Книга 1. Путь меча.
Журнал "Самиздат":
[Регистрация]
[Найти]
[Рейтинги]
[Обсуждения]
[Новинки]
[Обзоры]
[Помощь]
|
|
|
|
Аннотация:
Версия 1.1 Главы 1-48. Тапкоприемный пункт открыт круглосуточно.
|
Глава 1. Вызов.
Западное побережье со своими скалами и подводными рифами издревле пользуется у моряков дурной славой. И не напрасно. Все здесь наполнено жутким тягостным ощущением опасности. Мрачные волны беспокойного моря с неудержимой монотонностью бьются об острые скалы, словно зубы страшного чудовища, торчащие из воды. Здесь навсегда поселился пронизывающий до костей ветер, поющий стылую песнь среди руин. Это место гостей не любит.
Ходят слухи о мертвых голосах, доносящихся из развалин древнего города. Вдоль залива мертвецов, так местные называют эту бухту, в неспокойную погоду бесследно пропадают рыбацкие шхуны. Ходить за рыбой сюда не принято. Плохое место. Гиблое. Не принесет удачи улов, добытый в таком месте.
Уже в который раз кривой Ульмо шепотом выругался, поминая матушку своей старухи, упокой душу её Светлые боги. Дочку она воспитала себе под стать. Где это видано, ставить тут сети, к тому же в такую погоду. Да если на рынке узнают откуда рыба, последнее здоровье выколотят или того хуже из гильдии выгонят, тогда уж одна дорога - камень на шею и в воду.
Не понимает женщина, совсем не понимает. Большая часть жизни уже прожита, детей не нажили, куда копить деньги? В могилу с собой не унесешь, от Келемвора не откупишься. Истинно про баб говорят, волос длинный - ум короткий. Хотя в таком возрасте грех уже бояться загробного мира, пожил на свете, что уж теперь. Вот только слишком уж дурная слава у этого места. В припортовой таверне частенько рассказывают про дьявольские огни и звуки, исходящие из руин.
Да ещё дымка эта над водой, будь она неладна. Старика передернуло. Хорошо, что ночь сегодня светлая, не так страшно будет возвращаться домой. Светлая? Хотя какая она к Шеолу светлая! Одна звезда только горит прямо над головой, над осыпавшейся стеной старой крепости. Большая ЗЕЛЕНАЯ звезда!
- Матушка моя! - Ульмо потер слезящийся глаз. Прямо у края обрыва, нависающей над водой скалы, на земле, мерцал тусклый зеленый огонь. Невысокое ровное пламя, словно дышало. Вопреки воле ветра, оно время от времени выбрасывало языки своего пламени строго вверх. Что-то завораживающе опасное было в пульсации этого мертвенно блеклого света. Внезапно от берега раздался приглушенный расстоянием стон, от звука которого по спине старика промчался холодными ногами целый табун мурашек. Громко стуча зубами, он начал быстро вытягивать трясущимися руками невод.
- Светлые боги, услышьте мою молитву. Спасите неразумное дитя свое. - Забормотал давно забытые молитвы старик. Раздался ещё один стон, громче предыдущего. Бросив скомканный невод, и окоченевшими руками вставил весла в уключины, Ульмо перерезал веревку, удерживающую утлое суденышко на месте. Сил вытаскивать якорный камень из воды не было.
Бормоча молитвы и вразнобой хлопая по воде веслами, старик спешно направил лодку подальше от берега. Отплыв от скалы на безопасное расстояние и поставив парус, старик всю дорогу до порта грязно ругался, поминая нехорошими словами жену и свою глупость.
В то самое время, когда старый Ульмо только закидывал свой невод, на утесе, далеко выдающемся в море, скрытые от нечаянных взоров остатками построек, стояли два человека.
Первый - невысокий плотный крепыш, был одет в тунику практикующего подмастерья общей магии. С самодовольным выражением лица, он выполнял какие-то сложные манипуляции с горящим у его ног огнем, призрачно зеленого цвета. От его действий, пламя то стелилось по земле, то взмывало на высоту человеческого роста, бросая свой зловещий отсвет на поверхность воды. Сам огонь, попирая основы природы, горел прямо из темного плоского камня, по самую макушку утопающего в поросшей травой земле.
У ног магика, расположился ряд мрачных ритуальных принадлежностей: кроваво-красный камень, с кулак ребенка величиной, похожий на рубин, с изъяном - в виде мутной дымки внутри; чашка с синей, неприятного вида жидкостью, и замыкал треугольник - трехгранный прямой нож, с обломанным посередине лезвием.
За спиной занятого делом подмастерья, прислонившись к остаткам каменной стены, стоял сухощавый человек. По неброской поношенной одежде можно было понять, что он принадлежит к адептам храма Зара, некогда могущественного ордена огнепоклонников. Своей позой он словно олицетворял саму невозмутимость. Цвет его кожи, был несколько темней, а тонкие черты лица и слегка с горбинкой нос, говорили о примеси восточной крови.
Если бы кто-то мог видеть происходящее, то сразу бы понял, что свести двух настолько разных людей вместе, ночью и на запретной территории, могло только очень важное дело.
- Аргайл! Ты долго там будешь стоять? У меня уже силы на исходе. Пошевели конечностями для общего дела. Не видишь, благородный господин устал? - Коротышка осклабился, не прекращая, тем не менее, медленных пассов руками над пламенем и нарисованной под ним пентаграммой.
Аргайл слегка пошевелился, впрочем, только поменяв опорную ногу, Бойд порой бывает настоящей скотиной, но все равно ответил.
- Я бы рад, но ты, наверное, забыл, что Схрон скоро откроется. Так вся слава достанется мне, а я в отличие от тебя не такого знатного рода.
По правде говоря, упоминать знатность было бы сильным преувеличением. Род Бойда хоть и первые богачи на побережье, однако, положением обязаны своему предприимчивому предку из зажиточных мастеровых, который во времена Сумеречной империи снабжал войска второсортным вооружением, причем поговаривают, что работал на обе стороны.
Несмотря на статус дворянина, высший свет так и не принял в свой круг выскочку. Благодаря финансам семьи, это сформировало некоторый запас гордыни перед родовыми дворянами, которую Бойд всячески демонстрировал, при каждом удобном и неудобном случае.
- Подай Ключ, грызун библиотечный! Время! - Аргайл, не обращая внимания на зубовный скрежет Бойда, не спеша, дошел до развалин крайней стены, где была сложена их поклажа. Также неспешно, поочередно вынимая предметы, вытащил из лежащей у стены сумки керамический стержень в три пальца толщиной и в три ладони длиной. Выглядел этот предмет совершенно непритязательно. Часть верхушки одной из сторон была криво отломлена. Она, очевидно, когда-то служила креплением для украшения. По всей длине стержня, наискось, шли едва видимые, полу стёршиеся руны.
Аргайл усмехнулся от своих мыслей. Одна из загадочных реликвий Сумеречной империи почти два века прослужила ручкой двери в храмовые кладовые. Он сам никогда бы не обратил на неё внимания, магии в Ключе не осталось ни на грош, если бы не недавно отрытый свиток жизнеописаний Тоскора Угрюмого, одного из странствующих жрецов Зара.
Жрец этот жил так давно, что сведений о нем осталось всего на обгрызенные невежественными крысами полсвитка, который лежал на самой верхней полке, между описанием приготовления мази от геморроя и трактатом о видах соцветий луговых цветов.
В свитке описывались похождения мэтра Тоскора в восточных горах вперемешку с описанием быта и семейного уклада гномьих кланов. Обрывался же свиток как назло на рисунке данного ключа и первом абзаце, описывающем то, как Ключ был обменян Тоскором на одну меру соли, а до этого служил гномам в качестве колотушки для теста. Ещё в тексте упоминалась восторженность Тоскора от обладания самим ключом и сожаление о том, что открыть "Врата" невозможно без камня истинной крови. Сам Тоскор, судя по отрывистым упоминаниям в других трактатах, исчез при загадочных обстоятельствах более десяти веков назад. Больше сведений о нем не было. И это было крайне странно, храм Зара чтил память о своих патриархах, сохраняя малейшие крупицы жизнеописаний в своих архивах.
Когда-то давным-давно, культ Зара был основной религией западного побережья и обладал немалым весом в управлении Сумеречной империи. Однако в момент противостояния империи альянсу людей и эльфов, почему-то соблюдал нейтралитет, поэтому после капитуляции последнего - западного форта Дроу, был обречен на отчуждение.
Впрочем, несмотря на лишение многих привилегий, со жрецами приходилось считаться, враги культа жили недолго и имели странную привычку самовозгораться столь сильным пламенем, что нередко сжигали заодно и весь свой дом вместе с домочадцами.
Что за "Врата" необходимо открыть, Аргайл обнаружил только спустя несколько лет после прочтения свитка. К тому времени он уже окончил храмовую школу элементарной магии.
С этими мыслями, Аргайл сделал несколько шагов в сторону Бойда и протянул ему Ключ.
- Наконец то! Я уж думал, ты заснул. Отойди в сторону, не мешай мастеру работать. - Бойд нетерпеливо отпихнув напарника, поместил Ключ в отверстие в камне и сразу отошел назад. Как оказалось, вовремя. Над камнем взметнулось зеленое пламя в рост человека, впрочем, все также бездымное и не дающее жара. Показалось, что по обрыву прошла призрачная дрожь заставляющая шевелиться все волоски на коже.
- Чего-то не хватает. - Пробормотал Бойд, поворачиваясь, и только сейчас увидел в шаге за спиной Аргайла.
"!!?" - Недоуменно поднял брови он, прежде чем партнер с силой толкнул его в бушующее пламя.
Нестерпимая боль, обжигающая кожу, навалилась на Бойда. Он успел только открыть рот для крика, как языки огня проникли внутрь, мир вспыхнул и погрузился во тьму. Пламя взметнулось ввысь, и опало, не оставив и следа от дворянина в третьем поколении.
- И кто теперь грызун?! Жертва нужна для открытия врат! Жертва! Надо было книги читать, а не по бабам и выпивке состязаться! - Нехорошо усмехнувшись, процедил Аргайл сквозь зубы.
Внезапно камень, издав противный полу скрежет - полу вопль, треснул посередине. По скале пронеслась мерцающая, плотная волна энергии, которая сбила Аргайла с ног и, протащив несколько метров, закинула в куст репейника. Последнее, что он увидел, прежде чем удариться головой о валун, было темно-красное пятно, быстро разрастающееся на месте пламени. Оно было похоже на несколько огненных вихрей, хаотично круживших вокруг ярко горящего шара размером с голову ребенка, и точно не было похоже на врата схрона...
***
"...и сказал тогда Жрец. - Оставь этот мир и уйди отродье богомерзкое! Вдосталь исстрадалась земля от игр твоих демонских.
Но смеялся демон, слюною своей мерзкой жреца одеянья испачкав! И смеялось воинство тьмы вслед за ним, орудиями смерти потрясая и богохульствуя.
Воззвал тогда Жрец к прародителям Света, и взмолился он о ниспослании сил. Был ответ сотрясению тверди подобен, и потекли реки силы, чрез длани жреца, злого демона устрашая.
Охватило пламя божественное, жреца и демона, взмолился тогда демон, пощады желая, но твёрд был Жрец в вере своей.
Грянул гром. Вспыхнули оба светом ярким, с лица земли исчезая, и только посох жреца да жирный пепел на месте том остался.
Армия демона же, силы потеряв, бита была и бежала, и гнались вслед за ней воины света, десятками врагов убивая...".
"ТЬМА! Умри тварь!!! ЧТО? КАК? Где эта преподобная сволочь!"
Существо, громко клацнув внушительными челюстями, зевнуло, обнажая частокол кинжалообразных зубов. "И тут эти благообразные подгадили, такой сон испортили. Хотя, какой еще к праведникам сон!? ГДЕ МОЁ ВОЙСКО!??"
C явным отвращением оглядывая неказистую местность, демон отметил полное отсутствие всякой разумной жизни. Право слово, разве можно считать разумным вонючего хассита, выродка презренных предателей. Однако же в обозримом пространстве не предвидится больше никаких вариантов, так что может и этот червь на что-то сгодится.
Повернувшись, в сторону ошарашено наблюдающего за ним человека, и заметив страх на его лице, демон довольно осклабился.
- Иди сюда букашка! Я тебя не больно съем.
"Нет, ну что за погань!? Потерял сознание". - Задумчиво почесав призрачной пятерней затылок, демон решил пока осмотреться. Хассит подождет.
Взлетев на сто локтей вверх, он увидел только бескрайнее море леса и руины на месте города.
"Хм. Какой покойник посмел отобрать у меня месть??!!" - Начиная терять самообладание, демон скользнул вниз. Следовало осмыслить, что происходит.
Судя по изменениям разлитой вокруг манны, прошло не менее десятка циклов, но это еще стоило проверить. Руины на месте города тоже не давали заподозрить, что все случилось только вчера.
Без усилия войдя в сознание хассита, демон во весь свой неслабый голос издевательски заухал. Эти идиоты решили, что ключ запирает таинственный схрон наполненный артефактами и золотом. Нет, все-таки предусмотрительность всегда оплачивается. Два цикла в шкуре странствующего жреца это справедливая плата за свободу. Жаль, не все враги смогут ощутить на себе его благодарность. Скорей всего банально умерли от старости, не дождавшись ответных даров.
Были и положительные моменты. За время продолжительного отсутствия даже имя его рода было забыто и похоронено за краткой жизнью смертных.
Во время осмотра сверху, местность он все-таки узнал. Это были окрестности Ашкерума. Башни Тарриваэля уже не существовало, а ведь когда-то это был неплохой демонолог. Поморщившись, демон это признал. Плохой не смог бы удерживать его тысячу с лишним лет. Хотя, если бы не его дурной папашка, перевариваться бы эльфенку в желудке.
Все же не время предаваться воспоминаниям. При открытии врат произошел сильный энергетический выплеск. Даже если рассчитывать, что за тысячу лет все о нем позабыли, недооценивать потенциального противника не стоило. Не в этом состоянии. Он еще слишком слаб. Пока слаб...
В сознании хассита хранилось довольно много информации по различным вещам, и демон решил пока его не выпивать, маны еще довольно много. К тому же, послушная личина не помешает. В его теперешнем состоянии выбирать не приходится. Пока не создашь себе новое тело взамен утраченного, энергия будет уходить в пространство чудовищными темпами. А делиться демон не любил с детства.
Кстати об энергии! Впитать её не получается. Резерв после стольких лет, как худой мешок. Однако можно употребить её на нужное дело. Врата будут открыты еще какое-то время, но надо поторопиться. Чем больше времени пройдет, тем меньше шансов будет у заклятья поиска.
Вселившись в тело хассита, он выпустил астральную паутину. Для удержания врат, нужна жертва. Повертевшись на месте, он почувствовал приближающееся существо, какой-то крупный зверь. Потянувшись разумом в сторону стука сердца, обнаружил закрытое щитами воли сознание. Немного удивившись, грубо взломал защиту и, захватив управление над телом, вывел пойманное существо на открытое пространство. Увиденное его удовлетворило.
Судя по расцветке - пятилетний шергард. Их выводили маги, специально для охраны своих владений. Взрослая особь шергарда обладала хорошей защитой от боевой магии, а кроме этого была разумной и весьма свободолюбивой. В свое время эти магические гибриды кошек и рептилий, немало крови попортили разумным. Только сильные маги могли контролировать подобных созданий, да и те из воспаленного чувства самосохранения в итоге отказались от таких сторожей. Чрезмерно самостоятельными и кровожадными получились питомцы.
Осторожно переместив тушу животного ближе, шергард даже в таком состоянии умудрялся сопротивляться захватчику, демон уложил его в центр площадки. Освободился от тела и взмыл на десяток локтей, затем, связав некоторое количество энергии в кончиках когтей, несколькими профессиональными росчерками, начертил восьмиугольник вокруг туши. Резкие линии проплавили почву на несколько пальцев. Поставив знаки средоточения, которые должны будут удержать печать астрального поиска на достаточное время, демон вернулся вниз.
Произнеся необходимые слова, он резким движением разорвал горло зверя. Брызнула темная кровь, попав точно на линии рисунка. По мере заполнения линий, печать стала наполняться силой. Выждав необходимого момента, демон произнес ключевое слово и активировал её. Со слабой красной вспышкой, печать отдала энергию заклинанию.
Глава 2. Утро добрым не бывает или о сомнительной пользе бега.
Наливая себе горячий кофе, Федор умудрился опрокинуть чашку на новые джинсы и перепугал негодующим воплем кота, занимавшего обзорную площадку на стремянке. Ввиду перманентного ремонта, на кухне она стояла уже полгода.
Кот, от испуга раздувшись вдвое, с фантастической быстротой прокручивая лапами на ламинате, скрылся под ванну, по дороге свалив тумбочку.
Поменяв джинсы, Мальцев обнаружил, что неприятности на этом не заканчиваются. Лежавший на тумбочке сотовый, разлетелся на части, и после сборки не хотел включаться. Оставив поломку на потом - время было уже идти на работу, парень вышел за дверь и понял, что не взял ключи. Потратив на поиск ключей полчаса и перерыв все вещи, он нашел их в испачканных кофе джинсах. К этому времени Федор уже был на грани паники. Опоздания в конторе, в которой он трудился, не приветствовались.
Он как всегда зачитался с утренней чашкой кофе, вот теперь приходиться снова торопиться. Обидно было и книгу бросать на интересном месте, на пару дней всего взял почитать у знакомых. Меринг "История войн...", оказался интересным рассказчиком и неплохим аналитиком средневековья. Вообще Мальцев любил книги о древних временах, даже в институте любимым предметом была история.
Помянув плохим словом свалившийся вдруг ком мелких неприятностей, парень пожелал только чтобы на этом они и закончились. Однако на выходе приключения продолжились.
Выбежав из подъезда, Мальцев с размаху наступил в уже оттаявшую лужу, добавив себе впечатлений от сегодняшнего утра.
В автобусе ему, стоящему у входа, оттоптали ноги, а пара отчаянных бабулек профессионально работавших локтями умудрились выпихнуть его на остановку раньше.
Пробежав на крейсерской скорости мимо укоризненно смотрящей вахтерши и облегченно рухнув на рабочее место, Федор уже было принялся читать почту, как поступил звонок от зам. директора.
С некоторой долей фатализма ожидая нотаций, он под сочувственными взглядами коллег уныло поплелся в приемную. Разговоров с Левиным парень не переносил. Не то что заместитель директора как-то ущемлял подчиненных, просто часто повторялся и вставлял поучительные случаи из собственной жизни и практики, которые должны были по его разумению наставить сотрудников на "путь истинный". Из-за этой его привычки, в фирме он выполнял чаще всего карательные функции.
- Федор Романович. - Левин предпочитал называть подчиненных по имени отчеству. - Вы уже второй раз за месяц опаздываете. Потрудитесь объяснить, с чем это связано, только давайте не будем вспоминать про больную бабушку и испуганных котов на деревьях.
К слову сказать, Мальцев один раз действительно задержался, снимая с дерева своего кота. Любимый питомец как-то умудрился выбраться с балкона на ветку, и сидя на ней истошно орал перебудив половину дома, пока его не сняли. По всей видимости, дурное животное мстило ему тем самым за профилактический карцер на балконе.
- Я никак не понимаю Вашего отношения к рабочему графику. - Левин сделал ударение на В. - Вот обратите внимание на Мариночку Князеву, по ней часы сверять можно.
На Мариночку, секретаря директора, парень обращал внимание часто, но совсем по иному поводу. Голубоглазая высокая шатенка была эрогенной зоной всей конторы. С ее появлением, в фирме негласно появился четвертый объект, на который можно было смотреть бесконечно долго. Японские соучредители в каждый свой приезд фотографировались с ней как с очередной достопримечательностью.
Мальцев и сам с удовольствием бы с ней сфотографировался, хотя и не любил фотографироваться вообще. Он давно ломал голову как бы к ней удачнее подкатить, но все идеи в силу самокритичности казались или глупыми или абсурдными. В который раз он посетовал про себя на родителей за чересчур интеллигентное воспитание. В его 23 года, девушек у него было немного, да и те сами проявили инициативу при знакомстве.
- Федор Романович, да вы меня совсем не слушаете. Вам нужно поработать над вашей усидчивостью и вниманием к работе. И вот ещё, что это за музыка у вас в свободное время играет. Металл? Во времена моей молодости это направление не слушали. Считали его влияние на молодежь опасным. И не зря.
Мне и сейчас кажется, что она вам только во вред. Вы только представьте себе, сколько нервных клеток отмирает от вашей агрессивной музыки. К моему возрасту, вы уже с трудом сможете слышать.
"В твоем возрасте я застрелюсь", мелькнуло в голове у Мальцева. В свои 55 лет зам. директора выглядел на все 70.
- Печально осознавать, что сегодняшняя молодежь совсем не думает о будущем. - С горестным вздохом закончил Левин, и видимо посчитав миссию по вразумлению выполненной, закончил отцовским тоном. - В вашем возрасте уже надо жениться, это точно поднимет вашу мотивацию. Эгоистично думать только о себе. Попробуйте подумать о будущем. Надеюсь, что вы не станете обижаться на старого мудрого человека.
Желая свести к минимуму монолог зам. директора, парень всю дорогу молчал. На реплики в разговоре по душам, Левин любил отвечать долгими пространными рассуждениями. Поэтому дождавшись пока Левин выговорится, Федор облегченно вздохнул, поблагодарил за потраченное на него время и поскорее ретировался.
В приемной его снова встретил ангельский взгляд синих глаз Мариночки, от которого почему-то на этот раз не возникло желание отвести глаза, а наоборот накатило какое-то ребяческое веселье.
- Марина Сергеевна, - улыбнулся Федор, - А вы знаете, что мне Владимир Михайлович посоветовал на вас жениться. Вот прямо сегодня.
- Прямо сегодня не получится, - Неожиданно приняла игру Мариночка, - Но я обязательно предупрежу папу, что ко мне сватаются.
- А как же мама? Неужели она не принимает участия в смотринах? Я, наверное, лучший в фирме специалист по мамам. Наверняка ваша мама замечательно стряпает. Вот мы бы как раз и могли зайти обсудить на чайной церемонии все вопросы, сразу после ресторана, ну это если в театр не попадем. - Невинно улыбаясь, решил и дальше понаглеть Мальцев, пребывая в шоке от самого себя.
- Марина, вот эти бумаги необходимо срочно отправить в головной офис. - Убил зарождающийся шанс Мальцева, вышедший из кабинета директор.
- А Федор, ты то, как раз мне и нужен! Наливай себе кофе и заходи.
Директор, несмотря на свой серьезный уже возраст, предпочитал демократичный стиль общения, чем составлял разительный контраст своему заму. Впрочем, Валеру, то есть Валерия Афанасьевича, в фирме любили.
- Федор, я читал вчера почту, которую прислали наши экспедиторы. Хотел бы узнать, что там за печальная история с отмененными перевозками? И почему Максим Толмачев вынужден разбираться с делами отдела логистики?
Вопрос был достаточно щекотливым. Перевозчик представлял собой протеже предыдущего начальника отдела, и Мальцев, постепенно отодвигал его от кормушки. Не то, чтобы он так уже сильно недолюбливал Макса, просто во всем должна быть мера. А Р-лайн эту точку зрения точно не разделял. Несколько заказов они сумели привезти по серой схеме в такие деньги, что Федор всерьез задумался переходить на легальную доставку. Макса конечно особо подставлять не хотелось, но этика этикой, а своя шкура ближе к телу.
- Понимаешь Валера. - Осторожно начал он. - Появилась новая схема по доставке части грузов, по деньгам меньше, единственно только сроки не утрясли.
- Говори как есть. - Поморщился Валера.
- В общем, ребята из Р-лайна зарвались. Они возят наши грузы практически с момента образования фирмы. Можно сказать, что это мы Р-лайн подняли. Слепили эдакого мелкого монополиста. Девяносто процентов грузов всегда проходило через них, и эти деятели решили воспользоваться возможностью ценник задрать. Совсем немного, процентов на тридцать. - Съязвил Федор.
- А почему мне об этом не сообщили?
- А зачем распространять устаревшую информацию, мы ведь их своевременно откинули. К тому же по части заказов впоследствии удалось снизить ставку. - Мальцев облегченно вздохнул. Макс вроде теперь не при делах, а шашкой махать Валера не станет, если ущерб не увидит.
- И вообще я думаю опасно класть все яйца в одну корзину. Сейчас мы собираемся поделить объемы сервиса между тремя компаниями, по тридцать процентов. - Сделал контрольный выстрел Мальцев.
- Вы главное график поставок не сорвите своими разборками. - Добродушно сказал Валера. - Да и Мариночку позови, как выходить будешь.
У стола секретарши уже вьюном вился Андрей, конторский сисадмин, добрейший души человек, абсолютно несерьезного поведения, на почве которого и имел многочисленные проблемы со стороны мужской половины фирмы. Впрочем, имея неслабый дипломатический талант и странноватое чувство юмора, все конфликты он как-то умудрялся разруливать.
- Марина, тебя шеф зовет. Услышал, как тут Пасишниченко разоряется, говорит сейчас сам выйдет его потенции лишать. - Не удержался от подколки Мальцев.
Пасишниченко мгновенно сменился в лице и развеялся на просторах фирмы.
"Вот вроде бы пакость сделал, нехорошее, по сути, дело", - подумал Мальцев, - "а настроение то улучшается". Сев на свое место, он, наконец, загрузил почту.
Список дел на сегодня вроде бы не слишком большой. Отчет по командировке он уже написал, будем надеяться, что поставщики выполнят свои обещания. Неплохие мужики оказались в реале, несмотря на сложности в общении по телефону.
Написав пару писем зарубежным контрагентам, парень вывел в итоговом файле динамику по ключевым позициям и недовольно покачал головой. Все-таки Макс гавнюк. В результате его гнилой выходки, фирма могла остаться без необходимых реактивов. Серьезность ситуации еще и в том, что кроме как за границей их нигде не достать. За вменяемую цену, естественно.
У Мальцева возникло чувство, что этот товарищ уже откровенно начал копать под его кресло. Ему давно уже говорили, что тот частенько пользовался грязными методами, формируя свою команду. Взять вот хотя бы ту безобразную историю с прошлым директором производства. Кто-то из совета директоров обнаружил информацию личностного характера на одном из сайтов знакомств, а как отягчающие обстоятельства, в блоге были описаны похождения управленцев и собственников на корпоративах, в лицах и красках.
Производственника тихо рассчитали, для персонала фирмы - "по собственному желанию", а для него самого, как не соответствие корпоративным стандартам фирмы и назначили на его место одного из близких друзей Толмачева.
Все бы так и спустили на тормозах, но бывший директор производства как-то докопался до истинных мотивов увольнения и пришел банально бить морду Максу. К сожалению большинства рабочего люда в конторе, бывший кмс по боксу Петров, план свой реализовал только частично. Макса от серьезного членовредительства спасла охрана.
Сидя за рюмкой кофе вечером того же дня, Серега успокоившись рассказал, что ни о каком сайте он понятия не имел, зато узнал кто подкинул инфу директорату. Там уже автора подлянки было вычислить несложно.
- Здарова Романыч. Хошь прикол? - Пришло сообщение от коллеги
- Здарова. Чё?
- К нам ща из оконной конторы приехали мужики в форме с надписью сцуко. Иди, посмотри, там бухгалтерию уже пополам сложило.
- Да ладно. - Выглянув в коридор, Мальцев увидел еще парочку ухмыляющихся из разных кабинетов голов. Надпись наличествовала.
- Неуч. Это по-немецки. Читай Шуко.
- Ну, вот неинтересно с тобой шутить, вечно интеллектом задавить пытаешься.
Спустя восемь часов работы и шесть кружек кофе, позвонил Быстров, еще один его давний товарищ. Родоначальник всех развлечений и почти всех травм Мальцева.
Сергей Быстров по кличке Шустрик, был его полной противоположностью. Там где Федор планировал спокойно и вдумчиво обжевать вопрос, Шустрик принимал молниеносные решения. Там где он пасовал перед мелкими проблемами, Сергей пролетал их, даже не заметив. Опять же отдыхать Мальцев любил с книжкой на диване, однако в силу дружбы с клубком адреналина в виде Шустрика, часто участвовал в различных физкультурных и не очень мероприятиях.
- Алло. Смольный! До тебя невозможно дозвониться. - Жизнерадостно посетовал Шустрик. - Хватай кроссовки и форму, будем кросс бегать. Жду тебя через полчаса на остановке.
- Какой еще кросс Серега? Ты с дуба рухнул? Во мне литра два кофе болтается, для меня сейчас бег это путь к инфаркту. Я лучше дома с телевизором посижу, устал как собака.
- Брось притворяться овощем. В твоем случае бег это путь от геморроя к инсульту. Да и в ситуации, когда человек между чистым воздухом, и потерей зрения, выбирает потерю зрения - инсульт не грозит.
- Это почему же?
- А откуда в пустой голове мозг? - Заржал Быстров.
- Ах ты, собака серая! Видел мои новые кроссовки, ага? Через полчаса я их тебе в задницу запихну.
Закончив разговор, Мальцев уже с большим энтузиазмом собрал бумаги со стола и разложил их по папкам. Стол должен быть девственно чист в начале работы и в её конце. Он старался пробовать новые тенденции в управлении временем, конечно, не все из них приживались, но то, что оставалось, увеличивало качество использования рабочего времени. Смешно представить, но такая простая вещь как приведение в порядок стола, помогает упорядочить мысли, а ясное мышление - это прозорливость и перспективность. К тому же это позволяет правильно подвести итог прошедшего рабочего дня, и запланировать следующий.
Через полчаса он уже был на остановке. Серега, как обычно в своей темно-синей счастливой мастерке, успел познакомиться на остановке с какими-то девушками и сейчас размашистыми жестами расписывал им что-то грандиозное. Девушки переминались с ноги на ногу и часто поглядывали по пути следования автобуса, с нетерпением ожидая его появления.
- ... и вот смотрю я на экран, а там вампирша как зыркнет в дверной глазок, ну а меня коллега как прихватит за коленку! Я с перепуга и озвучил невысказанную фразу мальчика.
Девушки, изредка вежливо хихикая, изображали стоическое терпение, но по себе Федор знал, что вынести разглагольствования Быстрова больше получаса, мог только сам Быстров.
- О, вот и наш опаздун. Познакомьтесь. Света, Лена, а этот вьюноша бледный со взором горящим..ой. - Локоть Мальцева, сбил шустрика с ритма.
- Это Федор ибн Роман ибн Мальцев аль Петрова-38. Что ты меня локтем тычешь? Я возбуждаюсь!
- Сам ты ибн! Не видишь, девушки торопятся.
- Да мальчики, нам действительно пора ехать. Спасибо Сережа за занимательную беседу, надеюсь увидеть тебя на очередном классе йоги. - Хриплым голоском сказала Лена, высокая сероглазая блондинка с конопушками. Сквозь вырез в блузке можно было видеть внушительную грудь.
- И вы тоже приходите. - Улыбнулась Федору другая девушка. Она не в пример подруге, была жгучей миниатюрной брюнеткой.
- Тебе дать платок? - Осведомился Шустрик у Мальцева.
- Зачем мне твой платок? Там, наверное, соплей с пол кило.
- А чтоб слюни вытереть. Вон уже как у муравьеда перед муравейником по полу волочатся.
- Да я тебя за такие слова сейчас самого в муравейник воткну, наглой твоей раскормленной, интеллигентной мордой.
- Догони сначала.
Шустрик припустил по парковой дорожке, легко преодолевая легкие препятствия в виде велосипедистов, урн и скамеек.
Мальцеву, бегущему следом, было вовсе не так легко. Несмотря на два месяца, которые они с Серегой бегали по вечерам, он каждый раз с надеждой ждал, когда же тому надоест это новомодное действо, и он переключится, например на плаванье. Нет только не плаванье, утонуть еще в бассейне не хватало. Лучше на пинг-понг. Или шахматы, да вообще любой вид спорта, где не надо было бы так напрягаться.
Бормоча под нос проклятья, Мальцев летел по парку, перепрыгивая собак, кусты и скамейки, пытаясь хотя бы не сильно отстать. Шустрик же, как бы издеваясь, оббегал препятствия и успевал на бегу делать в адрес своего друга непонятные, но явно издевательские, знаки руками.
Перепрыгивая через очередную скамейку, Федор зацепился ногой и, успев только подумать о пользе медицинского страхования, почему-то в критических ситуациях его мозг предпочитал, оценивать картинку со стороны, полетел на землю, выставив вперед руки.
Перед глазами мелькнуло, земля оказалась неожиданно далеко. Метра два не меньше. Не успев сгруппироваться, Мальцев плашмя рухнул на черную кучу мусора оказавшуюся прямо перед ним.
Глава 3. Прибытие.
Призванное существо не излучало ни капли энергии, ни на одном из планов бытия. Слабая, недоразвитая аура. Даже физически оно не представляло собой ничего особенного. Оно просто лежало мордой вниз и жадно хлебало еще теплую кровь шергарда. Судя по всему, этот экземпляр предпочитал питаться падалью. Ну, дело житейское, лишь бы была польза.
Брезгливо, двумя когтями подняв его над тушей, демон принялся рассматривать своего нового фамилиара. Тщедушное существо было одето в серую толстую одежду и черно-белую обувь. Из-под капюшона виднелась уродливая морда, испачканная в крови.
- ЧТО-О-О!? Паршивый человечишка? - Проревел демон, в бешенстве мотая вызванное существо как тряпичную куклу. На одном таком рывке, кусок одежды, за которую держался демон, оторвался, и существо улетело в кусты.
- Проклятые паразиты!? И до изнанки добрались!? Нигде нет покоя от этих вонючих насекомых.
Демон успокоился так же неожиданно, как и разъярился. - "Видимо, не хватило времени для заклятия. Не беда. Маленькая неудача не испортит первый день свободы, после тысячелетнего заключения. Ну что ж, нет, так нет. Сам справлюсь. Надо навестить родственников и воздать им за коварство, да и тюремщикам неплохо бы передать горячий привет, если конечно они все не сгинули в толще времен. Однако, прежде всего, нужно укрепить оболочку и некоторое время воздержаться от встреч с магами. Чтобы не вызывать подозрений, придется пожить среди людишек какое-то время". - Демон недовольно рыкнул. - "Но потом его ничто не остановит. Ничто и никто".
Вселившись в тело хассита, он вознесся на высоту чуть выше крон деревьев и с возрастающей скоростью полетел на север. Затеряться легче всего в столице Фиарии. Там у его носителя есть семья и дело. Будет с чего начать...
***
Восприятие возвращалось медленно. Сначала Мальцев почувствовал покалывание в пальцах рук, затем отозвались желанием почесаться ноги. Ноздри уловили острые запахи леса, такой запаховый шум обычно стоит в теплицах с экзотическими растениями. В памяти почему-то всплыло, как они с другом в детстве разоряли ботанический сад и как в итоге попавшись, носили целую неделю удобрения для теплиц, и перекапывали землю. Как ни странно виной тому были не вовремя слетевшие с друга во время бега шлепанцы. Пришлось снова возвращаться за забор, чтобы тому не пришлось отдуваться одному.
Открыв глаза, Мальцев подумал, что он как раз в одной такой теплице и проснулся. Только вот в теплицах не было такого звукового сопровождения в виде пения птиц и везде лезущей мошкары. С трудом выбравшись из объятий колючего куста, он выпал на небольшую открытую поляну.
В середине лежала та самая куча, в которую он по неосторожности упал. Подойдя поближе, он как по щелчку вспомнил, как запнулся, зацепившись за скамейку. Как лежал на трупе странного существа, полу кошки - полу рептилии, захлебываясь ее кровью. Как его рывком вздернули к лицу, а точнее неописуемо страшной харе, висящего в воздухе существа. Успел заметить, как у ног существа ничком лежал какой-то худой желтокожий человек. Существо что-то прорычало, и парень практически почувствовал, как в его память вторгается чьи-то мерзкие щупальца. Мальцева вытошнило.
Пошатываясь, он добрел до края поляны и, прислонившись к дереву, тяжело сполз на землю. Голова отказывалась работать. Прикрыв глаза, парень на какое-то время отключился, пытаясь переварить полученную информацию.
Пробежав в памяти все утро, он так и не смог найти ни одной зацепки, почему и как он мог тут оказаться. Голова отказывалась работать, в духе зависшего компьютера гоняя кадры падения и возникшей вслед за этим страшной морды неведомого монстра. Это должно быть как-то взаимосвязано.
Зажмурив глаза, и тряхнув головой, Мальцев пришел к глубокомысленному выводу о полной нереальности происходящего. Помотав головой и ущипнув себя пару раз, пришлось все-таки признать то, что это реальность. Во сне не бывает таких ярких видений, не пахнет так одурительно растениями и уж тем более не чувствуется боль от ушибов и царапин. Еще и какое-то постороннее рычание в правом ухе. Деточка угадай, в каком ухе у меня жужжит?
Мальцев со скрипом повернул голову и встретился глазами с копией мертвого существа, лежащего в центре поляны. Копия была больше практически в полтора раза и выглядела внушительно. Судя по глазам и нервно мотающемуся хвосту, кошка была в плохом настроении.
- Эээ.. спокойно киса. Я сам тут недавно. - Выдавил из себя Федор, задом отползая в кусты. - Всплеск адреналина разом прояснил мысли. Такие кошки в России точно не водятся, а уж если завелись, то питаются явно не травкой.
Кошка оскалилась, придвигаясь. Из оскаленной пасти дохнуло отвратительным запахом гнилого мяса. Скорей всего на реакцию Мальцева повлияло именно последнее.
С диким воплем, от которого кошка даже на мгновение отпрянула, он кинулся сквозь кусты, не различая дороги. Проломив ряд веток, и расцарапав лицо, вывалился в небольшой овраг, чтобы увидеть, как кошка одним прыжком перемахнула кусты в трех метрах от него.
Федор отчаянно помчался вдоль ограждающих поляну зарослей, спотыкаясь и оскальзываясь на прелой земле. Съехал на боку с горки, попав ногами в ручей и замешкавшись, получил удар между лопаток, от которого его словно вынесло на другой берег. Чудом удержавшись на ногах, он не снижая скорости побежал дальше.
Деревья, деревья, кусты. Зацепившись за ветки, Мальцева занесло. Мимо, обдав его запахом сырой шкуры, пролетела туша кошки. Нечеловечески заверещав, он кинулся в обратную сторону. Метров в двадцати перед ним лежала какая-то груда камней. В панике, парень, напрягаясь изо всех сил, устремился туда.
Добежав до дальних деревьев перед рядами камней, Федор запнулся об удачно расположенный корень и, пролетев пару метров, выкатился из леса кубарем, ободрав попутно спину о колючки.
Падения по склону остановил заботливо подкинутый кем-то камень с острыми гранями, которые тут же, обрадовано, впились в и так пострадавшую сверх всякой меры спину. Зашипев сквозь зубы проклятия, Мальцев как обиженный еж, на трех конечностях развернулся в сторону леса, и замер с камнем в руках, ожидая прыжка лесной твари. Бежать уже не было сил, да и собственно некуда. За спиной на восьми метровую высоту, а кое-где и выше, вздымались развалины стены, которая тянулась на неизвестную длину вправо и влево.
Площадка, на которую он выпал, и место у стены были усыпаны серым песком, похожим на неоднородную мраморную крошку, стена также состояла из серого камня. Судя по состоянию стены у основания, строили её на века. С этого места он не смог заметить больших зазоров между каменными блоками.
Спустя несколько ударов сердца, громом отдававших в голове парень скорее ощутил, чем услышал тяжелое дыхание преследовавшего его зверя. Шум, то удалялся, то приближался. Кошка, словно раздумывала, выходить на свет или нет.
- Давай уже скотина, давай. - Простонал Мальцев, с хрипом ловя пересохшим ртом, ставший твердым от быстрого бега воздух.
Время шло, а зверь так и не торопился выходить, нервно, в этом он уже не сомневался, прохаживаясь вдоль границы деревьев. Порой даже можно было различить силуэт полутораметровой туши, да зеленый отблеск глаз. Прохаживаясь, зверь, издавал недовольное урчание, словно поражаясь вероломности двуногого, осмелившегося выбежать за пределы игровой площадки.
С опаской посматривая в сторону деревьев и замирая через каждый шаг, Федор начал пятиться в сторону стены, судорожно выглядывая пути дальнейшего отступления. Не было никакого желания выяснять, почему животное не может выйти из-за деревьев, и как долго продлится его неуверенность. Поворачиваться к неведомому зверю спиной тоже не хотелось, помнится, представители семейства кошачьих предпочитают нападать на добычу именно с этой стороны.
Кое-как допятившись до стены, парень обнаружил, что вблизи она не так уж и неприступна, тут и там из щелей торчали корни, где-то части раствора вывалились, вымытые дождями. Ближайший корень торчал на высоте около двух метров.
Кося глазами в сторону леса, он подтащил несколько камней и, сложил их горкой под стену. Подпрыгнув и с усилием подтянувшись, взобрался еще на метр.
"Хорошо висишь"! - Не к месту включилась самоирония. - "Что теперь, куда дальше двинешься"? - Очередной рык недовольной кошки подстегнул процесс. Федор с трудом, но все-таки втиснул пальцы правой руки в щель между камнями. Правее того места, где он висел, край стены был на расстоянии вытянутой руки вверх. Конечно, если как-то доползти около десяти метров, цепляясь только пальцами. Нижняя часть стены была до отвращение гладкой. Мальцев весьма скептически оценил свои возможности по преодолению такого препятствия.
"А ты давай упади, да еще постарайся головой вниз, чтобы зверюга не утруждалась особо, когда будет тобой обедать", - опять заехидничал внутренний голос.
- Нет уж сука, не дождешься! - Безадресно пробурчал Федор и, стараясь не раскачиваться, пополз вправо. Метры давались ожидаемо трудно, просто мечта болдеринговой трассы. Впрочем, парень охотно бы поменялся с любым болдером за честь быть первым на этой стенке, только бы вернуться домой в любимое кресло.
Когда стал виден край стены, Мальцеву уже казалось, что пальцы рук сточились и придется всю жизнь носить сапоги, потому что шнурки завязывать ему будет больше нечем. Зацепившись за уступ стены, он с трудом подтянулся и, извиваясь, как червяк, заполз на него.
- Понастроили тут, потомки Церетели! Гигантофилы хреновы! Кто так строит?!
Изнутри стена была пятиметровой!!! толщины, не меньше. Камни, из которых она состояла, казалось, были выпилены из единой глыбы в аккуратные панели. По крайней мере, визуально они выглядели как кирпичи, вышедшие из одной формы. Часть пролома в стене была с ровными, словно оплавленными краями, исключая мысль о естественном старении сооружения. Скорее разрушения походили на то, как если бы стены обстреливали из пушек. Поежившись, Федор представил себе формат такой пушечки. В любом случае, судя по зарослям и общему состоянию стены, было это в допотопные времена.
Осторожно выглянув за край стены, он не обнаружил следов кошки. Кусты и окружающий лес хранили молчание и снова выглядели как фрагменты с лесных картин Шишкина, если б тот только писал джунгли.
Мальцев осторожно перебрался через гору щебня, преграждающего путь на ту сторону, и потрясенно замер.
Глава 4. Город.
Картинка впечатляла. Вдаль, в сторону моря, убегали ровные когда-то улочки булыжной мостовой, усеянные по бокам обломками зданий построек. В некоторых местах сквозь брусчатку проросли могучие деревья, сделав проход по улице поистине героическим деянием. Кое-где торчали остовы двух-трех этажных зданий. Метрах в ста от стены и правее, находились остатки даже отсюда кажущиеся крупными строений, можно было даже различить несколько уцелевших колонн. Здания сохранились участками, словно были разрушены с воздуха, хотя ни стенобитных камней, ни рытвин в мостовой не было видно. На некоторых улочках сохранились остатки рукотворных преград, скорей всего возведенные жителями.
Мальцев наконец выдохнул, на земле подобный город сразу бы стал широко известной музейной достопримечательностью. Дикое буйство леса и странная архитектура строений буквально притягивала взгляд. Теперь он уже не сомневался, что находится в несколько другом времени и месте.
Строгие линии улиц и переулков, контрастировали с остатками вычурной архитектуры. В животе заурчало, замена материального духовным не прокатит, надо как-то спускаться и искать пропитание.
Прямо под внутренним краем стены располагались развалины какой-то деревянной пристройки, метров на тридцать в ту и другую сторону, верхний край развалины был в трех метрах от края стены, нечего и пытаться спрыгнуть, слишком высоко, да и само строение может обвалиться даже от чиха. Левее того места, где находился Федор, близко к стене рос ряд деревьев. С виду деревья напоминали дубы, если не замечать даже отсюда различимые ярко-розовые большие цветки, от которых порывами ветра доносился приятный аромат.
Обливаясь потом и еще больше уделав свитер, парень взобрался на верхний край стены, высота и порывы холодного ветра свели на нет восторги от открывающегося вида.
Наверху стена была ровной, слева, в полтора роста, местами стояли зубцы. На самой площадке валялись куски дерева, скорей всего от крыши закрывающей стену от осадков. Федор обрадовано хмыкнул, заметив у подножья защитных зубцов обломок копья. Лезвие словно было сделано из нержавейки, только сильно потемнело от времени и не успело проржаветь в труху как дерево, к которому оно было прикреплено.
Клинок представлял собой хищно выглядящий штырь, ромбовидной формы. Лезвие в локоть длиной с небольшим металлическим шаром ближе к рукояти, внушало уважение. Края штыря, были острыми из-за углублений между ними.
"А жизнь то налаживается", подумал про себя Мальцев.
Метрах в сорока был виден остов промежуточной башни. Обрадовавшийся было парень, снова поскучнел - вся стена впереди него была в обвалах, да и в самом остове отверстий не наблюдалось. Скорей всего остатки деревянной пристройки и были галереей лестниц ведущих в разные концы стены.
Обследовав края внутренней стороны стены, Федор пришел к печальному выводу, что нужно как-то добираться до дерева. Ближайшее дерево находилось на расстоянии двух метров от края стены и ветки его слегка раскачивались от порывов ветра. Посидев в раздумьях пару минут, парень понял, что надо решаться сейчас, или он вообще не прыгнет.
Разбежавшись от дальнего зубца, наискосок к ветке, Мальцев, раскинув руки, прыгнул. Мгновение полёта показалось ему дольше минуты у дантиста, наконец, притяжение сработало, парень сграбастал ветку и тяжело дыша, сдавил ее в жарких объятиях. Часть дела сделана, теперь только спуститься вниз и там уже можно будет поискать что-то съестное.
Опасно покачнувшись, Федор понял, надо ставить себе краткие цели, что будет на земле можно обдумать и потом. Мерно перебирая руками и ногами - лемуры отдыхают, Федор уже добрался до середины ветки, когда услышал треск, от которого и так расшатанная психика дала сбой и поломалась вместе с веткой. С диким воем, обдирая листву и сжимая в руках остатки уже ненужной ветки, словно спасательный круг, Федор полетел вниз, считая избитым телом нижние ветви, пока на пятой по счету ветви его не заклинило в развилке.
Обведя безумными глазами проделанный путь, и судорожно выдохнув "бляяя.." он посчитал себя поистине счастливым человеком. Хорошо, что сообразил скинуть лезвие вниз перед прыжком, в полете со своим везением он бы наверняка его себе куда-нибудь воткнул.
"Дуракам ведь всегда везет", снова включился внутренний голос.
До земли оставалось еще несколько метров, но, к сожалению это была самая нижняя ветка. Кряхтя, как столетний дед, он снял свитер и вытащил ремень из джинсов. Привязав его к стволу дерева, с трудом сполз по получившейся связке на землю и обессилено упал на землю. Напади кто в это время, он не смог бы даже сопротивляться.
Опершись на дрожащие руки, Мальцев принял сидячее положение. Ну, что ж, часть работы сделана, подведем итоги. Он неизвестно где, без еды, воды и без нормальной одежды. Оружие, если его можно так назвать, есть. Признаков людей со стены не наблюдалось, ни дымка, ни звуков, не считая гомона птиц. Печально, но не смертельно.
Значит первое - надо найти воду, второе - еду, третье - ночлег. Солнце уже заходит, еще пара часов и станет темно. А ходить по темноте в развалинах, затея экстремальная, и чревата неприятными последствиями. К тому же, после такой зверюги в лесу, легко встретить крыс величиной с собаку в руинах. Впрочем, в крайнем случае, можно переночевать и на дереве. Неуверенно поднявшись на ноги, Федор похромал в сторону ближайшего сравнительно целого дома. С верха крепостной стены он засек некоторое скопление деревьев в центре крепости, надо полагать там может быть рокарий или просто какие-то виды плодоносящих деревьев.
Дорога отняла неожиданно много времени, приходилось протискиваться под ветвями разросшихся кустов и деревьев, перелезать через рукотворные завалы. С внутренним облегчением он так и не увидел ни одного трупа, остатки оружия также отсутствовали, словно их кто-то собрал, оставив только совсем никчемные обломки дерева.
Некоторые здания выглядели совсем нетронутыми, но как убежище, дома теперь подходили мало, во всех встреченных зданиях отсутствовали двери, во многих провалилась крыша, и рухнули стены. Как бы ни было интересно, но Федор решил оставить исследование на потом.
Первой удачной находкой был родник, бьющий прямо из-под земли посреди небольшой площади. На площади также находился остов какого то памятника, на кубе из белого камня все еще торчали обломки ног. С наслаждением напившись ледяной воды и смыв со спины кровь от царапин, парень пошел дальше, сделав в памяти заметку из ориентиров площади.
Первый ряд деревьев его разочаровал, плодов на них не было, впрочем, они росли еще до разрушенной ограды. Похоже, нечто вроде сада здесь все-таки присутствовало, отметил Федор, перелезая через кучу ржавой трухи и обломков камней, некогда бывших забором.
Первые нужные деревья парень нашел уже ближе к закату, набрав по десятку плодов со всех встреченных, он завернул их в жалкое подобие сумки из рваного свитера. Вроде не должны в городском саду расти ядовитые растения. Разбираться, что из сорванного съедобно-ядовитое он решил в спокойной обстановке, если повезет, у костра.
Подходящее по всем замыслам здание находилось в двух десятках домов от площади. Когда-то это был большой трехэтажный дом с изящной лепниной по стенам, куски которой еще можно было увидеть в некоторых местах. Третий этаж частично лишился крыши, но это даже к лучшему, там удобнее всего было развести костер. На третий этаж вела единственная лестница, частично обвалившаяся внутрь дома. Порыскав по комнатам, он нашел кучу рассохшихся досок, по всей видимости, представлявших собой остатки деревянной мебели, этого должно было хватить до утра, но что ценнее всего, сохранилось несколько кусков ветоши из обивки. Вопрос с доступом посторонних он решил кардинальным способом, кинул несколько оставшихся досок в проем поперек лестницы и обвалил крайнюю стенку сверху. Утром Федор планировал завал разобрать.
Еще по дороге сюда, он захватил несколько камней с шероховатой поверхностью, в качестве кремня и по совместительству точильного камня. С куста, росшего возле странного зеленого камня заляпанного грязью, отломил ветку толщиной в запястье для рукоятки будущего копья. Мальцев решил делать именно копье, если тут такие звери, то лучше держаться от них подальше, минимум на расстоянии длины древка. Ветки куста неожиданно оказались очень прочными, если бы не лежащие под ногами камни, пришлось бы удовольствоваться сухостоем. Пара сильных ударов и ветка в месте крепления к основному стволу неохотно треснула, а спустя пару минут уже поменяла хозяина.
"Вообще странный был куст", - подумал Федор, насадив лезвие на деревянную заготовку и затачивая клинок о кусок серого камня, - "голые двухметровые прямые ветви без листьев, куча зеленых побегов по центральному стволу, запах какой-то гнили у корней и полное отсутствие травы вокруг. Дурацкие мысли, а что тут вообще НЕ странного"?
Разложив перед собой вещи из карманов, Федор уныло хмыкнул. Мобила тут не берет. От домашних ключей толку тоже мало. Даже как средство самообороны не годятся. Бумажник с деньгами и кредитками тоже в кучу к бесполезным вещам, до встречи с местными жителями не пригодится. Негусто. Надо будет спрятать барахло, не хватало еще потерять документы и ключи в этих руинах.
Проблему с запасом воды удалось решить достаточно легко, в соседних развалинах он отрыл из кучи обломков и камней небольшой котелок из потемневшего закопченного металла и наполнил его водой из ключа на площади.
Костер удалось запалить спустя полчаса и два отбитых до крови пальца. Бить пришлось камнем о камень, лезвие почему-то искру не высекало.
Глава 5. Ночной гость.
Воин был стар. Настолько стар, что уже не помнил ни имени, данного ему при рождении, ни своих лет. Зато он прекрасно помнил, кому обязан своим теперешним состоянием. Эта память возвращалась к нему вновь и вновь непрекращающимся кошмаром. И хотя воспоминания терзали, принося боль и сожаление, он каждый день с трепетом окунался в видения прошлого.
Воин уже перестал чего-то ждать. И давно забросил охрану города, здесь редко кто-то появлялся. За Ашкерумом закрепилась слава проклятого города. Изредка только, наверху, над залом испытаний проносятся блеклыми тенями зеленые карлики. Этим лесным жителям такой расклад дел был только на руку. Карлики собирали плоды с храмового сада, там до сих пор каким-то чудом выживали целебные растения и деревья.
Воин предпочитал проводить время в грезах, прокручивая в голове образы своих лучших учеников и учениц. В этом подобии сна, он еще мог ощутить свою полезность и причастность к делу, это была жизнь.
В своих снах он беседовал со своими учениками и ходил по древним улицам Ашкерума, заглядывая в дома и заговаривая с призрачными жителями.
Вот Аркоррен, молодой воин степей, быстрый и гибкий, хорошо владеет ятаганом, но так слаб в копейной драке. Зато как он умел работать клинком, загляденье!
Вот Илиит'аль, по прозвищу Жало. Убийца из клана белого паука, слабая с оружием своего клана - шестом, но смертельно опасная с двумя короткими клинками... Она... Она словно указывала клинком в сторону дома семьи гнома Туагрона, старик предпочитал помнить имена хороших кузнецов и совершенно не помнил имен остальных, безынтересных для него живущих. Они приходили и уходили, а он оставался.
- Погоди дочка. Помню я его семью. И малышку Ольту и её смешливого проказника братца Бринна, и даже его жену, как там её. Но все они давно истлели, они теперь не более чем прах. Истлели и сгнили, также как и я.
Скользнув в охранный контур, Воин заметил пульсирующий огонек на крыше, так непохожий на ранее замеченных в развалинах посетителей, кроме птиц и зеленых коротышек здесь уже сотни лет никто не появляется.
И ему стало любопытно, что за гость посетил город. На чужаке нет доспехов и энергетика как у младенца. Ни следа защитных плетений.
"Блокирующий амулет? Может кто-то из лесных?" - Мысленно пожал плечами Воин. Надо пригласить его на беседу. Давненько к нам не забредали гости, интересно узнать, что там происходит за стеной.
***
В развалинах колонн раздалось тихое костяное щелканье. Камни, лежащие на спуске к нижним помещениям храма, зашевелились. Страж выпрямился во весь свой немалый рост и достал из под завала свое оружие - зазубренную фалкату.
Со времен осады он остался последним из стражи храма, поскольку был завален камнями в зале испытаний, остальных порубили на куски мародеры. Почти любовным движением отерев от пыли старое, покрытое зелеными пятнами бронзовое лезвие, он поднял полыхающие зеленым светом глазницы к небу и, застыл на месте на некоторое время, словно принюхиваясь. Мгновение спустя, Страж вихляющей походкой направился в сторону дома кузнеца.
Постепенно его шаги выравнивались, и он все быстрее и быстрее шагал, распугивая немногочисленную живность, переступая через нагромождения камней и срубая кусты мешающие пройти. Последние метры перед целью он уже почти бежал.
***
Маленький костерок давал неяркое, но почти бездымное теплое пламя. Сыграло свою роль сухое дерево остатков мебели, а Федор всё не мог уснуть. План минимум - найти воду, еду и укрытие, выполнен. Впрочем, он его собственно и затевал, чтобы не усиливать накатывающуюся время от времени панику. Сейчас же, пережидая ночь, он не мог уснуть.
Защемило сердце. Мальцев вспомнил родителей и друзей. До него вдруг донеслась мысль, что он может больше никогда их не увидеть. Зажав голову в руках, парень, поскуливая начал покачиваться из стороны в сторону, пытаясь успокоиться.
"Не время расклеиваться. Соберись! Сколько не ной, проблема от этого никуда не денется". - Федор, истерично стукнул в стенку кулаком. Боль в костяшках несколько отрезвила. - "Пора подключить мозг для решения".
Вечный вопрос, что делать? Вопрос, где он, парень решил отложить до момента встречи с аборигенами. Все равно кроме них никто ему не ответит. Однако судя по представителям флоры и особенно прожорливой фауны, уже сейчас понятно, что на Землю это мало похоже.
Мальцев отнюдь не считал себя завзятым натуралистом, но найденные в доме остатки картин наводили на подобные мысли. На картинах были изображены степенные, вполне узнаваемые люди. Ну, почти.
Статный невысокий мужчина с пышной бородой, в которой терялась половина лица. Пухлая розовощекая женщина с ярко-голубыми смешливыми глазами, с младенцем на руках. У ног её крутилась какая-то помесь кота и обезьяны, даже с картины кажущаяся жутко проказливой.
На Земле этот город уже давно бы почистили от остатков реликвий и превратили в туристический рай. В доме же сохранились почти все кухонные и обиходные приспособления, от кочерги до ложек, а в выемке за одной из картин он обнаружил несколько серебряных и медных монет в остатках сгнившего мешочка.
На серебрушках, с одной стороны был изображен молот, а по краю шла непонятная надпись. Буквы даже отдаленно не напоминали ни один из известных ему языков. На обратной стороне серебряной монеты было изображение колеса с короной. Медные монеты красотой не блистали, колесо на одной стороне и лист растения похожий на клевер на другой.
Спину кольнуло. Парень осторожно подвигал плечами. Терпимо. Царапины поверхностные, будем надеяться, что когти у встреченного монстра не ядовитые. Другого выхода все равно нет, в городе аптеки давно не работают и лекарство от бешенства ему не светит.
"Ну, тогда кто не спрятался, я не виноват, озверею, выскочу за стенку и сам её покусаю". - Попытался подбодрить себя Федор.
В общем, все идет к тому, что надо пробираться к людям. Мальцев встал размять ноги и вдруг услышал негромкий нарастающий хруст. Похоже на то, что он здесь уже не один. Парень накрыл костер противнем, найденным внизу, и осторожно подкрался к краю стены дома. Никого. Внезапно хруст повторился. В тени соседнего дома кто-то размашисто вышагивал, по фигуре можно было опознать худого человека довольно высокого роста.
Федор не смог сдержать вопли радости.
- Эй, там! Сюда, я здесь! - Заорал он. Человек внизу остановился, развернулся к нему лицом, и секунду постояв, побежал. Федор в щенячьем восторге хотел было дернулся к завалу раскидывать камни, как вдруг в свете луны увидел нечто, что как холодной водой смыло его радость.
По улице бежал скелет! Нет, не так - здоровенный Скелет! Бежал, одетый в остатки потрепанного рубища и, размахивая на ходу причудливым изогнутым ножом.