытер руку о штанину и в свою очередь тоже пожал под ростку руку.
   - Ты молодец, спаситель! Век не забуду, и детям про тебя расскажу, их у меня двое - мальчик и девочка. Спасибо от всех нас!
   Никита убрал оружие в котомку, прове рил снаряжение и шагнул было к борту, но тут из рубки высунулся матрос по имени Фё дор и поманил его пальцем.
   - А со мной проститься не желаете, юноша?
   Прошу заглянуть ко мне на пару минут.
   Никита вошёл в рубку.
   - Слушай, спаситель! - сказал матрос, пыхтя
   трубкой, - Милях в пяти отсюда, вверх по те чению, там где река делает изгиб, на левом берегу имеется протока...
   - Я проплывал там сегодня ночью и не видел никакой протоки! - удивился подросток.
   - Немудрено! Она сильно заросла, её и днём
   то не увидишь, если не знать. Так вот, позав чёр вечером, когда стемнело, мы проходили мимо и я заметил в глубине её за листвой си
   луэт баркаса с людьми на палубе. Значения тогда не придал, а ныне подумал: не тот ли баркас ты ищешь?
   - Куда ведёт та протока? - заволновался Ни кита.
   - Знаю, что к большому озеру, а из него че рез другие рукава можно и в море попасть.
   Но я в тех краях не был, только слышал, что там сплошная глухомань, настоящий медве жий угол.
   - А вы не ошиблись насчёт баркаса?
   - Обижаете старого речника, молодой чело век! - насупился Фёдор, - Я с четырнадцати лет во флоте и на зрение до сих пор не жалу юсь.
   - Извините! - обезоруживающе улыбнулся Ни кита, - У вас случайно не найдётся карты
   этой местности?
   - Всегда пожалуйста! - Фёдор протянул план шет капитана и когда Никита извлёк из него карту и разложил её на приборном щитке,
   ткнул пальцем, - Вот наша река, а это та самая протока... Видишь, она впадает в боль шое озеро, которое соединяется рукавом с
   другим. А уж из него вот по этой реке можно выплыть к морю. Тут повсюду так - целая це почка рек и озёр...
   - Понятно!
   "Так вот каким путём белобандиты добра лись незамеченными до научного городка!" -подумал он, гадая, спросить матроса, почему
   агроном назвал его коллегой или нет, - Да что там спрашивать? И так всё ясно: агроном и есть тот "большой" чекист, которого искал
   главарь. И жена его - помошница - из той же конторы. У них особое задание..."
   - Так и поплывёшь против течения до самой
   протоки? - прервал Фёдор размышления под ростка, - Хоть бы лодку взял, всё легче бу дет!
   "Это идея!" - обрадовался Никита и распро щавшись с матросом, вышел на палубу. Нес колько бандитских плоскодонок тащились вместе с баржей, привязанные к левому бор ту за чалки. Он выбрал самый маленький и лёгкий челнок, убедился, что вёсла на месте и спустившись в него, перерезал трос.
   Лейтенант с палубы помахал ему вслед
   и он приналёг на вёсла. Вскоре баржа оста лась позади. Никита прижался к правому бе регу, опасаясь, что оставшиеся бандиты от кроют по нему огонь. Но на пологой поляне с погасшим костром никого не оказалось. Тру пы людей и нескольких лошадей живописно
   усыпали берег. Между ними кособочились две-три разбитые пулями повозки, да в воде плавали полу затопленные лодки...
   Никита усиленнно грёб, больше ни на что не отвлекаясь. Пять миль вверх по реке он расчитывал пройти за час...
  
   Часть вторая.
   Сокровища новгородского купца.
  
   Глава 16. Рассказ незнакомца.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
   0x01 graphic
  
  
  
  
   - 139 -
   0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
0x01 graphic
  
  
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"