Хермис Анна: другие произведения.

Мир "Цельнометаллического алхимика" - Подарок для Оливии

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Что-то вроде продолжения "О пользе откровенных бесед". События стартуют через три года после окончания "Братства".

  
  Пролог
  День Х
  
  Он словно бы бултыхался в трясине. Неведомая сила засасывала его все глубже, крепче, растворяла в себе. Грань между ним - как отдельным, мыслящим существом - и тысячами разумов вокруг постепенно начинала стираться, сил сопротивляться страшному преобразованию почти не оставалось, и он, наверное, сдался бы, если бы вдруг не почувствовал слабину - сравнимую с одним расшатавшимся камешком в основании огромной стены - но именно она придала ему сил, подарила надежду и вызвала такой прилив злости, что Кимбли разом ощутил себя живым и целым.
  - Нет, так не пойдет! Я не позволю тебе сделать это, гомункул Прайд!
  - Кимбли!
  В голосе Прайда, зазвеневшем прямо в голове у алхимика, рванула истерическая нотка.
  - Быть не может! Никому не под силу сохранить себя в этом вихре стенающих душ!
  Снова ощущая себя привычным Кимбли, чувствуя, как с каждой секундой контроль над ситуацией неизбежно переходит к нему, алхимик расхохотался.
  - В вихре страданий? Ты что, смеешься? Кто я, по-твоему, такой? Да отчаянные вопли и стенания только придают мне сил!
  - Какого черта ты вмешался, Кимбли? - прозвучало где-то совсем рядом решительное эдовское. Кимбли даже не удосужился повернуться. Он всем организмом ощущал терзания Прайда и наслаждался ими каждой клеточкой то ли еще существующего, то ли уже почти растворившегося тела.
  - Если бы ты и дальше сражался с Эдом в этом давно украденном теле, я бы и не подумал вмешиваться. Но после всех твоих россказней о гордости и величии гомункулов и о прочей чепухе, оказавшись припертым к стенке, ты тут же попытался перебраться в тело человека - существа, которое, по твоим словам, ты так презираешь. Ты жалок! - Кимбли упивался своей внезапно обретенной властью.
  Паника Прайда нарастала.
  - Он убьет меня! Убьет!
  - Ты плохо знаешь Эдварда Элрика... - насмешливо процедил Багровый Алхимик.
  - Теперь ты мой, Прайд! - прозвенел торжествующий крик Цельнометаллического.
  Мир взорвался. Кимбли подхватило сумасшедшим вихрем, закрутило, начало рвать на части, но ощущение триумфа, ощущение победы над врагом, добавило сил, и Багровый, взвыв от восторга вперемешку с отчаянием, вдруг расправил плечи, зажмурился, запрокинул голову... и больно шарахнулся подбородком о булыжники площади. Потом он приложился грудью, у него перехватило дыхание, и на миг алхимик перепугался, что после всего пережитого просто задохнется, не в силах втянуть воздух в легкие, но жажда жизни пересилила. С тяжким хрипом, он жадно вдохнул раз, потом другой, и бессильно распластался на горячих камнях площади, всем телом впитывая их тепло.
  Потом он так и не вспомнил, сколько пролежал неподвижно. Вокруг что-то происходило, кто-то кричал, содрогалась земля, метались люди, Кимбли практически отключился, позабыв обо всем и наслаждаясь сладким воздухом и прикосновением ласковых солнечных лучей к голой спине...
  Голой?
  Кимбли удивился, попытался собраться, чтобы приподняться и наконец-то посмотреть по сторонам, но руки предательски дрожали и никак не желали помогать хозяину. Несколько раз глубоко вздохнув, Кимбли уперся лбом в камни, распластал ладони, поднатужился и сумел-таки перекатиться на спину. В глаза ударил солнечный свет. Алхимик торопливо зажмурился, отвернулся и потихоньку смог обрести зрение.
  Он лежал на площади перед Штабом.
  Вокруг него громоздились человеческие тела, и на момент Кимбли даже перепугался, что совсем подвинулся рассудком и на самом деле лежит в Ишваре, после печально знаменитых алхимических зачисток, но высокие каменные стены Центрального штаба не оставляли простора для фантазии. В совершенно голом виде он валялся на площади среди кучи трупов, не в силах даже приподняться и как следует осмотреться.
  Разум, медленно, но верно, начинал работать с прежним прагматизмом. Какой бы ни случился катаклизм, самое страшное явно миновало. Алхимик выжил. В данный момент жизни его ничто не угрожало, а значит, оставалось лишь отлежаться и набраться сил, а дальше стянуть вещи с ближайшего трупа и тише воды-ниже травы перебраться с площади в какое-нибудь спокойное местечко, чтобы впоследствии выяснить, чем же закончилось противостояние людей и гомункулов.
  - Майлз, собирай оставшихся. Уходим! - прозвучал где-то неподалеку утомленный, но, тем не менее, уверенный женский голос, и Кимбли услышал приближающиеся шаги. Алхимик уже было решил хитроумно прикинуться трупом, когда вдруг не вовремя вспомнил, что лежит во всей красе ровнехонько в том, в чем родила его мать много лет назад, и должен являть собой прелюбопытнейшую картинку для дамского взора. В замешательстве Кимбли открыл глаза, и тут же уперся взглядом в до боли знакомое личико.
  - Это еще что... - даже не пытаясь скрыть удивления, недовольно протянула женщина. Видно было, что на ногах она держалась с трудом, раненная рука висела на перевязи, в длинных светлых волосах запеклась кровь, но возвышавшийся за ее плечом старший брат, он же Сильнорукий алхимик, даже не решался протянуть ладонь, чтобы поддержать вымотанную боями сестру.
  - Я тебе не что, а кто... - злобно буркнул Кимбли. Вернее, попытался буркнуть, но в горле, похоже, пересохло, как в ишварской пустыне, и вместо слов раздался лишь позорный хрип удавленника.
  Блондинка издевательски выгнула бровь.
  - Какая пламенная речь... - наигранно удивилась она. За спиной Оливии с братцем постепенно собиралась толпа служак из Бриггса. - У нас здесь, оказывается... - Оливия вдруг издевательски прищурилась, пытливо посмотрела в глаза Кимбли и выразительно начала изучать его с макушки, вниз по лицу, потом к груди, потом к животу, потом... Кимбли хватанул воздух и дернулся, но тело по-прежнему не слушалось. Оливия, не скрывая интереса, неторопливо осмотрела все, чем природа наделила алхимика ниже пояса, и громкогласно сделала вывод: - Сексуальный гигант?..
  Разгоряченные битвой мужики за ее спиной заржали, как стадо взыгравших жеребцов, затолпились вперед, пытаясь разглядеть подробности, а Кимбли, впервые в жизни, стало стыдно собственного тела.
  Он скрипнул зубами и закрыл глаза.
  Женщина вздохнула.
  - Ладно, - констатировала она, - видно судьба мне сегодня, подбирать всякую падаль. Ребята, упакуйте его, как и первый экземпляр. И тащите отсюда...
  Какую такую падаль Оливия успела подобрать до него, Кимбли уже не интересовало. Стыд в нем боролся с бешенством, и, сложно сказать, что бы одержало верх, но пришлось отвлечься на сильные руки, которые подхватили алхимика с земли, уложили на носилки, а после пары издевок и приколов даже соизволили накрыть сверху какой-то тряпкой, которая осчастливила Кимбли больше, чем лучший в его жизни белоснежный костюм, сшитый под заказ у первого портного Централа. Носилки мягко покачивало, Кимбли ткнулся щекой в грубую ткань, уже как-то беззлобно, из последних сил, мысленно поклялся себе, что жестоко отомстит Оливии Армстронг за подобное обращение, правда идея о мести получилась какая-то неубедительная. Хотелось спать, и Багровый не успел даже испугаться мысли, что все происходящее с ним может оказаться лишь предсмертным бредом человека, растворяющегося во чреве гомункула, как запас сил окончательно иссяк, и Кимбли заснул.
  
  Глава 1
  Три года спустя
  
  Кто бы сказал ему еще три года назад, что он так полюбит эту женщину - что он, как мальчишка-подросток, будет спешить на свидания к ней, чувствуя, как заходится сердце и нахлестывает страх, что в этот раз он сделает что-то неправильно и потеряет ее навсегда - он бы рассмеялся. Он осторожно прокрался по коридору, бесшумно открыл дверь, скользнул в спальню и застыл на пороге.
  Она стояла у окна - черный силуэт на фоне желтого лунного диска. Длинные светлые волосы рассыпались по спине, теплое одеяло, обернутое вокруг плеч, скрывало под толстыми складками точеную фигурку.
  Пытаясь сохранить остатки самоуважения, он прислонился плечом к дверному косяку, насмешливо фыркнул и ехидно заметил:
  - Красиво смотришься... Надеешься меня соблазнить?
  Она обернулась неторопливо, смерила его взглядом и, улыбнувшись надменной улыбкой королевы, отлично сознающей всю силу своей власти, легко сбросила с плеч одеяло.
  У него разом пересохло во рту и, путаясь в дырках ремня и пуговицах рубашки, он торопливо начал разоблачаться.
  История повторялась ночь за ночью. Он подхватывал ее на руки, укладывал на кровать и нависал над ней, взглядом пожирая то, что уже через минуту будет принадлежать ему и только ему. В начале она всегда позволяла ему взять инициативу в свои руки.
  Губами он приласкал ее губы, потом впился настойчивее, решительнее. Она почти не отвечала, расслабленно раскинувшись на жесткой простыне и прикрыв глаза. Он упрямо мотнул головой и начал покрывать поцелуями ее шею, осторожно, одними губами, прихватывая кожу. Она слабо улыбнулась и повернула голову, подставляясь ласкам. Он опустился ниже, потерся щекой о ее плечи, потом приласкал кончиком языка соски, и она наконец-то тихо застонала, выгибаясь ему навстречу. Он заставил ее потянуться к нему, пусть не словами, но хотя бы движениями, попросить новых ласк, и продолжил гладить, целовать, покусывать, а потом зализывать покусы. Какое-то время она нежилась в его умелых руках, а потом решила перехватить инициативу. Он сам не понял, как вдруг оказался спиной на простыне, а не по-женски сильные, мозолистые ладони, привыкшие ласкать оружие, а не мужское тело, уже гладили его живот, ногти царапали бедра, заставляя шире развести ноги, а потом теплые губы разом опустились вниз, туда, откуда разливались по всему телу мука и блаженство одновременно, и он застонал - каждый раз как будто впервые - когда она со знанием дела начала ласкать его. Все тело горело и вибрировало. Лежать неподвижно не было никакой возможности, и он напряг все силы, чтобы справиться с ней, снова уронить ее на простыню и навалиться сверху. Она запрокинула голову, жадно втягивая воздух, и раздвинула колени, открываясь ему. Он вошел в нее одним толчком и замер, наслаждаясь моментом. Она молчала, тяжело и надрывно дыша.
  - Тебе хорошо? - выдавил он.
  Она насмешливо прищурилась и кивнула.
  - Скажи, что тебе хорошо... - потребовал он, хотя бы в такой момент надеясь на пусть мимолетное, но подчинение.
  Она захлебнулась низким, горловым смехом и мотнула головой, рассыпая по подушке светлые пряди.
  - Мне с тобой хорошо... - призналась она таким жарким шепотом, что он взвыл, как раненный зверь, коротким движением подался назад и тут же снова ударился в нее. Она охнула и толкнула вперед поясницу, прося о продолжении. Разум заволокло туманом, дальше он полагался только на инстинкты. Он стонал, бился в нее, задыхался и одновременно любовался, как она подчиняется его ритму, как кричит и тянется к нему. И снова, не веря, что чудо опять произошло, он кончил одновременно с ней, взвыв от восторга и услышав, как она выкрикивает его имя:
  - Кимбли!
  - Люблю тебя... - шепнул он одними губами ей в плечо, бессильно падая на нее и торопливо скатываясь, умом понимая, что тело генерал-лейтенанта лишь только кажется хрупкой статуэткой, а на самом деле способно выдержать нагрузку и побольше его веса, но не в силах справиться с мужским шовинизмом.
  Оливия что-то мурлыкнула ему в ответ, вытянулась во весь рост, стараясь занять побольше места на кровати, и закрыла глаза. Она легко засыпала после секса. А Кимбли опять почувствовал себя обиженной красоткой, которой без зазрения совести попользовались, а потом оттолкнули.
  Алхимик вздохнул и снова пообещал себе, что вот сейчас гордо поднимется и уйдет, и никогда больше не войдет в эту спальню, но подниматься не хотелось. Во-первых, в комнате было нежарко, и перспектива выскочить из-под теплого одеяла, чтобы, стуча зубами, судорожно начать натягивать шмотки, совершенно не вязалась с красивым, оскорбленно-благородным уходом, а во-вторых, времени до утра было еще более чем достаточно, и по опыту предыдущих ночей Кимбли отлично понимал, что вполне мог рассчитывать на повторение - Оливии достаточно было подремать несколько минут, чтобы начать все сначала.
  Алхимик скривился и, признав очередное поражение, бессильно распластался рядом со Снежной королевой.
  - Остаешься?.. - лениво шепнула она, снова прочитав его мысли.
  - Иди ты... - буркнул Кимбли, отодвигаясь от Оливии на край кровати, чтобы показать масштабы обидки.
  Блондинка тихонько рассмеялась.
  - Ну что ты дуешься как девочка. Тебе же было хорошо. Мне тоже. Отдышимся и повторим.
  - Я - хоть сейчас, - потешил собственное мужское самолюбие Кимбли и потянул на себя одеяло. Оливия терпеливо дождалась, пока алхимик укроется поплотнее, и одним коротким движением снова стянула одеяло на себя, оставив Кимбли лишь край. Багровому ничего не оставалось, как вновь придвинуться поближе к подруге.
  - В конце недели нужно будет съездить в Централ, - пробормотала Оливия, с наслаждением потягиваясь и выгибая спину. - Придется тебе недельку протянуть без секса. Поголодаешь? Ничего?
  - Что ты забыла в Централе? - удивился Кимбли, от изумления даже приподнимаясь, чтобы заглянуть женщине в лицо.
  Оливия пожала плечами, не открывая глаз.
  - Хочу поменять завещание. Переписать семейное поместье на братца, - после короткой паузы пояснила она. - Мустанг меня разочаровал.
  - Я давно говорил, что он придурок, - охотно согласился Кимбли и тут же заинтересовался: - А в чем, собственно, дело? Я как-то не прислушивался к последним сплетням.
  - Я была о нем лучшего мнения. Мало того, что он так и не разогнал это стадо старперов, которое досталось ему после смерти Груммана, так он теперь еще и берет под козырек на каждое их дурацкое распоряжение. Тряпка.
  - Он не хочет новой войны, - машинально пояснил Кимбли. - Считает, что на его руках и без того слишком много крови. Пойди он против генералов, никто не возьмется предсказать, на чью сторону перейдет армия и сколько гражданских поляжет во время дележки власти.
  Оливия приоткрыла один глаз и удивленно покосилась на алхимика:
  - Ты что, его поддерживаешь? - недоверчиво уточнила она. - По мне, так лучше рискнуть, собрать вокруг себя верные войска и попытаться полностью забрать власть в свои руки, пусть даже через гражданскую войну, чем жить марионеткой в чужих руках.
  - А что, надумай Мустанг разогнать эту старую свору, ты бы отправила своих ребят ему на помощь? - не скрывая скепсиса, поинтересовался Кимбли.
  Оливия рассмеялась, повернулась на бок и, подперев голову локтем, с интересом уставилась на алхимика.
  - Как тебе такое в голову пришло?
  - Когда-то ты ему помогла...
  - Тогда я в него верила, - неохотно призналась Оливия. - А теперь он потерял своих сторонников, свою команду... да и женщину свою тоже, говорят, потерял.
  - Чего? - изумился Кимбли и уставился на подругу широко распахнутыми глазами: - Что случилось с его блондиночкой?
  Оливия пожала одним плечом.
  - Пока не знаю. Слышала, что наш замечательный фюрер Рой Мустанг, в сопровождении неизменно окружающей его отары престарелых генералов, отбыл на переговоры в Аэруго, а девицу свою оставил в Аместрисе в гордом одиночестве отмечать день рождения.
  - Считай, что девочке повезло - судьба наконец-то избавила ее от этого идиота, - буркнул безнадежно ненавидящий Мустанга Кимбли и тут же охотно сменил тему: - А, кстати, о дне рождения - что тебе подарить, женщина моей мечты? У меня есть еще целых полгода, чтобы добыть тебе достойный подарок. Хочу выслушать твои пожелания.
  Оливия низко, хрипло рассмеялась и снова упала на подушки.
  - Ты? Подарок? Мне? - уточнила она и насмешливо прищурилась. - Да, брось. Ты не в том положении, чтобы иметь богатый выбор...
  - А все-таки? - не унимался Кимбли. - Что бы ты хотела получить на день рождения?
  Оливия демонстративно нахмурила брови, изображая работу мысли, потом придвинулась поближе, заглянула алхимику в глаза и вдруг заговорщицким шепотом выдала:
  - Знаешь... я хочу Аместрис. Весь. Не больше и не меньше.
  Кимбли замер и потрясенно уставился на Снежную королеву. А та, с излишним интересом разглядывая тени на потолке, ненавязчиво поинтересовалась:
  - Ну что, отберешь за полгода у Мустанга?
  Кимбли не нашелся, что сказать.
  Оливия помолчала, потом фыркнула, коротко перекатилась к нему поближе, всем телом растянулась на Кимбли и прошептала ему в губы:
  - Ну, брось. Считай это шуткой. Я не люблю подарки на день рождения.
  Кимбли по-прежнему молчал и тупо пялился на Оливию.
  - Брось, - повторила она. - Устроишь ребятам фейерверк. Все будут счастливы. А меня поздравишь ночью, - Оливия тряхнула головой, щекоча длинными прядями грудь Кимбли, и, приподнявшись, с интересом заглянула вниз, где уже вновь ощущалась знакомая твердость. - Ну что, продолжим? - то ли предложила, то ли приказала она.
  И Кимбли подчинился, хотя в голове крутилось лишь одно: "Я хочу Аместрис. Весь. Не больше и не меньше".
  
  Глава 2
  
  - Просто подпишите бумаги о переводе, майор Хоукай, и собирайтесь. Через неделю вы должны быть в Юсвелле.
  Риза тупо смотрела на документ и никак не могла поверить, что все это происходит с ней и наяву.
  Генерал подождал несколько секунд, убедился, что женщина пребывает в ступоре и глубоко вздохнул.
  - Майор, надеюсь, мне не придется напоминать вам, что такое воинская дисциплина. Вы получили приказ. Извольте расписаться в ознакомлении и подчиниться.
  Риза, наконец-то, сглотнула комок в горле и подняла глаза на старшего по званию.
  - Фюрер лично назначил меня своим помощником. Могу я дождаться его возвращения, прежде чем отправиться в Юсвелл?
  Генерал закатил глаза и раздраженно пульнул на стол ручку.
  Собственно, что-то нехорошее Риза почувствовала еще пару недель назад, сразу после того, как Рой сдержанно сообщил ей, что десяток личных советников фюрера в один голос заявляют, что жители Аэруго ни в цент не ставят слабый пол, а потому участие женщины в дипломатической миссии находится под категорическим запретом. Теперь уже Риза здорово жалела, что не напомнила Мустангу, как те же самые советники в течение нескольких месяцев убеждали его, что не приличествует фюреру прилюдно общаться с прославившимся своей трусостью в Ишваре Алексом Армстронгом, с ведущим сильно нездоровый образ жизни бабником Джином Хавоком, с мрачным и замкнутым Вато Фарманом, да и с остальными членами теперь уже бывшей мустанговской команды. Риза, надо признать, тоже не сразу начала сопротивляться расколу - по первОй и ей казалось, что в окружении опытных, пожилых генералов Мустанг смотрелся куда как эффектнее, чем в разбитной компании сослуживцев. А вот теперь, похоже, и ее сочли лишней в новой команде фюрера.
  Генерал сердито поджал губы, потом, видимо, собрал остатки выдержки, поднялся из-за стола и, подойдя к Ризе, по-отечески положил ладонь ей на плечо.
  - Майор Хоукай, - тихо и проникновенно начал он, - мы все знаем, как относится к вам фюрер. И все знаем, сколько лет вы были фактически его правой рукой. Но поймите сложившуюся ситуацию - Аместрису сейчас жизненно необходим союз с Аэруго. И потенциальный брак фюрера с единственной дочерью и наследницей правителя Аэруго позволит нам расширить границы страны и получить доступ к запасам железа, которого Аместрису сейчас так не хватает. Вы же не можете не понимать, что ваше постоянное присутствие рядом с фюрером в подобной ситуации будет компрометировать его...
  - Какой брак? - не сразу осознала услышанное Риза, и потрясенно уставилась на генерала.
  - А вы думаете, почему Мустанг не взял вас с собой? - уже не скрывая раздражения, рыкнул генерал.
  - Потому что в Аэруго... - начала Риза, но замолчала, не договорив.
  - Вот видите! - удовлетворенно протянул генерал. - Наконец-то, вы и сами все поняли.
  Риза почувствовала, что задыхается, и на всякий случай оперлась ладонью о тяжеленный деревянный стол. Генерал забеспокоился, заглянул ей в лицо, и где-то рядом забулькал кувшин с водой.
  - Вот, выпейте... - морщинистая рука подсунула ей стакан.
  Риза с усилием перевела дыхание и упрямо мотнула головой.
  - Вы врете, - отрезала она, сама, впрочем, уже мало веря своим словам. - Рой не стал бы меня обманывать. Даже если бы ему пришлось принять подобное решение, он рассказал бы мне правду перед отъездом.
  Генерал усмехнулся и снова кивнул на приказ.
  - Ну что же, если вы так уверены в симпатии к вам фюрера, подписав данное распоряжение, вы ничего не теряете. Рой Мустанг вернет вас в Централ сразу же после возвращения из Аэруго. Только ему не придется краснеть за подчиненную, которая отказалась выполнить приказ, данный ей старшим по званию.
  Риза потерянно уставилась на генерала. Тот расплылся в широкой улыбке, и одними глазами показал на бумагу.
  - Извольте принять приказ о переводе и к концу недели отбыть в Юсвелл, - вдруг совсем другим, решительным и холодным тоном, отрезал он. - Либо написать прошение об отставке.
  Риза поставила подпись молча и точно также, молча, вышла из кабинета. Ей казалось, что на каждой лестнице, в каждом коридоре, она ловила на себе взгляды коллег - то злорадные, то сочувствующие - и чувствовала, как краснеют щеки, а глаза застилает влажная муть.
  Вот тебе и подарочек ко дню рождения.
  Стараясь не смотреть по сторонам, она быстро вышла из Штаба, села в машину и отправилась домой. Руки предательски дрожали - доведись ей сейчас стрелять, вряд ли она попала бы в цель и с десятка метров. Все происходящее казалось дурным сном, и хотелось только немного подождать, чтобы Рой наконец-то проснулся и разбудил ее, вытащив из этого глупого кошмара.
  Только Рой был далеко. А кошмар стал реальностью.
  Риза остановила машину у подъезда, быстро поднялась по ступенькам, кусая губы, повернула в коридор к своей квартире и замерла.
  В коридоре, под дверью, сидела старая ватага в полном сборе - Джин Хавок, Хайманс Бреда, Вато Фарман и Кайн Фьюри. С невеселыми лицами, но с букетом ярких цветов - пестрых астр, таких же, как те, что когда-то подарил ей Рой после спасения из лап генерала Эштона - пакетами с продуктами и чем-то подозрительно знакомо позвякивающим в сумках.
  - Привет, - буркнул Хавок, не вынимая изо рта сигареты и косо пожал одним плечом. - А мы тут решили зайти... с днем рождения поздравить...
  Риза несколько секунд неверящими глазами смотрела на бывших коллег, потом быстро пробежала разделяющие их пару метров, ткнулась лбом в грудь Джина и наконец-то разрыдалась. Хавок помедлил, а потом неловко похлопал ее ладонью по затылку. Знакомые руки начали гладить ее, обняли за плечи, легли на спину, и Риза впервые за последние несколько месяцев снова почувствовала себя среди родных и близких ей людей.
  
  
  - Ну, в общем, за нас! - провозгласил уже раз в четвертый единственный знакомый ему тост Бреда.
  - За Ризу! - машинально поправил уже сильно нетрезвый Хавок. - И до дна!
  "До дна" как раз перевернули очередную бутылку, и Риза наконец-то почувствовала, что ее отпустило. Руки перестали дрожать, звон в голове утих, слезы закончились. Она поставила бокал на стол и осмотрелась.
  Бывшая команда Мустанга привычно расположилась в гостиной. Хавок непрерывно дымил, сидя на подоконнике и периодически прикладываясь к горлышку заныканной бутылки. Фьюри устроился на полу, держа на коленях спящего Хайяте, Фарман развалился в кресле, задумчиво изучая на свет чистоту поглощаемой жидкости в бокале, а добродушный Бреда неутомимо бегал с кухни в гостиную то убирая мусор, то принося новые закуски.
  Риза стянула с дивана подушку, поудобнее засунула ее себе под спину и, приняв от Бреды очередной бокал, тихо поинтересовалась:
  - И как мы позволили им с нами справиться?
  Хавок выпустил в окно сизую струю и флегматично пожал плечами.
  - Может, оно и к лучшему? Ну, какой из нас генералитет? Мы могли помочь Мустангу в бою, а чтобы вести переговоры на красном ковре, поминутно шаркая ножкой и затевая политические интриги, нужна совсем другая команда. Он ее себе и нашел. Только вот ты, Риза... - Хавок замолчал.
  Риза невесело улыбнулась.
  - Ну, из меня, похоже, такая же первая леди, как из вас генералитет...
  Фьюри вскинулся, собираясь возразить, но в это время в дверь зазвонили. Бывшая команда Мустанга, как один, вдруг подобралась, с надеждой повернувшись к коридору: как ни смешна была мысль, что вот сейчас дверь откроется, и в комнату привычным широким шагом ворвется начальник, устроит разнос за пьянку и разгильдяйство и засыпет новыми делами, но она возникла у каждого. Фарман упрямо сжал губы, нахмурился и пошел открывать.
  - Добрый день! - раздалось звонкое, девичье из коридора, и в гостиную заглянула Шеска. - А что вы мрачные такие? - удивилась она.
  Первым заулыбался Фьюри, попытался выбраться из-под вольготно раскинувшегося на нем Хайяте, но Шеска жестом остановила приятеля, подмигнула собравшимся и закопошилась в сумке.
  - Риза, с днем рождения! - объявила она, вытаскивая небольшой бумажный сверток, перевязанный алой ленточкой. Риза приняла подарок, аккуратно надорвала бумагу и извлекла на белый свет длинную хрустальную пластинку, покрытую незнакомыми узорами.
  - Это что? - удивилась она, разглядывая сложное переплетение алхимических символов.
  - А-а! - Шеска торжествующе улыбнулась и сложила руки на груди, разом приняв вид учительницы, решившей открыть суть мироздания непутевым ученикам. - Это древняя пластина желаний, созданная жрецами Ксеркса - я ее в антикварном магазине нашла, - торопливо добавила она уже совсем другим тоном, опережая ехидные замечания коллег. - Видишь, по форме похожа на створку врат. Продавец сам не знал, что это такое, а я прочитала, что на ней написано, - Шеска аккуратно повернула пластинку к Ризе и, водя пальцем по строчкам, процитировала: - "И суть сокрытого в душе твоей излей миру, со всею живущею в тебе надеждой и почтением, веруя в мощь преобразования, что должным образом составит формулу обмена, дабы воплотить желания твои в жизнь, подкрепленные совместною силою воли и малою толикою жертвенности". Вот, - Шеска осмотрела скептически настроенную мужскую часть населения, заранее расстроившись, повернулась к Ризе и разом засияла, увидев привычную добрую улыбку.
  - Ну, не знаю, как насчет желания, - вздохнула девушка, забирая из рук Шески подарок, - а пластинка красивая. Поставлю на полку - пусть стоит.
  - Давайте за нас! - спохватился Бреда, подхватывая со стола два бокала и раздавая их дамам.
  - За Ризу! - снова вмешался Хавок. Риза аккуратно поставила пластинку в пустой стакан на столе, Шеска чмокнула подругу в щеку и зарделась, когда собравшиеся мужчины начали требовать отмены дискриминации по половому признаку и раздачи поцелуев всем присутствующим.
  - И до дна! - подхватил Фьюри, аккуратно спихивая с колен Хайяте и пытаясь подняться, чтобы подобраться к Шеске.
  - И пусть в Аместрисе все изменится! - вдруг бросил Фарман, ни с того, ни с сего меняя уже ставшую привычной тематику тостов.
  - Пусть все изменится, - повторил Хавок.
  - Пусть все будет по-другому! - согласилась Риза.
  - Пусть! - присоединился Фьюри, кажется даже не слушая пожелания коллег, быстро выпил стопку и плюхнул рюмку на стол. Рюмка зацепила стакан с пластинкой, стакан опрокинулся, покатился к краю, на секунду застыл. Риза протянула руку, чтобы поддержать его, и в этот момент пластинка как живая выскользнула из стакана и полетела к полу. Прозрачный узор блеснул, ударился о паркет и с мелодичным звоном рассыпался хрустальной мозаикой.
  Все замерли.
  Несколько секунд в комнате стояла полная тишина. Военные смотрели друг на друга, ожидая то ли вселенского катаклизма, то ли сразу конца света. Но секунда проходила за секундой, а солнце по-прежнему светило с небес, ветерок врывался в окно, а по улице с низким урчанием катили автомобили.
  - Ну, вот и все. Не сложилось, - наконец констатировал Хавок, не отрывая глаз от осколков.
  - А что именно ты пожелал? - на всякий случай, уточнила Шеска, поднимая глаза на Фьюри. Тот пожал плечами и растерянно осмотрел коллег:
  - Да это вы что-то пожелали, а я присоединился.
  После пары минут переглядываний и взаимных обвинений, ответственный так и не был найден, а непонятное желание так и не было сформулировано.
  Шеска печально смотрела на разбитую пластинку.
  - Жалко, ну да, ладно, - вздохнула Риза. - Вот и все волшебство жрецов Ксеркса, - взяв со стола бумажную салфетку, она опустилась на колени и начала аккуратно подбирать кусочки хрусталя.
  - Осторожно, - заглянула ей через плечо подруга. - Похоже, острые...
  Риза кивнула и неловко сжала пальцы. И сама не заметила, как стеклянный край разрезал кожу. Капля крови скатилась на хрусталь.
  - Ой! - пискнула Шеска. - Где у тебя пластырь?
  - Ерунда, - Риза отмахнулась, лизнула палец и бросила салфетку вместе с осколками в пакет с мусором.
  - Да, забыл сказать, - оживился Фьюри, извлекая из сумки очередную бутылку. - Вчера в Аместрис приехала Оливия Армстронг. Завтра она устраивает вечеринку в поместье - Алекс обещал, что разобидится, если мы не придем.
  "Прежде чем уезжать на восток, похоже, доведется узнать новости с севера", - подумала Риза.
  - К вопросу о вечеринке - а что, колбаса закончилась? - изумился Хавок, с высоты подоконника оглядывая стол.
  - Сейчас притащу, - пообещал Бреда, заодно прихватывая на кухню пакет с мусором. Уже на кухне ему померещился странный запах. Кисло-сладкий, кружащий голову. Бреда удивленно осмотрелся, принюхался, нагнулся к пакету и изумленно замер. В лежащей сверху салфетке сизоватым, странно пахнущим дымком, истлевали осколки созданной жрецами Ксеркса пластинки.
  
  Глава 3
  
  Зольф Кимбли, надвинув шляпу на глаза, неторопливо вышагивал по переулкам Централа. Оливия, в ответ на его упертое желание появиться в столице и уж тем более в гордом одиночестве прогуляться по городу, только выгнула бровь, осмотрела любовника с головы до ног и невозмутимо поинтересовалась, на каком кладбище - в Централе или Бриггсе - завещает он упокоить свое бренное тело после того, как будет опознан и отправлен в мир иной во время данной прогулки. Кимбли нагло пообещал пережить любимую, сдул невидимую пылинку с белоснежного костюма и вышел из поместья Армстронгов.
  Он не появлялся в Централе больше трех лет. Город, в общем-то, мало изменился. На экскурсию к зданию Штаба Кимбли решил не ходить, а вот в прогулке по окраинам столицы себе не отказал. Вокруг него ветвились знакомые узкие улочки, торопился по делам народ, зазывали покупателей владельцы мелких магазинов, которыми кишмя кишел город.
  Кимбли косился по сторонам из-под шляпы, тихо ностальгировал и настолько погрузился в размышления, что, даже не притормозив, врезался в мужчину, внезапно появившегося на пороге лавочки, мимо которой проходил алхимик. Кимбли споткнулся, шляпа упала на булыжную дорогу. Первым желанием алхимика было рвануть мерзавца, чтобы другим стало неповадно, но вовремя вспомнилось, что в Централ Кимбли попал незваным гостем, да и по другой стороне улицы как раз проходил патруль. Багровый торопливо нагнулся за шляпой, ненавязчиво отворачиваясь от военных, и тут же понял, что попал. Потому что человек, на которого он налетел, стоял неподвижно и с непередаваемым изумлением смотрел на Кимбли. Похоже, что Багрового алхимика он опознал.
  - Честь имею... прошу прощения... ошибочка вышла...- пробормотал Кимбли, пониже надвигая шляпу, и быстренько ретировался в сторону, строго противоположную движению патруля. Пройдя пару кварталов, он обернулся и нахмурился.
  Незнакомец следовал за ним. Более того, Кимбли начало казаться, что он когда-то уже встречал этого человека. Алхимик мысленно пошел сверху вниз по длинному списку своих жертв, а также чудом оставшихся в живых их родственников, но быстро понял, что процедура опознания может затянуться на неопределенный срок, за который незнакомец вполне успеет организовать скандал и сдать алхимика властям.
  Здраво рассудив, что прежде чем выматывать противника бегом, лучше все-таки осведомиться о его намерениях, а там, глядишь, и придушить где-нибудь в темном переулке за задушевной беседой, Багровый решительно обернулся и направился к преследователю. Тот застыл, глядя на приближающегося алхимика.
  - Мы, похоже, знакомы? - как можно небрежнее поинтересовался Кимбли.
  - Знакомы, - согласился преследователь и заинтересованно взглянул в лицо Багровому. - И именно поэтому вас я здесь ожидал увидеть меньше всего. Во-первых, я предполагал, что вы погибли вместе с Прайдом еще тогда, на площади перед Штабом...
  - Слухи о моей кончине оказались сильно преувеличены, - высокопарно пояснил Кимбли, повнимательнее разглядывая незнакомца. Квадратное лицо, волевой подбородок, негнущаяся спина, военная выправка. Друг или враг?
  Мужчина кивнул и продолжил:
  - Ну, а во-вторых, зная вашу оппозицию Мустангу и его команде, следовало предположить, что останься вы чудом в живых, вы бы не промедлили сбежать из Централа и больше никогда сюда не вернуться.
  - На лбу у меня не написано, кто я такой, - пожал плечами Кимбли. - А люди, которые имели неосторожность знать меня в лицо и стать моими врагами, обычно уже не имели возможности опознать меня с того света.
  - Об этом был наслышан весь Аместрис, - признал незнакомец.
  - И все же, никак не могу вас припомнить, - вернулся к интересующей его теме Кимбли. - Вы меня знаете, я вас нет. Вы можете предположить, чего ожидать от меня, а я даже понятия не имею, на чьей стороне вы были в последнем конфликте. Может, напомните, где мы встречались? Судя по тому, что вы не орете на всю улицу как оглашенный, зазывая ближайший патруль, никого из ваших друзей и близких я не взорвал.
  - Мы несколько раз виделись в Штабе во времена Кинга Бредли, - суховато сообщил незнакомец. - А что до имен... - мужчина покосился куда-то за спину Кимбли и коротким жестом указал направление. - Может, заглянем в чайную, посидим и спокойно пообщаемся...
  - Не откажусь, - кивнул Кимбли.
  Они пересекли людную улицу, нашли пустой столик под навесом и устроились в углу, на кривовато сколоченных стульях. Хозяин, разом распознав посетителей с деньгами в не самом богатом районе города, мигом примчался с подносом, чашками и чайничками, дабы лично испросить дорогих гостей, чего изволят. Заказав какой-то разрекламированный хозяином перекус, то ли друзья - то ли враги снова сосредоточились друг на друге.
  - Так могу сделать вывод, что мы с вами играли на одной стороне, - раздумчиво протянул Кимбли.
  - И мне, так же, как и вам похоже, смерть фюрера Бредли спутала все карты, - констатировал незнакомец.
  С этим выводом Кимбли мог бы поспорить, но до поры до времени раскрываться не стал.
  - Могу осведомиться, чем вы занимаетесь сейчас? - поинтересовался военный, так и не спеша представиться.
  - Сейчас... - Кимбли хитровато прищурился из-под полей шляпы и со всей возможной искренностью развел руками. - Скажем так, изучаю просторы нашей родины, по большей части подальше от Централа. Собственно, это мой первый визит в столицу за прошедшие три года. А чем развлекаетесь вы?
  Военный помолчал, дожидаясь, пока хозяин забегаловки расставит на столе тарелки и разольет по чашкам чай, потом неторопливо сделал глоток и, кинув на Кимбли пристальный взгляд из-под бровей, вдруг негромко произнес:
  - Ищу способ коренным образом изменить сложившуюся ситуацию. И мне очень нужен помощник...
  Кимбли замер. Изменить сложившуюся ситуацию? Теперь? Когда Мустанг занял пост фюрера, все гомункулы мертвы, а военные надежно держат власть в своих руках?
  - Если вы о том, о чем я сейчас подумал... - медленно начал Кимбли, - то это просто невозможно. С Мустангом уже не справиться.
  - Это вы так думаете... - с насмешливой ноткой в голосе протянул незнакомец и придвинулся поближе. - Мне очень нужен сторонник - сильный, опытный - который сможет меня прикрыть, пока я буду заниматься тем, что вскоре может здорово изменить баланс сил в Аместрисе. Что скажете?
  - Метите на место Мустанга? - недоверчиво переспросил Кимбли.
  - Представьте, да, - незнакомец прищурился. - Не хотите вместе со мной побороться за Аместрис?
  Аместрис?.. Ко дню рождения Оливии?..
  Кимбли окаменел.
  А если ему действительно выпадает шанс доказать любимой женщине, что он не просто изгой, которого она подобрала из грязи и держит при себе из непонятных побуждений?
  - Это просто какая-то авантюра, - объявил Кимбли. - Войска верны генералам, алхимики не пойдут против Мустанга. У нас ничего не получится.
  - У нас? - насмешливо переспросил военный. - То есть, вы признаете, что мы уже в одной команде?
  - Эй, Зольф! - вдруг заорали откуда-то с улицы, и Кимбли, быстро обернувшись, обнаружил совсем рядом с навесом каким-то дурным ветром занесенного сюда Майлза. - Королева просила тебя найти и полюбоваться твоими последними минутами. Встретил кого-то из старых друзей? Помощь нужна?
  Кимбли цветасто выругался, перевел взгляд на соседа по столику и увидел в глазах того враждебность и злость.
  - Так ты теперь с ними? - на всякий случай, уточнил военный, медленно поднимаясь со стула.
  - Да нет... - начал Кимбли, но незнакомец коротким движением вдруг резко опрокинул стол на алхимика, пульнул стул в приближающегося Майлза и метнулся в толпу. Кимбли ощутил, как кипяток из двух чайников пропитывает белую ткань костюма, снова выругался, отпихнул тяжелую деревянную конструкцию и бросился за военным, сильно подозревая, что здорово уступает ему в физической подготовке.
  Рядом уже бежал Майлз.
  - Взять его! - заорал Кимбли, и вояка Бриггса среагировал моментально, разом ускорившись в толпе.
  Алхимик поскользнулся в луже, больно ударился плечом о фонарный столб, врезался в бегущих навстречу детишек, и едва успел заметить, как оба военных скрылись в ближайшем переулке. Майлз пока еще отставал, но расстояние между ним и беглецом быстро сокращалось. Потом в переулке что-то вспыхнуло, прошла алхимическая трансформация, и через несколько секунд Кимбли, свернув за угол, обнаружил замершего посреди узкого прохода Майлза. Прямо перед ним уходила в небо каменная стена выше крыш.
  - Удрал, - констатировал военный. - Он еще и алхимик, - Майлз обернулся к Багровому. - Кто это был?
  - Ну, я ему сейчас... - злобно прошипел Кимбли, начиная сводить ладони для преобразования, и тут же взвыл от боли.
  Майлз со знанием дела скрутил алхимику руку жестким болевым захватом.
  - Не вздумай что-нибудь рвануть, - тихо, но решительно рыкнул он на ухо Кимбли. - Хочешь, чтобы весь Аместрис понял, что Багровый развлекается в Централе? Мне, конечно, дела нет, до того, что все мустанговские шавки примчатся сюда и задавят тебя сворой, но Оливии приятно видеть тебя живым. Так что, изволь прекратить психовать и спокойно объясни, кто это был.
  Кимбли едва не подвывая от боли, все же набрал полные легкие воздуха и на выдохе сумел полноценно объяснить Майлзу, что он думает о военных, Централе и псах-алхимиках в одном лице. Под конец тирады - судя по тому, что фразы стали менее забористыми, а речь практически перешла в разряд цензурной - стало понятно, что Багровый вновь обрел способность мыслить здраво, и Майлз ослабил хватку.
  Кимбли выдернул руку и, морщась, потер плечо.
  - В былые времена за такое я... - уже беззлобно начал он. Майлз картинно сложил руки на груди.
  - Ну, давай. Расскажи.
  Багровый поморщился и начал стягивать белый пиджак, уляпанный пятнами от чайной заварки. Пиджак полетел на землю. Кимбли осмотрел не менее пятнистую на груди рубашку и рванул пуговицы.
  - Штаны еще сними, - съязвил Майлз. - Они у тебя тоже в пятнах. Дальше пойдешь в трусах и в шляпе.
  - Очочки свои мне одолжи, - с аналогичной порцией яда в голосе предложил Кимбли. - Тогда я смогу хоть без трусов идти - никто не заметит. Все будут разбегаться, едва завидят твои красные глазищи.
  - Да твою рожу достаточно будет опознать одному человеку - весь Централ выстроится в очередь дать пинка садисту и маньяку.
  - Да я...
  - Да ты...
  В переулок заглянул какой-то мальчишка и, охнув при виде высоченной стены между домами, бросился бежать.
  - Пошли отсюда, - после короткой паузы уже спокойно предложил Майлз. - Пока патруль не нагрянул.
  Кимбли надвинул шляпу пониже на глаза и тихо буркнул:
  - Спасибо, что остановил. Я бы тут от души разгулялся.
  - Ты с экскурсией закончил? - уточнил Майлз, осторожно выглядывая из переулка и вытаскивая следом алхимика. - Может, уже вернемся к Армстронгам? Или хочешь еще кого-нибудь встретить? - военный обернулся и окинул Кимбли пытливым взглядом. - И кстати, кто все-таки это был?
  - Старая гвардия Бредли, - не соврал алхимик. - Хотел посидеть со мной, вспомнить былое. А ты его перепугал своей военной формой.
  - А какого ты тогда за ним погнался? - не дал развести себя Майлз.
  - Это ты за ним погнался! - невзирая на всю нелогичность заявления, отрезал Кимбли. - А я тебе помогал.
  Майлз изумленно осмотрел алхимика, недоверчиво покачал головой, но тему развивать не стал.
  
  Глава 4
  
  Риза кинула в коробку случайно обнаруженный в столе старый ошейник Хайяте и осмотрелась. Даже странно как-то. Оказалось, что во всем кабинете, который она занимала по соседству с кабинетом господина фюрера, ее вещей и набралось-то лишь на донышко одной коробки. Все остальное копилось в ящиках и шкафах исключительно на благо Роя Мустанга: плащи, зонтики, запасные перчатки из пиродекса, зажигалки и прочее-прочее, связанное с ремеслом Огненного алхимика. Что, собственно, забирать с собой не имело никакого смысла. Риза снова заглянула в коробку, на дне которой сиротливо валялись фотографии команды Мустанга - тех времен, когда их еще можно было назвать командой - в рамочках и всякая мелкая ерунда, покрепче прижала коробку к животу, еще раз осмотрелась и, не справившись с тяжелым вздохом, вышла из кабинета, который отныне становился не ее.
  В коридоре, проходящие мимо военные, зная о сложившейся ситуации, своих чувств, по большей части, не скрывали - кто-то улыбался и ободряюще подмигивал, кто-то презрительно щурился, и Риза поспешила запереть дверь и направилась к лестнице, чтобы спуститься в холл, отдать ключ и распрощаться со зданием Штаба. И уже поворачивая на ступеньки, едва не налетела на кого-то широкого и высокого. Майор задрала голову и обнаружила возвышающегося прямо перед ней Алекса Армстронга. Рядом с ним, как обычно с нескрываемым скепсисом изучая все, происходящее в Штабе, скрестив руки на груди, стояла его старшая сестра.
  - Майор! День добрый! - обрадовался Алекс, искренне расплываясь в широкой улыбке. - Вот удача! А я боялся, что не успею с вами попрощаться...
  - Да, я уже собиралась уходить, - улыбнулась в ответ Риза, стараясь избегать изучающего взгляда Оливии.
  - Жаль, что вас переводят, - вздохнул Алекс. - Но, может, все еще исправится, - Сильнорукий алхимик театрально насупил брови и, расправив грудь и задрав подбородок, воинственно начал: - Вот вернется в Централ Рой Мустанг...
  - Думаешь, они все это затеяли без одобрения Мустанга? - с открытой издевкой поинтересовалась Оливия, ехидно выгибая бровь на брата, который под ее взглядом сдулся, как воздушный шарик, из которого разом выпустили воздух. - Судя по тому, что он не взял ее с собой, наш замечательный фюрер в курсе событий и просто решил отойти в сторонку и не пачкать свои белые перчаточки, пока штабные шавки расправляются с его бывшими друзьями.
  - Рой бы так не поступил, - по привычке кинулась на защиту начальника Риза.
  - Ну, конечно, - насмешливо протянула Оливия. - Впрочем, можете тешить себя надеждами на благородство вашего бывшего начальника.
  Риза поджала губы и, упрямо мотнув головой, собралась уже сделать шаг в сторону, чтобы обойти членов семейки Армстронг, когда Оливия вдруг совсем другим - ровным и деловым - тоном поинтересовалась:
  - А вы, майор, кстати, получали приглашение на сегодняшний прием в моем поместье?
  Риза сначала изумленно хлопнула глазами, но быстро вспомнила, что Хавок в день ее рождения упоминал что-то подобное, правда, практически все гости пропустили сказанное мимо ушей.
  - Да, но я... - начала Риза.
  - Надеюсь, что никаких "но" не будет, - объявила Оливия, то ли приказывая, то ли констатируя факт. - Мы сегодня последний день в Централе, завтра возвращаемся в Бриггс. Я собираюсь устроить своим ребятам настоящий праздник, и надеюсь увидеть на нем вас.
  - Но я... - снова попыталась Риза.
  - Вы будете служить в одном конце страны, мы в другом, но, чтобы система работала надежно, в ней должны существовать прочные связи. Хочу, чтобы вы познакомились с моими ребятами. Мало ли где придется пересечься по жизни.
  Риза растерянно пожала плечами и задержала паузу, снова выискивая аргументы против визита, но Оливия, видимо, уже потеряв терпение, решительно отрезала:
  - Вот что, майор, можете считать это приказом старшего по званию. Сегодня в семь вечера жду вас в моем... - Оливия покосилась на Алекса и, закатив глаза и картинно вздохнув, поправилась: - В нашем поместье.
  Риза бледно улыбнулась, но отдала честь и послушно кивнула:
  - Так точно.
  - Вот и договорились, - удовлетворенно заключила Оливия, отсалютовала бывшей помощнице фюрера и направилась дальше по коридору. Алекс занял место в шаге за сестрой.
  - Я, конечно, пригласил в гости всех ребят Мустанга, - тихо признался он, - но вот уж не думал, что ты будешь так рада их видеть.
  - Не всех ребят Мустанга, а конкретно эту девочку, - холодно поправила его сестра.
  - Ризу? - на всякий случай переспросил Алекс, не справляясь с логикой событий. - А почему именно Ризу?
  - Она мне нравится. И я ее хочу, - отрезала Оливия, не сбавляя шага.
  Пару секунд Алекс машинально следовал за сестрой, а потом споткнулся. Едва не пропахав носом паркет, он с трудом удержался на ногах и бросился следом за не обратившей никакого внимания на его исчезновение блондинкой.
  - Мила... - тихо начал он, из-за плеча пытаясь заглянуть в лицо сестре, - если ты думаешь, что она... - Алекс покраснел, как маков цвет, и замялся.
  - Что она? - переспросила Оливия, от взгляда которой шарахались по углам штабные.
  - Ну, она не... - снова попытался Алекс и жалобно уставился на сестру.
  Оливия, наконец-то, соизволила остановиться и повернулась к брату.
  - Ну, что ты там мямлишь? Что она? - рыкнула блондинка.
  - Она не лесбиянка! - отрапортовал Алекс, как по приказу, и тут же вновь растерял боевой задор, опустив голову и жалобно покосившись на сестру. - В общем, я понимаю, что она тебе нравится, но она...
  - Придурок, - спокойно констатировала Оливия, разворачиваясь и направляясь дальше по коридору в поисках нужного кабинета. Через десяток шагов она решила снизойти до дополнительных объяснений и бросила через плечо: - И извращенец.
  Алекс вздохнул с облегчением:
  - Ну, ты так сказала... Я и решил...
  - Вот думаю, - протянула Оливия, скептически изучая собравшихся в коридоре кадетов, которые, завидев приближающуюся блондинку в военной форме, начали пихать друг друга локтями и, судя по радостному ржанию, обмениваться скабрезными шуточками, - может, пока не поздно, отписать поместье Майлзу... Он всяко на порядок умнее тебя и Мустанга... - Оливия поравнялась с юнцами и застыла, когда один из них заступил ей дорогу. Женщина выжидающе уставилась на юного нахала. Алекс сделал страшное лицо через плечо сестры, но до малолеток явно не доходил весь ужас ситуации.
  - Господин Армстронг, - развязно начал невысокий брюнет, на которого с нескрываемым одобрением тут же уставилась вся кодла, - не соизволите ли вы представить нас своей прекрасной спутнице...
  Алекс сглотнул и медленно сделал пару шагов вперед, стараясь занять позицию между сестрой и детишками, но Оливия коротким движением руки невозмутимо сдвинула его в сторону.
  - О! - обрадовался парень. - Дама сама хочет с нами познакомиться... Да кто же вы такая, о прекрасный цветок...
  - Генерал-лейтенант Оливия Армстронг, штабная крыса, - холодно отрезала Оливия.
  - Ой, е... - протянул кто-то из кадетов, видимо живо сообразив, на кого налетел. Брюнет, разом утратив весь задор, заметно посерел и начал отступать, но Оливия, привычно положив ладонь на рукоять сабли, сделала быстрый шаг вперед.
  - Лежать! - рыкнула она, и все компания разом распласталась на паркете. - Двести раз отжаться - начали!
  Кадеты послушно запыхтели под ритмичный командный отсчет Оливии. Проходящие мимо военные жались по стенкам и торопились проскочить мимо.
  Первые начали сдавать отжиманий через двадцать. Через сорок на полу бессильно лежали почти все. Дольше всех держался заводила, который сумел отжаться еще десяток раз под окрики Оливии, которые лупили по барабанным перепонкам не хуже, чем хлыст по спине. Потом парень всхлипнул и упал, распластав дрожащие руки и едва не уткнувшись носом в ноги Оливии. Снежная королева для убедительности прижала его сапогом к полу и холодно констатировала:
  - В Бриггсе таким упражнением даже не согреешься.
  Тряхнув светлой гривой, генерал-лейтенант решительно ушагала по коридору в сопровождении брата.
  - Надо чаще здесь бывать, - объявила она после короткого молчания. - Штабные начинают забываться.
  - Так тебя же из Бриггса не вытащишь, - напомнил братец. - И уж тем более в Штаб не загонишь...
  - Так вот, еще раз о Штабе, - вспомнила Оливия и развернулась к брату. - Приведи мне вечером эту девочку, Хоукай. Хочу забрать ее себе. В наше время преданность и ум в одном человеке - большая редкость. Мустанг ее проворонил, пусть потом кусает локти. Я заберу девочку в Бриггс.
  - Ее же уже перевели в Юсвелл, - напомнил Алекс, вопросительно глядя на сестру.
  - Сейчас мы это исправим, - отрезала та. - Им главное убрать Хоукай из Штаба. А уж Юсвелл, Бриггс - сомневаюсь, что они вообще знают, где эти города, и понимают между ними разницу. Вечером Хоукай должна быть у меня. Все ясно?
  - Так точно, - машинально отсалютовал Алекс, вытягиваясь в струнку перед сестрой.
  Оливия одобрительно кивнула и распахнула дверь нужного ей кабинета.
  
  Глава 5
  
  Кимбли брел по улице, являя собой воплощение тоски и мрачности. День не задался. Хотя мог бы, наверное, фактически стать началом новой жизни.
  Полный надежд и планов на будущее, алхимик решил не спорить с Майлзом и послушно вернулся с ним в поместье семейства Армстронгов. Там он предусмотрительно попался на глаза Оливии, демонстративно позевал, выразительно прикрывая рот ладонью, и грохнул дверью своей комнаты. После чего, тихой сапой, выбрался из дома через подвал и крыльцо для слуг - да, грядущее величие требовало двух минут позора в настоящем. Он должен был вернуться в Централ и разыскать странно знакомого военного, который знал, как справиться с Мустангом и сменить власть в стране. И заодно подкинуть на день рождения Оливии весьма миленький подарочек в виде целого Аместриса.
  Кимбли, как распоследняя ищейка, весь остаток дня метался по улицам и переулкам. Хоть и слаба была надежда вновь налететь на незнакомца, упускать ее не стоило, и алхимик, справедливо заключив, что вряд ли объект его поисков совершает променад в туристическом центре города или прогуливается вокруг Штаба, излазил все самые поганые закоулки Централа, перепачкав костюм и нанюхавшись такого амбре, что достопамятный аромат ишварской компании начал вспоминаться как легкий, пусть и не совсем приятный, запашок. Военного нигде не было. Он пропал. Просто растворился в большом городе. Солнце опустилось на крыши домов и явно намеревалось скатиться еще ниже. На улицах заметно темнело, и Кимбли, отчаявшись, вынужден был признать поражение. Время почти закончилось. Завтра Оливия со товарищи отправлялась обратно в Бриггс. У Кимбли не оставалось иного выбора, кроме как последовать за ней - обратно в ледяную крепость среди холодных, высоких скал.
  Вот и все, прощай столица.
  Кимбли засунул руку в карман пиджака и наткнулся кончиками пальцев на что-то металлическое. На секунду удивившись, алхимик запоздало вспомнил, что, собственно, изначальной целью его прогулки было пройтись по магазинам Централа в поисках какого-нибудь сюрприза для Оливии.
  В прошлом году, так и не выбравшийся из Бриггса алхимик, перед днем рождения Снежной королевы был вынужден задействовать весь имевшийся у него запас фантазии и трансформировать для нее подарок самостоятельно (эдакий кружок "Умелые руки" - вот позорище-то!).
  Всю ночь Кимбли рисовал преобразовательные круги на полу своей комнаты, пытаясь из имевшихся у него кусков железа создать приличную саблю. Однако, как показала практика, не зря аместрийские кузнецы похвалялись своими талантами и распинались о секретах, передающихся из поколения в поколение. Секреты существовали. И еще какие. В чем Кимбли окончательно убедился к утру. Железо, конечно, превращалось в сталь, но сталь хрупкую, не идущую ни в какое сравнение с той саблей, которую постоянно носила Оливия. Очевидно одного знания состава и понимания химического процесса для полноценной трансформации было недостаточно. С первыми лучами солнца Кимбли плюнул на саблю и из остатков железа попытался сделать хотя бы кинжал, но и тот категорически отказывался гнуться, и легко сломался, едва лишь алхимик засунул его в щель в стене, намереваясь проверить прочность стали.
  Дальше выбора уже не оставалось. Распекая собственную несостоятельность, как алхимика, Кимбли шмыгнул в подвалы крепости, притащил в комнату уголь и какие-то железки, и преобразовал весьма неплохую диадему с бриллиантами, которую и преподнес Оливии к завтраку, пояснив, что Снежной королеве корона полагается по умолчанию. Оливия удостоила драгоценность лишь короткого взгляда, зато наградила любовника горячим поцелуем и, не долго думая, затащила в постель, попутно устроив знатную взбучку на предмет его всенощного бдения абы где, за стенами ее спальни. Кимбли приложил максимум усилий, чтобы не испортить любимой праздник еще больше: из постели они выбрались уже ближе к вечеру. Диадему в следующий раз алхимик увидел случайно месяца через два. Она валялась в глубине какого-то ящика, явно не нужная Оливии, но, хвала богам, все же не выброшенная, в силу загадочных причин. Кимбли тогда здорово взгрустнулось.
  И вот, судя по тому, как складывались обстоятельства, в этом году история грозила повторением.
  Оставался, правда, еще часок, пока торговцы не начали закрывать лавки, и можно было пробежаться по местным антикварным магазинам в надежде найти кинжал или меч ксеркских времен, дабы пополнить коллекцию холодного оружия Снежной королевы, раз уж у самого Кимбли руки росли не из того места для работы с благородной сталью. Алхимик потряс заранее припасенные в кармане железки, нырнул в ближайший дворик, живенько нарисовал на земле преобразовательный круг, кинул железяки в центр и сосредоточился. Полыхнула синяя вспышка, в центре круга заблестели золотые монеты. Ну, да и фиг с ним, с запретом. Пусть Мустанг беспокоится о стабильности экономики своей страны. Ему-то, Кимбли, запреты нарушать давно уже не внове.
  Зольф стер круг, спрятал монеты в карман и направился вглубь узких улочек, присматриваясь к вывескам. Первые два магазина были битком набиты стеклом, фарфором и побрякушками. В третьем разнообразия добавили лишь пыльные, старинные фолианты. Ничем, похожим на стальные шедевры древних мастеров, здесь и не пахло.
  - А не подскажете, можно ли в Централе купить старинный меч или кинжал? - поинтересовался Кимбли у владельца магазинчика, мало надеясь, что тот, так вот, запросто, направит покупателя к конкурентам, но аместриец неожиданно оживился и подмигнул Кимбли.
  - Мой близкий родственник держит лавку неподалеку. Место известное - все почитатели древностей давно стали его завсегдатаями. Он продает то, что вы не найдете ни в одном другом заведении Централа. Если у вас есть деньги, и вы знаете толк в античных шедеврах - идите сразу к нему. Уверяю, найдете все, что душе угодно.
  От склонности верить навязчивой рекламе Кимбли избавился давно, но время утекало сквозь пальцы, как ишварский песок, и алхимик уточнил дорогу. Благо идти было недалеко: всего-то второй переулок налево, потом второй направо и еще раз второй налево...
  Кимбли вышел на улицу и замер. Место показалось подозрительно знакомым. А ведь и точно! Вот же, немного дальше, чайная, где они с военным пили чай. А вот тот самый магазинчик с пестрой вывеской, откуда военный выходил, когда Кимбли на него...
  Алхимик поднял глаза на вывеску, не веря неожиданной удаче. Незнакомец вышел из этого самого антикварного магазина. Может, его здесь знали? Или помогут зацепить след?
  Кимбли в один прыжок оказался на пороге, надвинул шляпу пониже на глаза, перевел дыхание и вошел.
  В полутьме магазина горели потемневшие от времени масляные лампы. Большая комната под потолок была заставлена полками с древней утварью, книгами, свитками. На столах лежали старинные мечи и части доспехов. У окошка, сидя на невысокой табуретке, попивал чаек из тонкой, фарфоровой чашки пухленький улыбчивый аместриец с хитрыми глазками.
  - Вечер добрый, добро пожаловать! - хозяин магазина неторопливо поднялся с табуретки и изучающе осмотрел гостя. - Чем могу помочь любителю древностей?
  Кимбли чуть призадумался, еще раз осмотрелся и живо изобрел повод проявить интерес.
  - Видите ли, любезный, у меня есть одна проблемка. И я очень надеюсь, что вы поможете мне ее разрешить...
  Продавец насторожился и чуть склонил голову на бок, всем видом выражая готовность внимать.
  - Сегодня к вам должен был зайти мой знакомый. Мы с ним ищем подарок для общего друга, и он обещал прямо утром заглянуть в ваш магазин и что-нибудь подобрать. Время поджимает, встречаемся мы с ним поздно вечером, а я волнуюсь о подарке. Может, подскажете, купил ли он что-нибудь?
  Хозяин лавочки призадумался, в поисках подвоха, но не найдя для себя никакой угрозы в вопросе, пожал плечами:
  - Ко мне заходит немало покупателей. Но, возможно, я смогу вам помочь, если вы поподробнее опишите мне своего друга.
  Кимбли хищно улыбнулся и, как на духу, выложил приметы военного, не сводя пытливого взгляда с лица продавца. Тот, однако, выслушал описание с полной невозмутимостью и задумчиво кивнул.
  - Пожалуй, был такой с утра, - признал он. - Но должен вас разочаровать - подарок для вашего друга он не купил. Да и не сможет купить, если не изменит своих пожеланий.
  - Что он искал? - рявкнул Кимбли, не справившись с волнением.
  Продавец взглянул на гостя настороженно, и алхимик тут же пожалел, что погорячился. Зольф знал, как заставить говорить любого, и справиться с разжиревшим торговцем труда для него не составляло, но за стенами магазина был Централ. И сегодня он уже едва не попался.
  Алхимик засунул руку в карман и выгреб преобразованные монетки. Да и что? Железа в городе было навалом, преобразовательный круг легко рисовался в любой подворотне.
  Хозяин магазина удивленно осмотрел ослепительно блестящее золото, для уверенности попробовал одну монетку на зуб и вновь проникся любовью к посетителю.
  - Он искал карты Бриггса, созданные жрецами Ксеркса.
  - Карты Бриггса от жрецов Ксеркса? - недоверчиво переспросил Кимбли. - Что за чушь? Где Ксеркс и где Бриггс? Какая связь?
  Продавец усмехнулся и тоном вещего сказителя соизволил открыть алхимику глаза на мир:
  - Эпоха расцвета Ксеркса полна слухов и тайн, но достоверно известно, что жрецы Ксеркса, изучая мощь огня, стремились постичь и мощь льда, надеясь в противоположности добыть дополнительную силу для почитаемой ими стихии. Жрецы совершали экспедиции на север, и, говорят, в горах Бриггса, построили огромную лабораторию, где проводили эксперименты со льдом и огнем. Не знаю, сказки это или нет, - продавец пожал плечами, - но карты Бриггса, созданные жрецами Ксеркса точно существуют. Правда, достать их невозможно.
  - Почему? - быстро спросил Кимбли. - Уничтожены?
  - Да нет, - мотнул головой антиквар. - Но их осталось всего две. И обе они еще несколько лет назад конфискованы военными. Судя по слухам, они хранятся в закрытых архивах Центральной Библиотеки.
  - Карты, значит... - задумчиво повторил алхимик. - Вы все это рассказали моему другу?
  - Точно так, - согласился продавец. - Так что, боюсь, добыть карту в качестве подарка он не сможет. Не желаете посмотреть что-то из иных ксеркских древностей?
  - Нет, спасибо, - отмахнулся Кимбли, разом погружаясь в задумчивость и коротко прощаясь с хозяином магазина.
  Выйдя на улицу, алхимик осмотрел потемневшие дома и остановил взгляд на громаде Штаба.
  - Значит, архивы Центральной Библиотеки... - пробормотал Багровый.
  
  Глава 6
  
  Открутиться от исполнения четкого и ясного, как божий день, приказа Оливии принять ее ненавязчивое приглашение и явиться на вечеринку не удалось.
  Риза приехала домой, печально водрузила на табуретку в коридоре коробку с вещами, в которую тут же засунул любопытный нос Хайяте, и как раз собралась вывести песика погулять, когда в дверь позвонили.
  На пороге выросла парочка широкоплечих амбалов, которые, впрочем, весьма доброжелательно сообщили, что Снежная королева потребовала от них незамедлительно сопроводить майора Хоукай в семейное поместье Армстронгов. Риза огорченно посмотрела на остающегося без прогулки Хайяте, когда один из военных вдруг подхватил ошалевшего от такой непосредственности песика на руки и предложил взять его с собой. У Армстронгов, мол, немаленький сад вокруг поместья, да и другие собаки есть. Хайяте и нагуляется, и наиграется. И Ризе не оставалось ничего иного, как согласиться.
  К поместью подъезжали уже в сумерках. Дом сиял огнями, на центральной аллее было светло, как днем, в доме играл живой оркестр, и Риза сначала даже решила, что Оливия созвала на праздник весь генералитет, дабы напомнить о себе пожизненно-штабным, и искренне удивилась, когда поняла, как ошибалась. Всю эту красоту и пышность генерал-лейтенант организовала исключительно для своих подчиненных и младшего командного состава. Никого из "полезных для карьеры" штабных крыс в доме не оказалось.
  Сопровождавшие Ризу военные ушли знакомить Хайяте с местной собачьей компанией, пообещав отследить, чтобы с песиком ничего не случилось, а в дверях зала девушку встретила сама хозяйка дома в сопровождении беловолосого майора в темных очках.
  - Спасибо, что приняли приглашение, - скорее одобрила, чем поблагодарила Оливия, не по-женски крепко и жестко пожимая руку Ризе, опередив привычный салют со стороны более низкого чина. Судя по уверенности Снежной королевы, различия между приказом и просьбой она совершенно не понимала.
  - Думаю, вы помните Майлза, моего адъютанта, - мотнула длинной челкой Оливия, и Майлз, за секунду до того вдруг куда-то исчезнувший, тут же появился снова с большим бокалом игристого вина.
  - Прошу! - бокал протянули Ризе.
  Девушка покачала головой.
  - Нет, благодарю. Я не люблю спиртное.
  - И все же... - Майлз настойчиво держал бокал перед Ризой. По запотевшим стенкам хрупкого фужера к поверхности скользили крошечные пузырьки. - За хозяйку дома...
  Вежливость призывала сделать хотя бы глоток, и Риза приняла вино. Едва она поднесла бокал к губам, последовало очередное ненавязчивое:
  - За хозяйку дома до дна... - Майлз улыбался кончиками губ и заметно щурился за стеклами очков.
  - Второй бокал я выпью за местную свободу выбора, - не сдержалась Риза и кинула быстрый взгляд на Оливию. Но генерал-лейтенант только широко улыбнулась и одобряюще кивнула головой.
  - Молодец, девочка. Все понимает, - удовлетворенно сообщила она Майлзу. Адъютант пожал плечами.
  Повода не напиться, в общем-то, не было. Либо завтра, либо - если максимально оттянуть отъезд - послезавтра, Ризу ждал поезд до Юсвелла. События последних дней немало потрепали нервы, так что майор решила, что может позволить себе расслабиться хотя бы на один вечерок. И большими глотками осушила бокал до дна.
  Оливия подмигнула девушке и чуть склонила голову на бок, когда к ним приблизился совсем еще молодой младший лейтенант и осторожно посмотрел на гостью.
  - Без имен, - коротко приказала Снежная королева, мигом посуровев и прищуриваясь на лейтенанта.
  Риза хотела предложить оставить военных наедине, но не успела. Младший лейтенант уже отрапортовал:
  - Его нигде нет, мэм. Мы все обыскали. Он точно покинул дом.
  - Вот, придурок... - насупилась Оливия и вперилась взглядом ледяных глаз в Майлза.
  Тот пожал плечами.
  - Упустил. Виноват.
  Оливия чуть призадумалась и снова тряхнула светлой гривой.
  - Ну, да пусть делает, что хочет. Не маленький. А если во что-то вляпается... - блондинка задумчиво посмотрела в окно, на далекие ночные огни Централа, и медленно закончила: - Мы это сразу увидим...
  Майлз как-то нехорошо усмехнулся.
  - Я... - решила напомнить о себе Риза.
  - А вы, майор, отдыхайте и расслабляйтесь, - гостеприимно предложила хозяйка дома таким же тоном, каким распоряжалась в бою, на линии фронта. - Майлз вас познакомит с моими ребятами. Надеюсь, вы друг друга оцените...
  Генерал-лейтенант кинула еще один мрачный взгляд в окно и решительно удалилась из зала.
  Майлз, словно из воздуха, извлек еще один бокал вина, сунул его Ризе и прищурился на девушку.
  - Вам со мной некомфортно, - невозмутимо констатировал он. - Ишварские воспоминания?
  Риза слабо улыбнулась.
  - Вообще-то это вам со мной должно быть некомфортно. В Ишваре меня знали все - если не в лицо, то уж точно по прозвищу.
  - И помнят до сих пор, поверьте, - с обескураживающей честностью объявил Майлз. - Правда, должен признать, за прошедшие годы эмоции немного притупились. Так что... Не комплексуйте, майор. Здесь вам рады. И будут рады еще больше, когда узнают вас получше. Тем более что кое-кому может здорово помочь ваш совет, как профессионального снайпера...
  Риза недоверчиво покосилась на адъютанта, но послушно последовала за ним к кучке с жаром обсуждающих что-то военных.
  
  
  
  Кимбли стоял, прислонившись спиной к дереву, и наблюдал, как из Центральной библиотеки выходят последние посетители.
  Здание навевало веселенькие воспоминания. В бытностью свою курсантом военной академии, Зольф убил тут немало времени, кропя над курсовыми и дипломными. Пока, однажды, его, Баска Грана и Роя Мустанга не вышибли из библиотеки с треском за пролитое на старинные кретские рукописи вино, которое они протащили в кожаном бурдюке, замаскированном под рюкзак, и попыталась выпить через край. Разъяренный директор библиотеки на год лишил их читательских билетов, и, вынужденные изыскивать способы доступа к жизненно важной для обучения информации, курсанты завязали дружбу с отставным сторожем, который поведал про старый проход в библиотеку - правда, опечатанный и запертый, - но разве могли такие мелочи, как двери и стены, остановить молодых и небесталанных алхимиков? Соответствующие ситуации преобразовательные круги были разработаны за неделю, двери, как по волшебству, исчезали и снова возникали на своих местах после ночных бдений в библиотеке, и Кимбли оставалось только надеяться, что за прошедшие годы никто из руководства библиотеки не прознал про тайный ход и не надумал его замуровать. Потому что с бесшумной прокладкой подземных тоннелей у Кимбли были большие проблемы.
  В городе совсем стемнело. Фонари светили бледно, площадь перед библиотекой опустела. Кимбли помедлил еще немного и осторожно начал обходить библиотеку по периметру, скрываясь во мраке окружавших здание аллей.
  Служебная постройка, из подвала которой и начинался, собственно, подземный ход, стояла на поляне меж двух рядов высоких тополей.
  Кимбли еще раз осмотрелся, быстро скользнул через освещенный фонарями участок под тенек навеса у крыльца и привалился спиной к двери, одной рукой нашаривая в кармане карандаш, которым собирался начертить преобразовательный круг, как вдруг доски поддались, и алхимик рухнул в темноту. Он больно приложился копчиком, тут же перекатился на бок, вскочил и прижался к стене, памятуя, как была расставлена мебель в помещении. Но в домике стояла тишина. Жизни Багрового, похоже, ничто не угрожало. Кимбли еще помедлил, послушал, потом быстро прикрыл входную дверь и, отсчитав от нее восемь привычных шагов, наклонился, чтобы откинуть старый коврик, под которым скрывался вход в подвал, но рука провалилась в пустоту. Кимбли снова замер. Вряд ли за прошедшие годы демократия в стране ушла вперед настолько, что курсантам передали в свободное пользование тайный доступ в библиотеку. Значит, кто-то вошел туда до него. Кто-то его опередил.
  Тот самый военный? Он уже здесь в поисках карт?
  Проход алхимик помнил до сих пор и не сомневался, что преодолеет лабиринт коридоров даже с закрытыми глазами, так что рисковать и зажигать припасенный фонарик не стал.
  Багровый осторожно опустился на десять ступенек лестницы.
  Поход в полной темноте занял минут десять, потом нога снова наткнулась на ступеньку. Кимбли беззвучно поднялся наверх и прищурился на едва различимые в темноте ровные ряды полок с книгами. Тишина.
  Алхимик ступил на поскрипывающие половицы, протянул руку, нащупывая полки, и пошел вперед, ведя отсчет пропущенным проходам. Он хорошо помнил, где хранились старые карты - Баску на третьем курсе приспичило написать дипломную по представлениям о мире кретских географов, и приятели провели не одну ночь в архивной пристройке, прикалываясь над наивностью древних мудрецов. Сейчас где-то там, среди пыльных свитков и фолиантов, скрывались две карты, которые могли стать серьезными козырями в большой игре.
  Если только незнакомый военный не найдет их первым.
  Кимбли пересек два зала, одолел узкий коридор, соединявший центральное здание и архивную пристройку, и осторожно заглянул в нужное ему помещение.
  Он сделал всего пару шагов, когда где-то вдали мелькнул луч фонарика. Потом раздался приглушенный женский вскрик. Алхимик замер, но через несколько секунд промедления, снова начал осторожно продвигаться вглубь зала.
  Сначала он слышал смутное бормотание, затем стали различимы слова.
  - Ищи, давай! - злобно шипел мужчина. - Я не собираюсь торчать тут до утра...
  - Я ищу, ищу... - жалобно ответил женский голос под шуршание бумаги. - Они точно были где-то здесь...
  - Ты мне это уже полчаса обещаешь... Жить хочешь, сучка?..
  - Да! Сейчас-сейчас! - испуганно пискнула женщина, и бумаги зашелестели еще активнее.
  Кимбли на цыпочках подобрался к концу ряда и опасливо заглянул за край полки.
  Через проход от него прыгал круг света от фонарика.
  - Ну что, может порезать тебе личико? А то ты, кажется, думаешь, что я шучу? - снова сорвался мужчина.
  - Да вот же они, вот! - с облегчением воскликнула женщина, и Кимбли едва не выругался. Ну, что стоило дуре еще немного повозиться, пока он не придумает, как обезвредить военного.
  Снова зашуршала бумага, потом несколько секунд стояла тишина, и раздалось удовлетворенное:
  - Они.
  Военный шумно перевел дыхание, следом раздался женский вскрик.
  - Вы же... - испуганно выдохнула женщина. - Вы сказали, что вам нужны только карты... что вы меня отпустите...
  - Прости, девочка. Никто не должен знать, что я отсюда вынес...
  Послышалось шебуршение, потом вскрик, и наступила тишина.
  Что ж, со свидетелем покончено. По крайней мере, в этом военный сработал на пользу и себе, и конкуренту. Кимбли кинул взгляд на татуировки на ладонях, приготовился свести руки и решительно пересек проход.
  И сразу понял, что здорово поторопился.
  Женщина - вернее, совсем девчонка - была еще жива. Тишина объяснялась тем, что она изо всех сил (откуда только они взялись в таком задохлом создании в очках) держалась руками за лезвие ножа, которое военный с неменьшим упорством пытался всадить ей в грудь. По пальцам девчонки текла кровь, но она, кусая губы и смаргивая слезы, продолжала сопротивляться, отбивая у смерти еще несколько секунд жизни. Кимбли застыл. Военный краем глаза уловил движение и, отвлекшись от библиотекарши, поднял голову. Мужчины уставились друг на друга.
  Рубаха военного топорщилась - под ней определенно угадывались скомканные листы. Кимбли стряхнул удивление и свел ладони, но опоздал на секунду - военный среагировал в лучших традициях спецподразделений. Он бросил девчонку и прыгнул вперед, на алхимика, за миг до того, как под ним взорвался пол.
  В физических упражнениях Кимбли был не силен. Надо признать, нарвись он на такую атаку еще года три назад, его бы смяли и придушили в один момент. Но за время, проведенное в Бриггсе, в компании профессиональных бойцов и насмешливой Оливии, которая своими издевками вынуждала Кимбли регулярно посещать тренировки с Майлзом, алхимик знатно поднакачался. И поэтому сумел отбить первые удары военного. Тот навалился на Кимбли всем весом, стремясь не дать Багровому свести ладони для новой атаки. Зольф изворачивался и отбивался, в нос ударил запах горелого - похоже, из-за взрыва где-то все-таки проскочила искра, а среди пыльных манускриптов и этого было достаточно, чтобы занялся костерок. Кимбли задергался активнее, но руки уже начали сдавать. В рукопашном бою против Майлза он держался не больше минуты. Плюс еще минута с учетом отчаяния и стресса. Но на том все. На этой мысли Багровый и пропустил очередной удар и потерял сознание.
  Очнулся он от странного ощущения - его куда-то волокли. В горле сразу запершило, глаза заслезились, а над ухом надрывался сорванный девчоночий голос:
  - Ну, поднимайся же! Ну, пожалуйста! Мы же сгорим тут! Я не могу больше!
  Цепкие пальцы отпустили ткань пиджака, Кимбли ударился плечом о пол и открыл глаза. Библиотека была наполнена дымом. Воздух врывался в легкие раскаленными волнами. Алхимик приподнялся на локте и повернулся.
  Та самая, чудом оставшаяся в живых библиотекарша, видимо вконец обессилев, сидела на полу, горестно рыдая. Ее руки были в крови, горячие капли до сих пор стекали с пальцев - пиджак алхимика покрывали бардовые разводы там, где девчонка пыталась его удержать.
  - Где этот тип? - рыкнул Кимбли и тут же закашлялся.
  Девчонка мигом оборвала рыдания и уставилась на него неверящим взглядом.
  - Ты очнулся! - охнула она. - Я не смогла потушить пожар. И бросить тебя здесь я тоже не могла. Вот я и... - девчонка не сводила с него зареванных глаз и вдруг охнула, разом прикрыв рот окровавленной ладонью. - Не может быть... Ты же... Вы... не... Багровый?..
  - Где этот тип? - встряхнул девушку за плечи Кимбли.
  - Убежал... - побелевшими губами шепнула библиотекарша, не сводя взгляда с алхимика. - А вы... призрак... Багрового?
  - Ясненько... - прошипел Зольф, поднимаясь и подхватывая девчонку под мышки. - В общем, да. Ты права. Я - призрак Багрового. Живу в библиотеке...
  - А-а, - с видимым облегчением протянула библиотекарша, понимающе улыбнулась и вдруг потеряла сознание. Кимбли выругался.
  Стоило, конечно, девицу здесь и бросить - пожар уничтожит все следы преступления. Но она, в общем-то, спасла ему жизнь. Пыталась вытащить из пламени, пока он валялся в отключке. Да и кто поверит наглотавшейся дыма дурочке, даже если она будет кричать на всех углах, что не погибла лишь благодаря чудом воскресшему Багровому алхимику?
  Кимбли снова выругался, снял и бросил в подступающее пламя безнадежно испорченный пиджак (второй за день, между прочим), закинул девушку животом себе на плечо и бросился к выходу. Двери, знамо дело, были закрыты, окна за стеклами надежно блокировали решетки, и Кимбли решил даром времени не терять. Он сложил ладони перед грудью, и мощные дверные створки мигом разлетелись мелкими щепками. Пламя восторженно взвыло, дорвавшись до новых запасов кислорода, и алхимик, спиной ощущая догоняющий его жар, мигом промчался через дверной проем. На улице раздавались крики - к библиотеке начинали стягиваться люди.
  Кимбли сбросил девушку на скамейку под фонарем, а сам метнулся в тень деревьев.
  
  
  
  Риза уютно устроилась на диване и слушала очередную бриггскую баечку. Алкоголь, похоже, сделал свое дело - ледяной шар, давно засевший в груди, постепенно растаял, да и чувствовала себя Риза среди этих рядовых вояк не в пример лучше, чем за последние годы в Штабе. Здесь не ощущалось снобизма штабных, высокомерия генералитета и холодности сынков высокопоставленных чинов. Слегка поддавшие мужики расположилась на стульях и диванах в большой гостиной с камином и обсуждали последние пограничные стычки и планы на будущее. Риза сама не заметила, как втянулась в беседу, и ей даже стало казаться, что она никогда уже не уйдет от этих людей, а завтра, вместе с ними, отправится прикрывать северную границу Аместриса. Хоукай ощущала себя, как в старые добрые времена, когда вся команда Мустанга допоздна задерживалась на работе, не потому что в том была необходимость, а просто потому что не хотелось расходиться.
  И Мустанг, развалившись в любимом кресле, смотрел на Ризу, а она делала вид, что не замечает...
  Девушка задумчиво наблюдала, как стремятся к поверхности неугомонные пузырьки в бокале игристого вина.
  - Может, добавить чего покрепче? - заботливо предложил сидящий неподалеку Майлз.
  Риза покачала головой. Мир уже начал слегка подплывать, голова кружилась, хотелось растянуться на подушках и забыться, пока снова не накатили воспоминания о Рое.
  - Завтра мне нужно купить билет на поезд... - тихо протянула Риза.
  - Это куда-это? - удивился из-за ее спины проходящий мимо младший лейтенант.
  - В Юсвелл, - вздохнула девушка. - У меня перевод.
  Младший лейтенант кинул удивленный взгляд на Майлза, и Риза, почувствовав что-то странное, обернулась, но Майлз совершенно невозмутимо смотрел в камин.
  - Так зачем в Юсвелл-то? - вступил в разговор сидящий у камина капрал, весь вечер развлекавший народ не слишком цензурными анекдотами. - Может, лучше к нам? В Бриггс?
  - Я бы с радостью, - искренне ответила Риза, - но назначение уже подписано.
  - А если бы можно было все изменить? - с каким-то наигранным безразличием поинтересовался Майлз.
  Риза вскинула на него удивленный взгляд.
  - Бумаги оформлены. Выбора у меня уже нет.
  - Оформили одни, оформим другие, - невозмутимо пожал плечами Майлз, поднимаясь и вставая перед Ризой. - Так как, майор, что думаете о переводе в Бриггс?
  Девушка растерянно осмотрела военных. Те выжидающе молчали.
  - Я бы с радостью... - повторила она.
  Майлз засунул руку за отворот мундира и вытащил пачку документов.
  - Прошу, - предложил он с легким насмешливым поклоном. - Бриггс и Снежная королева. Мы совершаем чудеса.
  - Причем каждый день! - добавил кто-то от двери. Народ довольно загоготал.
  Риза приняла бумаги и недоверчиво осмотрела подписи и печати. Военные одобрительно шумели.
  - Бриггс? - озадаченно повторила Риза, не сводя взгляда с документов.
  Тяжеленные дверные створки грохнули, раскрываясь, и на пороге взбешенным снежным демоном возникла Оливия.
  - Нашелся! - громко и злобно объявила она, вперившись в окно.
  Военные, как по команде, проследили за взглядом генерал-лейтенанта. Где-то далеко, в Централе, прямо над серединой города, поднимался высокий столб пламени.
  - Я так и знала, - рыкнула Оливия, отбрасывая с глаз непослушную челку и злобно щурясь на окно.
  
  Глава 7
  
  Колеса стучали прямо под ухом.
  Конечно, стыдоба, но Риза вынуждена была признать, что благодарна майору Мустангу за то, что он добыл для нее отгороженный закуток в вагоне, где можно уютно устроиться на лавочке с тощим матрасом, свернуться калачиком и предаться дреме под ритмичный стук колес, хотя бы на время позабыв оставшийся где-то далеко на юге Ишвар, и кровь, и смерти, и отчаянно ноющую спину, которая никак не желала заживать после того, как Мустанг, с перекошенным от злости и отчаяния лицом, выжег чудовищную татуировку, собравшую в себе все исследования гениального алхимика Бертольда Хоукая. В первые дни после экзекуции, когда Риза молча кривилась и глотала слезы при каждом движении, не в силах подняться с матраса в палатке, Рой то бесился и вылетал на улицу, проклиная ее упрямство, то садился рядом, вслух вспоминая их детские дурачества в попытке отвлечь ее от боли. Риза улыбалась белыми губами и гладила Мустанга по рукаву шинели дрожащими пальцами, уже плохо понимая, кому из них больнее. Когда отдали приказ грузиться по вагонам и возвращаться в Централ, невзирая на протесты Ризы и ядовитые шуточки сослуживцев, Мустанг выбил для девушки отгороженный угол в общем вагоне, где она и дремала с утра до вечера, стараясь поменьше шевелиться, чтобы не тревожить спину. Хотя спина уже практически не болела... почему-то...
  Риза открыла глаза.
  Ответом на это легкое движение стал восторженный собачий визг, и прямо на Ризу с пола прыгнул крепенький песик, мигом начавший вылизывать хозяйке лицо. Машинально пытаясь отстраниться от настырного языка и почесывая зверю попу, девушка осмотрелась.
  Она лежала на вагонной полке в отдельном купе под плотным шерстяным одеялом. За окном проносились верхушки деревьев, сквозь листву пробивались яркие солнечные лучи. Спать Риза почему-то легла в одежде, только сняв ботинки и на пару дырок ослабив ремень, хотя никак не могла вспомнить...
  Вспомнила.
  Вечер в поместье у Снежной Королевы. Знакомство с военными Бриггса. Усталость последних дней, игристое вино, отмена приказа о переводе в Юсвелл и согласие служить в Бриггсе. Потом, кажется, что-то произошло в Централе, что-то полыхало практически в центре города. И вечеринка разом закончилась. Военные вдруг засуетились, а Риза, пережидая суматоху на диване, сама не заметила, как уснула и вот проснулась. В поезде.
  В дверь купе постучали, Риза еще раз окинула себя взглядом, на всякий случай поплотнее натянула одеяло на босые ноги и пригласила гостя войти. На пороге возник мигом расплывшийся в чуть ехидной улыбочке Майлз. Ишварит склонил голову и окинул девушку взглядом поверх стеклышек темных очков.
  - Утра доброго! - поприветствовал он, прислоняясь плечом к открытой двери.
  - И вам того же, майор, - мирно пожелала Риза, придерживая рвущегося ознакомиться с гостем Хайяте.
  - Вы уж простите за сюрприз, но возникли непредвиденные обстоятельства, и мы поторопились убраться из Централа.
  - Что-то случилось? - сразу переключилась на деловой настрой Риза.
  - Да нет, - Майлз отмахнулся. - Вас это пока не касается. В общем, так... - майор запустил руку в карман и извлек пухлый конверт. - Через два часа у нас стоянка в Ноф-пойнте. Пробудем там три часа. Потом поезд без остановок пойдет до самого Бриггса.
  Риза молча смотрела на адъютанта Снежной Королевы, ожидая продолжения. Тот пожал одним плечом.
  - Если вы вдруг передумали, еще не поздно вернуться в Централ и объяснить все случившееся административной ошибкой. И спокойно отправиться в Юсвелл, - Риза открыла рот, чтобы возразить, но Майлз коротким жестом попросил ее позволить ему закончить. - А если вас устраивает назначение в Бриггс, в этом конверте подъемные. Теплую форму и все к ней полагающееся по уставу вам выдадут уже в крепости, а всяческие нужные вещи можно купить как раз во время стоянки в Ноф-пойнте.
  - Спасибо, - Риза кивнула, принимая конверт, и улыбнулась Майлзу уже не официально, а по-свойски, как сослуживцу. - Значит, Бриггс.
  - Значит, Бриггс, - кивнул Майлз и тоже ответил теплой улыбкой.
  
  
  
  Убедившись, что потенциальная сослуживица не рвет на себе волосы и не собирается выпрыгивать из вагона, ужаснувшись принятому на нетрезвую голову решению, довольный Майлз направился к собственному купе. Открыв дверь, он тут же натолкнулся на вопросительный взгляд карих глаз.
  - Не видел я ее! - отрезал майор, усаживаясь на собственную полку.
  Кимбли нахмурился еще сильнее и привалился к стенке купе, с вызовом скрестив руки на груди.
  - Ну и что мне теперь делать? До конца дней здесь отсиживаться?
  - Что тебе делать... дело, конечно, твое, - протянул Майлз, снимая мундир и заваливаясь на полку, - но я бы, на твоем месте, ей пока на глаза не попадался.
  - Слушай, не пристрелит же она меня, а? - вяло попытался возразить алхимик.
  - Конечно, не пристрелит, - небрежно пожал плечами Майлз. - Просто глотку перережет любимой саблей. Наша королева предпочитает холодное оружие.
  - Ну, знаешь... - живо представив свой трагический финал, снова помрачнел Кимбли и, возмущенно передернув плечами, демонстративно уставился в окно.
  Какое-то время в купе стояла тишина, только ритмично стучали колеса.
  Долго молчать взъерепененный Багровый не смог.
  - Нет, ну а все-таки... - снова начал он, и Майлз не закатил глаза только потому что ему было лень их открывать. - Что она сказала?
  - Что ты урод и придурок... - невозмутимо процитировал Майлз.
  - Ну, уж... - снова оскорбился Багровый и заерзал на полке. - Хочешь сказать, она совсем в бешенстве?
  - Это мягко сказано... - согласился майор, перекатываясь на бок и отворачиваясь к стенке.
  - Да не хотел я, чтобы так получилось! - рыкнул Кимбли с такой обидой в голосе, что отчаявшийся уснуть Майлз тяжело вздохнул, сел на полке и повернулся к алхимику, всем видом показывая, что готов внимать. Кимбли в ответ только уставился на приятеля.
  - Ну, и зачем тебя понесло в библиотеку? - устало спросил военный.
  - Я... - Кимбли запнулся и с видом первого ученика в классе быстро отрапортовал: - Книжки почитать.
  - Среди ночи? - на всякий случай уточнил Майлз, за три года научившийся с первого взгляда отличать правду от лжи в исполнении алхимика.
  - А что, читать только днем можно? - изобразил недоумение Багровый и даже возмущенно тряхнул спадавшими на лицо прядями. - Да и кто бы меня днем туда пустил...
  - Кто, интересно, тебя туда пустил ночью... - буркнул Майлз.
  Кимбли разом растерял боевой запал.
  - В общем, так, - подвел итого майор, - сиди-ка ты мышкой, пока Королева не отойдет. А потом, как-нибудь среди ночи заползешь к ней на порог...
  - Среди ночи? - ехидно перепросил Кимбли. - А потом ты сам спросишь, зачем это меня понесло среди ночи...
  - Затем! - словно оглашая приговор, рыкнул Майлз. - Сам догадайся, зачем. Тебе теперь к ней идти только ночью.
  - Ты на что намека... - начал Кимбли и едва не поперхнулся. - Хочешь сказать, это все, что ей от меня нужно?
  - Можешь предложить что-то еще? - уточнил Майлз.
  - Могу! - возмутился Багровый. - Я - алхимик, между прочим. Я такие взрывы могу устраивать!
  - Это мы уже видели сегодня ночью, - миролюбиво согласился ишварит. Кимбли снова сдулся.
  - Вот что, - Майлз опять упрямо завалился на полку и прикрыл глаза рукой, всем видом показывая, что подводит черту под дискуссией, - ложись-ка пока спать. Ночь была дурная. До Бриггса все равно делать нечего. А к Королеве пока не суйся. Я правда давно не видел ее в таком бешенстве, как вчера.
  Кимбли пригорюнился, подпер подбородок ладонью и уставился в окно.
  
  
  
  Приказав Хайяте сидеть в купе и носа не высовывать в коридор, Риза вышла из поезда, едва тот остановился на перроне в Ноф-пойнте, и направилась исследовать городок. Трех часов на покупки оказалось более, чем достаточно. Вернее, более, чем достаточно оказалось даже одного часа, за который Риза успела изучить все, что продавалось в двух местных лавочках, и набрать две сумки всяких нужных для повседневной жизни разностей. Сумки изрядно оттягивали руки и, выйдя из второго магазинчика, Риза пришла к выводу, что за последние годы здорово привыкла к комфорту. Во-первых, в былые, Ишварские годы, весь ее скарб легко помещался в небольшой рюкзачок, а во-вторых, за жизнью личного ассистента фюрера девушка, похоже, основательно расслабилась и подзабыла о физической подготовке. А ведь раньше с легкостью сутки напролет таскала тяжеленную снайперскую винтовку с набором прицелов, маскировок и стратегическим запасом патронов, словно даже не замечая их веса.
  Убедившись, что ничто не забыто, Риза подхватила сумки в две руки и пошла к станции. Холодный ветер завывал в переулках и подворотнях, пробирал до костей, забираясь под летнюю аместрийскую форму, и девушка даже упрямо тряхнула головой, отгоняя мысли о том, что это только начало - в Бриггсе погода будет куда холоднее. Местный лед не топят даже яркие солнечные лучи.
  Поежившись, Риза перекинула в уставших ладонях ручки от сумок и услышала за спиной:
  - Простите... майор, если не ошибаюсь?.. Может, вам помочь?
  Девушка сделала еще несколько шагов, не понимая, как реагировать, но на всякий случай остановилась и, сдув с лица выбившиеся из-под заколки пряди, обернулась.
  Прямо перед ней стоял невысокий молодой парень, застенчиво, но с каким-то вызовом, улыбавшийся незнакомке. Длинные золотистые волосы были собраны в косу, боево торчала вздыбленная челка, ладони оттопыривали карманы черных кожаных штанов. Риза уставилась на собеседника, не веря глазам.
  У того разом изменилось выражение лица, как в зеркале отразив изумление военной.
  - Ста... - наконец открыл он рот, сглотнул и все-таки выдавил: - Старший лейтенант?..
  - Эд? - на всякий случай уже вслух уточнила Риза, медленно опуская сумки на землю.
  - Старший лейтенант! - с привычным детским восторгом завопил парень, бросаясь к Ризе, и та, даже не задумываясь, раскрыла объятия. Какое-то время они стояли, обнимаясь и радуясь, что нашли друг друга. Наконец, Риза чуть отстранилась:
  - Эд, неужели это и правда ты? - до сих пор не в силах поверить, снова переспросила она.
  Старший Элрик смущенно улыбнулся и кивнул с прежней энергией.
  Риза тут же нахмурила брови и саданула бывшего сослуживца кулаком по плечу.
  - Да вы чего? - с детской обидой возмутился тот.
  - Да того! - уперла руки в бедра девушка. - Ты куда пропал? Уинри уже не знает, что думать...
  Эд тут же насупился и уставился в землю.
  - Ну, я...
  - Ну, ты что? - потребовала Риза.
  - Я... занимался делом, - Эд приподнял взгляд на девушку и, не встретив понимая, тут же снова спрятал глаза. - Важным делом, - торопливо добавил он.
  - Каким еще делом? - не сбавляла обороты Риза, наступая на Эда. Тот, то ли с перепугу, то ли по привычке, начал медленно отступать.
  - Ну, простите, старший лейтенант...
  - Майор, между прочим, - напомнила Риза.
  - Майор, - тут же послушно поправился Эд, явно не впечатленный новым званием.
  - Ты что здесь делаешь? - наконец, смилостивилась девушка.
  Бывший алхимик расслабился, сообразив, что взбучки не последует, и снова заулыбавшись, кивнул в сторону станции:
  - Жду поезд. До Бриггса, - Риза изумленно уставилась на старшего Элрика, и тот охотно пояснил: - Говорят, сегодня должен прийти военный состав. Я думал, может встречу кого-то из старых знакомых, и меня согласятся подхватить...- в глазах Эда вдруг быстро вспыхнуло понимание. - А вы, случайно не...
  - Оттуда, - согласилась Риза, прищуриваясь на приятеля. - А что ты забыл в Бриггсе?..
  - Понимаете, старш... майор... - Эд замолчал, видимо соображая, что бы соврать, но под пристальным взглядом Ризы потупился и, кинув на военную настороженный взгляд, вздохнул и тихо буркнул: - Я... кажется... почти нашел способ вернуть мне алхимию без человеческих жертв. Без равноценного обмена. Я... хочу попробовать. Я... не могу без алхимии.
  - Так ты поэтому исчез? - медленно спросила Риза, когда ураган самых разных мыслей в ее голове чуть улегся. - Ты до сих пор ищешь способ вернуть себе алхимию?
  Бывший Цельнометаллический угрюмо кивнул.
  - Я точно знаю, что это возможно. Я иду по следу. Осталось чуть-чуть...
  - Ну, так, - Риза решительно впихнула в руку Эда сумку, сама подняла вторую и подхватила парня под локоть. - Пошли на станцию. По пути расскажешь, что происходит. А там, глядишь, вместе придумаем, что делать дальше.
  
  Глава 8
  
  Посмеиваясь и вспоминая былые дни, Эд и Риза сами не заметили, как дошли до станции.
  Прямо перед ступеньками, ведущими на перрон, обнаружилась ветхая постройка с надписью "Чайная", из которой тянулся на улицу шлейф таких ароматов, что Эд и Риза синхронно потянули носами, сглотнули и, не сговариваясь, шагнули внутрь.
  Несмотря на скабрезный вид, заведение отнюдь не пустовало, и бывшим сослуживцам откровенно повезло найти свободный столик у пыльного окошка. Усевшись и заказав чай и пирожки, они как-то разом утратили все веселье и снова внимательно посмотрели друг на друга.
  - А ты здорово вырос, - задумчиво отметила Риза.
  Эд машинально выпрямил спину и расправил плечи.
  - Ну, а то? - с гордостью и привычным завышенным самомнением согласился он. - Раньше-то я рос за двоих, вот и получалось плохо. А теперь только за самого себя! Еще пару лет, и пусть только кто-нибудь попробует меня назвать недозрелой фасолиной из мумифицировавшегося стручка в засушливое лето... - завел старший Элрик хорошо знакомую песню, пока Риза прикрывала рот ладонью, пряча усмешку.
  - Я слышала, Ал остался в Сине.
  Эд разом отвлекся от описания трагической судьбины одинокой фасоли и кивнул, принимая у официанта чашку и зорко оглядывая возникшее перед ним огромное блюдо с пирожками.
  - Ну, да. Уверяет, что изучает наследие отца... - фыркнул он.
  - А на самом деле? - хитро прищурилась Риза.
  - Фледит, фтоб фто ф Мей не пофобрафся, - полным ртом объявил Эд, с юношеским аппетитом дожевывая пирожок и тут же хватаясь за следующий.
  Риза сделала глоток терпкого чая и с укором взглянула на бывшего алхимика:
  - А Уинри? Тебе она не нужна?
  - Да нет! - тут же позабывший даже про пирожки Эд уставился на Ризу широко распахнутыми от возмущения глазами. - Я ни за что не брошу Уинри! Я же обещал ей равноценный обмен - обещал, что мы будем вместе. Мне просто нужно еще немного времени, - добавил он уже совсем другим - растерянным, если не беспомощным - тоном. - Я просто не могу без алхимии - мне нужно ее вернуть. И потом я никогда больше не уеду от Уинри.
  Риза посерьезнела и подалась вперед, к Эду.
  - Так что это за идея, вернуть себе алхимию без равноценного обмена?
  Эд поставил на стол чашку, как-то воровато огляделся и, понизив голос, заговорщическим шепотом сообщил:
  - Я искал записи отца. А нашел обрывки отчетов об экспериментах, которые много веков назад проводили жрецы Ксеркса. Я восстанавливал все буквально по слову, но теперь я совершенно уверен, что жрецы нашли способ увеличивать способности любого человека к алхимии. Опытного алхимика можно сделать практически всемогущим, а человек, вообще не наделенный даром алхимии, сможет совершать хотя бы элементарные преобразования.
  - И чем за это надо заплатить? - серьезно спросила Риза, не сводя глаз с Эда.
  - Да в том-то и дело, что ничем! - выпалил Цельнометаллический на всю чайную и, тут же спохватившись, снова понизил голос: - Вообще ничем, понимаете? Нужно только правильно начертить пентаграмму, войти в нее и самому активировать изнутри. И все. Произойдет преобразование.
  - Преобразование чего? Человека? - тихо и напряженно спросила Риза. - Эд, очнись! Ты сам знаешь, что такие эксперименты добром не заканчиваются. К тому же, я не верю, что все так просто. Существуй на самом деле подобная пентаграмма, все жрецы Ксеркса стали бы всемогущими. Думаешь, кто-нибудь отказался бы ее использовать?
  - Исследования были засекречены, - жарко зашептал Эд с убежденностью маньяка. - Да и создали пентаграмму прямо перед уничтожением Ксеркса, перед созданием философского камня.
  Риза откинулась на спинку стула, снова взяла в руки чашку и задумчиво покатала по стенкам остывшую жидкость.
  - У тебя есть схема? - спросила девушка после минуты размышлений.
  Эд мотнул головой, и в его глазах появилось что-то сродни отчаяния.
  - Пока нет. Если бы была, я бы здесь не сидел, - бывший алхимик навалился грудью на стол и еще ближе наклонился к Ризе. - Я точно знаю, что эксперименты проводились в двух местах - на юге и на севере. Пентаграмма должна объединять в себе элементы двух противоположных стихий. Я догадываюсь, где находились обе лаборатории, но предполагаю, что северная сохранилась лучше. Поэтому мне нужно в Бриггс, - бывший алхимик с мольбой заглянул в глаза Ризе. - В лаборатории должна быть завершенная схема пентаграммы.
  Риза упрямо покачала головой, стараясь не встречаться взглядом с едва не дрожащим от волнения Цельнометаллическим.
  - Ну, не знаю, Эд. Мне все это не нравится. Не бывает алхимии без равноценного обмена. За все надо платить. Приносить в жертву себя или других. Если жрецы не успели разобраться, чем нужно расплачиваться за всемогущество, ты даже предположить не можешь, что с тебя потребуют в качестве платы. Однажды ты уже попытался... - Риза замолчала, увидев, как помрачнел от воспоминаний собеседник. - Стоит попытка вернуть алхимию твоей жизни? Или жизней близких тебе людей?
  - Я сам войду в круг! Это мое решение! - сорвался Эд на крик, уже не обращая внимания на посетителей чайной. - И мои близкие тут ни при чем. Их и рядом не будет!
  Риза успокаивающе положила ладонь на руку Элрика, и тот, очнувшись и заметив, что все в помещении смотрят на него, обмяк на стуле и тихо, но убежденно закончил:
  - Вы представляете, каково это? Все уметь и вдруг разом стать беспомощным? Я жил только алхимией. Больше я ничего не знаю и не хочу знать. Я не могу без алхимии. Я должен попробовать...
  Риза смотрела на вконец расстроенного парня. Судя по нахмуренному лбу и сжатым кулакам, шансов переубедить его у нее не было. Оставалось только с тяжелым сердцем принять решение.
  - Ладно, Эд. Я все поняла. Я провезу тебя в Бриггс, чтобы ты попытался найти эту свою лабораторию, но только при одном условии, - Эд уставился на Ризу широко раскрытыми глазами. - Пообещай мне, что ничего не будешь делать один. Мы пойдем туда вместе, вместе прочитаем записи жрецов и изучим пентаграмму, и вместе решим, что делать дальше.
  Эд закивал с такой энергией, что у Ризы не возникло и тени сомнения, что стоит парню увидеть пентаграмму, он войдет в нее, не задумываясь, и в тот же миг активирует.
  Девушка покачала головой и поднялась.
  - Хорошо. Пошли.
  Состав стоял у перрона, окруженный до зубов вооруженными и на диво не ленивыми часовыми. Опытным глазом Риза быстро оценила степень боевой подготовки военных.
  - Н-да... Дисциплина у Снежной Королевы на высоте. Со Штабом не сравнить. Наши бы уже давно лопали пирожки в чайной...
  Эд вопросительно посмотрел на старшую коллегу.
  - Что, никак не пробраться?
  Риза еще раз осмотрела выставленную охрану.
  - Нет, боюсь, пробраться не получится. А как гражданского, тебя не пропустят даже по моей просьбе. Остается одно... - девушка кивнула на ступеньки, и Эд послушно поставил на них сумки. - Сиди и жди. Попробую поговорить с Майлзом. Может, он посоветует, как убедить Снежную Королеву пустить тебя в поезд.
  - Сижу, жду, - энергично мотнул челкой Эд, устраиваясь на лестнице.
  Риза глубоко вздохнула, собралась с мыслями и пошла к вагонам.
  
  
  
  Майор Риза Хоукай решительно прошла по офицерскому вагону и заступила дорогу спешащему куда-то незнакомому лейтенанту.
  - Где мне найти адъютанта генерал-лейтенанта Армстронг?
  - Второе купе слева, - быстро ответил тот.
  Риза выглянула в окно. До отправления поезда оставалось еще минут сорок, но лучше было поторопиться. Мысленно в десятый раз повторяя монолог на предмет крайней важности бесценного опыта бывшего государственного алхимика Эдварда Элрика для военных Бриггса, Риза прошагала к указанному купе и дернула дверь, не сразу сообразив, что забыла постучать. Дверь открылась, Риза сделала шаг внутрь, подняла глаза на сидящего на полке человека... и изумленно замерла.
  Она успела даже набрать полные легкие воздуха, собираясь заорать, и наполовину вытащила пистолет, когда чьи-то сильные руки ловко схватили ее сзади. Одна ладонь плотно зажала рот, другая надавила на рукоять пистолета, заставляя оружие вновь скрыться в кобуре.
  Мирно сидящий на вагонной полке Багровый алхимик Зольф Кимбли быстро справился с изумлением и, не вставая, коротко, но любезно раскланялся.
  - День добрый, майор Хоукай. Давненько мы не виделись. Чему - не скрою - я был бесконечно рад...
  Риза дергалась и извивалась, пытаясь вырваться из захвата, чтобы предупредить сослуживцев об опасности, но державший ее оказался профессионалом. Справиться с ним девушке не удалось и через несколько секунд, сообразив, что зря тратит силы, она демонстративно обмякла, готовясь возобновить сопротивление в подходящий момент. Кимбли продолжал восседать на полочке, с любопытством наблюдая за разворачивающимся перед ним действом, и почему-то не спешил устранять свидетельницу.
  - Все, майор? Вы успокоилась? - шепнул Ризе на ухо знакомый голос, и она окаменела.
  Ей хватило нескольких секунд, чтобы связать все факты в цепочку. Не отвеченным оставался только один вопрос: в курсе ли происходящего генерал-лейтенант Оливия Мила Армстронг? Хотя, зная Снежную Королеву, можно было смело предположить, что в курсе.
  Риза мотнула головой и буркнула что-то невнятное в ладонь Майлза. Тот мигом понял намек и разжал хватку.
  Девушка нарочито медленно распрямилась, убрала пальцы с рукояти пистолета и обернулась. Майлз стоял у двери, подняв обе руки и всем своим видом демонстрируя полное стремление к миролюбию. Риза снова повернулась к Кимбли. Тот поудобнее уселся на полке и изобразил самую разлюбезную улыбочку.
  - Так ты жив? - выдавила Риза.
  - К вашим услугам, мадам, - от избытка вежливости Кимбли аж приподнял над головой невидимую шляпу.
  - И давно он у вас? - девушка покосилась на Майлза.
  Тот пожал плечами.
  - С того самого дня, на площади.
  Риза покачала головой, потом решительно расправила плечи, сделала шаг в купе и уселась на полку перед Кимбли. Тот продолжал демонстративно растягивать губы в самой слащавой улыбочке из всех, на какие был способен. Майлз высился в дверях, сложив руки на груди, и внимательно наблюдал за сослуживицей.
  - Думаю, глупо спрашивать, знает ли о присутствии Багрового алхимика в гарнизоне генерал-лейтенант Армстронг? - небрежно бросила в воздух Риза.
  Мужчины пожали плечами и выразительно закатили глаза.
  - Ну, и что вы дальше собираетесь делать? - поинтересовалась девушка.
  - С вами? - на всякий случай, уточнил Кимбли. Майлз с мрачным предупреждением в глазах прищурился на приятеля.
  - Подозреваю, что с остальными ты давно уже договорился, - отрезала Риза, недобрым взглядом изучая Кимбли.
  - Ну... - протянул тот, - вы же знаете мои методы общения с дамами...
  - Взорвать? - уточнила Риза.
  - Очаровать... - мурлыкнул Кимбли и даже потянулся к собеседнице, надеясь подцепить ладонь майора, но та выразительно сложила руки на груди.
  - Так значит... - Риза перевела задумчивый взгляд с Кимбли на Майлза и обратно и сделала еще один вывод: - Вчерашний взрыв и пожар в Централе ваших рук дело?..
  Майлз помрачнел и нахохлился, а Кимбли вдруг как-то разом стыдливо потупился. Оба деликатно промолчали.
  - И зачем вам это понадобилось? - не унималась Риза. - Ну, рассказывайте, раз уж я оказалась среди вас.
  - Трагическая случайность... - тихо пояснил Кимбли, косясь на адъютанта Оливии. Тот поправил очки и демонстративно уставился в окно, не желая поддерживать беседу на данную тему.
  Риза опустила голову, несколько секунд помолчала, обдумывая свое положение, а потом вдруг вскинула взгляд на Майлза и недобро улыбнулась:
  - Ну, что же, Зольф Кимбли, так Зольф Кимбли. Мне не привыкать.
  Мужчины изумленно уставились на собеседницу. Похоже было, что они ожидали любой ее реакции, кроме этой.
  - Но, раз уж вы можете катать военного преступника от Бриггса до Централа и обратно, а я обязана об этом молчать, считаю, что я могу себе позволить довезти до Бриггса Эдварда Элрика... Логично? - с каким-то нехорошим весельем в голосе уточнила Риза.
  - Логично, наверное... - как-то неуверенно протянул Майлз, еще плохо понимая, о чем идет речь.
  - Ну, и замечательно, - отрезала Риза, поднимаясь и плечом отталкивая опешившего Майлза с прохода. - Тогда извольте приказать вашим часовым пропустить в мое купе Эдварда Элрика, который в настоящий момент ждет меня на перроне. Он будет сопровождать меня до Бриггса, - коротко отсалютовав на прощание, Риза вышла в коридор.
  - Какого еще Эдварда Элрика? - тихо пробормотал вконец ошалевший Кимбли. - А он что здесь делает?
  - Не представляю, - буркнул Майлз. - И уж точно понятия не имею, как буду объяснять все это нашей королеве...
  
  Глава 9
  
  За спиной Ризы захлопнулась тяжелая дверь, надежно отрезав мир человеческий от бесчинств северной природы, и девушка вздохнула с нескрываемым облегчением.
  Еще одно дежурство завершилось, она вернулась в почти что тепло - день ото дня становившейся все более родной - крепости. "Почти что" - потому что Снежная Королева запасы топлива по чем зря не расходовала и южный курорт в помещениях военной базы не устраивала, но по сравнению с холодом за стеной даже чуть протопленные коридоры казались Ризе пределом мечтаний. Вернувшиеся с ней с дежурства местные ветераны только снисходительно улыбалась - они все шесть часов на ветру и холоде провели в летней форме и, кажется, даже не подмерзли, рассказывая новой сослуживице, что "вот месяца через два, тогда уж грянут настоящие морозы, а этот легкий снежок-ледок - ерунда, первое дыхание зимы".
  Поначалу Риза воспринимала подобное отношение свысока на свой - женский - счет, но быстро убедилась, что любой, прибывший в Бриггс из более южных районов - а с учетом того, что южнее находилась вся страна, вообще любой, прибывший в Бриггс - испытывал полноценный культурный и физический шок от первой встречи с ледяной крепостью. И местные ветераны понимали это, как никто другой. Северная застава не видела разницы между женщиной и мужчиной, новичком и старослужащим - здесь все были равны, все одинаково рисковали, и все прикрывали друг друга, слепо рассчитывая на поддержку товарища. Все, сверху донизу - начиная с генерал-лейтенанта Оливии Армстронг. Не прошло и двух недель, а Риза начала понимать скептическое отношение Снежной Королевы к штабным и от души сочувствовать Мустангу с его расслабленным генеральским окружением.
  Девушка попрощалась с сослуживцами и направилась к себе, попутно расстегивая теплую шинель и стягивая подбитые мехом перчатки. С момента приезда она не пожалела времени на изучение планов крепости и, решив срезать путь, спустилась вниз, в подвал, где было темновато, зато прямой коридор позволял попасть в соседнюю башню, не тратя время и силы на перемещения по этажам и лестницам.
  Лишние лампы в крепости не зажигались, и коридор освещался лишь в начале и в конце. Поэтому сначала, заметив в темноте движение, Риза машинально положила руку на кобуру, но тут же отдернула ее, узнав в приближающейся фигуре Майлза. Адъютант Снежной Королевы, видимо, тоже срезал дорогу, а, завидев сослуживицу, улыбнулся с обычной снисходительной иронией. Риза по-дружески отдала честь. Майлз отсалютовал в ответ на полном серьезе - в Бриггсе вообще все делали на полном серьезе. Или не делали вообще.
  - Давненько не видел вас, майор, - поприветствовал Ризу ишварит. - Как дела? Осваиваетесь?
  Девушка развела руками:
  - Выбирать у вас, кажется, не приходится...
  - "У вас", - зацепился Майлз, насмешливо фыркая. - Значит, еще не освоились. Вот когда будете говорить "у нас", я поверю, что вы прижились.
  Риза покаянно кивнула головой. Майлз принял молчаливое извинение и прищурился - даже за темными стеклышками очков было заметно, что он внимательно изучает бывшую помощницу фюрера.
  - Не жалеете еще, что согласились?
  Девушка мотнула головой.
  - Да нет. Подозреваю, что в Юсвелле я бы умирала от скуки и тупела день ото дня. А здесь, у вас, приходится выкладываться по полной.
  - То ли еще будет! - то ли обнадежил, то ли предупредил Майлз.
  Риза изобразила вежливую улыбку, понимая, что пора заканчивать разговор и расходиться.
  - Как ваш приятель? - вдруг спросил ишварит. - Обустроился?
  - Да, у него все хорошо, - Риза не сдержалась и кинула на адъютанта чуть насмешливый взгляд. - Спасибо, что договорились с генерал-лейтенантом...
  - Выбирать у вас, кажется, не приходится... - скорбно пожаловался Майлз, и оба снова рассмеялась, чувствуя, как постепенно тает разделяющая их стена настороженности.
  - У Эда все нормально, - отсмеявшись, сказала Риза. - Спасибо за место в казарме - он устроился, по ночам помогает наводить порядок на нижних этажах, а днем выгуливает Хайяте, чтобы не заскучал...
  - Ах, выгуливает Хайяте... - понимающе протянул Майлз и, вдруг сняв очки, пристально посмотрел на девушку. - А мне-то, дураку, показалось, что он что-то разыскивает неподалеку от крепости...
  - Вам показалось, - невозмутимо согласилась Риза.
  - Ну, конечно, - энергично кивнул Майлз. - Господин Цельнометаллический просто дышит свежим воздухом и поправляет здоровье...
  - Так ведь место подходящее, - подхватила девушка с не меньшим азартом. - Здесь вообще настоящий курорт. Говорят, даже официально признанный погибшим Багровый алхимик каким-то чудом тут воскрес...
  Майлз покачал головой, признавая поражение.
  - Вас не переспоришь...
  - Лучше не пытайтесь, - Риза кивнула на прощание, сделала шаг вперед, намереваясь обойти Майлза, тот одновременно шагнул в сторону, уступая ей дорогу, и Риза ткнулась лбом в теплую шинель.
  Ишварит на несколько секунд застыл, ритмично прокручивая в пальцах дужку очков, Риза те же несколько секунд тупо постояла столбом, почему-то растерявшись от контакта, потом вскинула голову, собираясь пошутить, и тут вдруг Майлз, без предупреждений и объявлений войны, одним быстрым движением подхватил ее крепкой ладонью под затылок, разом притянул к себе и поцеловал.
  Сначала он просто жестко впился в нее, а потом его язык легонько коснулся ее сжатых губ, прося открыться.
  Риза окаменела. Она разного могла ожидать от адъютанта Снежной Королевы, но только не такого. Смысл происходящего выходил за рамки ее понимания, и несколько секунд она ничего не делала, пытаясь осознать случившееся. Мысли в голове метались с ураганной скоростью и непредсказуемостью. "И что теперь? Врезать скотине изо всех женских сил, помноженных на военную выучку? Или посмотреть, что он попытается сделать дальше? Да что его вообще разобрало?"
  То ли с гордостью, то ли с сожалением, но Риза должна была признать, что за последние четыре года у нее не было никого, кроме Роя Мустанга. Изменять ему она не собиралась, поскольку честно полагала, что будут они жить долго и счастливо и умр... Ну, о финале сказки она пока вообще не думала. А вот что теперь? Это ведь он первым изменил ей. Это он променял ее - да и всю свою команду, впрочем - на самую высокую ступеньку карьерной лестницы. Так стоило ли хранить верность воспоминаниям о счастье, которого уже не вернуть? Или пора забыть былое и получить удовольствие от дня сегодняшнего? Да еще взять инициативу в свои руки, доказав самой себе, что ее хотят и другие мужчины? Что Мустанг далеко не единственный, кому она нужна?
  Продолжавшая стоять статуей Риза почувствовала, что мужчина прерывал поцелуй, отпустил ее затылок и начал медленно отступать, и вдруг решилась. Наплевать на Мустанга. Он променял ее на Аместрис - что ж, вполне разумное решение для карьериста. Но она ведь тоже не влюбленная по уши девочка. Она и без Роя сумеет прожить счастливую жизнь.
  Риза быстро положила ладони на плечи Майлза, закрыла глаза для надежности и дерзко притянула мужчину к себе. Сердце бухало в груди, дыхание становилось все тяжелее, пока что не от возбуждения, а просто с перепугу от внезапно принятого решения.
  Военный ответил на поцелуй, зарывшись пальцами в ее волосы - заколка щелкнула, расстегиваясь, и Майлз погрузил ладонь в шелковистые пряди. Риза приоткрыла губы, и ишварит кончиком языка скользнул в жаркое пространство, поглаживая, облизывая, дразня. Когда стало нечем дышать, он оторвался от нее, ткнулся носом ей в ухо, тяжело выдохнул, и Риза вздрогнула всем телом. Почувствовав ее реакцию, ишварит не стал тратить время даром. Горячие губы начали целовать шею, пальцы быстро расстегнули верхние пуговицы мундира, широкая ладонь легла ей на грудь, и Ризе стало хорошо и жарко. Она еще крепче зажмурилась. Где-то внизу живота зародилось теплое, чуть ноющее чувство, которое требовало удовлетворения. Рой знал, как доставить ей наслаждение. Она могла сколько угодно ссылаться на кучу работы, головную боль и плохое настроение. Он терпеливо соглашался, начиная гладить, целовать, иногда молча, иногда мурлыча слова сочувствия, и уже через несколько минут Риза забывала обо всем на свете, кроме него. Она жадно вдохнула воздух, запрокидывая голову и подставляясь его ласкам. Он сделал широкий шаг, подталкивая ее назад, приваливая к стенке, а Риза уже подавалась бедрами вперед, терлась о него, обхватывая его за шею и притягивая еще ближе. Плевать на весь Аместрис. Плевать на генералов, переводы и дурацкую женитьбу Мустанга. Лишь бы он оставался рядом. Лишь бы и дальше приходил к ней и вот также доказывал, что ему для счастья тоже нужна именно она. Рой то прикусывал, то облизывал ее шею. Риза жарко дышала и с наслаждением упиралась затылком в ледяную стену, чувствуя, как ладони Мустанга опускаются ниже, прихватывают ее за ягодицы, забираются под толстую неподатливую ткань мундира... Какого-то странного мундира. И Рой...
  Риза окаменела.
  Это же не Рой.
  Мужчина, почувствовав перемену, медленно разжал руки и, судя по тихому шороху, отступил. Риза открыла глаза.
  В шаге перед ней стоял Майлз и внимательно изучал девушку красными ишварскими глазами, поблескивающими в полутьме.
  Риза тяжело сглотнула, перевела дыхание и облизнула губы. Вкус на них оказался странный, незнакомый, и она чудом удержалась оттого, чтобы не вытереть их тыльной стороной ладони. Собрав остатки мужества, она подняла взгляд на Майлза.
  Тот прищурился.
  - Ты сейчас целовалась со мной или с Мустангом? - с легким оттенком иронии поинтересовался мужчина.
  - С Роем, - честно ответила Риза даже прежде, чем поняла, что именно говорит.
  Майлз опустил голову, а когда через секунду его глаза снова блеснули, девушка, к своему удивлению, вдруг поняла, что он насмешливо улыбается.
  - Почему-то я так и подумал, - невозмутимо сообщил военный и снова внимательно уставился на нее.
  Риза почувствовала, как по-девчоночьи краснеют щеки, и отвела взгляд.
  - Продолжим, или на сегодня хватит? - с той же легкой иронией в голосе уточнил вдруг Майлз.
  - Хватит, - тихо, но решительно ответила Риза, переведя дыхание.
  - Я бы удивился, если бы услышал от вас иное, майор, - сообщил адъютант Снежной Королевы и, вытащив из кармана очки, надел их одним коротким движением. - Что ж, приятного вам вечера, - невозмутимо пожелал он, попутно отдавая честь.
  Риза машинально отсалютовала в ответ и быстро наклонилась, подбирая с пола заколку.
  Когда она выпрямилась, Майлз уже поднимался по лестнице в конце коридора.
  Все-таки не сдержавшись, Риза два раза широко провела ладонью по губам, стирая непривычный вкус.
  
  
  
  Очередная елка не успела отпрыгнуть с пути Эда, и парень всей массой влетел в бедное деревце, едва не сломав тонкое основание. Одна лыжа слетела с ноги и скрылась в неизвестном направлении, другая прокатила Эда прямо под еловые ветки. Затормозив о древесный ствол, Цельнометаллический выругался и плюхнулся затылком на снег. Высокое искусство ходьбы на лыжах ему никак не давалось.
  Бывший алхимик устало и глубоко вздохнул и открыл глаза. В просветах между жиденькими еловыми лапками слепило глаза высокое голубое небо. Солнце уже начинало клониться к закату, и вообще-то пора было задуматься о возвращении в Бриггс, дабы не рисковать ночной прогулкой в горах с потенциальным летальным исходом для себя и доверенному ему Хайяте. Тем более, что за Хайяте Риза наверняка выкопает его из-под земли и убьет второй раз, дабы другим неповадно было.
  Эд вздохнул, приподнял голову и едва не стукнулся лбом о лыжу. Прямо перед ним стоял запыхавшийся песик с пропавшей лыжей в зубах.
  - Молодчина! - от души обрадовался бывший алхимик. Хайяте плюхнулся на снег и с интересом начал наблюдать, как приятель хозяйки в очередной раз пытается нацепить на ноги так мешающие ему странные длинные штуки.
  - Все, к походу готов, - объявил Цельнометаллический, поднимаясь и вновь оглядывая окрестности. - Сворачиваем к дому, Хайяте. На сегодня поиски окончены.
  Пес удовлетворенно тявкнул и бодро потрусил, как смел надеяться Эд, по направлению к крепости. За две недели поисков они с Хайяте негласно поделили обязанности: весь день Эд плутал по горам, разыскивая старинную лабораторию жрецов Ксеркса, а ближе к вечеру, когда парень окончательно терял ориентацию в пространстве, Хайяте терпеливо выводил его к крепости.
  Бывший алхимик поправил лямки рюкзака и по свежему снегу оправился следом за песиком.
  Главная проблема состояла в том, что не осталось карт, где бы точно указывалось местоположение лаборатории. Эду пришлось довольствоваться описанием окрестностей, которое, в итоге, вылилось в рекомендации "зайти в пасть дракона, клубком рухнувшего с небес на выросшие из земли копья". Драконов в Аместрисе отродясь не водилось, копья сами собой не росли, и оставалось лишь злиться на поэтический дар жрецов, превративших элементарное описание местности в трагическую поэму.
  Смирившись с тем, что еще один день прошел почем зря, Эд ускорился и послушно зашуршал лыжами по следу Хайяте. Солнце спускалось все быстрее, тени заметно удлинялись, снег начинал синеть на глазах. Бывший алхимик смотрел под ноги, мысленно считая, сколько минут продержался без падения, и так погрузился в расчеты, что налетел на внезапно замершего Хайяте и в попытке экстренно затормозить вновь пропахал целину физиономией.
  - Да ты что? - не без причины возмутился он, приподнимаясь на локтях. - Я себе чуть ноги не переломал и тебя чуть не придавил. Ты бы...
  Но песик на отповедь не реагировал. Вздыбив шерсть на загривке и тихо рыча так, что поднималась верхняя губа, Хайяте жадно втягивал воздух.
  - Что там? Медведь? - насторожился Эд, разом вспомнивший все страшилки, которыми угощали новобранцев ветераны в казарме. Кто его знает, что там было правдой, а что враньем. Хищники в горах водились, в этом Цельнометаллический не сомневался. Эд засунул руку в карман и - скорее для самоуспокоения, чем надеясь на помощь - нащупал в глубине теплую сталь пистолета: Риза практически заставила бывшего коллегу прихватить с собой оружие. И, похоже, не зря. Хотя, прежде чем соглашаться, стоило взять у Ястребиного глаза пару уроков, потому что стрелок из него, скажем прямо...
  - Хайяте, тихо отсюда убираемся, - едва слышно прошептал Эд, крутя головой во все стороны одновременно. Но песик, похоже, уже определил направление, откуда шел запах, и, припадая на брюхо, медленно начал подниматься на крутой склон. - Стой! - зашипел Эд и, не дождавшись реакции от обычно послушного зверя, отстегнул лыжи и торопливо бросился следом. На вершине горки он подхватил Хайяте за ошейник, открыл было рот, чтобы объяснить неразумному животному, что о нем думает, но разом метнулся под прикрытие ближайшей пушистой елки, едва увидев открывающийся с вершины вид.
  Горная цепь вокруг небольшой долины вилась, будто изгибы спины огромного дракона. По склонам гор росли высоченные ели, похожие на копья, торчащие из тела мифического зверя. А прямо в центре долины раскинулась гранитная площадка, над которой поднимался вход в пещеру, похожий на чудовищную раззявленную пасть - сверху и снизу даже торчали каменистые острия, напоминающие сломанные клыки. Рядом с пещерой стояла упряжка из восьми собак, а прямо в пасти загадочного монстра незнакомый мужчина аккуратно рассыпал желтоватый порошок, выкладывая на камнях замысловатый узор.
  Хайяте зарычал громче. Эд обернулся на пса. Тот лежал на снегу, весь подобравшись, и злобно скалился на незнакомца в долине.
  - Эй, ты его знаешь, что ли? - тихо прошептал бывший алхимик, на всякий случай прихватывая возбужденного зверика за ошейник. Мужчина, тем временем, высыпал в ладонь последнюю порцию порошка и внимательно оглядывал получившийся узор. Эд высунул голову из-за елки, пытаясь получше разглядеть происходящее, и вдруг желтые линии сложились в алхимический знак земли. Старший Элрик едва не охнул - рассыпанный порошок создавал преобразовательный круг, смысл которого вот так, в секунду, было не понять. Незнакомец удовлетворенно кивнул, сел в сани, накрутил на запястья вожжи и, свесившись, быстро приложил ладони к краю круга.
  Земля содрогнулась. Собаки испуганно взвыли и, разом вскочив, изо всех сил потащили сани прочь от пещеры. Вернее, от того, что осталось от пещеры, потому что вход в нее оказался основательно завален каменными глыбами.
  Как будто нет больше пасти у дракона, рухнувшего клубком с небес прямо на острые ели-пики. Или копья...
  Эд замер.
  У него хватило терпения выждать, пока сани скроются среди холмов, а потом он со всех ног бросился вниз, к площадке, и жадно припал ладонями к нагромождению камней. Еще три года назад расчистить подобный завал было для него плевой задачкой. А вот теперь он не мог сделать ничего - в одиночку ему пришлось бы перетаскивать булыжники до весны. Да и не каждый он смог бы поднять.
  А ведь там, за завалом, наверняка скрывалась пещера, где много веков назад оборудовали свою лабораторию жрецы Ксеркса. Вернее то, что осталось от пещеры после визита в нее незнакомца.
  "Да кто же это такой, откуда он узнал о лаборатории и почему его успел возненавидеть Хайяте?"
  Эд кинул взгляд вслед саням. Перепуганные собаки неслись к городу со всех ног - глупо было даже пытаться соперничать с ними в скорости. Эд с отчаянием осмотрел завал, выругался и, приняв решение, побежал вверх по холму - туда, где он оставил лыжи. Ему нужно было срочно добраться до крепости. Ему нужна была помощь.
  
  Глава 10
  
  Пряча нос в воротник теплого пальто, Зольф Кимбли неторопливо прогуливался по смотровой площадке крепости. Ветер к вечеру утих; солнце, клонившееся к снежным вершинам, раскрасило горные склоны всеми оттенками синевы, и алхимик застыл, опираясь на ограждение и в которой раз удивляясь, как можно получать удовольствие от одного вида столь коварной и злой к людям северной природы.
  - Расслабляешься? - раздалось за спиной, и Кимбли лениво пожал одним плечом. Попутно он успел подумать, что настолько размяк в крепости и так привык ощущать себя здесь в безопасности, что даже подошедший внезапно со спины человек не заставил его вздрогнуть. Тем более что голос адъютанта ее величества Снежной Королевы, майора Майлза он узнавал теперь всегда и везде.
  Ишварит встал рядом, поправил очки и тоже положил запястья на ограждение.
  - Красиво... - признался Кимбли, завороженно глядя на горы.
  - Пока любуешься ими издалека - очень, - согласился Майлз. - Только лучше здесь не зависать - у ребят из Драхмы есть очень даже неплохие снайперы.
  - Да брось, - поморщился Зольф. - После последней разборки они еще долго сюда не сунутся. И не рискнут нас злить...
  - Если честно, я радуюсь, что в Ишваре не было гор, - Майлз прищурился и едва заметно покачал головой. - Те два последние обвала, которые ты устроил на территории Драхмы, даже на меня произвели впечатление...
  - Зато тишина теперь какая... - промурлыкал Кимбли, отрываясь от ограждения и сладко потягиваясь. - Ну что, не будем-таки играть с судьбой - пошли отсюда?
  - Ага, - Майлз кивнул, тоже выпрямляясь, и вдруг заинтересованно уставился вниз. - О! Смотри! Мальчик наш вернулся. И как бежит!
  Кимбли соизволил скосить взгляд. Во двор крепости влетел явно запыхавшийся Цельнометаллический, что-то быстро выяснил у часового и мигом подорвался к казарме. Следом за ним мчался песик Ризы Хоукай.
  - А, похоже, он все-таки это нашел... - задумчиво протянул Майлз, прицельно отслеживая метания бывшего алхимика. - И очень торопится к госпоже бывшей помощнице нашего блистательного фюрера с докладом...
  - Что нашел? - не понял Кимбли.
  Эд скрылся в коридоре. Майлз с наигранной ленцой перевел взгляд на алхимика, выдержал паузу, а потом вдруг холодно и решительно выдал:
  - То, ради чего сюда приехал. Мальчик все эти две недели бродил вокруг крепости, обшаривая квадрат за квадратом, - адъютант Снежной Королевы вскинул голову и внимательно взглянул в глаза Багровому. - Как и ты, впрочем, - добавил он, - с момента возвращения из Централа. Вот я и подозреваю, что он тебя опередил. Возможно такое?
  - Я?.. Он?.. Меня?.. - разом запутался в избытке информации Кимбли. - Да я просто гулял...
  - Ага. Дышал свежим воздухом, - с нескрываемой издевкой, знатно приправленной ядом, согласился Майлз.
  - А он что... тоже что-то искал? - заволновался алхимик и едва не прикусил язык, сообразив, что все же проболтался. Кимбли кинул встревоженный взгляд вслед Элрику и мрачно уставился на приятеля.
  - Не надо на меня так коситься, - холодно посоветовал тот. - Выпытывать из тебя информацию я не собираюсь. Только учти: если твои поиски будут стоить жизни хотя бы одному солдату Бриггса, мало тебе не покажется, несмотря на все твои взрывные штучки.
  - Майлз! - искренне возмутился Кимбли, и адъютант удовлетворенно кивнул, не услышав привычных лживых ноток.
  - Ищите, что хотите, но только без кровавых разборок.
  Майор развернулся, чтобы уйти, и Кимбли крикнул уже в спину:
  - А как думаешь, что он все-таки разыскивает?
  - Судя по имеющейся у меня информации, мальчишка последние годы изучал подвиги отца. Значит, что-то, связанное с алхимией, - военный приостановился и вдруг резко крутанулся на пятках: - Я угадал? Только ты думал, что конкурентом будет не он, а кто-то другой?
  - Какой другой? - совсем растерялся Кимбли, не зная, то ли довериться приятелю, то ли снова прятать глаза.
  - Которого ты выглядываешь, встречая поезда в Норд-Сити, - отрезал Майлз.
  Кимбли хлопнул глазами, пару раз глотнул воздух, не зная, что ответить, и, наконец, решил разыграть возмущение, дабы выиграть время:
  - А я, между прочим, не подозревал, что ты устроил за мной слежку... Почему-то мне казалось, что я такого не заслуживаю. За те три года, что я здесь...
  - Ты расслабился и забыл, что еще есть люди, которые помнят Багрового и будут счастливы всадить ему нож в спину, если узнают, что он жив, - холодно напомнил Майлз и снова развернулся, буркнув через плечо: - Для тебя, дурака, стараюсь...
  Кимбли проводил приятеля растерянным взглядом и опустил голову. Ситуация становилась все запутаннее.
  
  
  Поужинав, Риза ушла к себе, скинула ботинки, забралась на кровать и, накинув на плечи теплое одеяло, занялась чисткой оружия. Оба пистолета были уже старенькими, но времени и сил на заботу о них девушка не жалела, а потому до сих пор они отвечали ей взаимностью и ни разу не подводили хозяйку.
  Ершики, шомпол, ткань привычно были разложены на кровати, комнату наполнил запах оружейного масла, когда в дверь постучали. Риза вздохнула, аккуратно слезла с постели, стараясь не столкнуть детали на пол, и открыла замок. Первым в комнату влетел заснеженный Хайяте - с вожделением посмотрел на кровать хозяйки, но рисковать не стал и со скорбным вздохом плюхнулся на свой тюфячок. За ним на пороге возник Элрик-старший - тяжело дышащий и взмокший, несмотря на мороз.
  - Привет! - улыбнулась Риза. - Как погуляли?
  - Отлично! - объявил Эд и быстро шагнул в комнату, фактически заталкивая девушку обратно. И тут же захлопнул за собой дверь
  - Что случилось? - насторожилась Риза.
  - Кажется, я нашел ее! - драматическим шепотом выдохнул Цельнометаллический.
  Риза пару секунд соображала, о чем может идти речь, и разом нахмурилась, вспомнив предмет вожделений Эда.
  - Ты что, активировал круг? - с тревогой спросила она.
  - Круг?.. - не сразу понял тот. - А-а! Нет. Я не входил в пещеру. Вход завален.
  Риза вздохнула с облегчением и, кивнув Эду на край кровати, снова забралась с ногами поближе к стенке.
  - Почему ты уверен, что это именно та пещера?
  - Все сходится, - Эд снял куртку, бросил ее на пол рядом с Хайяте и плюхнулся на постель, едва не свалив детали разобранного пистолета. Под укоризненным взором Ризы бывший алхимик снова вскочил и замер в центре маленькой комнаты, торжественно выставив вперед указательный палец. - Во-первых, - начал он, - местность один в один совпадает с описанием, которое я нарыл в рукописях... А во-вторых, - Эд добавил средний палец, изобразив то ли второй пункт программы, то ли знак победы, - в эту пещеру успел прорваться какой-то алхимик. И по любому нужно разобраться, кто он и что там делал. Не спроста же он туда полез!
  - Какой алхимик? - ощутив нехорошее предчувствие, помрачнела Риза. - А ну, рассказывай с самого начала...
  Выслушав историю о преобразовательном круге, собачьей упряжке и незнакомом алхимике, Риза задумчиво посмотрела на мирно уснувшего пса.
  - Говоришь, Хайяте его знает... - задумчиво протянула она.
  - Еще как знает! - энергично замотал косичкой Эд. - И сильно не любит. Я никогда не видел, чтобы он так рычал...
  - Кто же это может быть... - растерянно пробормотала Риза. Хайяте, почувствовав внимание к собственной персоне, приоткрыл глаза, спросонок зевнул, покосился на хозяйку и снова свернулся калачиком. - Ну, ладно... - приняв решение, Риза расправила плечи и подняла глаза на Эда. - Тогда поступим вот как... Завтра с утра расскажем обо всем Оливии. В конце концов, это дело вполне можно связать с вопросом государственной безопасности - мало ли какие секреты обнаружатся в древней лаборатории. Я уверена, что генерал-лейтенант выделит отряд...
  - Не-не-не! - торопливо замотал головой Эд и для надежности еще выставил вперед ладони, словно боялся, что Риза сейчас сорвется и бросится на доклад к начальству крепости. - Никакой Снежной Королевы. Она же мне не позволит активировать круг!
  - И правильно сделает, - отрезала Риза.
  - Ну, старш... ну, майор, - простонал Эд, заглядывая Ризе в глаза. - Ну, как же вы не понимаете! Для меня это единственный шанс! Я должен войти в эту пещеру...
  - Как, интересно, ты в нее войдешь, не расчистив завала? Предлагаешь стащить взрывчатку со склада? - с издевкой поинтересовалась девушка.
  - Я уже обдумывал этот вариант, - признался Эд. - Но с учетом местных порядков, боюсь, вряд ли у нас это получится.
  - О! Взрослеешь на глазах, - обрадовалась Риза.
  - Вот если бы здесь был хоть один алхимик...
  Бывшая помощница фюрера уже открыла рот, чтобы разнести в пух и прах очередное начинание Элрика, но вдруг замолчала и пару секунд растерянно смотрела на Цельнометаллического.
  - Что? - разом насторожился Эд. - Здесь есть алхимик?
  Риза отвела глаза, но решительно мотнула головой.
  - Нет. Ни одного. Я просто задумалась.
  - Тоже мне, крепость! - скривился Элрик-старший, привалившись плечом к косяку и раздраженным движением скрестив руки на груди. - Уж здесь-то, в Бриггсе, алхимики должны быть обязательно! Это же самое опасное место в стране! Стратегический пункт!
  - Для тебя это еще один показатель того, что и без алхимии можно прекрасно жить и держать оборону, - отрезала Риза. - Бриггс стоит здесь уже сотни лет, и охраняют его самые обычные люди без всяких алхимических трансформаций.
  Эд набрал воздуха, чтобы возразить, но, сообразив, что дискуссия рискует затянуться на всю ночь, махнул рукой и тихо буркнул:
  - Ну, может и так. Только с алхимией все равно лучше, чем без нее.
  Риза закатила глаза.
  - Ладно. Алхимиков здесь все равно нет. Поэтому без помощи отряда солдат мы завал не расчистим...
  Эд повозюкал носком ботинка по паркету, кинул на девушку взгляд из-под взъерошенной челки и будто бы ненароком поинтересовался:
  - А если вы попробуете?..
  - Попробую что? - не поняла Риза.
  - Я нарисую преобразовательный круг, а вы попробуете его активировать, - с уже нескрываемым азартом предложил Эд, заглядывая Ризе в глаза. - Ваш отец ведь был знаменитым алхимиком.
  Девушка едва не рассмеялась и покачала головой.
  - Нет. У меня к алхимии способностей никаких. Отец со мной долго бился. Я неплохо изучила теорию, но дальше этого дело не идет. У меня не получаются преобразования.
  - А если еще раз попробовать? - не сдавался Эд. - В детстве не получалось, а вдруг сейчас получится? Вдруг вы изменились? Это же так просто - активировать круг.
  - Тебе сейчас это сделать просто? - поинтересовалась Риза, стараясь говорить мягче, чтобы не обидеть парня.
  Эд насупился.
  - Вот и мне также, - вздохнула она. - Я просто не умею.
  - Ну я-то сознательно отдал всю алхимию до капли в качестве платы, со мной все понятно, - не успокоился Цельнометаллический. - А вот с вами все может быть иначе. Ну, давайте попробуем, а? Я даже знаю, как нарисовать круг, чтобы свести усилия к минимуму...
  Риза печально посмотрела на парня. Он стоял перед ней - взъерошенный, взволнованный, с горящими глазами и такой тоской в них, что она не выдержала.
  - Ладно. Завтра с утра у меня есть свободное время - пойдем к твоей пещере и попробуем. Заодно увижу все своими глазами!
  - Спасибо вам! - едва не подпрыгнув от восторга, вскрикнул Эд и, не удержавшись, наклонился и чмокнул Ризу в щеку. Девушка удивленно уставилась на бывшего коллегу. Цельнометаллический зарделся и отвел глаза.
  - Договорились, да? - на всякий случай уточнил он. - Завтра утром идем?
  - Идем-идем, - подтвердила Риза, улыбнувшись, и привычно потянулась к шомполу, чтобы закончить с пистолетами. - Только я бы на твоем месте на мои способности не сильно рассчитывала и сразу задумалась, что будем рассказывать Снежной Королеве.
  
  Глава 11
  
  Риза с нескрываемым сомнением осмотрела открывающийся перед ней спуск, потом тяжело вздохнула, развернула лыжи и аккуратно, бочком, начала сползать по склону. За ночь снега привалило знатно, и девушка, по совету Эда, впервые в жизни нацепила на ноги длинные деревянные полозья, которые теоретически должны были помочь ей преодолеть снежные завалы. А практически настолько замедлили скорость ее передвижения, что Риза справедливо сделала вывод, что, даже бредя по колено в снегу, до пещеры она дошла бы быстрее.
  Эд решительно скатился с горки, затормозил лыжами о выступающие камни, плюхнулся на задницу и сидел, предаваясь мрачности, потирая пятую точку и наблюдая за неторопливым спуском бывшей коллеги по службе. Хайяте, вздымая облачка легкого снега, то напрыгивал на Цельнометаллического приятеля, то летел обратно к Ризе, и откровенно наслаждался легким морозцем.
  Склон казался бесконечным, и девушка сильно удивилась, когда он наконец-то закончился.
  - Это здесь, - Эд ткнул лыжной палкой в нужном направлении, хотя не рассмотреть гору камней, стоя прямо перед ней, было просто невозможно. Риза даже задрала голову, придерживая шапку, чтобы увидеть верхний край пещеры.
  - Я сейчас, я быстро, - пообещал парень, отстегивая лыжи и сбрасывая с плеч увесистый рюкзак. Из его глубин мигом были извлечены толстый веник и пачка мелков, и Эд, в азарте окружив себя вихрем снежной пыли, действительно быстро расчистил камни от снега и начал рисовать преобразовательный круг, стараясь, чтобы неровности не прерывали линии.
  Риза осмотрела завал. Н-да, похоже, без алхимической помощи тут действительно было не обойтись. Даже целый отряд солдат разбирал бы валуны до весны, а уж Эд и Риза могли с чистой совестью начинать строить рядом с заваленной пещерой дом на годы.
  Эд трудился не меньше получаса, тщательно вырисовывая круг. Риза присматривалась, периодически узнавая некоторые символы, но плохо понимая их сочетание. Наконец, рисунок был окончен. Элрик-старший забрался на камень повыше, осмотрел свое творение с высоты и остался доволен.
  - Все, майор. Приступайте... - царственно скрестив руки на груди, повелел он.
  Риза с сомнением покосилась на круг, но, тем не менее, подошла к краю.
  - Сосредоточились, представили силу воздействия, физические и химические процессы, передали кругу энергию - и все! - по старой памяти процитировал учителя бывший алхимик.
  - Тебе не кажется, что если это вдруг сработает, пещера - или то, что от нее осталось - может обрушиться совсем? - неуверенно спросила Риза.
  - Именно поэтому я добавил сюда вот эти знаки, - Эд с высоты камня махнул рукой куда-то в направлении круга, и девушка так и не поняла, о каких знаках идет речь. - Камни перетопятся в единый монолит, укрепляя свод. Давайте!
  Риза тяжело вздохнула, опустилась на колени перед кругом, зачем-то сняла шапку, закрыла глаза - несколько секунд, как учил когда-то отец, пыталась представить процессы, которые готовилась запустить, и одним плавным движением положила ладони на границу круга.
  В долине стояла тишина. Только медленно падали снежинки.
  Круг не отозвался.
  - Вот же! - рыкнул возмущенный Эд, и, соскочив с камня, подбежал к Ризе. - Давайте еще раз! - предложил он. - Сосредоточились...
  Не дожидаясь финала, Риза еще раз попыталась собраться, представила энергию, которая выходит из ее ладоней, и снова прикоснулась к белой линии, отдавая кругу свою силу.
  Ничего не произошло.
  Эд с расстройства топнул ногой и, засунув руки в карманы куртки, зашагал туда-сюда перед рисунком. Риза сидела на снегу, печально глядя на круг.
  - Так... - похоже, не сдался Элрик-старший, - сейчас я вам прочитаю лекцию о теории преобразования...
  - Эд, - вздохнула Риза, - это бесполезно. Я не могу преобразовывать. Вообще не могу.
  - Так не бывает! - с привычным с детства энтузиазмом, Эд продолжал хвататься за соломинку. - Преобразовывать - это как дышать. Без этого нельзя. Вот мы с братом...
  Закончить рассказ про их с братом таланты Эд не успел, потому что на склоне залился возмущенным лаем Хайяте, и тут же раздались гневные мужские вопли:
  - Пошел вон, пока я тебя не пришиб!
  - Хайяте! - заорала Риза, запоздало сообразив, что со всеми этими преобразованиями совершенно упустила из вида пса.
  - Убери свою зверюгу!
  - Ко мне!
  Девушка была уже на ногах, целясь из обоих пистолетов в мужчину, который, вывалившись из своего укрытия за пушистой елкой, пытался отвесить пинка напрыгивающему на него Хайяте.
  - Ко мне! - уже с нотками металла в голосе повторила Риза, и Хайяте, спохватившись, мигом оставил в покое незваного гостя и метнулся к хозяйке.
  - Это... кто?.. Это... он? - выдохнул остолбеневший Эд, неверящими глазами глядя на мужчину.
  - Это Зольф Кимбли, - невозмутимо сообщила Риза.
  Эд перевел потрясенный взгляд на девушку.
  - Спускайся. Медленно, - приказала она, по-прежнему держа алхимика на прицеле. - Руки вверх, и не своди их, иначе сразу стреляю.
  Кимбли с сомнением посмотрел на заснеженный склон.
  - А если я отсюда кувырнусь? - с детской обидой во взоре поинтересовался он. - Ты не будешь стрелять, если мне вдруг придется опереться на?..
  - Сюда, быстро! - холодно приказала Риза. - Будь уверен, я успею всадить в тебя полобоймы, пока ты завершишь преобразование.
  Кимбли закатил глаза, философски пожал плечами и начал медленно спускаться к каменной площадке.
  - О! Интересный у вас тут круг! - сообщил он, приблизившись к Эду и Ризе. - Похоже, знаки земли, что-то от огня, и еще...
  Эд переводил неверящий взгляд с бывшей сослуживицы на Кимбли и обратно.
  - Майор, вы знали? - продавил он сквозь сжавшееся горло.
  - Знала, - буркнула Риза.
  - И ничего тебе не сказала, - с наигранным сочувствием попытался науськать Цельнометаллического Кимбли.
  - Мы с Эдом выясним отношения без тебя, - отрезала девушка. - Что ты здесь делаешь?
  - Слежу за вами, - чистосердечно признался алхимик. - Вчера майор Майлз сообщил мне, что вы ищите что-то в окрестностях крепости, и попросил за вами последить. Вот я и выполняю его просьбу. Так что вы, майор, фактически мешаете мне исполнять мой гражданский долг, держа меня на прицеле.
  В глазах Ризы мелькнуло сомнение, но пистолеты она не опустила.
  - Почему я тебе не верю? - задумчиво протянула девушка.
  - Ну, вот что, девочка, - терпеливо начал Кимбли, входя в роль, - убери-ка ты оружие, иначе у меня появятся все основания применить силу. И не говори потом, что я не предупреждал...
  - Ни о какой просьбе Майлза я ничего не знаю, - отрезала Риза, плотнее прижимая пальцы к спускам. - Поэтому при необходимости с чистой совестью пристрелю тебя в качестве самозащиты. И пусть меня потом обвиняют в убийстве давно мертвого алхимика...
  - Все! Хватит! Разошлись! - раздалось с противоположного склона. Риза глаз от Кимбли не отвела, а вот алхимик и его бывший собрат по цеху разом повернулись на голос. По свежему снегу, прямо к пещере, лихо скатил на лыжах адъютант Майлз. Вклинившись между Ризой и Кимбли, ишварит мрачно посоветовал:
  - Майор, вы бы оружие опустили. А ты, друг мой, лучше даже не пытайся валять дурака.
  Кимбли мрачно прищурился на приятеля и демонстративно медленно скрестил руки на груди. Риза, также медленно, убрала пистолеты. Эд, получив очередную порцию шока, изумленно смотрел на адъютанта Снежной Королевы.
  - Я же предупреждал, никакого кровопролития, - напомнил Майлз, снимая лыжи. - А когда я говорил, что ни один солдат в Бриггсе не должен пострадать из-за твоих поисков, я имел в виду и майора Хоукай.
  - Между прочим, это она на меня первой оружие наставила, - наябедничал Кимбли. - И обещала всадить полобоймы, если я попытаюсь защищаться.
  Риза с возмущением уставилась на алхимика.
  - Все, ребята. Закончили, - отрезал Майлз, прекращая разборку, и осмотрел преобразовательный круг и гору камней. - А теперь объясняйте, что здесь происходит.
  Риза, Эд и Кимбли посмотрели друг на друга и одновременно спрятали глаза.
  Ишварит тяжело вздохнул.
  - Я почему-то ощущаю себя учителем в классе двоечников, - печально признался он самому себе. - Ну, что ж, если по доброй воле к доске никто идти не хочет, майор Хоукай, отдуваться придется вам. Что это за место?
  Риза вздохнула, еще раз осмотрела завал и, тщательно подбирая слова, начала:
  - У нас появилась информация... что существует вероятность... что за этим завалом находится древняя лаборатория жрецов Ксеркса...
  - И есть предположения, что мы там найдем? - невозмутимо продолжил допрос Майлз.
  Риза замолчала. Эд повозил ботинком по камням и, покосившись на Кимбли, вбросил новую версию:
  - Возможно, там есть рукописи моего отца?..
  Судя по взглядам, которые кинули на него взрослые, бывшему алхимику никто не поверил.
  - Ну, допустим, - тем не менее, согласился Майлз. - Но я вижу, что завал свежий. Почему ты считаешь, что лаборатория именно там?
  - Потому что ее засыпали намеренно, - объяснил Эд. - Вчера здесь был другой алхимик...
  - Какой? - тут же загорелись глаза у Кимбли.
  - Вероятно, еще один ценитель писательского таланта господина Вана Хоэнхайма, - невозмутимо предположил ишварит. - И, скорее всего, он вытащил из пещеры все, что в ней было.
  - Если бы он все вытащил, не стал бы ее замуровывать, - резонно возразил Эд.
  Майлз задумался, кивнул и перевел взгляд на Кимбли.
  - Ну что, вскроешь?
  - Прямо сейчас? - уточнил тот и уже другим, серьезным взглядом осмотрел круг. - Ладно. Что ты нам тут изобразил, Цельнометаллический?.. - Кимбли шагнул к краю круга и начал внимательно изучать знаки. - А знаешь, парень, - совсем иным - без нотки издевки - голосом продолжил он через несколько минут, - у тебя светлая голова. Грамотно нарисовано. И сила воздействия, и ограничения...
  - Ну-тк... - буркнул в глубине души польщенный Эд.
  - Вскрываем, так вскрываем, - Кимбли кивнул и присел у наружной линии. - Готовы?
  Зрители кивнули, и алхимик, чуть прищурившись, приложил пальцы к краю круга, стараясь, чтобы татуировки на ладонях не задели узор.
  Круг вспыхнул.
  Земля дрогнула, камни вдруг потекли, меняя форму, расступаясь, и меньше чем через минуту людям открылся высокий каменный свод и проход куда-то к недрам земли.
  - Добро пожаловать! - картинно протянул вперед руку Кимбли и, кинув на Эда по-прежнему серьезный взгляд, неохотно добавил: - Круг сработал идеально.
  Но Элрик-старший, кажется, даже не услышал комплимент. Он уже судорожно вытряхивал из рюкзака связку факелов и спички.
  - Стой! - успела только крикнуть Риза, но Эд уже мчался вниз по коридору. За ним метнулся Хайяте.
  Взрослые поспешили следом.
  Коридор вился, опускаясь все круче - пологий спуск сменился ступенями. Внизу что-то заскрипело, Риза подумала было окликнуть Эда, но, взглянув на каменный свод, решила воздержаться от криков.
  Вскоре они дошли до крепких деревянных панелей, перегораживающих проход. В одной из них был прорезан проем и навешена дверь, уже приоткрытая Эдом. Военные и алхимик вошли следом, потом миновали еще несколько дверей, чувствуя, как воздух становится все теплее, и, наконец, попали в лабораторию.
  Это был огромный зал, по краям которого древние ученые расставили столы и полки и ныне заваленные ретортами, колбами и подставками, покрытыми толстым слоем пыли. Не было только записей - ни книги, ни свитка. Похоже, их все, до последней бумажки, жрецы, уходя, забрали с собой. Зато в центре зала, на черных камнях до сих пор видны были остатки преобразовательного круга, когда-то нарисованного белой краской.
  Часть узора расплылась, часть осыпалась в трещины, а часть, похоже, была разрушена совсем недавно - Риза видела, как поблескивали на гранях вывороченные камни. Похоже, загадочный алхимик перед уходом пытался уничтожить то, что еще сохранилось от наследия древних жрецов.
  Эд с открытой тоской осмотрел рваные белые линии, потом вдруг одним движением отбросил факел, упал на колени в центре того, что осталось от круга, и разом прижал ладони к полу.
  - Нет! - испуганно вскрикнула Риза, ожидая, что линии вспыхнут. Майлз и Кимбли замерли на полшага.
  Секунда бежала за секундой - ничего не происходило. Эд застонал и опустил голову.
  - Придурок, - мрачно буркнул Кимбли, заходя в зал. - Активировать незаконченный круг, да еще непонятного предназначения. Совсем спятил.
  - Я не могу без алхимии, - едва не плача, выдохнул Эд, лица которого не было видно за прядями растрепавшейся косы.
  Освещая камни факелом, Кимбли задумчиво прошел вдоль круга.
  - Огонь и лед... в экстремальном проявлении. И воздействие на биологическую материю... - пробормотал он, пытаясь разобрать знаки. - А здесь ведь преобразовывали людей. Во что?
  Зольф вскинул взгляд на Эда. Тот поднялся с колен и тяжело вздохнул.
  - Делали из простых людей алхимиков.
  - А у алхимиков, надо полагать, усиливали способности, - сообразил Кимбли, пытливо поглядывая на бывшего коллегу. - Вот, значит, что делает этот круг...
  - Ну, да, - вдруг зло буркнул Эд, оживая, снова залезая в рюкзак и вытаскивая листы чистой бумаги и карандаши. - И у этого гада, который успел сюда до нас, похоже, есть более полная версия, - Элрик решительно утвердил факел в каменной трещине, забрался с ногами на ближайший стол и начал перерисовывать остатки круга.
  Кимбли оценил творческий порыв - воровато утянул карандаш и чистый листок и уселся перечерчивать круг на противоположный стол. Эд злобно зыркнул на алхимика из-под челки, но возражать не стал.
  Риза и Майлз переглянулись и тоже прошли вдоль круга.
  - А что за катализатор они применяли? - вдруг спросила Риза.
  - Какой катализатор? - вскинули головы одновременно Кимбли и Эд.
  Девушка кивнула на центр разрушенного круга.
  - Вот эта обводка в середине. Отец использовал такую же в татуировке, когда хотел показать, что для реакции нужен катал... - начала Риза и едва не прикусила язык, сообразив, что сболтнула лишнее.
  - В какой татуировке? - не понял Эд.
  - Ну... - Риза замялась, не сразу сообразив, что придумать. - У отца была татуировка. С таким же странным знаком. Он говорил, что в древности так отмечали необходимость использования катализатора.
  - Впервые о таком слышу, - признался Кимбли с интересом поглядывая на Элрика-старшего. Эд тоже недоуменно пожал плечами.
  - Ну и хорошо, - отмахнулась Риза, радуясь, что разговор окончен.
  Майлз заметно прищурился, но за темными стеклышками очков понять его реакцию было сложно.
  За полчаса остатки круга были воспроизведены на бумаге.
  - Куда, говоришь, уехал тот алхимик? - поинтересовался Кимбли, пряча в карман свой листок. - Если у этого умника есть более полная версия, я готов гнаться за ним на другой конец света.
  - Наверняка есть! - оживился Эд. - Его обязательно надо разыскать...
  Алхимики - нынешний и бывший - посмотрели друг на друга, не зная, признавать в коллеге союзника или конкурента.
  Майлз вздохнул и привычно взял ситуацию под контроль.
  - Ну, вот что, ребята, делаем так: я остаюсь здесь, чтобы никто больше сюда не забрался. Эд возвращается в крепость и приводит отряд, чтобы выгрести отсюда остатки оборудования и сфотографировать круг - вполне возможно, что дело касается государственной безопасности. А вы, двое, - Майлз посмотрел на Кимбли и Ризу, - прокатитесь в город, чтобы узнать, кто брал напрокат упряжку собак. И вечером вернетесь с докладом. Вместе, - с нажимом добавил ишварит, заметив недобрые взгляды закадычных недругов. - Мы спокойно обсудим сложившуюся ситуацию и решим, что делать дальше, ясно?
  Эд скривился, Риза демонстративно отвернулась, Кимбли закатил глаза. Хайяте выпятил вперед грудь и довольно завилял хвостом.
  - Молодцы, - одобрил Майлз. - Тогда за дело! - и пристроился на ближайшем столе, жестом дав понять коллегам, что они могут отправляться выполнять навешенные на них задания.
  
  Глава 12
  
  - Это, кажется, здесь... - Кимбли прищурился из-под полей надвинутой на замерзшие уши шляпы, пытаясь определить нужный дом.
  - Судя по лаю, да, - согласилась Риза, аккуратно останавливая машину рядом с высоким деревянным забором. За оградой бушевала - то завывая, то взвизгивая, то просто заходясь в истошном лае - похоже, добрая сотня псов, жаждущих расправиться с незваными гостями.
  Кимбли приоткрыл дверь машины, брезгливо изучил кучу помета, причудливыми формами замерзшую по центру дороги, и аккуратно ступил на лед, стараясь не скатиться в колею. Пригороды крупнейшего города северной части всея Аместриса до образчика цивилизованности сильно не дотягивали.
  Риза выбралась на свежий воздух, поежилась и тихо порадовалась за Хайяте. Песик, подмерзший за время утренней прогулки к свеженайденной лаборатории, по возвращении в крепость с такой радостью метнулся на свой коврик в комнате хозяйки, что у девушки язык не повернулся звать его в поход по Норд-сити. Привыкший к более теплому климату зверь, за прошедшие пару недель отрастить густой подшерсток не успел, и откровенно подмерзал на морозе, несмотря на активную беготню.
  - Итак, номер четыре, - констатировал Кимбли, окинув мрачным взглядом высокие, давно не крашенные ворота. Дождавшись, пока Риза окажется рядом, Багровый от души шарахнул кулаком по доскам и едва не зажал уши от обрушившейся на мир какофонии - собаки устроили такой концерт, что диво было, как звуковая волна не повалила старую изгородь.
  - Интересно будет, если окажется, что никто нашему исследователю собак не давал, - задумчиво протянула бывшая помощница фюрера. Суперинтендант крепости мигом вручил ей и алхимику список из четырех мест, где в Норд-сити можно было взять на прокат собачью упряжку. В трех из них Ризу и Кимбли уже уверили, что никто к ним за собаками не обращался, и попытка номер четыре - как последний шанс - уже не вызывала былого оптимизма. Невольные коллеги начинали подозревать, что неизвестный алхимик прямо на собаках и прибыл в Норд-сити из самого Централа.
  Кимбли выждал минуты три - убедился, что псы немного поутихли, а хозяева себя никак не проявили - и снова от души врезал кулаком по доскам. Звери опять заголосили.
  - Да иду! - раздалось далекое из-за ворот, где-то хлопнула дверь, и через несколько секунд в калитке приоткрылось окошечко, откуда выглянул настороженный голубой глаз. - Что надо?
  - Мы - военные, из крепости, - объяснила Риза. - Хотим задать вам несколько вопросов. Будем признательны, если вы ответите на них сразу, либо можем позвать на помощь наших коллег из местной полиции и попросить вашего содействия официально.
  Глаз на несколько секунд исчез, хозяин дома, похоже, сделал шаг куда-то в сторону. Пауза начала затягиваться, но вскоре заскрипел засов, и одна воротина, криво повиснув на верхней петле, открылась.
  - Отвечу. Что же не ответить таким серьезным гостям... - забурчал себе под нос невысокий старичок, жестом указывая гостям на дорожку, ведущую к двухэтажному дому. Справа и слева все пространство двора занимали широкие вольеры, в которых неистовствовали несколько десятков лаек.
  - Мы хотели спросить... - начала Риза.
  - Вы проходите, - невозмутимо предложил аместриец и, показывая пример, сам двинулся к дому. Когда до крыльца оставался десяток шагов, старичок остановился, повернулся спиной к дверям, лицом к гостям, и замер, скрестив руки на груди. - Вот теперь и говорите.
  Кимбли с легкой растерянностью осмотрел странное место для беседы - не порог, не дом - и даже машинально пожал плечами. Риза покосилась на реакцию алхимика и снова обратилась к старичку:
  - Мы хотели спросить, не брал ли у вас кто-нибудь на прокат упряжку собак в последнюю неделю.
  - Брал, брал, - закивал головой хозяин дома. - Неделю назад. И вот только вчера вечером вернул. Мужчина видный, похож на военного...
  - Невысокий, крепкий, черные волосы, короткая стрижка, черные глаза, подбородок квадратный, - разом выпалил Кимбли.
  Старичок живенько согласился.
  - Точно-точно, такой.
  - Вы о нем что-нибудь знаете? Кто он? Откуда? - быстро спросила Риза.
  Северянин пожал плечами:
  - Похоже, что из большого города - видно, что образованный. С деньгами. Собак взял, не торгуясь, на неделю. Оставил залог. Да вот только что его и забрал. Приходил ко мне окончательно рассчитаться прямо перед вами.
  - Давно? - не поверила удаче Риза.
  - Да минут двадцать назад. Сказал, что уезжает из города. Машина у него припрятана на старых складах у вокзала.
  - На старых складах? - удивилась девушка.
  - Ну, да, - старичок пожал плечами. - Бывшие военные склады. Когда война с Драхмой была в разгаре, ваши держали основные запасы и еды, и боеприпасов рядом со станцией. А как военные действия поутихли, уехали, а постройки остались. Вот некоторые туда и наведываются. Вроде человек этот машину там оставил.
  - Спасибо! - Риза торопливо кивнула и собралась уже уходить, когда наметанный глаз снайпера уловил движение на втором этаже. Дрогнула занавеска, словно кто-то отошел от окна, и девушка вдруг подумала, что старичок выбрал идеальную позицию, чтобы показать гостей неизвестному наблюдателю. Несколько секунд Риза колебалась, раздумывая, стоит ли идти на конфликт ради выяснения личности второго обитателя дома, но, взглянув на Кимбли, разом потеряла желание устраивать северянину допрос. Во времена ишварского конфликта Багровому алхимику ничего не стоило взорвать все кости в теле человека в надежде получить хоть толику ценной информации. Вряд ли привычки Кимбли изменились, и вряд ли Риза смогла бы его остановить, доведись любителю взрывов дорваться до привычного хобби. Оправдываться перед Оливией и Майлзом за покалеченное семейство старичка желания не возникало, да и пятнать совесть лишней кровью не хотелось до тошноты, так что провоцировать Багрового Риза не рискнула. Она кинула напоследок еще один взгляд на окно, поблагодарила хозяина дома и пошла к воротам. Кимбли, засунув руки в карманы, широким шагом направился за ней.
  
  
  Старичок, заперев ворота и подергав для уверенности кривую створку, прикрикнул на собак и вернулся в дом.
  - Спасибо за помощь, - донеслось из темноты лестницы, и ступеньки заскрипели. На первый этаж спустился гость.
  - Все сделал, как вы сказали, - сообщил северянин.
  - Я видел, - кивнул военный и вытащил из кармана увесистый мешочек. - Я тоже свое слово держу. Это вам.
  Старичок торопливо дернул завязки, и из мешочка на сморщенную ладонь высыпались золотые слитки.
  - Спасибо еще раз. И прощайте, - гость коротко кивнул и быстро направился к двери.
  - А вы с ними... - запоздало забеспокоился северянин, сжимая теплевшее в ладони золото. - Ничего... не сделаете?..
  - Нет. Конечно, нет, - сдержанно улыбнулся военный, и старичок предпочел сделать вид, что поверил.
  
  
  - Ну, что, прогуляемся по складам? - деловито прищуриваясь, предложил Кимбли.
  - По крайней мере, проверить их стоит. Вдруг действительно найдем машину этого алхимика, - Риза нажала на газ, пришпоривая железного скакуна. Автомобиль чуть занесло в скользком повороте, девушка легко поймала занос, но разом побледневший Кимбли схватился двумя руками за сиденье.
  - Слушай, давай я сяду за руль? Может наш фюрер и получает удовольствие от твоей манеры езды, но у меня нет желания умереть с тобой в один день и в одном месте, - рыкнул алхимик.
  - Ты же всегда уверял, что любишь риск, - с притворным удивлением сообщила Риза, тем не менее, чуть снижая скорость при виде нервозности спутника.
  - Только когда я контролирую ситуацию, - прошипел Кимбли, отворачиваясь от девушки.
  - Кажется, здесь, - Риза притормозила у покосившихся приоткрытых ворот и аккуратно зарулила на широкую площадку, на которой валялись полуразвалившиеся ящики, палеты и сгнивший картон. За всей этой помойкой возвышались покосившиеся постройки. Ветер гудел в выбитых окнах, при каждом его порыве что-то скрипело и потрескивало. По окончании боевых действий с Драхмой, военные ушли отсюда, поленившись тратить время и деньги на разбор ненужных уже складских комплексов. Теперь огромная территория пустовала.
  Риза остановила машину на краю площадки, неохотно выбралась на холод и внимательно осмотрелась. Кимбли замер рядом.
  - Будем неторопливо гулять за ручку или ускоримся и разойдемся?
  Девушка пожала плечами.
  - Не вижу здесь свежих следов шин. Либо старик нас обманул, либо обманули его. Вряд ли мы здесь кого-то найдем. Но давай уже пройдемся, раз приехали.
  Кимбли кивнул, и невольные напарники, не сговариваясь, двинулись в разные стороны. Риза внимательно смотрела под ноги, стараясь не поскользнуться в глубокой, видимо накатанной еще слякотным летом много лет назад, колее. Ветер надрывался в распахнутых дверях и выбитых окнах, где-то скрипела старая арматура, и Риза не сразу услышала, как треснул лед за спиной. Она успела подумать, что не стоило поворачиваться спиной к Кимбли, и потянулась к кобуре, но в этот момент что-то ударило ее по затылку, и девушка тяжело рухнула на промерзшую землю.
  
  
  Она очнулась от холода. Нет, к холоду она уже начала привыкать, но этот был запредельный. Он вытягивал из нее последние крохи тепла, и Риза ощущала его всем своим телом. Всем голым телом.
  Риза вздрогнула. Запястья и лодыжки отозвались неприятной болью.
  Девушка открыла глаза, и взгляд уперся в толстую веревку, тянувшуюся от руки к ближайшей колонне.
  Она лежала голая на полу, на животе, привязанная за руки и за ноги. Риза похолодела уже не только снаружи, но и внутри. "Кимбли? Неужели он? Недостаточно женщин изнасиловал в Ишваре? Решил напоследок отыграться на ней?"
  Она жадно глотнула воздух, собирая остатки мужества, и в тот же миг справа что-то вспыхнуло. Свет больно ударил по зрачкам. Девушка зажмурилась, но сумела повернуть голову туда, где ощущалось движение, и решительно открыла глаза.
  - День добрый, госпожа Хоукай. Очнулись?
  Она несколько секунд тупо смотрела на стоявшего над ней мужчину, пытаясь сообразить, где и когда могла его видеть. А потом нахлынули воспоминания.
  - Полковник... Корн?
  - Точно. А у меня оставалась надежда, что не узнаете... - полковник хмыкнул и передвинул треногу. Риза едва не свернула шею, пытаясь рассмотреть, что происходит, и хотела было бросить бывшему коллеге обвинения во всевозможных извращениях, когда вдруг поняла, чем занят алхимик.
  Корн поправлял стойку, на которой был закреплен фотоаппарат, нацеленный не просто на обнаженную девушку, а на ее спину. Туда, где еще видны были следы татуировки - все, что осталось от трудов Бертольда Хоукая.
  Корн снова нажал на кнопку. По глазам ударила вспышка, щелкнул фотоаппарат.
  - Любопытно... - протянул военный, присаживаясь на корточки рядом с девушкой. - Ваш отец, оказывается, был талантливейшим алхимиком. Жаль, что вы так бездарно распорядились его наследием.
  - Это не для вас... - прошептала Риза, чувствуя, как все внутри сжимается от страха. Страха за себя. За исследования отца. За то, чем все это может закончиться для Роя.
  - Да бросьте вы, - буркнул Корн, поднимаясь и снова переставляя треногу, чтобы сделать фотографию под другим углом. Риза мотнула головой и задергалась.
  - Лежите смирно, мисс Хоукай. Не надо портить мне кадры. Будете дергаться - придется снова ударить вас по голове.
  Девушка замерла, осознав всю бессмысленность сопротивления.
  - В нынешней ситуации ваша спина представляет собой необыкновенную ценность. Я, право, начинаю разделять мнение моего покойного начальника с его мечтой воссоздать вашу татуировку. Знаете, действительно есть способы. Не самые приятные, правда, - Корн достал из фотоаппарата очередную пластинку и покачал головой. - Жаль, что вы не согласитесь поехать со мной...
  - И не мечтайте... - прошипела Риза.
  - Я так и подумал... Знаете что...
  Ближайшая гора палет дрогнула и разлетелась щепками. Корн, подхватив пластинки с фотографиями, метнулся в полутьму ближайшего прохода. Здание угрожающе заскрипело. Кто-то бросился вслед за Корном, что-то загремело, обрушилось, звуки погони быстро затихли, и наступила тишина, нарушаемая только треском старых строений, сдающих позиции под натиском ветра.
  Риза снова дернула веревки - привязана она была на совесть.
  Она ткнулась лбом в ледяной пол и прикусила губу. Через несколько минут снова раздались шаги.
  - Никаких условий для работы, - пробурчал издалека знакомый голос. - И не взорвешь ведь ничего - потом сам же под этими завалами и сдохнешь... Вы как, живы, госпожа личный помощник нашего любимого фюрера?
  - Жива, - шепнула Риза, переводя дыхание. Шаги приблизились и замерли. Девушка снова попыталась вывернуться, не понимая причин задержки.
  - Освободи меня, - собирая остатки терпения, потребовала она.
  - Ага, - как-то отрешенно пробормотал алхимик. Риза почувствовала движение, потом теплые пальцы скользнули по ее голой спине. Она снова вздрогнула.
  - Ну, ничего себе... - прошептал Кимбли. - Вот, значит, чем развлекался твой папочка...
  - Освободи меня, - повторила Риза, уже проникаясь нехорошим предчувствием, что так просто дело не закончится.
  - Сейчас-сейчас, - тихо пообещал алхимик, и где-то совсем рядом зашелестела бумага. Риза скосила глаза.
  Кимбли опустился рядом с ней на колени и, разложив на полу лист бумаги, чуть щурясь в попытке рассмотреть узор, начал срисовывать остатки татуировки.
  - Зачем тебе это? - с полным сознанием собственной беспомощности прошептала Риза.
  - Видишь ли, милая, - задумчиво начал Кимбли, не переставая шелестеть карандашом по бумаге, - инструкции на твоей спине сделаны в том же стиле, что и преобразовательный круг в пещере. Подозреваю, что твой отец серьезно изучал труды жрецов Ксеркса. И часть пентаграммы, связанную со стихией огня, можно было бы восстановить по вот этим разъяснениям... Если бы они были полными... - Кимбли протянул руку, попытался разгладить кожу на месте ожога, и Риза злобно дернулась под его пальцами. - Слушай... - алхимик вдруг прекратил рисовать и наклонился, заглядывая в лицо невольной спутнице, - до меня ведь только сейчас дошло... Ты же, оказывается, все это время была с Мустангом не потому что любишь его, а просто потому что боишься...
  - Боюсь? - не поняла Риза.
  - Ну, конечно. Это ведь он подпалил тебе спину, - окончательно сообразил Кимбли и даже сочувственно покачал головой.
  - Неправда! - машинально возмутилась девушка. - Это я сама!
  - Что сама? - уточнил Кимбли. - Облила спинку керосином и подожгла? Да брось. Я же вижу... Значит, это Мустанг. Присвоил исследования твоего отца и запугал тебя... Начинаю его уважать...
  - Неправда, - упрямо повторила Риза. - Это я его попросила...
  - Ну, да. Именно так рвущиеся к власти карьеристы и поступают - внушают другим, что те идут на жертвы исключительно по собственному желанию, - не скрывая издевки, согласился Кимбли и поднялся с колен одним легким движением. - Вот и все... Вот и все, майор...
  Раздался хлопок. Риза моментально зажмурилась, ожидая, что сейчас взорвутся кровь и плоть, и она умрет - Багровый алхимик не оставлял свидетелей - но вместо этого веревки ослабли, и девушка оказалась на свободе. Она медленно оперлась на ладони и приподнялась. Кимбли стоял неподалеку, скрестив руки на груди, и не сводил с нее - вдруг ставшего иронично-заинтересованным - взгляда. Она хотела отвернуться, прикрыться, но потом поняла всю бессмысленность стыдобы и, решительно выпрямившись, пошла туда, где валялась ее одежда. Алхимик выразительно приподнял бровь, осмотрев женщину с головы до ног, и уважительно покачал головой в знак одобрения. Оценив то ли внешность, то ли самообладание.
  Риза подняла тряпки - похоже, Корн не захотел терять время на раздевание и просто срезал с нее одежду. Хорошо хоть, целыми остались брюки и шинель. Рубашка, мундир и нижнее белье превратились в лохмотья.
  Риза молча натянула брюки и надела на голое тело шинель. Чуть дальше в проходе валялись ботинки.
  - Ты уж прости, дорогая, - пробормотал Кимбли, не отводя глаз, - но спиной я к тебе не повернусь.
  - Как скажешь, - сухо бросила Риза и осмотрелась в поисках пистолетов. Верное оружие исчезло.
  - В крепость? - невозмутимо поинтересовался алхимик.
  - Возвращаемся, - не менее ровно согласилась Риза.
  До машины они шли рядом, стараясь не упускать друг друга из вида, и, в то же время, не встречаться взглядами.
  
  Глава 13
  
  Встреча началась в недружественной и весьма прохладной во всех отношениях обстановке. Мало того, что редко используемая комната для переговоров была плохо протоплена, все участники мероприятия, мягко говоря, не жаждали видеть друг друга и охотнее бы живенько разбежались по своим делам, если бы не приказ одной весьма серьезной дамы. Которая как раз и ворвалась в переговорную со своим верным адъютантом за левым плечом.
  Риза и Эд уселись по одну сторону стола, Кимбли и присоединившийся к нему Майлз по другую. Во главе встала генерал-лейтенант Оливия Армстронг.
  Окинув собравшихся недобрым взглядом, полюбовавшись на честные глаза готового врать и отпираться Кимбли; непроницаемо-черные стеклышки очков насупленного Майлза; напряженно-серьезную Ризу, которая демонстративно смотрела сквозь Багрового алхимика; и ерзающего в кресле взъерошенного Эда, всем своим видом выражавшего острое желание отсюда свалить, Оливия наклонилась, оперлась о стол ладонями и холодно поинтересовалась:
  - Ну, и кто первым решил создать в военной крепости клуб любителей археологии?
  Вся подотчетная четверка дружно сглотнула и потупилась.
  Оливия прищурилась и начала индивидуальный разбор полетов.
  - Майор Хоукай...
  Риза привычно поднялась и изобразила стойку смирно.
  - Правильно ли я понимаю, что вы намеренно привезли сюда Эдварда Элрика с целью разыскать лабораторию жрецов Ксеркса и действовали за моей спиной по приказу фюрера...
  - Ага! Все претензии к полковнику!.. В смысле, к фюреру, - попытался привычно перевести стрелки Эд, оживившись от внезапной перспективы выбраться сухим из воды.
  - Нет, мэм, - холодно отрезала Риза, и Элрик-старший, не веря услышанному, в отчаянии рухнул обратно в кресло. - Все получилось случайно.
  - Вы случайно согласились на назначение в Бриггс, случайно встретили по пути Эдварда Элрика, случайно заставили провезти его в крепость, случайно помогли ему найти пещеру...
  - Да, мэм, - с закаменевшим лицом повторила Риза. - Все случилось случайно. Хотя в данный момент я могу со всей определенностью заявить, что вопрос связан с государственной безопасностью и, несомненно, должен контролироваться лично фюрером.
  Оливия перевела взгляд на бывшего алхимика:
  - Твоя версия событий?..
  Эд боевито вскинул голову и с вызовом уставился на Снежную королеву.
  - Я приехал в Бриггс, чтобы найти древнюю лабораторию и чертеж преобразовательного круга, который вернет мне мою алхимию. Вы это хотели услышать?
  Оливия чуть задумалась.
  - Судя по тому, что рассказал мне Майлз, этот твой круг сделает алхимиком любого человека, и многократно усилит возможности действующего алхимика...
  - Да, - неохотно признал Эд, кидая мрачный взгляд на военного.
  Не сводя глаз с Элрика-старшего, Оливия медленно продолжила:
  - А если повторить воздействие круга на алхимика повторно, его силы снова возрастут, или существуют ограничения на количество воздействий?
  Вся четверка с нескрываемым изумлением уставилась на Снежную королеву. Очевидно, мысль использовать круг повторно до сих пор никому в голову не приходила.
  - Если это возможно... это просто... - потрясенно начал Эд.
  - Это всемогущество... - тихо сказал Кимбли.
  - Любой круг работает на равноценном обмене, - упрямо напомнила Риза. - Даже за первое преобразование придется заплатить. Просто мы пока не знаем, чем.
  - А может быть, древние уже заплатили? - не сдался Багровый, и Эд, в кои-то веки, согласно закивал в ответ на его слова. - Заранее, за формулу круга? Может, это как с философским камнем - можно пользоваться, ничего не отдавая взамен...
  Эд разом замер и побледнел, а Риза покачала головой:
  - И сколько жизней может стоить такой круг?
  - Да какая разница, если платить не нам?! - возмутился Багровый.
  Девушка подалась вперед и уперлась ладонями о стол.
  - Всемогущества захотелось? Или в Ишваре мало удовольствия получил? Хочешь продолжить?
  Кимбли взлетел из кресла и, отзеркалив позу Ризы, едва не ткнулся в нее лбом:
  - Да я наводил порядок за всех вас, пока вы терзались муками совести!
  - В отличие от тебя, у нас она была!
  - Вы убивали, терзаясь, а я - нет. В чем между нами разница?
  - Хватит! - приказала Оливия, грохнув кулаком о стол. - Значит, одному мало того, что он имеет, и он хочет всемогущества; другой мечтает вернуть себе способность делать все, не прикладывая особых усилий; а третья переживает, что найдется управа на бросившего ее мужика, в которого она до сих пор влюблена, - Кимбли, Эд и Риза разом возмущенно открыли рты. Майлз сидел неподвижно, невозмутимо глядя в стенку перед собой, судя по положению очков. - Как я понимаю, помешать вам продолжить поиски круга теперь можно только пристрелив или прирезав... - продолжила Оливия.
  Троица переглянулась и замерла, не уверенная в безопасном ответе.
  - Ладно, - Оливия сложила руки на груди и, откинув свалившуюся на глаз челку, с недобрым прищуром уставилась в стол. - Так что у нас дальше на повестке дня? Помчитесь за вашим алхимиком, или будете искать лабораторию?
  Кимбли и Эд посмотрели друг на друга и очевидно раскрывать свои планы прилюдно отказались.
  Ризе промолчать помешало чувство ответственности:
  - Полагаю, наш алхимик и сам сейчас едет искать южную лабораторию. Круг у него неполный. Нужна дополнительная информация.
  Кимбли хитровато прищурился на девушку и скривил губы в многозначительной усмешке.
  - Я прошу разрешения отпустить меня с Эдом на юг, на поиск лаборатории, - невозмутимо продолжила Риза, делая вид, что не замечает мимику Багрового, и Кимбли чуть не охнул. - Это дело государственной важности, связанное с алхимией. Думаю, у меня достаточно опыта, чтобы взять подобное расследование на себя, а у Эда достаточно знаний, чтобы найти лабораторию...
  - Кстати о лаборатории, - Оливия склонила голову, и длинные светлые пряди скрыли ее глаза. - Где именно вы ее собираетесь искать?
  Эд открыл было рот, но, напоровшись на жадный взгляд Багрового, тут же поджал губы, плюхнулся в кресло и раскинулся в нем по-мустанговски вальяжно, с вызовом глядя на взрослых.
  - На юге, - сообщил он. - Больше ничего не скажу.
  - Прямое неподчинение приказу, - радостно настучал Кимбли вышестоящему руководству.
  - Я не военный, я здесь никому не подчиняюсь, - буркнул Эд.
  - И приказа не было, - вмешалась педантичная Риза.
  - Ты в военной крепости. Здесь все подчиняются генерал-лейтенанту. И любое ее слово - приказ, - отрезал Кимбли.
  - Я - гражданский. Военные должны меня защищать.
  - Непременно! - азартно согласился Кимбли. - Вот посадим тебя в камеру под замок, под защиту. И будешь сидеть, пока не расскажешь...
  - Делаем вот что, - внезапно вмешалась Оливия, и все уставились на нее. - Я согласна, что речь идет о государственной безопасности и сделать вид, что ничего не произошло, не могу. Я разрешаю вам, майор Хоукай, и тебе, Эдвард, покинуть крепость, чтобы найти вторую лабораторию и алхимика. Но сопровождать вас будет мой личный адъютант, майор Майлз. Которому вы двое и будете подчиняться.
  Майлз чуть вздернул брови от удивления, но тут же снова надел маску невозмутимости.
  В отличие от приятеля, Кимбли откровенно опешил и даже не нашел в себе силы это скрыть.
  - Чего?! А я?!
  Оливия подняла на алхимика заледеневшие голубые глаза.
  - А тебе никогда не было дела до моих приказов. Поэтому поступай, как знаешь. Хочешь - оставайся. Хочешь - катись отсюда, только в одиночку, - отрезала генерал-лейтенант, выпрямляясь. - Вы, ребята, берите машину. Отъезд завтра утром. Майлз, с тебя по пути отчеты.
  - Да, мэм, - тут же вскочил, салютуя, ишварит.
  Оливия широким шагом вышла из переговорной - Кимбли проводил ее растерянным взглядом. Воцарилась тишина.
  - Ну, что, - взял инициативу в свои руки назначенный старшим Майлз. - Отправляемся завтра в семь. Машину и припасы нам подготовят. Встречаемся внизу, у ворот, - ишварит коротко отсалютовал Ризе и уже собрался выходить, когда вслед дернулся Кимбли:
  - А я как же? - завелся он.
  Майлз с невозмутимым лицом обернулся и пожал плечами.
  - Тебе же сказали: делай, что хочешь.
  - Ищи-ищи, - с нехорошей улыбочкой ехидно посоветовал Эд, поднимаясь и засовывая руки в карманы любимых кожаных штанов. - Юг большой...
  Кимбли поджал губы, прищурился и решительно прошагал в коридор.
  
  
  Не сказать, чтобы для Оливии это стало сюрпризом. Дело шло к полуночи, она лежала в кровати, опершись о подушки, разложив на коленях карту, которую сама могла бы нарисовать с закрытыми глазами, и вновь и вновь перебирала сообщения разведчиков, пытаясь сопоставить информацию. Затишье последних недель не могло не радовать, и имело под собой вполне логичное объяснение - Зольф Кимбли от души помог разведчикам организовать несколько диверсий на вражеской территории, и правитель Дхармы наконец-то решил не добивать армию потерями на южной границе. Хотя, с таким же успехом можно было предположить, что взбешенные гибелью солдат, военные Дхармы решили подождать, пока крепость уверует в капитуляцию врага, и тогда уже нанести удар там, где никто не ждет.
  А сюрпризов в военном деле Оливия очень не любила.
  В дверь осторожно постучали. Генерал-лейтенант тяжело вздохнула и молча покачала головой. Стук повторился. Через несколько секунд дверь аккуратно приоткрылась - Оливия никогда не запирала ее, чувствуя себя в безопасности в крепости и не сомневаясь, что никому из ее подчиненных не придет в голову без повода врываться в ее жилище.
  Кимбли скользнул в комнату, прикрыл дверь за спиной и прислонился к ней, в полумраке внимательно глядя на женщину.
  - Что пришел? - неласково поинтересовалась она.
  - Нам нужно поговорить.
  Оливия демонстративно плюхнула рядом с собой стопку бумаг, устроилась на подушках повыше и сложила руки на груди.
  - Говори, - предложила она.
  Кимбли сглотнул, стараясь не смотреть в разрез ночной рубашки, но взгляд, как назло, попадал именно туда.
  - Слушай... я понимаю, что обещал не выходить из твоего особняка в Централе...
  Оливия невозмутимо кивнула.
  - Я понимаю, что не сдержался, и по моей вине сгорел архив...
  Кивок повторился.
  - Я понимаю, что должен был рассказать тебе об алхимике и круге...
  Оливия, откровенно начиная скучать, склонила голову на бок и тяжело вздохнула. Не дождавшись ответа после длинной паузы, Кимбли, чувствуя, что начинает срываться, рыкнул:
  - Ну, дурак я, и что? Что теперь ты от меня хочешь?
  - Я? От тебя? Ничего, - отрезала Оливия. - В данный момент это ты кое-что хочешь от меня. И только поэтому сюда пришел, верно? Ждешь, что после ночи с тобой я прикажу Майлзу взять тебя в команду?
  Кимбли набрал полную грудь воздуха, собираясь запротестовать, но вдруг понял, что женщина не так уж далека от истины. Хотя дело было не только в этом...
  - Я люблю тебя... - вдруг выдал Кимбли, опуская глаза и сжимая кулаки.
  - Да неужели? - с нескрываемым сомнением протянула Оливия. - Значит, до такой степени хочется найти круг, что готов в ногах валяться.
  - Дура! - рыкнул Кимбли, взбесившись, что его намерения истолковали именно так, и в два широких шага оказался на постели, рядом с ней.
  - Люблю тебя, - прошептал он, наваливаясь на Оливию, впиваясь в теплые губы, зарываясь ладонями в шелковистые волосы. - Люблю...
  Он целовал ее шею, плечи, ключицы, жадно мял грудь под тонкой тканью ночной рубашки. За прошедшие две недели он до трясучки истосковался по ее телу, ее запаху, и, дорвавшись, разом ощутил, как давят штаны. Впору было не терять время на прелюдии, тут же раздеться и довести любимую женщину до оргазма быстро, жестко - за прошедшие годы он научился и так. Потом повторить. Потом остаться у нее до утра, и...
  Оливия лежала как каменная, глядя в пространство перед собой и не пытаясь ни обнять, ни оттолкнуть его.
  Тяжело дышащий Кимбли с трудом оторвался от женщины. Вдолбиться сейчас в Оливию вот так, без ее желания, означало бы конец отношений. Раз и навсегда.
  В промежности все горело.
  - Я люблю тебя, - снова шепнул Кимбли ей в губы. - Ну, клянусь, люблю, - и, похоже, по ледяной стене пошли трещины, потому что в глазах Оливии что-то изменилось. Она впервые перевела взгляд на него и посмотрела, как раньше. Пока еще не как женщина на мужчину. Но хотя бы как один человек на другого.
  - Я плохо верю в подобные совпадения, - тихо сказала она. - Ты выбрал неподходящее время для признаний.
  - Я хочу быть рядом с тобой, - выдохнул Кимбли, сам пугаясь собственной откровенности. - Хочу помогать тебе, хочу, чтобы ты жить без меня не могла. Чтобы за любой помощью ты бросалась только ко мне...
  - Дурачок... - тихо и задумчиво мурлыкнула Оливия, впервые протягивая руку и гладя Кимбли по колючей к вечеру щеке. - Мы живем так уже три года. Зачем тебе какой-то мифический круг?
  "Чтобы добыть тебе подарочек на день рождения", - так и вертелось на языке, и Кимбли уже даже открыл было рот, чтобы ответить, но спохватился и замолчал. И Оливия разом почувствовала недоговорку. В голубых глазах снова сверкнул лед.
  - Пошел вон, - приказала она, отталкивая алхимика. - Я устала от твоего вранья. Хочешь ехать с ними - скажи, что я разрешила. Только учти одно... - Оливия вдруг приподнялась, схватила Кимбли за ворот рубашки и притянула поближе. - Если из-за тебя что-нибудь случится с Майлзом, я везде тебя найду. И прикончу. Лично. Даже если ты станешь всемогущим после твоего долбаного круга.
  - Оливия... - Кимбли заглянул в горящие льдом глаза, снова едва не сорвался на рассказ о том, зачем же ищет этот дурацкий круг, как вдруг замер, тупо уставившись на женщину.
  Ему впервые пришло в голову, что Оливия права. Что круг он ищет не ради подарка, а исключительно ради себя. Чтобы обрести большее могущество. Чтобы стать сильнее ее. И черт с ними, с Мустангом и с Аместрисом. Он хочет быть над ней, а не просто помогать и поддерживать. Кимбли изумленно уставился на Оливию.
  - Дошло? - вдруг с пониманием спросила она и холодно добавила: - Не надейся, что справишься со мной после твоего круга. Твоей дрессированной собачкой я не стану никогда. И все твои слабые места я знаю лучше, чем ты сам. Даже не пытайся меня подмять.
  Кимбли тупо смотрел на нее.
  - Понял? - уточнила Оливия. - Тогда пошел вон.
  Алхимик слез с кровати. Уже у двери он обернулся.
  Оливия сидела на постели - такая светлая и хрупкая с виду. Женщина, которая руководила обороной самой опасной границы Аместриса, вызывала страх у Штабного генералитета и в одиночку могла справиться с гомункулом.
  Женщина, которая ни за что бы не стала игрушкой в руках пусть даже самого могущественного алхимика страны...
  "Это вам не Хоукай..." - печально констатировал Кимбли.
  - Я вернусь, - пообещал он. - Я стану сильнее Мустанга и вернусь. И тогда мы решим, что будем делать дальше.
  - Пошел вон, - повторила Оливия.
  Кимбли вышел из спальни, лопатками чувствуя ледяной взгляд Снежной королевы.
  
  Глава 14
  
  Как оказалось, три человека, весь день сменяющие друг друга за рулем, вполне могли добраться до Ишвара на авто быстрее, чем на поезде. Эд, так и не удосужившийся научиться водить машину, восседал на заднем сидении мрачнее тучи и периодически подгонял своих взрослых спутников, чем за четыре дня пути довел до зубовного скрежета даже Ризу. Хотя причина спешки была ясна без вопросов - мало того, что хотелось побыстрее найти лабораторию, так еще и требовалось время разобраться в ее содержимом, а конкурент по имени полковник Корн тоже расслабляться не собирался, - поэтому, не считая коротких ночевок на постоялых дворах у дороги, машина непрерывно мчалась на юг.
  Терпеливый военный джипчик так и пилил бодренько по грунтовке, когда Эд, уже привычно устроившийся на заднем сидении, вдруг положил ладонь на плечо сидящего за рулем Майлза, привлекая внимание, и с явно наигранным безразличием сообщил:
  - А на следующем перекрестке нам направо...
  Майлз несколько секунд раздумывал, потом решительно затормозил на обочине, дотянулся до лежащей под лобовым стеклом карты и внимательно изучил дорогу.
  - Мы едем на юг? Или у нас другие цели? - уточнил он. - Потому что Ишвар прямо, а направо будет Ризенбург...
  - О-о... - протянул Кимбли и для выразительности протяжно присвистнул. - А я-то думал, чего-о ради мы так гоним...
  Майлз вопросительно посмотрел на приятеля.
  - Наш бывший алхимик в процессе обретения всемогущества еще хочет успеть метнуться на свидание, - сообщил Кимбли, поигрывая шляпой. - У него в Ризенбурге пассия... Эдакая роскошная блондиночка... Ты же должен ее помнить...
  - Уинри тебе не блондиночка! - негодующе рыкнул Эд. - И вовсе это не свидание! - Элрик-старший помедлил и неохотно признался: - На юге у меня начинает барахлить автоброня - мелкий песок забивается. Уинри наверняка что-нибудь придумает...
  - А! Значит, ты к ней исключительно в деловых целях, ради автоброни... - поглядывая на Эда в зеркало заднего вида, с ехидцей протянул Кимбли.
  - Ну, само собой! Стал бы я... - повелся на подначку Эд и прикусил язык под мрачным взглядом Ризы. - Да не твое дело!
  Лежавший в ногах у Ризы Хайяте недовольно заворчал, чувствуя, как обстановка начинает накаляться.
  - Не мое, разумеется... - промурлыкал Кимбли. - Просто я-то думал, что у тебя к Уинри чувства...
  - Ладно, хватит! - прервал разборку Майлз, выжимая сцепление и снова включая передачу. - Эд, на сколько нам придется задержаться?
  - Да не больше, чем на день, - пообещал бывший алхимик, подозрительно косясь на Багрового.
  Майлз кивнул, и машина послушно свернула направо.
  Чем ближе становился Ризенбург, тем сильнее нервничал Эд. Кимбли щурился, бросал ехидные взгляды в зеркало заднего вида и порывался поязвить, но сдерживался под мрачным взглядом Майлза. Риза молчала, но хмурилась.
  Когда на горизонте появилась знакомая крыша, Эд вытер о плащ потные ладони и вздохнул, словно перед восхождением на эшафот.
  Автомобиль затормозил у калитки. Бывший алхимик медленно выбрался из машины, покаянно ступил на тропинку к дому, и в этот момент, словно по-волшебству, дверь открылась, на улицу выбежала поджарая собака с автопротезом вместо лапы, а следом на крыльце возникла блондинка в рабочем костюме с растрепанной шевелюрой, косо подвязанной платком. Ее взгляд скользнул по машине, по Эду, по... Девушка замерла, потрясенно уставилась на гостя, голубые глаза широко распахнулись.
  - Уин... - хрипло начал Эд, поперхнулся и закашлялся. Но Уинри помедлила лишь секунду, а потом спрыгнула с крыльца и помчалась к калитке. Элрик не успел сделать и шага, подруга детства обхватила его за шею, прижалась и, задыхаясь от волнения, неверяще уставилась в золотые глаза.
  - Привет... - шепнул Эд, замирая. Уинри кивнула, не сводя взгляда с родного лица, словно боясь, что перед ней призрак, который вот-вот исчезнет. Пара несколько секунд нерешительно смотрела друг на друга, потом Элрик ожил, приобнял подругу, сначала робко и легко, а потом все увереннее и крепче, и, наконец, глубоко вздохнув, словно перед прыжком на глубину, наклонился и прижался к теплым мягким губам. Уинри закрыла глаза и отдалась поцелую.
  Старшие товарищи, выбравшиеся к тому времени из машины, среагировали по-разному. Майлз демонстративно повернулся к влюбленным спиной и от души потянулся; Риза любовалась парочкой с теплой улыбкой; Кимбли смотрел внимательно, щурился и задумчиво поигрывал шляпой.
  Через несколько секунд Уинри неохотно оторвалась от Эда, открыла глаза и смущенно ткнулась лбом ему в плечо. Эд заулыбался и прижал к себе девушку уже совсем по-хозяйски.
  - Я уже начала думать, что ты никогда не вернешься, - шепнула Уинри.
  - Ну, вот еще, - фыркнул Эд, ловя понимающий взгляд Ризы и улыбаясь еще шире. - Мы же с тобой договорились - равноценный обмен. Ты мне отдала половинку себя. А я обещал тебе отдать половинку меня. Как же я мог не вернуться...
  - Ты ей лучше автоброню отдай! - прикрикнул Кимбли, нарушая идиллию, и Уинри вскинула голову, через плечо приятеля впервые рассматривая незваных гостей. Она улыбнулась Ризе, кивнула Майлзу и охнула, судорожно вцепившись в плащ Эда, завидев третьего визитера.
  - Это же...
  - Здравствуйте, прекрасная леди, - шаркнул ножкой Кимбли, склоняясь в изысканном поклоне и бросая на девушку насмешливый взгляд из-под свисающих на лицо прядей. - С момента нашей встречи вы похорошели несказанно...
  - Это и правда Кимбли. Он живой, - хмуро пояснил Эд, успокаивающе кивая подруге. - Но не переживай. Все под контролем.
  - Под контролем - под контролем, - охотно согласился Кимбли, без дальнейших церемоний заходя во двор, снимая одну ладонь Уинри с плеча Эда и припадая к ней долгим поцелуем. Уинри на несколько секунд замешкалась, а потом решительно вытянула пальцы из хватки Багрового.
  - Привет! - вмешалась Риза, торопясь разрядить ситуацию. - Давно не виделись. Как ты? Девушка мимолетно улыбнулась и снова с подозрением уставилась на Кимбли.
  - Мы, собственно, дорогая моя, - невозмутимо продолжил Зольф, игнорируя мрачный взгляд подошедшего Майлза, - по признанию этого молодого человека, - алхимик кивнул на Элрика, мигом почувствовавшего приближение неприятностей и крепче прижавшего к себе Уинри, - приехали сюда вовсе не ради вас лично. Что меня, должен вас уверить, несказанно удивило... - Кимбли встретился взглядом с Уинри, и девушка на несколько секунд поняла, что чувствует жертва удава, направляясь прямо в пасть к собственной смерти. - А исключительно ради ваших талантов механика автоброни. Эду нужно что-то поправить в ноге. И лишь только вы закончите, мы незамедлительно проследуем дальше...
  Риза тяжело вздохнула и, решительно отпихнув плечом Кимбли, встала между ним и Уинри.
  Девушка стряхнула с себя оцепенение и перевела недоверчивый взгляд на Эда.
  - Ты... правда... сразу уедешь...
  - Я уеду, но тут же вернусь! - заторопился Эд, для убедительности прижимая ладони к сердцу. - Вот клянусь тебе! Сразу...
  - И ты приехал только из-за автоброни? - уточнила Уинри, по всей видимости, уже не ожидая ответа, а просто констатируя факт.
  - Уинри! Да ты что? Это он...
  - Знай ты автомеханика получше, ты бы не вернулся? - девушка уперла руки в бока и сделала широкий шаг на Эда. Тот попятился. Взгляд голубых глаз заметно потемнел. - Так тебе, значит, только автоброню отрегулировать? - продолжила Уинри, коротким жестом показав, что не желает слушать открывшую было рот Ризу.
  - Да не так это! Я, правда, уеду, но...
  - Ах, ты уедешь! Да я тебя!..
  - Ты все не так поняла! - взвизгнул Эд, разворачиваясь и со всех ног припуская по двору.
  - Да мне и гаечный ключ не нужен, чтобы тебя прибить! - заорала Уинри, бросаясь в погоню. Эд со скоростью, которой позавидовал бы любой призовой скакун, обогнул колодец, снова свернул к дому и зайцем с земли заскочил на верхнюю ступеньку крыльца. Там он споткнулся о коврик и с отчаянным воплем кубарем вкатился в коридор. Карающая длань не заставила себя ждать. Гаечный ключ все-таки нашелся в кармане брюк Уинри и умчался в коридор, пущенный верной рукой хозяйки. Судя по воплю, оружие нашло свою цель, а следом в дом взбешенным ураганом ворвалась Уинри.
  - Вот она, любовь... - задумчиво протянул Кимбли, прислушиваясь к крикам и грохоту.
  - Скотина ты, все-таки, - буркнула Риза, мрачно осматривая алхимика. - И с ишварской войны не изменился.
  - А он, значит, у нас молодец! - наигранно возмутился Кимбли. - На несколько лет бросил любимую девушку, шатался незнамо где, незнамо с кем... Причем среди этих "с кем" наверняка были женщины...
  - Не вздумай ей это повторить! - рыкнула Риза, едва не ощериваясь.
  - Молчу, - деликатно согласился Кимбли, но тут же продолжил наезд. - Потом вернулся на полдня и снова сваливает. Он, значит, не скотина, а я...
  - Эд нам нужен, - убеждая то ли себя, то ли собеседника, напомнила девушка. - Он знает, где лаборатория. От того, кто первым найдет схему круга, может зависеть судьба всего Аместриса...
  - И одного Роя Мустанга, - невозмутимо закончил Кимбли и с наигранным расстройством развел руками: - Странные вы, женщины. Он тебя бросает ради брака, соответствующего его высокому положению, а ты рискуешь собой, чтобы обезопасить его правление. Вот эту красотку бросает приятель, которому лениво впахивать, как простому смертному, а все хочется получать легким движением ладоней, а она наверняка тоже его простит и кинется ремонтировать ему автоброню... Это просто мазохизм какой-то.
  - Ты когда-нибудь любил? - холодно поинтересовалась Риза и, не дав собеседнику ответить, тут же поправилась: - Нет, прости, глупый вопрос. Конечно, нет. Но, может, хотя бы тебя любили?
  Темные глаза Кимбли стали совсем черными и ледяными.
  - Послушай-ка, дорогая...
  - Кажется, затихает... - заметил Майлз, вглядываясь в проем открытой двери.
  В доме действительно стало значительно тише.
  - Милые бранятся - только тешатся, - буркнул Кимбли, не желая продолжать спор.
  - Я не закончила, - повысила голос Риза, заступая Багровому дорогу. - Ты не задумывался, сколько раз Оливия прощала тебе твои выходки? Я наслушалась в крепости...
  - Чего? - изумился Кимбли. - А ну-ка...
  - Брейк! Оба! - скомандовал Майлз, раздвигая спорящих по разные стороны тропинки и подталкивая Багрового к крыльцу. - Под душ и отдыхать. Если узнаю, что сцепились, не спасет ни алхимия, ни фюрер. Закрыли тему.
  Кимбли напоследок кинул еще один недобрый взгляд на Ризу и решительно прошагал в дом, бурча что-то себе под нос.
  Риза обернулась к машине. На поляне перед забором Хайяте радостно подпрыгивал вокруг подруги и пытался шлепнуть ее лапой по загривку. Дэн довольно виляла хвостом и припадала на передние лапы.
  - Ну, хоть у кого-то личная жизнь складывается, - вздохнула девушка и тоже направилась в дом.
  
  
  Уинри сидела на крыльце, размазывая по щекам слезы. Свет в доме давно погас, и автомеханик тихо всхлипывала в полной темноте под пение цикад.
  - Уснул твой прекрасный принц? - участливо поинтересовался мужской голос за спиной, и девушка вздрогнула, резко поднимая голову. В черноте дверного проема выделялся белый костюмчик Кимбли.
  - Я сменила смазку в автопротезе и поправила кое-какие настройки, - тихо сказала Уинри. - Процедура неприятная, а обезболивающее давать нельзя. Эд отключился сразу же после того, как я закончила.
  Кимбли кивнул и уселся на ступеньку рядышком.
  - Он тебе все рассказал?
  Уинри невесело усмехнулась.
  - Не знаю, что вы имеете в виду под "все". Похоже, у вас готова своя версия событий...
  - Ну, вряд ли Эд стал бы тебя обманывать, - пожал плечами Кимбли, и Уинри покосилась на алхимика с легким удивлением.
  - Днем вы, кажется, его не защищали. Скорее наоборот...
  - Да ладно... - Кимбли закатил глаза и демонстративно развел руками. - Просто не понимаю я его. Мальчишка еще. Дурачок. Будь у меня такая девушка, как ты, жди она меня несколько лет, я бы плюнул на все эти поиски и примчался к ней. Если бы любил ее, конечно...
  Уинри чуть нахмурила брови и задумчиво посмотрела на мужчину.
  - Так вы бы отказались от возможности вернуть себе алхимию ради любимой женщины?
  - А то! - с подкупающей уверенностью подтвердил Кимбли.
  Уинри положила подбородок на ладони и уставилась в темноту. Багровый выдержал паузу и снова пожал плечами.
  - Но, с другой стороны, если алхимия важнее, конечно не жаль и жизнь потратить ради того, чтобы ее вернуть.
  Уинри нахмурилась сильнее и упрямо помотала головой.
  Кимбли выразительно вздохнул, полюбовался звездным небом и настойчиво продолжил:
  - Не хочу тебя огорчать, но никто не знает, сколько еще мы будем искать эту схему преобразовательного круга. Прости меня за прямоту, но если бы Эд не хотел расставаться с тобой, объяснил бы Ризе, где находится эта дурацкая лаборатория - Ризе-то он доверяет - и спокойно остался в Ризенбурге, пока не выяснится, можно ли снова собрать преобразовательный круг. Но нет! - Кимбли чуть повысил голос, поддав трагизма и сам начиная проникаться возмутительным поведением старшего из братьев Элриков. - Ему дела нет до переживаний подруги детства, которую он бросил. Ему лишь бы мотаться где-нибудь, любоваться на красивых южных женщин...
  - Что? - не сразу поняла намек Уинри и уже с откровенным изумлением уставилась на Кимбли.
  - А ты что думала, за эти три года у него никого не было? - алхимик даже фыркнул. - Чтобы молодой парень жил мечтой об оставленной в захолустной деревеньке подруге? Да брось! Вот уж не поверю...
  Девушка несколько секунд сидела неподвижно, а потом тяжело перевела дыхание.
  - Зачем вы мне все это говорите?
  - А затем, наивная моя, - охотно продолжил Кимбли, наклоняясь так близко, что Уинри ощутила на губах его дыхание, - что если этот парень завтра отсюда уедет, считай, ты его потеряла. А ты еще можешь заставить его остаться. Пусть он скажет Ризе, где лаборатория, и спокойно дождется рядом с тобой, пока мы ее найдем. Предъяви ему ультиматум. Или он останется, или потеряет тебя. Если он действительно любит - плюнет на свои поиски.
  - Я... - Уинри растерянно замолчала.
  - Послушай взрослого, неглупого человека, - ласково продолжил Кимбли. - В твоем возрасте тебе давно пора замуж. Ты ведь хочешь, чтобы рядом был мужчина... сильный, ласковый... - Багровый протянул руку, словно ненароком скользнув пальцами по предплечью девушки, по ключице, и осторожно провел тыльной стороной ладони по шее, то ли щекоча и лаская, то ли просто легонько поддергивая девушку за подбородок. Уинри замерла, опасаясь прикосновения, но еще не видя повода давать резкий отпор.
  - Ты ведь хочешь, чтобы мужчина, которого ты любишь, был всегда рядом? - продолжил мурлыкать Кимбли, наклоняясь ближе, приобнимая, тихонько подтягивая к себе. От него пахло какой-то горьковатой туалетной водой. Уинри сжалась, готовясь сорваться, напряглась... и алхимик тут же убрал руки. - Прости... - Кимбли покачал головой. - Прости, если испугал... Я ничего тебе не сделаю.
  Уинри с трудом перевела дыхание и расслабилась, прислушиваясь к странным ощущениям, которые вызвали в теле прикосновения. Алхимик оценил реакцию, хитровато прищурился в темноте, снова наклонился поближе и одними губами прошептал:
  - Ты ведь знаешь, как это бывает?
  Уинри снова замерла.
  - Не бойся... - шепнул Кимбли. - Я просто хочу тебе показать...
  Он погладил ее по голове, словно пробуя на ощупь шелковистые волосы. Пальцы потянулись под них, легли на шею, словно затекли под воротник комбинезона. Пытаясь избавиться от этой - не сказать, чтобы неприятной, но непрошенной - хватки, Уинри откинула голову назад, и, сама того не ожидая, вдруг потерлась затылком о мужскую руку. Кимбли каким-то коротким, кошачьим движением переместился ближе и поцеловал ее. Совсем не так, как боялась Уинри, мысленно уже приняв решение сорваться и сбежать, лишь только губы мужчины коснутся ее губ. Кимбли поцеловал ее в шею, поближе к уху. Сначала легко, едва касаясь нежной кожи, а потом жадно, прикусывая и словно впиваясь. Уинри только испуганно хватала воздух и пыталась разобраться в нахлынувших на нее странных ощущениях.
  - Ты ведь хочешь быть единственной любимой? - жарко прошептал алхимик, опытными пальцами незаметно расстегивая пуговицы комбинезона и опуская ладонь ниже, на грудь, другой рукой одновременно поглаживая шею блондинки. - Чтобы по вечерам мужчина приходил в твою комнату и ласкал тебя вот так...
  Кимбли вскинул голову и наконец-то дорвался до теплых губ. Умелый язык легко проник в горячее пространство, погладил, подразнил, поиграл. Уинри послушно приоткрыла рот, чуть подрагивающими пальцами вцепившись в доски крыльца. На очередную ласку все ее тело отозвалось неожиданно бурно. Сердце сладко ухнуло куда-то в пропасть, а внизу живота что-то забилось пульсирующим горячим комком, заставляя сжиматься в унисон его ударам все мышцы.
  Кимбли снова начал целовать ее шею, жадно, грубо, с каждым разом опускаясь чуть ниже, расстегнув комбинезон уже до пояса.
  Уинри содрогалась от каждого поцелуя. Сердце ее сейчас стучало даже быстрее, чем в момент, когда она увидела Эда. Багровый что-то успокаивающе шептал ей в грудь и целовал, прикусывал, облизывал. Сильные, но нежные ладони гладили живот, спускались вниз, туда, откуда по всему телу разливалось странное тянущее чувство, от которого становилось восхитительно и страшно одновременно. Хотелось то отдаться подступающему жаркому ощущению, то сорваться, закричать, сбежать, пока этот сильный, опытный мужчина не сделал что-то, что... Но сил на побег с каждой секундой оставалось все меньше. Уинри крепко зажмурилась, положила ладони на плечи алхимика, еще не понимая, хочет его оттолкнуть или прижать к себе сильнее, когда вдруг сзади раздалось громкое и четкое:
  - Хватит посиделок. Завтра рано вставать.
  Кимбли замер, с трудом перевел дыхание и вполголоса выругался. Перепуганная Уинри выскользнула из-под мужчины и, торопливо запахивая комбинезон, метнулась в дом, мимо стоявшего на верхней ступеньке крыльца ишварита.
  - А ты все-таки скотина, - Майлз привалился к притолоке и скептически осмотрел приятеля.
  - Да что вы все меня скотиной называете! - вызверился Кимбли, прикидывая, не пойти ли под холодный душ. - Да я не собирался ее тут раскладывать! Мне нужно было просто завести девочку, чтобы она поняла, что теряет, пока этот ее красавец болтается по миру. Должна же она заставить его остаться...
  - Думаешь, со мной и Ризой тебе справиться будет легче, чем с нами тремя?
  - Слушай, Майлз...
  - Слушай, Зольф... Ты теряешь голову с этим кругом. И мальчишка тоже. Только мальчишку я понять могу - он из всесильного алхимика стал обычным беспомощным человечком. А вот тебя что разобрало? Твое искусство при тебе. Ты сейчас вполне мог бы проводить время с Оливией, помогая ей разносить патрули Драхмы. Зачем тебе этот круг?
  Кимбли упрямо поджал губы и отвернулся.
  - Вот что, оставь девчонку в покое. Детишки без тебя отношения выяснят. Увижу тебя завтра с Уинри, ни в какой Ишвар ты не поедешь, потому что ближайшие полгода проведешь на больничной койке. Имей в виду, с нами тремя одновременно ты не справишься, как ни старайся...
  Майлз развернулся и скрылся в темноте коридора. Кимбли помрачнел и остался сидеть на крыльце, подперев подбородок ладонью.
  
  Глава 15
  
  Поезд заметно сбросил скорость, за окном появилась платформа, заполненная военными, и состав окончательно затормозил.
  - Фюрер, я бы рекомендовал вам задернуть занавески, - прозвучало за спиной, и Мустанг, понаблюдав, как под окном вагона, словно по волшебству, материализовались часовые, покорно задвинул ткань.
  Вот и все. Аэруго осталось позади. Поезд сделал первую остановку на территории родного Аместриса.
  - Мы простоим часа два - пополним запасы и двинемся к Ишвару... Там сгрузим бронетехнику и пройдемся маршем по городу. Никаких военных действий, просто устрашающая акция. И вернемся в Централ.
  Мустанг обернулся.
  Старые коллеги Груммана, генералы Хиен и Сенден, замшелая гвардия Аместриса, вольготно расположились на широком диване в гостиной личного вагона фюрера и расслабленно потягивали аэругское бренди. Готовить крепкий напиток в южной стране научились виртуозно.
  - Что сообщает разведка? - скорее для проформы спросил Мустанг, заранее предвидя ответ.
  Генерал Хиен всем видом выразил вселенскую озабоченность.
  - Плохие, очень плохие новости. В Ишваре явно зреет новое восстание...
  - Почему новое? - не сдержался Мустанг. - Если не ошибаюсь, в прошлый раз, как оказалось, там ничего не зрело...
  Оба генерала разом помрачнели, как обычно, когда фюрер пытался поставить под сомнение их слова и выводы, а алхимик снова выругал себя за детское желание хотя бы кольнуть ненавистное окружение за невозможностью от него избавиться.
  - Осмелюсь напомнить, фюрер, мы не жаждем повторения ишварских событий, - сдержанно сообщил Сенден. - Мы ведь тоже помним, как это было...
  Ну, да. Конечно, помнят. Оба военных уже тогда поняли, что на передовой карьеру не сделаешь, а жизни лишишься, и, благо связи в Штабе позволяли, возглавили переброску припасов и техники из Централа к Ишвару. Что позволило им потом сделать неплохую карьеру военных экономистов при Кинге Бредли, а следом и оказаться в правительстве Груммана. Которое, по совету почившего предшественника, в свое время не рискнул распустить оказавшийся у власти Огненный алхимик, о чем сейчас он сожалел денно и нощно. Тогда ему казалось, что неизменность правительства гарантировала стране стабильность. Сейчас он понимал, какую глупость сотворил. Покладистость приняли за слабость, неконфликтность за нерешительность, и за прошедший год стоящий у власти генералитет связал фюрера по рукам и ногам, лишив его контактов со старой командой и снабжая лишь той информацией, которую считал нужным предоставить. Мустанг начал всей шкурой ощущать, что такое править и не иметь возможности отдать ни одного приказа. И не понимать, что на самом деле творится в стране.
  -...у нас нет оснований не доверять нашим агентам, - закончил Сенден, и Мустанг понял, что, задумавшись, прозевал всю речь генерала. Впрочем, вряд ли стоило ожидать от Сендена чего-то, выходящего за рамки его обычных сказок о жизни.
  - Это, случайно, не те же агенты, которые сообщили нам, что в Аэруго огромнейшие запасы железной руды... - все же не сдержался алхимик, поддав в голос яда.
  - Давайте уже забудем эту историю, фюрер, - Хиен примирительно заулыбался и развел руками. - С кем не бывает? Мы же отказались от подготовки к свадебной церемонии сразу, лишь только поняли ошибку.
  - Да уж, спасибо за сюрприз, - мрачно буркнул Мустанг. - Надеюсь, в следующий раз, когда захотите меня женить, предупредите заранее.
  - Послушайте старого, опытного политика, - с отеческой нежностью, от которой хотелось надеть перчатку и щелкнуть пальцами, начал Сенден. - Люди в нашем положении, - Сенден переглянулся с Хиеном, и тот, трагически сведя брови у переносицы, согласно кивнул, - часто вынуждены делать то, что нужно, а не то, что хочется. И даже идти на жертвы, - Мустанг из последних сил сделал серьезное лицо. - Привыкайте и вы. Породнившись с правителем Аэруго, мы могли получить доступ к запасам железной руды, которой столь небогат Аместрис. И вы, как первое лицо государства, просто обязаны были войти в сложное положение и...
  Ему до чертиков нужна была помощь со стороны. История с Аэруго истощила последние запасы его терпения и заставила решиться пойти на конфликт. Он не мог оставаться марионеткой - просто не умел. Но по собственной глупости оказался в окружении врагов. Теоретически ничто не мешало надеть перчатку, щелкнуть пальцами и прекратить это дурацкое представление, заставив выполнить любой свой приказ, но что потом? Его объявят ненормальным? Этой парочкой правительство не ограничивалось. Еще шесть генералов дожидались возвращения высокой делегации из Аэруго в Централе. Стоит им прослышать о том, что фюрер вышел из-под контроля и планирует смену правительства, против него незамедлительно начнут военные действия, а вот за кем тогда пойдет армия? Доведись начаться гражданской войне, чьи приказы - его или генералов правительства - выполнят командиры?
  Его грамотно оставили одного. Без поддержки. Даже без женщины, которую он любил, и которая до недавних пор оставалась последней ниточкой, связывающей его со старой командой и старыми друзьями. Он не взял ее в Аэруго, подчинившись советам культурологов, заверивших его, что присутствие женщины в высокой делегации дискредитирует всю миссию, но уже потом, узнав про дурацкие планы его женить, понял, что повелся на очередной обман. Что, интересно, наплели про него Ризе...
  Если бы только рядом был кто-то из своих...
  - Поверьте, фюрер, начинать военный конфликт не придется, - успокаивающе мурлыкал Сенден, раскуривая дорогую сигару. - Достаточно будет показательного марша нашей военной техники, чтобы ишвариты и думать забыли о восстании. Мы все организуем...
  Мустанг скрипнул зубами и ограничился кивком.
  Он снова подыграет им. Он переживет это дурацкое представление в Ишваре. А как только вернется в Централ, свяжется со старой командой. Ребята выяснят, какие слухи ходят в казармах, кто готов поддержать его, а не генералов. Он вернет Ризу. Он разыщет Алекса Армстронга, чтобы гарантировать поддержку старых семей Аместриса и при необходимости запросить военную помощь у Оливии - доведись начаться гражданской войне, ее парни обеспечат ему победу. Он все исправит. Больше никогда и на за что он не станет чьей-то игрушкой из соображений политкорректности.
  - Кстати, фюрер, ходят слухи, что Шрам жив... И что это он науськивает народ...
  Мустанг вскинул голову.
  - Не может быть! Он погиб. Да и даже если бы был жив, он не стал бы рисковать людьми...
  - Похоже, что стал, - пожал плечами Хиен. - Но не переживайте. Вы проедете по городу на бронированном автомобиле до дома старосты, там напомните старику, кто в этой стране хозяин, и вернетесь к поезду...
  - Вам не кажется, генерал...
  - Не берите в голову, фюрер, - широко улыбнулся Сенден, даже не дослушав. - У нас все продумано. Делайте то, что вам скажут, и конфликт будет исчерпан...
  - Как скажете... - Мустанг побоялся, что сорвется, и уселся в кресло, демонстративно отвернувшись от генералов и подобрав со стола какие-то документы.
  - Тогда не будем более отнимать ваше время, - любезно сообщил Сенден. Оба военных неторопливо вышли из купе. Как обычно, позабыв отдать честь на выходе.
  Мустанг выждал пару минут и изо всех сил шарахнул об пол вазу с цветами, стоявшую на подставке.
  Нужно набраться терпения и дождаться возвращения в Централ. Нужно выдержать пытку Ишваром и подыграть генералам. Нужно...
  За дверью купе поднялся шум.
  Голоса становились громче. Один переходил в рев, другие в подвывания...
  Мустанг распахнул дверь. В коридоре, нависая над четырьмя испуганными, но не покинувшими свои посты, часовыми, нависал Алекс Армстронг во всей своей красе, судя по позе уже собиравшийся рвануть на груди мундир, дабы продемонстрировать миру накаченную мускулатуру.
  - Алекс! - не поверил глазам Огненный.
  Армстронг отвел грозный взгляд от окончательно растерявшихся часовых и упер руки в бока, надувая грудь. Мундир угрожающе затрещал.
  - Ну вот что, Рой Мустанг, - хмуро начал Сильнорукий алхимик, насупив брови и возмущенно потряхивая хохолком, - ты у нас теперь, конечно, фюрер, и можешь творить, что хочешь, но с меня твоих выходок хватит. Уж прости, что у меня не хватило терпения дождаться твоего возвращения в Централ, но я не мог больше тянуть и поехал навстречу, чтобы лично высказать тебе все, что думаю о происходящем, и уйд...
  - Как я рад тебя видеть! - восхитился Рой, едва не подпрыгивая, чтобы приобнять коллегу за шею и заталкивая его в купе.
  - Фюрер! - заволновался один из часовых. - Мы получили приказ никого к вам не пускать...
  - Я что, под арестом? - на всякий случай уточнил Мустанг.
  Часовые охнули, окончательно перестав понимать, что происходит.
  - Да что вы...
  Мустанг тяжело вздохнул, чуть задумался, потом пинком отправил в глубины купе растерянно застывшего на пороге Армстронга, и вдруг гаркнул, как в молодости, когда предпочитал решать проблемы с подчиненными командными методами:
  - Стоять! Смирно!
  Воинская выучка сработала. Вся четверка разом вытянулась в струнку.
  - Оставаться на посту. О моем посетителе никому не говорить. Держать языки за зубами. Вопросы есть?
  Часовые неуверенно переглянулись, разом утеряв весь лоск, но под мрачным взглядом фюрера дружно выпалили:
  - Никак нет!
  Мустанг захлопнул дверь за спиной и повернулся к Армстронгу. Алекс удивленно осматривал просторы фюрерского вагона, но, почувствовав на себе внимание Огненного, тут же снова нахмурил брови и картинным жестом выхватил из кармана серебряные часы:
  - Вот что, Мустанг, я так больше не могу... - объявил Сильнорукий алхимик. - Я требую отставки! - и грохнул часы на стол.
  - Очень хорошо тебя понимаю, - кивнул Рой, извлекая из кармана свои и бросая рядом. - И поддерживаю. Предлагаю уйти вместе.
  Армстронг замер, растерянно осмотрел серебряные часы - свои и Мустанга - и недоверчиво уставился на алхимика:
  - Ты сейчас всерьез? - поинтересовался он уже другим, разом посерьезневшим голосом.
  - Я влип, Алекс. Сам не заметил, как. Из меня сделали марионетку. Мне остается либо уйти с позором, либо снова замутить революцию. Что будем делать?
  - Ну, знаешь... - Армстронг сложил руки на груди и оценивающе вперился в Мустанга.
  - Поможешь? Если ты, конечно, мне еще веришь...
  Сильнорукий молчал, не сводя глаз с коллеги.
  - Дай мне еще один шанс! Больше я такой глупости не сделаю. Доберемся до Централа, я верну ребят, и Ризу...
  - Риза давно в Бриггсе... - быстро ввернул Армстронг.
  - Где? - не поверил ушам Мустанг. - Что она там делает?
  - Твои замечательные генералы решили услать ее от тебя подальше в тьму-таракань на окраине страны. А сестренка взяла ее к себе...
  - Я не... - Мустанг взъерошил волосы и выругался. С трудом переведя дыхание, он упрямо помотал головой: - Она меня убьет... Слушай, да, я дурак, и я пойму, если ты мне уже не веришь, но я...
  - Да брось, - Армстронг отмахнулся и опустился на диван, разом просевший под его весом. - Больше всего я боялся, что ты сам решил идти у них на поводу. Что тебе действительно плевать на то, что ты делал раньше, и ты готов на все, лишь бы оставаться у власти...
  - Нет! Я мечтал не о таком...
  Алекс фыркнул в усы и впервые с момента своего появления улыбнулся.
  - Радует, надо признать... И кое-кто в армии тоже порадуется...
  - И много таких? - встрепенулся Мустанг.
  - В смысле?
  - Рядовые, лейтенанты, капитаны. За кем пойдут? За мной или за Сенденом с его командой?
  Армстронг призадумался.
  - Хочешь знать, на чьей стороне будет перевес, если попытаешься разогнать правительство?
  - Хочу. Но мне нужно точно знать, сколько людей я рискую положить, если начну войну...
  Сильнорукий поморщился, но понимающе кивнул.
  - Поспрашиваю... Да я бы начал прямо с твоей охраны - пока шел по составу, видел много знакомых лиц. Этих ребят еще мы с Ризой отбирали... но твои ж генералы сразу встрепенутся - что я тут забыл?
  - Вот что, - в глазах Мустанга появился знакомый живой блеск, - ты ведь приехал вручить мне прошение об отставке? Давай так: я его принял и разрешил тебе вернуться в Централ на моем поезде. По старой дружбе и из уважения к твоей семье. А ты...
  - А я узнаю, какое настроение у народа... - кивнул Армстронг.
  - И еще, - призадумался Огненный и заглянул в глаза коллеге со всей серьезностью, - попробуй найти надежных людей, которые знают правду о том, что творится в Ишваре... И побыстрее. Хочу с ними неофициально пообщаться...
  
  Глава 16
  
  Утреннее прощание не затянулось. Эду было стыдно за срочный отъезд - он краснел, прятал глаза и шаркал ножкой перед Уинри. Уинри тоже было стыдно - она так и не разобралась, гормоны ее подвели или любопытство вчера на крыльце. Но факт оставался фактом: если Кимбли и льстил себя надеждой, что девушка попытается остановить любимого, добился он эффекта строго противоположного: расстроенная Уинри с миром отпустила друга детства в дальний путь. Кимбли закатил глаза и покрутил пальцем у виска, плюхаясь в машину. Сидящий за рулем Майлз смерил приятеля ироничным взглядом красных глаз из-под темных стеклышек очков и сложил руки на груди, терпеливо дожидаясь, пока две пары покончат с сильно затянувшимся процессом расставания. Две - потому что Риза, после долгих терзаний, решилась оставить Хайяте в Ризенбурге. Памятуя о жарких днях и холодных ночах, раскаленном песке и самумах, тащить песика в пустыню было страшновато, и теперь, прикрепив к ошейнику поводок, Риза печально передавала питомца Уинри. Хайяте восседал между девушками с озадаченным видом и еще не понимал, что происходит, тогда как по-женски сообразительная Дэн уже радостно прыгала вокруг и виляла хвостом, радуясь компании.
  Эд тяжело вздохнул, собрав остатки мужества и придушив стыд, обнял-таки на прощание Уинри и побрел к машине. Риза чмокнула Хайяте в нос и тоже забралась на заднее сиденье. Автомеханик завела песика во двор и закрыла калитку. Машина тронулась, Хайяте дернулся, натянул поводок и вдруг взвыл как по покойнику. Риза прикусила губу и отвернулась.
  Вместе с собакой в Ризенбурге осталось и поисковое счастье. По пути к Ишвару Майлз трижды ошибся с поворотом; Риза, задумавшись, слетела с дороги на размытое дождями перепаханное поле, и вся четверка, перепачкавшись по уши, долго выкатывала военный джип обратно на грунтовку; а Кимбли умудрился проскрести брюхом валявшийся на дороге булыжник, пробив картер вместе с защитой. Емкость посредством алхимии починили, а вот способа преобразовать масло из подручных предметов не нашли, и потеряли день на буксире у неторопливой повозки в одну лошадиную силу, которая невозмутимо дотащила автотранспорт до ближайшего населенного пункта.
  Оставалось надеяться, что и Корна жизнь не баловала.
  Но на том полоса неудач закончилась. Машина снова мчалась по дороге, торопясь наверстать потерянное время. Становилось все жарче, по обочинам сначала леса сменились лугами, а потом луга - равнинами, покрытыми желтой, выгоревшей травой.
  Майлз, уже не сверяясь с картой, уверенно гнал джип от одного населенного пункта к другому, пока, наконец, не просвистел мимо указателя с поворотом на Ишвар.
  - Эй! - мигом очнулся измаявшийся в долгой дороге Кимбли. - Мы куда?
  Адъютант Снежной королевы только сильнее надавил на газ и невозмутимо перекинул приятелю карту.
  - Если Эд не промахнулся с районом поисков, нам лучше добраться до места не через Ишвар, а через другое поселение, южнее. Оно не такое большое, но более безопасное. Для половины из нас.
  - В смысле? - не сразу дошло до алхимика.
  Майлз затормозил у обочины, выключил зажигание и обернулся к присутствующим.
  - В смысле, что не дай боги кто опознает тебя или Ризу. Тебя прикончат сразу; за Ризу еще можно будет побороться; но мне после этого визиты на юг будут заказаны до конца жизни.
  - А что это за нее можно побороться, а за меня нет? - обиделся Багровый.
  - А то... - буркнул Элрик-старший. - Риза убивать не хотела, а ты взрывал себе в удовольствие.
  - А в чем разница? - возжаждал справедливости Кимбли. - Результат-то один! Трупы...
  Девушка поморщилась и положила ладонь на плечо Цельнометаллического.
  - Не надо, Эд. С ним бесполезно разговаривать...
  - А теперь слушаем меня внимательно! - повысил голос Майлз, не дав Зольфу время выдать в ответ достойную гадость. - Провожу инструктаж по технике безопасности во время пребывания на юге.
  Кимбли изобразил серьезное лицо, Риза кивнула, Эд нахмурился.
  - Будем считать, что мы - военные археологи, которые приехали изучать руины ксеркских поселений, благо их в пустыне предостаточно, и экспедиции сюда катаются каждый год. Начиная с этого момента и до возвращения на север делаем только то, что я говорю. На все вопросы местных разводим руками и тычем пальцем в меня. Если слышим от кого-то "Ястребиный глаз" или "Багровый", делаем удивленные лица и опять-таки зовем меня. Ясно?
  Инструктируемые кивнули: сидящие сзади с большим, сидящий спереди с меньшим энтузиазмом.
  - Что же до тебя, дорогой друг... - Майлз снял очки, засунул их в карман и уставился на алхимика красными глазами. Кимбли намек понял и возвел очи горе. - Ты среди нас мишень номер один.
  - Да брось? Кто меня помнит в лицо?
  - Мало, кто помнит... - сдержанно согласился военный, сжимая руль так, что побелели костяшки пальцев. - Ты никому шансов не давал... Зато если уж кто узнает...
  Кимбли вытянул вперед ладони, изображая предложение мира, и запоздало вспомнил про татуировки, которые вполне позволяли принять жест за угрозу.
  - И руки никому в лицо не тычь! - рявкнул Майлз. Кимбли демонстративно стукнулся затылком о подголовник сиденья, спрятал ладони за спину и молча кивнул.
  - Тогда так, - ишварит открыл бардачок и достал из него пистолет и обойму. - Бери, носи, не снимай. Если влипнем в неприятности - стреляй... - Багровый поморщился, но оружие принял, - ...и лучше в воздух, - продолжил Майлз. - Я примчусь тебя спасать. Только не вздумай ничего взрывать. Никто не должен узнать, что Багровый жив.
  - Да ладно, ладно... - буркнул Кимбли, с непривычки косо застегивая на поясе кобуру.
  - Предохранитель проверить не забудь, - с ноткой язвительности посоветовала сзади Риза. - А то еще отстрелишь себе что-нибудь... Оливия расстроится...
  Кимбли посмотрел, куда направлено дуло в кобуре, и, кинув на Ризу недобрый взгляд, поджал губы.
  - Ладно, ребята, все. Не нарываемся. Приезжаем в деревню, покупаем верблюдов, одежду и припасы. Машину оставляем. Я бы все-таки еще нанял проводника из местных...
  - Я знаю, где искать, - решительно замотал головой Эд. - Я немало побродил по югу...
  - Как скажешь, - флегматично пожал плечами Майлз. - Я, в общем-то, в этих местах тоже бывал. Все. Поехали.
  Машина с легкой пробуксовкой сорвалась с места и уже минут через пять подкатила к первым глинобитным домикам.
  Поселение оказалось маленьким и захолустным. Майлз загнал автомобиль в какой-то переулок и предложил выгружаться. Риза и Эд вырвались на свободу не без удовольствия, а Кимбли майор придержал за плечо. Алхимик удивленно обернулся на приятеля.
  - У меня последний вопрос, - быстро сказал Майлз, сверля Багрового красными глазами и, видимо, уже не собираясь надевать очки. - Ты это делаешь ради себя или ради нее?
  Кимбли хотел бросить в ответ самое очевидное, но поперхнулся и закашлялся.
  - На всякий случай сообщаю, что ей это не нужно, - невозмутимо продолжил Майлз. - Ей нужен ты - такой, какой есть сейчас. Не думай, что она будет относиться к тебе лучше, если ты вернешься к ней, упиваясь всемогуществом. Любить тебя больше она от этого не станет. Скорее наоборот...
  Кимбли замер, нерешительно поглаживая ручку двери, опустил взгляд и задумался.
  - Эй! Мы еще долго будем время терять? - заорал Эд, открывая багажник. - Если вы передумали, я дальше пойду один...
  - Ну, уж нет! - рыкнул Кимбли, быстро вылезая из машины, осматриваясь и тут же громогласно объявляя: - А знаете, ребята, кажется я здесь тоже уже бывал!
  Майлз едва не застонал и прикрыл глаза ладонью.
  
  
  Ишварит переговорил с местными жителями, с прохладцей осмотревшими приезжих, и быстро повел команду по лабиринту узких переулков.
  - Здесь, похоже... - предположил он, изучая одному ему известные ориентиры перед ничем не примечательным домом на подъеме улицы. - Говорят, тут нам могут продать верблюдов и все, что нужно в дорогу. И переночуем здесь же... Солнце уже садится. Лучше выехать завтра пораньше.
  Майлз постучал в дверь.
  Открыл им пожилой суховатый ишварит. Красными глазами он окинул взглядом незнакомцев, ничуть не удивился просьбе и широко распахнул дверь. За первым же поворотом коридора обнаружилась немаленьких размеров гостиная, в которой гостям и предложили обосноваться.
  - Составьте список всего, что нужно, - невозмутимо предложил старик. - Я соберу. Денег возьму не больше, чем вы заплатили бы в Ишваре...
  Майлз уважительно поклонился и начал перечислять необходимое.
  Ночь прошла спокойно, утром хозяин разбудил постояльцев и, помянув о старинной ишварской традиции не отпускать гостя из дома голодным, предложил восполнить силы за завтраком. Отвечать на предложение смысла не было - Эд мигом оказался за столом. Хозяин заулыбался.
  Уселись в той же гостиной, где и ночевали. Майлз и Кимбли привалились спинами к стенке и откровенно позевывали.
  Пожилой ишварит быстро притащил щедро уставленные тарелками с едой подносы и расставил на столе. Последними гостям доставили два больших кувшина со странно пахнущей жидкостью
  - Это что, местное спиртное? - полюбопытствовал Кимбли, подбирая длинные рукава бурнуса - Майлз еще с вечера торжественно вручил всем местную одежду, предупредив, что без нее в пустыню соваться чистое самоубийство.
  - Спиртное перед походом в пески здесь не пьют даже алкоголики, - фыркнул Майлз, наливая себе полную кружку красноватого напитка. - Про обезвоживание слышал? Алкоголь удваивает эффект. А это чай тенга - из местных цветов, которые растут в оазисах. Их засушивают и заваривают. Отлично утоляет жажду...
  Кимбли принюхался и откровенно скривился. Застывший у стола старик нахмурился, глядя на Майлза.
  - Простите его, - попросил военный, сделав большой глоток.
  - Неплохо было бы проявить уважение к хозяину, - мрачно посоветовала Риза, также наполняя кружку. Эд, успевший набить полный рот тушеных овощей, кивнул со знанием дела и утянул Ризину посудину.
  - Я его знаю. Года три назад пробовал. Интересная штука - чуть терпко, но очень приятно...
  - Я тенгу пил все детство, - задумчиво протянул Майлз, смакуя напиток, и, словно очнувшись, кивнул хозяину. - Спасибо вам.
  - Да не за что, - хозяин поклонился в ответ, по-прежнему неодобрительно оглядывая Кимбли.
  Риза молча и решительно разлила остаток напитка на две кружки - себе и алхимику, и придвинула одну к Багровому.
  - Вот, привязались... - буркнул Зольф, но под мрачными взглядами товарищей покорно сделал несколько глотков. - Гадость редкая, - объявил он, - но, чтобы доставить всем удовольствие, готов подтвердить, что тыга эта - мечта гурмана и дегустатора.
  Майлз уже с куда большим добродушием покачал головой. Риза потянулась к еде. Эд успел опустошить целую тарелку и щедро наваливал себе вторую порцию.
  - Вкуснотень! - объявил он.
  Заулыбавшийся хозяин снова расплылся в улыбке, кивнул и удалился.
  - Ну, вот что, - покончив с завтраком, Майлз деловито осмотрел товарищей, - заканчиваем, собираем вещи и седлаем верблюдов... К полудню нам надо добраться до оазиса, там переждем самую жару и поедем дальше. Завтра таким же графиком и к вечеру...
  Майлз задумался, провел ладонью по лбу и замолчал.
  - Что-то мне спать хочется... - вдруг вяло пробурчал Эд и опустился щекой на столешницу.
  Риза встретилась глазами с ишваритом и похолодела. Кимбли, молча наворачивавший лепешки с творожной начинкой, не дождался продолжения и покосился на товарища. И тоже замер.
  Майлз тяжело дышал и щурился, силясь рассмотреть расплывающийся мир.
  - Нас... похоже... - ишварит оперся о стол, попытался подняться и рухнул на лавку.
  - Нас чем-то опоили, - уверенно объявила Риза, ощущая, как начинают дрожать руки, а голову заполняет странный шум. Кимбли несколько секунд растерянно смотрел на девушку, потом сглотнул завязший во рту кусок лепешки и молча извлек из-под бурнуса пистолет. Риза кивнула: - Я еще могу... Я... - она потянулась к кобуре, но голова с каждым ударом сердца становилась все тяжелее, а глаза упорно закрывались.
  За шумом в ушах она уже ничего не слышала, но Кимбли еще держался и, похоже, в ответ на какой-то звук вздрогнул и через плечо Ризы поднял взгляд на дверь. В его глазах на секунду мелькнул испуг, потом Багровый недобро осклабился, покачал головой и картинным жестом бросил пистолет на стол.
  - Что? - шепнула девушка, оседая на лавку. Кимбли что-то ответил. Риза не сводила взгляда с его лица, уже не в силах обернуться и надеясь по глазам и губам алхимика понять, что происходит.
  Кимбли, похоже, оценил ее состояние и выразительно кивнул, коротким движением сбросив Майлза с лавочки под стол. Риза ощутила, как по вискам потекли струйки пота, и упала, потянув за собой спящего Эда. Уже соскальзывая на пол, она увидела, как Багровый, сам уже пошатываясь, с до боли знакомой по Ишварской компании злобной усмешкой сводит ладони. Наверху что-то грохнуло, дом содрогнулся, потом еще раз, и Риза то ли заснула, то ли потеряла создание.
  
  Глава 17
  
  Одними из самых ярких воспоминаний детства Майлза остались приступы странного недомогания матери - периодически она не могла подняться с постели, болезненно морщилась от света и отправляла сына за помощью к священнику. Священник приходил, принося противно пахнущий отвар, поил мать, читал молитву, и мать засыпала, через несколько часов проснувшись вновь бодрой и здоровой. С годами, поднабравшись знаний в медицине, Майлз сделал вывод, что у матери случались приступы мигрени, которая, к счастью, не передалась ему по наследству.
  Или до сего момента он думал, что не передалась.
  Голова болела чудовищно. Майлз несколько секунд лежал в тихом оцепенении, не представляя, что делать дальше, и постепенно приходя к выводу, что без помощи врача на этот раз обойтись не удастся. Хотя еще требовалось набраться сил, чтобы этого врача позвать...
  Ишварит осторожно открыл глаза, и сердце на несколько секунд перестало биться. Сначала он решил, что ослеп - его окружала плотная, почти вязкая темнота. Потом, краем глаза, где-то очень высоко, он увидел яркий белый круг. И окончательно перестал понимать, что происходит. Совсем рядом послышался тяжелый вздох. Майлз наугад протянул руку и схватился за что-то теплое и мягкое. Человек? И вот тут-то и нахлынули воспоминания - о селении, ночлеге и завтраке, который закончился вовсе даже не планируемым отъездом в пустыню. Адреналин вдруг разом погасил боль и придал сил. Майлз попытался выпрямить ноги, но сандалии быстро уперлись в жесткую преграду. Ишварит стиснул кулаки, тяжело вздохнул и взмолился всем богам, - ишварским, аместрийским, драхмийским, да любым, лишь бы помогли! - чтобы его догадка оказалась ошибкой. Потому что если он был прав, спасти их мог только Кимбли, а вот Кимбли не должен был оказаться здесь ни при каких условиях.
  Майлз уже уверенно провел пальцами по теплому телу под боком, услышал стон, наткнулся на заплетенные в косу волосы и тряхнул соседа за плечо.
  - Эд!
  - Майлз! - тут же раздался женский голос чуть дальше, и ишварит вскинулся:
  - Риза?
  - Тут. Сижу у стенки. Здесь тесно, - тихо и устало ответила девушка.
  - Давно пришла в себя?
  - Нет, - темноту снова нарушил тяжелый вздох. - Голова болит... - Риза выдержала паузу и уже совсем убитым голосом добавила: - Знаешь, мне кажется, нас бросили на дно пересохшего колодца...
  Несмотря на темноту, Майлз зажмурился, пытаясь смириться с мыслью, что его догадка оказалась правдой.
  - Кимбли здесь, конечно, нет...
  - Нет. Только ты, я и Эд.
  - Он защищался? - уже зная ответ на вопрос, на всякий случай спросил ишварит. - Я имею в виду...
  - Не пистолетом. Да, - согласилась Риза.
  Майлз тяжело оперся на ладони, приподнялся и привалился к стенке колодца, с наслаждением прижавшись затылком к прохладным камням.
  - Он единственный, кто мог нас отсюда вытащить... - мрачно сообщил адъютант Снежной королевы. Белый круг неба дразнил свободой на недосягаемой высоте.
  Рядом зашевелился Эд и хрипло пробормотал:
  - Да он уже на полпути к лаборатории. Может, он нас сюда и бросил.
  Позабыв, что его не видно, Майлз покачал головой:
  - Это вряд ли. Вспомни, что он следовал за тобой только потому что не знал, где именно искать лабораторию. Если бы он ушел один, оставил бы нас с Ризой, а тебя взял с собой...
  Эд мрачным вздохом признал правоту слов ишварита и тоже устроился у стенки, вытянув ноги. Наступила тишина.
  Через некоторое время Риза озвучила то, о чем думали все трое.
  - Как считаете, это тюрьма, и за нами придут, или могила, и про нас уже забыли?
  Никто из мужчин не ответил.
  - Вот говорил же я! - вдруг взвился Эд после нескольких минут тягостного молчания. - Нельзя без алхимии! Мог бы я преобразовывать, уже бы были наверху!
  - Был среди нас один, который умел преобразовывать... - мрачно напомнил Майлз. - Ну, и где он сейчас?
  Эд сердито запыхтел.
  - Не трать зря силы, - посоветовал ишварит, поудобнее пристраиваясь на песке. - Если это тюрьма - за нами скоро придут. Если могила - придется придумать, как покончить с собой. Иначе умирать будем долго...
  Риза зажмурилась, Эд затих. И как раз в этот момент на фоне недосягаемого белого круга появилась голова.
  - Эй, там! - крикнули сверху.
  Майлз вскинулся и быстро вскочил на ноги.
  - Слушаю!
  - Сейчас сброшу лестницу, - невозмутимо сообщил незнакомец. - Вылезать будете по одному. Пока один не поднимется, другой до перекладин не дотрагивается. Ясно? Иначе перережем веревки, и дохните себе внизу.
  - Ясно, - буркнул Майлз, подхватывая конец развернувшейся веревочной лестницы.
  Риза вопросительно уставилась на ишварита.
  - Без моего сигнала ничего не делать, - тихо приказал он. - Я попробую договориться... - и полез наверх.
  Майлз взбирался нарочито неторопливо, чтобы глаза привыкали к яркому свету, но его ладони едва успели коснуться горячих камней на краю колодца, как множество сильных рук вытянули его наверх, сжали, бросили на песок и быстро скрутили запястья за спиной шершавой веревкой. Майор щурился на пекле, силясь рассмотреть что-то сверху, но повернуть голову ему не давали, а на спину ощутимо давило чье-то колено. Следующей, судя по тихому, болезненному вскрику, вытащили Ризу, бросили рядом и также жестко связали руки. Последним был Эд.
  Пленников вздернули на ноги, и они оказались в кольце красноглазых и беловолосых ишваритов.
  - Отлично сработано, - раздался уже знакомый голос, и все трое незваных гостей юга обернулись к нему. Толпа невозмутимо расступалась перед приближающимся полковником Корном. В белом бурнусе с легкой усмешкой на лице.
  - День добрый, - удовлетворенно пробасил удачливый конкурент. - Давненько не виделись - с самого Бриггса.
  Майлз нехорошо прищурился; Эд метал глазами молнии; Риза внимательно оглядывала народ. На Корна смотрели без восторга, но принимали как своего.
  - Что вы для нас подготовили? - спокойно поинтересовался Майлз.
  Корн остановился перед ишваритом, сложив руки на груди, и чуть повел плечами.
  - Кому что... К нам, знаете ли, скоро пожалует сам всемогущий правитель всея Аместриса, господин главнокомандующий, фюрер Рой Мустанг... - с издевкой протянул Корн, и толпа гневно загудела.
  Риза напряглась и изумленно уставилась на полковника, но тот демонстративно не смотрел на девушку.
  - Поэтому нам очень кстати придутся заложники, - невозмутимо продолжил тот. - Тем более, заложники, лично знакомые с фюрером. Чтобы выиграть время, пока я не восстановлю круг и не помогу этим людям, - Корн изобразил короткий, но уважительный поклон в сторону ишваритов, - создать группу алхимиков, которые смогут вернуть независимость своей стране...
  - Что? - не поверил ушам Майлз, вперившись взглядом в Корна, и тут же недоверчиво осмотрел толпу единокровников. - Вы что, - повысив голос, обратился он к народу, - действительно верите, что этот человек собирается вам помочь? Да он...
  Закончить он не успел. Шагнувший из-за его спины рослый ишварит с пыльными выгоревшими волосами коротко, но сильно врезал кулаком в солнечное сплетение Майлзу, и адъютант согнулся, коротко застонав.
  - Хватит болтовни, - рыкнул ишварит. - Мы не будем слушать выродка, который кормится у аместрийцев и привез к нам Багрового.
  Толпа возмущенно зашумела.
  - Что с Кимбли? - рискуя получить следующий удар, но не в силах сдержаться, спросила Риза.
  Парень осклабился.
  - Теперь уже все хорошо. Умирать он будет долго. Настрадается за всех, кого убил. Скажите спасибо, что вас здесь не было во время войны - ваша смерть будет не такой мучительной, как его.
  Риза вскинула испуганный взгляд на Корна, но тот лишь невозмутимо кивал словам ишварита.
  - Этих двоих отлично знает фюрер, - объявил полковник, пальцем показывая на Эда и отдышавшегося после удара Майлза. - А женщина штабная. Я заберу ее с собой...
  - Зачем тебе Риза? - встрял Эд и едва не прикусил язык, запоздало сообразив, что даже имени могло оказаться достаточно для смертного приговора Ризе Хоукай, снайперу по кличке Ястребиный глаз. Корн предупреждающе уставился на Эда, и парень виновато склонил голову, окончательно растерявшись.
  - Зачем тебе женщина? - перефразировал вопрос ишварит, не заострив внимание на имени.
  - Ее отец был алхимиком, - пожал плечами Корн. - Составление круга - процесс долгий и кропотливый. Чтобы выиграть время, она мне поможет. Ведь поможешь? - полковник повернулся к девушке, впервые глянув на нее в упор ледяными глазами.
  Риза замялась. Согласиться и поехать в пески, невольно содействуя врагу Роя Мустанга, или отказаться и рискнуть разделить судьбу Кимбли, которая, судя по удовлетворенным лицам ишваритов, была сильно незавидной...
  По пути к лаборатории у нее мог появиться шанс. И Риза приняла решение.
  - Я помогу, - тихо сказала она.
  Майлз чуть заметно кивнул, одобряя.
  - Я тоже могу помочь! - взвился Эд. - Я знаю больше, чем она. Мне надо к кругу...
  - Ты будешь сидеть здесь, - отрезал Корн, с насмешкой глядя на бывшего алхимика. - А потом тебя и твоего дружка мы первыми положим под колеса аместрийской бронетехники, - Эд расширил изумленные глаза, а Майлз настороженно прищурился. - Обратно в колодец обоих! - приказал Корн. - А женщина поедет со мной...
  
  
  Ризу закинули на поджарую гнедую лошадку и привязали запястья к высокой передней луке. Корн и четверо ишваритов с непроницаемыми лицами запрыгнули в седла, один из ишваритов взял повод Ризиной гнедой, и караван направился в пустыню. Лошади шли небыстро, но уверенно. К полудню добрались до оазиса, где спешились и устроились в теньке пережидать жару. Ишвариты либо молчали, либо переговаривались на своем, непонятном Ризе наречии, а Корн, позволив Ризе слезть с седла и развязав ей руки - а куда она денется среди песков и дюн - крепко подхватил ее за локоть и потащил к другой стороне зеленой пальмовой рощицы.
  - Ты за этим брал с собой женщину? - с легким оттенком ехидцы уточнил один из сопровождающих.
  - Чем раньше я ей объясню, кто здесь хозяин, тем быстрее мы закончим дело, - отрезал Корн. Риза напряглась, соображая, каковы ее шансы в рукопашной со здоровым тренированным мужчиной. Получался гарантированный проигрыш, но и без борьбы она сдаваться не собиралась.
  Полковник без церемоний привалил ее к пальме и вздернул за подбородок, заглядывая в глаза, другой рукой извлекая из складок бурнуса объемистую флагу.
  - Слушай меня, - тихо, но внушительно приказал он. - Сейчас этой штукой я намажу тебе спину. Ты не будешь орать и сопротивляться. Если зюзюкнешь, я расскажу нашим ишварским друзьям, кто ты, - Риза уставилась на военного бешенными от ненависти глазами. - Убить они тебя не убьют, - невозмутимо продолжил Корн, - я не позволю, но отыграются по полной программе... Хочешь такого?
  Риза плотнее вжалась спиной в ствол и злобно прошептала:
  - Ты же все равно расскажешь им правду... когда закончишь...
  Корн фыркнул.
  - Когда закончу, поверь, я быстро избавлюсь и от тебя, и от них. Что выбираешь? Помучиться сейчас? Или быстро умереть потом?..
  - Они поймут, что ты им врал, что выгораживал меня... - бросила Риза последний аргумент.
  - Я им нужен, - невозмутимо парировал алхимик.
  Риза скрипнула зубами и повернулась спиной к полковнику, вцепившись ладонями в ствол.
  Жидкость обожгла кожу не меньше, чем огонь Мустанга много лет назад. Колени подогнулись, девушка ткнулась лбом в шершавую кору и не сдержала стона.
  - Прости, милая, но будем повторять каждые двенадцать часов, - добил новостью Корн, одергивая ее бурнус. - Посмотрим, что еще сможем вытянуть из твоей татуировки...
  Жжение постепенно прекратилось, Риза смогла вздохнуть полной грудью, развернулась и, не глядя на Корна, пошла к лагерю.
  Когда солнце ушло из зенита, снова тронулись в путь. Пустыня раскалилась - казалось, что даже песок, отражая лучи светила, пытается сжечь все живое.
  Тем не менее, к вечеру прошли немалое расстояние. Периодически кто-то из ишваритов давал Ризе глоток воды из фляги, и она жадно пила под насмешливым взглядом Корна. Она утомилась от непрерывной езды, стертые едва не в кровь о веревки запястья и покрасневшие под солнцем, не покрытые тканью бурнуса пальцы распухли и начали ныть, и девушка погрузилось в состояние усталого отупения и не сразу заметила, что проводники оживились и начали показывать на что-то на горизонте. По помрачневшему лицу Корна помощница фюрера поняла, что надвигаются неприятности, и вдруг в криках ишваритов уловила слово "самум". Песчаная буря.
  Риза мотнула головой, сбрасывая капюшон бурнуса и осмотрелась. Они остановились посреди песков. Ни скал, ни деревьев, ни развалин. Никакого укрытия. Ишварит, на чьей совести оказалась Ризина лошадка, забросил повод гнедой на переднюю луку своего седла и спрыгнул, быстро включаясь в переговоры товарищей. По песку легкий ветерок уже начал мести золотистую поземку.
  - Здесь негде укрыться! - объявил Корн.
  Ишвариты принялись расседлывать лошадей.
  - Мы не опередим бурю, - объявил один из сопровождающих. - Хочешь выжить - делай как мы.
  Выжить полковник хотел. Он спрыгнул на песок без дальнейших споров и начал стаскивать пухлую скатку с крупа своей лошади.
  Гнедая Ризы заметно нервничала, подергивала шкурой и беспокойно раздувала ноздри. В какой-то момент она тряхнула головой, и девушка увидела, как слетел повод с седла стоящей рядом лошадки и повис между ногами гнедой. Первом порывом Ризы было закричать, позвать на помощь, пока испуганное животное не унеслось в пустыню, но что-то заставило ее помедлить. Ей в голову пришло то, что еще несколько секунд назад показалось бы абсурдом. Что ее ждет впереди? Боль на грани пытки в надежде восстановить татуировку и ненадежные обещания Корна подарить ей быструю смерть? Или мучения в руках ишваритов, если Корн отчается добиться своего и вздумает сдать ее в руки тех, чьих родных и близких она убивала?
  Риза прислушалась к свисту ветра, посмотрела, как полковник и ишвариты раскатывают плотную материю, и вдруг изо всех сил врезала сандалиями по бокам гнедой. Та, даже не взвизгнув, молча развернулась и помчалась по пескам прочь от пыльной бури.
  Вслед заорали. Риза поддала лошади еще, с ужасом думая, что если животное запутается передними ногами в болтающемся поводе, то неминуемо кувырнется через голову, ломая шею себе и всаднице. Но повод отчаянно мотался из стороны в сторону. Ломившаяся по пескам гнедая опережала бурю, в ушах свистело, и, едва умевшая держаться в седле Риза давно бы упала, если бы не руки, привязанные к седлу. Они только и служили надежной опорой в этой безумной гонке, не давая слететь.
  Цепляясь распухшими пальцами за переднюю луку для верности, Риза обернулась. За спиной она уже не видела ничего - метрах в ста от нее от земли до неба вздымался желтый вихрь, за которым стояла мгла. Мир темнел с каждой секундой. Дышать становилось все тяжелее, легкие забивал песок. Не стоило и опасаться, что беглянку найдут по следам. Вот только куда бежала лошадь? Выбора, впрочем, не было, остановка грозила неминуемой смертью, и Риза положилась на инстинкт животного, покорно ожидая, чем закончится скачка.
  Гнедая, впрочем, постепенно проигрывала буре. Бока лошади покрылись пеной, она дышала все тяжелее, все надрывнее, и вдруг замерла. Риза подняла голову и прямо перед собой, среди водоворотов песка, увидела камень. Животное шагнуло под прикрытие развалин, устало свесило голову, и Риза, потормошив веревки, изрядно разболтавшиеся во время скачки, высвободила руки. И спрыгнула на песок. Ноги подогнулись, она упала, но, ухватившись за стремя, сумела подняться, прощупала место под задней лукой, откуда ишвариты вынимали фляги с водой, но ничего не нашла. Стянув с мокрой лошадиной спины плотный вальтрап, Риза закашлялась, вдыхая песок - буря практически настигла беглецов и вот-вот должна была грянуть со всей своей убийственной мощью, и вдруг увидела отверстие в кладке - полузаметенное, но глубокое, похожее на нору. Опасаясь, что помимо нее потенциальное убежище занял кто-то другой, Риза бросила в пещеру несколько мелких камешков, но не услышала в ответ ни звука - хотя при таком вое ветра она вряд ли различила бы даже рев песчаного тигра, стоящего за спиной. Осторожно присев на корточки, Риза медленно забралась внутрь, прикрыв вход в убежище вальтрапом. Снаружи выла буря. Внутри царила темнота. Риза прилегла на песок и распахнула глаза пошире, понимая, что главное сейчас не уснуть. Потому что можно больше не проснуться.
  
  Глава 18
  
  Она бы, наверное, не проснулась, если бы не повернулась во сне и не наткнулась прямо позвоночником на острый камень, выступавший из песка. Даже охнув от боли, Риза дернулась, приподнялась на локте и замерла в полной темноте и тишине. Несколько секунд она сидела, не понимая, где находится, почему ей так жарко и так тяжело дышать, а потом вспомнила. Плен, песчаная буря, скачка. И укрытие, в котором она спряталась от беснующихся песчаных смерчей. По вискам стекали струйки пота, легким не хватало кислорода. За плотной тканью стояла тишина.
  Риза подползла поближе к вальтрапу, толкнула его ладонью и словно уперлась в стену. Ткань не поддавалась. От усилия стало еще жарче, и Риза почувствовала, как отчаянно заколотилось сердце при мысли о том, что эта пещера станет ее могилой, что здесь она и задохнется, не сумев выбраться. Риза облизнула пересохшие губы, сжала кулаки так, что ногти до крови впились в ладони, силясь справиться с паникой, и, понимая, что второй попытки не будет, резко рванула вальтрап на себя. Ткань прогнулась, тяжело сползла на девушку, и в образовавшиеся отверстие хлынул песок. Он лился бесконечным потоком, и Риза, набрав полные легкие остатков кислорода и не дыша, упрямо стремилась сквозь него к свободе, увязая в плотной массе, сползая вниз и снова прорываясь вперед. Когда сил уже не осталось, когда воздух закончился, и руки почти перестали подниматься, налившись чугунной тяжестью, Риза вдруг ощутила ладонями, что песок становится все горячее, и в последнем порыве толкнулась вверх. И пальцы выскользнули из песчаной толщи, а следом и Риза оказалась на поверхности, жадно заглотнув наконец-то кислород. Несколько секунд она бессильно лежала, с хрипом втягивая воздух и выкашливая из легких песок, потом ощутила, что воронка затягивает ее снова вниз и зашевелилась, отползая подальше от пролома, спасшего ей жизнь.
  Точнее сказать, продлившего ей жизнь до окончания песчаной бури.
  Риза медленно поднялась на колени и осмотрелась. Солнце тянулось к зениту. Вокруг растеклись ровные, ослепительно-белые дюны. Посреди этого раскаленного безмолвия на высоту не более человеческого роста поднимались развалины старинного ишварского храма, в провале основания которого и сумела укрыться Риза. Лошадь исчезла - то ли сбежала в надежде добраться до людей, то ли лежала где-то здесь, под слоем песка, задохнувшись во время бури.
  Девушка взглянула на небо, определяя по солнцу направление на север. Ее везли день. На лошадях, с водой, но только день. У нее был шанс выбраться. И это был лучший шанс, чем сидеть в развалинах древнего храма в надежде, что однажды к нему забредет кто-то из ишваритов. И найдет то, что от нее к тому времени останется.
  Риза поправила бурнус, понадежнее закрывая кожу от солнца, еще раз облизнула сухие губы и направилась на север.
  
  
  За прошедшие сутки Рой вообще перестал понимать, почему всю жизнь относился к Алексу Армстронгу лишь как к горе мускулов.
  Искренний интерес к людским проблемам и желание общаться, помноженные на связи древнего и высокородного семейства, как оказалось, способны были творить чудеса. Менее чем через сутки заглянувший в купе к Мустангу Алекс, подмигнув коллеге-алхимику, сообщил, что дежурство на постах в его вагоне отныне будут нести ребята надежные, умеющие держать рот на замке. А вечером в его дверь постучали, и на пороге вытянулись в струнку два незнакомых парня с капитанскими нашивками, которые, как сообщил тот же вездесущий Армстронг, и собирали информацию для отчетов по Ишвару, преподносимых фюреру генералом Хиеном.
  - Вольно, - скомандовал Мустанг, жестом приглашая гостей войти.
  Парни помялись на пороге, потом неуверенно ступили на пушистый ковер, покрывающий пол купе, и с совсем уж растерянными лицами опустились на мягкий диван, следуя указаниям фюрера.
  Рой оседлал стул и уселся напротив, уперев предплечья о высокую спинку.
  - Итак, господа... - Мустанг выдержал паузу, переводя взгляд с невысокого блондина, чем-то неуловимо смахивающего на Хавока, на мрачного рыжеволосого верзилу, который хмурился и кусал губы.
  Оба тут же вскочили.
  - Капитан Куртис! - мгновенно отрапортовал блондин, отдавая честь.
  - Капитан Вангард! - с заметно меньшим энтузиазмом представился его коллега.
  - Вольно, вольно, - повторил Мустанг, и парни снова опустились на диван. Рой мотнул головой в сторону стола. - Вот там... валяется гора официальных отчетов по ситуации в Ишваре...
  На этом месте помрачнел даже бодрый Куртис. Мустанг сделал вид, что не заметил и продолжил с прежней невозмутимостью.
  - Насколько я понимаю, именно на основании вашей информации сделаны выводы о накаленной ситуации в Ишваре и принято решение завтра напомнить ишваритам о военной мощи Аместриса...
  Парни совсем сникли и уставились в пол. Рой выдержал короткую паузу и поинтересовался:
  - Это ваша идея?
  И блондин, и рыжий разом вскинулись - блондин просто обиженно, а его приятель еще и с нехорошим прищуром.
  - Выводы делать и идеи предлагать не наша работа, - буркнул Куртис. - Мы предоставляем начальству информацию. А уж как ее потом перевирают... - блондин запоздало спохватился и даже прикрыл рот ладонью.
  Мустанг усмехнулся.
  - Ну, вот и завязался разговор, - он поудобнее устроился на стуле и ободряюще кивнул растерянно смотревшим на него военным. - Давайте, ребята, рассказывайте. Очень хочу знать, что же действительно творится в Ишваре...
  
  
  Раскалившийся за день песок обжигал ступни даже сквозь толстые подошвы сандалий. Солнце палило нещадно, и с каждым шагом все больше и больше хотелось пить. Риза упрямо держала направление на север и, впервые увидев прямо перед собой город, сразу вспомнила о миражах, о которых рассказывали во время ишварской войны проводники, и заподозрила неладное. Вскоре она практически уперлась в белокаменные стены, которые не замедлили раствориться при ее приближении, и Риза пошла дальше. Пить хотелось все сильнее, по коже горячими струйками стекал пот, но останавливаться было нельзя. Каждый шаг увеличивал шансы на спасение, каждая секунда задержки убивала.
  Риза прошла еще несколько каменных миражей, а один раз даже полюбовалась на драку перед городскими воротами, когда солнце начало клониться к горизонту и впереди появилось огромное озеро. Девушка мысленно скрипнула зубами, отерла прилипший к губам песок ладонью, упрямо пошла вперед, прямо в несуществующую блестящую рябь, и очень удивилась, когда ступня провалилась во что-то мокрое.
  Вода. Это и правда была вода. Огромнейшее озеро посреди пустыни. Вода, дарившая жизнь и спасение. Не веря не то что глазам, а даже ощущениям, Риза торопливо наклонилась, как-то отстраненно понимая, что вода странно щиплет ноги, набрала полную горсть и уже поднесла ко рту... и вдруг замерла. Что-то разумное еще жило в ее затуманенном сознании, и она осторожно коснулась воды кончиком языка.
  Вода была соленой. Такой соленой, что язык сразу защипало, и Риза торопливо сплюнула остатки слюны и бессильно опустилась на песок. Захотелось упасть, разрыдаться, забиться в истерике. Захотелось войти в это озеро, окунуться в его прохладу и умереть. Вот только смерть в соленом растворе ее ожидала куда более мучительная чем та, что грозила ей сейчас.
  Несколько минут Риза сидела неподвижно, потом сосредоточилась на острой боли в ногах, где соль немилосердно щипала потрескавшиеся до крови ступни, и поднялась. И, с ненавистью глядя на песок под ногами, хрипло втягивая в пересохшее горло раскаленный воздух, медленно пошла в обход.
  Озеро она обходила не менее получаса. На прощание она решила все-таки еще раз попробовать воду с другого края в дурацкой надежде, что с этой стороны она будет менее соленая. Но стертые ступни сразу защипало, и Риза безнадежно отвернулась от блестящей водной глади и снова пошла на север. С трудом переставляя ноги. Больше всего боясь, что давно ходит кругами, и что часа через два опять выйдет к проклятому соленому озеру и от ужаса немедленно сойдет с ума. Голова налилась тяжестью, язык распух, глаза покраснели и закрывались. Она уже не понимала, сколько и куда идет, когда на вершине очередной дюны ноги подкосились, Риза споткнулась и покатилась вниз. Раскаленный песок насыпался под бурнус, обжег кожу, девушка попыталась приподняться, но запуталась в складках ткани и, несколько секунд подергавшись, бессильно распласталась в тени дюны. Если остаться лежать здесь, она умрет.
  "Надо встать. Надо любой ценой подняться", - подумала Риза и закрыла глаза, признавая поражение.
  
  
  - Так я ж и говорю - идиотизм это! - возмущенно воскликнул Куртис, тыча кулаком в кружок, обозначавший на карте Ишвар. - Окончательно настроим против нас народ, себя покажем дураками, а потом еще кровь прольем, ну и зачем?
  Военные стояли вокруг стола, склонившись над картой Аместриса.
  - Второй Ишварской войны в Аместрисе не будет, - категорично отрезал Мустанг.
  Куртис застыл, несколько секунд раздумывал и толкнул приятеля в плечо.
  - Слушай, а может уже до конца все расскажем? Что уж теперь...
  Рыжий поморщился, оценивающе покосился на фюрера и покачал головой. Мустанг вздохнул. За последние два часа обстановка в купе здорово изменилась. Оба капитана, сообразив, что главнокомандующий оказался не столь безнадежен, как они по сей день считали, вывалили на Роя кучу новостей и сплетен про Штаб, правительство и ситуацию в армии в целом. И про ожидавший Мустанга Ишвар.
  - Мне нужно знать правду... - стараясь, чтобы в голосе не прозвенел командный металл, и в то же время давая понять, как важен ответ, алхимик повернулся к Вангарду. Тот снова покачал головой, потом вдруг уставился в глаза Мустангу, несколько секунд раздумывал и, наконец, тяжело вздохнул.
  - Ладно... - решился он. - Разные слухи о вас ходят - кто говорит, что вы остались таким же, как во время Ишварской войны - когда простых солдат собой прикрывали; кто говорит, что вы прогнили, как все Штабные... Ну... хочу думать, что вам можно доверять...
  - Не знаю, как тебя убедить, но, поверь, что можно. Я все исправлю, - пообещал Мустанг. - Но чтобы не наломать дров, мне нужно знать реальное положение дел...
  Вангард еще раз окинул главнокомандующего тяжелым взглядом, потом ткнул пальцем в карту к северо-западу от Ишвара и весомо сообщил:
  - Вот здесь находятся те, кто может здорово испортить жизнь и себе, и вам, и жителям Ишвара.
  - Что это значит?
  Вангард выпрямился, сложил руки на груди и медленно начал:
  - Где-то пару лет назад в Ишваре появился аместриец. Нанимал проводников, чтобы найти какую-то старую лабораторию в пустыне. Потом как-то уж очень начал сочувствовать ишваритам и собирать вокруг себя тех, кто до сих пор мечтает о независимости Ишвара. А однажды объявил, что знает способ выгнать из страны аместрийских захватчиков. Нужно только время, чтобы закончить какие-то исследования...
  - Какие? - насторожился Мустанг.
  Вангард пожал плечами.
  - По слухам, он обещал сделать алхимиком каждого, кто пойдет за ним. И этой силой уничтожить аместрийские войска.
  - Бред, - объявил Рой. - Алхимия это дар. Он либо есть, либо нет. Нельзя просто обучить алхимии любого человека.
  - А этот тип считает, что можно, - встрял Куртис. - И мутит народ.
  - Значит, в самом Ишваре...
  - В самом Ишваре остались люди, которые хотят жить, как жили их предки, которым нет дела до Аместриса и нужно только одно - чтобы их не трогали.
  - И вот именно туда-то мы завтра... - Мустанг привычно вытащил из кармана серебряные часы и откинул крышку, - вернее, уже сегодня... заявимся, бряцая оружием и вспахивая дороги бронетехникой...
  - Мы окончательно настроим против себя старейшин. Мы окончательно настроим против себя людей. И вполне вероятно, что после нашего парада даже те, кто относится к Аместрису нейтрально... согласятся поддержать тех, кто хочет выгнать аместрийцев с ишварской земли, - закончил Вангард.
  Мустанг прислонился к стенке купе и задумался.
  - Что предлагаете? - поинтересовался он через несколько минут молчания.
  Вангард и Куртис переглянулись и потупились.
  - Ну же, - ободрил подчиненных Мустанг. - Я уже вижу по вашим физиономиям, что вам есть, что сказать...
  Куртис упер ладони о стол, подался вперед, к начальнику, и выпалил:
  - А что бы вам завтра не поехать в Ишвар одному, с парой машин сопровождения? Вот уж этого точно никто не ждет. Народ поверит, что Аместрис не хочет войны. Старейшины увидят, что к ним относятся с уважением. Глядишь, и за один день приобретете в Ишваре немало сторонников...
  Внутренне насторожившись, Мустанг внимательно осмотрел военных. Предложение могло, конечно, оказаться ловушкой. Вот только зачем? Устранив фюрера, Ишвар ничего не выигрывал...
  Пауза затягивалась.
  - Мне нужно время подумать, - наконец, объявил Мустанг.
  Подчиненные привычно отдали честь, Вангард неторопливо сложил карту и засунул ее за отворот мундира. Мустанг никак не мог справиться с ощущением, что рыжий знает больше, чем говорит, но часть информации держит при себе - то ли, потому что что-то планирует, то ли потому что пока просто не доверяет.
  Когда капитаны были уже у дверей, Мустанг крикнул им в спины:
  - Если мы оставим солдат и бронетехнику на станции, и я поеду один, согласитесь меня сопровождать?
  Куртис мигом расплылся у улыбке и показал большой палец. Вангард лишь небрежно пожал плечами.
  - Ладно, - вдруг решился Мустанг. - Завтра с утра придется запудрить мозги нашему генералитету. Вы уж там намекните на возможность терактов, чтобы Хиен и Сенден сами не захотели с нами ехать. А перспектива лишиться фюрера, думаю, их не расстроит.
  - Все организуем, - хихикнул Куртис. - Носа из вагонов не высунут.
  Капитаны открыли дверь, застыли на пороге, отдавая на прощанье честь, и, когда уже вышли в коридор, Вангард обернулся и, перехватив взгляд главнокомандующего, негромко, но как-то очень уверенно сказал:
  - Ничего с вами в Ишваре не случится. Обещаю.
  Мустанг кивнул со всей возможной невозмутимостью. В душе, он был совсем не уверен, что не отправляется по доброй воле прямо в аккуратно расставленную ловушку.
  
  Глава 19
  
  Последние метры до станции поезд прополз неторопливо, стараясь не потревожить пассажиров резкой остановкой. Но гости купе фюрера были настолько погружены в спор, что не среагировали бы, пожалуй, и на рывок стоп-крана.
  - Это невозможно! Не-воз-мож-но! - категорично отрезал Сенден. - Простите меня, конечно, фюрер, но то, что вы предлагаете, это бред! Вы чушь какую-то порете!
  Мустанг недобро прищурился, но до поры до времени молчал, припоминая, что только Цельнометаллический в былые времена позволял себе подобное хамство по отношению к начальству. Но наглый пацаненок вызывал симпатию, а вот зарвавшийся генералитет Аместриса - скорее острое желание взять обоих "служак" за шкирятники и пинками вытолкать из купе. А еще лучше из поезда.
  - Вы плохо знаете ишваритов. Этот народ не понимает хорошего к нему отношения. Мы должны давить и демонстрировать силу, давить и демонстрировать силу - и только так можно с ними договориться. Еще фюрер Бредли предлагал... - на этой высокой ноте Хиен вдруг спохватился и прикусил язык, сообразив, что переборщил.
  - О, фюрера Бредли вспомнили... - незамедлительно перехватил инициативу Мустанг, воспользовавшись промашкой собеседника. - Вы хотите продолжить его начинания? Не желаете вспомнить, почему он поступал именно так, и чем дело закончилось?..
  Синен и Хиен, одинаково скорбно поджав губы, опустили глаза.
  - Я поеду один, - повторил Мустанг. - Возьму только машину сопровождения. И никакого парада бронетехники...
  - Вы оттуда не вернетесь! - с трагичным надрывом сообщил Сенден. - Эти фанатичные дикари вас прикончат.
  - А я рискну, - пожал плечами алхимик, широким жестом открывая ящик стола и извлекая оттуда перчатки из пиродекса. - Ну... а на худой конец... если я действительно не вернусь... - оба генерала, как завороженные уставились на Роя, неторопливо натягивавшего перчатку на правую руку - Мустанг вдруг понял, что в бытность свою первым лицом государства ему ни разу не пришлось проявить свои огненные таланты, - вы легко найдете себе другого фюрера. Менее конфликтного и более послушного. Не доставляющего вам неприятности. Думаю, в кандидатах недостатка не будет...
  - Да что вы! Когда это вы нам доставляли неприятности? Вы всегда спокойно делали то, что вам... - на этот раз язык прикусил Синен, не сразу смекнувший, куда выруливает разговор.
  Мустанг сдержал ухмылку, надел головной убор и вышел из купе.
  Вдоль платформы уже стояли военные патрули, из грузового вагона по деревянным сходням солдаты выкатывали два армейских джипа.
  Солнце еще не взошло, но небо уже начинало светлеть. Мустанг решил не тянуть и выехать в Ишвар сразу по прибытии. Во время ишварской войны военные обозы по колдобистой дороге добирались от станции до мятежного города часов по шесть-семь. Хотелось надеяться, что джипы преодолеют этот путь часа за три.
  Ночь выдалась холодной, и Мустанг, выйдя из вагона, даже поежился, зная, но не желая верить, что совсем скоро солнце раскалит сухую землю и пески, и жарко станет даже в одной рубашке, не говоря уже о мундире.
  Куртис возник словно из неоткуда, лихо отдав честь. Мустанг ответил салютом и кивком разрешил докладывать.
  - Машины готовы. Если не возражаете, первым поедет автомобиль с охранниками, а следом ваш. Мы с капитаном Вангардом готовы вас сопровождать.
  Мустанг повернулся следом за взглядом Куртиса и обнаружил у выхода с платформы рыжего здоровяка, который также коротко отсалютовал, невозмутимо наблюдая за фюрером.
  - Отлично. Через пять минут выезжаем...
  Куртис умчался к приятелю, а Мустанг задумчиво прошелся вдоль состава, маяча у вагонов, пока из одного из них, хитровато улыбаясь и сладко потягивая всю свою накачанную мускулатуру, на платформу не вышел Алекс Армстронг.
  - Ну, как тебе моя подрывная деятельность? - не без тайной гордости поинтересовался он. - Каких я ребят тебе подобрал, а? И в машине сопровождения с тобой отличные парни поедут. Поверь, не подведут ...
  - Практически верю, - согласился Мустанг и все-таки не сдержался: - Только расскажи-ка мне про этого... Вангарда... Он что из себя представляет? Сдается мне, что-то он недоговаривает...
  Алекс нахмурился и даже почесал в затылке, увлеченный мыслительным процессом.
  - Ну... Отличный спец по югу - знает все про Аэруго. Начинал служить лейтенантом на южной границе, потом перевелся в Ишвар, когда город начали восстанавливать... Потом, когда мы окончательно вывели войска из Ишвара, снова попросился на границу с Аэруго. Ему предлагали место аналитика в Штабе - он отказался...
  - Интересно, почему... - протянул Мустанг.
  - Ну, не все же мечтают о Штабе, - пожал плечами Армстронг и через секунду игриво толкнул коллегу плечом, отчего тот с гулким бумом шарахнулся об вагон. Часовые на платформе вскинулись, но, увидев, что фюрер сам отлепился от вагона и справедливого гнева не выражает, снова замерли с непроницаемыми лицами. - Прости, не рассчитал... - буркнул Сильнорукий и тут же радостно продолжил: - Вот возьми мою сестренку - давно бы уже была в Штабе, если бы захотела...
  - Лучше не надо... - с неподдельной искренностью попросил Мустанг.
  - Да не переживай ты, - пожал плечами Алекс. - Вангард - хороший парень. Своих никогда не подставлял...
  - Вопрос только, кого он считает "своими", - не сдержавшись и поддав в голос издевки, ввернул Мустанг, одновременно жалея, что дает волю чувствам.
  Армстронг помрачнел.
  - Мне его отлично рекомендовали... И отец его служил с моим отцом. Но если ты думаешь, что он...
  Мустанг махнул рукой.
  - Ладно. Смысла уже нет что-то менять. Если он помог ишваритам устроить на меня засаду, вряд ли от его отсутствия операция развалится. Пусть лучше болтается рядом со мной - хоть будет шанс им прикрыться... - закончил мрачной шуткой алхимик.
  - Ну, нет! - наконец, решился Армстронг, упрямо мотая головой. - Не верю я, что он тебя подставит... Он ведь...
  - Все. Считай успокоил, - перебил коллегу Мустанг, чувствуя, что тема начинает ходить кругами, и вдруг вымученно улыбнулся. - Знаешь... ноги туда не несут.
  - Знаю... - уже совсем другим, тихим и вдруг разом усталым голосом согласился Алекс. - Хочешь, я поеду с тобой?
  Мустанг поморщился и покачал головой.
  - Не надо тебе снова через все это проходить. Меня будет вполне достаточно... Ладно. Держись тут. Вернусь - устрою тебе вечер воспоминаний...
  Алекс печально вздохнул и проводил Мустанга взглядом, пока тот решительно спускался с платформы к ожидавшим его машинам.
  
  
  Ее разбудил холод. Солнце давно закатилось, сияли огромные звезды, сливающиеся в молочную дорогу, затянувшую половину небосвода. Риза осторожно перевернулась на спину - болело все, даже те мышцы, о существовании которых она не подозревала - и, дрожа от холода, уставилась в небо.
  Вот и конец. Она уже не поднимется. Она не сделает больше ни шагу. Она умрет здесь, не сводя глаз с этого звездного великолепия, и только бы это случилось побыстрее.
  Но смерть не шла. По-прежнему ужасно хотелось пить, болели стертые ноги, распухший язык не ворочался, и через несколько минут Риза поняла, что не знает, что хуже - отвлечься на очередное болезненное движение, или просто лежать здесь и через боль ожидать смерти.
  Поплакав без слез от отчаяния, она медленно, как столетняя старуха, поднялась на колени и попыталась понять, где же север. Именно туда она стремилась. Чего бы только она сейчас ни отдала за ночь в Бриггсе. Ночь такую же холодную и звездную, но очень снежную, чтобы стоило только протянуть ладонь и захватить горсть - и снежинки начали бы таять, превращаясь в воду... Риза смотрела, как между пальцев текут тонкие струйки, и не сразу поняла, что едва не засунула в рот полную пригоршню песка. Она низко свесила голову, тяжело оттолкнулась и поднялась. Сил забраться наверх, на вершину ближайшей дюны, уже не было, и она побрела низом. Всхлипывая от боли и стуча зубами от холода.
  Звезды заливали мир волшебным молочным светом, пески сияли едва ли не ярче, чем днем, и Риза ощутила, что с каждым шагом переходит из мира живых в странный, иной мир, где существует совсем другая реальность. Где плоть и кровь уже не важны, где жизнь и смерть остались позади, а впереди расстилаются только вечность и удивительная, созданная ее воображением вселенная.
  Видимо, повинуясь причудам ее фантазии, звезды начали блекнуть, небо голубеть, высокие дюны налились краснотой, а потом разом побелели. Воздух согрелся в считанные минуты. Так и не понимая, продолжает она мучиться в реальном мире или терзает себя ишварской пустыней в мире ином, Риза попыталась подняться на острый хребет дюны, чтобы осмотреть горизонт, но песок сыпался под ногами, она увязла в нем по колено и снова упала.
  Неужели это все-таки реальный мир, и ей еще предстоит целый день лежать под раскаленными лучами и ждать, когда солнце добьет ее?
  Где-то совсем рядом раздался смех. Веселый, детский смех. Потом сверху посыпался песок. Краем глаза Риза уловила движение и моргнула, стряхивая с ресниц песчинки. Рядом стоял и удивленно смотрел на нее ишварский мальчишка - похоже, тот самый, которого она похоронила в городе перед возвращением в Централ. Чумазый, красноглазый, беловолосый. Он смотрел на нее удивленно и растерянно, но, главное, без ужаса в глазах. И Риза вдруг поняла, что больше всего не хочет, чтобы этот мальчик испугался ее, и сейчас, после смерти, снова пережил весь тот ужас через который прошел в последние дни Ишварской бойни. Риза осторожно протянула к малышу руку, чтобы показать, что оружия у нее нет, и попыталась улыбнуться. Пересохшие губы треснули, в рот полилась солоноватая кровь. В глазах мальчишки все-таки плеснул испуг, он крутанулся на месте и исчез.
  Ну, вот. И после смерти она пугает детей...
  Она заплакала бы, но воды в теле на слезы уже не осталось.
  Риза закрыла глаза и вдруг снова почувствовала, как на щеку осыпается песок. Она ощутила движение, потом на губы упала капля. И еще одна, потом ей в рот полилась тонкая струйка воды, но горло так распухло, что глотать она уже не могла и отчаянно закашлялась, захлебываясь водой и задыхаясь.
  Когда она снова смогла дышать и слизнула таки с губ холодные капли, она вскинула голову. Рядом с ней, на коленях, стоял ишварский мальчишка с глиняным кувшином в руках. Встретив взгляд девушки, он широко улыбнулся, уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут где-то вдалеке раздался крик женщины. Сначала требовательный, потом откровенно недовольный, и мальчишка, утвердив кувшин в песке, мигом вскочил и помчался на голос.
  Риза несколько секунд всерьез раздумывала, не сошла ли она с ума. Но кувшин стоял перед ней. И в нем, слепя глаза, отражала солнечный диск водяная поверхность. Риза осторожно потрогала обожженную глину.
  Поднять кувшин она бы сейчас не смогла - пальцы тряслись так, что даже не получалось сжать их в кулаки - и она осторожно, чтобы не тронуть песок, на локтях подтянулась к кувшину и прижала губы к краю. В рот полилась вода. Прохладная и изумительно вкусная. Риза пила и плакала одновременно - откуда-то вдруг сразу появились слезы. Когда вода закончилась, кувшин опустел, Риза снова растянулась на песке, уже не чувствуя ни боли, ни ожогов.
  И лишь когда подсохли последние капли на губах, до нее дошло, что кувшин не был галлюцинацией. Где-то рядом люди.
  Она поднялась на четвереньки и доползла до края дюны. Метров через двести начинались глинобитные постройки. Их было много, чем дальше по улицам, тем выше они становились, вот только в городе стояла тишина. Риза не увидела ни одного человека. Если бы не кувшин, она бы решила, что это очередной мираж. Но вода придала сил, и Риза добрела до ближайшего дома, с наслаждением ощутив ладонью твердость глины.
  Она постучала в дверь. Внутри кто-то зашебуршился, но ей не открыли. Пустая улица вела дальше, вглубь города, и Риза медленно пошла туда, в центр, где, как в любом пустынном поселении, на главной площади обязательно должен быть колодец. И там обязательно должны быть люди, возможно военные. Они помогут, она сразу попросит о помощи.
  Она прошла еще несколько домов, держась за стены, когда ноги снова начали подгибаться. В городе стояла полнейшая тишина, только ветер свистел в переулках. Девушка перевела дыхание и прищурилась. Зрение начинало подводить, но ей показалось, что улица расширялась и чуть дальше выходила на ту самую очень нужную ей площадь. Риза ткнулась лбом в камни ближайшего дома, прижала ладони к стене и замерла, пытаясь набраться сил, чтобы пройти еще один квартал.
  
  
  Два военных джипа бодро мчались по старой, полузаметенной песком дороге по направлению к Ишвару. Солнце разогрело воздух, едва успев подняться над горизонтом, окна в машинах открыли почти сразу после отъезда со станции, но горячий ветерок не сильно помогал охладиться. Мустанг снял мундир, оставшись в рубашке; подчиненные охотно последовали его примеру. Ладони быстро вспотели - алхимик какое-то время держался, но потом пришел к выводу, что мокрой перчаткой огнем особо не поалхимичишь, и снял ее, болтая белым пиродексом в воздухе, чтобы побыстрее просох.
  Когда на горизонте появились первые постройки, Рой посмурнел окончательно и нахмурился.
  Сидевший за рулем Куртис кинул оценивающий взгляд на начальника в зеркало заднего вида:
  - Прорвемся! - с непонятно на чем основанным энтузиазмом пообещал он. - Уж поверьте, этот наш приезд всяко лучше, чем военное выступление...
  - Притормози-ка вон там, у первых домов, - вдруг попросил Вангард. Мустанг насторожился.
  Куртис посигналил первой машине, привлекая внимание, и послушно остановился посреди широкой улицы.
  Вангард открыл дверь и вышел. Мустанг осмотрелся. Улица была пуста. Ни одного человека. В городе стояла мертвая тишина. Еще более мертвая чем та, которая осталась в его воспоминаниях.
  - Что это значит? - ощущая неприятный холодок в животе, несмотря на полуденную жару, поинтересовался Рой. - Где все люди?
  Вангард обернулся и внимательно осмотрел главнокомандующего.
  - А вы как думаете? - вдруг буркнул он с укоризной, словно объясняя прописные истины давно уже не ребенку. - Ишвар ждал оккупации, военного вторжения. Полагаете, вас собирались приветствовать цветами?
  - "Вас"... - зацепился Мустанг. - Это вы, капитан, обо мне лично, или обо всей Аместрийской армии? Вы себя, похоже, к ней не относите?
  - Да ладно вам, ладно, - вмешался Куртис, вклиниваясь между спорившими.
  - У правителей Аместриса в этом месте не самая лучшая репутация, - не ведясь на подначку, невозмутимо отрезал Вангард. Мустанг, чувствуя, что теряет терпение, отодвинул Куртиса и схватил рыжего за предплечье.
  Охранники из первой машины выгрузились на улицу. Вангард стоял неподвижно и спокойно смотрел в глаза Огненному алхимику. Куртис, убедившись, что разборка не переходит на уровень мордобоя, пожал плечами, неторопливо прошелся до ближайшего переулка, с любопытством заглянул туда и обернулся к фюреру с покаянным видом.
  - Ну, вот что... пока до драки дело не дошло... - начал он.
  - Мы кое-что вам не рассказали, - преспокойно встрял Вангард, словно не ощущая хватки алхимика.
  - Почему-то я так и подумал... - чувствуя, что все-таки попал в ловушку, Мустанг метнулся к машине, где на заднем сидении остались лежать его перчатки - не открывая дверь, через открытое окно, быстро схватил пиродекс и, торопливо натянув его на ладони, обернулся. Еще бы Ризу, чтобы прикрывала спину. И у него появился бы шанс вырваться отсюда живым. Вот только Ризу он сам оставил в Централе...
  Ничего не понимающие охранники вскинули оружие. Вангард и Куртис, так и не попытавшись остановить алхимика или отобрать перчатки, дарующие ему власть над огнем, невозмутимо смотрели на откровенно запаниковавшего фюрера.
  - Так о чем вы мне забыли рассказать? - Мустанг нехорошо прищурился, готовясь дорого продать свою жизнь.
  - Обо мне, - раздалось из того самого переулка, куда еще недавно заглядывал Куртис, и на улицу широко шагнул высокий ишварит с татуировками на обеих руках.
  Мустанг замер, не веря глазам. Охранники прицелились.
  Прямо перед фюрером, на широкой улице опустевшего Ишвара стоял Шрам.
  
  Глава 20
  
  Мустанг вскинул руку в перчатке и замер. Охранники живо перегруппировались, взяв внезапно появившегося врага в кольцо.
  Шрам невозмутимо сложил руки на груди, не без издевки оглядел боевые приготовления аместрийцев и демонстративно пожал плечами.
  - Ну, и что дальше? - невозмутимо поинтересовался он, не предпринимая никаких попыток напасть или скрыться.
  Мустанг чуть заметно нахмурился - он, откровенно говоря, рассчитывал на моментальное начало боевых действий. Секунды уходили, диспозиция не менялась. Горячий ветер свистел в переулках и закручивал в воздухе водовороты песка. Рой медленно опустил руку и жестом предложил солдатам отвести оружие от ишварита. Те неохотно подчинились.
  Оба разведчика ненавязчиво переместились в пространство между Шрамом и фюрером.
  - Удивил так удивил, - наконец, признал Мустанг, чувствуя, как спокойнее начинается биться отчаянно колотившееся до того сердце. - А я-то думал, что ты вернулся... к Ишваре.
  - Вернулся, - насмешливо согласился Шрам, - только не "к", а "в"... Ишвар.
  - Как тебе удалось выжить?
  Шрам чуть сдвинулся с места и снова с нарочитой небрежностью пожал одним плечом.
  - Мир не без добрых людей... И даже не без добрых аместрийцев...
  Мустанг недоверчиво покачал головой и перевел взгляд на разведчиков.
  Двое приятелей наблюдали за встречей настороженно. Оба держали руки поближе к кобуре, но оружие не доставали, пытливо посматривая то на фюрера, то на Шрама.
  - Вы оказались правы, ребята... - раздумчиво протянул ишварит.
  - Я же сразу сказал - он нормальный, - оживился Куртис. - Да и вообще, не так поган Аместрис, как ты думаешь...
  Мустанг хватанул ртом воздух, борясь с желанием устроить подчиненному - если этот нахал, конечно, еще считал себя на службе Аместриса - разнос, но тут рыжеволосая махина по имени Вангард соизволила вставить свою реплику:
  - Фюрер боевые действия против Ишвара не поддерживает, это ты теперь видишь сам. И войска остались на станции, а не утюжат город, только благодаря его личному приказу. С ним можно разговаривать...
  Троица зацепилась взглядами и замерла. Мустанг неделикатно кашлянул, привлекая внимание к своей персоне:
  - Если со мной можно разговаривать, может, кто-нибудь объяснит, что тут происходит?
  Первым на призыв, как и ожидалось, откликнулся Куртис:
  - Я просто клялся и божился, что вы не начнете военные действия против Ишвара, - сообщил он. - А некоторые... - Куртис демонстративно смерил взглядом Шрама, - мне отказывались верить... Да и еще кое-кто... - разведчик покосился на коллегу, - тоже, скажем прямо, сомневался...
  - Всех заложил, - добродушно протянул Вангард, качая головой.
  - Да ладно, - отмахнулся Куртис. - Все равно пора объясняться и решать, что делать дальше...
  - Знаешь, Мустанг, я и правда не ожидал от тебя такого благородства, - вмешался Шрам, с легким удивлением поглядывая на коллегу по алхимическому цеху.
  - Ты думал, я приведу войска? - уточнил Мустанг, уже без тени сомнения расслабляя плечи и, после секундного промедления, демонстративно снимая перчатки. Охранники тревожно зашевелились, снова начали поднимать оружие, но Рой остановил их резким жестом и демонстративно оглядел пустой город. - Поэтому и увел отсюда людей?
  Шрам прищурился с недоброй усмешкой и с вызовом уставился в глаза Мустангу.
  - Решил, что мне не хватило того, старого Ишвара?
  Ишварит пожал плечами.
  - Надеялся, что хватило. Но своих людей подставлять не рискнул.
  - Тогда объясни, что происходит. Если ты так не хочешь подставлять людей, раз тебе так нужен мир, к чему эти попытки устроить войну против аместрийских захватчиков? Ты ведь сам мутишь народ...
  - А кто тебе сказал, что это я? - не сводя внимательного взгляда с Мустанга, уточнил Шрам. Рой повернулся к разведчикам.
  - Мы такого не говорили! - тут же вскинулся Куртис. - Про часть ишваритов, которая рвется к независимости - да. А вот про то, что их ведет Шрам - ничего подобного.
  Рой призадумался и вынужден был согласиться. Слишком просто оказалось сделать неправильный вывод.
  - Тогда кто? - Мустанг снова повернулся к Шраму. - Расскажешь? Почему-то я начинаю думать, что ты сам оказался в непростой ситуации...
  Ишварит усмехнулся и мотнул головой вглубь улицы.
  - Расскажу. Только предлагаю не жариться здесь на пекле, а устроиться в доме старейшин. Не против прогуляться? Здесь тебе ничего не угрожает. Или тебя довезут на машине с охраной?
  Мустанг кивнул Вангарду и медленно пошел по улице. Разведчик отдал короткий приказ телохранителям, те с сомнением посмотрели на фюрера, но, не заметив к себе внимания с его стороны, отсалютовали в ответ и забрались в машину. Джип умчался вперед, к центру города.
  Шрам неторопливо шагал рядом с Мустангом, Вангард и Куртис деликатно отстали метра на три.
  Солнце припекало все ощутимее, ветер улегся, успев, впрочем, рассыпать по улице причудливые картины из песка. Огненный задумчиво смотрел на стены домов, где на фоне старого камня выделялась новая кладка.
  - А вы здорово восстановили город, - признал он. - Я не был здесь до начала войны, застал уже разрушения, но, наверное, таким Ишвар и был раньше...
  - Вы бы сказали, что ишвариты по природе консерваторы. Мы уважаем заветы предков и их наследие. Мы отстраивали город по старым картам и чертежам, - признал Шрам. - Каждый внес свою лепту, и хочется верить, что это на века. Народ рад миру. Нам не нужны больше конфликты.
  - Хотел бы я сказать то же самое про Аместрис... - Мустанг даже поморщился, как от зубной боли, вспомнив штабных генералов.
  - А я-то думал, что Аместрисом правит фюрер... - с нарочитым удивлением протянул Шрам.
  - Ну... - Огненный тяжело вздохнул и неохотно признался: - Пока я скорее фигура номинальная.
  - А ты не задавался вопросом, почему? - Шрам неторопливо брел по улице, поглядывая то на дома, то на камни мостовой, то на медленно белеющее от жара небо - в общем, куда угодно, только не на Мустанга.
  - Ну и почему же? - с ядом в голосе поинтересовался Мустанг, морально готовый отбить любые нападки.
  - Ты профукал свою команду. И остался один. Вот тебя и сломали.
  Огненный сглотнул уже готовые было вырваться возмущенные фразы и задумался. Следующие метров сто прошли в молчании.
  - Ну, положим, еще не сломали... - наконец, медленно протянул Рой, а еще через пару минут добавил: - И команда у меня осталась... - И, не дождавшись реакции Шрама, решительно закончил: - И я их верну. И стану фюрером не номинально...
  - Удачи тебе, Огненный, - вдруг фыркнул Шрам с неожиданно сочувственной усмешкой. - Не могу не признать, что от твоего успеха сейчас зависит благополучие Ишвара...
  Мустанг кивнул и, покосившись через плечо, ненавязчиво поинтересовался:
  - А скажи мне, кстати, как, интересно, твои люди попали в мою разведку?
  Шрам обернулся на Куртиса и Вангарда, и те, видимо поняв, о чем идет речь, сразу догнали собеседников.
  - Они не мои люди, - сообщил Шрам. - Это просто неглупая парочка аместрийцев, выросших на юге. Которые не хотят войны. Вот и все.
  - И помогают тебе?
  - И тебе тоже. Не наломать дров. Им здесь жить. Или, по крайней мере, им хотелось бы здесь жить.
  - Да уж, не возражали бы... - охотно согласился Куртис и пихнул рыжеволосого приятеля локтем под ребра. Тот только отвернулся и буркнул что-то себе под нос.
  Солнце поднималось все выше, тени становились все короче, и небольшая группа непроизвольно перебралась от центра улицы к относительной прохладе под навесами домов. Где-то вдали зашумела вода - центральный фонтан испокон веков был едва ли не сердцем города, и его горожане восстановили в первую очередь.
  Военные и ишварит проходили мимо широкого переулка, когда внимание Мустанга привлекла фигура, замершая в глубине, в тени одного из домов. Женщина стояла в странной, неудобной позе, уткнувшись лбом в каменную стену. Лица было не видно за длинными светлыми волосами, рассыпавшимися по снятому капюшону бурнуса.
  Мустанг удивленно вздернул бровь.
  - О! Все-таки не все ушли из города? Кто-то из северянок рискнул остаться?
  Шрам нахмурился и резко остановился, вглядываясь в женщину.
  - У нас работают врачи из Ишвара, но эту я не знаю...
  Ишварит посмотрел в сторону фонтана, потом снова на незнакомку. Рой пришел к выводу, что пора помочь с решением, и с вызовом подмигнул алхимику:
  - Ну, что? Может, подойдем поинтересуемся, что здесь делает северная красотка?
  Шрам угрюмо кивнул, предупреждающе покосился на разведчиков, которые торопливо подошли поближе, и коротко задвинул Мустанга себе за спину.
  - Я сам проверю. Если с тобой что-то случится - Ишвару конец. Иди к фонтану. Я разберусь... Это может быть ловушкой.
  - Вдвоем шансов больше, - холодно отрезал Мустанг и, вытащив из кармана перчатки, быстро оглянулся на разведчиков. - Ребята, и не вздумайте двинуть мне по башке и оттащить к фонтану. Спасибо за заботу, я, конечно, сейчас пешка, но даже без ключевых фигур на доске кое на что способен...
  Куртис и Вангард развели руками и виновато посмотрели на ишварита. Шрам что-то прошипел сквозь зубы - судя по выражению лица, отнюдь не воздавая хвалу всемогущему богу Ишваре за выпавшее на его долю испытание - и медленно пошел к незнакомке. Мустанг отставал от него на шаг.
  Женщина не двигалась. По приближении стали видны грязные разводы на бурнусе и давно забывшие расческу, спутанные пряди.
  - Мир тебе в Ишваре... - Шрам приблизился почти вплотную, на секунду замер, приподнимая руку и собираясь положить ладонь на плечо блондинке, когда та вздрогнула, подняла голову, и завеса светлых волос рассыпалась.
  На них смотрела Риза Хоукай. С почти багровым, обгоревшим лицом, красными от лопнувших сосудов белками глаз, потрескавшимися губами, но все равно не узнать ее было нельзя.
  Мустанг в первую секунду окаменел - сердце перестало биться, а голова соображать - но уже в следующий момент он вскинул руку. Шрам оказался прав, напомнив о возможной ловушке. Если, конечно, эту ловушку организовал не сам ишварит.
  Но Шрам, судя по выражению лица, тоже испытал немалое потрясение и сделал шаг назад, готовясь отразить атаку.
  Мужчины коротко переглянулась.
  - Гомункул... - почти без вопросительных интонаций бросил Шрам.
  Мустанг даже не нашел силы кивнуть.
  Женщина, похожая на Ризу, на мгновение чуть вскинула брови на Мустанга, потом перевела взгляд на Шрама, и выражение ее лица стало совсем растерянным. Она задумалась, потом чуть пожала плечами, тяжело оттолкнулась ладонью от стены и медленно пошла к площади. Фюрер и ишварит уставились ей в спину.
  - Риза в Бриггсе, - тихо и быстро сообщил Мустанг.
  - Тогда точно гомункул. Или что-то новое? Химера? Как еще можно преобразовать копию человека?
  Куртис и Вангард стояли столбами, переводя взгляд с начальства на незнакомку. Та почти что прошла мимо них, но на полшага замерла, неуверенно протянула руку и коснулась плеча Вангарда. Шрам и Мустанг окаменели в ожидании чего-то неизбежного.
  - Лейтенант? - неуверенно спросила незнакомка, прищурившись на погон. - Мне ведь не кажется? - голос был хриплый, неузнаваемый, совсем непохожий на голос Ризы. Вангард осторожно кивнул. Женщина крепче сжала пальцы на шершавой ткани формы. - Помогите...
  - Да что вы все... - вдруг рыкнул себе под нос Вангард и притянул незнакомку поближе. - Что? Не видели, в каком виде люди выходят из пустыни? - разведчик осторожно приподнял голову женщины за подбородок, повнимательнее вглядываясь в лицо, а другой рукой снял с пояса флагу с водой. - Сколько ты шла по пескам?
  Женщина покачала головой.
  - Не знаю...
  Живо подскочивший Куртис поддержал незнакомку, пока Вангард открывал флягу. Женщина пила долго и жадно, потом закашлялась и согнулась, и упала бы, если бы разведчики ее не поддержали.
  Мустанг и Шрам стояли в двух шагах, не сводя глаз с происходящего.
  - Помогите, - хриплым шепотом повторила копия Ризы Хоукай, чуть отдышавшись. - Мои друзья... у ишваритов... они погибнут... Эдвард Элрик, Цельнометаллический алхимик... и Майлз, адъютант Снежной королевы...
  - Вранье! Эд давно не алхимик, а Майлз в Бриггсе! Что им здесь делать? - вдруг злобно рявкнул Мустанг, словно оживая. Он так и не мог понять, что же происходит, и от этого внутри вскипало бешенство. Хотелось лишь побыстрее выяснить, кто и зачем создал эту пародию на Ризу.
  Женщина даже не обернулась на его голос и устало продолжила:
  - Я все время вижу миражи... галлюцинации... Вы ведь настоящие, да? Потому что он сейчас в Аэруго, а мне все равно кажется...
  - Знаешь, - вдруг осторожно вмешался Шрам, подходя поближе к блондинке, - а может, это и правда твоя Хоукай?
  - Да Риза в Бриггсе! - заорал Мустанг. Боль в груди становилась все сильнее от ужаса и непонимания происходящего, и Огненный, не выдержав, метнулся вперед, схватил женщину за плечи и встряхнул ее:
  - Кто ты?
  Риза растерянно перевела взгляд на ладони на своих плечах, словно не доверяя ощущению, потом то ли охнула, то ли всхлипнула и вскинула на Мустанга изумленные глаза.
  - Б****... - коротко высказался фюрер.
  Шрам от души помянул сонм ишварской нечисти.
  - Рой... - словно разом очнувшись, Риза вцепилась в руки алхимика дрожащими пальцами и быстро зашептала: - Они ведь говорили, что ты приедешь... что нас используют как заложников, чтобы ты...
  Но Мустанг уже не слушал. Вдруг уверившись, что это она, он подхватил Ризу на руки и повернулся к Шраму.
  - Где наши врачи? - рыкнул он.
  - Ваши врачи ей не помогут, - мотнул головой Шрам. - Я отведу тебя к знахарям. Они умеют воскрешать людей, которых чуть не забрала пустыня.
  
  Глава 21
  
  Риза проснулась в одну секунду. Вокруг была темнота. Значит, она все-таки уснула. Песчаная буря наверняка уже закончилась - надо выбираться, пока она не задохнулась в этой норе.
  Она рывком вскинулась, чтобы встать - тело отдало острой болью - но тут же поняла всю тщетность своих усилий, потому что сильная рука придержала ее за талию и не позволила подняться.
  - Тише-тише, - прошептал знакомый голос за спиной. - Подожди, сейчас зажгу свет... Глаза прикрой...
  Разом вспыхнул десяток свечей, и Риза торопливо обернулась, едва не свернув себе шею и болезненно щурясь.
  - Это я, - мурлыкнул в ухо игривый баритон, от которого в былые времена кровь разом отливала от головы и приливала... В общем, начисто лишая разума в постели с Роем Мустангом. Сейчас тело было не способно на подобную реакцию, но от знакомого голоса стало привычно тепло и уютно.
  Риза нахмурилась, пытаясь сообразить, что происходит. Похищение, песчаная буря, побег, миражи, мальчик с водой, какие-то военные, потом голос Мустанга... Она решила, что это галлюцинация...
  - Рой? - неуверенно шепнула она. Рой, все это время поглаживающий ее по плечу одной рукой, а другой удерживающий на месте, наконец с облегчением кивнул и ткнулся лбом ей в волосы, тихо выдыхая: - Большая человеческая просьба - никогда больше не устраивай мне таких сюрпризов. Я чуть не спятил...
  - Ну, знаешь... - машинально вскинулась Риза, собираясь выложить свои претензии, но в горле запершило, она закашлялась. Мустанг тут же, не отпуская ее талии, протянул руку, достал кувшин, осторожно поднес к ее губам. В кувшине оказалось что-то сильно горькое, и Риза сморщилась, вопросительно обернувшись к Мустангу, но он покачал головой.
  - Надо, - отрезал Огненный. - Местные знахари говорят, что ближайшую неделю тебе лучше терпеливо пить эту отраву. Она как-то здорово помогает при обезвоживании и солнечных ожогах.
  Риза послушно кивнула и сделала еще несколько глотков. И обессиленно опустилась на матрас. Рой отставил кувшин, притянул ее поближе, и Риза развернулась в его руках, чтобы видеть лицо.
  - Это правда ты? - слабо улыбнулась она, кончиками пальцев погладив как обычно колючую к вечеру щеку. - Я думала, ты в Аэруго...
  - А я думал, ты в Бриггсе, - мрачно сообщил Мустанг. - Черт бы подрал этих генералов...
  - Ты знал? - спросила Риза.
  Мустанг покачал головой.
  - Не все. Но повел себя, должен признать, не самым умным образом, - он погладил Ризины волосы - снова блестящие и золотистые после того, как местная знахарка вымыла их каким-то травяным отваром.
  Риза протянула руку, чтобы обнять Роя, и удивленно замерла - в свете свечей кожа блестела.
  - Что это?
  Рой криво пожал одним плечом.
  - Какие-то местные притирания. Говорят, быстро залечивают ожоги. Я, если честно, когда увидел, в каком ты состоянии, решил, что ты недели две не поднимешься с постели. Но Шрам оказался прав - ишварские знахари действительно лучше наших врачей знают, как спасать тех, кто едва не погиб в пустыне...
  - Шрам? - удивленно переспросила Риза. - Мне показалось, я его видела... Он что, жив?
  - Представляешь, какой сюрприз, - кивнул Мустанг. - Воскрешение из мертвых...
  "И не единственное", - хотела добавить Риза, но заговорила о другом:
  - У нас проблема...
  Мустанг фыркнул.
  - Не поверишь - и не одна. Но подозреваю, что ты сейчас еще навалишь до кучи. Давай. Может, сумеем твою проблему натравить на мои, и отсидимся, пока они выясняют отношения?
  - Легкой жизни не обещаю, - покачала головой Риза. - Помнишь полковника Корна?
  Мустанг демонстративно нахмурил лоб, несколько секунд изучал почти невидимый в полутьме потолок и, наконец, вынужден был растерянно покачать головой.
  - Ну... та история с генералом Эштоном... Помнишь его помощника... который исчез...
  Рой мрачнел с каждой секундой рассказа, не забывая, впрочем, периодически подсовывать Ризе кувшин с горьким напитком. Риза быстро устала и говорила все тише - так, что в конце ее шепот едва ли не терялся за потрескиванием свечей. Но историю она закончила. Рой несколько секунд молча смотрел на подругу, потом порывисто обнял ее и осторожно уложил на матрас.
  - Ничего, если я тебя оставлю одну на несколько минут? - с нотками сожаления в голосе поинтересовался он. - Мы решили утром устроить военный совет, но, похоже, не стоит терять время. Надо переговорить с ребятами и кое-что спланировать. Не хочу бросать тебя здесь, но...
  Риза слабо улыбнулась и натянула одеяло повыше, сворачиваясь клубком.
  - Иди. Я все равно уже сплю... Только оставь что-нибудь... А то я начинаю бояться, что у меня все-таки не в порядке с головой... и если не увижу тебя, когда проснусь, подумаю, что это снова была галлюцинация...
  - Хорошо, - Рой весело подмигнул и из-под кучи каких-то покрывал выудил свою шинель. Шинель он накинул на Ризу, попутно вытащив из кармана серебряные часы с Аместрийским драконом. - Держи, - он аккуратно уложил увесистые часы ей в ладонь. - Могу еще перчатки оставить, для комплекта.
  Риза тихо фыркнула.
  - Ну уж нет, оставь себе. Пусть думают, что они тебе нужны.
  - Пусть, - покладисто согласился Рой, наклонившись, чтобы поцеловать подругу, но так и не рискнул потревожить распухшие, потрескавшиеся губы. Вместо этого он бодро чмокнул ее в обгоревший нос.
  Несколько секунд уже в полусне Риза наблюдала, как он одевается, а потом, собрав остатки смелости и постаравшись добавить в голос смешинки, поинтересовалась:
  - Так тебя уже можно поздравить с женитьбой?
  Рой на секунду замер, поморщился и покачал головой.
  - Этот вопрос мы обсудим, когда я вернусь, - пообещал он. - Но чтобы ты спала спокойно, со всей ответственностью заявляю, что пока еще я молодой, холостой, талантливый и самый перспективный жених Аместриса...
  - Ой, скажите... Особенно молодой... - буркнула Риза не без облегчения в голосе и наконец-то закрыла глаза.
  Проснувшись - или очнувшись - в очередной раз, она отчетливо разглядела голубые квадраты окон. Приближался рассвет. Риза, наверное, действительно подумала бы, что Мустанг ей привиделся, если бы не шинель, хранившая чуть горьковатый запах одеколона, который он так любил, и не серебряные часы, согревшиеся в горячей ладони. Надетый на Ризу тонкий бурнус пропитался жирноватой мазью, которой натерли ее тело местные знахарки - запах был таким же неприятным, как и вкус напитка, которым поил ее Мустанг, и Риза поплотнее укуталась в шинель и ткнулась в нее носом. Как раз в этот момент дверь комнаты открылась, и на пороге возник Огненный - мрачный и сосредоточенный, но разом заулыбавшийся, едва увидев, что она не спит.
  - Как ты?
  Риза кивнула и с легким удивлением осмотрела алхимика. В одной руке он тащил мешок изрядного веса - судя по видимому усилию, с которым Мустанг толкнул его в угол, а в другой - пухлый глиняный кувшин.
  - Новая порция. Ты рада? - с добродушной насмешкой поинтересовался он, глядя, как Риза заранее морщится при мысли о вкусе напитка. - Ничего-ничего. Главное, чтобы на пользу.
  Риза тяжело вздохнула, но покорно сделала несколько глотков.
  - Я разговаривал со Шрамом. И с парой ребят из нашей армии... местными разведчиками, - объявил Мустанг, усаживаясь на пол рядом с матрасом.
  - И что?
  - Шрам попробует переговорить с мятежниками. Пригласит их сюда - они, надеюсь, уже знают, что я пришел один, без оружия и без поддержки. Хочу с ними пообщаться...
  - Ты уверен, что стоит? - напряглась Риза. - Я их видела. Независимость Ишвара для них идея-фикс. Мы даже не знаем, живы ли еще Эд и Майлз.
  - Если их планировали использовать как заложников, то наверняка живы, - покачал головой Рой. - Попробуем договориться. На худой конец... если переговоры пойдут не так, как я рассчитываю... - он многозначительно усмехнулся, - сама знаешь, у меня есть козырь, о котором мало кто догадывается...
  - Знаю, - кивнула Риза. - Только использовать его в качестве эффекта неожиданности можно только раз. Потом о нем узнает весь мир...
  - Может и лучше, если узнает, - фыркнул Мустанг, недобро прищурившись, и Риза протянула к нему руку.
  - Слушай... - Мустанг коротко сжал ее пальцы и обернулся через плечо, глядя на брошенный в угол мешок. - После всего пережитого, у меня возникла идея...
  - И?.. - заинтересовалась Риза, уловив веселый огонек в глазах любимого и готовясь поддержать любую игру.
  - Ребята мне тут кое-что достали... Видишь ли, мы ведь в Ишваре... Мало ли какие законы Аместриса здесь можно нарушить. Никто ведь не узнает, что и во что мы преобразовываем? Если, конечно, ты меня не заложишь...
  - Ты о чем?
  - Сейчас увидишь...
  Мустанг вытащил из кармана сложенный лист бумаги, аккуратно расправил его, достал карандаш и начал чертить круг. Рисовал он долго, тщательно изучая каждую линию и каждый знак.
  - Такое ощущение, что тебе с этим кругом придется сдавать контрольную моему отцу, - наконец фыркнула Риза, пальцами пытаясь разгладить морщины на наморщенном лбу фюрера.
  - Хуже... - с нарочитой серьезностью ответил Мустанг. - Сейчас определится вся моя дальнейшая судьба...
  - Да ну? - удивилась Риза и начала внимательнее вглядываться в круг, пытаясь уловить суть преобразования. - Что-то связанное с металлами?
  - И не только... - кивнул Мустанг, еще раз внимательно изучая рисунок и, наконец, раскладывая лист на полу. Сверху он решительно высыпал содержимое мешка - Риза закашлялась. В воздух взлетела пыль - на бумагу посыпались куски угля, железки, песок.
  - Сейчас ты увидишь, как практически из мусора алхимия создает нечто прекрасное и судьбоносное... - объявил Мустанг и, по-заговорщически подмигнув, решительно приложил ладони к кругу. Круг вспыхнул. Риза привычно прикрыла глаза, а когда открыла их, Мустанг уже держал в пальцах тонкое золотое кольцо с прозрачным камнем.
  - Ну, знаешь... - прошептала она, вдруг поняв, что сейчас случится.
  - Элизабет Хоукай... - Мустанг выдержал торжественную паузу и уже собрался продолжить, когда Риза быстро зажала ему рот ладонь.
  - Стоп! - приказала она. - Подумай, что делаешь.
  Мустанг попытался вывернуться и промычал что-то в ответ, но Риза, с перепугу позабыв про свои болячки, рванулась из-под шинели и одеяла и, приподнявшись, заткнула рот любимому понадежнее.
  - Ты ничего не говорил, я ничего не слышала. Договорились? - быстро предложила она.
  Мустанг упрямо помотал головой. Риза закатила глаза и бессильно опустила руки.
  - Почему? - коротко спросил алхимик.
  - Да потому что ты сейчас сам не понимаешь, что творишь. Это эмоции. Тебе меня не хватало, ты злишься на генералов, ты хочешь сделать что-то, что они тебе сделать не позволят, что идет в разрез с армейскими порядками. Вот и...
  - Я тебе что, мальчик? - мрачно поинтересовался Мустанг. - Заботливые дядюшки не разрешили, а я решил поступить по-своему за их спинами? Слушай, Риза, весь Аместрис знает о нашем романе. Спать с тобой я могу, а жениться на тебе - это идет в разрез с армейскими порядками?
  Огненный начал подниматься, и Риза клещом впилась ему в руку.
  - Стой! Я не хотела тебя обидеть. Ты сам знаешь, я хочу быть только с тобой...
  Рой замер, намеренно не встречаясь в ней взглядом.
  - Ну, и?..
  - И мы еще раз поговорим об этом, когда вернемся в Аместрис. Обещаю, - Риза положила ладони на виски алхимика и заставила его повернуться к ней лицом. - Рой, ну прошу тебя... Давай разберемся с проблемами. А потом уже решим, как жить дальше.
  Несколько секунд Мустанг по-прежнему насуплено пялился в пол, потом подбросил кольцо в ладони, поймал, спрятал в карман и кивнул.
  - Ладно, - объявил он с наигранной веселостью. - Я подожду до Аместриса и сделаю тебе предложение прямо на площади перед Централом. Посмотрим, хватит ли у тебя совести опустить меня на глазах всего военного состава.
  - Посмотрим, - терпеливо согласилась Риза и на тон тише добавила: - Самой интересно.
  
  Глава 22
  
  - Может, не надо? - мрачно поинтересовался Мустанг, с кислой миной наблюдая, как Риза медленно выходит из дома.
  - Я не могу весь день лежать, - решительно отрезала боевая подруга, игнорируя попытки алхимика ее поддержать. - Я, конечно, чувствую себя калекой, но отнюдь не безнадежной. Дай мне хоть полчаса посидеть на свежем воздухе. Потом, обещаю, вернусь в дом и лягу.
  Мустанг лишь покачал головой в ответ на упрямство, но вынужден был устроиться рядышком на скамейке в тенистом дворике. Риза поплотнее закуталась в бурнус, чтобы редкие лучи солнца, пробивающиеся сквозь листву деревьев, коими был усажен двор, не попали на кожу, и теперь сидела - вся в белом - дыша еще прохладным, утренним ишварским воздухом.
  - Помнишь последний день в Ишваре? - спросила она, покосившись на Роя. Тот поморщился.
  - Не хочу даже вспоминать. У тебя был ожог на полспины, я чувствовал себя последней скотиной, интендант отказывался выделить тебе купе, медики отказались дать мазь от ожогов, требуя объяснить, зачем она мне, и я чуть не поджарил их всех от злости...
  - Я и не знала, что у тебя выдался такой развеселый денек - удивилась Риза.
  - Да уж... - Мустанг снова поморщился. Именно в этот момент совсем неподалеку раздался знакомый взвинченный вопль:
  - Ну, хватит с меня! Никогда в жизни больше не сяду на эту скотину!..
  - Эд!
  - Да брось ты его - мы приехали уже... - недовольно пробасил Шрам, и Риза с Мустангом увидели, как в открытые ворота дворика прошагал, странно расставляя ноги, Эдвард Элрик собственной персоной, а за ним медленно вплыли пять мохнатых кораблей пустыни. На первом восседал Шрам с девочкой лет пяти на передней луке, следом появился Вангард с молодой ишвариткой, на третьем верблюде сидел Майлз, а последними во дворе возникли двое незнакомых ишваритов. Вернее, знакомых. Риза, сама того не заметив, крепко сжала ладонь Мустанга, опознав среди прибывших того, кто бил Майлза в день, когда их захватили на постоялом дворе на окраине пустыне.
  - Эд! Майлз! - обрадовалась она и поднялась навстречу.
  - Риза! - Эд с прежней детской непосредственностью взвизгнул от восторга, бросаясь к девушке. Майлз тоже не заставил себя ждать, соскочив с верблюда и подбежав к Ризе и Мустангу.
  - Все целы? - Огненный внимательно осмотрел прибывших. Оба кивнули.
  - Подозреваю, что у этих... - Майлз покосился через плечо в сторону ишваритов, - к вам будет серьезный разговор, - и на тон тише добавил: - И они вас с радостью сдадут Корну - если еще будет надежда создать армию ишварских алхимиков...
  - Полковник, уговорите их показать нам лабораторию, - горячо зашептал Эд. - Этот маньяк все равно не восстановит круг, а я смогу... Вам ведь тоже пригодится...
  - Сейчас разберемся...
  Вангард спрыгнул с верблюда, помог спуститься женщине, а Шрам сверху передал разведчику малышку. Девчонка радостно оседлала плечи Вангарда и пискнула от восторга, когда он подкинул ее, словно взбрыкнувшая лошадка.
  Только сейчас Риза и Рой заметили, что глаза у девочки не красные, как у всех ишваритов, а льдисто-голубые. Как и самого Вангарда...
  Мустанг нахмурился.
  - Только не говори, что это...
  - Мои жена и дочь, - невозмутимо сообщил разведчик. - Я на время вывез их из Ишвара.
  - К мятежникам? - недоверчиво переспросил Мустанг. - Ты там их решил спрятать?
  - Там, у мятежников, - с нажимом сообщил Вангард, осторожно ссаживая на землю девочку и приобнимая за плечи ишваритку, - все равно было бы безопаснее, в случае, если бы вы пригнали сюда войска.
  Женщина коротко ткнулась лбом в плечо Вангарда, взяла девочку за руку и быстро вышла со двора. Мустанг только недоверчиво покачал головой.
  - Знакомьтесь, - предложил Шрам, широким жестом указывая на спешившихся ишваритов. - Хигер и Маркел. Они готовы вести переговоры и в знак доброй воли возвращают тебе твоих друзей...
  - Я ценю этот жест, - кивнул Мустанг, делая шаг навстречу гостям и коротко кланяясь. Риза, чуть пошатываясь, привычно встала за его плечом. Майлз подошел поближе, готовый в любой миг хоть вступить в битву, хоть поддержать Ризу.
  Ишвариты замерли плечом к плечу - одинаково крепкие и молодые, с нескрываемым недоверием во взглядах изучая правителя Аместриса.
  - Где ваши знаменитые перчатки, фюрер? - не без подначки в голосе поинтересовался тот, которого представили как Хигера.
  - Надеюсь, в Ишваре они мне не понадобятся, - отрезал Мустанг, уверенно глядя парню в глаза. Тот стушевался.
  - Мы представляли тебя не таким, - вступил Маркел, - хозяин страны, захватившей нашу землю...
  - А вы предпочитаете, чтобы нашу землю захватила Аэруго? - внезапно вмешался Шрам, выступая вперед. - Да поймите уж, наконец, независимым Ишвар стать не сможет, никто нам этого не позволит. Наши земли всегда кому-то нужны. Вопрос лишь, под кем мы будем жить дальше - под Аместрисом или под Аэруго...
  - Есть третий путь! - запальчиво шагнул к ишвариту Хигер. - Мы найдем способ отстоять нашу свободу...
  - Создав армию алхимиков? - с нескрываемой издевкой поинтересовался Мустанг. - Да бросьте. Существуй подобный круг преобразования в древности, в Ксерксе жили бы одни алхимики - любая тайна рано или поздно становится известной всему миру. Но даже если предположить, что круг завершили прямо перед гибелью Ксеркса, скажите, вы так верите в благородство? Полковник Корн - даже если чудеса возможны, и круг сработает, вероятность чего стремится к нулю - едва заполучив новую алхимическую мощь, помчится в Централ. Думаете, он оставит за спиной армию алхимиков, которую не сможет контролировать? Не говоря уже о том, что ему вообще наплевать на Ишвар и ишваритов...
  Хигер и Маркел мрачнели с каждым словом, исподлобья поглядывая друг на друга.
  - А не пройти ли нам в дом? - вдруг вмешался Вангард, широким жестом показывая на гостеприимно распахнутые двери. - Становится жарко, а переубеждать друг друга нам, похоже, придется еще долго. Второпях мы ничего не решим...
  Ишвариты задумчиво посмотрели на Мустанга, окинули взглядами Эда, Ризу и Майлза и шагнули в полумрак дверного проема. Шрам молча направился следом. Вангард быстро скользнул поближе к Мустангу.
  - Куртиса еще с утра я отправил к вашему поезду - предупредить, что вы задерживаетесь, чтобы не натворили глупостей, - тихо сообщил он. - А что до ишваритов, то они пойдут за тем, кто возьмет верх - вы или Корн. Им интересно вас стравить. И посмотреть, что будет дальше.
  - Главное, чтобы нам дали возможность попасть в лабораторию, - горячо зашептал Эд, дергая Мустанга за предплечье. - Корн не сможет восстановить круг, а я смогу. Полковник... ну, пожалуйста...
  - Сейчас поговорим, - кивнул Мустанг, оглянувшись на уже заметно уставшую Ризу и поддержав ее за плечи. Риза дернулась, пытаясь вырваться, но потом вздохнула и молча приняла помощь.
  - У них остался Кимбли, - напомнил Майлз.
  - Вот уж кто меня не заботит, так это Кимбли, - фыркнул Мустанг. - Пусть делают с ним, что захотят. Я и в первый раз не сильно переживал после его смерти.
  - Вытащи его, - решительно потребовал адъютант Снежной королевы. - Тебе понадобится поддержка, если выступишь против сторонников старой гвардии Аместриса. Бриггс тебе поможет, если вытащишь Кимбли...
  - Я уже вытащил тебя. Этого недостаточно, чтобы получить поддержку Бриггса? - не без ехидцы полюбопытствовал Мустанг.
  - Кимбли мне нужен живым, - упрямо повторил Майлз.
  - Хотя бы попробуй, - вдруг тихо попросила Риза. - Если выяснится, что ты просто позволил ему умереть, ты и правда можешь потерять сильного союзника. Оливия бездействия не простит...
  - Да какое дело Оливии до... - начал Мустанг и вдруг изумленно посмотрел на Ризу, потом на Майлза и недоверчиво покачал головой.
  - Я вас правильно понял? - поинтересовался он и выдержал долгую паузу. Риза и Майлз увлеченно изучали песок под ногами.
  - Ну, ладно, ребята, - наконец нерадостно вздохнул Мустанг. - Пошли. Разговор будет тяжелый.
  
  
  Первая часть переговоров не затянулась. Вангард и Майлз оказались правы - ишвариты начали терять веру в обещания Корна и готовы были подстелить соломки и в стане врагов.
  - Мы не знаем, куда именно ушел Корн, - объявил Хигер. - Люди, которых он увел с собой, не вернулись. Может, твоя женщина знает?
  Ишвариты без тени симпатии уставились на Ризу. Мустанг подобрался, Риза, сдерживаясь, пожала плечами.
  - Я знаю только направление. Я сбежала, когда до лаборатории было еще далеко.
  - Я доведу, - снова вмешался Элрик. - Я примерно представляю себе, где находится лаборатория. Отсюда два дня пути. Я доведу вас, вот только... - Эд замялся, тоскливо глядя на Мустанга и понимая, что ставит того в безвыходное положение. - Без алхимика туда идти бесполезно. Корн прикончит нас всех одним преобразованием...
  Риза нахмурилась.
  - Мне идти по-любому, - словно и не удивившись, невозмутимо подтвердил Мустанг.
  - Не боитесь, что мы убьем вас по дороге? - с ехидцей поинтересовался Маркел.
  - Зачем? - алхимик даже улыбнулся. - Хотите другого фюрера, который придет сюда с войсками?
  - А если у нас к тому времени уже будут свои алхимики... - заупрямился Маркел.
  - Не будут, - с той же ровной интонацией пообещал Мустанг. - Корн рассказывает вам сказки. Невозможно построить круг, который сможет трансформировать алхимический дар.
  Ишвариты нахмурились, явно подрастеряв задор от уверенности Мустанга.
  - Ну что, собираемся? - поинтересовался Вангард. - Фюрер, я, этот мелкий парнишка... - парнишка хотел вскинуться, но в кои-то веки промолчал. - Майлз.
  - И я, - добавила Риза.
  - Ты останешься здесь, - отрезал Мустанг. - В таком состоянии ты не доедешь.
  - Доеду, - уверенно объявила Риза и, чуть склонившись к уху фюрера, добавила: - И если не хочешь, чтобы я опустила тебя на площади перед Централом, лучше соглашайся.
  - Нужно было силой нацепить на тебя это кольцо, - раздраженно буркнул Мустанг. - Теперь ты будешь шантажировать меня до самого возвращения...
  - Один раз мы уже разошлись. Ничем хорошим это не закончилось, - отрезала Риза, и алхимик поморщился, признавая поражение.
  - И еще один вопрос... - вмешался Майлз и замолчал, многозначительно покосившись на фюрера. Тот пожал плечами и махнул рукой, давая добро. - Нам нужен Кимбли.
  Ишвариты мигом закаменели.
  - Его уже нет, - объявил после короткой паузы Маркел.
  - Неправда! - решительно возразил Майлз. - Я слышал ваши разговоры, когда нас вывозили из деревни. Я точно знаю, что он еще жив...
  - Он мертв, - хором отрезали ишвариты.
  - Жив! - уперся Майлз.
  - Как думаешь, что осталось от Кимбли после того, как над ним поработали ишвариты? - едва слышно поинтересовался у Ризы Мустанг, вполуха слушая перебранку Майлза с сородичами. - И годится ли оставшееся для Оливии, или уже смысла нет торговаться? - продолжил алхимик с нотками издевки в голосе.
  Риза укоризненно нахмурила брови и незаметно ткнула любимого кулаком под ребро.
  - Сам знаешь, как я его ненавижу, но, может, наконец-то вмешаешься?
  Мустанг тяжело вздохнул и, разом повысив голос, поинтересовался:
  - Так что вы хотите за его жизнь?
  - Нам нужна только смерть Багрового, - уперто объявил Маркел.
  - А нам он нужен живой.
  - Мы вернули тебе твоих друзей, - мрачно напомнил Хигер, кивая на Майлза и Эда.
  - И лишили себя хороших козырей в игре, - балансируя на грани хамства и самоуверенности, отрезал алхимик.
  Ишвариты угрюмо молчали.
  Мустанг подумал, кивнул и решительно поднялся.
  - Ну, хорошо. Тогда все договоренности отменяются. Мы собираемся и возвращаемся к поезду.
  Эд вскинулся, но промолчал.
  - И в чем угроза? - насмешливо поинтересовался один из ишваритов.
  Алхимик пожал плечами.
  - Мои люди со мной. Круг это сказка. Я уберу войска с границы Ишвара и Аэруго, и пусть Аэруго делает с этими землями все, что захочет. От Ишвара у Аместриса уже достаточно проблем. Живите под Аэруго. Их правитель, правда, не так терпим к чужим религиям, да и пески для него - родная земля. Он быстро приведет сюда свой народ.
  Ишвариты переглянулись и погрузились в молчание.
  - Ну, так как? Подозреваю, вы уже неплохо поиграли с Багровым, - выдержав паузу, снова продолжил Мустанг, внимательно оглядывая переговорщиков. - Так может, вернете то, что осталось? Клянусь, что он больше не появится на ишварской земле. Я отправлю его в самую северную точку Аместриса, в Бриггс, и оттуда он не вернется...
  Ишвариты молчали. Тишина начинала звенеть. Эд и Риза хмуро смотрели под ноги, Майлз кусал губы, Вангард и Шрам мрачнели на глазах.
  - На том и договорились, - наконец объявил Мустанг и решительно пошел к дверям.
  - Стой! - крикнули вслед. Алхимик обернулся. Маркел покачал головой и неохотно выдавил:
  - Мы вернем вам его, если он еще жив... Клянусь Ишварой...
  - Живого и целого, - отрезал Мустанг. - С руками, ногами, головой и... - алхимик споткнулся на полуфразе, покосился на Ризу, в глазах которой снова вспыхнул вселенский укор, и махнул рукой, - ...и лучше со всем остальным. Встречаемся на закате. Эд покажет место на карте. Оттуда вместе пойдем к лаборатории...
  
  Глава 23
  
  Караван продвигался вперед, петляя в низинах между дюнами. Поджарые местные лошадки рысили, вздымая песок. Из всех присутствующих только Эд оказался абсолютно незнаком с искусством верховой езды, и теперь его постоянно выпинывало из седла. Чтобы не рухнуть, Элрик цеплялся обеими руками за переднюю луку и шипел, что мужская физиология для походов верхом природой не предназначена. Бывший алхимик был настолько увлечен попытками не навернуться с тряского животного, что даже не среагировал на привычную шутку Мустанга, сообщившего, что на лошади Цельнометаллический сильно прибавил в росте.
  Солнце едва зашло, дюны еще не остыли, продолжая накалять воздух, и Риза крепче сжимала седло коленями, с ужасом вспоминая свой поход по пустыне. Сама мысль о возможном повторении заставляла замирать сердце, и Рой, чувствуя ее нервозность, демонстративно держался рядом. Многолетняя привычка прикрывать ему спину не позволяла зациклиться на свежеприобретенных фобиях, а уверенности в собственных силах здорово прибавляла пара пистолетов, которые Риза отобрала у одного из охранников фюрера сразу, как только узнала о походе, и днем даже успела пристрелять на окраине Ишвара, несмотря на требования Мустанга немедленно убраться с открытого солнца.
  Рой, Риза, Эд, Майлз и Вангард выдвинулись к месту встречи, едва солнце начало клониться к закату. Шраму пришлось остаться в городе в качестве жеста доброй воли - два алхимика на стороне аместрийцев показались ишваритам слишком явным преимуществом.
  Местные встретили отряд точно в указанной Эдом точке: все та же парочка - Хигер и Маркел, еще трое незнакомцев на верблюдах и пыльный унылый ослик в поводу с большим свертком, переброшенным через седло, в котором угадывались контуры человеческой фигуры. Ишвариты даже не стали опускаться до пояснений - ослика подтолкнули вперед, он сделал два шага, и Майлз, мигом слетев с лошади, тут же помчался навстречу. Соплеменники откровенно скривились.
  В наступающей полутьме раздался приглушенный мат в исполнении адъютанта Снежной королевы, потом рвущий нервы человеческий стон, и Мустанг, тоже вполголоса выругавшись, начал слезать с седла.
  Риза, Эд и Вангард, не реагируя на возражения ишваритов и требования не терять даром драгоценное ночное время, последовали его примеру. Майлз уже перерезал веревки, привязывающие укутанную в бывшие когда-то белыми, а теперь окровавленные и заскорузлые тряпки фигуру к седлу, и стаскивал человека вниз.
  - Расстелите что-нибудь! - крикнул он.
  Вангард стянул с седла тюк с одеялом и быстро раскинул на песке. Майлз осторожно опустил свою ношу и начал распутывать тряпки.
  Эд уставился на открывшуюся картину неверящими глазами, присвистнул, потом зажал рот ладонью и метнулся в сторонку. Коллеги постарше, прошедшие войну, только вздохнули.
  Пожалуй, поброди Риза еще пару дней по пустыне и останься чудом в живых, она могла бы выглядеть примерно так же: сожженная до мяса кожа, текущая из трещин сукровица, почерневшие, запавшие глазницы и окровавленные тряпки на руках.
  Мустанг кинул вопросительный взгляд на ишваритов.
  - Мы срезали его татуировки. Чтобы он не мог использовать алхимию, - неохотно пояснил один.
  Майлз вытащил флягу и осторожно влил в рот Багрового несколько капель. Тот даже не попытался их проглотить.
  - Грузите его и поехали, - буркнул Хигер, брезгливо морщась. - Только зря теряем время!
  - Подождешь... - сквозь зубы прошипел Майлз и обернулся на Вангарда: - Меня примут в Ишваре?
  - Одному тащить его в город не советую, - покачал головой разведчик, сразу сообразивший, что задумал Майлз. - Не устережешь. И Шрам не поможет. Его добьют, едва ты отвернешься или закроешь глаза. Кто такой Багровый, в Ишваре знают даже маленькие дети. Слухи распространятся быстро.
  - Везти в пустыню его нельзя. В пути он точно умрет, - не сводя с приятеля мрачного взгляда, отрезал Майлз. - Он не переживет еще один день под солнцем.
  - Тварь живучая. Такие быстро не дохнут, - с ядом в голосе крикнул с седла один из ишваритов.
  Вангард вскинул голову на Ризу. Та, не задавая вопросов, только кивнула и пошла к своей лошади. Мустанг проследил за подругой и поморщился, когда она отцепила от луки сумку с лекарствами.
  - Только не изводи на него все, - хмуро распорядился он.
  - Я почти в порядке, - пожала плечами Риза. - А вот ему без местных снадобий точно не вытянуть...
  Багровый так и не пришел в сознание. Еще добрый час под злобные комментарии ишваритов его закручивали в пропитанные мазью свежие одежды и по капле вливали в рот отвар. Потом Майлз накинул на приятеля бурнус, водрузил его на лошадь перед собой, и караван наконец-то двинулся вперед. Освобожденный от тяжелого груза ослик радостно потрусил следом.
  
  Маршрут прокладывал Эд. Всю ночь лошадки то шагали, то рысили, меняя направление, согласно указаниям бывшего алхимика, то и дело извлекавшего из рюкзака все новые и новые бумаги и определявшего дорогу по одному ему известным знакам. Когда солнце поднялось над горизонтом и начало ощутимо припекать, ишвариты предложили переждать пик зноя в расположенном неподалеку оазисе, и Майлз первым подтолкнул лошадь, торопясь спешиться и проверить состояние Багрового. Жару пересидели в тени, отдыхая и периодически щупая пульс Кимбли. Тот, к вящему расстройству ишваритов, умирать упорно отказывался. Риза решительно отдала Майлзу все запасы лекарств и дремала под злобное шипение Мустанга, наблюдавшего, как Вангард вместе с адъютантом Снежной королевы изводят на Багрового запасы мази и питья. Эд, в азарте забывший о товарищах, догрызал второй карандаш, то отмечая что-то на многочисленных картах, то торопливо рисуя на припасенных бумажках варианты преобразовательных кругов. Ишвариты наблюдали за пятью аместрийцами и одним соплеменником как отдрессированные волкодавы, готовые в любой момент выполнить команду "фас". К счастью, хозяина поблизости не оказалось.
  Ночь снова прошла в пути. Эд сверялся то с записями, то с картами, посматривал на звездное небо и уверенно вел караван вперед. На восходе Мустанг нагнал бывшего коллегу.
  - Далеко еще?
  - Совсем рядом, - быстро буркнул Элрик, даже не повернув головы в сторону Мустанга.
  - Врешь, - отрезал Огненный и обернулся к ишваритам: - Здесь рядом есть оазис?
  Те выдержали паузу, переглянулись и решительно мотнули головами.
  - Есть, - констатировал Мустанг и оглядел всех собравшихся. - Вам не приходит в голову, что к Корну лучше подъехать в темноте и отдохнувшими?
  - Там наши люди, - отрезал Хигер. - Мы не ждем от них зла. И ты не жди... если, конечно, сам не задумал худого.
  - Майлз, в какой стороне оазис? - повысил голос Мустанг.
  - Он скоро сдохнет от болевого шока, если и дальше трясти его в седле, - угрюмо прошипел сквозь зубы адъютант Снежной королевы. - Давайте уже доедем и не будем растягивать это удовольствие еще на сутки. Эд, сколько до лаборатории?
  - Будем на месте до полудня, - пообещал бывший алхимик и, демонстративно не глядя в сторону Мустанга, шлепнул лошадь пятками по бокам. Та вновь понуро потрусила вперед. Ишвариты потянулись следом. Майлз пристроил своего серого мерина в хвост образовавшегося каравана.
  - Собираетесь дожидаться ночи? - без особого энтузиазма уточнил Вангард, подъезжая поближе к Ризе и Мустангу.
  Риза, чуть покачнувшись в седле, упрямо сжала колени покрепче, покачала головой и повернулась к алхимику.
  - Не стоит разделяться. Придется ехать с ними.
  Мустанг поморщился:
  - Доберемся до места сонные и вымотанные жарой. Не лучший видок для начала военных действий...
  - Все-таки жаждете крови? - не скрывая неодобрения, поинтересовался Вангард. - Только Корна, или его сообщникам тоже достанется на благо Аместриса?
  Рой прищурился на постепенно белеющее солнце и флегматично пожал плечами:
  - Поживем - увидим. Догоняй, - и алхимик кивнул вслед уходящему каравану. Вангард пришпорил лошадку.
  Мустанг кинул взгляд на Ризу. Та молча распахнула бурнус, коснулась рукояти пистолета, слабо улыбнулась, и Рой посмотрел на подругу с признательностью.
  
  
  К полудню лошадки уже едва перебирали ногами, ишвариты посмурнели, а аместрийцы жмурились, борясь с дремотой, но Эд вел себя так, словно приближение таинственной лаборатории придавало ему сил.
  В очередной раз пошуршав картами, он попытался загнать лошадку на вершину дюны. Песок осыпался, выдохшееся животное спотыкалось, и через пару тщетных попыток просто устало фыркнуло и замерло, перестав реагировать на Эдовы пинки.
  - Хватит! - приказал Вангард. - Ей надо отдохнуть, иначе она сейчас ляжет. Куда тебя несет?
  - Мне нужно осмотреться! - объявил Эд. - Лаборатория где-то здесь. Наверняка, если подняться повыше, можно увидеть развалины...
  - Это Юрга, - встрял в разговор один из ишваритов и махнул рукой куда-то за дюну. - Мы лишь чуть не доехали до древнего поселения. Но там только обрушившиеся стены...
  - Нам туда! - уверенно закричал Цельнометаллический и, спрыгнув с лошади, побежал, увязая в песке, в указанном направлении. Кобылка вздохнула, печально побрела следом за упертым хозяином и заржала с укоризной.
  Тут же неподалеку раздалось ответное ржание. Ишвариты подтолкнули лошадей. Риза, под неласковым взглядом Вангарда, демонстративно сняла пистолеты с предохранителей. Мустанг, с неменьшей решимостью, вытащил из кармана белые перчатки. Разведчик поморщился.
  Буквально за соседней дюной из песка поднималась старинная кладка. Годы не пощадили постройку - от нее остались лишь стены, в которых уже невозможно было определить, где окна, а где обвалы, но рядом был натянут тент, под которым отдыхали пять лошадок. Людей видно не было. А недалеко от навеса, прямо под стену, вглубь земли уходили стеклянно блестевшие, явно недавно преобразованные ступени в песке.
  Все прибывшие спешились.
  - Мы пойдем вперед, - объявил Хигер и, подхватив связку факелов, предложенных одним из сородичей, быстро начал спуск.
  Соплеменники последовали за ним.
  - Ну уж нет! - взвыл Эд и уже собрался метнуться за ними, чтобы догнать и перегнать, но его ухватила за шкирятник облаченная в белую перчатку рука.
  - Ты пойдешь за нами, - отрезал Мустанг.
  - Вот еще! - бросил Эд, пытаясь вырваться. - Я хочу...
  - Ты пойдешь за нами! - разом повысив голос, рявкнул Огненный, для пущего эффекта встряхивая бывшего подчиненного, словно котенка. Элрик набрал полную грудь воздуха, чтобы высказать все, что распирало его изнутри, но напоролся на потемневший взгляд алхимика и вдруг затих. Мустанг разжал пальцы, Эд плюхнулся на песок.
  - Хочешь умереть до того, как получишь возможность вернуть себе алхимию? - тихо поинтересовалась Риза, и Эд, щурясь на солнце, посмотрел на помощницу фюрера снизу вверх. В его глазах плескалось отчаяние. - Корн тебя или уже опередил и воспользовался кругом, и тогда мы все, считай, смертники; или не справился и будет защищаться, и ты нам в этой разборке только помешаешь, - отрезала Риза. Эд нахмурил брови, тяжело перевел дыхание, помолчал, но потом неохотно кивнул.
  - Пойдешь за нами, - повторил Мустанг, делая несколько неторопливых шагов к началу лестницы. Проходя мимо Вангарда, он вдруг резко схватил мужчину за плечо, в секунду заломил руку и уложил разведчика носом в песок. Рядом мгновенно оказалась Риза, защелкивая на рыжем наручники. После короткого обыска, в результате которого в сторону Майлза полетели два пистолета и стилет, Мустанг вздернул Вангарда на ноги и удовлетворенно повел плечами.
  - Все-таки былые навыки не утеряны, - не без гордости сообщил он.
  - Это что значит? - окончательно опешил Эд.
  - Мне бы тоже хотелось знать... - глухо рыкнул Вангард, отплевываясь песком и пробуя крепость наручников.
  Лишь Майлз невозмутимо наблюдал за происходящим краем глаза, попутно пытаясь влить в рот Багрового отвар из фляжки.
  - Я не понимаю, на чьей ты стороне... Меня прикроет Риза, но если ей кто-то всадит нож в спину, этого я себе никогда не прощу. Поэтому, извини - идут только те, кому я доверяю, - холодно пояснил Мустанг, подталкивая рыжего к основанию стены и усаживая на песок. - Майлз, пригляди за ним... - крикнул он. Адъютант коротко кивнул.
  Риза взяла в каждую руку по пистолету, нахохлившийся Эд замер в двух шагах за ней, и Мустанг, невесело подмигнув остаткам своей команды, быстро надел перчатки.
  - Готовы?
  Риза чуть помедлила, потом вдруг одним шагом преодолела отделявшее ее от Роя пространство и, закинув ему за шею одну руку с пистолетом, притянула алхимика к себе. Их дыхание смешалось, губы слились в поцелуе, широкие мужские ладони скользнули по ее талии, прижали крепче, Риза подалась вперед, приоткрыла губы, открываясь ему, и Мустанг...
  - Слушайте, хватит, а? - попросил Эд, когда пауза начала ощутимо затягиваться. - Как прощаетесь...
  - Не дождутся... - буркнул Мустанг, отрываясь от Ризы и встряхивая головой, словно избавляясь от наваждения. - Сейчас мы разберемся с этим уродом и продолжим, - решительно пообещал он Ризе.
  - Пошли... - согласилась она. - Смотри вперед, а спину я прикрою...
  Лестница потемнела после первого же витка, и Мустанг, пожалев, что сам не подумал прихватить факелы, периодически щелкал пальцами, оживляя огонек, тускло освещавший ступени, которые вскоре из стеклянно-песочных превратилась в обычные, каменные. Лестница стала напоминать ту, по которой Рой, Риза и Эд пробирались в лабораторию недалеко от Бриггса. Потом спуск закончился, впереди засветились огни факелов, и проход превратился в широкий коридор, в центре которого скучковались ишвариты, хмуро разглядывая преобразовательный круг, нарисованный мелом на полу. Мустанг подошел поближе и нахмурился. Эд при виде круга дернулся, но сдержался, выглядывая из-за плеча Ризы.
  - Это же не то! - воскликнул он через несколько секунд. - Это что-то другое... связанное с землей... и преобразованием твердых веществ...
  - Кимбли бы тебе рассказал, что это такое, - буркнул Мустанг, бросая взгляд назад, на бывшего коллегу. - Заготовка под взрыв. Корн здесь, раз круг еще не активирован.
  Сразу за рисунком открывалась высокая арка, ведущая в помещение, в глубине которого искрили на стенах факелы.
  - Не хотите войти первыми? Вы же так мечтали? - гостеприимно предложил Маркел.
  Мустанг сделал шаг вперед, но что-то заставило его остановиться.
  - Но там же ваши друзья, - напомнил он. - Мало ли что они подумают, обнаружив перед собой фюрера Аместриса. А вы им не угроза, - алхимик сделал широкий приглашающий жест, намекая, чтобы неплохо было бы ишваритам взять инициативу на себя.
  - Хорошо, - не стал спорить Хигер и вдруг нахмурился, всматриваясь во что-то за спиной Эда. - А это...
  Рой, Риза и Эд живо обернулись, и Риза почувствовала движение за спиной и хватку сильных рук. В ближнем бою пистолеты были лишь помехой - не хотелось не уронить их, рискуя шальным выстрелом, не случайно нажать на курок - но военная выучка сработала: Хоукай вывернулась, ударила ногой куда-то назад и, похоже, попала, судя по болезненному вскрику. Мужчина попытался зажать локтем ее шею, со знанием дела пресекая попытки освободиться, где-то вскрикнул Мустанг, но краем глаза женщина увидела Эда, вдруг вцепившегося в один из ее пистолетов. Боясь случайно выстрелить в друга, Риза разжала пальцы, и Эд, ухватив оружие за дуло, изо всех сил шарахнул им по голове противника. Тот обмяк, и почти уже задыхающаяся Риза наконец-то вырвалась из цепкой хватки и прижалась спиной к стене, выставив вперед второй, готовый выстрелить, пистолет. Справа тут же оказался Рой с поднятой рукой, явно собираясь вызвать к жизни струю огня. А правее широко замахивался на врагов крепко ухваченным за дуло огнестрелом Эдвард Элрик.
  - Назад, я сказал! - рявкнул Мустанг, и четверо ишваритов послушно отшатнулись. Пятый их товарищ медленно поднимался с пола, шипя что-то злобное и потирая рассеченный в кровь затылок. - Ты цела? - коротко спросил Рой. Все еще тяжело дыша, Риза только кивнула, но Огненному этого оказалось достаточно. - Эд?
  - До меня добраться не успели, - быстро отрапортовал Элрик.
  - Ну вот и замечательно, - с мстительными нотками в голосе заключил Мустанг. - А теперь потрудитесь уж объяснить, - потребовал он, снова повышая голос, - что все это означает?
  Ишвариты стояли, исподлобья изучая аместрийцев.
  - Мы только хотели, чтобы ты снял перчатки... - хмуро объявил Хигер. - Вряд ли ты сделаешь это по доброй воле, а вот ради своей женщины... Нам не нужно, чтобы ты сразу прикончил Корна...
  - Это кто тут собирается меня прикончить? - раздалось вдруг из пещеры, и из арки в коридор вышел никто иной, как полковник Корн - в белом бурнусе с мирно поднятыми руками. Риза мгновенно взяла его на прицел, Мустанг напрягся. - Не стоит проявлять агрессию. Я хочу лишь поговорить...
  - Что с кругом? - жадно бросил Эд. Корн пожал плечами и мотнул головой в сторону арки.
  - Эд, нет! - рявкнул Мустанг, но Цельнометаллического было уже не остановить. Сначала робко, а потом бегом, он шмыгнул в арку, сделал несколько шагов и остановился в полумраке. Минуту в коридоре стояла тишина.
  - Он неправильно восстановил круг! - наконец раздалось торжествующее из пещеры, и Эд вернулся к порогу, с откровенной издевкой привалившись плечом к стене и скрестив руки на груди.
  - Это я уже понял, - с тяжким вздохом признал Корн. - Хотя сначала подумал, что просто не вовремя использовал катализатор...
  - Катализатор? - снова изумился Эд. - Да нет там никакого катализатора...
  - Есть, - как тогда, на севере, повторила Риза. - Отец в шифрах использовал такие же знаки...
  - Ну, если катализатора нет, то я зря его извел, - бесстрастно сообщил Корн, внимательно оглядывая незваных гостей. - Должен признать, чтобы разобраться в деталях, моих знаний не хватило, - полковник пожал плечами и нарочито медленно сделал несколько шагов по коридору, попутно рассуждая: - Сколько же лет я потратил на эти исследования? Я собирал рукописи и карты древних алхимиков, начиная со времен расцвета Ксеркса. Я обшарил все антикварные магазины Сина и Аместриса, перетряхнул все библиотеки. У нас, алхимиков, есть милейшая привычка зашифровывать свои знания, причем ключ к шифру уносить с собой в могилу... - Корн, изображая расстройство, развел руками.
  - А что вы использовали как катализатор? - осторожно спросила Риза, начиная хмуриться.
  - Что использовал? - светло улыбнулся Корн. - Хотите знать?
  - Где наши люди? - вдруг подался вперед Хигер. - Лошади стоят наверху, но где люди?
  Ишвариты загудели.
  - Там их нет! - быстро сообщил Эд, на всякий случай кидая еще один взгляд в пещеру за спиной.
  - Так вот, к вопросу о людях... - неторопливо продолжил Корн, делая шаг к краю белого круга и вдруг падая вниз и ладонями касаясь меловых узоров.
  Круг вспыхнул. Бывший военный, опережая алхимическую реакцию, отпрыгнул назад, к арке. Земля содрогнулась, с полотка посыпались камни, люди охнули, прижимаясь к стенкам прохода и уже понимая, что через несколько секунд их неизбежно завалит... И в этот момент Мустанг коротко свел ладони и коснулся дрожащей стены. На миг пещера содрогнулась еще сильнее, но тут же камни начали течь, сливаться, и через несколько секунд стены и потолок снова обрели крепость, застывая причудливыми формами. Корн подался вперед, неверящими глазами наблюдая за трансформацией, а потом изумленно уставился на коллегу.
  - Но это... не огненная алхимия... Как ты это сделал?
  Мустанг пожал плечами и, не сводя взгляд с Корна, невозмутимо снял перчатки.
  - Вообще-то они мне давно не нужны. После открытия врат я могу преобразовывать без круга.
  - Ой, блин! - потрясенно охнул Эд, с завистью глядя на бывшего начальника. - И как же я не сообразил, что на вас это тоже должно было подействовать! Но ведь вы всегда продолжали пользоваться перчатками...
  - Зачем зря рекламировать свои таланты? - коротко пожал плечами Мустанг, бросая перчатки на пол и снова поворачиваясь к Корну. - Так что, полковник, хотели нас убить? Всех? И своих друзей-ишваритов?
  - Хотел, - с наигранным покаянием в голосе сообщил бывший военный и не без сожаления добавил: - Но не удалось.
  - Где наши люди? - снова встрял Хигер.
  Корн прищурился на Мустанга.
  - Ты ведь все понял, да? - невозмутимо поинтересовался он. - Катализатор в формуле есть, и он как-то связан с кровью. Мы можем продолжить. Попроси своего мальчишку помочь, - Корн кивнул на Эда, не сводя пристального взгляда с Огненного. - Кровь у нас есть. На нас хватит. А я умею быть преданным псом для серьезного хозяина...
  - Значит, ты использовал в круге кровь... - задумчиво протянул Рой, глаза которого начали холодно поблескивать. - И что, запас иссяк?
  - Сам понимаешь... я спешил... экспериментировал... - насмешливо передернул плечами Корн.
  Маркел сорвался с места и метнулся в пещеру. Следом бросились ишвариты.
  - Ну же, Мустанг, - быстро заговорил бывший военный, - ты же не дурак. Тебе нужна сила, чтобы стать настоящим хозяином в Аместрисе. Давай оживим круг. Пусть парень его перечертит. Клянусь, я тебе не изменю. Я умею быть благодарным... Мне достаточно будет той власти, которую ты мне дашь...
  На пороге пещеры появился Маркел. Ишварит шел медленно, неторопливо, не сводя недоброго взгляда с союзника.
  - Ты их убил? - тихо уточнил он. Корн по-прежнему всматривался в Мустанга. - Ты не можешь создавать алхимиков? - все также тихо, но со звенящими нотками в голосе продолжил Маркел. Корн не реагировал.
  - Ну, Мустанг, давай объединимся, - повторил бывший военный.
  Риза, устав ждать ответа, решительно мотнула головой и вскинула глаза на Роя, словно опасаясь, что тот примет предложение, и готовясь его остановить.
  - Полковник, это перебор... - тихо сказал Эд. - Я хочу вернуть себе алхимию, но платить за нее чужой кровью нельзя. Пусть даже это станет равноценным обменом.
  Мустанг стоял неподвижно и молчал, внимательно изучая Корна.
  Риза и Эд настороженно переглянулись.
  Маркел сделал короткий шаг. Взметнулась белая ткань бурнуса, Корн охнул, изумленно уставился на аместрийцев и начал медленно оседать. Маркел вырвал кинжал и для верности полоснул аместрийца по горлу.
  Мустанг подобрался, чтобы сделать шаг вперед, но так и не сдвинулся с места, молча глядя, как ишварит добивает военного. Эд, неверящими глазами глядя на происходящее, только хватанул ртом воздуха и безвольно привалился спиной к стене. Риза смотрела на убийство бесстрастно, чуть поглаживая кончиками пальцев пистолет.
  - Тварь... - прошептал Маркел, вытирая кинжал о бурнус Корна, чье тело еще подрагивало на камнях. Кровь толчками вытекала из разрезанного горла.
  
  Глава 24
  
  Вот уже пять часов Эд ползал по полу лаборатории, стирая то меловые, то кровавые линии и рисуя новые. Остатки древнего круга, выдолбленного в камне и занимавшего почти все пространство пещеры, были едва видны - кто-то, похоже, очень старался его уничтожить, но кое-где линии угадывались, и Эд соединял их, дополнял, потом добирался до очередного уцелевшего кусочка, который шел вразрез с Эдовыми представлениями о сути преобразования, ругался и начинал перерисовывать.
  Ишвариты поднялись наверх, забрав труп Корна, когда убедились, что тел сородичей уже не найдут. Майлз, соответственно, едва единокровники обосновались у пещеры, при помощи Вангарда, тут же стащил Кимбли вниз, где, впрочем, было и прохладнее, чем наверху, среди раскаленных песков. Багрового уложили у стены, и он даже пару раз открыл глаза, обескураженно глядя то на Майлза, то на Вангарда, изводивших на алхимика остатки мази и отваров. Разведчик мрачно косился на Мустанга, но молчал, так и не сумев честно ответить на прямой вопрос: "Чью сторону ты бы выбрал, дойди дело до прямого противостояния", заданный Мустангом, когда он снимал с рыжего наручники. Сам Мустанг сидел у стены на одеяле, из-под полуприкрытых век наблюдая за активностью бывшего коллеги и поглаживая по волосам Ризу, задремавшую, положив голову на колени самому родному человеку.
  - Сейчас-сейчас... - забормотал, наконец, Эд, жирной меловой линией соединяя еще пару треугольников в центре. - Сейчас увидите, как сработает...
  - Ты все-таки поаккуратнее, Цельнометаллический, - буркнул полковник. - Не пробуй, пока не будешь уверен...
  - Не учите ученого... - снисходительно потребовал Эд, и Мустангу оставалось только в очередной раз изумиться наглости бывшего подчиненного.
  - А если кругу действительно нужна жертва? - подала голос Риза, не открывая глаз.
  Эд фыркнул.
  - Вы кому больше верите - мне или Корну? Сейчас все будет.
  - Равноценный обмен никто не отменял, - подтвердил правоту подруги Мустанг. - Чем будешь платить за алхимию, Цельнометаллический?
  - Ничем! - отрезал Эд, выпрямляясь и выходя из круга. - Говорю же - древние искали способ войти в круг и получить алхимию, ничем при этом не заплатив... И они его нашли. Все. Готово.
  Мустанг осторожно придержал голову Ризы, подождал, пока женщина сядет, и поднялся, с высоты своего роста задумчиво обозревая круг.
  - Ну, какая-то логика в этом есть... - сознался он, обходя контур.
  - Не какая-то, а абсолютная! - отрезал Эд. - Ну, что... Я начина...
  Именно в этот момент распластанный на одеяле у стены Кимбли дернулся, взвыл от боли, но, до крови закусив губу, вдруг перекатился на бок и метнул замотанные тряпками ладони к краю круга.
  - Нет! - вскрикнул Эд, рыбкой прыгая к контуру, но уже понимая, что не успевает. Кимбли коснулся линий.
  Зрители замерли.
  Круг не отозвался.
  Кимбли застонал и снова хлопнул пальцами по краю рисунка. С тем же отсутствием результата...
  - Вот дурак... - беззлобно сказал Майлз и, подойдя к приятелю, оттащил его обратно на одеяло. Кимбли то ли застонал, то ли всхлипнул.
  - Быть не может... - неверяще глядя на круг, сказал Эд. Цельнометаллический медленно присел и сам аккуратно приложил ладони к краю. Круг молчал. Эд помедлил, потом закатил глаза к потолку пещеры, ударил кулаками по коленям и, наконец, закрыл лицо руками.
  - Все? - уточнил Мустанг, скептически осматривая бывшего коллегу, а затем сам опускаясь на корточки у толстой внешней линии. - Конец сказке?
  - Рой, не надо! - вскинулась Риза, сообразив, что собирается сделать алхимик, и в спешке распутывая складки бурнуса. - Алхимии без равноценного обмена не бывает. Не играй с кругом. Ты даже не знаешь...
  - Да все уже попробовали... - Рой дернул плечом, краем глаза заметив панику подруги, но не в силах отвести взгляда от рисунка. - Почему не повторить?
  Риза охнула и замерла - когда до круга ей оставалось буквально два шага, Рой коротко и решительно коснулся белых линий.
  И перевела дыхание только когда убедилась, что и Огненному не удалось пробудить преобразование.
  - Идиот... - тихо буркнула она, устало отворачиваясь.
  - Может, он только на ишваритов действует? - полюбопытствовал Вангард, невозмутимо наблюдавший за возней. - Они же местные, и круг местный...
  - Майлз, ты как? - окликнул Рой.
  Адъютант Снежной королевы невозмутимо подошел к кругу и под внимательным взглядом до сих пор тяжело дышащего Кимбли тоже приложил ладони. С тем же неизменным результатом.
  - Ну я не мог так ошибиться! - заорал Эд, бросаясь к куче бумаг у стены и торопливо раскладывая записи. - Я сделал все точно! Он должен был сработать!
  - Предлагаю на этом закончить, взорвать вход в лабораторию и уйти, чтобы вся эта история забылась, независимо от того, правда она или вымысел... - предложил Мустанг.
  - Нет! - замотал головой Эд, прижимая к груди скомканные записи. - Я не уйду! Взрывайте со мной! Я хочу еще попробовать! Должен быть способ! Может, я все-таки где-то ошибся...
  - Я же говорила, что здесь есть катализатор, - привычно напомнила Риза, уже не надеясь на понимание, и, подойдя к краю круга, присела на корточки, чтобы повнимательнее рассмотреть узор. - Вон... смотрите... ближе к центру значок. Действительно что-то связанное с кровью и напрямую не относящееся к кругу... - Риза махнула рукой в сторону значка, покачнулась и, чтобы не упасть, оперлась ладонями о камень, задев белую линию. И круг вспыхнул.
  
  
  Врата были огромными. Они стояли среди белого ничто, и Риза задрала голову, пытаясь рассмотреть их верхушку. Несколько секунд прошли в полной тишине, потом женщина медленно обернулась. Куда ни кинь взгляд, всюду висела белизна. Даже то, что оказалось под ногами, сложно было назвать полом - лишь какое-то уплотнение вселенной, позволявшее то ли стоять, то ли лететь в пространстве, не меняя своего положения относительно Врат.
  - Привет! - жизнерадостно поздоровался кто-то, и Риза снова обернулась к Вратам. Прямо перед створками сидело странное беловатое существо, отбрасывающее серую тень в мире без источника света.
  - Привет... - машинально поздоровалась Риза, настороженно вглядываясь в человека без лица. Не нужно было осматриваться и ощупываться, чтобы понять, что в странный мир она попала без оружия - привычной тяжести пистолетов не ощущалось. Но проявлять агрессию существо, вроде бы, не собиралось, и Хоукай рискнула продолжить: - Может, подскажешь, где я, и кто ты, собственно, такой?
  - Я? - переспросило существо и призадумалось. - Ну... меня люди называют по-разному. В зависимости от уровня умственного развития. Ты, например... можешь называть меня Истиной...
  - Истиной? - переспросила Риза и вдруг широко распахнула глаза, сначала с тихим ужасом глядя на незнакомца, а потом снова осматривая гигантские створки: - Стоп! Так это что, те самые Врата Истины? А ты тот, кто называет себя Богом?
  - Ох ты... - изумилось существо. - А ты, оказывается, и без моей помощи немало знаешь. Твой приятель поделился? Мустанг?
  Риза кивнула и осторожно начала отступать:
  - Вот что... Я ничего не просила... Мне не нужен никакой обмен...
  - Это ты о том, что я отобрал у твоего парня зрение? - уточнило существо. - Ну, так вы же живенько нашли способ его у меня выкупить. Вообще, тяжело с вами, людьми, - посетовала Истина. - Не любите вы равноценный обмен. Все время пытаетесь обмануть...
  - По-моему, обман - это забрать зрение у того, кто ничего у тебя не просил, - отрезала Риза.
  - Раз попал сюда, значит просил, - невозмутимо объявило существо и уселось поудобнее, сложив руки на груди. - А поэтому продолжим и займемся тобой...
  - Мне ничего не надо! - почти выкрикнула Риза, снова пытаясь отступить, но замечая, что расстояние между ею и Истиной при этом не меняется. - Я не хочу ничего знать...
  - Поосторожнее с желаниями... - посоветовало существо. - А то я ведь могу сделать так, что ты и вправду ничего и никогда уже знать не будешь...
  - Тогда просто ничего не меняй! - теряясь в попытках сформулировать желание так, чтобы уйти при своих, попросила Риза. - Просто верни меня назад... как будто ничего этого не было.
  - Ух ты, благородство какое... - протянуло существо, поднимаясь и лениво потягиваясь. - Что, вот так и уйдешь... даже не забрав то, что тебе причитается?
  - Уйду хоть сейчас... - подтвердила Риза. Существо в задумчивости почесало подбородок. Скоропалительных действий оно, судя по всему, предпринимать не собиралось, и Риза, проклиная собственное любопытство, тихо поинтересовалась:
  - А что все-таки мне причитается?..
  Существо захохотало.
  - Я знал! Знал, что не выдержишь!
  Риза насупилась, но собеседник продолжил:
  - Ладно, не буду тебя больше мучить. Я могу предложить тебе дар владения алхимией.
  - В обмен на что? Чем придется пожертвовать?
  - Да уже ничем, - отмахнулась Истина. - Жертву за тебя принесли давно. Несколько сотен людей были убиты ради твоего равноценного обмена, и доказательством этого служит то, что теперь живет в твоей крови...
  - В моей крови? - не поняла Риза. - О чем ты?
  - О флаконе из Ксеркса, жидкость из которого попала в твою кровь. И теперь я готов принять эти души, отдав тебе в обмен алхимию...
  - Флакон... - растерянно повторила Риза и вдруг широко распахнула глаза, уставившись на Истину. Разом вспомнился день рождения, хрустальная палочка - подарок Шески - и порез. - Подожди... - женщина упрямо мотнула головой. - Ты говоришь, души?.. Что с ними станет, если я отдам их тебе?
  Черт лица существа было не видно, но Риза почувствовала, что оно усмехнулось.
  - Хуже, чем при смерти, им уже не будет, поверь, - сообщило существо. - Мне они подарят новое представление о мире, а сами получат покой. Большего я тебе говорить не собираюсь, а сказал ли я правду или соврал, ты все равно не узнаешь, потому что правда - это я. И я делаю с правдой все, что хочу, ибо сам себе хозяин...
  Риза задумалась. Перед глазами прошло детство, злобные крики отца, который понял, что дочь не унаследовала его дар алхимии; Мустанг, вымотанный после алхимических зачисток в Ишваре; осознание собственной слабости перед гомункулами; и вот теперь престарелый генералитет, намерения Роя взять власть в свои руки уже по-настоящему, грядущий раскол, возможно, новая гражданская война... Риза посмотрела на затихшее существо, облизнула внезапно пересохшие губы и, наконец, кивнула.
  - Я хочу... Хочу получить твои знания...
  - Ну, и договорились... - мурлыкнуло существо и взмахнуло рукой. Риза вдруг увидела искаженные ужасом лица умирающих людей, из которых преобразовательный круг чудовищной трансформацией вытягивал жизненную силу, превращая ее в крошечные капли вещества, способного стать равноценным обменом для могущества, скрывающегося за Вратами, створки которых начали открываться...
  
  
  - Риза! - заорали у нее над ухом и девушку ощутимо тряхнули. Риза вздрогнула и открыла глаза. Она лежала на камнях, Мустанг держал ее за плечи и кричал так, что удивительно было, как еще не обрушился свод пещеры. - Риза!
  - Я в порядке, - шепнула она, пытаясь опереться на локоть и приподняться.
  - Посмотри на меня! - снова заорал Мустанг так, что в ушах зазвенело, и Риза изумленно посмотрела ему в глаза. В них плескался бесконечный ужас. - Что с тобой случилось? Что это было? Ты помнишь, кто ты? Меня помнишь?
  Риза несколько секунд раздумывала, не стоит ли подыграть, но потом решила, что приключений Огненному на день было и без того достаточно, и сжалилась:
  - Ты еще надень перчатки и пощелкай пальцами у меня перед глазами...
  Рой сгреб ее в охапку и прижал к груди. Поверх его плеча краем глаза лучший снайпер Аместриса углядела собравшихся вокруг Эда, Вангарда и Майлза. Даже Кимбли умудрился снова открыть глаза и повернуть голову в ее сторону.
  - Что произошло? - едва не приплясывал от волнения Эд.
  Риза для пробы медленно пошевелилась - тело подчинилось - и села, выбираясь из объятий Мустанга. Тот неохотно разжал руки. Помощница фюрера потерла виски, подумала и вскинула взгляд на любимого:
  - Знаешь... все детство я жалела, что у меня нет таланта к алхимии... Я думала, что, если бы я умела преобразовывать, отец обращал бы на меня больше внимания... - Риза невесело улыбнулась, попыталась сесть на колени, снова пошатнулась, и Мустанг обеспокоенно подхватил ее под локоть.
  - Риза, ты что?
  Хоукай покачала головой.
  - Я мало знаю преобразовательных кругов - не было смысла их заучивать. Но вот базовый круг, с которого начинают учить алхимию, я запомнила навсегда, потому что очень хотелось верить, что однажды он сработает... - Риза покачала головой, удивляясь детским воспоминаниям. - А потом отец умер... и мне стало все равно...
  Хоукай осмотрела друзей, задумалась, свела ладони и коснулась пола. Вспышка ослепила растерявшихся зрителей, а когда они снова обрели зрение, на полу перед Ризой стояла смешная криволапая фигурка, смутно напоминавшая щенка. Риза подняла игрушку.
  - Сработало! - охнул Эд, снова бросаясь к каменному кругу и прижимая ладони. Круг не ответил. - Но почему? - простонал бывший алхимик. - Почему нет?
  - Похоже, Эд, дело действительно в крови - круг сам решает, для кого работать, а для кого нет... - Риза бесстрашно вскинула взгляд на Цельнометаллического, надеясь, что всегда искренний парень не уловит обмана.
  - Логично... - задумчиво протянул Рой, намеренно не глядя на подругу.
  Риза медленно поднялась, Мустанг придержал ее за плечи и снова обнял. Эд сидел на полу, в отчаянии глядя на бесполезный для него рисунок.
  - Хочу на солнце, - тихо сказала Хоукай. - Мне здесь холодно...
  - Пошли... - не отпуская подругу, Рой повел ее к лестнице. Когда пещера осталась позади, Риза повернулась к алхимику и с нежностью провела ладонью по давно небритой щеке.
  - Это правда ты? - на всякий случай уточнил Огненный. - Мало ли, кем тебя подменили...
  - А кем может подменить человека Истина?..
  Мустанг мигом посерьезнел.
  - Что у тебя забрали? - быстро спросил он. Риза покачала головой.
  - Ничего. Я знаю, что нужно, чтобы сработал круг... Только чтобы этот фокус повторить, придется втихаря перевернуть все антикварные магазины Аместриса... Потому что сами мы создать катализатор не решимся...
  
  Глава 25
  
  Кимбли сидел на тощем матрасе, покрывавшем старую, скрипучую кровать и мрачно рассматривал причудливый узор, который рисовали на драных обоях тени, отбрасываемые корявыми ветками растущего у окна дерева. Съемная комнатушка, найденная им за жалкие гроши на самой окраине Централа, стала норой, в которой Багровый уже месяц зализывал раны.
  Несмотря на настойчивые просьбы Майлза, возвращаться в Бриггс алхимик отказался. День рождения Оливии был на носу, а он мало того что не добыл достойного подарка, так еще и, как последний дурак, упустил шанс стать сильнейшим алхимиком Аместриса. Да что там говорить - даже привычный взрыв устроить теперь стало для него делом непростым. Оставалось ждать еще месяцев шесть как минимум, пока раны на ладонях окончательно не заживут и не зарубцуются, чтобы снова сделать татуировки.
  В Централ Мустанг привез Багрового на собственном поезде в качестве старого друга Майлза, случайно встреченного в Ишваре с забинтованным якобы после ожога лицом. Адъютант Снежной королевы, едва обустроив Кимбли и получив от фюрера клятвенное обещание, что сводить с Багровым счеты никто не собирается, умчался в Бриггс, чтобы договориться с Оливией о поддержке планируемого Мустангом государственного переворота. Какое-то время Кимбли послушно отлеживался в выделенной ему комнате в апартаментах фюрера, но едва только собрал достаточно сил, чтобы самостоятельно перемещаться, преобразовал все найденное в комнате железо в золото и смылся из особняка. Обещаниям Мустанга он не верил, нисколько не сомневаясь, что коллега по профессии воспользуется любой возможностью, чтобы избавиться от ненавистного соперника.
  Шаткий карточный домик рассыпался. Корн был мертв, древний круг не сработал. Оставался еще шанс нагадить Огненному, сообщив о его планах генералитету, но, судя по решимости Майлза ввязаться в драку, в грядущей разборке рисковали пострадать обычные вояки, вроде гарнизона Бриггса, а отнюдь не господин фюрер, собственной персоной, а портить жизнь своим - пусть даже бывшим своим - Багровому почему-то не хотелось.
  Вот Кимбли и сидел тихонько в своей норе, скупо тратя деньги и каждый день по слухам собирая последние аместрийские новости. Сначала о том, что тихой революции не получилось, и в армии произошел-таки раскол. Потом о том, что Бриггс перекинул в Централ военную поддержку. Потом о распрях среди государственных алхимиков, и какое-то время Кимбли даже периодически чувствовал, как содрогается земля столицы, отзываясь на преобразования. До его забытого всеми богами уголка военные действия, правда, не докатились. Потом все затихло. И однажды, выбравшись в короткий марш-бросок до ближайшего рынка, Кимбли услышал, что Мустанг сумел-таки поставить противников на место. В честь чего вся чернь из соседских клетушек ликовала в ожидании обещанного фюрером праздника. Вот ведь проклятый карьерист и показушник!
  Кимбли сжал руку в кулак и чуть не взвыл от боли. Проклятые ишвариты едва не ухайдакали его. За это, кстати, тоже стоило со временем отыграться, но пока шансов отомстить не подворачивалось, и Кимбли хотелось выть от отчаяния, боли и... одиночества. Он впервые, пожалуй, признался себе, что начал привыкать к людям. Что ему странно было оказаться одному - без Оливии, без Майлза, без вояк Бриггса, частью которых он внезапно начал себя ощущать.
  Багровый скрипнул зубами и закрыл глаза, собирая остатки терпения и представляя карту Аместриса. Итак: путь на юг ему был заказан, к правителю Аэруго без сильных козырей соваться бесполезно. Оставались Син на востоке... или Крета на западе...
  В желудке ощутимо заурчало. Пришлось вспомнить, что последние монеты закончились еще вчера, оставив Кимбли с зачерствевшей булкой в качестве стратегического запаса продуктов и перспективой не выплатить аренду комнаты за ближайшую неделю. Багровый сморщился и подошел к окну, прикидывая, что и где можно украсть, чтобы преобразовать во что-то ценное...
  В дверь постучали, алхимик замер. Никто не знал, где он. Хозяин давно привык, что странный гость на стук не отвечает, и начинал орать еще на подходе к комнате. Кто бы ни стоял за дверью, это был гость незваный, а значит, совсем ненужный. Кимбли облизнул губы и покосился на окно, выругав себя за то, что согласился взять комнату на третьем этаже - вот и прикидывай теперь, допрыгнет ли он до растущего неподалеку дерева, не сломаются ли ветки, удержится ли он изуродованными ладонями и не соскользнет ли вниз, на вытоптанную до бетонной твердости землю. Но времени прикинуть список грядущих травм ему не дали - раздался мощный удар, и створка слетела с петель, косо привалившись к стенке. На пороге, блистая лысиной и идеально начищенными пуговицами мундира в ярком свете солнца, возвышался Армстронг-младший.
  - Какого... тебе здесь надо? - мигом окрысился Кимбли.
  - Тебя, придурка, - буркнул Армстронг, сгребая Зольфа за шиворот рубашки и вытаскивая в коридор.
  Без алхимии соревноваться с Сильноруким шансов не было. Он, конечно, из упрямства попытался подергаться и попинать гиганта, но его унизительно протащили по лестнице, у подъезда закинули на заднее сиденье машины и припечатали к окну тушкой самого Армстронга. Кимбли попытался рвануть дверь, но она, само собой, оказалась заблокированной.
  - Поехали! - приказал Алекс. Водитель нажал на газ, и машина сорвалась с места без уточнений, куда.
  - Что все это значит? - глухо прорычал Кимбли. - Приказ Мустанга? Или сам решил свести со мной счеты?
  - Только об этом и мечтаю, - буркнул Армстронг. - Есть только одно препятствие...
  - И какое?
  - Сейчас узнаешь...
  Машина катила еще минут пятнадцать, потом затормозила. Армстронг с удивительной для такого тела легкостью выбрался на свежий воздух и извлек на свет божий Кимбли. Тот осмотрелся и нахмурился.
  - Вокзал?
  - Рожу спрячь, - коротко приказал Армстронг, кидая Зольфу плащ с капюшоном.
  - Да какого... - начал тот, но наследник древнего рода не поленился, закрутил коллегу в плащ самостоятельно и потащил к перрону.
  Именно на перроне оказалось, что Кимбли все же может противостоять Сильнорукому. Едва опознав лица первых часовых, Багровый вкопался в плиты покрытия, зарделся, аки красна девица перед выданьем, и дальше идти отказался категорически. Армстронг призадумался, потом молча перекинул алхимика через плечо и торжественно пронес вдоль перрона. Кимбли едва не застонал от унижения и закрыл глаза.
  Плиты перрона сменились ковровым покрытием вагона, потом Кимбли сбросили с плеча, и алхимик услышал:
  - Привет, сестренка. С днем рождения тебя! А вот и подарочек...
  Кимбли встряхнулся, как мокрый пес, откинул с глаз немытые пряди и увидел ее. Она сидела метрах в двух от него за столом, заваленном картами. Рядом стоял Майлз, четкими, выверенными движениями отмечавший что-то на разложенном плане. Кимбли представил себя со стороны - в давно нестиранных рубашке и штанах, сильно похудевшего, с то ли щетиной, то ли бородой (вспомнить бы, когда мылся в последний раз, не говоря уже о том, чтобы побриться) и с привычными, уже не первой свежести бинтами на ладонях - и гордо вскинул голову, готовясь оскалиться в ответ на любую реплику.
  Оливия коротко осмотрела его с ног до головы и кивнула в сторону карт:
  - Помнишь перешеек за северной башней? - внезапно спросила она.
  Кимбли опешил, но кивнул.
  - Там Драхма разбила лагерь...
  - Чего? - неподдельно изумился Зольф, машинально делая шаг к картам, чтобы убедиться, что они говорят об одном и том же месте. - Да они отродясь туда нос не совали! - возмутился он. - Откуда такая наглость?
  - Последний месяц больше половины гарнизона болтается в Централе, спасая Мустанга, благодаря... - Оливия мрачно воззрилась на Майлза. Тот поправил темные очки, пожал плечами и невозмутимо продолжил разрисовывать план.
  - Я... - Кимбли задохнулся от возмущения, отчаяния и волны каких-то непонятных, вдруг нахлынувших на него эмоций, и, решив разом подвести черту под разговором, решительно содрал бинты, показывая Оливии изуродованные ладони. - Я больше ничего не могу, - признался он. - Вам от меня теперь никакой пользы...
  Оливия даже не моргнула.
  - Заживет, - отрезала она. - Потом сделаем новые татуировки. А пока можем организовать перчатки, как у Мустанга. Надеюсь, тебя не будет сильно тошнить от подобной схожести. Да, и еще - я отдаю тебе в обучение двух щенков. Мустанг клянется, что они таланты, но я подозреваю, что он мне подсунул кого потупее. Так что, будь уж добр, отдрессируй их быстренько до состояния волкодавов.
  - Каких щенков? - растерялся Кимбли.
  - Мустанг мне выделил двух малолетних алхимиков сразу после академии, - пренебрежительно фыркнула Оливия. - С сегодняшнего дня они твои. Делай с ними, что хочешь, но научи помогать моим ребятам.
  - Сделаю... - ошарашенно пообещал Кимбли.
  - Ну, и отлично, - Оливия кивнула и подняла взгляд на Армстронга-младшего. - Братик, ты еще здесь? Поезд трогается. Если мечтаешь и дальше жить в Штабе и не собираешься спасать Бриггс, выкатывайся отсюда на перрон...
  - Уже иду, - тактично согласился Алекс, покидая купе.
  - Чего еще ожидать от шавки Мустанга? - пожала плечами Оливия, а Кимбли с Майлзом переглянулись и синхронно изобразили презрение на физиономиях. Поезд дрогнул и начал набирать скорость.
  - Ладно, ребята, - Снежная королева сложила руки на груди, - сейчас разбежались отдыхать. Мне надо обдумать последние данные разведки. Встречаемся здесь в семь. Устроим военный совет...
  Майлз отсалютовал, Кимбли кивнул и уже привычно следом за адъютантом прошагал к двери, но вдруг замер на пороге.
  - Оливия... - тихо начал он, оборачиваясь, - у тебя ведь сегодня день рождения, а я... без подарка...
  - Лучший мой подарочек - это ты, - тихо буркнула Оливия, и Кимбли опешил. - Только душ прими... И побрейся... В качестве ленточки и бантика на праздничной упаковке.
  Кимбли снова машинально кивнул и шагнул в коридор.
  - И быстро займись своими щенками! - летело вслед. - К приезду в крепость они уже должны что-то уметь! Поезд набирал скорость. Кимбли шел в свое купе, по-дурацки улыбаясь всем, кого видел. Он возвращался домой, в Бриггс.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Изотова "Последняя попаданка"(Киберпанк) В.Соколов "Прокачаться до сотки 3"(Боевая фантастика) В.Коновалов "Чернокнижник-2. Паразит"(ЛитРПГ) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) А.Кочеровский "Баланс Темного"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 2. Инициал Спящих"(ЛитРПГ) О.Обская "Возмутительно желанна, или Соблазн Его Величества"(Любовное фэнтези) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) Ю.Гусейнов "Дейдрим"(Антиутопия) Д.Игнис "Безудержный ураган 2"(Уся (Wuxia))
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"