Харламов Игорь Борисович: другие произведения.

Мысли вслух или зачем современной России казаки

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Конечно, любой профессионал найдёт, в это работе, много ошибок, неточностей. Но в этой работе сделана попытка определить место казачества в современной России. И описаны принципы применения казачьих частей, их структура, основные цели, по которым они должны применятся. На большее эта работа и не претендует.

   Раннее летнее утро. Ровная как стол степь. Ещё ласковый ветер колышет успевшие посереть травы. Но по степи уже катит, сминая всё на своём пути моторизованная, закованная в броню, стальная лавина. Полная, рвущихся к Волге, вражеских солдат. За которой тянутся бесконечные колонны грузовиков. Везущих снаряжение, боеприпасы и главное, "кровь войны" - бензин и дизтопливо. То без чего запнётся, остановится лавина стали, не сможет двинуться.
   Вот одна из таких колонн, прикрытая спереди и сзади мотопехотой, на трёх БТРах, двинулась с полевой базы. Вытянувшись на полевой дороге, огибавшею небольшую высотку, с пологими склонами. Как вдруг на противоположном склоне высотки взревели моторы. И через несколько секунд на степные просторы вырвалось два десятка, рассыпавшихся веером, джипов, на флангах которых мчалось несколько мотоциклов. Над головной машиной трепетал, на ветру, сине-жёлто-красный флаг. И сразу к колонне потянулись трассеры пулемётных очередей, гранаты автоматических гранатометов, 30-мм. снаряды. Но буквально, на секунду раньше, с вершины холма к БТРам потянулись дымные хвосты шести ПТУР, по две на каждый. Чтобы наверняка. И как только БТРы полыхнули пламенем, два оставшихся заряженными ПТУРа, впились в цистерны.
   Оставшиеся машины колонны смешались в кучу, одни полыхнули огнём, другие, с прошитыми кабинами, остановились. Третьи сделали попытку свернуть с дороги и, проскочив кювет уйти в степь. Но под их колёсами стали рваться заранее установленные пальчиковые мины, ни давая никому уйти из-под огня.
   Оставшиеся боеспособными солдаты противника выскакивали из машин, но тут же вокруг них начинали плясать трассеры очередей. И если солдат не падал на колени, подняв руки, то он падал уже навсегда. Часто так и не успев сделать ответных выстрелов. А к сдавшимся подскочили мотоциклы.
   Атакующие, построенные уступом вправо, так чтобы могли вести огонь три огневые точки, передняя, центральная и одна из боковых, пронеслись вдоль колонны. Обогнули её спереди и помчались вдоль другой стоны. Окутывая пулемётным огнём любое шевеление.
   Через несколько минут всё было кончено. Колонны из трех десятков грузовиков больше не существовало. Дымили горящие БТРы и автомашины, валялись трупы и тяжелораненые. Под небольшой охраной понуро стояли пленные.
   А победители разделились. Несколько джипов помчались к оставшимся на вершине высоты ПТУР-ам. По одному, с парой мотоциклов, отъехали метров на пятьсот, по обе стороны дороги. Ещё одна такая же группа взобралась на ближайшую высотку. Остальные занялись разборкой трофеев. Водители, осмотрев свои машины, стали заполняли освободившиеся, после марша, канистры из-под топлива. Сливая его из баков машин. Бойцы стали собирать валявшееся на земле и в кузовах, и кабинах оружие и снаряжение. Складывая ценное: снайперские винтовки, ручные автоматические гранатометы, минометы, крупнокалиберные и ротные пулемёты, оптику, средства связи, воду, продукты, боеприпасы, да и другое в джипы. И выбрасывая менее ценное в огонь. Минировали не горящую технику. Фельдшер занялся несколькими ранеными, убитых и тяжело раненых, слава богу, не было. Потом пленные, которых сотник быстро растасовал, оставив возле себя вражеского офицера, стали подносить к фельдшеру своих раненых.
   К кургану, на ближайшей высотке направилась и пара джипов из четвёрки управления дивизиона, участвовшей в атаке. Из головного, откинув вбок узел крепления оружия с "порт-артурским пулемётом" из двух РПД, вышел командир дивизиона, которого все называли есаулом. Он закинул на плечо "ксуху" и поднес к глазам мощный бинокль. Остальные члены экипажа тут же стали набивать освободившиеся ленты патронами. А водитель стал внимательно осматривать машину, оценивая повреждения от ответного огня. Но навешенные на борта бронежилеты, вместе с установленными под корпусом машины сорокаслойными кевларовым плитами, выдержали обстрел. Не дав пулям от промежуточных патронов проникнуть к жизненно важным узлам машины. Из оружия с винтовочными патронами попаданий не было, а крупнокалиберные пулемёты БТР даже стрельнуть не успели.
   В бинокль было видно как вторая сотня дивизиона, при поддержки батареи 82-мм. минометов, крушила расположенную восточнее засады полевую базу противника. Джипы носились вокруг периметра базы, поливая её из пулемётов. От огня восьми ПТУР и двух 30-мм автоматических пушек уже горели почти вся техника и сооружения базы. Взорвались все бочки с горючим, был сравнен с землёй колодец. Но всё равно каждую секунду внутри периметра взрывалась минометная мина. Сотня сносила базу со спокойной совестью. Сотню, со стороны наиболее вероятного подхода противника, прикрывали, взвод пластунов, сапёрный взвод и отделение снайперов. Расположившиеся в засаде, "подковой". В которую попала манёвренная группа, с соседнего блокпоста противника. Там занималась огнём БМП и стоял на спущенных скатах грузовик. Правда, несколько солдат противника ещё отстреливались, но жить, под перекрестным градом свинца, им оставалось явно не долго.
   Западнее разгромленной колонны третья сотня атаковала радиолокатор и позиции одной зенитной, ракетной батареи. Там, похоже, тоже всё было закончено. На обоих объектах было тихо, лишь в небо поднимались клубы дыма.
   Действия четвертой сотни, ушедшей на юг, к железной дороге были не видны. Но и там тянулась в небо толстый, чёрный столб дыма.
   К подножью высоты подошли четыре машины медицинской группы, шесть транспортной и святая святых дивизиона четыре джипа взвода дальней связи.
   К есаулу обратился радист командирской машины. Докладывал командир четвёртой сотни. У них был богатый улов. На мине подорвался эшелон с танковым батальоном. Сошедшие с рельс вагоны напрочь заблокировали обе железнодорожные колеи. Танки, рухнувшие с платформ, только усугубили ситуацию. И теперь сотня, собрав трофеи, в том числе сняв с танков ПНВ, лазерные прицелы и дальномеры, зенитные пулемёты, танковые перископы. И прихватив пленных офицеров, шла на соединение с главными силами дивизиона. На последок, заминировав место крушения, всадив в каждый танк по гранате из гранатомета. Причем так, чтобы с одной стороны наверняка поджечь танк, а с другой максимально повредить корпус, и запалив всё что, могло гореть.
   И теперь надо было, продержатся около часа, чтобы дать четвертой сотне форсировать шоссе. И тогда уже всем дивизионом уходить в степь. И командир дивизиона отдал приказ второй и третьей сотням оседлать дорогу с двух сторон. Сапёрам заминировать отдельные участки шоссе. Пластунам и снайперам обеспечить дозоры и круговое наблюдение. Миномётчикам быть готовыми к открытию огня. Первой сотне находиться в резерве. Пленных солдат отпустить, вручив им их раненых. Не стоило связываться с пленными, они могли сковать действия, но не стоило подобно спецназу и разведчикам убивать пленных. Уже чувствовалось, что, зная, что им оставят жизнь, а потом отпустят, враг легче сдавался в плен. А этим экономилось бесценное время.
   А так, с разрешения командира 8 корпуса, пару месяцев назад, была создана экспериментальная сотня, на шестнадцати "козлах", переоборудованных в ближайшей ремонтной мастерской. Созданная на правах иррегулярного, партизанского подразделения. Это потом появились отбитые в рейдах "нивы" и "иномарки". Ведь только на последние было можно установить 30-мм пушки и миномёты. А после нескольких удачных рейдов сотня была развёрнута в дивизион. Который, в ближайшее время, собирались развернуть в полк. И это сейчас, когда враг прошёл полторы тысячи километров, а до Волги менее оставалось менее тысячи.
   Как командир и рассчитывал на оценку ситуации, принятие решения, отдачу приказов и их выполнение, у противника ушло больше времени, чем на подход четвёртой сотни. Дивизион больше так и не побеспокоили. И построившись в походный порядок дивизион, помчался на север, в степь.
   Шли колоннами сотен, прикрывшись дозорами, со всех опасных направлений. А сверху построение дивизиона напоминало ромб. Четыре колонны сотен по углам, и колонна подразделений дивизиона в центре. По пути, периодически минируя следы. Командир вёл дивизион, собираясь через часок свернуть на восток, в тыл противнику. И тем самым уйти от возможного преследования. И выйти к базе.
   Два дня назад дивизион вышел в рейд. За ночь, обойдя по пустой степи, линию фронта, привязанную к редким в этом регионе дорогам и населённым пунктам, они ушли в тыл противника на две сотни километров. Организовали базу, провели разведку района боевых действий, доложив результаты командованию. И сейчас первый раз ударили. На несколько часов перекрыв движение по шоссе и по железной дороге. Но командир понимал, что его дивизион не в состоянии, в одиночку, полностью сорвать подвоз снабжения к ударной группировки противника. И тем самым сорвать его наступление. Он даже не сможет его затормозить. Вот если - бы за несколько лет до этой,
  прогнозируемой войны, развернули хотя - бы десяток казачьих дивизий. То сейчас эти легкие моторизованные дивизии, сменяя друг друга, в этом пустынном, слабозаселённом, со слабой дорожной системой регионе, полностью нарушили - бы систему тылового обеспечения противника. И он не мог бы наступать. Ведь перевозка снабжения днём, по шоссе, была бы затруднена. А ночью невозможна, работа - же железной дороги была бы парализована полностью. Но судьба распорядилась иначе. И если здесь действовал дивизион, нанося противнику ощутимые удары. То в четырех сотнях километрах на восток, не было даже этого. И там противник, идя вдоль двух, параллельных дорог, железнодорожной и шоссе, уже подходил к южным рубежам России. Нацеливаясь на Южный Урал. Стремясь практически отрезать обороняющиеся в Сибири части Российской армии.
   Понимая, что воздушный враг, серьёзный противник, наблюдение за небом было организованно серьезно. Десяток ПЗРК дивизиона были в полной готовности, сторожа свои участки неба. Да и рискни, самолёт или вертолёт, атаковать колонны к нему сразу же потянулись бы десятки трас. Отбивая любую охоту на повторную атаку. Поэтому одиноко летящий самолёт заметили практически сразу. И хотя он шёл далеко в стороне, внимание есаула, пытавшегося в бинокль рассмотреть опознавательные знаки, было приковано к нему. Как вдруг возле самолёта вспыхнуло облако разрыва зенитной ракеты. От аппарата отлетели обломки, в нём вспыхнуло пламя. Но самое главное было видно, что лётчики катапультировались. В небе повисли два парашюта. Пришлось нарушить радиомолчание, остановив движение. И направить к месту падения самолёта первую сотню, а к месту приземления лётчиков вторую.
   Когда спускаешься на парашюте, то сверху видно всё. И лётчик видел, как к месту его приземления с двух сторон мчатся машины. Со стороны, сбивших его ракетчиков два набитых солдатами грузовика. А с противоположной стороны десяток джипов. Здесь в тылу противника наедятся на встречу со своими не приходилось. И пилот попробовал, управляя своим парашютом уйти, оторваться от преследования, но не получилось. Он смог лишь оттянуть место посадки. И приземлится между преследователями, в километре и от тех и от других. Погасить купол парашюта было делом нескольких секунд. И сбросив с себя всё лишнее, по пытался с ориентироваться. Над разнотипными джипами он увидел незнакомый флаг. Но подобные флаги имели европейские государства, и он явно не принадлежал ни одному из государств, противников, в этой войне. Пока пилот раздумывал, машины подошли ещё ближе. И летчик, увидел, как на них защевилились стволы, а с двух притормозивших джипов сорвался ПТУР-ы. Человек оглянулся и увидел, как ракеты впилась в пытающиеся развернуться, грузовики. К которым уже тянулись трассеры пулемётных очередей. Это развеяло последние сомнения пилота, и он побежал к союзникам. Но лишь одна машина затормозила рядом с ним. Остальные понеслись дальше, к разбегающимся от пылающих машин человечкам, и к распластанному на земле телу второго пилота.
   Первая сотня ушедшая к упавшему самолёту, тоже сделала своё дело. Буквально топорами вырубив со сбитого самолёта, оборудование и оружие. И уничтожив всё остальное.
   Но это было единственное боевое столкновение. И выйдя в точку поворота дивизион, повернул к базе. Но не полностью, к намечаным целям были направлены разведдозоры. А если учесть, что на "боевые" дивизион вышел из этой же точки, то в путанице следов, к тому же заминированных, было не разобраться.
   Базы готовились заранее, ещё тогда, когда это была своя территория. В степи, в пятидесяти, шестидесяти километрах от дорог и населённых пунктов находился источник воды, окружённый лощинами. Недалеко от которого, метрах в трёхстах, на восток, закладывались тайники с горючим, продуктами, боеприпасами, запчастями. Что позволяло обеспечить снабжение в отрыве от главных сил.
   Придя на базу машины, по сотням, сразу же поставили в круг. Накрыли маскировочными сетями. Маскируясь под курганы. Вокруг разослали дозоры, назначили наблюдателей и дежурных по машинам. Да и сами бойцы, приводя себя в порядок, постоянно оглядывали свои сектора наблюдения. Все первым делом занялись чисткой оружия, ремонтом и обслуживанием техники. Потом привели себя в порядок, умылись, побрились, почистили и отремонтировали одежду и обувь. Разогрели консервы и приготовили чай, на спиртовках. И лишь после этого натянув между машинами гамаки, свободна смена позволила себе отдых. Который, увы, был не долгим.
   Выход из строя, на несколько часов, железной дороги должен был привести к накоплению на ближайших станциях железнодорожных эшелонов. И если от фронта везли раненых, битый металлолом и награбленное барахло, то к фронту эшелоны шли отнюдь не пустые. И удар по ним мог здорово сказаться на снабжении противника. Но подобный объект хорошо прикрывался. И командир дивизиона вызвал ночной авиоудар по станции. При этом в атаке на станцию должны были принять участие первые две сотни дивизиона, при поддержки миномётчиков. Третьей, четвёртой сотням и снайперам достались позиции зенитчиков, прикрывающих станцию и радиолокаторы. Пластуны и сапёры должны были обеспечить прикрытие операции с флангов, не допустить подхода резервов противника в район операции.
   Снайпера, за десяток минут, до начала авионалёта. огнём из снайперских винтовок, вывели из строя радиолокаторы и пункты связи зенитчиков. Причем как ракетчиков, так и МЗА размещённых вокруг станции. Ослепив и лишив связи ПВО противника. А перед ударом бойцы повесили над станцией осветительные ракеты. Поэтому удар пары штурмовиков по станции был внезапным и сокрушающим. Штурмовики одним заходом выпустили ракеты, вторым сыпанули бомбы, на третьем прошлись из пушек. В результате вся станция потонула в море огня и всполохах взрывов. В свете которых расчёты восьми минометов нашли себе цели. Накрыв первыми залпами позиции МЗА. Только усиливая переполох, царившей между десятком эшелонов. А в это время три десятка машин, не включая фар, понеслись по степи к железнодорожной станции. Их появление вызвало панику у деморализованного авионалётом и миномётным обстрелом противника. Солдаты которого, побросав оружие, поспешили, либо подобно тараканам забиться во всевозможные щели, либо бежали с поля боя. А тех немногих, которые всё же попытались, оказать сопротивление быстро перестреляли. Покончив с противником, бойцы занялись сбором трофеев и уничтожением всего, что не могли взять с собой. А есаул связался с остальными подразделениями. Третья и четвёртая сотня доложили о выполнении задачи. А пластуны и сапёры доложили, о подходе к местам засад моторизованных подразделений противника. Поэтому комдив выдвинул на помощь к ним третью и четвертую сотни, миномётную батарею. А снайперов выделил, в дозоры, по направлению к шоссейной дороге. Правда резервы не успели подойти к месту засад, до начала боя. Но их фланговые атаки позволили довершить разгром спешащего на помощь своим противника.
   К этому времени разгром железнодорожной станции был завершен, и, заминировав пути и развалены, дивизион пошёл на север. Форсировал шоссе, обойдя приготовившиеся к бою блокпосты. Но оставив, фугасы и мины, на шоссе и в кюветах. Начав длительны марш на запад. Ведь за эти несколько дни линия фронта отодвинулась почти на сто километров. И теперь дивизион находился почти в трёхстах километрах за линией фронта. Благо что, в том районе, куда они собирались выйти, тоже находилась готовая база. Которую достигли к вечеру следующего дня.
   К утру, район был разведан. Определены цели. Здесь железная дорога и шоссе сходились вплотную. Поэтому главной целью была назначена полевая база, с блокпостом, контролирующим обе магистрали. Для атаки которых были выделены первая и вторая сотни, с минометной батареей и снайперами. Третьей сотни и пластунам досталась позиция, как определили разведчики, узла связи. В километре от блокпоста. Четвёртая сотня, вмести с сапёрами, приготовили засаду на шоссе. На котором были установлены управляемое минное поле и управляемые фугасы. Они должны были атаковать колонну на марше. Но есаул хотел ещё, для полного эффекта поймать, в засаду, и железнодорожный эшелон. Развертывание, происходившее под шум проходящих эшелонов, прошло успешно. И как только представилась возможность атака началась. При этом четвертой сотне досталась колонна крытых грузовиков, под охраной четырёх 37-мм зениток, установленных на грузовиках. Правда, железнодорожный эшелон, идущий с запада, ещё не успел подойти к блокпосту. Но как прикинул есаул, из-за своего тормозного пути, он всё равно бы ни куда не делся.
   От первых же выстрелов ПТУР полыхнули жарким пламенем оба танка и большая часть БТР охранявших блокпост и узел связи. А по тем БТРам, что не загорелись сразу, открыли огонь 30-мм пушки. От первого залпа минометов развалилась подобно карточному домику казарма на блок посту. Пулемётным огнём, как ветром, сдуло солдат с грузовиков с зенитками. С помощью "кошек" первые джипы сорвали проволоку ограждения периметров, открывая остальным машинам доступ во внутрь. Остальное было делом техники. За исключением эшелона. Но на него перенесли огонь, подбив оставшиеся БТР, автоматические пушки. Сосредоточив огонь на локомотиве и первом, плацкартном вагоне. Те очень быстро вспыхнули. Эшелон остановился. Из плацкартного вагона и, с подножек некоторых товарных вагонов, стали выскакивать солдаты противника. Но их было не много, не больше взвода. И десяток подскочивших к эшелону джипов очень быстро с ними справился.
  В эшелоне оказались взятые в плен солдаты и награбленное армией противника. А то что приняли за узел связи оказался каким-то КП противника. На котором находились два вражеских генерала. Одного из которых даже захватили в плен, правда, тяжелораненым. В автомобильной колонне оказались танковые боеприпасы. И посадив отбитых пленных в трофейные автомобили, оставив после себя пылающие, густо усеянные минами и фугасами, в том числе и из танковых снарядов, обломки и развалины дивизион стал уходить.
   Увы, отягощённый трофеями и отбитыми у врага бывшими военнопленными дивизион не мог продолжать рейд. Горючего оставалось лишь на то чтобы дойти до линии фронта, продуктов не было вообще. Ракет к ПТУРам оставалось по выстрелу на ПТУР, мин к миномётам было на несколько выстрелов. Мало было 30-мм снарядов, гранат к автоматическим гранатомётам, 14,5-милимитровых патронов. Единственное что было в избытке так это 7,62-, и 12,7-милиметровых патронов, благо вражеские подходили к оружию. Очень мало осталось и джипов. Правда, на вражеском КП и захватили несколько штук. Которые, прямо на ходу, бывшими "безлошадными" экипажами превращались в боевые. Но всё равно из-за поломок и повреждений количество джипов уменьшилось на треть. Правда, экипажи машин выросли с четырёх человек до шести, в том числе и за счёт бывших пленных. Да и три захваченных грузовика, с зенитками, повышали огневую мощь дивизиона.
   Есаул не опасался ни погони танков, ни даже колёсных БТР. Ни те, ни другие не могли догнать дивизион в степи. Да и была хорошая фора. Авиация тоже не могла безнаказанно атаковать дивизион. ПЗРК, да и трофейные зенитки зорко следили за небом. Единственного чего опасался есаул было, то ради чего, он упросил командование отпустить в свободную охоту весь дивизион. Подобное подразделение у противника. В прошлом рейде одна сотня, с трудом, смогла уйти от легкого, моторизованного батальона противника. Но сейчас, отягощённый освобождёнными солдатами, есаул не хотел встречи с этим противником.
   Появившийся на горизонте вертолёт замети сразу. Но и с него заметили дивизион. И вертолёт, не приближаясь, стал следовать за дивизионом. Правда, его быстро поймали в засаду. От следовавшей головной сотни отделились две машины, на которых были ПЗРК, и заняли позиции в лощине. На пути полёта вертолета. И как только он миновал засаду, в него выпустили ракеты. Щедро добавив очереди из двух КПВ и нескольких ПК. Ближайшая, с месту падения, сотня обследовала вертолёт. Быстро сняв оборудование, вооружение. Забрав документы погибших пилотов. И дивизион последовал дальше. Правда, без остановок двигаться было невозможно. И на ближайшем привале оказалось, что вражеский вертолёт сделал своё черное дело. На горизонте показалась широкая полоса пыли. Правда, дозорные заметили её гораздо раньше и дивизион приготовился к бою.
   Привал, правда, организовали, чтобы принять свои вертолёты. Иначе есаул ни за чтобы не остановился. Принять вертолёты которые разведотдел штаба группировки, направил за пленным генералом и трофейными документами. Взятыми на разгромленном КП. Но есаул погрузил в них ещё и тяжелораненых солдат и спасённых пилотов. Заставив сесть как ведомого Ми-8, так и оба боевых Ми-24 сопровождения. Загрузив до предела и их транспортные отсеки. Правда, вертолёты привезли дефицитные боеприпасы.
   В своё время каждая машина на пять узлов крепления оружия имела три единицы вооружения. Теперь же на борту каждого джипа было шесть - восемь единиц вооружения, из которых как минимум пять были спаренными, а то и строенными. Что давало возможность манёвра оружием, в зависимости от условий боя. И это, не считая личного оружия экипажа.
   Поэтому когда дивизион стал разворачиваться для встречи непрошеных гостей, то на центральный узел крепления оружия, легло наиболее тяжёлое оружие: 30-мм пушки, ПТУР, автоматические гранатометы, КПВ, ДШК. Они должны были обстрелять противника на дальних дистанциях. А для ближнего боя готовилось другое оружие. ПК и спаренное оружие на основе пулемётов, под промежуточный патрон.
   Бой начал дозорный взвод и сапёры. Дозорный взвод обстрелял дозор противника, потом вывел его к брошенному, как казалось, в спешке лагерю. А потом повели на управляемое минное поле, размещённое на входе в овраг. И как только противник сунулся, за казаками в овраг, грохнули направленные осколочные мины. Мгновенно превратив в решето машины врага. И когда через десяток минут на это место вышли главные силы врага, то они увидели лишь искореженные машины, с которых сняли всё ценное и даже слили бензин, и трупы своих солдат. А дозор казаков, обстреляв и этого противника, повёл его на свои главные силы.
   Есаул поставил свой дивизион на гребне небольшой возвышенности. В центре встали миномётчики и машины с зенитками. На флангах которых пятью отрядами разместились, поря девшие сотни и группа, управления с отдельными подразделениями. Всего немногим больше шестидесяти машин. Над каждой из которых затрепетал флаг. Над командирскими казачий, над остальными российский. Бывшие пленные, получив самое разнообразное оружие, залегли между машинами. А по равнине подкатывалось около сотни машин врага. Как определил есаул, у противника было две машины в отделении, десяток во взводе, более трёх десятков в роте. И три роты, с группой управления и минометной батареей, из шести прицеплённых 120-мм минометов. По этой батареи и пришёлся первый удар. Те остановились, стали готовиться к открытию огня и попали под огонь казачьих миномётов и ПТУР. И в мгновение ока выбыли из игры. А по начавшему разворачивать к атаке противнику заработали пушки, гранатомёты, ДШК. Открыли огонь и снайпера. Даже есаул достал свою СВД. Выбрав в качестве мишени одного из командиров врага. Попытавшегося было рассмотреть позиции казаков в бинокль. А ПТУРы и миномёты перенесли огонь по машинам группы управления. И противник не выдержал. Так полностью и не развернувшись, бросился в атаку, попробовав открыть ответный огонь. В условиях, когда ни один нормальный кавалерист атаковать не будет, вверх по склону. Оставляя по степи вышедшие из строя машины. Вот тут-то и заработали 37-мм зенитки и пехотинцы, ещё больше прореживая ряды врага. А бойцы стали менять, по мере того как пустели ленты, тяжёлое оружие, на оружие ближнего боя. И когда на середине склона атака врага стала выдыхаться, казаки кинулись вперёд. Поддержанные атакой пехоты. Открыв ураганный огонь из всех стволов. Противник имел на машине 3 огневых точки, со стандартным оснащением ДШК и два пулёмета СГ или класса ПК, с четырьмя бойцами. Из которых в данных условиях вели огонь лишь ДШК и один обычный пулемёт. Причём большая часть ленты была уже израсходована в пустую. Казачьи машины могли им ответить с трёх огневых точек, как минимум, из шести стволов. К тому же противник вёл огонь каждый по своей цели. А казаки сосредотачивали огонь взвода на одной машине, мгновенно выводя её из строя. И враг не выдержал, попытался развернуться. Но не многие успели это сделать. Одни потеряв управление, перевернулись, другие, сразу превратившись в хорошие мишени, лишились экипажа или загорелись. Третьи столкнулись с налетавшими подобно коршунам джипами казаков. Хотя преднамеренно на таран никто не шёл.
   Есаул тоже принял участие в атаке. Экипаж его машины, ещё на сближении успел уничтожить экипаж одной машины. И тут есаул увидел как поперёк курса его машины мчится, успевший развернутся, джип противника. Который сразу же бросался в глаза из-за отсутствия флага. Есаул попытался развернуть на него свою огневую точку, но пулеметчик врага открыл огонь первым. Очередь прошла через капот машины. Мотор сразу заглох, а из-под капота потянулась струйка дыма. Есаул почувствовал сильный удар в грудь. В буквальном смысле выбившим дух. Пуля, пробив лежащий на капоте бронежилет, капот, борт кабины, кевларовую плиту защиты, разворотила с парку автоматных, металлических магазинов, и стальную пластину, подложенную под магазины, застряла в бронежилете. Но командирская машина была оборудована огневой точкой у водителя. Два автомата, снаряженные трассирующими патронами, были смонтированы по бокам машины. Открывая огонь с помощью сигнала на руле. И водитель открыл огонь. Было видно как машина врага входит в две трассирующие очереди. Как пули входят в борта машины. Как сникнул водитель врага. Как лопнули скаты, с одного борта. И машина врага завалилась на бок. Выкинув всё, что было в ней, включая и ещё боеспособного пулемётчика. Который, не успев очухаться и встать на ноги, увидел над собой автоматы пехотинцев. Другие пехотинцы подбежали к машине и стали помогать тушить огонь. Сбивая его песком.
   Когда всё перемешалось, то на казачьих машинах включились в работу и молчавшие до сих пор кормовые и бортовые пулемёты. Окончательно сместив огневое превосходство на сторону казаков. И тем самым, вместе с большей защищённостью машин и экипажей, определили меньшие потери среди последних. И, в конечном счете, их победу.
   Но, когда к есаулу подвели первого же пленного офицера врага, тот бросил фразу, что их полк ещё за них отомстит. Причём очень быстро. И есаул выслал дозоры несколько дальше, чем обычно, на час пути. Эти дозоры и засекли приближение ещё одной колонны врага. Которая должна была подойти часа через два.
   И казаки стали готовиться к новому бою. Дивизион несколько сместился в сторону противника. Так, чтобы места недавних боёв оказались в тылу дивизиона. Позицию для боя выбрали по обоим склонам одной из балок. Сапёры занялись инженерной подготовкой местности. Они взрывами обрушили, в нескольких местах, части склона. Сделав джипам возможным подъёмы на этих участках, наверх. Поставили минное поле. Заложили фугасы, усиленные канистрами с бензином. Машины тыловых подразделений, включая даже взвода связи, были переоборудованы в боевые. Такая возможность предусматривалась заранее. Даже на машинах медицинской группы стояли крепления для оружия, а эмблема красного креста была нанесена на съёмную пластину. Вставляемые в крепления по всем бортам машины. Часть машин, в том числе и трофейных, были отремонтированы. С минометных машин сняли миномёты, которые вместе с трофейными были выделены в стационарную батарею. А сами машины выделили в несколько групп. Наибольшую из которых составили все четыре сотни. И в которой оказалось чуть больше четырёх десятков машин. Машины миномётной батареи, с машинами сапёров составили вторую группу. Переоборудованные машины транспортной и медицинской групп, с машинами разведчиков, составили третью. Машины группы управления, снайперов и взвода связи выделили в резерв. Все машины были переоборудованы для ближнего боя.
   Сотни атаковали и быстро смяли дозор врага. Потом помчались в атаку на колонны главных сил врага. Но, не доходя до них, повернули и понеслись, выводя врага на позицию засады. Довели врага до входа в лощину и, пройдя мимо заметного камня, лежащего посередине входа, повернули в лощину. Враг попытался сократить путь и перерезать дорогу казакам. Но с этой стороны камня было неуправляемое минное поле. На которое сразу влетело несколько машин врага. Остальные либо резко остановились, либо попытались резко развернутся. В результате строй противника перемешался. Его машины сбились в кучу. И тут рванули фугасы. Взметнув в небо столбы горящего бензина, рухнувшего вниз огненным дождём. От которого полыхнул пожар. Эти взрывы послужили сигналами. Открыла огонь пехота. По сбившимся в кучу машинам открыли огонь миномёты. С гребня балки, во врага понеслись захваченные на вертолёте НУРСы. Сотни развернулись и, ведя огонь, понеслись в атаку. Огибая приметный камень. Во фланги врагу, спустившись с гребня, вышли вторая и третья группы. Ведя прицельный огонь. И враг не выдержал. Начал разворачиваться. И тогда с гребня пошла в атаку пехота.
   В тот момент когда основные силы противника попали в засаду вне её воздействия оказалось несколько групп противника. Две миномётные батареи, группы управления полка и обоих батальонов. И есаул повёл свой резерв в бой.
  Нацелившись первым делом на ближайшую миномётную батарею. Солдаты которой, увидев мчащихся на них казаков, бросив всё, бросились на утёк. И казаки, не останавливаясь, понеслись на ближайшую группу управления батальоном противника. Те сделали попытку контратаковать. Но сосредоточенный огнём казаки, быстро и практически без потерь, вывели их из игры. Следующей целью казаков стала группа управления полком. Вторая миномётная батарея успела развернуться и даже сделала несколько выстрелов, по пехоте, по гребню балки. Но миномётчики казаков сразу перенесли свой огонь по ним. И батарея врага замолчала. Оставшаяся последней группа управления врага попыталась остановить наступление. Они даже смогли собрать вокруг себя несколько машин врага. Но эта группа была смята преследовавшими врага казачьими сотнями. Вообще то, в преследовании приняла участие даже пехота. Облепив грузовики и установив на крышу кабины несколько пулемётов. Правда, толку от них было не много. Они смогли лишь собрать разбросанные по степи, остановившиеся машины.
   Правда, отловить всех врагов казакам не получилось. Несколько десятков машин врага смогли уйти в степь. Но главное было сделано. Попытка врага использовать тоже оружие не увенчалась успехом. Можно было опять переходить к рейдам сотнями. Правда, противник мог увеличить число блокпостов, усилить гарнизоны в них. С усиленного взвода, до роты. Но чем больше солдат сторожит тыл, тем меньше их становиться на фронте. Да и кормить, тех кто в тылу, тоже надо. А в результате снабжение фронта тоже должно уменьшиться. А это то, как раз чего, и добивался командир казачьего дивизиона.
   Через несколько часов, когда дивизион собрался и подготовился к походу, из разведотдела группировки пришел приказ принять вертолёты и приготовится к продолжению рейда. Для чего сообщить в чём дивизион нуждается в первую очередь. Есаул запросил всё, кроме людей и автоматных, винтовочных патронов и патронов к ДШК. И на шести вертолётах привезли шесть оборудованных в ремонтной сотне дивизиона джипов, необходимые боеприпасы, топливо, продукты, медицинские средства. И прибыл представитель штаба который и поставил задачу дивизиону. Предстояло уничтожить пять РЛС ПВО, чтобы блокировать ПВО противника в заданном районе. Обеспечив действия своей авиации. А после авиа налета атаковать штаб одной из армий группировки противника. И отправив на вертолётах раненых и ценные трофеи, есаул стал готовиться к новым боям. В первую очередь был отправлен конвой грузовиков. С пехотой, легкоранеными, пленными и трофеями которые нельзя было использовать в ближайших боях. На буксире грузовики потянули подбитые джипы, которые ещё можно было отремонтировать. Этот конвой должны были встретить резервная сотня дивизиона, в которой долечивались легкораненые в предыдущих боях. А потом и броне группа дивизиона, с транспортным и медицинским взводами. Которые должен будут доставить горючие, воду и продукты, для выхода к своим. А медики должны будут заняться ранеными. Радиотехническая сотня дивизиона получила задачу в нужный момент обеспечить помехи для переговоров противника. Относительно действий дивизиона. Правда, такую структуру есаул сделал совсем недавно, из расчёта на полк. До этого все эти подразделения были взводами.
   А значительно поредевший дивизион пошел в район выполнения задачи. Количество машин в подразделениях уменьшилось практически в половину. Правда, есаул сам уменьшил численности экипажей до четырёх человек. Отправив лишних людей, с конвоем.
   Три, из пяти, РЛС находились на противоположной стороне дорог. Там же находился и штаб врага. Поэтому есаул, перед атакой, провёл тщательный инструктаж. Поставил задачи. Снайпера должны были огнём из снайперских винтовок, в нужное время, вывести из строя две ближайшие РЛС. Атаки на две самых дальних, от штаба, РЛС должны были осуществить первая и вторая сотни. Поддерживаемые, взводами пластунов и сапёров соответственно. Миномётчики, вместе с машинами транспортной группы, на которые поставили ПТУРы, должны были уничтожить третью РЛС. И идти на соединение с главными силами. Которые составили оставшиеся сотни и группа управления. Медики и взвод связи должны будут уйти в район сбора. Где связисты должны были обеспечить связь групп. В отдельную группу были выделены мотоциклисты. Им предстояло контролировать контрольные точки, на маршруте отхода.
   В случае столкновения с превосходящими силами врага группам предписывалось рассыпаться. И выполнять задачу поодиночке. Были определены кодовые сигналы. Определяющие порядок действия. И результаты выполнения поставленных задач.
   В случае если прорваться через дороги, обратно, не удастся, уходить на юг. И при необходимости интернироваться в нейтральном государстве. Тоже когда-то бывшем в составе союза. И сейчас существующего лишь по прихоти противника. Правда там, на пути была река. Которую было необходимо ещё форсировать. И ещё надо было преодолеть несколько сот километров пустыни. Но этот маршрут был разрешен лишь, в крайнем случае.
   К вечеру казачьи отряды вышли на рубежи атаки, снайпера подобрались к своим целям. И в назначенное время атака началась. Сначала всё шло по плану. Снайпера очень быстро доложили о выполнении поставленных задач. А ударные группы быстро форсировали обе дороги, снося встречаемого противника. Миномётчики накрыли минами свою РЛС. Досталось от них позициям зенитчиков. Эта группа даже успела, соединится с главными силами. Но как говорится, что даже лучшие планы командования действуют до первого столкновения с противником. Так случилось и в этот раз. Нарвавшись на лагерь танковой части вынуждена была рассыпаться первая сотня. Правда, пластуны смогли сохранить строй, и даже объединить вокруг себя несколько машин из первой сотни. И, в конце концов, вывести из строя свою РЛС. Второй сотне и сапёрам не повезло уже после выполнения задачи. Их зажали, на отходе, и что бы вырваться, этот отряд тоже вынужден был рассыпаться.
   Но больше всего не повезло главным силам. Авиоудар по штабу запаздывал. И батальон охраны штаба занял оборонительные позиции. Отвечая на огонь крутившихся вокруг периметра казаков. Пришлось ждать свои самолёты. И когда штурмовики сделали первый заход, есаул приказал сотням разделится. Обе сотни, усиленные группой управления, выдвинулись на фланги позиций противника. А минометчики накрыли минами сами позиции противника. Транспортная группа осталась прикрывать миномётчиков. Хотя есаул и особенно не опасался удара с тыла. Оставшаяся на базе дивизиона радиотехническая сотня хорошо делала своё дело. Сразу глуша любые переговоры противника относительно действий казаков. Что вместе с тем, что удар был нанесён в трёх местах, должно было полностью дезорганизовать противника. Ещё одним сюрпризом, для противника, должна была стать атака сотен во время третьего захода штурмовиков. И когда самолёты проходили над штабом, поливая его из пушек, казаки прорвали ограждение периметра. И ворвались во внутрь, открыв огонь из всех стволов. Сотни сразу рассыпались по всей территории штаба. Минометчики прекратив огонь из миномётов, вместе с транспортной группой, тоже ворвались на территорию штаба. Казаки уничтожали всё что было можно. Но и не забывали про трофеи. На территории штаба были захвачены несколько джипов. А один из хорунжих, со своим взводом, даже сумел отбить, у противника, трофейный танк. Но самые ценные трофеи достались есаулу. Он сразу повёл группу управления к центру позиции противника. Где в небольшом котловане стояло несколько штабных автобусов. И нейтрализовав мечущихся солдат противника, группа управления высадила десант. Который возглавил есаул, взявший "ксюху". С каждой машины высадилось по два бойца. Которые быстро обследовали котлован и стоявшие в нём машины. Были захвачены раненый генерал противника, несколько связистов и важные документы. Но самое главное в одном из автобусов были обнаружены два российских, боевых знамени. А в запертом вагончике группа российских и союзных старших офицеров. Быстро собрав трофеи и уничтожив всё, что нельзя было забрать, десант вернулся на свои машины. Которые все это время кружили вокруг котлована, прикрывая действия десанта. После этого есаул дал команду на отход. И казаки оставив после себя разгромленный штаб стали прорываться на север в степь. Уничтожая по пути мелкие встречный группы противника. И обходя крупные. Особенно шокировал солдат противника танк, оказавшийся в боевых порядках казаков. Правда, с ходу прорваться получилось не всем. Одни машины остановились, оказавшись повреждёнными. Другие, несмотря на то что у всех водителей были ПНВ, застряли или попали в ямы. Третьи просто заглохли. Казаки помогали друг другу, снимая экипажи с остановившихся машин. Но не со всех. В ночной неразберихе, на скорости, собрать всех просто не возможно.
   В результате в степь, единой группой, прорвалось не более половины машин пошедших в атаку. Правда, к ним добавились трофейные. Джипы, захваченные в разгромленном штабе. Отбитый там - же танк. Пара грузовиков, подобранных по дороге. И эта разношерстная колонна потянулась к месту сбора, проходя контрольные точки. Следуя, через них, заданными маршрутами. Так, что замаскированные дозоры, могли зафиксировать их проход. И проконтролировать наличие или отсутствие "хвоста". В месте сбора есаул собирался подождать оставшиеся машины сутки, считая с момента начала атаки. Но все машины, следуя к месту сбора, должны были пройти через контрольные точки.
   Получил есаул и сообщение от конвоя. Всё прошло по плану. Конвой вышел, к своим, без столкновений с противником. Поэтому есаул приказал резервной сотне готовится к выходу, с закатом, в рейд. На смену главным силам дивизиона.
   Первая контрольная точка находилась в сорока километрах на северо-восток, от шоссейной дороги. Вторая находилась в двадцати километрах на север, от первой. Третья в двадцати километрах от второй, но на северо-запад. А база в двадцати километрах на запад, от третьей. Вот по этому маршруту и выходили отставшие машины. Одни по одиночке, другие небольшими группами. А те экипажи, что потеряли свои машины, выходили или пешком, или на трофейных машинах. Те, кому совсем не повезло, и которые потеряли своих "коней", подтянулись к первой контрольной точке к вечеру. Где и замаскировались. Дожидаясь пока их не заберут. Благо, находившиеся в схронах, в контрольных точках, парные дозоры их фиксировали. И докладывали о них на базу. Ну а те, кто сумел добыть трофейный транспорт, выезжали на нём. Подняв над трофеем казачий или российский флаги. Это были и грузовики, и мотоциклы. А один из экипажей, вахмистра второй сотни, даже захватил БТР. Но успели выйти не все. Потом ещё, с месяц, выходившие в рейд сотни, подбирали своих у колодцев. Тех, которые не успели выйти в срок. И потом пробирались от колодца к колодцу. Благо практически у каждого колодца, в 40-60 километрах, от дорог были подготовлены схроны с запасами. Найти которые можно было, потыкав шомполом в землю, через каждые 25 метров, во все четыре стороны света. На расстоянии не более 300 метров от колодца. А схроны, обычно, представляли из себя вкопанные в землю бочки. С крышками. С вделанными ручками. Замаскированными дёрном, камнями или небольшими кустами. Но достаточно было нащупать ручку и поднять крышку, чтобы проникнуть в схрон. Правда, такие схроны обычно минировались. Растяжками из ручных гранат. Граната крепилась к бочке. А чека проволокой к крышке. И при неосторожном подъёме крышки граната взрывалась. Снимать крышки следовало либо, зацепив крышку "кошкой" и оттянув крышку на верёвке. Не короче 20 метров. Или осторожно приподняв крышку нашюпать проволоку и снять её с крючка. Правда была примета, позволявшая безошибочно определять есть ли схрон, где он, и заминирован ли. Возле колодца бросалось несколько камушков. На ту сторону света, где находился схрон. И гранит говорил, что схрон не заминирован. А количество камешков говорило сколько раз по 25 метров надо было, отсчитать. Но не все знали об этой примете.
   Но дозоры не только фиксировали выходившие группы. В первую очередь они должны были следить за тем, нет ли "хвоста". И один из таких "хвостов" был зафиксирован. Уже ближе к вечеру за одной из машин дозор на первой контрольной точке зафиксировал идущие два мотоцикла. И прежде чем они дошли до второй точки, мимо первой прошли несколько БТР, десяток джипов и несколько десятков мотоциклов, набитых солдатами противника, основном в голубых касках. К этому времени на базе собралось около двух третей оставшихся в рейде. Которых есаул переместил к третьей контрольной точке. Создав видимость нахождения базы именно там. И разместил вокруг базы скрытые, парные дозоры. Обязательно разместив в них снайпера. И вывел четыре дозора на машинах.
   Дозор противника, выйдя на "базу" сразу же наладил наблюдение за ней. Разместившись между двумя замаскированными дозорами казаков. И как только взвод связи засёк переговоры противника, началась операция по уничтожению дозора противника. Взвод связи блокировал его переговоры. Снайпера, уничтожив несколько человек, заставили противника залечь. А два ближайших моторизованных патруля и группа с "базы" атаковали с трёх направлений. Довершив разгром. После чего у есаула осталось ещё около часа, чтобы приготовится к охоте на "охотников".
   Возможности дивизиона были ограничены по боеприпасам. Так в трофейном танке остался всего один снаряд, счёт ПТУРов и мин к миномётам щёл на единицы. 30-мм снарядов, 14,5-мм патронов и гранат к АГС не хватало даже на полную ленту, ко всем единицам оружия. Было мало патронов даже 12,7-мм и 7,62-мм винтовочных. Лишь автоматных патронов было около половины боекомплекта. Поэтому есаул стал готовить засаду. Благо враг шёл точно по проторенному казаками маршруту. С машин сняли ПТУРы и миномёты. Всего по паре машин несли 30-мм пушки, 14,5-мм пулемёты и АГС. А на остальных, даже не на всех были 12,7-мм пулемёты и пулемёты под винтовочный патрон. На машинах осталось по 3 человека. Остальные расположились в засаде, на пути противника. Засаду есаул разместил "подковой". Поставив в её порядках все пусковые установки ПТУР, на которые хватило ракет. И подготовив к бою миномёты, на один залп. Танк с БТРом и машинами должны были атаковать в лоб, по дороге. Головному дозору противника, из джипа и пятёрки мотоциклов, приготовили сюрприз из управляемого минного поля и снайперов, приготовивших по этому случаю бесшумное оружие.
   Пропустив головной дозор противника, есаул вдавил гранату в подствольник своего АКМ. Отложил автомат в сторону и приготовился выстрельнуть из одной "мухи" по головному БТРу, шедшими у противника первыми. У всех, находившихся в засаде казаков, было либо по два одноразовых гранатамёта, либо РПГ-7. И первый залп они готовились сделать из него.
   Есаулу не повезло. Он не попал из гранатамёта. Но все БТР находились под прицелами ПТУР и РПГ казаков. И практически все запылали от первого залпа. Лишь последний, в колонне, БТР вспыхнул не сразу. Но ближайшие к нему казаки взяли по второму гранатамёту. Решив этим его судьбу. А есаул подхватил свой автомат и стал посылать, из подствольника, гранату за гранатой, сначала по выбегающим из БТРов солдатам противника. Добавляя автоматные очереди. А затем в скопище из джипов и мотоциклов. По которым уже дали свой единственный залп миномёты. Противник попытался организовать сопротивление. Его машины спрятались в дыму подбитых машин. Оставшиеся в живых члены экипажей, которых заняли оборону. Прячась за бронёй БТР, между колёсами машин, за упавшими мотоциклами. А оставшиеся на ходу мотоциклы даже попытались контратаковать фланги засады. Но тут прямо на противника выкатили машины казаков, БТР и танк. Единственного выстрела, которого хватило, что - бы оставшийся противник бросился на утёк. Увидев это, есаул подал сигнал приготовится, к атаке, сам проверил наличие гранаты в подствольнике, заменил ещё не расстрелянные магазины, на новую пару и переместил оставшуюся "муху" за спину. И подал сигнал к атаке. Поднявшись первым.
   Машины, мотоциклы и БТР казаков на скорости промчались через позиции противника. Поливая очаги сопротивления огнём. И пытаясь догнать уходящие машины и мотоциклы противника. А танк остался, поддерживая атаку пехоты. Оставшиеся в живых солдаты спецназа противника не сдавались. Они сражались до последнего, прикрывая отход более везучих сослуживцев. Одна группа противника, заняв позицию между несколькими подбитыми джипами, оказало наиболее упорное сопротивление. Попытавшись даже подбить танк из гранатамёта. Чтобы их придавить есаулу пришлось не только выстрелить все гранаты из подствольника, но и потратить последнюю свою "муху".
   Этот бой привел к тому, что у дивизиона не осталось боеприпасов. Их потерю не восполнили даже трофеи. Поэтому дивизион остался практически не боеспособным. И подобрав своих бойцов, по контрольным точкам, дивизион с закатом двинулся к линии фронта. Разминувшись в темноте с резервной сотней вышедшей в рейд, главной целью которого был аэродром армейской авиации противника. И которая должна была поймать батарею пусковых установок тактических ракет противника. И навести на неё авиацию.
   На рассвете, как говорят моряки, на траверзе линии фронта, дивизион встретился с вышедшей ему на встречу своей бронегрупой. Сопровождавшей грузовики с горючим, водой и продуктами. И к утру, сдав пленных, большую часть трофеев и освобожденных дивизион ушел на тыловую базу. Где его ждало пополнение и подготовка к новым рейдам, по тылам наступающего противника.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"