Аннотация: Иногда я летаю на самолетах. И тогда мне кажется... Но я не крещусь. Я пишу.
САМОЛЕТ
- Следующий! - Пожилая служащая аэропорта требовательно протянула руку.
Мальчуган, стоящий напротив нее, упрямо мотнул белобрысой головой.
- Талон! - Усилила нажим тетка в форме.
- Не хочу! - Парень был готов заплакать.
Но пока еще крепился - только отступил на шаг, под защиту матери.
- Может... Не полетим? - Женщине передалось настроение сына.
- Ты в курсе, сколько стоит билет? - Сурово посмотрел на женщину ее супруг, дородный мужчина в деловом костюме.
- Да... - Без пяти минут пассажирка смотрела на мужа затравленным взглядом. - Но Ванька...
- Следующий! - Проревела пожилая служащая совсем уж грозным голосом.
Настолько, что ее молодая товарка вздрогнула. Ей, вчерашней практикантке, было жаль ребенка:
- Может быть... - Девушка неуверенно указала на парня. - Ему не стоит лететь?
- Тогда пускай выйдет из очереди, и не мешает другим заниматься делом, - поморщилась бывалая работница. - Следующий!
Белобрысый мальчуган, а за ним его родители, отошли в сторонку.
- Ты хоть понимаешь, сколько я отвалил... - Нависал над сыном отец. - Да ты даже представить себе не можешь...
Мальчик слушал родителя, упрямо сжав кулаки. Ему, десятилетнему, было все равно.
- Что случилось? - Перед парнем сидела на корточках молодая служащая аэропорта. - Ты не хочешь в самолет?
- Ваня не хочет в Диснейленд. - Сурово произнес родитель. - Он, видите ли, боится! Сам же упрашивал свозить его на "родину карате"! И вот теперь, когда мы с матерью взяли отпуск...
Мужчина мог не продолжать. Услышав слово "карате", мальчик еще сильнее сжал и без того побелевшие кулаки. И, обойдя отца, пошел отдавать талон...
Самолет постепенно заполнялся.
***
- Уже скоро. - Худенькая девушка уткнулась носом в иллюминатор. - Я люблю взлеты.
Из окна виднелась узенькая полоска асфальта, и целое поле травы, выгоревшей на солнце.
- А я не очень. - Спутник девушки просто констатировал факт. - Взлет и посадка - самое опасное в...
- Знаю, - отвернувшись от окна, девушка в упор посмотрела на молодого человека. - Но именно в эти моменты я чувствую, что нужна самолету.
И она, выдав эту непонятную сентенцию, вернулась к своему занятию. Железная птица, чуть подрагивая крыльями, катила по аэродрому.
- Дамы и господа, - говорил командира корабля. - Наш самолет...
В проходах стояли бортпроводницы в оранжевых спасательных жилетах - показывали пассажирам: как себя вести при задымлении салона, где расположены запасные выходы...
Любительница взлетов и посадок не обращала внимания на стюардесс. Она сидела, отвернувшись к иллюминатору.
- Ты не слушаешь... - Тронул парень за рукав свою спутницу.
- Не мешай! - Не поворачивая головы, отозвалась та. - Слышишь, как заревел двигатель? Сейчас...
Молодой человек, пожав плечами, отвернулся. Он и так знал, что до разбега, а там, и до взлета, осталась какая-то минута...
... Юлька оторвалась от иллюминатора только тогда, когда самолет перешел в горизонтальный полет.
- Кола, Бонаква, апельсиновый сок? - Красивая девушка толкала тележку по проходу. - Да-да, кладите пакетик вот сюда. Влажную салфетку не желаете? Кола, Бонаква,...
Юлька не хотела пить. Она собиралась поделиться радостью со своим спутником - радостью от того, что самолет взлетел. Но молодого человека не было рядом, на его сиденье лежала книжка, корешком вверх - что-то о снах и психологии.
"Сон - это хорошо", - улыбнулась Юлька.
И девушка, свернувшись калачиком в неудобном кресле, начала засыпать...
"Снова полет". - Сказал кто-то. - "И вчера, и сегодня... И завтра..."
"А?" - Вздрогнула во сне Юлька.
"Снова полет..."
Слова были произнесены на совершенно незнакомом языке, но девушка отлично понимала своего собеседника. А еще она видела свинцовое море. И лиловое небо, и огромное, спокойное светило, уже коснувшееся нижним краем водной глади.
"Какой странный сон", - подумала Юлька.
"Это не сон", - вздохнул кто-то. - "Это мое воспоминание. В тот вечер..."
...В тот вечер солнце садилось особенно долго. На небе одна за другой зажигались красные звезды, над горизонтом вставала зеленая луна. Вторая, черная, уже целую неделю висела в зените. Откуда она взялась, Свободный Ветер не знал. Но он всю неделю, по просьбе своего отца, вождя многочисленного драконьего народа, прилетал на берег моря - подальше от поселения крылатых ящеров. Садился на скалу, торчащую над водой, и наблюдал за странным небесным объектом. В любую погоду. В дождь ли, когда странная луна угадывалась лишь тонким чутьем дракона-мага. Или как сейчас, в безветренный тихий вечер, когда черный круг проступал в сумеречном небе. В тихий вечер, когда прекрасно-чешуяя Лазурный Ручей, должно быть, летела к берегу стремительной горной речки, чтобы, глядя на скачущий поток, ждать своего возлюбленного. Но Свободный Ветер не мог быть с ней: он - самый сильный маг своего народа - дал обещание отцу, он должен был наблюдать за странной луной.
А с "черной луны" на дракона смотрело двуногое. Лишенное чешуи, шерсти или, на худой конец, перьев...
- ...есть будешь? - Вклинился в Юлькино сознание знакомый голос.
Девушка, вздрогнув, открыла глаза. Свинцовое море исчезло. Перед ней сидел верный друг, Дмитрий.
- Есть будешь? - Повторил он.
- Я... - Юлька все еще находилась там, в своем странном сне.
- Я... Не знаю. - Девушке, и впрямь, было все равно.
А вот красивое лицо бортпроводницы исказила нетерпеливая гримаса. Ее ждала еще целая треть салона! И тут - эта...
- Дайте нам, пожалуйста, две курицы. - Молодой человек, мельком глянув на свою спутницу, решил взять ситуацию под контроль: девушка спала. Спала с открытыми глазами, вводя тем самым присутствующих в заблуждение.
- Спасибо! - Юлька прекрасно осознавала то, что не может дать вразумительный ответ торопливой стюардессе.
Она слышала шелест волны, набегающей на берег - несмотря на то, что смотрела, как бортпроводница раскрывает и закрывает рот. А потом и катит тележку дальше по проходу...
- Юлька... - Дмитрий ласково обнял свою подругу. - Рис с шафраном, как ты любишь...
"Интересно, а что едят драконы?" - Девушка смотрела сквозь плошку с пирожным: - "Наверное, ему бы не понравилось..."
Но Юлька не была уверена на сто процентов. А потому она, тряхнув головой, прогнала остатки странного сна, и принялась за еду. Птичка была старой, а крупа - недоваренной. Но голодной путешественнице и такой, с хрустом и скрипом жующийся ужин, казался верхом блаженства. Кроме того, ее ждало сладкое...
- О чем ты думаешь? - Дмитрий, прикончив свой ужин, смотрел на свою спутницу.
- Мало... - шмыгнула носом Юлька.
Пирожное было вкусное. Но его количество только раздразнило сладкоежку.
- Держи! - Великодушно предложил молодой человек свою порцию.
- А ты? - Юлька виновато посмотрела на своего спутника.
- Бери-бери! Тебе вкуснее.
Девушка, повторно шмыгнув носом, но уже от благодарности, схватилась за плюшку. Но ко рту не донесла:
"Вкусно?" - Послышалось ей.
- А? - Принялась озираться по сторонам Юлька.
Голос не повторился. Зато на табло загорелся знак "пристегните ремни". Самолет входил в зону турбулентности...
- ...А еще там было свинцовое море... - Юлька, наконец, закончила с десертом, и теперь рассказывала свой недавний сон. - И, ты знаешь, что мне показалось самым странным?
- Что? - Парень не слушал девушку. Он любовался ее горящими глазами.
- То, - Юлька не замечала невнимательности своего спутника, - что от моего сна веяло куда большей реальностью, чем от происходящего.
- То есть? - Сконцентрировался Дмитрий: собеседнице наконец-то удалось завладеть его вниманием.
На самом деле, молодой человек часто спрашивал себя: почему им так интересно вместе? И неизменно сам себе отвечал: потому что он был реален, до мозга костей, а его спутница - медиум. Не настолько сильный, чтобы за ней начали охотиться журналисты и страждущие помощи. Но и не настолько слабый, чтобы этого не заметил Дмитрий - уже через пару месяцев после знакомства. Случались с Юлькой и внезапные трансы: порой она выпадала из реальности; иногда произносила какие-то бессмысленные, и редко - гениальные речи.
Но в данный момент девушка и не думала отключаться:
- Ну... - Говорила Юлька. - Тебе не кажется странным, что эта тяжелая махина... - Она обвела рукой салон самолета, а потом указала на относительно небольшое крыло, виднеющееся в иллюминаторе. - Летает?
Путешественница, не ответив, наклонила голову вправо. Она была на лекции. На которой обаятельный дядька чертил мелом изогнутую каплю - крыло самолета в разрезе. Помнила студентка и то, как лектор пририсовывал стрелки сил к "капельке". Больше того, она даже отвечала эту тему на экзамене! И получила "пять баллов"...
- Так помнишь, или нет? - Не дождался Дмитрий ответа.
- Помню, - честно ответила Юлька. И добавила, еще честнее: - Но не поняла ровным счетом ничего...
- Ну ты даешь! - Повторно возмутился молодой человек. - Ты же студентка третьего курса! Не стыдно?
Юлька пожала плечами. Во-первых, она только-только перешла на третий курс. А, во-вторых, ей не было совестно: она чувствовала - нет, знала! - что лектор сам не понимал, о чем говорил. И, наконец, медиум была уверена в том, что тот самолет, в котором они сейчас находились - живой. Но... Димка так искренне за нее переживал, что это не могло не тронуть девушку:
- Может, объяснишь? - Улыбнулась она своему спутнику. - У тебя всегда так понятно выходит!
- Почему бы и нет? - Парень, прохрустев пальцами, принялся излагать принципы воздухоплавания и самолетолетания.
Рассказывал он, и впрямь, понятно. Настолько, что Юлька даже начала "въезжать в тему": в тягу, в подъемную силу крыла самолета...
Но потом подали чай, и молодой человек прервался. А когда он снова повернулся к девушке, чтобы продолжить лекцию, та уже спала...
- Быстро же ты, - усмехнулся Дмитрий.
Молодому человеку не было грустно от того, что Юлька не дослушала "лекцию" - ведь он мог продолжить "ликбез", когда та проснется. А путешествовать им предстояло еще долго - в саму страну восходящего солнца. Они вылетели, когда в Москве было семь вечера. А приземлиться должны были утром, в десять, по местному японскому времени.
Самолет, чуть вздрагивая исполинским телом, влетал в ночь...
...Двуногое напало. Подло, без предупреждения, без приглашения на честный бой - как только вышло из телепорта. За ним, хлипким, лишенным брони, была сила магических амулетов. Настолько мощных, что Свободный Ветер, лучший маг своего народа, не учуял врага до поры до времени. А когда попался в ловушку, было уже поздно. И взлетать, и давать волю огню. Могучие крылья ящера, способные в мгновение ока поднять его выше облаков, были спеленуты чуждой магией, и не могли пошевелиться. Огонь, верный друг дракона, не хотел извергаться из пасти. А сам Свободный Ветер только и мог, что смотреть на невзрачное инопланетное существо. Слушать его каркающую, хриплую речь, и понимать - двуногому понадобились жизни. Жизни двухсот драконов.
И Свободный Ветер понял, с кем имеет дело: двуногое оказалось некромантом - управляло силой жизни и смерти. Но, по иронии судьбы, не могло жить долго...
"Ты зря теряешь время", - сказал тогда пленник. - "Тебе не совладать с нами".
Дракон угадал. Маг не справился бы и с двумя ящерами, не то что с целым народом. Мощи амулета хватало лишь на то, чтобы спеленать только одного дракона.
"Двести килограммов золота". - Двуногое предвидело, что пленный может и поторговаться.
"Нет". - Свободный Ветер не стал спрашивать, что означает "двести килограммов" - но это было и неважно.
"Две тысячи килограммов".
"Нет", - не раздумывая, ответил ящер.
"И задаром ты мне не поможешь?" - Скрывая разочарование за напускной иронией, осведомилось двуногое.
Ему неоткуда было ждать помощи. На "черной луне" - космическом корабле - никто не догадывался ни об истинной природе мага жизни и смерти, ни о его изысканиях. Ему, официально второму механику научно-исследовательской экспедиции, приходилось действовать в одиночку. И урывками, на свой страх и риск...
"Ты мне не поможешь?" - Не дождалось двуногое ответа дракона.
"Нет". - Четко ответил Свободный Ветер.
"Ах, так!" - По телу двуногого прокатилась волна желчи.
Да что себе позволяет эта крылатая, жрущая сырое мясо, тварь?! Золота, ему, видите ли, не надобно! Золота, собранного по грамму... Хорошо же...
Двуногое не ответило - оно силилось понять, стоит ли камушек огранки. Конечно, крылатую тварь можно было просто убить... И на это у некроманта должно было хватить сил. Но... Но, в то же время, человек вполне обоснованно сомневался в том, что ему - в обозримом будущем! - удастся найти мир, заселенный подходящими драконами. А в нем - одиноко сидящего ящера. Второй механик научной экспедиции бороздил космическое пространство регулярно - и больше двадцати лет! За это время он повидал много миров, в том числе и населенных драконами. И ни в одном звездолеты не задерживались больше, чем на несколько часов. А зачастую и минут: драконы были очень сильными магами. Они вежливо просили нелюбимых ими людей удалиться. И вот, когда, наконец, найдена планета с едва родившейся цивилизацией, когда заветная мечта почти осуществилась, все должно рухнуть по милости одной ничтожной принципиальной твари!
"Погоди же..." - Недобро смотрел на пленника человек.
Была у него на примете одна планетка, отсталый в техническом отношении мир - его обитатели до сих пор не смогли выйти за пределы своей солнечной системы! Но это было не самое главное. Главным было то, что в том мире покупалось и продавалось все - даже любовь. Не трясся там никто и над безопасностью людишек... А если и трясся, то лишь в своих личных интересах.
"Не надо, говоришь, тебе золота?" - Двуногое смотрело на дракона чуть ли не с обожанием. - "А ведь, помоги ты мне, расстались бы друзьями... А теперь..."
Теперь он заберет эту жалкую тысчонку лет!
Оставалась одна незначительная деталь... Жизнь надо было отбирать у свободного дракона. А у этого, видите ли, крылья связаны!
Вот ведь незадача - счастье, казалось, было так близко...
"Во всем были виноваты родители!" - Лицо мага, было принявшее человеческое выражение, исказила гримаса ярости.- "Создали, понимаешь, урода! Талантливого механика с зачатками магии!"
"Может, отпустишь?" - Дракон видел, что двуногое раздирают противоречивые чувства.
"Чтобы потом искать еще одну планету, населенную неразвитыми долгожителями? А на ней - такую же мечтательную тварь, как и ты?.." - Некромант даже не удостоил пленника ответом.
Нет! Он бросит вызов судьбе! И объединит две, нет, три! возможности - стартовый разбег... Стартовый разбег... Стартовый разбег... Стартовый разбег - это примерно триста ничтожных человеческих жизней...
Он объединит три возможности - стартовый разбег, мощь исполина и свой технический гений! Он высосет жалкие человеческие жизни, а вслед за ними и драконью. А потом вернется на эту планету - не потребителем магических побрякушек, но Магом! И тогда... Тогда он играючи справится с оставшимися драконами!
Теперь некромант смотрел на пленника чуть ли не с обожанием. Конечно, предстояло еще много работы, но она не страшила механика. Осознавал он и риск своего плана - дракон должен был освободиться - сразу после того, как люди отдадут свои жалкие жизни. Но с тем, чтобы наполнить его, мага жизни и смерти, своей силой... А это стоило того!
"И что ты решил?" - Серебристый ящер смотрел на мага.
"Тебе, мой друг", - изрекло двуногое, направляя на пленника амулет, - "придется уничтожить триста человек".
"Нет".
"Да, мой друг. Да..."
...Свободный Ветер потерял сознание. А когда очнулся вновь...
"Лучше бы я умер", - подумал ящер.
Он был жив, но не мог дышать; когда-то мощные красавцы-крылья теперь превратились в две куцые полоски железа. Сильные лапы катили колесиками по мертвой твердой поверхности чужого мира. Но хуже было другое - сердце дракона было разорвано пополам. Теперь оно должно было работать по принуждению. А еще оно болело. Болело мыслями об утрате родного мира: даже, случись дракону освободиться, он не знал дороги домой...
- Юлька, проснись! - Тормошил девушку Дмитрий.
Его спутница плакала. Не навзрыд, нет. По щекам девушки катились тихие слезы: ей было жаль серебристого ящера.
- Не плачь, Юлька... Не плачь... Ты со мной, все будет хорошо...
Он шептал что-то еще, в том же духе: ласковое, доброе, и... такое надежное, что девушка спокойно уснула. В ее ушах слышался голос: он по-прежнему произносил слова на абсолютно незнакомом языке. А Юлька по-прежнему понимала своего невидимого собеседника:
"Он здесь... Если меня хоть кто-нибудь слышит. Он здесь. Если..."
- Я тебя слышу. - Отчетливо произнесла девушка. Одновременно во сне и наяву.
Ее было задремавший спутник насторожился...
"Он здесь!" - Повторил голос.
- Кто? - Спросила Юлька, и Дмитрий, собравшийся тронуть ее за плечо, отдернул руку.
Голос девушки был настолько осмыслен, что молодой человек проснулся окончательно. И теперь во все глаза наблюдал за своей соседкой.
"Маг жизни и смерти..." - Объяснял голос.
Юлька, вздрогнув, прижалась к молодому человеку. Дмитрий обнял ее со всей возможной заботой и твердостью духа.
"...он хотел уничтожить триста человек..."
- ...уничтожить триста человек?
- Спроси, зачем? - Дмитрий понял, что происходит с его спутницей-медиумом.
"Чтобы он смог обрести бессмертие". - Старательно, по буквам, произнес голос.
И Юлька, не понимая о чем идет речь, повторила, слово в слово, только на русском языке.
- Как это, обрести бессмертие? - Опешил молодой человек. - Он так и сказал? И... Что за черт?
С самолетом творилось что-то непонятное. Ровный гул двигателя прерывался. Замирал - как будто мотор был не бездушной механикой, но живым существом.
"Постойте..." - Подумал Дмитрий. - "А что, если..."
Молодой человек, затаив дыхание, загибал пальцы: в эконом-классе, в котором он находился в данный момент, было тридцать рядов, по семь кресел в каждом. В бизнес-классе - десять. По шесть кресел. Плюс экипаж... Количество человек, находящихся на борту, не дотягивало до трехсот...
- Пронесло... - Выдохнул парень, и почему-то покосился на иллюминатор.
Там, в розовеющем сумеречном небе, виднелось крыло железной птицы. Под ним, с еле заметными перебоями, ревел двигатель...
...А плененный дракон почувствовал, что может пошевелить крылом...
Что его верный друг, огонь, еще чуть-чуть,... и вырвется из оживающей пасти! И тогда маг жизни и смерти, что сидел сейчас прямо перед его мордой, окончит свое существование. Но... Свободный Ветер не знал дорогу домой.
Там, в пещере над горным потоком, жила Лазурный Ручей...
"Лазурный Ручей?!" - До дракона дошел весь ужас происходящего. Маячащий перед его пастью некромант собирался уничтожить "триста" человек. А потом, обретя мощь, вернуться на его родину: туда, где в пещере над горным потоком жила Лазурный Ручей. И отец. И весь его народ...
"Его надо остановить", - сказал себе дракон.
О том, что умри сейчас некромант, и он, Свободный Ветер, не найдет свой мир; о том, что он может разбиться вместе со своей темницей, дракон больше не думал.
"Он здесь!" - Закричал пленник. - "Его надо убить!"
- Он здесь. - Сказала медиум. - Его надо убить.
Ее голос удивительным образом переплетался с прерывистой работой двигателя.
- Кого? - Дмитрий ошарашено смотрел на девушку.
Но та не успела ответить:
- Наш самолет входит в зону турбулентности. - Раздался из динамиков изменившийся голос капитана. - Приведите спинки в вертикальное положение, и застегните ремни безопасности.
- Сейчас... - Димка поспешно выполнял указание.
Закончив, он было протянул руку, чтобы растормошить свою спутницу... Но вместо этого пристегнул и ее.
- Наш самолет... - Послышался новый голос командира корабля.
"Это он". - Сказали в Юлькином сне.
- Это он. - Повторила девушка.
- Кто "он"? - Как можно спокойнее спросил Дмитрий.
А молодому человеку было сейчас очень страшно. В иллюминаторе было видно, как от крыла самолета отвалился элерон.
- Кто "он"?
"Враг", - грустно ответил голос из сна. - "Он переселился в того, кто называл себя командиром корабля. Его надо убить".
- Враг переселился в командира корабля, - повторила Юлька. - Его надо убить.
- Но это невозможно! - Дмитрий отвечал не девушке.
В глазах молодого человека застыл ужас: в иллюминаторе было видно, как крыло разваливалось на куски.
"Почему я еще жив?" - Задавал себе вопрос молодой человек. Несмотря на весь свой страх, Дмитрий понимал, что лишенный крыльев самолет должно было раскрутить - так, что все, находящиеся внутри, неминуемо погибли от перегрузок. Но этого почему-то не происходило.
- Юлька! - Закричал молодой человек. - Что это значит?!
Но очнувшаяся от транса девушка лишь изумленно озиралась по сторонам...
Вокруг царила паника. По салону не ходили стюардессы, не уговаривали пассажиров успокоиться. Красивые девушки сидели, зеленея, в креслах, и, возведя очи потолку салона, отчаянно молились.
Самолет шел к земле. Кабина пилота была охвачена пламенем, крылья давно рассыпались - их обломки витали над необъятными просторами Российской Федерации. Собственно, то, что осталось от летательного аппарата, самолетом можно было назвать с большим трудом.
- Как жаль, - с трудом двигая челюстью, говорил Дима. - Я хотел...
"Жаль..." - Думала в это самое время Юлька.
Ей было жалко всех: Димку, папу, маму, себя... И того, кто предупреждал ее во сне.
"Я должен". - Говорил себе дракон. - "Я должен..."
Ни Дмитрий, ни Юлька, ни юный каратист не видели, как пламя, охватившее кабину, неистовое, ревущее, вдруг угасло - как будто само собой. Не знали они и о том, что самолет постепенно замедлялся...
***
...В самые сладкие, предрассветные часы, жители небольшой деревеньки, что располагалась в каком-то километре от новосибирского аэродрома "Толмачево", крепко спали. Людей давно не будили звуки самолетов, как взлетающих, так и заходящих на посадку - они к ним привыкли. Не спал только щенок по кличке Шарикоподшипник. Разума совсем еще юного пса не хватало на осознание того, что именно потянуло его во двор. Он встал на шаткие лапы, и поскакал, смешно виляя задом, в сени. А там - и на улицу: как будто для того, чтобы, жалко осев на задние конечности, беспомощно смотреть на огромную штуковину, зависшую прямо над его мохнатой головой.
"Гав!" - Хотел излить свои чувства щенок. Но под ним лишь появилась лужа...
А громадная штуковина, вздрогнув, плавно пошла вниз - к старому, поросшему бурьяном полю... Она вскоре исчезла из глаз, и щенок, виляя хвостом, отправился по своим делам. А потому не увидел, как от "штуковины" отделялось нечто. Огромное, серебристое... Могучее. Как оно расправляло перепончатые крылья... И как, без разбега, взлетело.
На растворяющегося в сумеречном небе исполина смотрел, задыхаясь от бессильной злобы, покореженный обгорелый некромант...