Хлюстова Анна Владимировна: другие произведения.

Дневник наблюдателя

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


ДНЕВНИК НАБЛЮДАТЕЛЯ

   1 августа 2159 года.
   Я никогда не вел никаких дневников, записей. Даже отчеты по работе я сразу оформляю в электронном виде, и они хранятся где-то в системе. Однако, то, что со мной произошло, я решил записать на бумаге, чтобы потом попытаться проанализировать происходящее, найти какое-то объяснение. Я ставлю дату начала событий и начинаю запись.
   Меня зовут Сирилл Харрис. Я сержант континентальной полиции Объединенной Европы. Работаю в отделе различных происшествий с неординарными людьми Европы. Это могут быть политики, музыканты, ученые. Также, наш отдел отвечает за порядок на улице при "выходе в народ" политиков и общественных деятелей иностранных государств.
   Я родился в полицейско-демократическом государстве по ту сторону Атлантики. Отец бросил мою мать, когда узнал, что у него родился светловолосый сын, обвинив её в измене. Меня воспитывал дядя, родной брат отца. По окончании мной средней школы, дядя посоветовал переехать в Европу, сказав, что положительное влияние мудрого народа благоприятно повлияет на меня. Тогда я не понял его слов, но желание покинуть страну появилось. Я переехал в Европу и на удивление быстро устроился работать в континентальную полицию. События, описываемые мной, произошли спустя десять лет после моего приезда в Европу.
   Итак, первое августа. Это был первый день визита Президента в Объединенную Европу. На вторую половину дня была назначена встреча с народом и журналистами. Я следил за порядком на площади, был в оцеплении, чтобы не допускать "тесного" контакта толпы с Президентом.
   Настроение народа было нейтрально-радостным. Кто-то пришел посмотреть на Президента вживую, без пуленепробиваемого стекла, кто-то пришел приветствовать глав своих государств. Большинство составляли журналисты разных мастей, от правительственных газет до желтой прессы и web изданий. В два часа планировался выход. И действительно, он состоялся ровно в два часа.
   Президент вышел в окружении глав пяти государств Объединенной Европы. Позади них я увидел парадные военные мундиры. Толпа приветственно замахала флажками, и послышался радостный гул. Президент подходил ближе. Он приветственно улыбался и махал рукой. Сейчас начнется "рассеянное" пожатие рук в толпе.
   Сквозь оцепление протиснулась светловолосая женщина в спортивном костюме. Для меня все произошло очень быстро, но с другой стороны мне казалось, что события идут в замедленном режиме. Женщина подняла руку, и в ладони блеснул металл. На поднятую руку мгновенно среагировали двое из окружения главы одного из государств. Девушка оказалась немного впереди и, пробежав полпути, упала. Металлический стилет поразил её сердце. Парень, немного пригнувшись, добежал до женщины и схватил её за руки сзади. В ловком маневре парня мне показалось нечто знакомое. Ну конечно, элитный спецназ министерства обороны. Женщина звонким голосом обратилась к главам государств:
  -- Ты, Президент, сволочь! Что ты сделал с моей сестрой?! Где она? Тебе не хватает твоей жены и меня и еще многих других? Сволочь! Подавился бы ты своей борьбой с терроризмом! На твою жизнь покушалась только я! - с этими словами она с трудом высвободила одну руку и до конца застегнула молнию на куртке.
   Раздался взрыв небольшой силы, но для тех двоих, что стояли, прижавшись, друг к другу этого оказалось достаточно. Народ стоял в молчании. К неподвижно лежащей девушке сквозь глав государств протиснулся мужчина в маршальском мундире. Он опустился на колени и, обняв голову девушки, зарыдал. Я без слов понял, что это её отец.
   Послышался вой сирены службы спасения. Толпа молча смотрела на Президента. Даже журналисты сохраняли молчание. К маршалу подошел один из глав государств:
  -- Маршал Ристич, не беспокойтесь, государство возьмет все расходы на похороны двух офицеров. Государственные награды это самое малое, как государство может выразить свою благодарность.
  -- Не стоит удостаивать государственных наград. Это не геройский поступок, они выполняли даже не свою работу. От имени моей дочери и её сослуживца я отказываюсь от государственной награды. Гибель моей дочери пусть будет на совести борца с террором, - сдавленный голос маршала звонко отдавался от всех уголков площади.
   Эти слова как бы послужили толчком к действию. Заговорили все сразу, и толпа медленно стала расходиться. В течение каких-то пяти минут на площади остались только главы государств с Президентом и полицейское оцепление, которому теперь никого не надо было сдерживать. Единственные журналист и телеоператор снимали происходящее без каких-либо комментариев.
   Я подошел ближе к убитой девушке и опустился возле нее на колени. Маршал посмотрел на меня и отпустил голову дочери. Я давно не видел красивых женщин. Темные, почти черные волосы и немного загорелое лицо. Маленький рот с красными губами. Длинные ресницы навсегда закрыли её глаза. Интересно, какого они цвета?
  -- Она красива, - тихо произнес я.
  -- Она была самой лучшей из лучшего выпуска Академии за последние пять лет, - произнес маршал, поднимаясь и пропуская медиков к телу дочери.
  -- Извините меня, я не представился, - спохватился я, вставая с колен. - Я Сирилл Харрис, сержант полиции из отдела...
  -- Да, я знаю кто вы.
  -- Я не выполнил своих обязанностей...
  -- Ну почему же, перед вами ставилась задача не создавать давку около глав государств, и вы с этим справились. Вы не предполагали, что будет покушение на этого борца с терроризмом. Прощайте, сержант
   Он ушел вместе с медиками. Уже забрали обгоревшие трупы. Главы государств нестройной толпой вернулись в Приемный дворец, куда уже подъезжали правительственные машины. Я обернулся к журналистам. Они тоже собирались уходить. Я подошел к ним. Журналист с кривой улыбкой посмотрел на меня:
  -- Нет, сержант, запись мы вам не дадим. Это эксклюзив, и он есть только у нас.
  -- Я не собираюсь забирать у вас запись. Из всего снятого мне нужно опознать только женщину, которая покушалась на Президента. Для похорон и закрытия возможного дела. Запись останется у вас, вы только поможете мне опознать её.
  -- И только? - журналист переглянулся с оператором и тот кивнул. - Ну, хорошо, поехали с нами в студию.
   Я сел с ними в телевизионный микроавтобус. Под впечатлением увиденного разговаривать не хотелось. Журналисты также хранили молчание. Спустя десять минут микроавтобус притормозил и мы вышли у здания телецентра. На лифте мы поднялись в монтажную комнату. Перемотав запись на начало, мы начали просматривать заново. Как только в кадре появилось лицо женщины, оператор остановил запись. Я занес её изображение в систему поиска. Спустя какое-то время мы уже знали кто это. Единственное обстоятельство нас немного смутило. В её досье значилось, что женщина была ликвидирована в прошлом месяце.
  -- Термин "ликвидирована" используется в связи с проведением каких-то анти-террористических мероприятий, проведенных гвардией Президента, - произнес журналист, гладя на меня.
  -- А в прошлом месяце его пресс-служба сообщила, что они предотвратили террористический акт, направленный против всего народа, - вспомнил я, - правда при этом пострадали мирные жители, но их было мало, около десяти человек.
  -- Значит, вместо этой женщины убили кого-то другого, очень похожего на неё, - произнес оператор.
  -- Для вас это материал, из которого можно сделать разгром Президента, - я поднялся, собираясь уходить.
  -- И полиция ничего не предпримет, чтобы избежать попадания этого материала в эфир? - удивился журналист.
  -- После всего случившегося у меня нет к нему симпатии. У людей, которые там присутствовали, я думаю, тоже. Пусть все остальные тоже узнают. К тому же, я из другого отдела.
   Мы улыбнулись друг другу, пожали руки, и я ушел от них. Пусть поступают так, как нужно. Зачем вмешиваться. Я знаю данные этой женщины, для рапорта в электронном виде этого достаточно.
   В вечерних новостях вышел материал. Запись показали без купюр и без комментариев, но вслед за этим показали журналистское расследование и уже в нем высказали все, что они думают о происходящем.
  
   3 августа.
   Состоялись похороны двух офицеров. Очень торжественные и пышные. В здание Военной Академии, где поставили два гроба, один закрытый другой открытый, пришло много сослуживцев. Принимал соболезнования маршал с женой. В некотором отдалении от них стоял высокий красивый мужчина в строгом костюме. Мне объяснили, что это старший сын маршала, врач по профессии.
   В Академию прибыли главы государств, присутствовавшие при гибели офицеров. Президента среди них не было. После официальной делегации я заметил группу из трех человек, все высокие, темноволосые в темно-синих строгих костюмах и темных очках. Двое парней и одна девушка. Они подошли к маршалу, что-то произнесли и остались стоять с ним рядом. В конце процессии я заметил двух журналистов, которые помогли мне опознать женщину - самоубийцу. По окончании церемонии прощания, когда катафалки увезли гробы, журналисты подошли ко мне.
  -- Это начало его конца, - произнес журналист, - если он умный человек, он снимет с себя полномочия досрочно.
  -- Что-то я сомневаюсь в этом, - скептически заметил оператор, - он даже не пришел на похороны тех, кому обязан жизнью.
  -- Я полагаю, что этот эпизод станет первым шагом, - высказал я свое предчувствие.
  -- Отчасти вы правы, - кивнул журналист, - мы решили сделать серию репортажей обо всех террористических актах, направленных против всего народа.
  -- Что ж, если будет свободное время, то посмотрю обязательно, - пообещал я.
   Они распрощались со мною и ушли. Высказав вслух свое предчувствие, я имел в виду немного другое, нежели политику.
  
   5 августа.
   Утром, как обычно я отправился на работу, в управление. Как только я появился в здании, мне сообщили, что меня с нетерпением ждет мой непосредственный начальник, лейтенант Ван Хаальс. Светловолосый и голубоглазый этот представитель исторической провинции Голландия был очень компанейским и веселым человеком, который четко ограничил работу и развлечения. Был умен и имел интуицию, благодаря которой, в большинстве случаев, смог к своим тридцати пяти годам подняться от простого сотрудника до начальника отдела в чине лейтенанта. Не исключалась возможность его повышения до звания капитана уже в конце этого года или в начале будущего.
   Я заглянул к нему в кабинет.
  -- Вызывали, лейтенант?
  -- Да, сержант, проходите, садитесь.
   В кабинете лейтенанта на стуле сидел пожилой, представительный мужчина с седыми бакенбардами. Давно я не видел бакенбард. Мужчина пристально посмотрел на меня и кивнул:
  -- Это именно тот человек? - голос у него был глубокий и хорошо поставленный.
  -- Да, это сержант Сирилл Харрис. Он непосредственно занимается всеми необычными случаями.
  -- Случай самый обыкновенный, - ответил мужчина. - У меня пропала дочь и я хочу, чтобы вы её нашли.
  -- Позвольте узнать, как её зовут, и где она проживала, - спросил я, доставая свой рабочий электронный блокнот.
  -- Её зовут Ларика Лансте, я её отец, профессор Лансте. Последние шесть лет она проживала за городом, с того момента, когда поступила в университет. Год назад она закончила обучение и сообщила мне, что её взяли на работу в какую-то престижную компанию. Компания предоставила ей транспорт и поэтому она не собирается менять место жительства. Мы родом из соседнего государства. Я по профессии езжу по всей Европе, а иногда даже бываю в России и на Востоке.
  -- Ваша дочь жила одна? - снова спросил я.
  -- Нет, с самого начала они снимали дом вшестером трое парней и три девушки. Все из соседних государств, из семей известных в своих странах людей. Среди них только один был сирота, но он учился в Военной Академии. Он и еще одна девушка погибли недавно, в день приезда Президента.
  -- Я знаю, о ком вы говорите, я присутствовал при этом, - кивнул я.
  -- Сержант, я прошу вас узнать хоть что-то о моей дочери, - попросил профессор, и его синие глаза снова пристально посмотрели на меня.
  -- Как только я хоть что-то узнаю, я вам сообщу. Оставьте только адрес, по которому проживала ваша дочь последние шесть лет.
   Профессор ушел, оставив мне адрес. Лейтенант выразительно посмотрел на меня.
  -- Не надейся на скорейшее нахождение девушки. Это я так, просто предупреждаю тебя.
  -- Хорошо, я понял. Можно приступать?
   Он кивнул, и я вышел из его кабинета. Первым делом надо было посетить дом, где она проживала последние шесть лет. Поговорить с друзьями. Узнать, наконец, где она работает, вполне возможно, что девушка уехала по служебным делам, и никому об этом не сказала.
   Термин "за городом" с трудом можно применить к местоположению дома, где проживала Ларика Лансте. Километров пять за чертой города. Как студенты добирались до своих учебных заведений, которые все расположены в центре города? Или у них отличная физическая подготовка, пробегать по десять километров каждый день после завтрака и перед ужином? Что касается военных курсантов, здесь понятно, им положены физические нагрузки, хотя на первый взгляд, я бы отнес погибшую девушку к разряду с хрупким телосложением. Только тронь и вся рассыплется.
   На мой требовательный звонок дверь открылась не сразу, но зато широко. На пороге стояла высокая девушка с темными, почти черными волосами, бледная, но приветливо улыбающаяся. Больше всего меня поразили её зеленые глаза, такие яркие, будто светились изнутри.
  -- Чем могу помочь? - поинтересовалась она. Голос был звонкий, без малейшего акцента, и очень приятный для моего слуха.
  -- Я сержант континентальной полиции Сирилл Харрис. Мне поручено расследование исчезновения Ларики Лансте. Её отец дал мне этот адрес и сказал, что она проживала здесь последние шесть лет, - никогда еще я не рассказывал всей информации, стоя на крыльце дома и понимая, что это может быть посторонний человек.
  -- О, проходите, пожалуйста. Невежливо с моей стороны не пригласить вас в дом, а заставлять разговаривать через порог. Проходите в гостиную
   По небольшому коридору я прошел в большую уютную гостиную с мягкими диванами и креслами, стоящими вдоль двух стен. У третьей стены у окна располагался большой экран. Ни колонок, ни пульта управления я не увидел.
  -- Присаживайтесь, - предложила мне девушка. - Меня зовут Катерина Корбу, я здесь живу также последние шесть лет.
  -- А кто еще проживает в этом доме? - поинтересовался я.
  -- Раньше нас было шестеро: Маргарита, Александр, они были военными офицерами и погибли совсем недавно. Потом, Ларика, Эжен, он уехал вчера. Родина его отправила на американский континент младшим помощником то ли посла, то ли консула, я не поняла точно. В настоящий момент в доме живу я и Янош, но он болеет, простудился на своей стройке и слег вчера. Он архитектор - строитель, работает в какой-то компании, которая выполняет государственные заказы.
  -- Как исчезла ваша подруга?
  -- Она не исчезла в прямом смысле этого слова, она просто не вернулась с работы. Тридцать первого июля мы все как обычно собрались на работу. Вечером заметили, что Ларика не вернулась. Мы беспокоиться не стали. Её часто оставляли на ночную работу без предупреждения, но утром она не появилась. Потом погибли Маргарита с Александром. Исчезновение Ларики отошло на второй план. Нам было спокойнее думать, что она отправилась в командировку, и скоро вернется, чем на фоне гибели своих друзей считать, что с ней случилось тоже что-то страшное. Но на похороны друзей она не появилась, и вчера мы обратились к её отцу, чтобы он сделал заявление в полиции. Он относится к разряду известных людей, и поэтому поиски, возможно, все же будут проведены.
  -- А вы не звонили ей на работу, может, она действительно уехала в командировку? - спросил я.
  -- У нас смелости не хватает, чтобы позвонить в ту контору, в которой она работала, - Катерина поднялась с кресла, подошла к стеллажу между диванами и, взяв с полки визитку, протянула её мне.
   Визитка как визитка. Бумага высокого качества с золотым тиснением. Ларика Лансте. Инженер - биохимик. Но дальше мой взгляд прочитал в название конторы. Я недоуменно поднял глаза на девушку.
  -- Когда была жива Маргарита, вопрос звонков решался довольно быстро. Она просто набирала номер и представлялась по полной форме: капитан Маргарита Ристич из штаба Министерства обороны, позовите инженера Лансте, - грустно улыбнулась Катерина, - такой маневр был безотказен. Сейчас такое не пройдет.
  -- Да уж, - я вытер внезапно вспотевшие ладони, - я не уверен, могу ли я позвонить в эту контору. А вам Маргарита не говорила, кто обычно брал трубку?
  -- Обычно в ней звучал мужской голос, но последние две недели она слышала женский ответ.
  -- Ясно, - кивнул я, но мне было совершенно ничего не ясно.
   Я поднялся с дивана и направился к двери. Катерина меня проводила и вышла со мной на крыльцо. Я обернулся к ней, чтобы ещё раз посмотреть в её удивительные зеленые глаза. Наши взгляды встретились. Внезапно я почувствовал, что вижу её не в последний раз, но наша встреча будет в другом месте и при других обстоятельствах. Я взял её за руку и внезапно понял, что она скрывает тайну, приятную для неё.
  -- Вы ждете ребенка? - шепотом спросил я.
  -- Да, - улыбнулась она, - а как вы узнали?
  -- Сам не пойму, просто понял, но я никому об этом не скажу, - пообещал я, твердо зная, что никому не интересно, что какая-то девушка ждет ребенка. Таких много.
  -- Спасибо. Вы удивительный человек. Надеюсь, мы с вами ещё встретимся.
  -- Я тоже на это надеюсь.
   Я спустился с крыльца и сел в машину. Пока я разворачивал автомобиль, она махала мне рукой на прощанье. Дорога в управление показалась мне короче. Приехав в управление, я сразу направился в кабинет лейтенанта. Он сидел с одним из наших сотрудников, занимающимся кражами, и просматривал какие-то бумаги.
  -- Проходите, сержант, садитесь, сейчас я закончу с этими подделками и буду весь ваш, - весело произнес он.
   Я сел на один из стульев, прикидывая, смогу ли я позвонить в контору, где работала пропавшая девушка. В конце концов, я решил, что лучше это сделает лейтенант. Спустя пять минут лейтенант освободился и приветливо улыбнулся мне:
  -- Ну, как, нашли пропавшую дочь профессора?
  -- Пока нет, но мне дали название конторы, в которой она работала. Вы можете позвонить туда? - хитро улыбнулся я, протягивая ему визитную карточку.
  -- Что, я маленький ребенок, что я не могу позвонить в какую-то фирму? - он протянул руку за визиткой. Прочитав название конторы, он изменился в лице. - Я маленький ребенок, я не могу позвонить туда.
  -- И что делать? - поинтересовался я. - Может позвонить профессору и попросить, чтобы он сам позвонил туда?
  -- Идея хорошая, может действительно, так и сделать? - задумчиво произнес он.
  -- Ладно, я поеду к профессору и попрошу позвонить. Возможно, он простит такую дерзость простому сержанту? - весело произнес я, поднимаясь со стула.
   Снова предстояло совершить прогулку, но на этот раз уже в центре города. Профессор в городе был проездом и остановился в гостинице. Найти его оказалось намного легче, чем добраться до домика студентов за городом. Профессор спустился в холл гостиницы, чтобы поговорить со мной. После приветствия, я протянул ему визитную карточку его дочери:
  -- Я прошу прощения за дерзость, но не могли бы вы позвонить в контору, где работала ваша дочь. У нас есть подозрение, что её могли отправить в служебную командировку и никому об этом не сказать.
  -- И такое возможно, - согласился со мной профессор. - Хорошо, давайте я позвоню в эту контору.
   Мы подошли к стойке администратора и попросили телефон. Профессор уверенно набрал телефонный номер.
  -- Меня зовут профессор Лансте. Насколько я знаю, моя дочь работает в вашей организации, могу я с ней поговорить? - твердым голосом произнес профессор.
   Ему долго что-то говорили. Он молча слушал. Затем, сказав "хорошо" он повесил трубку. Он повернулся ко мне и растерянно улыбнулся.
  -- Мне сказали, что инженера Лансте и еще нескольких человек отправили в длительную командировку на побережье Мертвого моря. Её не предупредили заранее и запретили звонить. Я прошу прощение за ложный вызов.
  -- Что вы, это не ложный вызов. Если бы вы не обратились к нам, вы бы не узнали, где работает ваша дочь и где она сейчас находится. Если что-нибудь случится, то вы всегда можете обратиться в наш отдел, - улыбнулся я и пожал ему руку. - Спасибо за сотрудничество.
  -- Спасибо вам, - пожал в ответ мне руку профессор.
   Мы расстались в позитивном настроении. С моей стороны было сделано все, что от меня требовалось. Он сам позвонил в контору, где работала его дочь, и он сам узнал, где она находится. Я считал, что на этом история закончится.
  
   26 августа.
   Небольшая заметка в одной из газет американского континента.
   "В ходе народных беспорядков в одном из пригородов столицы были убиты около двух десятков человек, и около семидесяти оказались ранеными. Среди убитых оказался и младший помощник консула Эжен дю Эшп. Правительство страны выражает глубокие соболезнования семье погибшего".
  
   2 сентября.
   Небольшая заметка в медицинском разделе одной из континентальных газет: "медики выражают полнейшее недоумение по поводу внезапной вспышки неизвестного заболевания, от которого умер уже один человек. Еще двое находятся в критическом состоянии, но, по словам некоторых специалистов, вакцина уже имеется. Умершая женщина ожидала ребенка, что ухудшило её общее состояние здоровья. Выражаем глубокие соболезнования семье господина Корбу".
  
   15 сентября.
   В вечерних телевизионных новостях сообщили о происшествие на строительстве одного из крупных объектов. В результате обрушения строительных лесов погиб архитектор проекта. Дирекция компании заявила, что обрушение подстроено их конкурентами в борьбе за государственные проекты. Гибель архитектора не срывает планов компании по завершении строительства данного объекта, но ставит компанию перед серьезными сложностями в будущих проектах.
  
   Итак, все шестеро молодых людей, живших в загородном доме, погибли. Кто-то в результате несчастных случаев, кто-то нет. Что это, целенаправленное устранение молодых специалистов или действительно стечение обстоятельств?
   Я, на свой страх и риск, запросил документы гибели всех молодых людей. Мой внутренний голос говорил, что тут что-то не так.
  
   23 сентября.
   Управление континентальной полиции. Ночь.
   Я остался на ночную смену, чтобы привести свои отчеты в порядок. Несмотря на то, что все отчеты предоставляются нами в электронном виде, к этому виду предъявляют некоторые жесткие требования. Оформляя свой последний отчет, я заметил, что начинаю зевать. Я откинулся на спинку стула, чтобы отвлечься от экрана дисплея.
   В кабинет лейтенанта в сопровождении представительного мужчины и двоих частных охранников доставили мужчину. Моя дремота прошла мгновенно, и мое любопытство оказалось сильнее правил, и я направился в кабинет вслед за ночными посетителями. Охранники усадили мужчину на стул возле стола, на стол положили оружие в пластиковых пакетах, а сами встали возле двери. Мужчина обратился к лейтенанту:
  -- Это наш бывший охранник Дирк Долен. Он доставлен к вам после неудачного покушения на хозяйку дома. Также он, вначале, впустил на частную территорию постороннее лицо, а затем застрелил его. Частная территория является частной собственностью, и хозяйка вправе была сделать с этим человеком все что угодно. Вот, - он протянул лейтенанту несколько исписанных листов бумаги, - это письменные показания хозяйки дома. Что-нибудь ещё от нас нужно?
  -- Один вопрос: вы сами кто?
  -- Я начальник охраны Маркус Фирос.
  -- Еще вопрос: почему задержанного доставили к нам?
  -- Молодая хозяйка дома находится под патронатом леди Дуглас.
  -- Вопросов больше нет, - лейтенант посмотрел на меня и выразительно поднял брови.
   Я понял, что за ходом этого дела будут следить в достаточно высоких сферах общества. Начальник охраны попрощался с лейтенантом, кивнул мне и вышел с двумя другими охранниками. Я зашел в кабинет и сел напротив задержанного. На вид он казался обычным, немного туповатым охранником. Такие встречаются, но очень редко, те, которые хотят получать много денег, но не хотят работать. Среднего роста, с развитой мускулатурой. Загорелое лицо, темные, коротко остриженные волосы, карие глаза. На шее небольшой прямоугольный отпечаток, красноватого оттенка. На лице постоянно присутствовала глупая улыбка. Лейтенант прочитал письменные показания.
  -- Сержант Харрис, вам это будет интересно, - обратился ко мне лейтенант.
  -- Интересное дело?
  -- Глупость несусветная. Но лучше послушать, что скажет нападавший. Письменные показания жертвы уже есть. Охрана частного острова вызвала полицию, чтобы она забрала этого типа. Он покушался на жизнь своей хозяйки, на жизнь той, которая платит ему деньги и которую он должен охранять.
  -- Ваше имя? - обратился я к задержанному.
  -- Дирк Долен, - ответил он с отрешенным видом.
  -- Сейчас вы находитесь в полицейском управлении. Вы понимаете, почему вы оказались здесь?
  -- Да, я пытался лишить жизни хозяйку острова.
  -- По какой причине?
   - Пока остров и дом пустовали, меня попросили спрятать девушку на два дня. Я спрятал. Одна из хозяев прибыла на остров на два дня раньше срока. У меня был выходной, и я ничего не знал об этом. Она освободила девушку..., - начал рассказывать Долен.
   - Освободила? - не понял лейтенант. - Она, что, была спрятана вами и закрыта в одной из комнат?
   - Нет, я её приковал кандалами к полу. Кандалы такие средневековые, да и сам замок тоже старый. Чтобы девчонку никто не обнаружил, я накачал её слабым наркотиком. Так вот, хозяйка её освободила и оставила гостить у себя, так как весь транспорт использовался для прибытия других хозяев. Так мне было сказано. Этим вечером мне позвонили и сказали, что девушку надо вернуть. Я ответил, что возникли некоторые проблемы. На что мне ответили, что никаких проблем не будет, и если я сделаю все, как мне скажут, все будет тихо и мирно. Они прилетели на вертолете. Одного я провел в замок, откуда мы собирались тихо забрать девушку, но оказалось, что она вместе с хозяйкой сидела в её апартаментах. По-хорошему хозяйка не согласилась отдавать нам свою гостью, и мы пригрозили ей оружием.
   - Собственной хозяйке ты пригрозил оружием? - изумился я.
   - Да. Она подошла поближе, чтобы рассмотреть оружие. Когда она подошла поближе, она одной рукой прикоснулась к моему оружию, а другой к горлу мужчины, который приехал за девушкой. Мой пистолет замерз, и я выхватил другой. Мужчина закричал, что его обожгли, и сказал, что свидетели ему не нужны. Услышав это, хозяйка мгновенно спряталась за него, а я, по инерции нажав на курок, застрелил мужчину. Потом хозяйка подбежала ко мне и ударила меня по шее. Дальше я ничего не помню.
   - Вы признаетесь, что застрелили мужчину? - спросил лейтенант.
   - Да, я признаюсь.
   - Хорошо, - кивнул Ван Хаалс. - Сколько вам заплатили, чтобы вы спрятали девушку?
   - Пять тысяч.
   - А сколько вам платили за работу охранником?
   - Три. Но за сокрытие девушки на два дня мне заплатили пять.
   - Не кажется ли вам, что за убийство хозяйки острова вам заплатили очень мало?
   - Кажется, но если бы свидетелей не осталось, я бы попросил в десять раз больше.
   - Ладно, уведите его, - обратился лейтенант к конвойным. - Экспертиза покажет, сколько правды вы нам рассказали. Если мужчину обожгли, то должен остаться след ожога. Один пистолет был у вас в кобуре, другой вы держали в руках. Отпечатки пальцев тоже дополнят, или подтвердит ваш рассказ.
   Арестованного увели. Я посмотрел на начальника и усмехнулся.
   - Похоже на что-то фантастическое.
   - Да, очень похоже. Ладно, подождем результатов экспертизы.
  
   25 сентября. Раннее утро.
   В то утро мне не удалось уснуть. Глядя на себя в зеркало, я не мог не удивиться, что выгляжу вполне прилично, учитывая бессонную ночь. В семь утра я уже был в Управлении, мне хотелось узнать результаты экспертизы. В управлении находился только лейтенант. Я осторожно заглянул к нему в кабинет.
   - Я кое-что узнал, - вместо приветствия вырвалось у меня. Правда, мы расстались около трех часов назад.
   - Проходи, садись. Мне только что принесли данные экспертизы, - пригласил меня лейтенант.
   - Данные экспертизы подтвердили рассказ Долена? - спросил я, усаживаясь в кресло, напротив стола лейтенанта.
   - Наоборот, - усмехнулся Ван Хаалс, - они полностью опровергли его рассказ. Почти полностью.
   - Как это?
   - Как ты помнишь, Долен нам рассказал, что хозяйка острова схватилась за его пистолет и заморозила его. Также он сказал, что она обожгла горло мужчины, которого он застрелил. Осмотр трупа не обнаружил никаких следов ожога, или какого-либо другого термического воздействия на кожу мужчины. На оружии, которое у него было в кобуре нет никаких отпечатков, только его собственные.
   - Это полностью отвергает тот бред, который он нес.
   - Это точно, - кивнул лейтенант. - Эксперты сказали, что оружие не подвергалось охлаждению.
   - Фантазер, - усмехнулся я. - Чего только не придумают, чтобы хоть как-то оправдать свои действия.
   - В основном он признался. Он покушался на собственного работодателя и застрелил мужчину. Это основное и нам этого хватит вполне, чтобы передать дело дальше по инстанциям. Что у тебя?
   - От вас ничего не скроется, - я уже успел забыть, с чем я пришел к начальнику.
   - Я решил, что ты не стал бы приходить на работу спустя каких-то три часа после ухода. Так что у тебя?
   - Я узнал, что остров принадлежит шестерым людям. Его купили, взяв заем в банке. Среди покупателей стоят подписи маршала Ристич, премьера дю Эшпа, профессора Лансте. Остальных я не знаю. На документе о взятии заема пять подписей и шестая как поручительство России. Спустя всего год, заем был погашен и выплачены все проценты, при непосредственном участии лиц со стороны России.
   - Значит остров частная территория русских?
   - Нет. Остров это частная собственность шестерых молодых людей под патронажем леди Дуглас. Мне не удалось узнать, кто эти молодые люди. Одно известно точно. Это не русские.
   - Интересно, очень интересно. С одной стороны это не наше дело, так как убийство на острове уже раскрыто, но с другой стороны человеческое любопытство. Решим так: если что-нибудь случится в таком же духе на этом острове, то я добьюсь разрешения посетить это частное владение.
  -- Что можно предпринять в этом случае? - спросил я.
  -- А что мы можем сделать? Все произошло на частной территории, на которую мы можем попасть, только имея на руках официальные бумаги. Бумаги нам никто не подпишет, так как злоумышленник был сдан властям, заявление от пострадавшей хозяйки мы получили. Преступник признался в убийстве. Что мы можем ещё сделать? - развел руками лейтенант.
   Действительно, в данном случае, мы не имели никаких полномочий предпринимать что-либо. Нельзя сказать, что я поверил рассказу Долена, но некоторые его моменты мне показались очень интересными. Например, его слова о том, что у него замерз пистолет, который, как, оказалось, находился у него в кобуре.
  
   26 сентября - 4 октября.
   Экспертиза не подтвердила слов Долена, и теперь, у нас не было официального разрешения на проведение какого-либо расследования. Даже сбор информации о владельцах острова может привести к конфликту, и кого-то могут снять с работы. Я решил действовать на свой страх и риск. К тому же, я уже успел узнать, кто был покупателем острова. Известные люди своих стран: маршал Ристич, премьер дю Эшп, профессор Лансте, господин Корбу, выдающийся математик. Остров был куплен на заем в банке. При этом, заем брался при посредничестве и поручительстве России. Заем был выплачен досрочно. Пятеро человек из разных стран, что может быть у них общего? И зачем им остров?
   К тому же, фамилии некоторых покупателей были мне знакомы. Порывшись немного в своей памяти, я вспомнил маршала и профессора, но остальные для меня остались неизвестными. Следовало предпринять небольшое самостоятельное расследование. Ради этого я несколько дней провел в библиотеке, просматривая прессу. В свободное от работы время, разумеется.
   Мои труды увенчались успехом. Пятерых людей из разных стран объединяло одно. Они все потеряли старших, либо младших детей. При гибели Маргариты Ристич я присутствовал, Ларика Лансте пропала в ходе служебной командировки, Эжен дю Эшп погиб в ходе народных волнений в чужой стране, Катерина Корбу - эта живая девочка с удивительными зелеными глазами - умерла от вспышки модифицированной формы гриппа, Янош Арпай погиб при обрушении строительных лесов. Пять человек. Если к этому списку добавить Александра Алепа, погибшего вместе с Маргаритой, то будет шесть. Шесть человек, которые вместе прожили шесть лет в загородном доме. Один из них был сиротой. Родители остальных объединились и приобрели остров. Зачем? Для каких целей? Ответа пока нет.
   И все же у меня было ощущение, что во всех этих смертях есть что-то такое, что пока ускользает от меня. Если я разберусь в этом, то пойму, почему они погибли.
   Я встретился с репортерами, и мне сделали копию съемки гибели двух военных офицеров 1 августа. Моя работа в континентальной полиции содержала в себе большой плюс, который заключался в доступе к самому современному аналитическому оборудованию, которое было на службе криминалистов.
   Криминалисты пошли мне навстречу и выделили целую ночь на мою запись. Изображение разложили на фрагменты и сделали моделирование ситуации.
  -- Что ты хочешь увидеть из этой записи? - спросили у меня.
  -- Возможность выжить, - ответил я, слабо надеясь, что меня не поднимут насмех.
  -- Что-то из раздела фантастики или мистики, - рассмеялись криминалисты. - Хорошо, давай посмотрим. Начало. Главы государств выходят из дворца. Президент идет впереди всех. Он улыбается. Вот гад, он даже не ушел со своего поста, после этого события. Ладно, отбросим личное. Теперь, мы замечаем движение в толпе. К полицейскому оцеплению приближается женщина. Вот она прорвалась на огороженную территорию. Прорыв произошел между тобой, Сирилл, и другим полицейским. Затем, мы видим, что она опускает руку, выпрямляя ладонь. В руке находится что-то металлическое. Женщина вытягивает руку. На этот жест, как мы видим, реагируют только двое из окружения Р. Вот, они начинают двигаться. Камера запечатлела движение металлического предмета. Останови воспроизведение! Вот, немного смазано, но можно разглядеть, что это узкий стилет. Поехали дальше. Девушка впереди, судя по знакам отличия, она старше по званию, чем парень. Мы смоделировали траекторию броска. Стилет должен был попасть Президенту прямо в сердце. Какая жалость, что на пути этого маленького стилета оказалась красивая девушка. Она фактически закрыла собой Президента. Траектория падения её тела говорит о том, что она умерла мгновенно. Затем, парень. Он движется направленно на женщину, метнувшую стилет. Он даже не оборачивается посмотреть, что случилось со старшим по званию. Вот, он подбегает к женщине и скручивает ей руки за спиной. По его движениям можно предположить, что он из элитного спецназа.
  -- Командир подразделения, - вставил я.
  -- Ясно. Идем дальше. Женщина начинает обвинять Президента, а потом резко высвобождает руку. Парень не успевает вовремя среагировать. Он опоздал на четверть секунды, к тому же у неё нет в руке оружия. Женщина застегивает молнию куртки до конца, до подбородка. Происходит взрыв из нижней части куртки. Скорее всего на ней был пояс со взрывчаткой. В начале XXI века в период террористических актов по всему миру террористы использовали так называемый пояс смертников. Какой-нибудь фанат идеи надевал на себя пояс со взрывчаткой и в многолюдном месте приводит механизм в действие. Количество взрывчатки было довольно большое. Раньше. На этой записи мы можем сказать, что взрывчатого вещества не так много, но для тех двоих оказалось достаточно.
  -- Ваше заключение? - попросил я.
  -- В данной ситуации выжить было невозможно.
  -- Значит, нет, - я тяжело вздохнул.
  -- Есть некоторая деталь, немного непонятная, но к делу может не относиться.
  -- Какая деталь? - я хватался за соломинку.
  -- На висках у девушки и парня находились какие-то датчики.
  -- Может это связь? - предположил я.
  -- Нет, связь у них находится, как и положено в ухе. А вот на левом виске какой-то датчик. Увеличьте изображение! Смотри, на виске небольшой датчик с крохотной антенной. В самом конце записи мы заметили, что маршал снял с головы девушки этот датчик. Что это, заговор против Президента, который не удался? Сказали бы мне, все бы получилось!
  -- Убить человека очень сложно, - слабо улыбнулся я, слушая анти-Президентские речи, - особенно, когда смотришь прямо в лицо.
  -- У метательницы стилета сложностей не возникло, - парировали мне.
  -- Я могу получить более контрастное изображение этого датчика? - попросил я.
  -- Давай, попробуем, - специалист увеличил изображение и сделал его четче, насколько позволяла техника. - Вот, пожалуйста. Ввести изображение в базу поиска?
  -- Да, если что-нибудь получится, - кивнул я, мало надеясь на успех.
   К моему удивлению, спустя каких-то пять минут на экране появилось изображения того самого датчика, сопутствующей аппаратуры и подробного описания действия данного устройства. Я попросил распечатать информацию, так как скачать её было невозможно. И меня, и всех криминалистов смутила только одно предложение в самом начале: "Оборудование находится в стадии разработки". Эта фраза как бы перечеркивала все то, что было написано ниже. Вначале, у нас всех возникла мысль, что информация устарела, но нет, стояла дата 10 августа 2159 года.
   Получалось, что военные офицеры проверили на себе работоспособность нового оборудования. Тот факт, что с виска девушки маршал снял датчик, говорил о том, что Министерство обороны было в курсе проводимых экспериментов. Неужели военные офицеры были подопытными кроликами? Тогда интересно, их гибель, о чем могла сказать, что опыт удался или нет? Возможно, что опыт не удался. Об этом говорит дата. Однако, дата в сообщении может означать, что опыт прошел очень даже удачно. Интересно, какие эксперименты могло проводить Министерство обороны?
   Мне выдали печатный вариант описания характеристики оборудования и посоветовали внимательно прочесть. На взгляд специалистов, это была полная фантастика.
   Мои призрачные надежды не оправдались. В том, что произошло на моих глазах, выжить было невозможно. Можно ли считать, что два молодых офицера погибли при апробировании нового оборудования? Да, можно.
   Оставались четверо. Я запросил сведения о смерти молодого дипломата Эжена дю Эшпа. Информация о нем, на удивление, оказалась открытой. Он работал в консульстве Венесуэлы, младшим помощником консула, отвечал за связи с общественностью. В день народных беспорядков он возвращался с местной радиостанции, где давал интервью. Тема интервью не указывалась. В автомобиль, в котором ехали представители консульства, попала бутылка с зажигательной смесью. Мне были присланы фотографии с места гибели, а также фотографии Эжена до и после смерти. Его опознали по внешним признакам, а также по анализу ДНК, на котором настояли родственники. Учитывая, что отец Эжена дю Эшпа был премьер-министром, то в этом ему не отказали. Хоронили молодого дипломата на родине, в исторической провинции Овернь. Судя по фотографиям, тела изуродованы не были.
   У меня возник вопрос, на который вряд ли кто смог ответить: сколько же было зажигательной смеси в бутылке, и какой размер был у этой бутыли, что она смогла убить троих человек в автомобиле? Если бы его просто избили до смерти в уличной драке, для меня все было бы ясно, но автомобиль?
   Криминалисты снабдили меня программой симулятором ситуаций и научили, как с ней работать. Я попробовал смоделировать ситуацию. Программа выдала мне ответ, из которого вытекало, что в такой ситуации в автомобиль влетел небольшой баллон кислорода, который взорвали уже в салоне машины. Чудеса!
   Я проанализировал изображение с места происшествия на компьютере. И вот тут меня ждало открытие. Более четкое и увеличенное изображение тел мужчин в автомобиле показало мне похожее на пулевое отверстие на висках дю Эшпа и водителя. Теперь мне стало немного понятным, почему в относительно тихой стране Венесуэле произошли беспорядки. Таким образом, было очень легко скрыть заказное убийство молодого дипломата из Европы. Кому и зачем это понадобилось можно разбираться годами. Надо только найти заинтересованных в этом раскрытии лиц. А если подкинуть эту идею журналистам, которые делали репортаж о покушении на Президента? Над этим стоило подумать.
   Осталось трое. К своему сожалению, я должен был признать, что данных по Ларике Лансте мне никто не даст. Масштаб маловат у меня для такой конторы, в которой она работала.
   Гибель Яноша Арпая в результате обрушения строительных лесов не вызывала ни у кого сомнения. Никакого подпила или провокации. Строительная компания провела тщательное расследование по причине смерти главного архитектора, чтобы выяснить причастность конкурирующих компаний. Но экспертное заключение гласило: "смерть в результате несчастного случая". У меня тоже не возникало никаких вопросов и предположений.
   У меня осталась только Катерина Корбу. Я плохо разбираюсь в медицине. По правде, говоря, я вообще не разбираюсь в ней, но все-таки решил попробовать разобраться. К моему сожалению, самостоятельно я не смог разобраться во всех медицинских терминах, которыми пестрила история болезни Катерины. Может быть, все было в порядке?
  
   6 октября.
   Как частное лицо я был приглашен на светский раут. Обычных полицейских не приглашают на такие мероприятия, но у меня есть связи в высших кругах. Связей немного, но они очень действенны. Самая главная моя связь с высшим обществом была миссис Симмонс. Я с ней познакомился еще, будучи стажером, в отделе. Она и её муж обратились в полицию по поводу странных звуков, которые доносились из кухни каждый вечер в их загородном доме. Они сами проверили все закоулки дома и подвала и не найдя ответа на свои подозрения, обратились в полицию. Я впервые выехал на место пришествия с лейтенантом Ван Хаальсом. Мы прошли все жилые и служебные помещения, затем спустились в подвал и тщательно осмотрели все, что находилось под кухней. Мы ничего не обнаружили. Поднявшись из подвала на кухню, лейтенант начал беседу с хозяевами о том, кто раньше владел домом и так далее. Я от нечего делать начал простукивать стены на кухне. В двух из них я услышал гулкий звук, будто они были полые. Я вышел из дома и начал простукивать стены снаружи. Услыхав также гулкий звук, я попросил лопату и на свой страх, и риск решил сделать подкоп под стену. Копал я недолго и неглубоко, около метра. Наткнулся на плиту, которая, как, оказалось, прикрывала верх подземной траншеи. С трудом подняв плиту и спрыгнув в траншею, я смог спокойно проползи до каменной стены, пролезть в проделанное отверстие и очутился внутри узкого четырехугольного помещения. Достав фонарик, я осветил помещение. В потолке было сделано углубление, на полу валялись какие-то металлические обломки. У одной из стен я услышал приглушенный разговор. Я выбрался из лаза на поверхность. Прикрыв траншею сверху отодвинутой плитой, я направился к лейтенанту.
  -- Лейтенант Ван Хаальс, можно вам кое-что показать?
  -- Разумеется, стажер, - он и хозяин дома вышли со мной во двор, и я показал им подземный лаз, ведущий к стене дома. - О, какой у нас сообразительный стажер! Я полагаю, что шум, который вы слышали с кухни, производился некими злоумышленниками, которые копали подземный проход к вашему дому. Такое могло быть?
  -- Вполне, - согласился хозяин дома. - И что теперь нам делать?
  -- Вам не надо ничего делать. Это мы сейчас вызовем подкрепление и возможно схватим этих преступников.
   Лейтенант действительно вызвал подкрепление, и к позднему вечеру были задержаны двое потенциальных грабителей, которые планировали через стену ограбить дом. В глазах дам, я стал в некотором роде умным и сообразительным героем. Миссис Симмонс и её дочь были очень заинтересованы мной. В последствие, с дочерью миссис Симмонс, Дороти, у меня состоялся кратковременный роман, закончившийся на позитивной ноте. Хозяйка дома посчитала, что дочка бросила такого красавца как я, и с тех пор начала ненавязчиво пытаться устроить мою личную жизнь, приглашая на различные праздники и вечеринки, устраиваемые в их доме.
   В этот раз меня пригласили в особняк леди Дуглас. Я с радостью принял приглашение в качестве сопровождающего лица Дороти Симмонс. Её новый жених куда-то уехал по делам, а отказываться от такого мероприятия Дороти не собиралась. На такие случаи у меня всегда имелся чистый, отглаженный смокинг, белоснежная рубашка и галстук-бабочка. Как только меня начали приглашать на светские вечеринки, я решил потратиться на приличную одежду, подходящую для этих случаев. Решив эту проблему тогда, я сейчас выглядел как нельзя лучше. Дороти решила выйти в свет в своем новом платье, темно-синего цвета, в тон новым украшениям. Ох уж эти женщины!
   Мы приехали довольно рано. Мне было поставлено условие, что весь вечер, кроме официального обеда я свободен и могу заниматься чем угодно и с кем угодно. Я согласился. Это лучше, чем смотреть, как девушка, с которой ты пришел, флиртует со всеми незнакомыми мужчинами. К тому же, можно было самому познакомиться с кем-нибудь.
   Несмотря на то, что Беатрис Дуглас была политиком и общественным деятелем, вечеринки в её доме всегда были светскими мероприятиями с выступлениями приглашенных звезд. На вечеринках всегда было много молодежи. Спустя полчаса после нашего приезда произошло прибытие группы "Тотал Дримс". Я много раз слышал их песни, но никогда не видел их. Не получалось. И вот теперь я наконец-то могу их увидеть. Три очаровательных девушки темноволосая, рыжая и белокурая. Все три красивы и недоступны, как снежинки. Темноволосую солистку с голубыми глазами зовут Джулия Велли. Её родители не занимаются политикой, но имеют вес в обществе, благодаря дружбе со многими главами государств и некоторыми сильными мира сего. В скандалах замешена не была и желтая пресса о ней никогда ничего не писала, в отличие от двух других солисток. Рыжеволосая Хелен Карт и белокурая Бьянка Фиорн были постоянными участницами скандальных происшествий, по крайней мере, по версии всех желтых газет. По внешнему виду Хелен Карт была веселой и какой-то загадочной. Её удивительные карие глаза иногда удивительным образом вспыхивали зеленым светом. Она казалась счастливым человеком. Белокурая Бьянка казалась спокойной и рассудительной. Насколько я помню, мне с детства снилась одна светловолосая женщина с голубыми глазами, которая сидит за мольбертом и рисует деревенский пейзаж. Бьянка не напоминала мне эту женщину, но блондинки мне нравились всегда. Хотя, если сказать по правде, если бы кто-нибудь из группы подошел ко мне, я бы не раздумывая, сделал бы все, чтобы она не ушла от меня слишком быстро.
   Группа представила маленький концерт, на мой взгляд, из новых песен. Конечно, были и очень популярные старые песни, но четыре песни были совсем новые. Очень красивая музыка, слова подобраны в тему. По окончании концерта, группа спустилась со сцены к зрителям. К ним можно было подойти совершенно спокойно, охраны не было видно. Раздачи автографов поклонникам не было, публика была слишком изысканной.
   Сама мысль о том, что с солистками группы можно пообщаться, просто подойдя к ним, немного пьянила меня. Как же, просто подойти и заговорить! О чем с ними можно поговорить, на какие темы? Не о погоде же с ними говорить! Об их песнях, репертуаре? Но, наверное, на эту тему с ними говорят все кому не лень. Я не хотел быть всеми, но очень хотел подойти и познакомится. Пока я решал, каким образом можно с ними познакомиться, девушки разделились и разошлись в разных направлениях. Теперь, к своей досаде, я должен был решить, с кем мне знакомится в первую очередь. В голове мелькнула предательская мысль оставить все как есть, и попытаться познакомиться в следующий раз. Но может следующего раза мне не представится? Какой оказывается я застенчивый и стеснительный! А с виду и не скажешь.
  -- Вы всегда такой нерешительный? - услышал я знакомый голос.
  -- Что? - я поднял глаза и увидел, что передо мной стоит Бьянка Фиорн. - Наверное, да, я нерешительный.
  -- А с виду не скажешь, - улыбнулась она.
   У неё была замечательная улыбка. Я смутился еще больше, возможно даже покраснел, так как почувствовал прилив крови к щекам. Беззастенчиво рассматривая её, я понял, что она самая красивая блондинка, с которой я знаком.
  -- Простите, я не представился. Меня зовут Сирилл Харрис, я...
  -- Пока этого достаточно, - перебила меня Бьянка. - Меня зовут Бьянка Фиорн, как вы, наверное, уже знаете, я одна из солисток группы.
  -- Кому пришла идея создать такую замечательную группу? - спросил я.
  -- Хелен. Эта идея пришла ей ещё в колледже. Она пишет музыку к нашим песням.
  -- Мне показалось, что в вашем сегодняшнем концерте прозвучали совсем новые песни. Это так?
  -- Да, Хелен написала новую музыку совсем недавно, совершенно новую и очень красивую. Джул смогла написать тексты только к четырем мелодиям, остальные десять мелодий пока не имеют текстов.
  -- Кто решает, кому петь песню? - поинтересовался я.
  -- Особенно никто не решает, на этом концерте исполнить песни попросили меня, на следующем исполнять будет либо Джул, либо Хелен. Когда дело дойдет до записи на студии, мы определимся у кого звучание песни лучше.
  -- Понятно, - кивнул я.
   Какая-то застенчивость мешала мне задать все вопросы, которые вертелись у меня на языке. Правда, все вопросы почему-то возникли в связи с последними публикациями. Она смотрела на меня и улыбалась. Я невольно улыбнулся в ответ. Внезапно она взяла меня за руки. Мне показалось, или от её прикосновения по моему телу пробежал электрический ток. Глядя на её лицо, я понял, что она почувствовала то же самое.
  -- Твоя улыбка Сирилл, может творить чудеса, - она приблизилась ко мне и прикоснулась губами к моей щеке.
   Повторный удар током почти в буквальном смысле чуть не свалил меня с ног. Аромат её духов затуманил мне зрение, а ощущение близости закрыло мне рот. Я стал похож на мальчишку, который влюбился в девушку постарше и вблизи нее ощущает себя счастливым до потери чувств. С виду, наверное, я казался полным болваном. Но мои восторженные чувства длились недолго. Мое блаженство прервалось немного странным поведением хозяйки вечера, леди Дуглас.
   Хозяйка праздника вышла на середину широкой лестницы и подняла руку, привлекая внимание. Пока все присутствующие поворачивались и замолкали, глядя на леди Беатрис, к ней подошел продюсер Джон Шеттли. Либо мне показалось, либо действительно за спиной Джона промелькнула тень, которая подтолкнула его к леди Дуглас. Она посмотрела на него, улыбнулась и произнесла:
   - Зачем стесняться своих чувств, скрывать их от тех, или того, к кому они обращены. Скажите же о своих чувствах тем, кого вы действительно любите, и если ваш избранник или избранница вас отвергнет, то не следует вообще с ним общаться.
   С этими словами она повернулась к Джону Шеттли и поцеловала его. Их долгий поцелуй вызвал бурные аплодисменты, которые сопровождали и их уход в верхние комнаты. После их ухода гости еще некоторое время постояли в нерешительности, а затем вернулись к своим разговорам.
   Я оглянулся. Возле меня уже стояли все солистки группы. Значит, пока леди Дуглас произносила небольшую напутственную речь всем влюбленным, к нам решили присоединиться Хелен и Джулия. Присутствие сразу троих солисток рядом со мной и пьянило и отрезвляло меня одновременно. Ощущения были похожи на легкое опьянение, когда развязывается язык, но голова светлая. Я сделал приглашающий жест дамам присесть на ближайший диван. Они приняли мое приглашение. Сам я сел в кресло, стоявшее рядом с диваном. Официант поднес нам вино.
  -- Мисс Велли, вы всегда настаиваете на том, чтобы в ваших клипах все непристойные сцены доставались либо Хелен, либо Бьянке? - поинтересовался я, в глубине души опасаясь, что за этот вопрос на меня, по крайней мере, могут обидеться.
  -- Зовите меня просто Джул, - попросила она. - Нет, я не настаиваю, но эти двое постоянно этого просят.
   Все весело рассмеялись.
  -- Просто Джул не умеет целоваться в кадре, - произнесла Хелен. Очередной глоток вина и её глаза начали гореть зеленым огнем. - Особенно так, как хочется нашему сценаристу. Он всегда придумает такой сюжет, который больше похож на сценарий к небольшому эротическому фильму, чем к клипу. Наш режиссер немного убавляет фантазию сценариста, но темперамент Джул все равно не подходит на главную роль.
  -- Да, действительно, на одну песню из нашего первого альбома, - вспомнила Бьянка, - решили снимать клип. Смысл клипа совсем не совпадал со смыслом песни. Одного парня соблазняют две девушки, а сам он находится в квартире третьей. Та приходит, все видит и уходит. Он бежит за ней, чтобы оправдаться. Смысл самой песни был такой воздушный, как хорошо встретиться после долгой разлуки. По замыслу режиссера, парня соблазняют блондинка и брюнетка. Но на все его требования пораскованней, почувственней, Джул так и не смогла среагировать правильно. Пришлось Хелен занять её место. И так все последующие клипы. Пора сменить имидж!
  -- Хелен, я не могу так притворяться, некоторые парни мне даже не нравятся, - весело произнесла Джул, - а с ними еще целоваться приходится.
  -- И не только, - игриво подмигнула Хелен.
  -- Я вас оставлю на минутку, - произнесла Бьянка, - надо сделать видимость, что кто-то остался за хозяйку.
   Она покинула нашу небольшую компанию и стала поочередно подходить к небольшим группам гостей. Меня пристально разглядывали Джул и Хелен. Потом Хелен, кивнув в мою сторону, поинтересовалась:
  -- Джул, а ты могла бы прямо сейчас поцеловать Сирилла?
  -- Что? - внезапно осипшим голосом спросил я.
  -- А почему нет, - пожала плечами Джул, - по крайней мере, он мне нравится.
   Я попытался подняться с кресла, но меня с силой посадили обратно. Никогда мысль о поцелуе с женщиной не приводила меня в такую панику. Даже когда мне было восемь лет. Однако, реакция Джул была столь стремительной, что у меня не оставалось выбора. В ней чувствовалась скованность, но всего какое-то мгновение. У меня создалось впечатление, что я был давней мечтой Джул, до которой она наконец-то добралась. Нашу страсть прервала Бьянка.
  -- Сирилл, я предлагаю тебе сняться у нас в клипе, съемки которого запланированы через две недели. Для Джул наконец-то найдется главная роль, - она улыбнулась, глядя на нас.
   Я не знаю, как выглядел я, но Джул выглядела очень довольной. Она слезла с моих колен и, пригладив прическу, села на свое место. Она улыбнулась мне, а на мою ответную улыбку, весело рассмеялась.
  -- Не принимайте близко к сердцу то, что произошло только что. Просто подумайте над нашим предложением сняться в клипе. Я постараюсь, чтобы сюжет был приемлемым.
  -- И не устраивайте мне того, что устроила кузина Беатрис. Ещё одной любовной сцены я не выдержу, - пошутила Бьянка, многозначительно посмотрев на меня.
  -- Я считаю себя пострадавшей стороной в этой ситуации, - поднял руки я. Видя, как девушки поглощают вино, я решил, что в данный момент можно спросить все что угодно. - Можно вопрос?
  -- Можно, - разрешила Хелен.
  -- Много ли правды о вас пишут? Я имею в виду все грязные подробности.
  -- Мы решили, что пусть пишут все, что им захочется, а читатель будет думать в силу своей порядочности или испорченности, - весело произнесла Бьянка. - Сначала мы остро реагировали на каждую публикацию. Давали пресс-конференции, но потом, когда в один и тот же день, но в разных газетах напечатали, что мы с Хелен имеем отношения, которые только с натяжкой можно назвать дружескими, и на одной из светских вечеринок соблазнили двух молодых представителей королевской фамилии, мы решили, что пусть пишут все, что им хочется. Вот, нас увидели возвращающимися с вечеринки. Рядовой случай, но у меня идет носом кровь, а хозяева вечеринки изредка балуются наркотиками. Значит, я оторвалась на вечеринке по полной программе.
  -- Но ведь кровь из носа еще не показатель употребления наркотиков, - возразил я.
  -- Знающие люди этому не поверят, а другие скажут, что, мол, девицы из группы совсем распустились. Мы читаем прессу, но никак на неё не реагируем. Что, правда, а что нет, решать тебе самому.
  -- В меру моей испорченности.
   К нашей компании подошла Дороти Симмонс. Окинув взглядом девушек, она посмотрела на меня. Вид у неё был немного расстроенный. Скорее всего, ей никого не удалось подцепить на крючок.
  -- Ты не теряешь времени даром, Сирилл, - натянуто улыбнулась она.
  -- Ты сама мне предоставила свободу действий, - улыбнулся я в ответ.
  -- Девушки, не возражаете, если я его украду у вас на минутку? - обратилась Дороти к девушкам.
  -- Нет, не возражаем, - улыбнулась Бьянка.
   Я поднялся и прошел вслед за Дороти к окну. Она развернулась таким образом, что мне пришлось встать спиной к окну. Краем глаза я мог видеть Джул, Хелен и Бьянку. Но на меня в упор смотрела Дороти.
  -- Ты уже развлекаешься с этими девицами? - сквозь зубы произнесла она.
  -- Всегда хотел с ними познакомиться, - в ответ улыбнулся я. - Приятные молодые девушки.
  -- А что о них пишут газеты? Ты читал?
  -- Ну и что! Это не остановило леди Дуглас от приглашения их на свой вечер, - попытался парировать я.
  -- Ага! А сама она что вытворяет? Хотя она хозяйка, ей виднее, - немного смягчилась она. - Проводи меня до машины, я поеду домой. Не буду тебе мешать закручивать роман с этими девицами.
  -- Хорошо, пойдем, провожу, - уступил я и повел её к выходу.
   У двери я увидел Бьянку. Она улыбнулась:
  -- Вы уже уходите?
  -- Ухожу только я, - с подчеркнутой вежливостью произнесла Дороти, - Сирилл остается.
   Я проводил и усадил её в машину. Когда двигатель завелся, Дороти высунулась из окна.
  -- А знаешь, я тебя впервые приревновала, когда увидела, как ты целуешься с Джулией Велли. И вообще, ты очень хорошо смотришься в компании этих девиц.
  -- Спасибо, я польщен, - зарделся я.
  -- Сирилл, милый, будь осторожнее. Шоу-бизнес капризен, влюбчив и очень жесток к тем, кто страдает от любви. Не влюбляйся!
  -- Дороти, - я присел на корточки возле дверцы её машины, - я не могу тебе обещать не влюбляться, но могу пообещать, что не признаюсь в своей любви вплоть до дня свадьбы.
  -- Ты опять шутишь! - Дороти слабо улыбнулась. - Ладно, развлекайся.
   Она нежно поцеловала меня в щеку и уехала. Я долго стоял и смотрел вслед её машины, затем вернулся в дом, чтобы попрощаться с девушками. Время было позднее, а утром ждала работа, которую никто не отменял.
  
   10 октября
   Дело двигалось медленно. По правде говоря, оно не двигалось вообще. Официально мне было запрещено им заниматься. Для начальства все было ясно и понятно или все делали вид, что так оно и есть. Вышестоящему начальству дали понять, что расследование произошедшего 1-го августа "инцидента" приведет к политическому скандалу международного уровня. Никто не хотел быть ответственным за это, но общественное мнение в виде опросов и журналистских расследований все чаще обращалось ко всем с вопросом: "Понесет ли ответственность кто-нибудь в этом деле?"
   По своим каналам я смог пробить, что за океаном данное "происшествие" привело к началу внутреннего секретного расследования и газетной шумихе. Средствами массовой информации были подняты все происшествия с участием главы государства и членов его семьи, включая дальних родственников. Ну что же, движение маленького снежка с высокой горы началось.
   Новый толчок моим размышлениям дал случай на острове с участием солистки группы. Объяснения охранника были несколько фантастическими, и экспертиза не подтвердила этих слов. Однако, у меня возникли некоторые сомнения.
   Если человек утверждает, что с ним что-то случилось, то это может быть одно из трех: он говорит правду, человек лжет или он убежден, что с ним что-то произошло.
   Результаты экспертизы говорят, что охранник лжет, но он с упрямством продолжает твердить одно и то же: пистолет заморозили и незнакомца обожгли. Может быть, ему внушили это?
   Моя фантазия может завести меня очень далеко, к самым невероятным предположениям и выводам. А почему нельзя предположить, что было сильное внушение? Конечно, доказать это довольно трудно и даже гипноз, как мне кажется не в состоянии доказать это. А может можно?
   Преступник признался, скорее всего, его осудят, возможно, за непредумышленное убийство. Адвокат мог бы зацепиться за результаты экспертизы, но только в том случае, если бы Долен не помнил, как совершил преступление. Кому нужна правда, кроме меня?
   Мое неофициальное расследование показало, что остров является частной территорией. А ведь можно рассмотреть и такую ситуацию: "погибшие" молодые люди сейчас живут именно на этом острове.
   У меня появилось огромное желание посетить этот остров и посмотреть на его "хозяйку", объяснения которой я имел в письменном виде, или "хозяев" - остальных "погибших" молодых людей. Я хорошо помню лицо Маргариты Ристич, в тот день, когда она лежала на площади, красивое и спокойное.
   А что если Маргарита Ристич обладает способностью внушать людям, то, что хочет она сама? Если она живет на острове, то именно она могла внушить Долену, что его пистолет заморожен. И тогда там, на площади, она внушила мне, что я не обнаружил пульса и дыхания. Тогда кровь из раны, из которой торчал стилет, тоже мне внушили? Если это внушение, то оно подействовало на всех присутствующих на площади, а также это внушение запечатлелось документально.
   Что-то в моих рассуждениях не сходится. Может они с самого начала не верны? Или рано пока делать какие-либо предположения и выводы?
  
   14 - 15 октября
   Я так и не придумал хорошей причины, чтобы не сниматься в клипе группы. Накануне вечером мне позвонила Джул и поинтересовалась моим решением. Я ответил, что на их предложение снятся в клипе, я отвечаю положительно. Мне обещали, что за мной заедут около полудня. На работе больших дел не было, и я смело попросил два дня отдыха.
  -- Решил наладить свою личную жизнь? - поинтересовался лейтенант.
  -- Да, девушки меня пригласили на главную роль в их клипе, который они собираются снимать.
  -- Что за девушки?
  -- Название их группы вам вряд ли что-то скажет. Их зовут Джулия Велли, Бьянка Фьорн и Хелен Карт.
  -- Группа "Тотал Дримс"? Если мне не изменяет память, то одна из солисток этой группы, Хелен Карт, была силой доставлена на интересующий нас остров. Так?
  -- Да. Лейтенант, не подумайте ничего плохого, но я просто хочу познакомиться с ними поближе.
  -- Ну, разумеется, - улыбнулся Ван Хаалс, - и из первых уст услышать, что же произошло там, на острове на самом деле. Свободны сержант, у вас есть два дня отдыха, однако будьте всегда на связи. На всякий случай.
  -- Спасибо, - поблагодарил я.
   Ровно в полдень раздался звонок в дверь. На пороге стояла Джул.
  -- Вы готовы?
  -- С собой надо что-нибудь брать?
  -- Кроме денег на карманные расходы, фотоаппарата и хорошего настроения, ничего. Видеокамеру возьмут другие.
  -- Фотоаппарата? - не понял я.
  -- Режиссер решил снимать клип в Ирландии. Он выбрал очень красивое место.
  -- Хорошо.
   Я проверил свой кошелек с пластиковой карточкой, зарядное устройство в видеокамере. Джулия ждала меня в коридоре. Я вышел из квартиры и закрыл дверь. Мы вышли на улицу и меня усадили в кабриолет сине-фиолетового цвета.
  -- А где остальные? - спросил я.
  -- Остальные добираются до аэропорта своим ходом, кто как. С нами едет охрана, правда не в полном составе. Не обращай на них внимания, хотя они, если захотят, становятся совсем незаметными.
  -- С вами едет охрана?
  -- После похищения Хелен у нас сменилась охрана. Стала более симпатичной и привлекательной.
  -- Ясно, - кивнул я.
   Охрана меня сильно не беспокоила. Я волновался из-за предстоящей съемки. Будет ли сценарий подходящим для меня? Лестно было бы сняться в постельной сцене с одной из солисток, но начинать свою "кинокарьеру" с постели мне не хотелось.
   Машина выехала прямо на летное поле и подъехала к небольшому частному самолету. Я поднялся на борт, и меня усадили в мягкое кресло за широкий стол. В салоне разместились два широких стола, удобные кресла, небольшой бар. За другим столом уже сидели Хелен и Бьянка. Сбоку у выхода сидели два темноволосых парня в черных очках строгих темно-синих костюмах, голубых рубашках. При входе в салон я их не заметил. По покрою их одежды я не заметил у них никакого оружия. Странно, но это не моя забота.
   Самолет взлетел. Как только нам разрешили расстегнуть ремни безопасности, ко мне подсел режиссер. Он внимательно осмотрел мое лицо:
  -- Натуральный блондин, но без голубых глаз. Жаль. Ладно, акцент на цвете глаз делать не будем.
  -- Акцент? - не понял я. - Это что такое?
  -- Акцентом я называю крупный план. Я планировал сделать акцент на ваши лица, но теперь сделаю только лицо Джулии.
  -- А вот и я, - к нам подсела Джул.
  -- Наконец-то вы, сеньорита, соизволили снизойти до главной роли в клипе, - режиссер широко улыбнулся ей. - Наконец моё терпение вознаграждено.
  -- Дорогой мой Фабио, мое единственное условие сидит рядом с тобой. С этим мужчиной я готова сниматься в главной роли.
  -- Мне нравится твое условие.
  -- А какой сюжет клипа? - поинтересовался я.
  -- Он простой и без всяких излишеств. Твоя задача будет состоять в том, чтобы вести себя естественно и стараться не замечать, что видеокамеры следуют за тобой по пятам. Сюжет такой, мужчина заходит в кафе, там он знакомится с девушкой, после кафе они идут на прогулку, доходят до моста и там он её целует. Музыка очень красивая, занимает около пяти минут. Для песни длинновато, но для клипа в самый раз. Так как девочки богатые, то мы будем снимать ваши передвижения в течение часа. Вы должны уложиться. Я планирую запечатлеть ваш поцелуй на фоне красивого заката. Время рассчитано именно таким образом. Мы прилетим и сразу поедем на то место, которое я нашел специально для этой съемки.
  -- А где это? - спросила Джул.
  -- Пока не скажу, - прищурился Фабио. - Узнаете, когда приедем.
   Весь полет занял полтора часа. Возле трапа самолета нас уже ждал микроавтобус. Аэропорта как такового в городке не было. Наш частный самолет просто приземлился на загородное шоссе, по которому практически не было движения транспорта в данное время года. Не сезон. Наш автобус ехал по нешироким улочкам городка, где по обеим сторонам дороги располагались либо современные коттеджи, либо двухэтажные строения из камня. До центра городка, который можно было с полной уверенностью назвать деревушкой, мы доехали менее чем за десять минут, и я не успел как следует рассмотреть город.
   Съемочная группа расположилась прямо на улице, напротив так называемых "Чайных комнат", а попросту кафе-кондитерской, так для меня было понятнее. Как только я вышел из автобуса, меня сразу же окружили гример, стилист, парикмахер и другие представители "фэшн" индустрии. На мое лицо наложили немного грима, чтобы скрыть синяки под глазами от работы и внезапно проступивший румянец, причесали мои волосы и, кажется, сделали пробор на другую сторону. Фабио остался доволен мною. Мне молча указали в сторону двери кафе и дали отмашку, что съемка началась.
   При входе в кафе звякнул дверной звонок. На него быстро среагировал официант. И подошел ко мне.
  -- К сожалению, у нас все столики заняты. Это довольно необычно.
   Я осмотрелся. Действительно, все столики были заняты. Я немного растерялся, так как меня об этом не предупредили. За одним из столиков, у окна оказался свободный стул. За столиком сидела девушка. Она подняла голову, и я увидел, что это Джулия. Ей сделали макияж и немного изменили прическу, пышно уложив волосы волнами. Я улыбнулся.
  -- За тем столиком у окна сидит моя знакомая. Принесите мне, пожалуйста, туда чашку кофе и самое вкусное пирожное, - попросил я официанта.
  -- Разумеется, сэр.
   Я подошел к столику и присел напротив Джулии. Её лицо, в данный момент, показалось мне очень красивым. Темные волосы спадали волнами, обрамляя лицо, и из-за этого её голубые глаза мне казались более синими и глубокими. Чуть вздернутый носик, высокие скулы и красиво очерченный рот. Взмах ресниц, и она уже смотрит на меня.
  -- Вы неотразимы, - по-французски произнес я.
  -- Благодарю, - немного застенчиво улыбнулась она. - А почему по-французски?
  -- Сам не знаю. Нет, знаю, ваша красота заставила меня разговаривать по-французски. Вам не нравится?
  -- Нравится. Давайте говорить по-французски.
   Официант принес мой заказ.
  -- Вы заказали пирожное? - слегка удивилась Джулия.
  -- Я заказал его для вас, - пододвинул блюдце ближе к ней, произнес я.
  -- Спасибо.
  -- Нам предстоит прогулка по городу. В какую сторону мы направимся?
  -- Насколько я помню, мы должны дойти до моста. Кажется это вверх по улице, - пояснила собеседница.
  -- Значит, фотографировать я смогу в другой раз?
  -- Если нам понравится, то мы еще сюда вернемся, - улыбнулась Джул.
   Её улыбка сделала её ещё обворожительнее, что я и сказал. На это она смутилась еще больше. Когда с кофе и коктейлем было покончено, я расплатился, и мы вышли из кафе. Нам предстояло пройти вверх по улице. Сама улица казалась довольно старинной, её мостовая была вымощена булыжником. На фасадах зданий в некоторых местах сохранились вывески старых названий. Несмотря на то, что вывески были сделаны из современных материалов, их попытались сохранить в старом стиле.
   Булыжная улица плавно перешла в каменный мост. Джул немного ошиблась, когда сказала, что нам нужно будет пройти немного вверх. Широкая дорога сворачивала почти под прямым углом. Вернее было бы сказать, что мы незаметно перешли на другую улицу, которая пересекала нашу улицу, и дорога которой также была каменной. Небольшие двухэтажные домики внезапно закончились по правой стороне дороги, и мы смогли увидеть небольшую по ширине реку. Издалека каменный мост казался таким же, как окружающие его каменистые обрывы, ведущие к реке. Также, у меня создалось впечатление, что у моста нет перил. Но как только мы ступили на каменный мост, я убедился, что перила все-таки есть, но сделаны они из современного материала, который казался прозрачным издалека. Мы подошли, и я облокотился на эти "прозрачные" перила. Постепенно горизонт окрашивался в оранжевый цвет заката. На небе ни облачка, если не считать дымки над холмами у горизонта. Если немного подождать, то можно увидеть, как солнце заходит в реку между холмами. Или за холмы.
   Я повернулся к Джулии.
  -- Я не знаю, нужны ли какие-то предисловия...
  -- Ничего не нужно, - улыбнулась она
   Я немного наклонил голову и прикоснулся губами к её губам. Поцелуй оказался нежным и долгим. Я осторожно обнял её за талию, а в ответ почувствовал её руки на моих плечах.
  -- Не стоит в меня влюбляться, - тихо произнесла Джулия.
  -- Не буду, - улыбнулся я.
   Мы разжали объятья. И где-то совсем близко услышали "Стоп! Снято!"
   К нам подошел Фабио:
  -- Все было великолепно! Из этого можно сделать не только клип, но и рекламную кампанию вашему новому альбому. Новое лицо как раз справится с этой задачей.
  -- Это предложение можно обсудить, - произнесла Хелен.
   Я не заметил, как она подошла. Может быть, она была постоянно рядом, но я её не замечал. Рядом с нами не было Бьянки. Я поискал её глазами, но не нашел. Попутно с меня уже снимали грим. Все было закончено очень быстро, и спустя каких-то десять минут мы уже направлялись в сторону гостиницы. Так как Бьянки нигде не было видно, я предложил Джулии и Хелен свои услуги провожатого. Они согласились, и мы решили пешком прогуляться до гостиницы. Я просто хотел продлить общение. Это было моей ошибкой. Как только последние из съемочной группы забрались в микроавтобус, нас в прямом смысле атаковали поклонники и поклонницы группы. К счастью, я избежал процедуры раздачи автографов, но мне досталась доля ответов на вопросы, самым частым из которых был: "Являюсь ли я просто знакомым актером или я близкий друг одной из солисток группы?" несмотря на то, что такие вопросы задавали в основном девушки, я заметил, что в мои ответы внимательно вслушиваются мужчины и с некоторой ревностью смотрят в мою сторону. Приходилось отвечать, что я просто знакомый актер, которого девушки пригласили по старой дружбе. Я решил, что лучше выдать себя за актера, чем встретиться с ревнивым фанатом группы.
   На раздачу автографов ушло добрых полчаса, вначале которого, я присоединился к стоящим в стороне охранникам. Они весело кивнули мне:
  -- Это может занять много времени, - произнес один из них.
  -- А вы не боитесь, что кто-нибудь из них окажется вооруженным?
  -- Нет, никто из них не имеет огнестрельного оружия. Это спокойные поклонники, у них максимум, что можно обнаружить, это видеокамера, на которую они снимали все, что происходило с их любимыми исполнительницами.
  -- Ну, раз вы так уверены...
  -- Не беспокойтесь, здесь нет Бьянки. Вот у неё армия поклонников очень эмоциональная. Большей частью итальянцы или латиноамериканцы.
   Нельзя сказать, что это меня успокоило, но вселило некоторую уверенность, что ничего страшного не произойдет. После того, как последний поклонник получил автограф и фото на память, мы, наконец, смогли спокойно прогуляться до гостиницы. Как оказалось, никто из нас в этом городе никогда не бывал. К нашему удивлению, один из охранников, девушки его звали Джеймс, согласился рассказать нам немного об этих местах.
  -- Для начала, я поясню, что ваш любезнейший режиссер выбрал для съемок клипа самое живописное место в Ирландии, на его взгляд. Сним является небольшим городком в Ирландии. Иногда его даже не найти на карте, где в основном отмечают крупные города графств. Вы когда шли к мосту, наверное, смогли заметить булыжную мостовую, которая так плавно переходит в мост, что если не смотреть по сторонам, а только себе под ноги, то нельзя сказать, где начинается мост, а где заканчивается дорога к нему.
  -- Эту дорогу построили, наверное, еще древние римляне, - предположила Хелен.
  -- К счастью, или на удивление, при завоевании римлянами Британии Ирландию не постигла участь завоеванной страны, поэтому нигде в Ирландии нет никаких свидетельств римского присутствия, ну, если не считать итальянских пиццерий. Основным строительным материалом в Ирландии был грубый камень. Даже в настоящее время мы можем увидеть дома, построенные из этого камня. Например, тот ресторанчик, справа.
   Мы, как послушные дети, посмотрели направо и внезапно рассмеялись все вместе, вспомнив детские экскурсии.
  -- Если мы пройдем немного подальше, то сможем увидеть церковь в готическом стиле. Она построена из того же грубого камня. Кажется, что строительная индустрия шагнула так далеко вперед, что здания из прочного стекла стали уже историей, теперь пытаются строить здания из суперпрочного пластика, но именно строения, построенные из камня, остаются на века, а то, из чего сегодня пытаются строить, через пятьдесят лет уже превратится в пыль. Это мое личное мнение, с которым вы можете соглашаться или нет. Если вы согласитесь, то завтра можно устроить экскурсию в соседний Кэнмер, посмотреть "Клубничное поле".
  -- Посмотреть клубничное поле? - не понял я.
   Как оказалось, не только я был таким несведущим. У всех, кроме нашего экскурсовода Джеймса, были удивленные лица.
  -- Да, клубничное поле, - улыбнулся Джеймс. - Ну, разумеется, не в прямом смысле слова, на ягоды мы смотреть не поедем. Просто есть, я бы назвал это парком или парковой зоной под названием "Клубничное поле", где выставлены кое-какие экспонаты, фигурки зверей, оружие Второй мировой войны и так далее. Ну, что вы скажете на мое предложение?
  -- Это далеко? - спросила Хелен.
  -- Нет, не очень. Если выехать самое позднее около одиннадцати утра, то можно вернуться около пяти вечера, возможно чуть попозже, - объяснил Джеймс.
  -- Мы с Джулией согласны, - произнесла Хелен, - надо сказать об этом Бьянке. А что вы думаете Сирилл?
  -- Я согласен поехать на экскурсию на клубничное поле, - улыбнулся я, мне нравилось такое название.
  -- Тогда решено, - кивнул Джеймс, - а теперь можно продолжить прогулку.
   В гостиницу мы пришли уже довольно поздно. Хелен мне объяснила, что на ужин можно спуститься вниз в ресторан, а можно заказать ужин в номер. Я решил спуститься вниз и поужинать в ресторане. Ко мне присоединились Хелен и Джеймс. Второй охранник, Алекс, остался на этаже проверить, все ли в порядке, к тому же Джулия пожаловалась на усталость и решила заказать ужин в номер.
   Мы поужинали втроем весело и непринужденно. Джеймс оказался весьма эрудированным собеседником. Мне сразу стало понятно, что работа охранника для него нова, раньше он занимался совершенно другим делом. Несколько раз я замечал, как горят его глаза при взгляде на Хелен. Он влюблен! А знает ли об этом Хелен? И только когда мы прощались в коридоре, я заметил легкое пожатие рук Хелен и Джеймса.
  -- Номер Бьянки соседний с вашим, - как бы, между прочим, произнесла Хелен. - Спокойной ночи, Сирилл.
  -- Спокойной ночи, Хелен, Джеймс, - я улыбнулся и пошел в свой номер.
   Спать не хотелось, и я решил узнать, как дела у Бьянки, я её не видел почти целый день. Я тихо постучал в дверь её номера.
  -- Войдите, - пригласили меня.
   Я тихо открыл дверь. В номере было почти темно, только у широкого дивана горела настольная лампа. На диване сидела Бьянка и смотрела телевизор. Вернее она смотрела отснятый материал. Я смог заметить, что мой поцелуй с Джулией сделали крупным планом. Она посмотрела на меня и выключила запись.
  -- Почему вы с Джул разговаривали по-французски?
  -- Сам не знаю, - признался я, - просто я увидел Джулию, и слова сами вырвались, а то, что я говорил по-французски...
  -- Ладно, пропустим это.
  -- А почему вас не было на съемках?
   Бьянка поднялась с дивана и подошла ко мне. Подняв лицо и глядя на меня снизу вверх, она произнесла, четко выговаривая каждое слово:
  -- Я не присутствовала при съемках, потому что не смогла бы вынести в реальности то, что вы целуетесь с Джул.
  -- По крайней мере, это правдиво, - вздохнул я.
   Её слова можно было понять двойственно. И меня смущали оба варианта. Мой дядя меня учил, что в общении с женщиной нужно выяснять все сразу, а не строить догадок. Я наклонился и поцеловал её в губы. Электрическая искра при первом прикосновении и удар током при касании её губ моей щеки было ничто по сравнению с тем, что я почувствовал, когда мои губы прикоснулись к её. Меня притянуло к Бьянке, и я не в силах был оторваться от неё. Судя по её реакции, с ней происходило нечто похожее. Мы были похожи на две половинки магнита, которые с огромной силой притянулись друг к другу. Внезапно в моей голове начал звучать очень тихая и красивая мелодия. Она не была печальной. Скорее она была похожа на классическое произведение. Каждое прикосновение к телу Бьянки сопровождалось новым аккордом, который отличался от предыдущего.
   Я тихо вышел из номера Бьянки, надеясь, что посреди ночи вряд ли можно наткнуться на поклонника. Уже дойдя до двери своего номера, я услышал чьи-то шаги. Я обернулся посмотреть. В коридоре стояли девушка и парень недалеко от двери Хелен. Заметив меня, они громким шепотом обратились ко мне:
  -- Вы тоже вышли послушать новое произведение Хелен?
  -- Да, решил, что в коридоре будет лучше слышно, - уверенно соврал я и зашел в номер.
   Закрыв дверь, я прислонился к ней спиной. Значит, та музыка, которую, как мне казалось, слышал только я, звучала из комнаты Хелен. Это не плод моего воображения. Я присел за стол, решив записать все мои ощущения.

Звучала музыка в душе

Так тихо, что казалось

Никто кроме меня её не слышит

И передать её не мог словами

Красива и нежна мелодия души.

Твои прикосновенья губ создали

Аккорды нежности моей

Красивая мелодия любви к тебе

Рождалась в глубине в душе моей.

   Прочитав написанное, я поморщился. Стихи никогда не были моей сильной стороной. Интересно, если это можно переработать в более красивую форму, то, что может получиться? К песням тексты пишет Джулия. У меня возникла мысль, подойти утром к Джул и спросить, что можно сделать с данным ляпсусом.
   Меня переполнял восторг и счастье. Я готов был прошептать Бьянке, что я люблю её, но меня остановило предстоящее будущее. Как поведет она себя утром? Возможно, как говорила Дороти, я был для неё капризом в Ирландии.
   Я лег на кровать, но сна не было. Меня переполняли воспоминания о чудесной мелодии, которую я услышал. Я никогда раньше не присутствовал при рождении музыки. Мне всегда казалось, что это довольно трудно, из семи нот сочинить что-то красивое. Сегодня ночью я впервые услышал рождение мелодии. Я не считал себя знатоком музыки, но то, что я сегодня услышал, показалось мне очень похожим на классическое произведение. Я закрыл глаза и снова услышал чудесные звуки. Возможно, Хелен села репетировать. Интересно, она всегда репетирует ночью?
   Когда я открыл глаза, за окном уже поднялось солнце. На часах было около восьми утра. Я привел себя в порядок и спустился в ресторан позавтракать. С собой я взял салфетку, на которой написал ночной опус, надеясь, что его можно будет показать Джулии.
   В ресторане кроме меня завтракать спустилась пожилая пара. Я приветливо им улыбнулся и присел за соседний столик.
  -- Вы слышали, как Хелен репетирует новую мелодию? - обратилась ко мне женщина.
  -- Да, когда впервые услышал музыку, я даже вышел в коридор, чтобы было лучше слышно, - повторил свою легенду я.
  -- Мы следим за их творчеством, - произнес мужчина, - они давно стали выезжать на съемки клипов в какое-нибудь тихое, красивое место. Однако, с недавнего времени мы стали невольными свидетелями рождения новых мелодий.
  -- Мы следим за новостями группы через Всемирную сеть, - начала объяснять женщина, увидев мое непонимающее лицо. - Мы пенсионеры и можем себе позволить изредка ездить на экскурсии или просто отдохнуть в разные города Объединенной Европы, а не сильно загруженный график съемок клипов группы как раз нам подходит. К тому же, как сказал мой муж, для съемок они выбирают красивые и тихие места. Мы покупаем билеты и останавливаемся в той же гостинице, что и группа. Совсем недавно, наверное, в конце сентября, когда они приехали снимать рекламную кампанию в поддержку их нового альбома, ночью, мы впервые услышали красивую мелодию. Не просто звуки, какие-то отрывки, а готовую мелодию. Наутро, хозяева и персонал гостиницы благодарили группу за то, что благодаря ночной музыке у них в гостинице было тихо и спокойно. Мы не знаем как для вас, но для нас, пожилых людей, это очень важно. Первый раз мы прослушали мелодию с восторгом, а на второй раз она нас убаюкала.
  -- Сегодня ночью со мной произошло то же самое, - признался я.
  -- Такого раньше не было, - сказал мужчина. - Мы ездим с ними почти с самого начала, но мелодии по ночам это недавнее событие. Сегодня ночью мы услышали всего третью. А вчера они снимали клип на первую мелодию.
  -- Да вы снимались с Джулией вчера, - произнесла женщина, пристально разглядывая меня.
  -- Каюсь, снимался, - с улыбкой признался я.
   К моей радости, в ресторан вошла Джулия. Супруги приветливо улыбнулись и приступили к завтраку. Джулия присела рядом со мной за столик. Мы заказали завтрак.
  -- Сирилл, у вас такой вид, будто вы хотите мне что-то сказать, - тихо произнесла она.
  -- Не сказать, а показать, - я вынул из кармана салфетку и протянул ей. - Что вы на это скажете?
  -- Надеюсь, что это признание в любви предназначено не мне, - она подняла на меня серьезный взгляд.
  -- Не обижайтесь, но это не вам, - заверил я её.
  -- Тогда ладно, - успокоилась она. - Это можно немного переработать, дополнить и получится очень даже неплохо. Вы вчера слышали новую музыку Хелен?
  -- Да, слышал, - немного смутился я, - а потом попытался выразить свои впечатления.
  -- Мне очень сложно подобрать слова к ночным мелодиям Хелен. Вы представить себе не можете, как я придумывала слова к первой ночной мелодии. Наконец, мне это удалось, и мы вчера сняли клип на эту песню.
  -- Мне дали прослушать песню вчера, до съемок. Мне очень понравилась. Стихи действительно передают все, что говорит музыка.
  -- То, что вы мне дали сегодня, можно сказать спасло меня. Мне осталось только доработать текст!
   Она обняла меня в порыве благодарности. В тот момент я не знал, что кроме нас и супружеской пары кто-то еще находился в столовой.
  
   20 октября
   Утром позвонила Джулия и договорилась со мною о встрече во второй половине дня. Условия встречи были моими, так как день еще считался рабочим, и никто с работы меня не отпускал. Я предложил встретиться в ресторанчике, хозяин которого был моим другом. Мы познакомились, когда я впервые ступил на землю старого света. Он ехал вместе со мною на океанском лайнере. У нас были соседние каюты. Я ехал в Европу сам по себе, работать. Он же ехал принимать управление семейным бизнесом в Западной Европе. Жерар Валло. Он помог мне устроится в первые дни моего пребывания, а я помог ему жениться на девушке из высшего общества.
   Я позвонил Жерару и он заверил меня, что за мной зарезервирована кабина для почетных клиентов. По дороге я приобрел три роскошных букета. Если меня приглашают на свидание, то я должен, по крайней мере, быть вежливым. На встречу я приехал минута в минуту, и как оказалось, я оказался последним. За столом на удобных диванчиках сидела вся группа и еще двое мужчин представительного вида.
   На мое появление отреагировала только Джулия. Она улыбнулась мне и предложила присесть напротив неё и двух мужчин. После раздачи цветов я присел на предложенное место.
   - Сирилл, познакомься, это юристы нашей группы.
   - Очень приятно, - я пожал руки мужчинам. - Я вас внимательно слушаю.
   Джулия и Хелен улыбнулись. Бьянка старалась не смотреть на меня, откинувшись на подушки дивана и повернув голову в сторону окна. Юриста достали какие-то бумаги из портфелей.
   - Сирилл, дело в том, что предложив тебе сняться в нашем клипе, мы должны были заключить с тобой контракт на съемки, - Хелен взяла инициативу на себя.
   - Зачем? - поинтересовался я.
   - Обычно, - Хелен улыбнулась еще шире, - актерам за съемки где-либо платят деньги или выплачивают гонорар.
   - Звучит очень внушительно, - пошутил я, - однако, я не профессиональный актер, и даже не начинающий. Таких как я иногда берут в массовку.
   - И за съемки в массовке тоже платят деньги, - настаивала она. - Другими словами, подпишите контракт на ваше согласие в съемочном процессе и либо наличными, либо на ваш банковский счет будет перечислен гонорар за участие.
   - Хорошо, - согласился я, - давайте бумаги, я посмотрю, насколько вы оцениваете мои актерские способности.
   Я пододвинул бумаги ближе к себе и начал читать. Пока я двигал бумаги, я краем глаза успел заметить, что Бьянка немного смутилась. Раньше читать контракты мне не приходилось. При поступлении на работу меня ознакомили с правилами, инструкциями и я расписался в приказе о зачислении, поэтому в данный момент я решил прочитать все медленно и внимательно. Медленно не получилось, сработала привычка быстрого просмотра бумаг с отметками основных пунктов. Мелкий шрифт я тоже не обошел своим вниманием. Полагаю, что контракт был стандартным, но ознакомиться с ним стоило. В нужных местах стояли мое имя и фамилия. Внизу я увидел цифру. Я поднял глаза на девушек:
   - А вам не кажется, что сумма несколько большая за один день работы?
   - Нет, нам не кажется, - весело произнесла Хелен, - это стандартный договор и стандартная сумма для начинающих актеров. Поэтому вам придется согласиться.
   - Теперь мне понятно, почему все так хотят быть актерами, - вздохнул я, - иногда даже работать не приходится, а платят, будто работал, не разгибая спины в течение целого квартала.
   Я поставил подпись на обоих экземплярах контракта.
   - Это все?
   - Нет, не все, - подала голос Джулия. - Я бы хотела заключить с вами контракт на использовании вашей идеи.
   - Какой идеи? - не понял я.
   Она широко улыбнулась, положив ладонь на стол. На мгновение она приподняла ладонь, и я смог увидеть салфетку с письменами. Я тут же вспомнил свое творчество ночью в Ирландии, и что отдал эти "художества" Джулии на следующее утро. Так вот о какой идее шла речь.
   - Хорошо, я согласен, - улыбнулся я. - Где нужно подписать?
   Мне подали документы. Я снова углубился в чтение.
  
   3 ноября.
   В наше управление континентальной полиции наконец-то вернулся эксперт электронщик, Кристиан Олаффсон, который давал довольно длинный мастер-класс заокеанским коллегам из Северной Америки. Это нельзя было назвать мастер - классом, потому что эксперт читал курс лекций и проводил практические занятия практически одновременно. Так как ему было удобно проводить свои лекции в период с весны по осень, то многие североамериканские коллеги остались без летнего отпуска. Наш эксперт довольно прохладно относился к прихотям своих учеников, и поэтому в первой же лекции сказал, что тот, кто хочет в отпуск, может ехать, но лекции и занятия он повторять не будет. Из всей аудитории на его призыв откликнулся только один начальник технического отдела, которого уволили, как только он вышел на работу из отпуска.
  -- Я не люблю не дисциплинированных людей, в принципе, - улыбался эксперт, - а если дисциплины нет в органах правопорядка, то это мне совершенно не нравится.
   Приезд Олаффсона ознаменовался для меня разрешением некоторой загадки, которую передо мной поставили эксперты-криминалисты. Дело касалось датчика, который снял маршал Ристич с виска своей дочери.
   Спустя неделю после приезда эксперта, я пришел к нему в ночную смену, стараясь подгадать, чтобы у него совсем не было работы. Мои ожидания оправдались, но не полностью. Работа у него была, но совсем мало. Когда я пришел в его кабинет, он что-то рассматривал на мониторе.
  -- А, Сирилл, проходи, рад тебя видеть, - улыбнулся мне Олаффсон, отрывая взгляд от экрана. - Неужели спецотдел решил обратиться ко мне? У вас иногда бывают очень интересные дела, но вы никогда не обращаетесь ко мне.
  -- Кристиан, последние полгода тебя не было, и мы пытались как-то приспособиться, но у нас ничего не вышло, - решил польстить я.
  -- Не люблю льстецов, но ваш отдел ко мне почти не заходит, так что приходится терпеть раз в год. Что у вас там?
  -- Не у нас, а у меня, - я сразу решил поставить эксперта в известность, что это только моя инициатива. - Я пришел, наверное, только за советом. К сути дела. Ты, наверное, помнишь, первого августа Президент приезжал в Европу. В тот день, косвенно по его вине, погибли два офицера министерства внутренних дел...
  -- Помню, помню, - кивнул Кристиан, - после своего возвращения в стране прошел ряд митингов и манифестаций с требованием отставки Президента и привлечение его к уголовной или административной ответственности. На это, Президент отдал приказ войскам разогнать всех смутьянов. К его великому неудовольствию, войска не подчинились, и ему пришлось довольствоваться только силами полиции. Кабинет министров решил пересмотреть линию расходов и свою политику по статье "Борьба с терроризмом".
  -- Так ему и надо, - с некоторой удовлетворенностью произнес я. - Но речь пойдет не о нем, а о двух офицерах, которые погибли. На видеозаписи криминалисты обнаружили изображение некоего датчика. Ты сможешь мне объяснить, что это?
   Я показал ему распечатку рисунка и описание датчика. Олаффсон внимательно рассмотрел изображение, а затем прочитал информацию. Просмотрев распечатку не один раз, он поднял на меня глаза:
  -- Ты хочешь узнать мое мнение, Сирилл?
  -- Да, - кивнул я.
  -- Ну, что ж, я подчеркиваю, что это только мое мнение, под экспертизой я подписываться не стал бы, сильно фантастично. По моему мнению, это устройство позволяет смоделированную ситуацию применить в реальности. Перейти из математики в реальную жизнь. Например, у тебя есть программа, которая может решать систему из тридцати уравнений в очень короткие сроки со всеми стадиями преобразований. Ты студент в университете и тебе дали подобное задание на экзамене. Ты прикрепляешь этот прибор на левый висок, проговариваешь условия и ощущаешь, как решение приходит само собой. Это простой пример.
  -- А если я опишу тебе некоторую ситуацию, ты сможешь ответить, возможно, ли это с помощью этого датчика?
  -- Я попробую, - кивнул Кристиан.
  -- Допустим, группе людей надо выполнить задание особой важности. Сделать надо это при большом скоплении людей, но чтобы все решили, что это просто несчастный случай. Они моделируют ситуацию на компьютере, программируют каким-то образом этот прибор, прикрепляют этот прибор к виску и идут выполнять задание. При этом, датчик дает им команды как и где двигаться.
  -- Немного не так. Ты упускаешь из своего внимания крохотную антенну. Данный прибор нельзя запрограммировать, у него нет никакой памяти, но есть антенна, при помощи которой он принимает сигналы от компьютера и посылает электрические импульсы человеку, поведение которого контролирует компьютерная программа, но не прибор. Такой вариант возможен и даже реален, с одним условием: неподалеку, в радиусе 200 метров должен быть человек с компьютером, на котором идет воспроизведение программы. Прибор действует только в реальном времени. Время запаздывания может составлять одна десятая секунды, всего.
  -- Мне все ясно, - после этого объяснения мне сразу стало немного легче, как будто с меня сняли большую ответственность.
  -- Сирилл, ты пытаешься объяснить смерть двух офицеров, которая произошла у тебя на глазах? Это могло быть просто апробацией прибора, - с некоторой заботой в голосе сказал эксперт.
  -- Я так не считаю, - покачал головой я. - Я очень сомневаюсь, чтобы маршал отдал приказ использовать свою родную дочь для испытания датчика.
  -- Даже так? - удивился Олаффсон. - Погибла дочь маршала Ристич? Маловероятно, и я хочу надеяться, что данный прибор эта барышня использовала для совершенно противоположных целей.
  -- В каком смысле? - во мне затеплился огонек надежды.
  -- Я встречался однажды не с ней лично, а с её подругой, Катериной Корбу, замечательная девушка и очень толковый специалист во всем, что касается электроники и программирования. По её высказываниям и знаниям, иногда даже я чувствовал себя простым инженером, работающим первый год с техникой. Но это было только иногда. Шустрая компания, и очень осведомленная во всех областях науки и техники. Если, как ты говоришь, Маргарита Ристич погибла, то можно не сомневаться в том, что это было каким-то образом подстроено. Они слишком любили жизнь, чтобы просто так с ней расстаться. Но это только мое мнение.
   Эти слова некоторым образом укрепили мою уверенность, что я двигаюсь в правильном направлении. Косвенно, Олаффсон подтвердил мои догадки о том, что группа из шестерых молодых людей подстроила свою гибель.
   Придя домой, я открыл свою папку-досье на эту группу молодых людей и вложил в неё распечатку информации о датчике. Рукописно я внес мои заметки.
   "Итак, мои сомнения оправдались и некоторые надежды сбылись. Смерть молодых людей могла быть подстроена умышленно, чтобы они исчезли из одного места, и появились где-то в другом под другими именами. Маргарита Ристич и Александр Алеп "погибли" в результате террористической атаки на Президента. Следовательно, "террористка" тоже должна быть замешана в данный "заговор". Все движения и реакции были смоделированы программой. Далее. Молодой дипломат Эжен дю Эшп погибает в Венесуэле. В такой стране очень просто подстроить свою смерть и красочно её обыграть, представляя подлинные доказательства своей смерти. Янош Арпай. Заключение экспертизы не вызывало сомнений и я склоняюсь к мысли, что подкупа быть не могло. Значит, моя фантазия говорит о повторном использовании датчика, или использование каскадера со страховочным тросом. Констатация смерти производилась уже спустя пять минут после падения тела.
   Так, стоп! Констатация смерти! Во всех случаях было медицинское освидетельствование тел. Невозможно подтасовать данные и мне не представляется возможным подкупить простых врачей. Ага! А где работала Ларика Лансте? Об этой конторе ходят только слухи. Официальная информация гласит, что в компании занимаются разработкой новых лекарственных препаратов. Если принять во внимание все слухи и сплетни, то есть некое средство, вызывающее глубокий летаргический сон на короткое время. Летаргия настолько глубока, что в некоторых случаях врачи констатируют смерть. Вполне возможно, что Ларика приложила руку и к новой модификации гриппа, который "подкосил" её подругу. Чтобы было незаметно, еще несколько человек заразили этим вирусом.
   Вполне рабочая версия. А что стало с самой Ларикой? Сомнительно, что она могла потеряться в экспедиции, особенно с возможностями её конторы к спутниковому поиску. Нет, здесь было что-то другое, но что, моя фантазия придумать пока не могла. Даже если девушке удалось сбежать от своих работодателей, то где она могла бы спрятаться?
   А покупка острова родителями этих молодых людей? Частная территория, на которую доступ ограничен, вследствие его удаленности от тех стран, из которых был совершен побег.
   А расположение их домика, в котором они проживали шесть лет? Да, он находится далеко от ближайшего города, но если посмотреть карту Объединенной Европы с условными границами прежних, исторических государств, то можно заметить, что домик расположен в точке пересечения границ пяти государств. Каждому из живущих молодых людей было удобно добираться из дома в свою сторону на рабочее место. Как же я раньше этого не заметил! Такое расположение было запланировано заранее? И если да, то кем?"
   Самым простым для меня будет узнать: кто хозяин этого домика. Пока вопросов больше, чем ответов, но основной ответ у меня есть: все шестеро живы и живут на острове! Вполне возможно, что с ними знакома Хелен Карт...
  
   10 ноября
   Мне пришлось использовать все свои рабочие связи, чтобы сделать копии документов, касающихся права собственности на дом, в котором проживали шестеро молодых людей в течение шести лет. Мне казалось, что мне достаточно будет просто сделать запрос в службу реестров собственников недвижимости и подождать некоторое время. Однако, все оказалось несколько сложнее и интереснее, чем мне представлялось на первый взгляд. Как оказалось, еще в прошлом веке этот дом купил профессор медицины из России, некий Михаил Рощин. В настоящее время право собственности на дом принадлежало Лауре Рощиной. Официальная информация сообщала, что Лаура Рощина вместе с мужем Эдуардом Рушиным, более известным как Эдвард Раш, пропала без вести более десяти лет назад. Поэтому, право собственности на дом переходило к её дочери Виктории Раш-Рощиной, которая вступила в права три года назад.
   Фамилия Рощин мне что-то напоминала, но что, я не мог вспомнить. С чем это могло быть связано? Я поднял старые электронные подшивки газет. В прошлом веке имя Михаила Рощина гремело на весь мир, в связи с его открытием метода блокирования раковых клеток без операции на любой стадии заболевания. Метод оказался настолько успешным, что, по мнению газет "позволил человечеству победить рак безболезненно".
   Только в одной единственной статье приводилась биография медицинского гения. Как писала газета, его родителями были известная в мире физиков профессор Зоя Рощина и чемпион мира по автомобильным гонкам Максим Рощин. У него была сестра, младше его на пятнадцать лет, которая после замужества сохранила фамилию Рощина. Михаил Рощин был женат на Милославе Ристич"
   Интересно, а эта Милослава Ристич не дальняя родственница маршалу Ристич? Информация по этому вопросу была почти секретной. Я сказал "почти", так как я был полицейским. И действительно, Милослава Ристич была пра-теткой маршалу Ристич.
   А вот это уже очень интересно! Оказывается, Маргарита Ристич имеет дальние родственные связи с Рощиными. А сама Маргарита об этом знает? Или маршал? Может быть, что съем дома на период учебы в Военной Академии был устроен по-родственному. Это вполне разумно и логично, так как славянские народы знают всех своих родственников, как близких, так и дальних.
   Ну что ж, с этим вопросом я считаю, что я разобрался.
  
   20 ноября
   Мне окончательно дали понять, что расследование несчастного случая первого августа никому не нужно и инициатива какого-либо уровня будет наказуема. Ответ был более резким на мой слабый вопрос: "А что, дело о покушении на Президента закрыли?" Надо же, как насолил Президент всей Европе!
   Утром мне позвонила Джулия и поинтересовалась, можно ли со мною встретиться снова? Разумеется, я согласился, с тайной надеждой встретиться с Бьянкой. Она закрылась как устрица или её можно было бы сравнить с улиткой, которая спряталась в свой домик и не хотела показываться наружу. На все мои звонки ей лично она всегда отвечает, что может встретиться со мною только в определенное время и на очень короткое время.
   Вначале я не мог понять в чем дело. Прошло больше месяца, а зима, как мне показалось, морозит все сильнее. Может быть, Джулия сможет разъяснить глупому мужчине, в чем дело.
   Наша встреча была назначена снова в ресторане у моего друга Жерара. После моего последнего появления у него в ресторане с группой, посетителей у него стало еще больше. Поэтому, для меня и моих спутниц, если это были представительница группы, он решил сделать огромные скидки.
   Джулия зашла в кабинет ресторана и присела за стол напротив меня. На мое предложение меню, она махнула рукой.
   - Мы решили вам помочь, - сразу начала она, - дело в том, что мы, я и Хелен, не можем смотреть как наша подруга после каждого свидания, извини, встречи с тобой ходит из угла в угол и что-то бормочет себе под нос. Она стала несколько рассеянной, что это сказывается на работе. Я полагаю, что Бьянка не знает как себя вести с тобой. По её словам, в Ирландии она позволила себе много лишнего, и теперь не знает, как ты к ней относишься.
   - Если честно, то я ничего не понял, - признался я.
   - Понимаешь, ты первый мужчина, которому она много позволила уже на второй встрече и который пытается, как бы, заново познакомиться с ней. Цветы, конфеты, подарки все это для неё впервые. Конечно, у неё есть армия фанатов, которые сделают все, что она попросит. Это не просто поклонники это именно фанаты. Ты - другой.
   - И что мне делать в таком случае?
   - Может быть её как-то подтолкнуть? - предположила Джулия.
   - Как? Предложить ей руку и сердце? Или сразу позвать её замуж?
   - Нет, это слишком рано, - усмехнулась собеседница. - Я думаю, что можно ненавязчиво дать ей понять, что если она не поторопится, то вас соблазнит другая, более расторопная.
   В кабинет вошла Хелен и присела на диванчик рядом со мной.
   - Привет всем, - весело поздоровалась она. - Замышляете что-то против Бьянки? Я всегда вас поддержу. Всегда люблю "дружить против". Сирилл, я в курсе того, о чем у тебя шла речь с Джулией.
   - Инициативу мы берем на себя, - продолжила Джулия, укоризненно посмотрев на Хелен. - Будете мужчиной, которому девушки вешаются на шею. Я думаю, что Бьянка для себя сейчас решает: нужен ли ей такой мужчина? Он такой симпатичный, хороший, галантный и даже свободный. Почему же он свободный? На него не обращают внимание женщины. Может, он уже женат, но расправился с женой и никто об этом не знает? Может его вообще женщины не интересуют? Хотя происшествие в Ирландии это предположение отвергает. А может у него каждый день новая девушка?
   - А вариант, что симпатичный молодой человек сутками работает, и у него просто нет времени встречаться с девушками вами не рассматривается? - пытался пошутить я.
   - Рассматривается, - весело подхватила Хелен. - Дело в том, что по этой теории, если мужчина очень занят на работе, то у него должен быть роман с коллегой.
   - Ого! - я поудобнее устроился на диване откинувшись на спинку. - Коллеги женского пола у меня нет, которая не замужем, а с замужними я не встречаюсь. Поэтому, по вашей теории, остается только, что каждый день у меня новая девушка.
   - Теперь их будет только двое, - Хелен пристально посмотрела мне в глаза.
   Я выдержал взгляд её карих или зеленых глаз. Я старался смотреть ей прямо в глаза, но не мог определить, какого они цвета. Когда я начинал смотреть в них, они были карие, а потом стали зелеными и засветились. Мне это снится? Я моргнул.
   - Вы по очереди будете со мною встречаться? - решил уточнить я.
   - Разумеется, - улыбнулась Джулия, - но только перед вашими встречами с Бьянкой. И, разумеется, я буду первой.
   - Почему именно ты? - рассмеялась Хелен. - Я хочу быть первой, к тому же ты уже целовалась с Сириллом, а я нет, поэтому я буду первой.
   - Именно потому, что я уже целовалась с ним, я буду первой, - сверкнула голубыми глазами Джулия.
   - Девочки, - вмешался я, - давайте не будем спорить и драться. Могу я сам выбрать первую жертву? И вы не будете обижаться на меня?
   - Да, - хором согласились девушки.
   - Тогда я хотел бы вначале встретиться с Хелен, - Хелен победно улыбнулась, а Джулия шутливо погрозила ей кулаком, - послезавтра, если это будет возможно.
   - Отлично,- кивнула Хелен, - мне будет удобно.
   На том мы и договорились. Мне очень хотелось пообщаться с Хелен на тему, очень далекую от отношений мужчины и женщины. Я хотел узнать, если получиться, что произошло на самом деле на острове. Она же была непосредственной участницей.
  
   1 декабря
   Для меня Хелен стала действительно хорошим источником информации. Уже после нашего "первого свидания" мои заметки существенно пополнились.
   Мы встретились с ней в парке нашего мужского клуба. В настоящее время "мужским" клуб оставался называться в силу привычки, потому что уже давно в составе его членов присутствовали женщины. В тот день в помещении клуба собралось очень много народу, и мне не хотелось привлекать к себе повышенное внимание. Именно поэтому мы расположились в одной из беседок парка.
   Присев в удобное кресло напротив меня Хелен улыбнулась.
   - О чем с вами можно поговорить?
   - О...
   - А почему мы с вами находимся снаружи, а не внутри?
   - Во-первых, сегодня очень чудесный день, не пасмурно, уже выглянуло солнышко. Во-вторых, внутри клуба много посетителей и я просто боюсь, что к вам будут приставать.
   - Вот как? - она улыбнулась еще шире. - Вам это неприятно?
   - Мне от этого некомфортно, неуютно, если хотите. Я же хочу с вами встретиться, а не остальные.
   - Спасибо, - она кивнула, ожидая продолжения.
   - Я бы хотел с вами поговорить о Маргарите, - начал я, - вернее о том, что произошло с вами на острове.
   - На острове, - я сразу заметил перемену в её лице. Выражение стало задумчиво-мечтательным.
   - То, что произошло со мною на острове, я не могу нормально описать словами. Просто пойми меня правильно, у меня просто очень мало слов, чтобы описать все то, что там произошло. Ну, во-первых, я просто не помню, как я там очутилась. Я пришла в себя от резкого запаха и первое, что я увидела, это было лицо Маргариты. Я просто не могу представить, что она подумала, когда меня увидела в кандалах на полу. Затем она сломала кандалы и пригласила быть её гостьей. Остров просто замечательный. Маргарита показала мне его окрестности. Это было днем, а ночью в дом проникли посторонние, которых провел внутрь один из охранников. Я не знаю, как бы я повела себя в такой ситуации, наверное, просто бы подкосились ноги и я бы просто упала в обморок. Не знаю. Марго повела себя просто как супергерой. Даже когда её ранили она все равно осталась в строю. Только после того, как плохого охранника увезли на материк в полицию и убрали из дома тело убитого мужчины, она позволила себе немногое.
   - И что же например?
   - Она просто попросила помочь ей вытащить пулю из своей ноги.
   Я был потрясен. Даже я не знаю, как бы повел себя в такой ситуации. Сколько же надо иметь мужества, чтобы самостоятельно вынуть пулю из собственного тела? И не только мужества, но и выносливости.
   - Так, а дальше?
   - А дальше больше ничего и не было, хотя я наверное просто немного опешила от всего.
   - Не совсем понимаю, о чем идет речь, - признался я.
   - Да я и сама толком не поняла. Понимаешь, в тот момент, как я поняла уже спустя некоторое время, мне хотелось чего-то большего. Не могу сформулировать что же мне хотелось в тот момент. Может быть откровенного разговора, откуда такая сила воли или откуда они такие все взялись.
   - Они?
   - Да, Марго, Александр, Эжен, Катерина, Ларика и Янош.
   - Вы их тогда уже знали? - мое удивление росло с каждым вопросом и с каждой услышанной фразой.
   - Нет, лично не знала, я их всех видела во сне.
   - Совсем не понятно, - я глубоко вздохнул.
   На Хелен сейчас смотреть было просто удовольствие. Её воспоминания о событиях на острове изменили выражение её лица. Она улыбалась как-то игриво и в то же время загадочно. Я бы назвал его одухотворенным.
  
   19 декабря
   Утром почтой пришло приглашение на вечеринку, устраиваемую в честь празднования Нового года. Мероприятие состоится в замке леди Дуглас в Шотландии. Явка по приглашению была обязательной.
   Присутствие обязывало иметь при себе маскарадный костюм. И не просто какой-то костюм, а принадлежность к определенной эпохе. Времени было много до мероприятия, и поэтому я решил особо голову не ломать над костюмом. Идея придет сама собой. А потом, наверное, стоит почитать кое-какие книжки, описывающие ту эпоху. У меня все впереди.
  
   31 декабря - 1 января.
   Вечеринка по поводу празднования Нового года проводилась в старинном замке на севере исторической Шотландии. Меня пригласила на вечеринку Бьянка Фиорн, на правах кузины хозяйки замка. На бумажном приглашении была напечатана моя фамилия в качестве сопровождающего Бьянки. На это я не обиделся. На такие вечеринки попадет не каждый представитель высшего общества. Начало вечеринки было назначено на десять часов вечера, но, как объяснила Бьянка, лучше приехать за полчаса до начала. Леди Дуглас не любила опаздывающих, и если вечер был её задумкой, она может просто закрыть двери и не пускать опоздавших.
   Основным условием входа в замок было наличие маскарадного костюма. Главной тематикой вечера был XVII век. К моему удивлению, на выбор костюма я потратил около недели. Для меня сложность состояла в том, чтобы мой костюм ни с кем не повторился, поэтому я сразу отбросил костюмы французских мушкетеров, королей Европы, кардиналов и военных. Я примерил даже костюм пирата, но по разговорам продавцов понял, что такой костюм уже купили, по крайней мере, два человека. Теперь для меня действительно встала проблема: что надеть? Все костюмы, которые мне приходили на память, относились к Западной Европе. А что если заказать костюм, относящийся к другим государствам мира? Например, нарядиться в костюм колонизатора из Южной Америки, или еще рано? Или, надеть костюм русского боярина? А если взять что-то китайское? А что носили китайцы в то время?
   В конце концов, я остановился на простом венецианском костюме: черная треуголка, опушенная белым мехом, черный камзол, черные рейтузы, черные сапоги-ботфорты и такой же черный плащ с красной подкладкой и золотой окантовкой по краю. На лице у меня было две маски, одна черная бархатная полумаска для зала и поверх неё белая гипсовая маска с длинным носом для входа на праздник. Бьянка оделась в национальный костюм исторической Италии.
   Хозяйка праздника каждого гостя встречала у входа, хотя у самых дверей стояли ещё два охранника, проверяя наличие костюма и соответствие гостей заявленным спискам. Леди Дуглас была одета в костюм королевы Кристины Шведской. Несмотря на то, что она попыталась придать своему виду схожесть с историческим персонажем, в ней было больше женственности, чем в оригинале. Но это было мое личное мнение. Мой костюм вызвал у неё восхищение:
  -- Наконец-то я увидела мужчину, который решил не одеваться в исторический персонаж, а просто его костюм передал моду той эпохи. Приятно с вами познакомиться, молодой человек.
  -- Беатрис, это Сирилл Харрис, мой друг, - представила меня Бьянка, не дав мне раскрыть рот, чтобы представиться самому.
  -- Я рад с вами познакомиться, леди Дуглас, - вставил я, снимая шляпу и расшаркиваясь на средневековый манер.
  -- О-о-о! Какие манеры! - с радостью воскликнула хозяйка. - А под маской что?
  -- Только лесть и подхалимство, - улыбнулся я, снимая первую маску.
  -- Очень оригинально, - протянула мне руку леди Дуглас.
   Я поцеловал протянутую мне маленькую изящную ручку. Другой рукой она сделала приглашающий жест пройти в дом. Крепко взяв меня за руку, Бьянка быстро потянула меня за собой.
  -- Не стоит задерживаться у дверей, - улыбнулась она, - по негласным правилам если один мужчина останавливается в дверях, хотя бы на полминуты чтобы осмотреться, то это сигнал одиноким девушкам, что мужчина свободен. Если пара мужчина и женщина задерживаются в дверях, то хоть они и пришли вместе, но развлекаться собираются порознь. Я не хочу, чтобы тебя увели от меня на этом празднике.
  -- А много здесь бывает гостей? - поинтересовался я.
  -- Человек пятьдесят - семьдесят, больше просто нет места, чтобы все остались отдохнуть и продолжить праздник на следующий день, уже в следующем году.
  -- Ясно, - кивнул я.
   Я вспомнил вечер, на котором я познакомился с Бьянкой. Тогда мы действительно остановились с Дороти в дверях. Она делала вид, что осматривает помещение, на самом деле, оказывается, она давала знак, что мы будем развлекаться отдельно друг от друга. Какие сложности и тонкости жизни светского общества.
   Так как мы уже прошли опасное место, называемое порогом, то я решил осмотреться. Да... у высшего общества с фантазией было плохо. Среди мужчин чаще всего встречались костюмы кардиналов, европейских королей в кружевах и драгоценностях, пиратов, военных. Среди однообразных костюмов военных в кружевах и белых панталонах выделялся мужчина в сине-голубом гусарском костюме. Надетый на голову кивер ремешком крепился за подбородок. На лице была сине-голубая полумаска. Особенным вниманием пользовались закрученные вверх черные усы. С ним под руку шла дама в ярко-красном пышном платье. Мне на ум пришла ассоциация с испанкой Кармен.
   Среди женщин преобладали костюмы, как я их определил, придворных дам. Много кружев, атласа, бархата и драгоценностей. Я смог заметить пару костюмов Елизаветы Тюдор, но цвет волос не соответствовал прототипу. Выделялись только единицы. Кроме ярко-красного пышного, но простого костюма, я смог заметить еще четыре оригинальных костюма у женщин. Одна была одета в нежно-розовое кимоно, подвязанное алым широким поясом. Волосы уложены в высокую пышную прическу. Весь её вид напомнил мне изображение на восточной миниатюре. Кто-то ведь не поленился посмотреть информацию о костюмах той эпохи на востоке. Другая дама была в шальварах и лифе цвета голубого неба с золотистой окантовкой. Лицо, кроме глаз и лба, закрывала плотная вуаль. Её сопровождал мужчина, одетый в широкие темные штаны, полосатый, длинный кафтан, как я мог его определить, подпоясанный зеленым поясом и в тюрбане. При себе он имел кривую саблю. На мой взгляд, турецкую принцессу сопровождал янычар.
   В качестве оригинального костюма я отметил мужчину одетого в холщовые штаны серого цвета, цветастую рубашку, поверх которой был надет темный жилет. На голове у мужчины была то ли кепка, то ли фуражка из ткани. На поясе висели золотые часы - луковица. Лицо запоминалось бородой в форме широкой лопаты. Интересно, это кто? Я смутно помнил историю моды, но из школьного курса истории почему-то всплыла картинка изображения русского купца. У кого-то очень хорошее образование! С ним стояла дама в каком-то непонятном для меня костюме. На голове у неё была небольшая черная шапочка, черные волосы были заплетены в две косы. Белое платье с длинными и широкими книзу рукавами создавало впечатление хрупкости. На лице дамы была белая полумаска. Я затруднился определить географию этого костюма.
   Бьянка дернула меня за рукав:
  -- Всех осмотрел?
  -- Интересные костюмы имеют единицы, все остальные какие-то одинаковые, - наклонился я к ней.
  -- Таков высший свет, - вздохнула Бьянка. - Лень поиска информации, для того, чтобы не быть похожим на остальных. Те единичные костюмы...
  -- Ты знаешь, кто так выделяется в толпе? - я посмотрел ей в лицо.
  -- Это наши, - хитро улыбнулась она. - Джулия, Хелен и ребята из нашей охраны. Как оказалось, ребят, которых мы приняли на работу, патронирует моя кузина Беатриче. Она их пригласила не как нашу охрану, а как полноправных представителей высшего общества. Я слышала какие-то разговоры, что они беглые отпрыски элитных семей.
  -- Правда? - я заинтересовался.
  -- Ребята, скорее всего, решили пожить своей жизнью, без тени родительского авторитета. Как и мы, в свое время.
  -- И вы тоже?
  -- Сирилл, - Бьянка коснулась губами моей щеки, - эту историю я тебе как-нибудь потом расскажу. А вот сплетни, это, пожалуйста.
  -- А последние сплетни вас касаются? - улыбнулся я.
  -- А как же! Основная сплетня касается съемок нашего последнего клипа, с твоим участием. И наконец-то имя Джул впервые появилось в желтой прессе.
  -- Ого!
  -- А ты не читаешь желтую прессу? - я покачал головой, чтобы услышать объяснения. - Жаль, ты много не знаешь о своей личной жизни. Знай же, что тебя опознали как одного из ведущих моделей одного европейского дома моды. Так вот, на съемках клипа у тебя завязался роман сначала с твоей партнершей Джул, а потом, тебя отбила Хелен. Ну, и в разных газетных изданиях различные вариации борьбы за тебя между Джул и Хелен. Моё имя в этих публикациях не упоминается.
  -- Очень интересно, - усмехнулся я. - А я и не знал, что вызову такой переполох.
   В зале зазвучала музыка, и некоторые пары начали танцевать. Я с ужасом заметил, что пары танцуют классические бальные танцы. Я осмотрелся. Все больше и больше пар начинали танцевать. Я отвел Бьянку подальше от танцующих, к одному из резных кресел.
  -- Бьянка, у меня есть некоторая проблема.
  -- Какая? - удивилась она.
  -- Я не умею танцевать, особенно бальные танцы.
  -- Да, это моя оплошность, - расстроилась Бьянка. - Основным условием этого новогоднего вечера являются бальные танцы и поцелуй с партнером по танцу под бой часов.
  -- Что? - не понял я. - Поцелуй с партнером по танцу?
  -- Для тебя это будет партнерша, - терпеливо объяснила Бьянка.
  -- Но если я не буду танцевать... может быть ты найдешь кого-нибудь для танцев?
  -- А зачем я тебя тогда сюда пригласила? - с вызовом спросила Бьянка.
  -- Но Бьянка, - я немного растерялся, - я не думал, что ты пригласила меня на этот светский раут только ради полуночного поцелуя.
  -- Я пригласила тебя сюда, чтобы встретить Новый год именно с тобой! Ох! Какие же вы мужчины непонятливые! Ты уже привлек внимание моей кузины тем, что не оделся как все. Черный костюм имеешь только ты! Ты выделяешься среди всей этой толпы высшего общества, и если я сейчас уйду танцевать с другим мужчиной, то одинокие дамы воспримут это как знак и...
   Моя спутница совсем расстроилась. Она смотрела на меня и пыталась улыбнуться, кусая губы. Я слабо улыбнулся и обнял её. Получилось так, что мой плащ почти полностью закрыл Бьянку. Она прижалась ко мне, и мы некоторое время стояли, обнимая друг друга.
   Я заметил, что в нашу сторону направляется гусар. Я сообщил это Бьянке, и она радостно встрепенулась. К великой её радости, на танец её пригласил великолепный гусар. Я проводил её взглядом. Ко мне сразу подошла испанка в красном.
  -- Я приглашаю вас на танец, - у неё был очень красивый голос. Мне он был незнаком.
  -- Извините, я не танцую, - улыбнулся я.
  -- Правда? А мы попробуем. Пойдемте!
   Мы вышли, по какой-то причине, на середину зала. Испанка взяла меня за руки, и я почувствовал, как меня пронизывает тепло и холод одновременно. После этого, я с изумлением обнаружил, что двигаюсь по паркету в такт музыке и даже выполняю какие-то танцевальные па. Мы кружились по залу, и я уже перестал пытаться понять, откуда у меня появилось умение танцевать. Теперь, я пытался рассмотреть лицо моей партнерши по танцу. Глядя на меня, она вежливо улыбалась, или это была не только вежливость, но еще и подбадривание? Свет в танцевальной зале падал неравномерно, и иногда мне казалось, что глаза у моей партнерши горят зеленым светом. Черные волосы были забраны в высокую прическу на затылке и скреплены гребнем с камнями. Высокие скулы, классический тонкий нос, вздернутый подбородок. Руки, одну из которых я держал в своей, а другая была на моем плече, казались очень хрупкими. Одновременно, в них чувствовалась сила. Она была высокая, и наши лица были на одном уровне.
   Я не заметил, как пролетело время, но музыка внезапно оборвалась и после мгновения тишины, послышался бой часов. Первый отсчет нового года мы простояли, глядя друг на друга и чувствуя некоторую неловкость, а затем одновременно приблизили лица и наши губы встретились. Это было на второй удар часов. Скованности и неловкости я не чувствовал. Это было также приятно, как и целоваться с Джулией, но более нежно и без объятий.
   С последним ударом часов мы также нежно оторвались друг от друга. Я отстранился на полшага.
  -- Примите мою искреннюю благодарность за подаренный мне вами танец, - я поцеловал её руку, уловив чуть сладковатый аромат духов.
  -- И вам спасибо, за то, что поверили в свои силы, - она очаровательно улыбнулась, и глаза её сверкнули зеленым цветом.
   На этом мы расстались. Вокруг меня снова возобновились танцы. Чтобы не мешать танцующим парам, я отошел к буфету. Не успел я еще взять бокал вина, как ко мне подлетела Бьянка. Она вся сияла от удовольствия и радости. Она залпом выпила вино из моего бокала и, взяв меня за руку, потянула за собой. Мы пробежали по полутемным коридорам, поднялись на второй этаж и вбежали в одну из комнат. Бьянка закрыла за мной дверь на ключ. Комната освещалась одной свечой, стоявшей на туалетном столике. В полумраке комнаты ясно различались контуры огромной кровати с балдахином. Бъянка подошла ко мне и, сорвав с меня бархатную полумаску, поцеловала меня, опрокидывая на кровать.
   Я проснулся также внезапно, как и уснул. Не открывая глаза, я повертел головой вправо-влево. Слева от меня лежала Бьянка. Я открыл глаза, Бьянка спала, повернувшись ко мне спиной. Я поднялся с кровати и, обойдя её, присел, чтобы посмотреть на лицо спящей Бьянки. Она улыбалась. Меня переполняла нежность, захотелось разбудить её и крепко обнять. Но внезапно мой желудок напомнил мне, что вчерашний ужин я пропустил.
   Я спустился на первый этаж. Я плохо представлял себе, где находится столовая, но полагал, что она должна быть неподалеку от залы, где вчера были танцы. Моя догадка оказалась правильной. В такой ранний час в столовой кроме девушки и меня никого не было. Не желая завтракать в одиночестве, я решил познакомиться с девушкой. Я подошел и сел рядом с ней на стул. Она повернулась ко мне лицом. Её приветливая улыбка застыла на красивом лице. Её удивительные зеленые глаза выражали одновременно удивление и панику. Рядом со мной сидела Катерина Корбу.
   Мой шок, по поводу встречи с умершей девушкой, прошел практически мгновенно. Меня переполняла невероятная радость, как будто я наконец-то увидел старую знакомую после долгих лет разлуки. В порыве чувств я схватил её в объятья и поднял в воздух.
  -- Как я рад вас видеть, Катерина! - радостно воскликнул я.
  -- Сержант Харрис..., - выдохнула она.
  -- Сирилл, - поправил её я, - зовите меня по имени.
  -- Сейчас меня зовут Кейт, - тихо произнесла она.
  -- Вы сократили свое имя и произносите его на английский манер, - кивнул я, и, вспомнив, что до своего исчезновения она ожидала ребенка, осторожно опустил её на пол.
   Как же я сразу не обратил внимания на её заметно округлившийся живот.
  -- Вы ждете ребенка?
  -- Да, - её улыбка стала застенчивой.
   Я осторожно усадил её на стул, а сам сел рядом. Она посмотрела на меня с немного виноватым видом. Я снова с удивлением заметил, что её глаза сверкают удивительным зеленым светом.
  -- Я действительно рад вас видеть и знать, что с вами все в порядке!
  -- Вы по-прежнему работаете в полиции?
  -- Да, я до сих пор полицейский, - кивнул я, - но вас это не должно тревожить.
  -- Почему? - немного удивилась Катерина.
  -- Я действительно очень расстроился, когда прочитал заметку о вашей смерти от модифицированного вируса. Если бы погибли только вы, то все было бы нормально, но вместе с вами погибают и пропадают и остальные пять человек, с которыми вы жили вместе шесть лет.
  -- И что же? - с интересом спросила она.
  -- Временной разрыв между вашими смертями не дал полицейскому начальству начать расследования по факту ваших "неожиданных" смертей, но мне было интересно, почему вы погибли. На вопрос "почему" я пока не ответил, но на вопрос "как" ответить смог. Я сам жил в полицейском государстве и знаю, что на каждого начальника есть свой начальник, мнение которого может быть резко противоположным. Я просто уехал на другой континент. В вашем случае, скорее всего, этого было недостаточно. Я верно рассуждаю?
  -- Да, контуры обрисованы верно, - кивнула она.
  -- Я счастлив, что с вами все в порядке.
   Некоторое время мы завтракали молча. Когда с утренним чаем было покончено, я заметил, что Катерина не спешит покинуть столовую.
  -- Вы кого-то ждете?
  -- Никого конкретно. А вы как оказались на этом празднике?
  -- Меня пригласила Бьянка Фиорн на правах кузины хозяйки праздника. Вернее я сопровождающее лицо кузины хозяйки праздника.
  -- Бьянка Фиорн..., - задумчиво произнесла Катерина.
  -- Вы, наверное, её видели, она одна из трех солисток группы "Тотал Дримс".
  -- Угу, - девушка загадочно улыбнулась, глядя на меня.
   В столовую вошла высокая темноволосая, немного смуглая девушка. Мне хватило одного взгляда на неё, чтобы вспомнить её лицо. Это была Ларика Лансте.
  -- Доброе утро! - весело поздоровалась она.
  -- Доброе утро, Ларика! - вырвалось у меня.
   Нервы у девушки оказались очень прочными. Она спокойно села напротив меня и спокойно улыбнулась. В зеленых глазах что-то блеснуло, но ямочки на щеках не исчезли.
  -- Извините, я с вами еще не успела познакомиться...
  -- О, прощу прощения, - спохватился я, - меня зовут Сирилл Харрис, я...
  -- Он друг Бьянки, - перебила меня Катерина.
  -- Вы тот молодой человек, который снимался в клипе с Джулией в главной роли?
  -- Да, - кивнул я, - я тот самый молодой человек.
  -- Очень приятно с вами познакомиться, Сирилл. Я полагаю, что мы с вами будем часто встречаться. Зовите меня Лара.
   Она решила не принимать во внимание тот факт, что я знаю её настоящее имя. Или это не так? То, что меня представили как друга Бьянки Фиорн, а не сержантом полиции о чем-то говорило. Вот только о чем?
  -- Часто встречаться? - не понял я. - Вы работаете вместе с Бьянкой?
  -- Да, мы охрана их группы.
  -- Ого! - удивился я. - Давно? Я был приглашен на одну из вечеринок в начале октября к леди Дуглас и вас я там не видел. И на съемках клипа в Ирландии.
  -- В Ирландию поехали только Алекс и Джеймс. Съемки не афишировались, поэтому угроза была минимальной, - произнесла тихо Катерина.
  -- Вечеринка со странным поведением леди Дуглас? - поинтересовалась Лара. - Вот после этой вечеринки нас и приняли на работу. А вы помните тень, которая мелькнула позади леди Дуглас и Джона Шеттли? А после этого вы не почувствовали никакого аромата?
  -- Да, вроде бы припоминаю какую-то тень за спинами. Аромата не помню, но ясно помню, что после этого происшествия у меня развязался язык и я спросил все, что хотел. А переговоры по устройству на работу проводились во время вечеринки? - поинтересовался я.
  -- Нет, - покачала головой Катерина, - на следующее утро.
  -- Вы не знаете, с кем я танцевал вальс в полночь? - внезапно спросил я. Мне очень хотелось знать кто моя партнерша.
  -- Вы танцевали с Маргаритой, - тихо произнесла Лара. - И очень красиво смотрелись. Ваши костюмы подошли идеально, к тому же вы почти идеально танцуете.
  -- Дело в том, что я не умею танцевать, - признался я.
  -- С Маргаритой все умеют танцевать, - услышал я мягкий баритон.
   Я повернулся на звук голоса. Рядом со мной стоял высокий мужчина, один из охранников, которые сопровождали группу в Ирландию. Кажется, его звали Алекс.
  -- Меня зовут Алекс, - представился он. - Мы уже с вами встречались в Ирландии, на съемках клипа.
  -- Я помню. Извините, я не представился, меня зовут Сирилл Харрис.
  -- Очень приятно, - мягко произнес Алекс.
  -- И мне тоже, - произнес я, заметив предупреждающий знак Катерины.
   Что ж, если она не хочет, чтобы остальные знали о моей профессии, то я не буду о ней говорить. После появления Алекса в столовой я решил, что Маргарита тоже должна спуститься вниз. Интересно, какая она в общении?
   Я просидел за завтраком почти полтора часа, но Маргарита так и не появилась. Мне показалось не совсем удобным, идти по замку искать Маргариту для того, чтобы лично с ней познакомиться. Значит, сегодня этого не произойдет. Что ж, мне следует вспомнить и о Бьянке. Я поднялся из-за стола и попросил дворецкого собрать мне завтрак на подносе. Стоило преподнести завтрак Бьянке прямо к постели.
  
   4 января.
   Новогодние праздники пролетели очень быстро. Я даже не смог ощутить всю прелесть позднего вставания три дня подряд. Можно сказать, что Бьянка меня бросила. Вернее было бы сказать, что мы с ней не условились о нашей следующей встрече.
   На службе два дня обещали быть спокойными. Год только начался, и большая часть людей еще продолжала праздники, несмотря на начало рабочей недели. Однако, моим надеждам не суждено было исполниться.
   На час опоздал лейтенант. Вслед за ним в наш отдел зашел пожилой мужчина. Точный возраст я затруднился определить. Он подошел к моему столу и, увидев мое непонимающее лицо, присел на стул рядом со столом. Мой немой вопрос остался без ответа, пришлось мне его озвучить:
  -- Чем могу быть вам полезным? По какому вопросу решили обратиться?
  -- Дело в том, - начал мужчина, - что у меня возникли подозрения, что меня хотят обмануть. Я решил обратиться к вам, потому что мне показалось, что вы меня не поднимете на смех.
  -- Какого рода обман вы подозреваете? - моя первая мысль была о его молодой жене.
  -- Финансовый. Я Димитриос Дориакос, и я подозреваю, что меня решили обмануть.
   После того, как он назвал свое имя, мне стало немного понятнее. Семья Дориакос занимала высокое положение в обществе. Зарабатывая деньги морскими перевозками грузов и пассажиров, они смогли успешно конкурировать с крупнейшими компаниями американского континента в эпоху их монополизма в Европе.
  -- А теперь давайте поподробнее, - попросил я.
  -- Началось все с того, что один из моих партнеров представил мне агента по недвижимости. В последнее время мне захотелось приобрести небольшой островок, далеко за пределами Средиземного моря. Это было на прошлой неделе, в прошлом году, если быть точнее. Молодой человек очень рьяно начал предлагать мне разные варианты островов, больших, маленьких, с постройками и без. Он мне оставил множество буклетов, фотографий, проспектов. Все очень красиво.
  -- Что вас насторожило? - спросил я, когда Дориакос замолчал.
  -- Одно замечание моей внучки. Она как-то пришла ко мне с визитом и увидела все эти красивые картинки. Просмотрев их, она сказала, что некоторые фотографии и буклеты описывают некоторые небольшие Фарерские и Шетландские острова.
  -- Ого! - удивленно воскликнул я. - А как она это узнала?
  -- Моя внучка имеет биологическое образование. Иногда она может с точностью до километра сказать, где растет или обитает то или иное растение или животное. На некоторых фотографиях она увидела растения, которые растут только там. После этого я решил, что этот агент по недвижимости решил продать мне остров какого-нибудь государства. У государства можно взять в долгосрочную аренду любой остров, без населения. Аренда может быть как на 50 лет, так и на 99 лет. Но если мне этого захочется, то мне не нужен агент.
  -- Сколько просит ваш агент?
  -- Стоимость острова он не называет, но сказал, что за свои услуги он берет 20% от стоимости сделки.
  -- Сколько? - удивился я.
  -- Двадцать процентов, - повторил Дориакос, - но так как я ему нравлюсь, то он может поработать в убыток для себя и взять только десять процентов.
  -- Вот как, - некоторым образом подытожил я. - У вас есть его визитная карточка?
  -- Да, конечно, - он достал из внутреннего кармана пиджака небольшой четырехугольник и протянул его мне.
   Я взял визитку в руки по краям и начал рассматривать. Плотная бумага высокого качества. Бордовое тиснение. Никакого золота или серебра. Должно выглядеть солидно, но скромно.

Максимилиан Поппи

Независимый агент по недвижимости

Квартиры, дома, коттеджи, замки, острова

  -- Неплохо придумано, - кивнул я. - Мошенника не заподозришь.
  -- Вы можете его проверить?
  -- Да, конечно. Нам понадобится его описание внешности, лицо, особые приметы, рост и так далее. Мы можем сразу составить его портрет по вашему описанию. Я вас провожу к нашим специалистам, и вы им опишите его. А пока вы занимаетесь описанием, я попробую найти его в базе данных. Свою визитную карточку он вам сам дал?
  -- Да, при нашей первой встрече. Я её положил в карман и вынул только сегодня по вашей просьбе. В основном он мне звонил.
  -- Очень хорошо, пройдите в соседнюю комнату, к эксперту и опишите ему вашего агента, а я пока займусь его данными.
   Димитриос Дориакос вышел в соседнее помещение, а я поместил карточку в проявитель отпечатков. Процесс прошел мгновенно. На карточке сохранились отпечатки двух человек. Димитриоса Дориакоса и Питера Гарнея. Последний полиции был известен своими махинациями с кредитными картами некоторых американских банков. Но это было давно. Теперь, мистер Гарней решил не мелочиться. Островная недвижимость может приносить очень большую прибыль. Проценты с продаж даже двух островов могут обеспечить безбедную жизнь лет на десять вперед. А вот продажа государственных островов может обеспечить безбедное существование не только продавцу, но и всей его семье на жизнь вперед.
   Спустя полчаса, Димитриос Дориакос вернулся ко мне. По его описанию был составлен портрет, который полностью подошел Гарнею. Об этом ему сказали наши специалисты. Старик сиял.
  -- Я оказался прав! Этот агент - мошенник!
  -- Я очень рад, что ваша интуиция вас не подвела.
  -- Но как теперь мне быть? В глаза заявить ему, что он мошенник?
  -- Ни в коем случае, - я отрицательно покачал головой. - Нам нужно поймать его с поличным, а это значит, что вы должны продолжить ваши отношения с ним до заключения договора купли-продажи. Вот тогда мы его и возьмем с поличным.
  -- А что если я вас приглашу к себе? - предложил мне Дориакос, после некоторого раздумья. - Я представлю вас как своего внучатого племянника, который будет заниматься всеми моими делами, после того как я уйду на покой, на своем острове. Я постараюсь, чтобы мы побыстрее совершили эту покупку.
  -- В течение недели, я думаю, будет оптимально, - кивнул я.
  -- Так вы принимаете мое приглашение? - спросил Дориакос.
  -- Я не могу поехать без согласования с моим начальством, - улыбнулся я.
  -- С капитаном Ван Хаальсом я договорился еще до того, как пришел к вам, - в свою очередь улыбнулся он. - Я вас жду завтра, в течение дня, в моем доме в Патры. Хотя нет, я за вами заеду завтра утром, и мы вместе прилетим ко мне домой.
  -- Спасибо, - поблагодарил я, - тогда я буду вас ждать.
   Я зашел к лейтенанту сразу после того, как от меня ушел Димитрос Дориакос. Посмотрев на меня, лейтенант рассмеялся.
  -- Я дал свое согласие, видя, как ты расстроен. Ты порвал отношения с сеньоритой Фиорн?
  -- Нет, - улыбнулся я, - не знаю, мы просто не условились встретиться еще раз.
  -- Тогда понятно, - усмехнулся Ван Хаальс. - Неделя в Греции будет полезна для тебя, к тому же поймать с поличным этого Гарнея для нас является первоочередной задачей, особенно в период праздников. Удачи!
  
   5 января.
   Рано утром я попытался позвонить Бьянке, но её телефон мне не ответил. Немного поколебавшись, я позвонил Джулии Велли. Её автоответчик сообщил, что солистки уехали на гастроли, но если я имею важную информацию, я могу оставить сообщение, и в течение дня мне перезвонят. Я надиктовал, что по служебным делам отправляюсь в Грецию, но я всегда доступен по телефону.
   Ровно в девять утра раздался звонок в дверь, сообщая мне, что за мной приехал сам господин Дориакос. Наша поездка прошла довольно быстро. Маленький реактивный самолет доставил нас до частного аэродрома недалеко от города Патры всего за 40 минут. У трапа нас уже ждала машина с шофером, которая доставила нас до владений Дориакосов.
   Дом был двухэтажным и не напоминал помпезных построек нуворишей последних лет. Перед домом не было большого парка, но были яркие и пышно цветущие клумбы.
   Для меня приготовили комнату на втором этаже. Скромное название "комната" больше напоминало мне гостиничный номер высшего разряда. К моему изумлению мои вещи уже были разложены по полкам и развешены в огромном шкафу. Мне ничего не оставалось делать, как спуститься вниз к хозяину дома.
   Когда кроме нас в гостиной никого не осталось, Дориакос предложил мне сесть в кресло и сам присел рядом.
  -- Вчера вечером я договорился с мистером Поппи, что мы встречаемся сегодня вечером. Он привезет мне еще несколько рекламных проспектов островов. Я сказал ему, что посоветуюсь со своими родственниками, племянником и внучкой и возможно оформлю покупку. Он был очень рад.
  -- Когда он приедет?
  -- Сказал, что будет к семи, - Димитриос откинулся на спинку кресла. - При всех называйте меня дядей. Сегодня утром звонила моя внучка, хочет меня навестить. Я ей обо всем рассказал, она одобрила линию поведения и сообщила, что приедет днем, чтобы у вас было время привыкнуть и сыграть роль члена семьи.
  -- Ваша внучка, как вы говорили, биолог? - я решил ненавязчиво узнать о своей "родственнице" побольше.
  -- Её зовут Ариадна. Имя ей выбрала её мать, моя дочь. Фамилию Ариадна носит мою, потому что её родители не захотели регистрировать свои отношения. Правда, спустя год после рождения Ариадны, её отец нашел себе другую и тоже не зарегистрировал официально свои отношения с той девушкой, но уже по причине нежелания девушки. Отцом моей внучки был Эдуард Рушин, известный более как Эдвард Раш. Он был знаменитым ученым. Он пропал без вести, когда Ариадне было десять лет, но тогда он уже мало общался со своей старшей дочерью, потому что у него родилась вторая дочь. Самое удивительное, что обе его дочери были абсолютно похожи друг на друга: обе рыжие и кареглазые. Сестра Ариадны пропала без вести вместе с родителями, когда моей внучке было десять лет. Моя внучка очень образованна, она имеет ученые степени по биологии, микробиологии и фармацевтике, возможно еще и по химии, но я не знаю точно. Очень разносторонний человек. Но я её дед, и возможно все вижу в розовом цвете.
  -- Могу я её увидеть?
  -- Кого увидеть? - я услышал женский голос, который показался мне смутно знакомым.
   Я повернулся на звук и хотел встать для приветствия. На пороге комнаты я увидел ту, кто повергла меня в шок. На пороге стояла Хелен Карт, но волосы у неё были более яркими и длинными. Если волосы Хелен можно было отнести к оранжевому цвету, то цвет волос Ариадны был близок к огненно- красному. Они были забраны в высокую прическу. Стиль одежды был более строгий, и в нем преобладали черные цвета.
  -- Познакомьтесь, - поднялся на ноги Дориакос, - это моя внучка Ариадна, а это - он указал на меня, - Кирилл, мой внучатый племянник, на одну неделю.
  -- Очень приятно, - Ариадна улыбнулась.
   Я, наконец, справился со своим замешательством и поднялся, чтобы поприветствовать "кузину". Мое имя было произнесено на славянский манер, и мне это почему-то понравилось. Может быть мне поменять имя?
  -- Мне тоже, очень приятно с вами познакомиться, - улыбнулся я и перевел взгляд на "дядю". - Извините, сэр, но совсем недавно вы говорили, что у Ариадны была сводная сестра, которая была очень похожа на вашу внучку. Я ничего не утверждаю, но, на мой взгляд, солистка группы "Тотал Дримс", Хелен Карт, очень похожа на вашу внучку.
  -- Вы очень наблюдательны, Кирилл, - улыбнулась Ариадна, делая знак своему деду. - Совсем недавно, и совершенно неожиданно для меня и моего дедушки, мы обнаружили, что Хелен Карт является моей сводной сестрой, Викторией Раш-Рощиной.
  -- Удивительно, - выдохнул я. - А Хелен об этом знает?
  -- Нет, пока не знает, - улыбнулась Ариадна. - Я думаю, что будет лучше как-то подготовить Хелен - Викторию, так как я не уверена, что меня воспримут адекватно, если я просто приду и скажу "Здравствуй, я твоя сводная сестра", к тому же она очень похожа на меня.
  -- Это только ваше дело, - примирительно поднял руки я. - Я просто хотел узнать некоторые разъяснения вашей необычной схожести.
  
   Мистера Максимилиана Поппи - Питера Гарнея я видел впервые. Лицом к лицу, глядя прямо в глаза. Я очень много слышал о нем, читал все досье на него, но лично встретиться не удавалось. И вот, наконец, представился случай.
   Это был мужчина среднего роста с жидкими светлыми волосами. Светло-голубые глаза приветливо сощурены, а все его лицо выражало большую радость. Он весь излучал большую улыбку. Казалось, что он и есть улыбка. Светлый костюм и бледно-розовая рубашка отлично сидели на нем. Из досье я знал, что ему всего тридцать пять лет. Он выглядел молодо, значит, следит за своим внешним видом.
   Как только он вошел, он сразу прошел к столу и разложил на нем фотографии и проспекты островов, а уже потом, обернулся к хозяину и его "родственникам" для приветствия. Он хотел показать, что он очень занятой человек? Или для него на первом месте работа?
   Он крепко пожал мне руку и улыбнулся. Ариадне он элегантно поцеловал руку, на это, я заметил, как она поморщилась. Что это: отвращение к лже-агенту, или что-то еще?
   Дядя предложил ему присесть за стол, на котором он уже разложил свои фотографии. Мы сели кто где. Как оказалось, я сел напротив Поппи. Я присоединился к кузине и дяде и начал просматривать фотографии. Некоторые из них были сделаны сверху, как я понял с вертолета. Некоторые были очень подробные, с описанием строений, внутренних помещений, площади острова и прибрежных территорий - акватории. Я сосредоточил внимание на фотографиях с вертолета. Одна из них привлекла мое внимание. На ней изображался средневековый замок высотой в три этажа. Каменное здание с четырьмя круглыми башнями на углах здания. Что-то мне это напомнило. Но что?
  -- А вот этот остров... - обратился я к Поппи, протягивая ему фотографию.
  -- Вас заинтересовало? - улыбнулся он.
  -- Да, мне это понравилось. У вас есть более подробная информация?
  -- Ну, разумеется, есть, - спохватился агент и достал из папки еще несколько фотографий. - На острове построен средневековый замок. Время постройки 15 век, но замок полностью оборудован современной техникой и пригоден для проживания. В стороне находятся хозяйственные постройки, которые также переоборудованы, там, если вы захотите, можно расположить охрану.
  -- Охрану, - эхом повторил я.
   Одно это слово дало толчок моей памяти. Именно виды этого острова я видел в документах на право собственности шестерых молодых людей под патронажем леди Дуглас. Вот это шанс! А что, если приобрести этот остров? Ведь для покупки необходимо получить шесть подписей.
  -- Это частный остров? - спросил я, и протянул фотографии острова дяде и Ариадне.
  -- Да, это частная территория, - осторожно ответил Поппи.
  -- А кто хозяин?
  -- Хозяйка, - с улыбкой поправил меня агент. - Этот остров, собственность леди Дуглас.
   Ага, число подписей резко снизилось с шести до одной. Ну, я подозреваю, что копию подписи леди Дуглас он сможет найти и продать нам остров. Необходимо принять меры.
  -- А вот этот остров? - "дядя" протянул агенту еще одну фотографию.
  -- Этот остров тоже частная территория, но она частной стала совсем недавно, поэтому возможно вы об этом не слышали.
  -- Нет, ничего не слышали, - произнесла Ариадна. - Кому же шведская корона подарила этот остров?
  -- Одной женщине, которая утверждала, что она являлась женой погибшего кронпринца.
  -- Вот как? - удивился я. - А почему она его решила продать?
  -- Ей нужны деньги, - просто ответил Поппи.
  -- Понятно, - кивнул дядя.
   Он поднялся из-за стола и прошелся по комнате. Потом вернулся к столу и, посмотрев на Поппи, произнес:
  -- Дорогой Максимилиан, надеюсь, вы понимаете, что мне надо обсудить с моей семьей эти два привлекательных предложения. Вы можете оставить мне всю информацию об этих двух островах? И хотелось бы еще, так, на всякий случай, контактные телефоны владельцев островов.
  -- Ну, разумеется, - снова широко улыбнулся агент.
   Он вынул из папки фотографии и два отдельных электронных носителя информации. Собрал остальные фотографии со стола и убрал в папку.
  -- Могу я завтра позвонить вам, узнать, что вы решили? - осторожно спросил он.
  -- Конечно, только позвоните вечером, я надеюсь, что к этому времени я уже на что-то решусь.
  -- Да-да, конечно, - улыбка не сходила с его лица.
   Он попрощался с нами и ушел. После его ухода у нас воцарилась некоторая молчаливая пауза. Дориакос сел напротив меня.
  -- Кирилл, что вы думаете обо всем этом?
  -- Я недаром спросил об острове леди Дуглас. По правде говоря, я знаю об этом острове немного больше, чем мистер Поппи думает. Этот остров принадлежит не леди Дуглас, а шестерым молодым людям, которые находятся под её патронажем. Это, во-первых. Я не сомневаюсь, что при подписании сделки купли - продажи, агент по продаже недвижимости предъявит нам подлинную подпись леди Дуглас. Во-вторых, остров, на который вы обратили внимание, шведская корона никогда не передаст в дар какой-то там женщине, якобы бывшей жене погибшего кронпринца, так как этот остров навсегда закреплен за старшей дочерью короля. Надо его поймать на продаже этих островов, сразу обоих.
  -- Но он обещал оставить контактные телефоны продавцов, - возразил мне "дядя".
  -- По поводу бывшего острова шведской короны ему проще. Он даст вам номер телефона, по которому вам подтвердят всю информацию о продаже. В случае леди Дуглас немного сложнее. Я предполагаю, что вначале он попытается отговорить вас от покупки этого острова, назовет высокую цену, но если вы будете настаивать, то он продаст его вам, и вы не усомнитесь в том, что именно леди Дуглас продала его вам лично.
  -- А как вы его решили поймать? - с интересом спросил Дориакос.
  -- Только при подписании договора купли-продажи. Вы сможете это устроить?
  -- Если он не потребует залоговую сумму, которую я должен буду выплатить до заключения договора, то я смогу довести это дело до подписания.
  -- Если он потребует выплатить вам залоговую сумму, то я попрошу вас предложить ему произвести выплату наличными при подписании, а после подписания перевести на его счет оставшуюся сумму. Я полагаю, что залоговая сумма составляет какой-то процент от полной стоимости?
  -- Да, я думаю, что это составил около 30% от суммы, - предположил "дядя".
  -- Если он назовет очень большую сумму за остров леди Дуглас, то ваше предложение выплаты наличными будет очень привлекательным для него.
  -- Значит, вы считаете, что он согласится на мои условия?
  -- Я уверен в этом, - уверенно произнес я. - Никогда еще ни один мошенник не упускал шанса получить наличные деньги за аферу, на которые он может очень быстро скрыться.
   Дядя кивнул и снова поднялся из-за стола. Он повернулся к нам и улыбнулся:
  -- До обеда еще полчаса, я оставлю вас на некоторое время.
   Он вышел из комнаты. Мы остались вдвоем, продолжая сидеть за столом. Ариадна продолжала рассматривать фотографии острова леди Дуглас. Она разложила перед собой ряд фотографий, рассматривая остров с разных сторон.
   Я поднялся из-за стола и прошел в свою комнату. На моем столе уже стоял компьютер, подключенный к сети. Хозяин угадывал мои желания и потребности. По спутниковой связи я соединился с нашим управлением. На связи оказался лейтенант Ван Хаальс:
  -- Мои приветствия, греческому полицейскому, - весело поздоровался он со мной. - Какие новости?
  -- Наш знакомый агент по недвижимости продает нам два острова. Один из них собственность шведской королевской семьи, а другой - знакомый нам остров, на котором охранник пытался убить собственную хозяйку.
  -- Неужели? - обрадовался лейтенант. - Такой шанс выпадает нечасто. Что требуется от нашего управления?
  -- Я считаю, что наше шведское отделение должно взять у пресс-секретаря шведской королевской семьи опровержение продажи острова. Все заявления останутся конфиденциальными, даже если дело дойдет до суда. С леди Дуглас я постараюсь связаться сам, так как я знаком с ней. Также, вышлите мне, пожалуйста, образцы подписей леди Дуглас и кронпринца Швеции.
  -- Хорошо, я тебя понял. Когда планируешь проведение операции?
  -- Завтра Дориакосу будет звонить наш агент, и семья согласится на покупку двух островов. Я предполагаю, что послезавтра Гарней приедет и лично озвучит цены на острова. Я также предполагаю, что остров леди Дуглас будет стоить очень дорого, но семья не отступит, - я улыбнулся.
  -- Вы планируете взять его при подписании договора купли-продажи?
  -- Да, если он потребует выплатить залоговую сумму, то я предложил Дориакосу выплатить её наличными при подписании договора. Вот тогда-то я его и арестую.
  -- Одобряю, - кивнул Ван Хаальс. - Свяжись со мной, когда вы определите день подписания, я приеду, скажем, в качестве помощника адвоката, и помогу тебе, в чем смогу.
  -- Хорошо, шеф, как скажете, - кивнул я.
   Связь закончилась. Что ж, по крайней мере, завтра я буду иметь оригиналы подписей "продавцов" островной недвижимости.
  -- А вы не думаете, что ваш начальник решил присвоить всю заслугу за поимку известного мошенника себе, - услышал я голос Ариадны.
  -- Нет, не думаю, - обернулся я к ней. - Я простой сержант, и пока я не пройду специальных курсов или не окончу университет, я не стану офицером со званием. Поимка мошенника такого уровня как Гарней, будет большим плюсом в зачете лейтенанта, даже если я один арестую Гарнея.
  -- Мне это непонятно, - Ариадна прошла в комнату и присела в кресло, напротив меня. - А вы не хотите карьерного роста?
  -- Я много чего не хочу, - улыбнулся я. - Вам, наверное, действительно этого не понять. Я просто хочу жить и работать.
  -- В вас нет соревновательной жилки, - вздохнула Ариадна, - нет азарта.
  -- Вы не правы, - возразил я.
  -- Давай, перейдем на "ты", - предложила она.
  -- Хорошо, ты не права. Иногда я очень азартен, но это не должно касаться карьеры и работы.
   Мне показалось, что Ариадна осталась при своем мнении обо мне, но это меня не задело. Да, я не азартен в том, что касается моей работы и, вполне возможно, карьеры тоже. Хотя, как говорил мой родной дядя, надо почувствовать вкус, а потом понять, проснулся азарт или нет. Возможно, если меня произведут в лейтенанты за какую-нибудь сверхсложную операцию, у меня проснется вкус к карьерному росту, но в настоящий момент я его не ощущал.
  
   6 января
   С самого утра мне показалось, что начался какой-то предпраздничный переполох. За завтраком я украдкой наблюдал за радостно - торжественным поведением прислуги. Может быть, готовится какое-то семейное торжество? Мое неведение рассеяла Ариадна, присевшая за стол, напротив меня:
  -- Сегодня сочельник, и мы все готовимся к великому празднику.
  -- К какому? - удивился я.
  -- Рождество, - ответила она.
   Ой! Я совсем забыл, что по православному календарю завтра действительно наступит Рождество, а в Греции, скорее всего, его будут праздновать всей страной. Как же у меня это вылетело из головы? Значит, завтра праздник, и никто никаких дел проворачивать не будет. Ага, понятно. А как же быть с мистером Поппи?
   К моей радости, агент по недвижимости не смог дождаться вечера и позвонил "дяде" днем. Дориакос подтвердил готовность купить два острова и попросил назвать цену. Как я и ожидал, цена на шведский остров была озвучена почти мгновенно и, на мой взгляд, не очень высокая. Как я и предполагал, цена на "остров леди Дуглас" долго не озвучивалась, но после получасовых "переговоров" семье была названа сумма. На мой взгляд, сумма составила годовой доход некоторых мелких провинций Объединенной Европы. Судя по тому, как поползли вверх брови "дяди" я понял, что такая сумма огромна даже для него.
  -- Молодой человек, за такую сумму вы никому в мире не сможете продать тот остров, - спокойно и с улыбкой произнес Дориакос. - У меня возникает подозрение, что этот остров не продается.
  -- Что вы, что вы, дорогой сеньор Дориакос, - запротестовал агент, - остров действительно продается.
  -- Вы представляете себе, что запрашиваемая вами сумма равна годовому доходу исторической Бельгии? Вы думаете, что если я захотел купить остров, то куплю его за любую цену, какую вы мне назовете? Я ведь могу проконсультироваться со своими юристами, занимающимися вопросами недвижимости.
  -- Это не моя прихоть, это цена клиентки плюс мои комиссионные, - оправдывался Поппи.
  -- Я рекомендую вам еще раз поговорить с клиентом, и немного сбавить цену, например раза в три-четыре, - серьезно произнес "дядя".
  -- Ну, хорошо, - слабо выдавил агент, - на самом деле цена острова действительно в четыре раза меньше чем я назвал.
  -- Надеюсь, что вы понимаете, что ваша шутка неуместна, - все также серьезно произнес дядя.
  -- Да, конечно, - согласился агент, - так вы покупаете острова?
  -- Да, по цене, которую вы мне назвали за первый остров и за второй по номиналу.
  -- В таких случаях необходима предоплата, - слабо произнес агент.
  -- Я предлагаю вам следующий вариант: вы приезжаете ко мне с готовыми договорами, которые мне останется только подписать, а я в свою очередь предлагаю вам задаток в 30% от общей стоимости наличными при подписании договора купли-продажи. После подписания и моего визита на острова, вместе с вами, разумеется, я перевожу оставшуюся сумму на ваш счет. Вас такое предложение устраивает?
  -- Да, - затараторил Поппи, пытаясь скрыть торжество в голосе. - Тогда я вам завтра к вечеру привезу договора?
  -- Нет, лучше послезавтра, завтра у нашей семьи праздник.
   На этом разговор закончился. Дориакос повернулся к нам и, радостно улыбнувшись, потер руки.
   Теперь дело стало за мною. Я решил связаться с леди Дуглас и попросить её о некотором содействии. Я решил действовать на свой страх и риск, обращаясь к известному общественному деятелю, не будучи официально представленным ей по всей форме. Я глубоко вздохнул и набрал на клавиатуре нужный номер.
   - Леди Беатрис? - обратился я по видеосвязи. - Если помните, я Сирилл Харрис, и я хотел бы с вами встретиться. Я не был представлен официально при нашей встрече, поэтому я хочу представиться сейчас. Я сержант континентальной полиции, специальный отдел.
  -- Лесть и подхалимство? - вспомнила она мою фразу.
  -- Именно. Где бы я мог с вами встретиться?
  -- Я сейчас в Риме, вернее в его пригороде, в своем доме. Когда вы сможете подъехать?
  -- Когда я смогу быть в Риме? - обратился я к Дориакосу.
  -- Через час, максимум, - немного подумал он.
  -- Я смогу подъехать к вам через полтора часа. Вам удобно?
  -- Да, хорошо, я вас жду.
   Связь прервалась, и я посмотрел на "дядю".
   - Я постараюсь привезти документальное свидетельство от леди Дуглас, что, во-первых, она не собирается продавать остров, а во-вторых, это не её остров.
  
   Меня пригласили в кабинет. Посреди квадратной комнаты стоял массивный стол. Рядом располагались два удобных, на вид, кресла. На столе я заметил старомодную настольную лампу, которая имела угол поворота в 1800. Это же такой раритет!
   За столом сидела леди Беатрис. Увидев меня, она поднялась из-за стола и пошла мне навстречу.
  -- Я рада вас видеть, Сирилл, - улыбнулась она.
  -- А я рад вдвойне, - в ответ улыбнулся я. - Во-первых, быть принятым вами, а во-вторых, видеть вас.
  -- Опять лесть? - рассмеялась она.
  -- Вовсе нет, просто восхищение.
  -- Зачем я вам стала необходима?
  -- По делу, которое нельзя было доверить видеосвязи, - я сделал жест, приглашая её присесть. - Одному крупному финансисту, назовем его Димитриос Дориакос...
  -- Ого?! - удивилась леди Беатрис.
  -- ...Так вот, некий мистер Поппи, агент по недвижимости, предложил ему купить два острова, - я положил перед нею фотографии островов. - Замечу, что по сведениям этого агента, владельцем этого острова, - я придвинул одну из фотографий к ней поближе, - являетесь вы.
  -- Правда? А почему именно этого, а не другого? - она внимательно посмотрела на изображение островов. - А ведь это остров моих подопечных, которых я патронирую. Они остров продавать не собираются. Это, во-первых. Во-вторых, я так понимаю, что на договоре купли-продажи будет стоять моя поддельная подпись? А в-третьих, второй остров принадлежит кронпринцессе Анне, моей очень хорошей подруге.
  -- На этот счет у мнимого агента есть другая версия. Этот остров шведская корона отдала в частные руки женщине, которая утверждает, что была женой погибшего шведского кронпринца.
  -- Кому? - удивилась леди Беатрис. - А кто это такая?
  -- Как нелестно вы о ней отзываетесь, - я покачал головой.
  -- Я могу понять то, что крупному финансисту пустили пыль в глаза сказкой из высшего общества, но вы-то, элитное подразделение континентальной полиции, которое должно заниматься элитой общества, должно знать всех представителей оставшихся королевских семей в Европе. Информация к размышлению, шведскому кронпринцу всего шестнадцать лет. А на досуге, посмотрите королевский альманах, просветитесь по аристократическим и королевским семьям старой Европы.
  -- Спасибо за разъяснения, - от всего сердца поблагодарил я её с виноватым видом.
  -- Я могу поехать с вами и посмотреть в глаза этому мошеннику? - сверкнула глазами леди Беатрис.
  -- Можете, для нас это было бы очень приятно, я имею в виду семью Дориакос. А для меня ваше присутствие поможет поймать за руку этого мошенника.
  -- Тогда я сейчас позвоню моей подруге, принцессе Анне и попрошу её нам помочь.
  -- А это возможно? - у меня перехватило дыхание.
  -- Да, в этой ситуации не только возможно, но и необходимо.
   Леди Беатрис быстро набрала на клавиатуре комбинацию цифр, и через мгновение на экране видеосвязи появилось довольно привлекательное лицо шведской принцессы Анны.
  -- Наши приветствия вашему высочеству, - улыбнулась леди Беатрис.
  -- Рада вас видеть леди Беатрис, - улыбнулась в ответ принцесса. - Чем могу быть полезной?
  -- Извините за мое прямодушие, к сожалению, не была обучена придворному этикету, - все также улыбаясь начала леди Дуглас, - но дело, по которому я обращаюсь к вам не может обойтись без вашего личного внимания. Дело в том, что ко мне поступили сведения, что остров шведской короны, вашу личную собственность решили продать от имени "тайной жены погибшего кронпринца шведского".
  -- От имени кого? - удивилась принцесса Анна. Подумав немного, она уже более спокойно произнесла: - Могу я к вам приехать? Вы сейчас где?
  -- Я сейчас на своей вилле в пригороде Рима, но если вы решили лететь, то я думаю, что нам лучше с вами встретиться на месте будущего преступления, в пригороде Патры, в Греции.
  -- У кого-то именно? - поинтересовалась принцесса.
  -- Да, если можно так сказать, то на пару дней нас приглашают в гости к Димитриосу Дориакосу.
  -- А, я его знаю, - немного успокоилась она, - хорошо, я прилечу прямо туда.
  -- Я вас встречу у самолета.
   Связь прервалась. Леди Беатрис повернулась ко мне:
  -- Вам неслыханно повезло, принцесса решила сама лично разобраться в этой ситуации.
  -- Она приедет одна? - спросил я.
  -- Не знаю, - пожала плечами леди Дуглас, - если вы имеете в виду не только охрану, то она может взять с собой одного сопровождающего. Насколько я могла понять, то вашему агенту недвижимости грозит полный провал.
   Мы немного помолчали, создавая паузу. Я понимал, что принцесса Анна прилетит в Патры не раньше чем через два с половиной - три часа, в то время как мы сможем добраться за час на самолете Дориакоса. Леди Дуглас смотрела на меня с нескрываемым интересом.
  -- Сколько языков вы знаете? - поинтересовалась она.
  -- В каком смысле? - не понял вопроса я.
  -- На скольких языках вы говорите? Когда вы мне звонили, я услышала, как вы спрашиваете кого-то на греческом. С принцессой Анной я разговаривала по-шведски, и по вашей реакции я поняла, что вы поняли все, что было сказано. Кроме официальных языков Объединенной Европы, какие языки вы еще знаете?
  -- Сам не знаю, - пожал плечами я. - Пока вы не сказали, что я разговаривал по-гречески, я сам об этом не знал, то же самое относится и к вашему разговору с принцессой Анной.
  -- Вы мне все больше нравитесь, - с улыбкой произнесла леди Беатрис. - Еще на праздновании Нового года я отметила вас как незаурядного мужчину, у которого хватило времени и фантазии выбрать непохожий костюм для маскарада. Потом, когда я узнала, что вы работаете в континентальной полиции, я поразилась еще больше. А теперь вы меня убиваете просто наповал своими знаниями языков. Я уже несколько сожалею, что вы являетесь близким другом моей кузины Бьянки. Если бы не это обстоятельство, то можно было бы на что-то надеяться.
  -- Вы опасаетесь Бьянку? - пошутил я.
  -- Нет, - рассмеялась леди Беатрис, - я боюсь её фанатов и той пиар-войны которую мне они устроят. Ладно, - она поднялась из-за стола, - пора собираться. Подождите немного здесь, я постараюсь быстро собраться.
  
   6 января, вечер
   Самолет принцессы приземлился спустя десять минут после нашей посадки. Автомобиль Дориакосов нас уже ждал. Меня познакомили с её высочеством, принцессой Анной, когда мы сели в автомобиль. Сидя напротив друг друга мы сначала внимательно посмотрели друг на друга.
   - Очень приятно с вами познакомиться, - с милой улыбкой произнесла она. - Я так понимаю, что это вы ведете дело о попытке продажи моей собственности?
   - Да, это я. Видите ли, Ваше высочество, продавец острова нам, органам полиции давно известен, как опытный и очень ловкий мошенник. На его счету очень крупные и очень громкие махинации с кредитными картами североамериканских банков. Однако, он ни разу не был пойман за руку.
   - Мне понятно, - кивнула принцесса, - мы с Беатрис даем вам шанс поймать его за руку, так?
   - Шанс нам предоставил лично мистер Гарней, когда выбрал в качестве объекта продажи вашу собственность и собственность подопечных леди Дуглас. Скажем так, вы наша боевая мощь, - с улыбкой произнес я.
   - Я оценила ваше чувство юмора, - усмехнулась она.
   Действительно, этих двух стройных дам, с трудом можно было назвать боевой мощью.
  
   Гостей разместили в апартаментах, поближе к хозяину дома, так как оказалось, что они очень хорошие знакомые. Дядя вызвал меня на пару слов:
   - Пока тебя не было, Ариадна уехала немного развлечься. Минут десять назад мне звонили и попросили, чтобы ей забрали. Она несколько...
   - Я понял, хорошо заберу. А в каком она ресторане?
   - Шофер тебя отвезет, - несколько уклончиво ответил дядя.
   Действительно, шофер меня отвез. Это был не ресторан. Ариадна решила немного выпить в обычном баре, судя по внешнему виду, не сильно респектабельного вида для таких людей как Дориакосы и их гостей. На мой взгляд, простого полицейского это было обычное заведение среднего уровня. Я нашел Ариадну у стойки бара с бокалом, судя по форме, для коньяка.
   - О-о-о, в Греции водится свой коньяк? - я присел на стул рядом с нею.
   - Нет, это контрабанда, - весело улыбнулась она. - Хочешь попробовать?
   - Пожалуй, не сейчас, - отказался я, - и тебе уже, по-моему, хватит. Может, поедем домой?
   - А ты меня что, забираешь? А если я не хочу?
   - А что, дома у вас нет спиртного? Или дядя закрывает от тебя бар?
   На это замечание я заметил усмешку бармена. Ариадна тоже это заметила и резко вернула бокал бармену.
   - Если меня здесь не воспринимают серьезно, то я уйду.
   Она демонстративно поднялась и направилась к выходу. Я положил на стойку деньги и, судя по реакции бармена, несколько больше чем нужно. Я догнал её только у выхода. Она стояла, как бы раздумывая, стоит ли ей покидать это заведение. Взяв её под локоть, я с уверенностью провел её через выход. Усадив в машину Ариадну, я попросил шофера как можно быстрее доставить нас домой. Уже спустя семь минут нам предложили выйти из машины.
   Вначале вышел я, а затем я помог выйти Ариадне. Зайдя в дом, я повел её по направлению к её комнате, на что встретил активное сопротивление.
   - Я ушла из бара только с условием, что мы немного посидим и выпьем дома! А если ты меня хочешь спать уложить, то лучше я хочу снова пойти, но уже в другой бар.
   - Хорошо, - согласился я, - иди в свою комнату, а я пойду, схожу за бутылкой вина. Скажи, где я могу найти спиртные напитки в вашем доме и я все принесу.
   - Скажите, пожалуйста, какая забота. С чего это вдруг?
   - В вашем доме высокие гости, и не стоит показывать, в каком состоянии вы можете быть. Где спиртное?
   - В столовой в шкафу, - махнула рукой Ариадна.
   Я смог быстро дойти до столовой и без труда нашел некое подобие небольшого склада спиртных изделий. Я остановил свой выбор на коньяке, решив, что для здоровья Ариадны это не повредит.
   Прихватив пару стаканов, я направился к комнате Ариадны, но к моему огорчению, её там не оказалось. Куда могла направиться немного пьяная женщина? Если она решила не идти к себе, значит, она может быть в комнате мужчины. Интересно, она направилась в мою комнату?
   Действительно, Ариадна удобно устроилась в одном из кресел, рядом со столиком, на который немного недовольно поглядывала. Я поставил на этот столик бутылку и стаканы. Взгляд её немного прояснился.
   - Я уже решила, что ты не придешь?
   - Я искал тебя в твоей комнате, а ты почему-то пришла ко мне.
   - Я решила, что в мою комнату ты никогда не придешь, ни со спиртным, ни без него, - она посмотрела на меня с улыбкой.
   - Это что, тонкий намек? - насторожился я. У меня в памяти еще было свежо выражение её лица, когда агент по недвижимости поцеловал её руку. Может она не любит мужчин вообще?
   - Нет, это не намек, это приглашение.
   Она поднялась из кресла и подошла ко мне вплотную. Она оказалась немного ниже меня ростом, такая же, как Бьянка, только не она. От её пристального взгляда я невольно широко улыбнулся и нежно прикоснулся губами к её губам. Мне ответили с такой же нежностью.
  
   7 января, вечер.
   Дориакосы устроили великолепный вечер в часть Рождества. Я это назвал "званым ужином". В гости к "дяде" пришли все его родственники со стороны жены, кузены, кузины, племянники. Моя роль так и осталась "племянник Кирилл", так как сестра Дориакоса с мужем не приехали. Неужели даже великий праздник не смог утрясти всех разногласий между братом и сестрой?
   Меня не должны были волновать семейные проблемы Дориакосов, но во время всего вечера ко мне не раз подходили родственники и радостно поздравляли меня с праздником, добавляя, что я поступил как истинный христианин, приехав сам к дяде.
   Ариадна согласилась поддерживать меня в течение всего вечера. Так мы и провели всю "официальную часть", поддерживая друг друга под руки. Когда гости расходились по домам, около десяти вечера, я краем уха смог расслышать вопрос, заданный кузеном "дяди":
  -- Ты ведь не будешь очень упрямиться, если такая красивая пара решит узаконить свои отношения?
  -- До этой торжественной даты еще надо дожить, - улыбнулся "дядя".
   Кузен кивнул и с радостной улыбкой покинул дом. Так, скоро слухами о наших "отношениях" будет занято все семейство Дориакос. Я повернулся к Ариадне, она кивнула мне, показывая, что она тоже слышала этот маленький диалог.
   Наши знаменитые гостьи решили сделать вечерний променад по обширным владениям Дориакоса.
   Вечер закончился, но спать мне не хотелось. Несмотря на то, что я был гостем в этом доме, мне предоставили большую свободу передвижений по дому в любое время, и особенно ночью. Дориакосы вставали рано и также рано ложились спать. Я же, в привычку своей профессии, мог без ущерба для себя лечь очень поздно и наутро встать с петухами. Спать мне не хотелось, поэтому я прошел в библиотеку, решив почитать прессу. Замечание, сделанное леди Беатрис о владении мной греческим языком позволило мне проявить интерес к периодической печати исторической Греции.
   Новости оказались интересными, и я настолько увлекся, что вздрогнул, когда почувствовал чьи-то руки на своих плечах. Я повернул голову и увидел лицо Ариадны. Она мило улыбнулась и присела рядом со мной на стул.
  -- Ты решил проверить свои знания греческого языка?
  -- Да, решил потренироваться в чтении, - с улыбкой согласился я, - а то боюсь, такого случая мне больше не представится.
  -- А сколько языков ты знаешь?
  -- Не знаю, - я отложил газету. - Как и положено любому государственному служащему, а я таким и являюсь, я знаю английский, французский, немецкий, испанский, итальянский, немного португальский. Теперь, как справедливо заметила леди Дуглас, я знаю греческий и шведский, так как при встрече с принцессой Анной я разговаривал на её родном языке. Правда, итальянский я знаю плохо, разговорной практики маловато.
  -- Ну, допустим, что официальные языки Объединенной Европы ты учил по долгу службы, а как быть с остальными? Ты их раньше знал?
  -- Я не знаю, - признался я. - Твой дед, скорее всего, по прибытии сюда перешел на греческий, и я подхватил его начинания. А шведский я впервые услышал, когда леди Беатрис разговаривала с её высочеством.
  -- Ну, мне несколько понятно, - кивнула Ариадна. - Давай с тобой проведем некоторый эксперимент.
  -- Какой эксперимент? Что от меня требуется?
  -- Просто произнести несколько фраз, - улыбнулась собеседница.
  -- А зачем?
  -- А ты сейчас осознаешь, что разговариваешь со мною по-арабски?
  -- Что? - удивился я.
   Я не заметил никакого изменения в интонации или акценте. Неужели, правда, я разговаривал по-арабски? Быть такого не может! Я никогда не учил арабский язык и ни разу не общался с арабами или представителями тех стран, где официальным языком является арабский.
  -- Можно сказать, что я несколько растерян, - признался я.
  -- Иногда такое происходит с некоторыми людьми. Во всех людях заложено знание языков, но у некоторых это проявляется очень хорошо, таких людей иногда называют полиглотами, так как они могут выучить любой язык, если захотят. У некоторых это знание никак не проявляется. Один иностранный язык они учат с трудом, а за остальные даже не берутся. Но это только из-за очень развитой лени, - улыбнулась Ариадна. - У тебя, похоже, открылось это знание. С тобой ничего не случалось в последнее время?
  -- Ничего такого экстремального со мною не происходило. Дерево на меня не падало, молния в меня не попадала, клинической смерти у меня тоже не было.
  -- Ну, будем считать, что этот дар был у тебя с рождения и только сейчас начал проявляться, - она похлопала меня по плечу.
  -- Ариадна, а как ты относишься к сплетням внутри вашего семейства?
  -- Ты о замечании родственника перед уходом? Пусть думают все, что им захочется.
  -- Ты очень нежная и чувствительная, - я сказал это без всякого умысла, но Ариадна немного покраснела.
  -- Я знаю, что это может прозвучать несколько нагло с моей стороны, но после того как закончится вся эта история с мошенничеством, могу я пригласить тебя куда-нибудь? Или такой красивый молодой полицейский уже занят?
  -- Я бы не сказал, что он сильно занят в личном плане. У меня есть знакомые девушки и женщины, но я им предлагаю полную свободу, если я им не нравлюсь, они со мною не встречаются. Я согласен встретиться с вами где-нибудь после завершения дела. Вы же мне оставите свой номер телефона?
  -- Опять на "вы"? - Ариадна присела ко мне на колени. - Вам официальную визитку или личную?
  -- А у тебя есть личная визитка?
  -- Есть, - она рассмеялась и поцеловала меня. Поцелуй был долгим и нежным.
  -- Спасибо, - улыбнулся я, - но номер телефона я как-то не расслышал, можно повторить еще раз?
  
   8 января.
   Я никогда не мог представить, что высочайшее общество Объединенной Европы может устраивать такие скандалы. К концу сцены, которая продлилась всего полчаса, бедный Гарней выглядел так, будто его избили физически. От постоянного приглаживания своей шевелюры, на голове у него было что-то невообразимое. Уголки губ постоянно дергались, что я определил как нервный тик. Он взмок так, будто сидел в сауне.
   Леди Беатрис и принцесса Анна ни разу не повысили голос, но интонации были такие, что у меня создалось впечатление, что было бы лучше, если бы они кричали и били посуду. К концу второго монолога, Гарней тихо попросил, чтобы его арестовали, и протянул руки вперед, для того чтобы на них надели наручники. Я с удовольствием удовлетворил его просьбу.
   К концу дня у нас в управлении было полное признание Питера Гарнея в этом и еще двух крупных мошенничествах.
   Уже поздним вечером я вернулся к Дориакосам за своими вещами, которых было немного. Провожать меня вышел "дядя":
   - Спасибо вам за то, что избавили меня от мошенника.
   - Это вам спасибо, что своевременно обратились в органы правопорядка. Ведь богатые люди чаще всего уверены, что их обмануть невозможно, и спохватываются только после того, как сами осознают, что их обманули, а это достаточно длительное время проходит с момента аферы.
   - Вы мне очень понравились Кирилл, могу я вас как-нибудь пригласить погостить у меня в выходные? Можно ведь устроить какую-нибудь экскурсию.
   - Я буду рад ответить на ваше предложение об отдыхе, - в порыве чувств я обнял старика.
   Он растрогался до слез и, вытирая глаза платком, пожелал мне доброго пути. До аэродрома меня вызвалась проводить Ариадна. Всю дорогу мы молчали. Доехав до самой взлетной полосы, шофер нас высадил. Я с некоторым удивлением обнаружил, что меня ожидает небольшой реактивный самолет Дориакоса.
   Я обернулся и посмотрел на Ариадну:
   - Это ваше последнее "спасибо"?
   - Если честно, то я вообще не хочу тебя никуда отпускать, - она обняла меня, - но я понимаю, что у тебя работа и все такое. По правде сказать, мое место работы тоже далеко от Греции, но так как я сама себе начальник, то до 14-го января я решила устроить себе каникулы, - она протянула мне визитку. - На обратной стороне мой личный номер телефона.
   Я машинально сунул визитку в нагрудный карман рубашки. По какой-то причине мне тоже не хотелось с ней расставаться. Сейчас я уже не ассоциировал её с Хелен Карт. Она была совершенно другая. Совершенно. В ней чувствовалась сила и упорство перед поставленной целью. Я полагаю, что она способна на многое, если перед ней стоит цель. Хотя, с другой стороны, в ней скрыта такая нежность и чувственность, которая совершенно не приемлет силу.
   - Может быть, оставшиеся дни каникул ты проведешь со мной?
   - Если ты тоже сможешь взять несколько дней отгулов, то могу, но сидеть в городе, ожидая тебя с работы, нет, спасибо.
   Мы простились у трапа самолета долгим нежным поцелуем.
  
   9 января.
   С утра все шло как обычно. Необычное было только поведение лейтенанта. Весь его вид говорил о какой-то загадочности. При виде меня он делал хитрое лицо и подносил палец к губам. Под утром я подразумевал первый час работы, с девяти до десяти утра.
   В десять утра в наш отдел зашла девушка. Лейтенант, при виде неё, сорвался с места, в два прыжка оказавшись рядом с нею.
   - Позвольте представить, это наш новый стажер Амрита Нарендра, - он, взяв её под локоть, разворачивал на все стороны, показывая её лицом всем сотрудникам.
   Я самый последний смог увидеть новую стажерку. Симпатичная, даже можно сказать, красивая. Судя по внешности и по имени - индианка. В первое же мгновение, как только я увидел её лицо, откуда-то изнутри я услышал очень мелодичный голос: "Я вас где-то встречала". Этот голос шел извне, и как бы охватывал меня всего целиком. Или может быть, это была магия голоса? Я поднял на нее глаза:
   - Приятно познакомиться, меня зовут Сирилл Харрис. Откуда вы меня можете знать?
   Её большие синие глаза расширились, и в первое мгновение я мог наблюдать некоторое потрясение на её лице. Затем, она справилась со своими чувствами и несколько натянуто улыбнулась в мою сторону.
   Как мне показалось, лейтенант вообще не услышал моего голоса, или сделал вид, что не услышал. Он все также стоял, держа Амриту под локоть. Девушка попыталась немного ослабить его хватку, но ей это не удалось.
   В какой-то момент я понял, что мы находимся в помещении только вдвоем. Амрита присела на стул, рядом с моим столом и подняла на меня свои большие голубые глаза.
   - Вы тоже читаете мысли?
   - А вы можете сказать, на каком языке вы подумали?
   - Это наречие провинции Ассам. А вы его откуда знаете? - только сейчас на её лице появилось изумленное выражение.
   - Теперь это наречие я знаю от вас. А мысли я не читаю, я их слышу. По крайней мере, от вас. А вы, давно обладаете способностью слышать мысли чужих людей?
   - С рождения. Если бы я родилась в бедной семье, то все считали бы меня почти чудом или святой и этим бы я зарабатывала на жизнь себе и своей семье. Но я, к своему сожалению, родилась в богатой и знатной семье, для которой мой дар считается проклятьем.
   - Почему? - не понял я.
   - Потому что выдать замуж насильно меня нельзя, я слышу мысли и своего отца и будущих женихов, и то, что я слышу, мне не нравится. Не каждый индийский мужчина выдержит, что жена слышит все его мысли.
   - А как же вы добрались до службы в полиции?
   - Кроме дара слышать мысли у меня есть еще дар внушать необходимые для меня мысли. Я убедила отца, что если он мне позволит уйти работать в полицию, то этим сохранит себе нервную систему и, возможно, найдет себе зятя.
   - А вы не пробовали найти себе мужа и вашему отцу зятя среди европейцев или американцев или даже восточнее Индии, например, Китай или Япония?
   - Вы намекаете на себя? - улыбнулась Амрита.
   - Нет, - я несколько обескуражено посмотрел на неё.
   - Жаль, вы бы мне подошли.
   К нам подошел лейтенант Ван Хаальс и присел на стул рядом с новой стажеркой. Он восхищенно посмотрел на неё, затем перевел глаза на меня и глубоко вздохнул. Амрита смущенно улыбнулась.
   - Сержант Сирилл, стажерка будет работать под вашим руководством. Можете считать, что Амрита ваша непосредственная подчиненная - напарница.
   - Весьма польщен, лейтенант, но почему вы не можете взять новую стажерку под свое покровительство?
   - Ха! - вырвалось у Ван Хаальса. - Амрите не нужно покровительство, её статус и фамилия говорят сами за себя. Другой вопрос, зачем ей это? - он повернулся к девушке и вопросительно посмотрел на неё.
   - Возможно, я просто решила таким путем найти мужа, - просто ответила она.
   Я отметил, что лейтенант немного покраснел. Он покашлял, прочищая горло, и немного неуверенно начал:
   - Дело в том, что у нас намечается серия проверок отелей и съемных апартаментов, на предмет выявления причастности владельцев к шантажу некоторых министров и членов Совета Европы. В связи с этим, нам срочно понадобилась пара, которая бы проводила рекогносцировку местности и собирала предварительную информацию...
   - Лейтенант, вы предлагаете мне и Амрите участвовать в расследовании в качестве этой пары, так?
   - Да, - тихо произнес он.
   - И когда все это должно начаться?
   - Послезавтра, - еще тише произнес лейтенант.
   Я снова услышал голос девушки:
   "Лейтенант боится предложить эту роль нам в приказном порядке, потому что не уверен, что мы согласимся. У вышестоящего начальства есть другая пара на примете, но у неё в последний раз был небольшой прокол. Поэтому если мы откажемся добровольно, нас заставлять никто не будет. Снова пошлют другую пару. С другой стороны, если мы откажемся, то ваш отдел могут расформировать".
   "И что вы предлагаете?" - мысленно спросил я.
   "Если вы согласитесь, то я тоже соглашаюсь".
   "Не будем разочаровывать нашего лейтенанта?"
   "Дело еще в том, что, лейтенант опасается, что нам придется играть роль влюбленной парочки, он уверен, что мое воспитание такого позволить не может, поэтому я не соглашусь. Это его тоже расстраивает".
   - Лейтенант, соглашаться надо сразу или можно позднее?
   - Лучше сразу, - немного выдохнул Ван Хаальс.
   - Я согласна, - произнесла Амрита.
  
   11 января
   Легенда наших приключений в отелях получилась сама собой. Я выступал в роли модели и начинающего актера, лицо которого мелькало на экранах, благодаря клипу, в котором я снялся. Амрита была почти сама собой - богатая наследница, единственная дочь индийского миллионера, сбежавшая на выходные с начинающим актером. Актер капризен и романтичен, иногда эгоистичен. Она - вырвалась из-под родительского гнета.
   Когда я услышал, что мне предстоит, я готов был отказаться. Мужчина не может быть капризен в присутствие женщины, какой бы она ни была. Я был против этого пункта, но меня уговорили. Я вспомнил, как отзывалась о съемках в клипах Хелен: "Представь, что это твоя жизнь и веди себя так, как сам бы себя вел в таких ситуациях".
   Первым отелем в нашем путешествии был обозначен отель преиум класса на побережье исторической Португалии. Внешний вид отеля был поистине впечатляющим. Такой же вид и внутри. Апартаменты, если сравнивать с моей квартирой, огромные. Большая спальня с большой кроватью. Под ногами пушистые ковры, на стенах картины маслом. В соседней гостевой комнате, тоже не маленькой, располагался большой бар с разнообразными спиртными напитками. Завтрак можно было заказать в номер или если гости желают, спуститься вниз в ресторан.
   Наконец мы остались вдвоем. Амритая натянуто улыбнулась:
   - С чего начнем отдых?
   - Я никогда не был на побережье океана, - честно признался я. - Я предлагаю сейчас спуститься в ресторан, а потом поехать гулять.
   - Согласна, - кивнула она с облегчением.
   Когда мы выехали с территории отеля, я направил машину в сторону побережья океана. Необходимо было ввести напарницу в курс дела. Хотя я понимал, что способность слышать мысли друг друга нам пригодится в какой-то момент, обсудить наши действия вслух тоже было необходимо. Я остановил машину на обочине дороги, почти у самого обрыва. Выходить Амрите было некуда, поэтому я предложил донести её до побережья на руках.
   - Амрита, вам пора привыкать к знакам внимания с моей стороны, по крайней мере, на эти выходные.
   - Хорошо, - согласилась она и обхватила меня за шею.
   Я с удивлением отметил про себя, что нести девушку на руках вниз по склону совсем не трудно. Или ноша была легкая. Меня пытались разочаровать:
   - Вам не тяжело, а то мне кажется, что много съела за полдником?
   - Вы критичны к себе, - улыбнулся я.
   Наконец мы спустились, и я осторожно поставил её на песок. Я снял сандалии и почувствовал теплый песок под ногами. А ведь на календаре был январь. По всем правилам мы должны стоять в теплой обуви и в шубах и пальто. Однако, как мне показалось, лето продолжалось. Из мечтаний меня вывел строгий и немного обеспокоенный голос:
   - Сирилл, песок мокрый и холодный, зачем вы сняли ботинки?
   Я как бы очнулся и с удивлением для себя заметил, что действительно, песок мокрый и холодный, а я почему-то стою босиком. Ботинки с носками стояли рядом. Когда я снял их, я не помнил. Я сам и стоящая рядом со мною Амрита были одеты по-зимнему. Я надел ботинки и осмотрелся по сторонам.
   - Сирилл, с вами все в порядке?
   - Сам не знаю, - честно признался я. - Ещё секунду назад, я удивлялся теплоте песка в январский день, а сейчас с удивлением обнаруживаю, что вокруг холодно и я стою босой.
   - Может быть, вы влюбились? - предположила девушка.
   - И потерял ориентацию во временах года? - усмехнулся я. - Ладно, надеюсь, обойдется без последствий. Я хотел с тобой, надо перейти на "ты", поговорить о предстоящих выходных. Что-то тебе уже бросилось в глаза?
   - Да, - кивнула Амрита, - у них на стойке администрации часть стола приспособлена под снятие отпечатков пальцев. Я полагаю, что наши данные уже пробиты по базам данных.
   - Согласен, будем надеяться, что у них нет полицейских баз. Что-нибудь еще заметила?
   - В основной комнате у них очень много картин, что мне, например, подозрительно. А не скрываются ли за ними микрофоны?
   - Я так полагаю, что скрываются. В спальне сразу четыре небольших отверстия под вентиляцию, несмотря на то, что в каждой комнате есть кондиционер. Значит, по крайней мере, у них есть четыре камеры. Вопрос: это камеры с записью или режим реального времени?
   - Если реальное время, то они должны иметь где-то какой-то сервер, куда все записывается, иначе фотографии делать очень сложно, - заметила моя напарница.
   - Тоже верно, - кивнул я. - Надо об этом сообщить нашим специалистам. Я думаю, они смогут определить, куда идет информация.
   - А что касается сегодняшнего вечера? - поинтересовалась она.
   - Ну, если ты помнишь, в первый вечер я должен устроить какой-нибудь скандал, и ты меня демонстративно прогонишь от себя. Затем, необходимо что-нибудь придумать, чтобы вызвать у такой девушки как ты жалость к такому капризному мужчине как я, - я усмехнулся. - Последнее у меня, наверное, не получиться.
   - Почему? - удивилась Амрита. - Женщины любят жалеть мужчин.
   - Я предлагаю сегодня вечером зайти в казино. Я очень сомневаюсь, что богатые женщины из Индии любят игроков, которые проигрывают не только свои, но и чужие деньги. На этом можно построить маленький скандал, и ты можешь не скупиться на эпитеты в мою сторону.
   - Я что-нибудь придумаю, - согласилась она. - Меня больше интересует, что будет после?
   - Следующая ночь? - я хитро улыбнулся. - Ты когда соглашалась, представляла что может произойти, не так ли? Если не произойдет сцены любви и нежности, то нам здесь делать нечего.
   Наступила пауза, в течение которой Амрита старалась не смотреть на меня. Ей это легко удавалось, потому что на океанские волны смотреть можно долго. Наконец она подошла ко мне.
   - Нам надо больше разговаривать вслух, - улыбнулся я, - и привыкнуть к роли влюбленной парочки, хотя бы на эти выходные.
   Амрита немного поежилась. Я обнял её сзади. Она откинула голову мне на грудь в знак доверия. Мы немного постояли так, глядя на океанские волны. Затем она немного повернула голову, и наши лица оказались очень близко. Её глаза смотрели прямо в мои, затем, на мгновение взгляд опустился ниже и снова взгляд глаза в глаза. Я невольно улыбнулся.
   - У меня есть кое-что, как можно выразиться, некоторый козырь в рукаве, - я протянул вперед руку, и на запястье съехал браслет, сверкнувший ярким голубым светом. Браслет был застегнут неплотно. - Ты должна мне помочь застегнуть браслет до конца. Застежка должна быть на внутренней стороне руки.
   Амрита несколько повозившись, плотно застегнула браслет. Щелкнул замок и в запястье вошли две маленькие иглы. Я немного поморщился от холода датчиков. Нажав на первые камни в браслете после застежки, я почувствовал некоторое тепло. В шаге от нас возникла моя объемная голограмма, одетая как я. Нигде не искрило и не переливалось. Разработка оказалась качественной.
   - Голограмма на основе ДНК, - объяснил я.
   Амрита протянула руку к моей копии, и она откликнулась, протянув руки навстречу.
   - Это чудесно, - прошептала девушка. - Далеко шагнули технологии, я даже тепло чувствую.
   Я услышал, как наверху за спиной подъехала машина. Я выключил голограмму. Изображение исчезло, и через мгновение мы услышали шуршание песка под чьими-то ногами. Шаги остановились справа от нас. Я посмотрел на подошедшего мужчину. Им оказался наш эксперт - программист.
   - Добрый вечер, - поздоровался он. - Перейдем сразу к делу. Мы надеемся, что в этом отеле не пользуются беспроводными видеокамерами. Будем надеяться на лучшее. В вашем номере спальная и ванная комнаты имеют общую стену. Мы предполагаем, что где-то под плиткой, со стороны ванной комнаты, проложен провод для видеокамеры. Вам нужно будет уже сегодня найти его и на небольшом участке проложенного кабеля вставить вот это.
   В ладонь Амриты быстро вложили маленький кусок провода с зубастыми клеммами с обоих концов.
   - Мы можем устроить сбой в электропитании на 30 секунд. Вы должны уложиться в это время, - я удивленной поднял брови и в упор посмотрел на эксперта. Тот невозмутимо продолжал:
   - Лазерный резак у вас уже в чемодане, сделан под серебристый "Parker". Моментальный клей сделан в виде карандаша, перчатки в пудренице, а мощный фонарик - в виде губной помады. Мы установили в вашем номере, на входной двери, небольшой микрофон. Когда будете готовы, подойдите к двери и скажите: "Согласен".
   - А я-то ломала голову, зачем для меня собрали несессер с косметикой, - произнесла Амрита.
   - Удачи, - кивнул эксперт и удалился.
   Тридцать секунд на обнаружение, демонтаж, вставку и заклеивание дыры. Не много ли для простого полицейского сержанта?
   Услышав мои невеселые размышления, Амрита повернулась ко мне лицом, и, глядя прямо в глаза, вслух произнесла:
   - Мы команда. Нас двое, а значит, сделаем все быстрее.
   - Мне нужен глоток бодрости и уверенности. Я...
   Договорить я не успел. Мысли формируются намного быстрее слов. Амрита прикоснулась губами к моим губам, и глоток бодрости я получил уже очень быстро.
  
   11 января, вечер.
   После кратковременного нервного напряжения мы направились в казино. На мое счастье, ближайшее казино находилось через два квартала от гостиницы и не входило в состав гостиничного комплекса.
   Я не азартный человек и никогда не мог понять тех, кто ходит в подобные заведения и проигрывает огромные суммы денег.
   Для начала, мы присели за стол в двадцать одно. После трех подряд выигрышей я решил уйти, но Амрита удержала за рукав:
   - Нам нужен проигрыш, и чем больше, тем лучше.
   Но моим планам не суждено было реализоваться. Смена крупье за разными столами привела к нулевому результату. Я снова выигрывал, количество фишек росло, постепенно заменяясь на более крупные номиналы. Мой переход к рулеточным столам также не привел к проигрышу. Через час у стола с рулеткой остались я и двое азартных игроков. Я отправил Амриту в бар, решив, что её присутствие как-то приносит удачу. Но и в этом я ошибся - везло по-крупному. Количество фишек крупного достоинства продолжало расти.
   Когда я, наконец, решил прекратить игру, крупье вздохнул с облегчением. У стола, где я сидел, сменилось уже пятеро крупье. После облегченного вздоха крупье, меня пригласили наверх, в кабинет управляющего за выигрышем. В кабинете меня с порога встретил внушительных размеров мужчина, одетый в строгий черный костюм.
   - В нашем казино такое впервые, - несколько нервно произнес он, приглаживая волосы.
   - Я сам впервые в казино, - признался я.
   - Понимаете, сумма вашего выигрыша очень большая, я бы сказал, огромна. Вам обязательна вся сумма наличными? Вас ведь могут и ограбить? - на лице управляющего улыбка была несколько натянутой.
   Я достал из внутреннего кармана листок бумаги и написал номер моего банковского счета и протянул управляющему.
   - Можете перечислить деньги на этот счет.
   Управляющий посмотрел на листок, потом на меня и его взгляд наткнулся на мое удостоверение полицейского.
   - Если к вам завтра придут, и, показав мою фотографию, спросят как прошла у меня игра, вы должны ответить, что я в большом проигрыше. Сумму можете назвать любую, чем больше, тем лучше.
   - Полицейское расследование? - переполошился он.
   - Мошенничество в гостиничных комплексах, - произнес я.
   Управляющий кивнул и вздохнул с облегчением. Взяв мой листок бумаги, он проводил меня вниз. Я заглянул в бар, но Амриты там уже не было. Значит, уехала в отель. Бармен подтвердил мое предположение, сказав, что девушка уехала около часа назад.
   Я вернулся в отель. Войдя в номер, я закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной. Что делать? Глубоко вздохнув, я прошел в комнату.
   Амрита сидела в кресле и смотрела какие-то новости по кабельному каналу. Услышав, что я вошел, она поднялась с кресла и сделала шаг в мою сторону:
   - Вернулся, наконец!
   На ней был шелковый халат небесно-голубого цвета. Длинные черные волосы собраны сзади в косу.
   - Я... понимаешь, это так затягивает, - начал мямлить я. - Я несколько увлекся...
   - Несколько?! Я прождала тебя полтора часа! Надо было уехать с каким-нибудь мальчиком, из тех, которые со мной хотели познакомиться!
   - Я постараюсь, чтобы такого больше не повторялось, - я бросился к её ногам и, встав на колени, обнял её.
   Мне захотелось спрятать свое лицо в складках её халата, потому что я чувствовал, что с минуты на минуту у меня рот растянется в глупейшей улыбке. Я не умею врать с убедительным лицом.
   - Я и так стараюсь выбирать места, где бы не было казино. Именно поэтому мы не поехали в Монако, а приехали сюда. Я думала, ты исправился.
   - Я на пути исправления, - я крепче её обнял, меня разбирал смех.
   - Сколько ты проиграл?
   - Почти миллион, - простонал я, давясь смехом.
   - Сколько?! - Амрита попыталась поднять мою голову и посмотреть мне в глаза.
   - Мне дали кредит под твое имя, и меня так захватила игра, что я не смог вовремя остановиться.
   Я сделал попытку удержать смех. Я почувствовал, что от напряжения выступают слезы. На лице, наверное, была гримаса. Амрита смогла, наконец, посмотреть мне в лицо. На лице и в голосе выражалась паника:
   - Почти миллион?
   Я снова спрятал лицо и не смог больше сдерживаться.
   - Я за тебя не заплачу ни цента. Наоборот, я тебя оставлю здесь отрабатывать долг. Надеюсь, лет на десять тебя здесь оставят.
   Она высвободилась из моих объятий и ушла в спальню. Я закрыл лицо руками и, продолжая стоять на коленях, дал волю чувствам. Наверное, прошло минут десять, пока я смог взять себя в руки. Я вытер слезы и прошел в ванную комнату через спальню. Амрита демонстративно отвернулась, когда я проходил мимо. Мой выход из ванной сопровождался полетом подушки и теплого пледа в мою сторону.
   - Я тебя видеть не хочу!
   Я пожал плечами, подобрал вещи и прошел в гостиную. Устроившись на удобном, широком диване я заснул почти мгновенно. Скорее всего сказалось напряжение от игры. Проснулся я от резкой боли в ухе. Поворочавшись минут пять, я включил свет и вызвал по телефону гостиничного врача.
   В дверь номера постучали уже спустя пять минут. На пороге стоял наспех одетый, но выглядевший вполне прилично, мужчина с довольно объемным чемоданчиком. Рядом с ним я с трудом узнал детектива из нашего отдела.
   - Руфус Тек, а это мой помощник Марио. Вы вызывали врача?
   Я кивнул и пригласил их войти в номер. Меня усадили в кресло и Марио начал доставать из чемоданчика медицинские принадлежности на ближайший столик. Надо мною навис доктор.
   - Что вас беспокоит? - поинтересовался он.
   - Резкая боль в правом ухе. Не могу уснуть, - пожаловался я.
   - Давайте посмотри, - кивнул Тек.
   На мое ухо направили лампу и засунули внутрь какую-то штуку. Я поморщился, боль усилилась.
   - Вы не поверите, - весело произнес доктор, - у вас фурункул в ухе. Мы его сейчас немного погреем и удалим.
   - А это больно? - спросил я.
   - Не очень, - меня похлопали по плечу. - Марио, установи нагрев, минут на десять, но интенсивный.
   Лампу пододвинули ближе к моему уху, а также засунули что-то внутрь. Я почувствовал тепло, а также боль, которая усилилась.
   - А это нормально, если боль усилилась?
   - Да, потерпите немного, - кивнул Тек. - Где у вас можно руки помыть? В ванной?
   - Да, только идите осторожнее, в спальне девушка спит.
   Доктор ушел, а я и Марио остались. Марио раскладывал инструменты и периодически поправлял прибор у моего уха. Внезапно я почувствовал, как к моей мочке другого уха что-то прикрепили. Я поморщился.
   - Все в порядке? - спросил Марио.
   - Да, как сказать..., - замялся я.
   - Будет немного больно, но процесс уже пошел и даже более активно, чем мы предполагали.
   Значит, контора уже получила данные с видеокамеры и даже определила, куда идет сигнал. Это хорошо.
   Вернулся доктор и, надев перчатки, кивнул Марио. Тепло от уха немного ушло, но теперь туда вставили что-то металлическое. Боль оказалась резкой и неожиданной, как мне показалось, я даже негромко вскрикнул. Почти сразу я почувствовал, как что-то теплое вытекает у меня из уха. Ощущения казались такими же, как при выливании воды из ушей. Боль исчезла.
   В комнату вошла Амрита все в том же небесно голубом пеньюаре. Черные волосы заплетены в косу. Она посмотрела на двух мужчин, стоявших рядом со мной, затем, немного наклонив голову набок, посмотрела на меня.
   "Озвучь свой вопрос", подсказал я.
   - Что здесь происходит? - её взгляд переместился на доктора Руфуса.
   - У молодого человека мы удалили фурункул в ухе. Он где-то простудился.
   - Разумеется, он простудится, если будет ходить босиком по холодному и мокрому песку на побережье, - произнесла она.
   - Да, это было несколько опрометчиво с его стороны в такую погоду ходить босиком, - кивнул доктор.
   Манипуляции с моим ухом они закончили и, сложив инструменты в чемоданчик, медицинские работники удалились, пожелав спокойной ночи. Амрита подошла и села рядом со мной на диван. Я посмотрел на неё и улыбнулся:
   - Ты не хочешь меня пожалеть?
   - А нужно?
   - Да, мне только что сделали операцию.
   - Ты сам виноват в этом.
   Она сидела и смотрела на меня. Я слышал обрывки мыслей: "нужно ли еще что-то говорить... или просто уйти спать? Но пожалеть все-таки надо..." Амрита протянула ко мне руки, и улыбнулась:
   - Хорошо, пойдем, я тебя пожалею.
  
   12 января
   Весь следующий день мы посвятили экскурсии в знаменитый замок Браганса. В отель мы вернулись только вечером. Амрита начинала нервничать, и это становилось заметным по нервным сжиманиям кулачков и более натянутой улыбке в мою сторону. Мне все чаще приходилось брать её за руки или крепче сжимать в объятьях.
   Она первой вошла в номер и прошла к креслу у окна, в самый дальний конец комнаты. Пока я нарочито долго закрывал дверь номера, она стояла лицом к окну. Получилось, что мы повернулись друг к другу одновременно. Я ободряюще улыбнулся и подошел к ней. Амрита присела в кресло.
   - Я хочу извиниться за вчерашнее, - я опустился на одно колено перед ней. - Я вел себя по-свински по отношению к тебе.
   - Я вряд ли такое забуду, но уже тебя простила, - натянуто улыбнулась она.
   - Я хочу загладить свою вину. Сегодня я погасил часть долга в казино из средств, что перевели мне на счет за последние мои съемки, - она судорожно вздохнула. - Но это еще не все.
   Я достал из кармана небольшой браслет, ярко сверкнувший в слабо освещенной комнате. Я взял за руку Амриту и надел браслет.
   - Я подумал, что эти сапфиры будут только подчеркивать твои голубые глаза.
   "Это такой же браслет?", услышал я её вопрос. "Да, в точности такой же, как у меня. Нам останется только сыграть небольшую увертюру застегнуть браслеты покрепче и все".
   Она глубоко вздохнула и улыбнулась. Теперь улыбка была искренней.
  
   18 января
   Фотографии пришли по почте спустя неделю после нашего пребывания в отеле. Только одна фотография показывала откровенную сцену, остальные демонстрировали крупным планом наши лица. В конверте, который пришел на официальный адрес Амриты, была записка, которая гласила, что в течение дня с ней свяжутся по телефонной связи.
   Наши эксперты быстро настроились на прослушивание разговоров и установления места, откуда должен был поступить звонок. На всякий случай подготовили анализатор голоса.
   Через два часа ей позвонили.
   - Сеньорина Раджи? Вы получили снимки?
   - Да получила, а кто это?
   - Скажем так, с вами разговаривает очень нуждающийся человек.
   - И насколько этот человек нуждается?
   - Для начала пятьсот тысяч меня устроит.
   - Для чего?
   - Вы же не хотите, чтобы эти снимки попали к вашему отцу.
   - А где гарантии того, что за такую огромную сумму я получу оригиналы записи?
   - Никаких гарантий, только слово с моей стороны, что все записи будут уничтожены. Хотя, для того чтобы уничтожить все записи мне нужно больше средств.
   - Насколько больше?
   - Раза в два-три.
   - Это очень много.
   - Я вам еще перезвоню.
   Разговор окончился.
   Специалисты практически мгновенно определили, что звонок был сделан именно из отеля, звонила женщина, немного измененным голосом. Пока им не удалось определить, чей это голос, но результаты будут готовы в течение часа. Все остальное было делом техники работы с вымогателями и шантажистами.
   Уже к концу дня оперативная группа произвела арест шантажистки и её соучастников. Оказалось, что владелица сети отелей решила немного подзаработать.
   В конце дня я получил приглашение от Дориакосов провести выходные у них. За отсутствием сильных аргументов против, я согласился.
  
   28 февраля
   Утром лейтенант Ван Хаальс сообщил, что выходной он мне может предоставить завтра, несмотря на середину недели. В выходные планируется еще одна проверка отеля на побережье северной Испании. Элайе предоставили выходной сегодня, поэтому увидеть её я смогу только послезавтра. Услышав последнее, я немного позабавился: лейтенант ревнует. Совсем немного, но заметно. Если ему так нравиться девушка предложил бы свою кандидатуру в качестве участника - проверяющего. Ближе к концу рабочего дня мне позвонил на личный номер телефона Димитриос Дориакос.
   - Кирилл, сынок, ты мог бы приехать сегодня или, в крайнем случае, завтра?
   - А что у вас случилось?
   - Кое-что случилось, или произошло, не знаю как сказать.
   - Ну, хорошо, мой рабочий день заканчивается через полчаса...
   - Отлично, через час мой самолет ждет тебя на аэродроме.
   Я еле дождался окончания рабочего дня, так как дел почти не было, только оформление отчетов и почти на максимальной скорости направился к аэродрому. Я приехал раньше назначенного времени, однако самолет уже приземлился. Не выключая моторы, меня посадили в салон, и самолет взял курс на Грецию. Спустя каких-то два часа я уже сидел в гостиной особняка Дориакосов. Меня усадили за стол рядом с Ариадной. "Дядя" сидел во главе стола и пытался смотреть на меня с каким-то смыслом, я только не мог понять с каким. Ариадна не поднимала головы и ни разу не посмотрела на меня с того момента как я появился на пороге гостиной.
   - Итак, давайте начнем. Дело в том, что тут кое-что произошло, или случилось я так и не знаю как это назвать. Для меня в моем возрасте это довольно значительное событие, может быть для вас это более привычно...
   - Дед хочет сказать, что я жду ребенка, и он скоро станет прадедом, а ты скоро станешь отцом, - она впервые посмотрела мне в лицо
   Я внезапно улыбнулся. У меня появилось воодушевление, прилив сил, но в то же время я опустился на колени перед её стулом и, взяв её руки, поцеловал ладони:
   - Спасибо за такую прекрасную новость.
   - Замуж я за тебя не выйду.
   Эти слова прозвучали для меня достаточно громогласно, хотя были произнесены тихим голосом. Что это может значить? Во-первых, замуж я её пока не звал, но если нужно, то я согласен связать себя узами брака. Во-вторых, не хочет ли она таким заявлением вообще меня отстранить от участия в жизни будущего ребенка, или она собирается от него вообще избавиться?
   - Что ты имеешь в виду? Ты решила избавиться от ребенка?
   - Нет, если бы я хотела избавиться от ребенка, я бы даже не поставила бы вас в известность. Я имела в виду, то, что я сказала, я просто не выйду за тебя замуж.
   - Я надеюсь, что таким заявлением ты не отказываешь мне в участии в воспитании будущего ребенка?
   - Для вас двоих это не новость? - подал голос "дядя". - А я и не знал, что вы в дружеских отношениях.
   - Дед, как ты правильно сказал, мы только в дружеских отношениях, - ответила Ариадна.
   - Я тоже много с кем нахожусь только в дружеских отношениях, однако дети от этого у меня не рождались.
   - Дед, не приставай, в настоящее время мы просто друзья и ими останемся.
   - Только друзья, значит? - я усмехнулся.
   На мое замечание Ариадна покраснела и опустила глаза.
   - В наше время, конечно, нравы были свободные, однако, если девушка сообщала своему молодому человеку, что ждет ребенка, она ждала хоть какой-то реакции от него: либо он возьмет на себя какие-то обязанности, либо сбежит, поджав хвост, - продолжал говорить "дядя". - А сейчас? Сейчас все то же самое: что твоя мать Елена, что ты: замуж не хочу! А что ты хочешь? Если не хочешь замуж, зачем тогда сообщала мне об этом, могла бы потом просто поставить в известность по факту. Принесла бы через девять месяцев младенца и сказала бы, мол, вот, дед, ты стал прадедом. Я бы конечно обрадовался, поспрашивал бы тебя, от кого, вышла ли замуж, но это было бы уже свершенным фактом.
   - Ну, дед, - улыбнулась Ариадна, - я действительно не хочу замуж. Я не готова взять на себя ответственность.
   - А ребенка без мужа рожать ты уже готова?! - вскричал Дориакос.
   - Ребенок это другое, - мягко возразила Ариадна, - он мой, родной.
   - Другое, - фыркнул деде. - Ребенок это еще большая ответственность, чем брак. В брак вступают два взрослых самостоятельных человека, которые объединяют свои силы и возможности для рождения и воспитания детей.
   Я почувствовал, что мои щеки и уши краснеют. Ариадна уже давно сидела, не поднимая глаз. Мы были похожи на двух провинившихся школьников, которых отчитывают в кабинете директора. Сидели тихо, краснели и не смели сказать слова возражения, потому что знали, что мы набедокурили.
   - Я вас не понимаю, сеньора Дориакос, - официально обратился дед к внучке, - зачем вы объявили о своем положении мне, если вы точно знали, что я попрошу приехать Кирилла, и в то же время вы не хотите, чтобы будущий отец стал вашим мужем. Если бы вы хотели стать матерью-одиночкой, вы вообще бы никому ничего не сказали.
   - Дед, я сообщила только тебе, потому что не была уверена, что через полгода ты выдержишь известие о том, что стал прадедом.
   - Ну, конечно, - снова фыркнул Дориакос, - все заботятся только о моем здоровье и моем душевном состоянии. Но никто не принимает во внимание то, что если бы я хотел умереть, то хотел бы быть уверенным в том, что мои близкие были здоровы и счастливы. Я не имею в виду своих дальних родственников и кузенов, в первую очередь я имею в виду тебя, моя дорогая.
   - Дед, я сообщила только тебе и не собиралась говорить об этом Кириллу.
   - А почему? - не понял дед.
   - Она боится, - наконец смог произнести я. - Ариадна боится того, что если бы я узнал, то смог бы уговорить её выйти за меня замуж.
   - А ты можешь это сделать, сынок? - встрепенулся Дориакос.
   - Да, - кивнул я, глядя на Ариадну.
   - Деда, не оставляй меня с этим...
   - Дети, поговорите наедине, - улыбнулся дед, и, поднявшись из-за стола, вышел из комнаты.
   Ариадна посмотрела вслед выходящему из комнаты деду и со звуком закрытой двери вернулась к созерцанию своих рук на столе. Я поднялся со своего места и повернул её стул так, чтобы Ариадна сидела ко мне лицом. Я приподнял ей подбородок и посмотрел ей в глаза.
   - В чем дело, Ариадна? По какой причине ты меня боишься?
   - Кирилл, ты добрый, милый, красивый и жутко положительный мужчина. Я не такая...
   - Почему? Ты красивая, нежная, веселая, образованная, умная...
   - Ты просто не знаешь, чем я занимаюсь. Моя работа связана с химией, медициной, фармацевтикой, и не всегда это связано с лекарствами.
   - Ариадна, любой современный, образованный полицейский знает, что современная фармацевтика это не только лекарства, но и различные препараты для министерств и ведомств. Это могут быть и наркотики, и яды, и противоядия и какие-то новые анестетики. И что? Это твоя работа. Моя работа заключается в разбирательстве любых происшествий в высшем обществе. Я могу сутками пропадать на работе.
   - И это ты считаешь своим плюсом?
   - Если ты боишься именно моего частого или наоборот редкого присутствия дома, то я могу исправиться в ту или другую сторону.
   - Кирилл, я боюсь именно тебя...
   - Ариадна, - я взял её руки в свои и улыбнулся, - я предлагаю тебе выйти за меня замуж. Я не могу позволить себе, чтобы мои дети, мой ребенок, рос без отца.
   Я поднял на ноги Ариадну и прикоснулся губами к её губам. Сопротивление было минимальным и кратковременным.
   - Я еще раз спрашиваю, выйдешь за меня замуж?
   - Да, - тихо прошептала она.
   - Отлично! - Дориакос будто подслушивал под дверью, потому что его слова прозвучали практически мгновенно после прозвучавшего ответа и сопровождались широким распахиванием двери.
   - Дед, я не хочу никаких пышностей, все должно быть тихо и скромно.
   - Хорошо, хорошо, я согласен, - примирительно поднял руки дед. - Я сегодня же договорюсь со священником и, я думаю, что в ближайшую пятницу вас обвенчают. Разумеется, регистрация тоже будет в самые короткие сроки.
   - Я прошу прощения, но с венчанием, как мне кажется, могут возникнуть некоторые сложности, - произнес я, глядя на Дориакоса. - Дело в том, что меня не крестили в церкви, ни в младенчестве, ни в зрелом возрасте.
   - Это дело легко поправимо, - улыбнулся дед. - Я поговорю с нашим священником, и он сможет тебя окрестить либо сегодня вечером, либо завтра перед венчанием.
   - Я бы предпочел сегодняшний вечер.
   - Тогда я иду договариваться, - весело произнес Дориакос.
  
   1 марта
   Я продолжаю делать записи в дневнике, но уже в качестве женатого мужчины.
   При крещении, происходившем в маленькой семейной церкви, меня нарекли славянским именем Кирилл, чему были очень рады старик Дориакос и Ариадна. На следующее утро нас зарегистрировали в качестве мужа и жены, а вечером обвенчали по церковным правилам. Все было скромно и тихо, без какой-либо помпезности или пышности. В какой-то момент при венчании мне показалось, что деду станет плохо, но я ошибся.
   После торжественного ужина мы с Ариадной почти всю ночь проговорили, ставя друг друга в известность о некоторых нюансах наших профессий.
   - Кирилл, моя работа иногда связана с командировками, то на конференции, то на выставка или встречами с коллегами - фармацевтами. Иногда часто, - она пристально посмотрела мне в глаза.
   - И надолго? - с улыбкой спросил я. Для меня эти разговоры можно было свести к одному "антиреклама".
   - Самое длительное время это неделя, - ответила она, - и не всегда я смогу брать тебя с собой.
   - Я не маленький мальчик, чтобы бояться оставить меня одного. К тому же, хочу поставить тебя в известность, я не всегда сижу в своем кабинете и разбираю мелкие происшествия, совершенней в пределах одной исторической области, иногда, как это было в случае с вами, приходится выезжать. И не всегда этот выезд укладывается в календарные сутки.
   - Да, ты не маленький мальчик, - с улыбкой согласилась она, - и иногда выезжаешь в разные концы континентальной Европы, но в этом-то и таится опасность. Ты красивый и обаятельный мужчина, и я опасаюсь, что после очередной из моих командировок я могу найти тебя в объятьях какой-нибудь светской львицы.
   - Ариадна, ты мне льстишь, и очень нагло, - пытался пошутить я.
   - Но ведь до встречи со мной, у тебя были подружки?
   - Были, - признался я.
   - И они могут возобновить знакомство с тобой, узнав, что ты часто бываешь свободным.
   - Последняя моя подружка не хочет со мною общаться ни по телефону, ни лично, поэтому, я полагаю, что она нашла себе другого мужчину или парня, располагающего больше свободным временем. Я не могу понять, своими разговорами на эту тему, ты подталкиваешь меня встречаться с другими?
   - Ни в коем случае! Я, конечно, не считаю себя собственницей, но чтобы так, по собственному желанию отдать тебя другой женщине - нет, - рассмеялась Ариадна. - Хотя, если тебе нужно будет ради дела сыграть влюбленность, то я возражать не буду.
   Этими словами она дала мне понять, что находится в курсе моей работы в Португалии со стажеркой. Интересно, откуда ей это известно?
   - Твоя напарница очень красивая девушка и это очень редкий случай в слоях индийской аристократии.
   - Ты с ней знакома?
   - Нет, я знаю её отца, у моей компании с ним деловые контакты.
   - Вот значит как?! - немного удивился я. - А с какой страной твоя компания не контактирует?
   - Сложно сказать, - пожала плечами жена, - с какой-нибудь африканской страной в которой идет гражданская война. Туда мы поставляем медикаменты.
   - И что же это за компания, которая имеет контакты по всему миру? - наконец спросил я.
   - Ой, ты, наверное, не в курсе, - спохватилась она и, вынув из сумочки карточку, протянула мне. - Вот, возьми.
   На стол передо мной легла небольшая пластиковая карточка, на которой крупными выпуклыми буквами, как на банковской карте обозначают владельца карты, красовалось название ГЛОБАЛФАРМ, и ниже я прочитал фамилию директора и президента компании.
   Это была именно та контора, в которой работала Ларика Лансте, и которая оправдывала свое название на все 150 %. Это что же получается, что моя жена - хозяйка могущественной фармацевтической корпорации?
   - А зачем ты вышла за меня замуж? Почему ты согласилась? - задал вопрос я.
   - Наверное, потому, что такого как ты я больше никогда не встречу, - просто и искренне ответила она.
  
  
   12 марта.
   Я выбежал на крышу, чтобы попросить Бьянку остаться. Я увидел группу людей в темно-синих костюмах. На крыше лежали тела двух человек. Сквозь ноги стоящих, я смог увидеть, что над лежащими склонилась рыжеволосая Хелен. Неосознанно, я опустился на колени. Окружавшие Хелен люди стали для меня прозрачными. Я видел, как Хелен склонилась над одним из лежащих и протянула руку к телу. Над телом, где-то в районе головы, я ясно увидел серебристое облачко, которое зависло между Хелен и телом. Хелен склонила голову над телом, но её остановила. Серебристое облачко опустилось на уровень лежащего тела и как бы вошло в него.
   Я не мог поверить всему тому, что я увидел. Я сел прямо на крышу и прислонился спиной к стене. На крышу опустился вертолет и забрал всю группу, включая лежащих. Когда поднимали и переносили тела, я внезапно увидел, что это были Маргарита и Алекс. Именно в тело Маргариты вошло серебристое облачко. Или рядом? Вертолет улетел, унося на своем борту Бьянку, Хелен, Джулию и всю группу охраны. Среди охраны я заметил Двух Дам из России. Именно они остановили Хелен. Зачем? Они знали, что Маргариту и Алекса уже не спасти, или наоборот, именно вмешательство Хелен помешает спасению?
   Я присел прямо на крышу. Перед глазами все еще стояла увиденная картинка, однако в голове уже появилась мысль, что об этом не стоит никому рассказывать. В дверях появился лейтенант Ван Хаалс:
   - Харрис, что вы делаете на крыше?
   - Лейтенант, поздравьте меня, я влюбился, - выпалил я первое, что пришло мне в голову.
   - Поздравлять вас не собираюсь, вы же уже женаты. А кто избранница?
   - Их двое, и вряд ли они обратят внимание на меня. Ещё одним фанатом популярной группы стало больше.
   - Вы себя недооцениваете, сержант, - лейтенант опустился рядом со мной на крышу. - Я хотел вам сегодня сказать, Сирилл, что вы записаны на курсы офицеров. Хватит вам ходить в сержантах, пора повысить свое образование.
   - Спасибо лейтенант, - я ошеломленно посмотрел на Ван Хаальса, - но почему вы решили, что мне нужно повышение?
   - Я сам иду на повышение. Я узнал, вернее, мне сказали, что на днях будет подписан приказ о моем повышении, а через полгода капитана Ван Хаальса переведут в другой отдел. Я хочу, чтобы после меня, мое место заняли вы и дальше продвигались по служебной и чиновой лестнице именно в этом отделе. Я решил из вас, Сирилл, подготовить себе смену.
   - А вы знаете, куда вас переведут? - поинтересовался я.
   - Подозреваю, что перевод будет в убойный отдел специального подразделения. Скорее всего, придется разбираться в убийствах в высшем обществе.
   - Заранее вам сочувствую, - невольно улыбнулся я.
   Давно вокруг убойного отдела специального подразделения висело темное облако полной нераскрываемости преступлений. Руководство отдела опасалось за свою карьеру и часто спускало дела на самотек, не доводя их до суда. Высшее руководство давно хотело поставить кого-нибудь пожестче, но кандидатур не было. А через полгода начальник отдела собрался уходить на заслуженную пенсию. Старик был очень хорошим, но был выходцем именно из этой высшей прослойки, элиты и иногда был очень мягок к убийцам, этим милым дамам и джентльменам. Он находился одновременно между двумя сторонами убийств. С одной стороны были родственники убитых, семьи достаточно влиятельные, если преступником оказывался кто-то со стороны, то родственники получали заслуженную жертву - обвиняемого. Другой стороной были те случаи, когда преступниками оказывались представители того же высшего света, а иногда даже из более влиятельных семей. Кто-то из более старших представителей семей иногда выражал желание немного наказать своего провинившегося родственника, но не сильно, а чтобы другим было не повадно вести себя таким же образом и тогда правосудие в какой-то степени могло удовлетворить закон. Но в большинстве случаев, дела закрывали, а пострадавшей стороне выплачивали отступные. Все это знали, но никто не хотел брать на себя ответственность за жесткие меры. Кто-то должен был стать первым, и этим кто-то станет капитан Ван Хаальс.
   Значит, Ван Хаальс идет на повышение, это хорошо, очень хорошо.
  
   13 марта.
   По возвращении из Прибалтики, лейтенант дал мне свободный вечер. Я снова не смог дозвониться до Бьянки, Ариадна была в очередной командировке, и я решил провести свободный вечер в клубе, выпить вина, поиграть на бильярде. В тот вечер посетителей было мало. Кроме меня были еще двое мужчин. Я обратился к управляющему, с вопросом:
  -- С чем связано наше почти уединение?
  -- Среди наших клиентов распространился слух, что с одной из солисток группы "Тотал Дримс" случилось несчастье, и все дружно уехали узнавать подробности из разных источников, - улыбнулся управляющий.
  -- А я и не знал, что почти все ваши клиенты являются поклонниками этой группы, - в ответ улыбнулся я. - А кто распространил слух?
  -- Одна девушка, - кивнул управляющий в сторону коридора, - сказала, что лично присутствовала при стрельбе.
   Я недоверчиво посмотрел в сторону коридора. В полутемном коридоре я смог различить лишь очертания фигуры. Я поблагодарил управляющего и направился в коридор. К своему удивлению я обнаружил там Бьянку Фиорн. Она одиноко стояла напротив двери, выходящей на балкон, уткнувшись лбом в стену. Я подошел к ней ближе.
  -- Давайте выйдем на воздух, - предложил я.
   Она кивнула, и я осторожно вывел её на балкон. Я обнял её за плечи. В ответ она уткнулась лбом в мое плечо и приглушенно спросила:
  -- Вы говорите по-итальянски?
  -- Нет, но я... - мне не дали договорить.
  -- Вот и хорошо, - перешла Бьянка на итальянский язык. - Мне просто нужно выговорится. С вами мне это сделать намного легче. На днях я узнала много нового, интересного, странного, даже не знаю чего еще. Информации слишком много и она такая разная, что удивляешься, как некоторые люди хранят такую информацию в голове. Я сказала сегодня? На самом деле это было вчера, но для меня этот день еще не закончился. Солистка нашей группы Хелен Карт, та, которая рыжая, подстрелила двух человек из нашей же охраны. Когда я поняла, что из всей охраны она стреляла в Марго и Алекса я готова была её убить сама. Хотя нет, это ярко сказано. Мне захотелось её как следует потрясти, чтобы она пришла в себя. Но потом, внезапно, мне стало на неё наплевать. Я увидела, как из человека течет голубая кровь. Впервые в жизни! В группе работают две аристократки, а охрана у них состоит из людей с голубой кровью. Это меня так потрясло, что я по-новому взглянула на Марго и Алекса. Затем, когда мы летели в вертолете к ним домой, который они называют базой, Марго вынула пулю из своего тела только усилием воли. И никто не услышал ни единого вздоха или всхлипа. Ничего, кроме огня в её зеленых глазах. Таким же образом она вынула пулю из груди Алекса. На базе их поместили на третий этаж, который обустроили как лаборатории. База! Нам двоим, мне и Джул устроили экскурсию по этой базе. На самом деле это средневековый замок с толстыми стенами, множеством каминов, правда, они уже либо газовые, либо электрические. Удобные, просторные залы на первом этаже. Второй этаж оборудован под жилые помещения с множеством удобных комнат. Мой отец, аристократ-миллионер, подавился бы от зависти, потому что о таком замке он давно мечтал. Да и сейчас ещё мечтает. Замок расположен на небольшом, красивом острове. У них есть своя служба охраны, обслуживающий персонал, который работает очень эффективно и незаметно. Хорошо, что мой отец никогда не увидит их лошадей. Их остров. Их замок. Они сами, шестеро красивых молодых людей, двоих из которых подстрелила Хелен. С нами на базу прилетели и Две Дамы. Пока я с Джул осматривала окрестности, они пытались вправить Хелен мозги. Что-то у них получилось. Поздно ночью, когда все разошлись по своим комнатам, я пошла наверх, в лабораторию, где лежали Марго и Алекс. Их положили в разные концы одной длинной комнаты. Возле каждой койки поставили небольшую ширму. Вначале я подошла к Алексу. Возле койки стоял табурет, на который я и села. Не знаю, сколько времени я просидела, ни о чем не думая, просто смотрела на его лицо. Он открыл глаза и улыбнулся. Никаких жалоб или стонов о помощи или просьб о сочувствии. Он мне улыбнулся. У него такая красивая улыбка. Он стал ещё красивее. Я его и так отличала из всей их группы. В нем чувствуется военная выправка, галантность офицера. Он мне улыбнулся. Улыбнулся! А потом тихо спросил: "Она жива?" я ему ответила, что Марго жива, но не пришла в себя. Он успокоился и снова улыбнулся, вздохнул и, закрыв глаза, заснул. После этого я перешла к Марго. У её кровати табурета не было, и я села на её кровать. Пока она была без сознания, я рассматривала её лицо. Красивое лицо или симпатичное, я так и не решила. Оно было спокойным. По непонятной причине, я взяла её за руку. Такая маленькая, хрупкая ладонь. И вот, сидя на её койке и держа её за руку, я поняла поведение Хелен. Я, глядя на моего охранника, такого хрупкого с виду, поняла, что она мне не безразлична. Мне стало очень интересно её мнение обо мне. Я, наверное, влюбилась. Влюбилась в Марго! Это смешно! Мне раньше никогда не нравились женщины. А Марго мне понравилась. Не только она, но еще и Алекс. Я, наверное, такая же, как Хелен, не определившаяся на жизненном пути. Я не заметила, как она очнулась. Я почувствовала её взгляд. "Бьянка, почему вы здесь?" "Не знаю, просто пришла сначала к Алексу, а когда он заснул, пришла к тебе". "С остальными все в порядке?" "Все в порядке, а сама как себя чувствуешь?" "Жить, наверное, буду, только смысл-то, какой?" "Странный вопрос, - пробормотала я, - все люди для чего-то живут. У всех есть цель, наверное. Или хотя бы для того, чтобы оставить след в истории человечества". "Какая патетика, - она вздохнула. - Я потеряла причину осмысленного существования, или нет?" Её взгляд немного оживился, глядя на меня. "А зачем Хелен стреляла в тебя?" - поинтересовалась я. Этот вопрос давно вертелся у меня на языке. "Она не в меня стреляла. Она хотела убить Двух Дам, только я не поняла, она хотела им отомстить или их покарать. Непонятно. Ей просто задурили голову". "А почему она попала в тебя и в Алекса?" "Я не знаю, почему в оптический прицел она, глядя на меня и Алекса видела лица Двух Дам. Возможно, ненависть её ослепила, и она не видела никого, кроме тех, кого она планировала убить. Дело в том, что Двух Дам убить невозможно. Я прочитала массу газетных статей, касающихся Двух Дам, когда мы были в Прибалтике. На них покушались много раз. Это были киллеры, взрывчатки, метатели ножей, ядовитые существа. Все бесполезно. Вокруг них создается как бы защитное поле, от которого рикошетом отскакивает то, что способно причинить им вред. Другими словами, покушаясь на Двух Дам, Хелен убивала саму себя. Я решила это предотвратить". "Невероятно!" - пролепетала я. Она посмотрела на меня и чуть сильнее сжала мою руку. В тот момент я почувствовала, что по мне разливается тепло и непонятный восторг, воодушевление, какой-то подъем энергии. К своему удивлению, я внезапно разрыдалась. Марго поднялась и обняла меня. От этого я почувствовала себя ещё большей эгоисткой, что разрыдалась с новой силой. "Не стоит так переживать" - услышала я мой родной итальянский язык. - "Все пройдет, я обещаю тебе собраться с силами и вернуться к активной деятельности, только дай мне поправится, чтобы рана затянулась и зажила". "Ой, прости меня, пожалуйста, - спохватилась я, вытирая слезы, - я такая эгоистка!" "Все мы иногда ведем себя эгоистично". "Нет, я в том смысле, что ты ранена, и ты делаешь усилие, чтобы меня утешить. Тебе больно, я тебе причиняю боль". "На этот счет можешь, не беспокоится, меня уже напичкали обезболивающими средствами". Мы проговорили с ней, пока она не уснула.
  -- Я видел, как Хелен пыталась что-то сделать на крыше, - тихо произнес я.
  -- Простите? - поток итальянских слов закончился.
  -- Это я прошу прощения, - попытался извиниться я, - за то, что не успел сказать, что я не говорю по-итальянски, но я очень хорошо понимаю этот язык. Говорю по-итальянски очень плохо, потому что не с кем разговаривать.
  -- Вы сказали, что видели?...
  -- Не совсем, - признался я, - я вышел на крышу и увидел, что Хелен склонилась над Маргаритой и Александром.
  -- И вы поняли все, что я сейчас сказала? - Бьянка отшатнулась и сделала попытку убежать, но я её не отпустил.
  -- Ваш побег от меня не изменит факта услышанного от вас.
  -- И вы доложите своему начальству об этом? - с тревогой поинтересовалась она.
  -- Зачем? Если к нам в отдел поступит заявление от Маргариты о том, что на её жизнь покушалась Хелен Карт, то нам придется принять меры. Например, начать следствие по выявлению причин покушения. Придется привлечь вас в качестве свидетеля. Но пока, ни тела, ни заявления от Маргариты к нам не поступали.
  -- Заявить на Хелен в полицию? - Бьянка задумалась. - Идея мне нравится. Хелен полезна встряска, но с другой стороны я останусь без работы, группа распадется, если Хелен посадят и придется возвращаться домой, или начинать все заново, а мне этого совсем не хочется.
  -- Почему? - поинтересовался я.
  -- Да потому, что со времен пансионата, в который меня отдали в одиннадцать лет, я не живу с родителями. Я привыкла жить без них. Разумеется, я к ним приезжаю на праздники, но чувствую себя белой вороной.
  -- Белой вороной? - не понял я. - Это из-за профессии?
  -- Нет, из-за того, что в нашей семье я единственный ребенок со светлыми волосами.
  -- Вы единственная блондинка в семье? А большая у вас семья?
  -- У меня два старших брата и старшая сестра. Я самая младшая в семье.
   Она замолчала, потом, отстранившись, подняла лицо и посмотрела мне в глаза:
  -- Почему я вам все это рассказываю?
  -- Может потому, что вы мне доверяете? Вначале вы сами сказали, что постороннему человеку легче все рассказать. Возможно поэтому, - предположил я.
  -- Сирилл, ты мне не посторонний человек, но управляющему я не смогла об этом рассказать. Почему вы здесь?
  -- В этот клуб я часто хожу отдохнуть. Поиграть на биллиарде, выпить хорошего вина. А вы здесь, по какой причине?
  -- По той причине, что я не могу ночевать под одной крышей с Хелен. В настоящее время я её просто ненавижу, - призналась Бьянка.
  -- Почему вы ей об этом не скажете?
  -- Сегодня без толку ей это говорить. Промывка мозгов уже прошла. Сегодняшний день пусть будет днем её совести. Пусть погрызет её изнутри.
  -- Это ревность к Маргарите? - улыбнулся я и взял её за руки. Ладони оказались ледяными.
  -- Да, это ревность, - она не отняла руки. - Я вас шокирую?
  -- Чем? Вашей привязанностью к Маргарите? Нисколько. Она сильная личность, и возможно, может управлять целыми армиями. Она лидер, в прямом и переносном смысле слова.
  -- Сирилл, я могу у вас провести ночь? У меня нет желания видеть Хелен сегодня, а снимать номер в гостинице, можно, но...
  -- Ночь провести можете, если пообещаете, что не будете ко мне приставать, - пошутил я.
  -- Знаете, - усмехнулась Бьянка, - обычно, эти слова, девушки говорят, когда парни приглашают их к себе на чашку кофе.
  -- Чашку кофе могу предложить, но не более, - шутливо-строгим голосом произнес я.
   Бьянка согласилась, и мы покинули парковую зону клуба, через резную калитку на боковой улице. Я решил отвести её в свою квартиру, в ней уже давно не появлялись девушки, ночью.
   Я привез девушку в свою скромную, по местным меркам, квартиру. Две комнаты, кухня, просторная прихожая, ванная комната. Из комнаты поменьше я сделал себе небольшой кабинет. Самой большой достопримечательностью в нем был большой двухтумбовый стол из дерева, который мне подарил дядя, в день, когда узнал, что я получил звание сержанта. Он так гордился мной в тот день и не переставал повторять, что этот стол поможет мне в моей будущей карьере. Я пытался его переубедить, говоря, что все отчеты принимаются в электронном виде и домой я работу не ношу, но дядя был убежден, что именно этот стол сыграет важную роль в моей карьере.
   Стол стоял у стены, на которой я установил очень хороший светильник. Рядом со столом располагался удобный диван, на котором я иногда засыпал, приходя поздно с работы. Дело было не в моей лени, как таковой, просто эта комната была ближе к входной двери. Для спальной комнаты я выбрал дальнюю комнату, с окнами, выходящими на тихую узкую улочку.
   Бьянка была здесь впервые. Своей гостье я показал вначале именно спальню, так как полагал, что она сразу выразит желание отдохнуть.
   Бьянка, кинув взгляд на двуспальную кровать, посмотрела на меня:
  -- А где вы будете спать?
  -- О, не беспокойтесь, - улыбнулся я, - у меня в другой комнате есть удобный диванчик, так что вы не доставите мне никакого беспокойства. Дверь в спальню закрывается, поэтому я вас беспокоить не смогу.
  -- Угу, - кивнула она и прошла в комнату.
   Я прошел вслед за ней в комнату, чтобы показать ей ванную комнату. Из шкафа я достал новую пижаму для неё и, пожелав спокойной ночи, удалился.
   Так как в клубе я так и не смог насладиться бокалом вина я прошел на кухню приготовить чай. С дымящейся чашкой я прошел в кабинет. Именно в этом столе я хранил мои записи о группе молодых людей, так поразивших меня. И сейчас я хотел внести некоторые заметки в свои записи.
   "...Я потрясен! Среди нас живут люди с голубой кровью! Это интригует, ошеломляет, потрясает, может быть шокирует и вызывает любопытство одновременно. Я рад, что мне об этом сообщили по-итальянски. Если бы я это увидел собственными глазами, я был бы шокирован и подумал бы, что мне это все кажется, это плод моего воображения. А в этом случае, у меня есть время немного подумать. Хотя, о чем тут думать. Этот факт, хотя и полученный в ходе частной беседы, подтверждает то, что все было подстроено! Включая покушение на Президента. Но это только мысль, относящаяся к двум военным офицерам. Это был заговор? Или что? А как это относится ко все остальным?..."
  -- Сирилл, почему вы не пристаете ко мне? - меня оторвали от моих записей.
  -- А должен? - я спокойно отложил ручку и медленно повернулся на голос.
   Бьянка стояла в дверном проеме в пижаме, которую я для неё приготовил. Я раньше никогда не видел светловолосых женщин в мужской пижаме темно-синего цвета. Да я вообще никогда не видел каких-либо женщин в моей пижаме.
  -- Когда я говорила, чтобы вы ко мне не приставали, я полагала, что вы поступите иначе, - улыбнулась она.
  -- Знаете, когда мне говорят, "не приставай", я обычно так и делаю. А вы поступаете иначе?
  -- Обычно, когда мужчинам говорят "нет", они воспринимают это как "да".
  -- Я не обычный мужчина, - невольно улыбнулся я. - Моя первая любовь мне как-то сказала, что я необыкновенный мужчина. Я всегда безошибочно знаю настроение женщины. К тому же, всегда есть надежда, что женщина, первый раз ответив "нет" ,второй раз скажет "да".
  -- Вот как! Значит, я просто не дождалась второй попытки с вашей стороны? - Бьянка подошла ко мне и бесцеремонно села мне на колени. - Может быть, вы мне расскажете все о моем настроении?
  -- О каком именно?
  -- О том настроении, какое было у меня, когда я была с вами. Например, в Ирландии?
  -- О, Ирландия, - со вздохом улыбнулся я. - Я, честно признаюсь, не знаю, какое у вас было настроение. Ирландия для меня просто волшебная страна! То, что произошло в Сниме, я могу объяснить не иначе как страсть. Обоюдная страсть! Это, как мне кажется, не только мое мнение. Может быть это магия Ирландии?
  -- Гм, - прочистила горло Бьянка, - а Новый год в замке моей кузины?
  -- Новогодняя ночь была достаточно эмоциональной. Насколько я помню, вы были так воодушевлены после полуночного поцелуя с гусаром и, я, полагаю, что на волне этой страсти к другому, вы воспылали страстью ко мне. Или нет? Или это было продолжением очарования Новогодней ночи?
  -- Вы сами в полночь целовались с другой, - парировала она, немного покраснев.
  -- А вы хотели, чтобы я вас поцеловал в полночь? Я могу исправиться в следующий раз.
  -- Я могу сказать, что это было очарование ночи, очарование эпохи, костюмов и вас. Вы единственный мужчина, кто был в абсолютно черном костюме и светлыми волосами. Это так мужественно и сексуально.
  -- Вы мне грубо льстите, - я попытался снять её с моих колен, но Бьянка обняла меня за шею.
  -- А почему мы так давно не виделись? - услышал я вкрадчивый голос.
  -- Я вам пытался позвонить, но не дождался ответа. Насколько я помню, вы мне тоже звонили, пару раз, и выражали недовольство мной и моим поведением в весьма неласковой манере. Какой-то звонок от вас сообщил мне, что я негодяй и мерзавец и что если бы я был последним мужчиной на земле, вы бы и тогда со мной не стали бы встречаться.
  -- Боже, какой вы зануда!
   Большое количество женщин вокруг меня, меня же и погубит, когда-нибудь. Бьянка ушла от меня в половине девятого утра, вместе со мной. По дороге на службу я отвез её домой. Мы простились с Бьянкой как старые добрые друзья. У неё было более позитивное настроение, чем в ту минуту, когда я встретил её в клубе.
   К моей радости и удивлению, Бьянка держалась со мною шутливо и на расстоянии. Ни с моей, ни с её стороны, не было намека на физическое сближение, хотя в словах это упоминалось очень часто.
   Теперь для меня она стала источником информации, и очень хорошим. За достоверность полученной информации я мог не сомневаться, потому что это выдумать было достаточно сложно и косвенно её слова подтверждались моими наблюдениями. Самое ценное во всей информации было то, что сведения о том, что Маргарита и Александр имею голубую кровь, подтверждали мою версию о том, что события первого августа были тщательно спланированы и подготовлены. Я даже не сомневался, что всю операцию разработала Маргарита Ристич. В одном я был уверен, что в суть операции были посвящены единицы, и маршал Ристич не входил в это число, что подтверждалось его реакцией на площади.
   На мой взгляд, операция была просто гениальна! Одно меня смущало и ставило в тупик: как пропала Ларика Лансте?
   На правах мужа владелицы конторы я смог узнать, какие меры безопасности используются на предприятии. Так вот, мне удалось узнать, что каждому работнику вживляется чип-передатчик, который работает до самой смерти его носителя. По словам специалистов, удалить из тела этот передатчик нельзя без того, чтобы в центре управления об этом не узнали, невозможно. На сегодняшний день датчик Ларики Лансте показывал её присутствие в районе Мертвого моря, и он все время перемещался.
   Что-то в этом было подозрительное, так как я точно знал, что Ларика в настоящее время находится где-то на территории континентальной Европы.
  
  
   15 марта
   Мое дежурство закончилось раньше, и уже около полуночи я был дома. По словам жены, сегодня она должна была присутствовать на каком-то званом вечере в честь какого-то сенатора, вроде бы Велмингтона, который в Совете Европы курировал научные разработки в сфере высоких технологий. В свое время этот деятель занимался новейшими разработками оружия, но толку от этого не было. По общему мнению, либо он, либо его ближайшее окружение делилось информацией с негосударственными поставщиками вооружений. Но он всегда выходил сухим из воды.
   Я направился в нашу общую с Ариадной квартиру. Это была личная квартира Ариадны, но мы договорились, что когда мы не в отъезде, мы будем жить там. В отсутствие жены мне предоставлялся выбор, чем я иногда и пользовался. Командировки участились, но стали более короткими. Если раньше, после недельного отсутствия она возвращалась домой в приподнятом или нейтральном настроении, то сейчас после этих кратковременных отъездов, на два-три дня она возвращалась иногда мрачнее тучи. На сегодняшний прием я идти отказался, во-первых, у меня было дежурство, а во-вторых, я не мог себе представить, чем бы мне можно было бы заняться на этих скучнейших политических вечеринках.
   Ариадне, как главе крупнейшей корпорации мира по статусу было положено присутствовать на подобных вечеринках. От половины она отказывалась, как могла, но от некоторых отказаться была не в силах. Я думал, что эта светская вечеринка немного её развеет, но, увы, я ошибся.
   Она вернулась очень расстроенная. Показывать свое настроение она мне не хотела показывать, что проявлялось в почти бесшумном передвижении по квартире. По её бесшумному перемещению, я долго не мог определить, где она находится. Наконец, она зашла на кухню, где я себе уже успел приготовить ужин.
   Увидев меня, она улыбнулась, но улыбка была очень натянутой. Я усадил её на небольшой диванчик, а сам сел на стул напротив неё.
   - Расскажи, что случилось, - попросил я.
   - Ничего особенного, - подернула плечами она.
   - После "ничего" так не расстраиваются. Я прошу, расскажи мне, что случилось.
   - На этой светской вечеринке я столкнулась лицом к лицу с моей сестрой и попыталась наладить с ней отношения. Но либо шок был очень большим, либо что-то другое, но она не хочет со мною иметь какие-либо контакты. Это ужасно!
   - Да, это действительно ужасно, - я присел рядом с Ариадной на диванчик и обнял её. - Тебе надо просто поплакать. В твоем положении очень вредно копить отрицательные эмоции внутри.
   Она уткнулась лицом мне в плечо и, вскоре я почувствовал, как рубашка намокла. Плакала она беззвучно. Я попытался её несколько упокоить, гладя по рыжим волосам:
   - Ты, моё теплое и яркое солнышко.
   - Ты очень хороший, и я тебя недостойна, - услышал я приглушенный голос Ариадны.
   - Глупости, все, что ты говоришь, это просто глупости. Не может быть такого, чтобы женщина была недостойна мужчины, наоборот, в большинстве случаев мужчины недостойны женщин.
   - Ты очень правильный, - всхлипнула она и подняла лицо.
   - Я просто стараюсь быть порядочным мужчиной, - я прикоснулся губами к её рту и почувствовал соленый вкус.
   - Зато я иногда чувствую, что веду себя как порядочная сволочь, но ничего с собой поделать не могу. Я до сих пор не знаю, зачем я вышла за тебя замуж. Ты меня меняешь и у меня двойственное отношение к этому.
   - И какое же? - улыбнулся я.
   - С одной стороны, я не хочу меняться, меня все устраивает, а с другой стороны я все чаще попадаю в такие ситуации, когда перемена очень даже благоприятно сказывается на конечном итоге.
   - Какими сложными словами ты говоришь о том, что изменения тебе идут на пользу.
   - Только ты можешь простыми словами разложить все по полочкам.
   - Если тебе кажется, что ты подходишь к своей проблеме неправильно, ты лучше остановись на время, подумай и подойди к этому вопросу с другой стороны. Если не получается по-хорошему, что ж, попробуй по-плохому.
   Ариадна снова спрятала лицо у меня на плече, и теперь уже другая сторона рубашки намокла. Мы просидели так довольно долгое время. Наконец, она смогла успокоиться и почти весело произнести:
   - Единственное, чем запомнится этот светский раут, это скандал вокруг сенатора Альфреда Велмингтона.
   - Сенатора задел скандал? - удивился я. - Быть такого не может! Этот человек всегда умел выпутываться из самых разных заварушек.
   - Это нельзя назвать заварушкой, - улыбнулась Ариадна, - просто в разгар вечера, к сенатору подошла моя сестра Виктория, известная как Хелен Карт, и просто произнесла, что вспомнила, как пятнадцать лет назад была свидетельницей того, как сенатор уничтожил её семью. Уничтожил в прямом смысле слова. Вот, мы видели машину с двумя людьми, а через мгновение от этого осталась маленькая кучка пепла.
   - Вот это да! - я был просто поражен. - После такого заявления, я думаю, начнутся различные журналистские расследования.
   - Вот это я понимаю, резонанс общественности, - Ариадна уже полностью успокоилась.
   - Как бы этот резонанс не заставил наше начальство начать расследование происшествия, которое произошло более пятнадцати лет назад, - вздохнул я.
  
  
   22 марта.
   Я присутствовал на благотворительном концерте группы в загородном доме миссис Симмонс. На вечер меня пригласила хозяйка дома. К моему некоторому сожалению, Ариадна не смогла составить мне компанию. До последнего момента она собиралась, но в последнюю минуту её вызвали на работу, и на вечеринку пришлось ехать мне одному.
   До начала концерта и даже во время него Бьянка не обращала на меня никакого внимания: ни улыбки, ни кивка головы. Ничего. У меня создавалось впечатление, что она меня просто не видит, или делает вид, что меня рядом нет. Но с какой целью? Я подозревал, что ей наконец-то сказали, что я женат. Правда, в последнее время вокруг меня и Амриты начали ходить слухи и сплетни.
   Концерт прошел на "ура". Группа действительно исполнила замечательные песни. Я заметил необычное для себя видение. В первый раз я решил, что мне показалось. Когда Хелен оказалась рядом с Маргаритой, их лица как бы размылись, и я увидел совсем другое лицо, которое мне снилось с детства. Но когда я во второй и третий раз увидел подобную картину, то первая мысль моя была, что это может быть что-то означать. Я поддался внезапному порыву узнать, насколько они разные, Хелен и Маргарита. Или одинаковые. Протиснувшись сквозь толпу поклонников, я подошел вначале к Хелен и поцеловал её. Затем, я то же самое проделал и с Маргаритой.
  -- Вы одинаковые! - восторженно прошептал я Маргарите.
   - Мы с вами знакомы? - спросила Марго.
   - "Да, и вы знаете меня, мы с вами целовались в новогоднюю ночь" - хотел произнести я, но на самом деле сказал совсем другое. - Если вы одинаковые, то вы один человек, или, по крайней мере, были им.
   - Кем?
   - Анастасией.
   Марго тронули за плечо, и она обернулась. Позади Маргариты стояла Лара и улыбалась, глядя на меня:
   - Все это очень хорошо, но у нас работа.
   - Да, разумеется, - спохватилась Марго и посмотрела на меня.
   Я кивнул и протянул ей руку для рукопожатия.
   - Меня зовут Сирил Харрис, сержант полиции. Я знаю, кто вы, - представился я, когда в мою руку скользнула маленькая теплая ручка Маргариты.
   Она непонимающе посмотрела на меня, а потом её увели. Я отошел к стене. Ощущения от поцелуев с Хелен и Маргаритой были одинаковыми, как будто я целовал одну женщину. Странно и удивительно. Или это разыгралось мое воображение?
   Я заметил, что группа начала собираться. Из дальних комнат вышли Катерина и Ларика вместе с каким-то парнем, одетым в теплый костюм. Надо было попрощаться с Маргаритой и попробовать как-то объяснить свое поведение. Я направился к комнате, из которой только что вышли девушки. Я остановился на пороге комнаты, увидев, что в ней две Маргариты, одетые в строгие, темно-синие костюмы. Одна из них вынула из кармана небольшой электрошокер и нейтрализовала другую, направив его в левую верхнюю часть груди, там, где сердце. Другая Маргарита упала. Увидев произведенное действие, Маргарита вышла, пряча шокер в карман. Я отскочил к стене коридора. Она вышла из комнаты, не заметив меня. Первым моим желанием было догнать Маргариту и выяснить в чем дело, но оно быстро прошло. Проверив, что Маргарита ушла, я вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Другая Маргарита лежала неподвижно на полу. Я подошел ближе. Решив проверить пульс, я дотронулся до её руки. Меня обожгло. Её запястье для меня показалось очень горячим, почти как кипящая вода. Но пульс я все-таки нащупал. Жива, это уже хорошо. На костюме я заметил отверстие, очень похожее на пулевое. Я колебался всего какое-то мгновение, но любопытство опять пересилило. Края были ровные, чуть обгоревшие, но крови не было. Кончиками пальцев я прикоснулся к её коже через отверстие. Меня снова обожгло огнем. Такого со мною не случалось никогда. Между мною и Бьянкой при первом прикосновении пробежала искра. Но чтобы жгло огнем, такого, не было. Что-то это должно означать.
   Оставался вопрос: что произошло? Что означает дырка на костюме? Если в Маргариту стреляли, то кто это был, где пуля и почему нет крови? Почему Маргариту нейтрализовали электрошокером? Кто её нейтрализовал и почему? Получается не один вопрос, а сразу несколько. Ответов не было. Интересно, появятся ли они, когда Маргарита придет в себя.
   Я решил ничего не трогать и не тревожить Маргариту до тех пор, пока она не придет в сознание. Я пошел искать хозяев дома. Гости практически разошлись. Оставшиеся подтягивались к выходу, где их любезно провожали хозяева. Я подошел к хозяйке:
  -- Прошу прощения, миссис Симмонс, могу я немного остаться в вашем замечательном доме?
  -- А что случилось Сирилл? - меня одарили лучезарной улыбкой.
  -- Одной девушке стало немного душно, и она устроилась отдохнуть в одной из ваших комнат.
  -- В которой?
  -- Там, кажется, есть французское окно, так, кажется, оно называется?
  -- О, я поняла, о какой комнате вы говорите. Можете остаться, - улыбка стала лукавой и стала сопровождаться многозначительными подмигиваниями, - только откройте окно, пока будете здесь. А когда будете уходить, то закройте его, и все.
  -- Спасибо миссис Симмонс, - улыбнулся я.
  -- Всегда, пожалуйста, Сирилл.
   Я прошел обратно в комнату и открыл окно.
   Ждать пришлось довольно долго. За время ожидания я успел прочесть всю прессу и пролистать множество журналов. Пришлось взять почитать книгу. Когда я дошел до середины, я заметил некоторое движение. Значит, Маргарита пришла в себя. Когда она поднялась на ноги, я также встал и подошел к ней.
   - Вы наконец-то очнулись! - произнес я.
   - А вы кто? - непонимающим взглядом на меня посмотрела Маргарита.
   - Сержант Сирил Харрис, континентальная полиция. Я ждал, когда вы очнетесь. Давайте я вас провожу, - предложил я.
   Я пропустил её вперед. Мы вышли через французское окно, и закрыл за нами дверцы. Маргарита уже прошла немного вперед. Я решил идти немного позади. Пусть Маргарита сама определит, куда ей лучше идти. Направлялась она уверенно на север, не оглядываясь по сторонам. Значит, она знает куда идти. Идти за ней было одно наслаждение, так наверное написал бы восторженный поэт. К сожалению, я с ним согласен. Действительно, идти за Маргаритой было очень приятно. Мне всегда было приятно идти за целеустремленным человеком, как в прямом, так и в переносном смысле слова. К тому же, на её фигуру было очень приятно смотреть.
   Она повернула голову и посмотрела на меня.
   - Зачем вы провожаете меня?
   - Мне казалось, что первым вопросом будет: "Зачем вы поцеловали меня?" - с улыбкой произнес я.
   - А вы меня целовали? Я не помню, что произошло сегодняшним вечером. У меня нет никаких воспоминаний, кроме того, что сегодня должен был состояться благотворительный концерт.
   - Концерт прошел отлично. После выступления группы, охраной которой вы занимаетесь, я подошел и поцеловал сначала Хелен, а затем вас.
   - Правда? А зачем вы это сделали?
   - Я хотел вас сравнить.
   - Сравнить? - не поняла Марго.
   - Когда вы рядом, я вас вижу как одного человека, совершенно на вас обоих не похожего. А когда вы врозь, то я вас воспринимаю как красивых девушек, непохожих друг на друга. И вот, я решил сравнить, - признался я.
   - И можно узнать результаты вашего сравнения?
   - Можно. Вы целуетесь одинаково, - улыбнулся я.
   - Однако! - усмехнулась Марго.
   Вдалеке появилась резная ограда, а за ней и огни дома. Через некоторое время я уже стучал в массивную дверь. На стук дверь открыл мужчина в строгом костюме. Посмотрев на Маргариту, он улыбнулся:
  -- Мисс Ристич? Лорд и леди вас примут. Проходите.
  -- Спасибо, - кивнула она и вошла в открытую дверь Марго.
  -- Вы к нам надолго? - поинтересовался дворецкий, все еще не замечая меня.
  -- Не знаю.
   Дворецкий повел её в большую гостиную, где за столом сидели двое, мужчина и женщина. Я не обижаюсь на невнимание прислуги. Кто я такой, чтобы обижаться. Это с одной стороны, а потом ,кто-то из великих литераторов сказал, что обижаться это прерогатива горничных.
   - К вам мисс Ристич, - объявил он, и отошел в сторону, пропуская Маргариту и меня вперед.
   - Марго, дорогая, проходи, будь как дома, - поднялась навстречу ей женщина.
   - Лорд Велли, леди Изабелла, извините за столь поздний визит..., - произнесла Маргарита, и я понял, что меня привели к дому родителей Джулии Велли.
   - Генри, - скомандовала хозяйка, - приготовь комнату гостье, и принеси чай. А молодой человек останется с нами?
   - Я останусь только на чашку чая, - произнес я.
   - Присаживайтесь, - предложил хозяин, - и расскажите, что случилось. В вас стреляли? У вас на костюме отверстия как раз под размер пуль. И что более интересно, почему вы живы? И кто этот молодой человек?
   - Если честно, я не помню, что случилось в последние, - Марго посмотрела на настенные часы, - пять часов. Я хорошо помню, что выступление Джулии, Бьянки и Хелен закончилось, и мы все вместе собирались сесть в вертолет. Потом провал, и я очнулась в одной из комнат, где проходил вечер. Я не знаю, что произошло. Этого молодого человека зовут Сирил Харрис, он сержант полиции. Вызвался проводить меня до вашего дома, хотя, если честно, я сама не знала, куда иду.
   - Может позвонить? - поинтересовался лорд Велли. - Узнать все ли в порядке на острове.
   - Позвоните своей дочери, и спросите, все ли у них в порядке, - попросила Маргарита.
   - Хорошо, - леди Изабелла подошла к телефонному аппарату.
   Она быстро набрала нужный номер и параллельно включила громкую связь.
   - Джулия?
   - Да, мама.
   - Как прошло сегодняшнее выступление? Вы были недалеко от нас и к нам не заглянули.
   - Все прошло хорошо, так говорит Марго. Сразу после выступления, какой-то парень подошел и просто поцеловал сначала Хелен, а затем Марго, и ушел. И наша охрана ничего не смогла сделать, так как не успела. Все было так стремительно и неожиданно. Никто от этого не пострадал, я так думаю. На концерте появился парень, который угрожал Марго, но сейчас все в порядке.
   - Когда мы сможем тебя увидеть? - поинтересовалась леди Велли, реагируя на знаки, которые подавала Маргарита.
   - Я решила остаться сегодня здесь, а завтра мы к вам заедем.
   - Попросите позвать к телефону Алекса, - шепотом попросила Маргарита.
   - Дочка, Александр недалеко от тебя?
   - Зачем он тебе?
   - У нас объявилась его поклонница, и не хочет уходить, пока не скажет ему пару слов. Она не уходит, а силу применять нам не хочется. Это ненадолго, обещаю.
   - Хорошо.
   - Я вас слушаю, - услышали они голос Алекса.
   - Код 3-9-5 Д 8, - произнесла в трубку Марго.
   - Я понял.
   Послышался долгий гудок. Связь прекратилась. Лорд Велли внимательно посмотрел на девушку и внезапно улыбнулся:
   - Диверсия?
   - На шпионаж это непохоже, - улыбнулась в ответ Марго.
   - Составьте нам компанию, - попросила леди Изабелла, - поужинайте с нами.
   - Спасибо, с удовольствием.
   Моего мнения не спросили, а мне самому не удалось найти подходящего предлога, чтобы отказаться. После ужина я попрощался с гостеприимными хозяевами. Маргарита вызвалась проводить меня до двери. Мы вышли на улицу, в теплую ночь. Я повернулся к ней и улыбнулся. На свою спутницу мне нравилось смотреть. Я ощущал какую-то дистанцию между нами, не физическую, а какую-то эмоциональную, что ли. Может быть потому, что она была старшим по званию офицером для меня? Или она была сильнее меня духом?
   - Спасибо за приятный вечер, - поблагодарил я её.
   - Это вас я должна благодарить за то, что проводили меня до дома моих знакомых.
   - Это родители Джулии Велли? Я рад, что их дом оказался поблизости.
   - Как мне вас благодарить, что не бросили на улице девушку без памяти?
   - Я думаю, что и без моей помощи вы добрались бы до этого дома. Вы всегда найдете выход из любой ситуации, капитан Маргарита Ристич, - я решил ей признаться. - Да, я знаю, кто вы, но не стоит этого бояться. Я не задаю себе вопросов, почему вы здесь, по какой причине вы покинули свою страну, подстроив свою смерть. Вы мне нравитесь как человек. Нельзя сказать, что я в вас влюблен. Я влюблен в другого человека. А вот вместе с Хелен Карт я вижу вас как другого человека.
   - Вам не кажется, что это слишком сложно, для ума простого военного?
   - Вы себя недооцениваете, - улыбнулся я, и, повинуясь порыву, приблизил лицо и быстро поцеловал Марго. - Я ваш друг и всегда им буду.
   Я спустился со ступенек и, обернувшись, помахал ей рукой. В ответ она махнула мне на прощание.
  
   23 марта
   Ариадна вернулась ближе к полудню. Несмотря на то, что она пыталась вести себя тихо и спокойно, но я чувствовал, что она чем-то расстроена. Я мог бы охарактеризовать её состояние как близкое безысходной истерике.
   Она старалась не показывать своё состояние, но я все же угадал её настроение.
   - Опять что-то произошло?
   - Не снова, а в очередной раз. В очередной раз, но уже почти по-плохому я пыталась наладить отношения с сестрой. Вернее наладить контакт, но не получилось. В очередной раз.
   - Почти по-плохому? Это как?
   - Правда, интересно? - Ариадна грустно улыбнулась. - Нельзя сказать, что это долгая история, но зная, что мой муж полицейский я не буду раскрывать всех тайн. Скажу только, что иногда кажется, что ты общаешься со знакомым человеком, а на самом деле это может оказаться совершенно другой человек.
   - Ты намекаешь на использование пластических масок? - решил уточнить я.
   - Для большинства людей - да, это использование пластических масок. Человеку впрыскивают в нужные места определенные вещества, и он становится похожим на своего соседа или врага.
   - А для меньшинства?
   - В этом случае есть старые проверенные силиконовые маски.
   - Спасибо за своевременную информацию, - улыбнулся я и поцеловал в висок.
   От этого безобидного, как мне казалось, жеста Ариадна упала на диван и расплакалась. Некоторое время я стоял, не понимая в чем дело. Потом мне пришла в голову мысль, что перемены в настроении может быть связано с ожиданием ребенка. Спохватившись, я присел рядом с ней.
   Мое присутствие не принесло никаких результатов, рыдания усилились. Пришлось взять её на руки.
   - Стоит ли расстраиваться по этому поводу? - мягко спросил я.
   - Дело не только в этом, - всхлипывая, произнесла Ариадна.
   - А в чем еще?
   - Последние анализы показали, что мы ожидаем двойню. И скорее всего это будут мальчики.
   - Жаль, - улыбнулся я.
   - Почему? - удивилась жена, сразу перестав плакать.
   - Потому что девочки были бы похожи на тебя, дорогая. А кому нужны парни, похожие на меня?
   - Ты, наверное, первый мужчина, который хочет иметь рыжих дочерей, - в свою очередь улыбнулась Ариадна. - Действительно, кому нужны двое сыновей-красавцев, на которых, скорее всего, будут вешаться женщины.
   - Это точно, - подхватил я шутливым тоном. - Дочерей хотя бы можно выдать замуж, и они будут изредка радовать нас своим присутствием. А вот сыновья мало того, что могут остаться жить с родителями, так еще и жен приведут. Ужас!
   - Ты надо мною просто шутишь! - также шутливо возмутилась она.
   - Я просто хочу тебе поднять немного настроение, - просто признался я.
   - И тебе это удалось, спасибо, - она улыбнулась и крепче прижалась ко мне. - Я такая эгоистка, думаю только о себе и своих проблемах.
   - Просто у тебя сейчас такой период в жизни. Я думаю, когда все закончится, ты снова станешь сама собой.
  
  
   25 марта
   У двери раздался звонок. Я посмотрел на часы, было четверть седьмого. С работы я никого не ждал, Ариадна еще не вернулась, поэтому, кроме лейтенанта Ван Хаальса прийти было некому. Однако я решил открыть дверь внезапным гостям.
   На пороге стоял симпатичный молодой человек в строгом коричневом костюме - тройке. Желтый галстук был подобран таким образом, чтобы акцентировал внимание на белой рубашке. Темные волосы были коротко подстрижены и зачесаны назад. Карие глаза внимательно осматривали меня с ног до головы, и я полагаю, что не пропустили ни одной нитки в моем домашнем костюме.
   - Вы сержант Сирилл Харрис, континентальная полиция?
   - Да, это я. Чем могу быть полезен?
   - Меня зовут Паоло Форино, - представился мужчина. - Я старший брат Бьянки Форино, больше известной как Фиорн.
   Он за руку вытащил из-за своей спины Бьянку. Жестом я пригласил их пройти в комнату. Фамилия Форино была известна всей Европе. Луиджи Форино прославился тем, что собрал уникальную коллекцию цветов со всего света в своей оранжерее. Он увлекался коллекционированием старинных вещей, в основном предметов мебели. Несмотря на это, о нем гремела слава "барыги", из всего он мог извлечь выгоду для себя. Он играл на скачках, и благодаря этому смог познакомиться с некоторыми представителями политической элиты. Его старший сын пошел в политику, и некоторые прочили ему карьеру самого молодого премьера в истории Объединенной Европы. Его дочь вышла замуж за влиятельного дипломата, который, некоторое время спустя, стал помощником министра иностранных дел исторической Италии.
   Я никогда не слышал, чтобы у Форино была еще одна дочь. Он никогда не упоминал её, будто её вообще не было. Неужели Бьянка действительно приходится младшей дочерью Луиджи Форино? Странные отношения.
   - Проходите, пожалуйста, - пригласил я.
   Гости вошли. Форино осмотрелся. Я знаком показал ему в направлении гостиной и вслед за ним вошел в комнату. Он присел на диван, я в кресло напротив него. Между нами оказался журнальный столик.
   - Может быть чего-нибудь выпьете? Чай, кофе?
   - Для такого разговора лучше бы чего-нибудь покрепче. У вас коньяк есть?
   - Французский вас устроит? - улыбнулся я.
   - Вполне, - он кивнул и откинулся на спинку дивана.
   Я поднялся, подошел к барной стойке и достал оттуда бутылку коньяка и пару бокалов. Поставив все на стол, я сообразил, что нас трое и с досадой сделал движение обратно, но меня остановили:
   - Дама пить не будет.
   - Даже так?
   - Да, - снова кивок затем Форино улыбнулся. - Не смотрите на меня как на представителя мафии или какой-нибудь криминальной структуры. Я просто антиквар.
   - А я просто полицейский, - я снова присел в кресло и налил напиток в бокалы.
   Он опрокинул первый стакан быстро и без предисловий. Поставив бокал на стол, он кивнул, делая знак, что ему можно налить еще.
   - Теперь можно и поговорить. Об этом просто так и не расскажешь...
   - Попробуйте простыми словами.
   - Ну, если совсем простыми словами, то моя сестра ждет от вас ребенка, - он с улыбкой посмотрел на меня.
   - Вас сестра поставила в известность, какой у неё срок?
   - Ну, если совсем просто, то почти четыре месяца.
   - Ну да, - кивнул я, - тогда я вполне могу быть отцом.
   - А если бы я сказал, что срок меньше? - рассмеялся Паоло, отпивая небольшой глоток коньяка.
   - Дело в том, что последняя ночь страсти, назовем это так, у меня с вашей сестрой была как раз в Новогоднюю ночь. После этого, я её месяца два - три не видел вообще.
   - Ну, с этим разобрались, - расслабился собеседник.
   - Разобраться-то разобрались, но что из этого следует? В настоящее время я женат и по всем существующим законам, жениться еще раз я не смогу.
   - Боже, при чем здесь женитьба?! По условиям контракта и по некоторым соображения безопасности Бьянка не может выйти замуж в ближайшие два года, а так как от ребенка она не избавилась, и, слава богу, то у нас к вам есть некоторая просьба.
   - И какая? - заинтересовался я. - Если вас не интересует мой статус, то мне очень интересно услышать ваше предложение.
   - Это действительно очень интересное предложение. Интересно оно в первую очередь своей необычностью. Просьба к вам заключается в следующем. После родов вы заберете ребенка Бьянки себе. Она будет воскресной мамой.
   Я поперхнулся жидкостью, которая, как мне показалось, не была похожа на коньяк. Мне это послышалось или нет?
   - Я надеюсь, вы шутите?
   - Никаких шуток, все по-настоящему.
   - Я мало слышал случаев, когда мать отказывалась от ребенка по собственной воле и становилась "воскресной мамой". Это очень необычно.
   - Вы сами можете представить, что у моей сестры гастроли, съемки, записи и если быть честным, оставив ребенка себе, она все равно должна будет нанять няню, совершенно постороннего человека и либо оставить ребенка на постороннего человека, либо возить ребенка с собой на все гастроли и записи.
   - Но у вас же достаточно богатая и влиятельная семья, - пытался возразить я.
   - Отец не любит Бьянку, - внезапно произнес Паоло.
   - Почему? Потому что она не похожа на вас?
   - Нет, - он покачал головой, - он не любит её, потому что она никогда не просит у него денег, и никогда не просила.
   - В каком смысле? - не понял я.
   - В самом прямом. После окончания колледжа, Бьянка обратилась к отцу, чтобы он помог в первое время с финансированием группы. Нужны были деньги на съем помещения под студию, на покупку или аренду инструментов, кое-какое звукозаписывающее оборудование. На семейном обеде он высказал все, что думает о её затее. Мол, неужели я потратил столько денег на обучение, чтобы моя дочь стала певичкой? Вы бы видели лица наших старших брата и сестры. Таких самодовольных лиц я не видел даже на их собственных свадьбах. Я думал, Бьянка вспылит, но нет, она спокойно встала из-за стола, пожелал всем приятного аппетита, и ушла. Собрала вещи и уехала.
   - Внутри меня все кипело и клокотало, - тихо произнесла Бянка, - но я знала, что если не уйду, мне дадут денег, а потом всю жизнь будут попрекать этим.
   - Помню, через год или почти полтора года, - с улыбкой продолжил Паоло, - ты приехала к нам на Рождество с таким изящным маленьким кейсом. На семейном ужине, ты подошла к отцу, открыла кейс и показала всем присутствующим его содержимое.
   - Там были деньги, - пояснила Бьянка, - много денег. Я узнала стоимость моего обучения в колледже, и в пансионате. Еще я добавила сумму за мое пребывание в его доме до восьми лет. К наличным денежным средствам я приложила список, за что я отдаю долг. Такого растерянного лица я у него никогда не видела.
   - Я видел, - произнес Паоло. - Такое выражение лица у него было, когда ему сообщили, что у него родилась дочь, светленькая как ангелочек. После твоего ухода за столом стояла такая гробовая тишина, что когда у мамы упала на пол салфетка, все вздрогнули. Праздничное настроение было испорчено. Уже позже, после ужина, к отцу подошел Сержио, наш старший брат, и предложил использовать эти деньги для оплаты обучения, например, его старшего сына. Отец вскипел, но быстро остыл, сказав только, что Сержио сам в состоянии заработать на обучение собственных детей. Отец отдал деньги маме. Она очень расстроилась, когда ты уехала.
   - Я с ней часто разговариваю по телефону, - грустно улыбнулась Бьянка.
   - Ты отдала огромную сумму денег. Я слышал, как Анна-Мария и Сержио подсчитывали, какая сумма находится в кейсе. Где ты её взяла? - спросил Паоло.
   - Часть я заработала концертами, продажа дисков с первого альбома, а недостающую часть мне одолжила Хелен. Лучше быть обязанной ей, чем Луиджи Форино.
   - Бьянка, ты не любишь своего отца? - спросил я.
   - А за что его любить? Он всех своих детей попрекает деньгами, которые он вложил в них. Меня он отправил сначала в пансионат, а затем в колледж. Домой я приезжала только на Рождество. Каникулы я проводила у Джулии. С её родителями мы объездили полмира. А мои родители, что мне дали, кроме жизни?
   - Но если бы не они, тебя бы не было на свете, - запротестовал я.
   - Вот только за это, - пожала плечами Бьянка.
   - Неужели все просили деньги у отца? - поинтересовался я
   - Все, - с улыбкой кивнул Паоло. - Я просил денег на открытие своего небольшого магазинчика. Правда, я сразу сказал, что собираюсь заниматься антиквариатом, а ему это нравится, поэтому процедура прошения не была не столь унизительной. Он просто скривил губы и спросил "Сколько?". Через год я смог отдать ему все его деньги с процентами. И теперь, каждый год, в качестве бонуса, я слушаю, какие мы все ничтожества, и что мы шагу не можем ступить без его поддержки. Такие вот у нас взаимоотношения с отцом.
   - Он тиран и деспот, как с ним мама живет, я не понимаю.
   - Хорошо, вашу позицию я понял, - примирительно поднял руки я, - остается решить небольшую проблему лично мне.
   - Значит, вы согласны взять на себя такую обязанность? - спросил Паоло.
   - Да, только мне нужно небольшое время, дня два, обсудить все с женой.
   - Хорошо, ваша позиция нам понятна, - улыбнулся Форино и поднялся со своего места. - Нам уже пора. Через два дня мы вас навестим снова
   - Ваша реплика похожа на угрозу, которую дают шантажисты, - невольно вспомнил я сравнение.
   - Нам просто нужна уверенность, - произнес уже серьезно Паоло.
   - Считайте, что уверенность у вас уже есть, остались только нюансы, - заверил их я.
   Делегация ушла. На прощание, перед тем, как выйти из моей квартиры, Бьянка крепко обняла меня и прошептала:
   - Твоя женитьба оказалась более действенной, чем все уловки моих подруг. Когда я узнала, что ты женился, то поняла, что я все-таки тебя люблю.
   Вот и думай после этого все что хочешь. Я закрыл входную дверь и прислонился к ней спиной. Ребенок должен иметь отца! Моя щепетильность тут не поможет. Я не могу бросить Ариадну и жениться на Бьянке, к тому же последняя по условиям контракта не может выйти замуж. Ну, допустим, что если бы она сильно захотела выйти замуж, то можно было бы заплатить неустойку и настоять на своем. Однако, она так не поступила.
   В чем было дело? Я бы мог себе польстить и предположить, что дело только во мне. Бьянка не может выйти замуж, потому что я уже женат, но в моей работе я сталкивался со многими случаями в высшем обществе, когда женщина умела настоять на своем. Может быть, дело было в другом?
   Кроме этих вопросов, мне предстояло еще поговорить с Ариадной, объяснить ей сложившуюся ситуацию. Интересно, как она это воспримет?
  
  
   15 апреля
   Именно этот день запомнился мне одним происшествием и последствиями этого.
   Рабочий день у меня начался довольно рано, так как меня оставили за начальника отдела. Лейтенанта Ван Хаальса переводили в другой отдел, и теперь он часто отлучался, постепенно принимая дела. На мой взгляд, было бы намного удобнее для всех, если бы лейтенанта сразу перевели в другой отдел, и он бы принял все дела разом. Но с другой стороны, наш отдел остался бы без начальника, так как мне оставалось сдать еще один экзамен и дождаться результатов. А это ещё недели две. А постороннего человека лейтенант не хотел допускать в наш отдел. Начальству виднее! Поэтому я периодически исполнял обязанности начальника отдела.
   В это утро в кабинет ворвалась наша стажерка Амрита. Не вошла, а именно ворвалась:
  -- Сержант Сирилл, посмотрите, пожалуйста, новости!
  -- И что же там интересного, особенно для нас? - лениво улыбнулся я, включая большой экран.
  -- ...на скоростном шоссе произошла автомобильная авария. Водитель не справился с управлением, и на большой скорости машина вылетела в овраг, - на экране шел видеоряд, показывающий горящий автомобиль и спасателей, пытающихся потушить огонь.
  -- Так, авария это я понимаю, а какое отношение это имеет к нашему отделу? - спросил я.
  -- Вам принесли два пакета, - ответила Амрита и протянула мне два пакета, на старинный манер запечатанные сургучом.
   Я жестом показал, что она может быть свободной, и меня оставил наедине с двумя пакетами. Обертка мне напомнила старую почтовую бумагу, и сургучовые печати усиливали впечатление старины. Я разорвал обертку одного пакета, в котором оказалась толстая папка и флэш-карта старого образца. В папке оказались бумаги, некоторые из них были скреплены отдельно от других.
   Я быстро просмотрел содержание папки. Первые листы были похожи на чье-то личное дело. В левом верхнем углу была приклеена фотография молодого мужчины.
   Серхио Роблес. Родился в Каракасе (Венесуэла) в 2120 г. Отец Алехандро Роблес нефтяной магнат, очень влиятельный человек, но не связанный с политикой. Мать Маргарита Асуньо, модельер одежды. Роблес окончил университет в Мадриде со степенью бакалавра химии. С 2128 по 2133 годы работал в лаборатории университета в Падуе по приглашению доктора Эдварда Раша. В этот период защитил диплом магистра микробиологии. После внезапного исчезновения доктора Раш с семьей, Роблес вернулся на родину в Венесуэлу и открыл лабораторию по изготовлению лекарств. Получил лицензию на изготовление ... (названия были написаны по латыни и, к моему сожалению, я не смог адекватно сопоставить названия) и биологических добавок ... (далее тоже шли названия на латинском). Официальная лицензия на изготовление лекарственных средств прикрывала обширные исследования наркотических и психотропных свойств некоторых растений, произрастающих в Южной Америке...
   Далее шло подробное и хронологическое описание всех действий Серхио Роблеса. Подробно описаны все адреса и места его нелегальных лабораторий, легальных и нелегальных квартир и домов. Адреса, имена и фамилии его официальных жен и любовниц.
   На следующих листах были написаны формулы каких-то соединений или веществ, я не знаток химии. Расчеты и подсчеты, схемы и планы. Отдать эти листы нашим специалистам, может им понадобится?
   Ого! Кто-то прислал нам, скорее всего по доброте душевной, компрометирующие материалы на сеньора Серхио Роблеса. Уже с этой минуты можно давать команду на проведение антинаркотических рейдов в некоторых странах. А что в другом пакете?
   В другом пакете также была папка с бумагами и электронный носитель в виде тоже немного устаревшей флэш-карты. Я с интересом открыл папку и с некоторым удивлением начал читать информацию. В крайнем левом углу тоже была приклеена фотография, на которой я с изумлением узнал Ариадну.
   Арика Дорей. Настоящее имя Ариадна Дориакос. Родилась в 2123 году в Патры (Греция). Отец - Эдвард Раш, знаменитый ученый, мать - Елена Дориакос, дизайнер. Имеет степень бакалавра химии, магистр биологии. Защитила докторскую диссертацию по микробиологии.
   Я растерянно положил листы бумаги на стол. Неужели все это правда? Ариадна жила двойной жизнью? А её дед об этом знал? Скорее всего нет, хотя он сам как-то говорил ,что смотрит на внучку через розовые очки.
   В руках я держал досье на собственную жену, а на столе перед моими глазами лежал конверт, но которым четко было написано "В СЛУЧАЕ СМЕРТИ ДЕРЖАТЕЛЯ, ПЕРЕДАТЬ ОРГАНАМ ПОЛИЦИИ".
   Два конверта, с двумя досье. Значит, Ариадна и Роблес были партнерами-конкурентами, и последнее преобладало.
   Ариадна погибла. Внутри была пустота и в тот момент ни одна мысль не попадала в мою голову. Не знаю, сколько я просидел в таком состоянии, но очнулся я от прикосновения Амриты. Она взяла меня за руку:
   - У тебя ни одной мысли, так нельзя.
   - Да, - я тряхнул головой, - так нельзя. Где произошла авария?
   - Там уже работает дорожная полиция. Трупы уже везут в наш морг.
   - Тогда я пойду в морг, - решился я.
   - Зачем? Это не относится к нашему отделу.
   - Но это может касаться лично меня, - простонал я.
   - Каким образом? - удивилась Амрита.
   - Возможно, погибла моя жена.
   - Ого, - удивленно прошептала моя напарница.
   Уже через десять минут я был в морге. На столе под простынями уже лежали два тела. Моя прыть улетучилась и на меня напала то ли робость, то ли страх от того, что я смогу увидеть.
   - Доктор, - я подошел ближе к столам, - я могу осмотреть тела?
   - С целью опознания? - он недоверчиво посмотрел на меня.
   - Да, я сержант Харрис из отдела...
   - Я вас знаю, - прервал меня патологоанатом. - Кого опознавать будете?
   - Женщину, - твердо произнес я.
   Патологоанатом откинул простыню с лица. Я увидел лицо Ариадны, очень бледное и спокойное. Ничего во мне не шевельнулось, будто я смотрел не на собственную жену, а на сломанную куклу.
   - Доктор, а можно узнать, от чего она умерла?
   - Вам это очень нужно?
   - Эта женщина похожа на мою жену, которая ждала ребенка, и я хочу знать, от чего наступила смерть.
   - Хорошо, я займусь этим в первую очередь. Подождите меня в коридоре.
   Я просидел в коридоре, дожидаясь окончательного вердикта. Не помню, сколько времени я просидел так, ожидая то ли приговора, то ли вердикта. Ни мысли, ни чувств не было. От своего оцепенения я очнулся, когда доктор тронул меня за плечо. Я сразу же вскочил со стула:
   - Ну, какие результаты, доктор?
   - Девушка умерла от полученных ран, переломы несовместимые с жизнью...
   - Вы сказали девушка? - зацепился за слово я.
   - Вы правильно меня поняли, - улыбнулся доктор, - эта девушка не только не была беременна, но и никогда...
   - Я понял доктор, - в свою очередь улыбнулся я. Теперь мне дышалось легче.
   - Я пробил по базе ДНК эту девушку. Оказывается, это была доктор Арика Дорей, мы с ней встречались на одном из семинаров по психотропным веществам.
   - Значит, вы её знали?
   - Скажем так, я с ней встречался. А вы сказали, что она похожа на вашу жену. А кто ваша жена, если не секрет?
   - Нет, это не секрет, мою жену зовут Ариадна Дориакос, - я пристально посмотрел на патологоанатома, надеясь на его реакцию.
   - М-да, - протянул он, улыбаясь, - они действительно были похожи, но у Дорей волосы светлее.
   - Да, да, - спохватился я. - Спасибо доктор, я об этом как-то не подумал.
   - Не удивительно, - меня снова похлопали по плечу, - если бы я узнал, что моя жена разбилась в машине насмерть, я бы обо всем забыл.
   - Еще раз спасибо, доктор.
   На негнущихся ногах я вернулся к своему столу в отдел и с трудом сел на стул. Ко мне сразу же подошла Амрита:
   - Я отдала только один конверт нашим экспертам и криминалистам. Другой я убрала тебе в стол.
   - Спасибо, - слабо улыбнулся я.
   - Это она?
   - Нет, к счастью, нет, - я снова облегченно вздохнул.
   - Тогда остается вопрос, или вернее два: достоверно ли досье на твою жену и где она сама?
   - По поводу достоверности я не знаю, придется выяснять. А вот где она вопрос самый актуальный.
   Я набрал видеосвязь со стариком Дориакосом. Дед был бодрым и веселым.
   - Я вас не отвлекаю от важных дел? - поинтересовался я.
   - Нет, не отвлекаешь, что случилось?
   - Я не могу отыскать Ариадну. Она должна была вернуться сегодня утром, но не вернулась. На телефонные звонки она не отвечает. Где она может находиться?
   - Ко мне она не приезжала, - задумчиво произнес Дориакос. - У неё есть рабочая лаборатория на острове Крка, иногда там очень плохая связь. Еще у неё есть небольшой домик под Выборгом, как бы загородная резиденция, которую ей преподнесли в подарок сотрудники её предприятия.
   - Где у неё домик? Вы сказали под Выборгом?
   - Да, на территории России, небольшой домик, точный адрес не знаю. Где еще она может находиться? Сейчас трудно вспомнить все её официальные и неофициальные квартиры. Кроме лаборатории на острове, предприятие имеет еще пару лабораторий под Турином, в исторической Италии и еще недалеко от Корка, это в Ирландии. Точные адреса ты можешь узнать на её предприятии.
   - Огромное спасибо, - поблагодарил я.
   - Если будут новости, сообщай, - улыбнулся он.
   Связь закончилась. Я сидел, обдумывая ситуацию, но потом решил поразмышлять вслух:
   - Итак, предположим, что моя жена находится где-то на официальных адресах. В пределах Объединенной Европы я могу проверить их все, но для того чтобы проверить дом под Выборгом, мне нужно будет либо оформить разрешение на въезд в Россию, либо сделать официальный запрос по каналам полиции. Сколько это займет времени?
   - Я предлагаю проверить европейские адреса для начала. И я также предлагаю свои услуги в качестве сопровождающего.
   - Зачем? - удивился я.
   - Я считаю, что когда мужчине сообщают о возможной смерти его жены, то некоторые мысли в голове у него должны присутствовать, например: "этого не может быть" или "хоть бы это была не она", но когда в голове нет ни одной мысли, просто пустота, то, мне кажется, что этого человека нужно морально поддержать.
   - Хорошо, - согласился я, - поехали.
   Я взял из стола досье и снова сел на место.
   - До конца дежурства я не могу покинуть рабочее место, - спохватился я, - значит, мне нужно начинать поиски либо вечером, почти ночью, либо завтра с утра.
   Амрита сидела напротив меня и молча улыбалась. Я снова начал шелестеть бумагами.
   - Интересно, во всех этих химических формулах надо разбираться, если мы будем наносить визиты в лаборатории?
   - Сержант, представьте, на столе стоит два пузырька с жидкостью. Жидкость может быть чем угодно, например обычной чистой водой или каким-нибудь химикатом, смертельным для здоровья. Как вы будете определять, что из них что? Неужели будете сами пробовать все на вкус?
   - Это мне понятно, что я сам, да и вы тоже не сможете точно сказать, правда ли все, что написано в этом досье.
   - Нам нужен специалист, и лучше всего со стороны.
   - У меня есть один на примете, только я не знаю, согласится ли она нам помочь?
   - А кто это? - поинтересовалась Амрита.
   - Это Ларика Лансте, она раньше работала в "ГЛОБАЛФАРМ".
   - Ларика Лансте? Она, случайно, не является дочерью профессора Иштвана Лансте?
   - Да, это именно она, а ты её знаешь?
   - Я знаю её отца, - мило улыбнулась Амрита. - Очень интересный человек, даже его мысли очень интересные.
   - Господи, - в сердцах воскликнул я, - как же тесен мир! Моя жена имела деловые связи с твоим отцом, ты знаешь профессора Лансте. Один я как-то не вписываюсь в эту свойскую среду.
   - Не переживай, - она приподнялась на стуле и прикоснулась губами к моему лбу, - это просто отпечаток сословной принадлежности. Всё это у тебя еще будет, ты ведь уже знаком с леди Дуглас, принцессой Анной Шведской, Паоло Форино и Ариадной Дориакос, все остальное придет со временем.
   - Хорошо, - пытался успокоиться я, - я знаю одного эксперта, но я не знаю, как её заинтересовать.
   - Попробуй связаться с Бьянкой, а через неё выйдешь на Ларику.
   - Да, скорее всего так и придется сделать.
   С некоторым недовольством Бьянка подозвала к телефону Ларику. Я смог договориться о встрече в пригороде Турина рано утром. Окрыленный столь легкой победой, я как-то выпустил из внимания, что до Турина так просто рано утром не добраться. На мои мысли ответила Амрита:
   - Я предлагаю вам свою помощь.
   - Да, разумеется, - рассеянно кивнул я.
   - Я предлагаю вам помощь именно во временной остановке на ночь. У моего отца есть небольшой домик в Александрии, это недалеко от Турина.
   - Согласен, сразу же согласился я. - а когда мы сможем туда поехать туда?
   - Ну, - улыбнулась Амрита, - я думаю, что для начала следует закончить рабочий день.
   Я прибыл на место встречи первым. Всю дорогу, пока мы добирались до условленного места, Амрита одергивала меня:
   - Ваше нетерпение очень заметно. Со стороны может показаться, что вы чем-то озабочены.
   - А я действительно озабочен, и прежде всего вопросом, помогут ли мне?
   До условленного часа оставалось еще немного времени, и мы решили заказать легкий завтрак.
   Лара подошла минута в минуту и присела напротив меня. К моему облегчению, нам уже принесли кофе.
   - Что-нибудь закажете? - поинтересовался я.
   - Нет, спасибо, я уже позавтракала. Могу я узнать, чем вызван ваш интерес к моей скромной персоне?
   - В свое время вы работали в ГЛОБАЛФАРМ и являетесь специалистом - биохимиком, - начал я.
   - Допустим, - осторожно согласилась она.
   - У меня имеются кое-какие записи, - я положил на стол перед ней лабораторный журнал. - Могу я узнать ваше мнение по этому поводу?
   - А что, у вас в управлении нет людей, которые в этом разбираются? - спросила Лара, но я заметил интерес с её стороны.
   - Дело в том, что я бы хотел избежать шумихи. Дело касается моей жены. Вы посмотрите записи, может быть, вас это заинтересует.
   - Ах, да, Хелен говорила, что вы женаты, - кивнула Лара, открывая журнал, - а на ком, если не секрет?
   - На Ариадне Дориакос.
   Ларика рассеянно кивнула, внимательно просматривая записи. Спустя некоторое время, она подняла голову и уже более серьезно спросила:
   - Вы женаты на Ариадне Дориакос?
   - Да.
   - А вы можете меня с ней познакомить?
   - Пока нет, - улыбнулся я. - Все дело в том, что моя жена пропала. Мне пришла информация, что она погибла, но это оказалось не так, разбилась другая девушка. Мне посоветовали проверить, может быть она где-то скрывается. У меня есть несколько адресов, и я бы хотел, чтобы вы помогли мне в поисках.
   - Я не совсем понимаю, зачем я вам нужна? Адреса вы сможете проверить и сами.
   - Вы правы, но есть подозрения, что Ариадна Дориакос и Арика Дорей одно лицо. Если первая является директором крупнейшей корпорации мира, то другую обвиняют в изготовлении наркотических и психотропных веществ.
   - А Ариадна Дориакос похожа на Хелен Карт?
   - Вернее было бы сказать, что Виктория похожа на Ариадну, ведь они сестры по отцу. Только волосы у Ариадны не такие светло-рыжие как у Виктории.
   - А глаза у неё светятся?
   - Что, простите? - не понял я.
   - А, ничего, - покачала головой Ларика. - Вы сказали, что, разбилась другая девушка, вы её видели?
   - Да, в морге мне её показали, - кивнул я, - но это оказалась не Ариадна.
   - Сколько же их на самом деле? - полюбопытствовала Лара.
   - Вы мне поможете? - задал главный вопрос я.
   - Да, помогу, - кивнула собеседница и улыбнулась. - Во-первых, я хочу лично познакомиться с вашей женой, а во-вторых, мне самой хочется разобраться, сколько же на самом деле девушек с одинаковой внешностью. Когда вы планируете приступить к поискам?
   - Прежде всего, я хочу, чтобы вы знали, что поиски могут продолжаться больше чем два-три часа...
   - Я это вполне понимаю, - улыбнулась она. - Еще я могу себе представить, что ваша проверка может занять несколько дней, так как адресов несколько, и они явно находятся не в одном месте.
   - Я хочу все закончить за пару дней. Первый адрес здесь недалеко, в пригороде Турина. Я хочу начать с него.
   - Хорошо, давайте договоримся, что встретимся в этом адресе. Где это?
   Я показал ей адрес. Она внимательно посмотрела и согласно кивнула:
   - Я поняла. Встретимся через полтора часа. Я должна предупредить, что буду отсутствовать.
   С этими словами она поднялась из-за стола и вышла из кафе. Я шумно выдохнул и посмотрел на Амриту, которая не произнесла ни слова за все время нашего с Ларой разговора. Она улыбнулась:
   - Переговоры были стремительные и плодотворные.
   - Надо еще поговорить с дедом, может он поможет с транспортом для передвижения, а иначе, мы можем дня три чистого времени потерять на дорогу.
   Уже через полчаса Димитриос Дориакос отдал в моё распоряжение на два дня свой личный вертолет. Уже что-то! Вертолет нас будет ожидать на частном аэродроме в пригороде Турина через шесть часов. Этого времени нам должно хватить на осмотр первого адреса.
  
   3 мая
   Мои поиски Ариадны ничего не дали. На территории Объединенной Европы я её не нашел. Однако, для Ларики это были просто потрясающие, как она выразилпсь, посещения. Такого взрыва теории она не испытывала еще ни разу, даже в университете. По её словам, все, что она получила экспериментально, она увидела и в теории.
   Оставался еще один адрес, и для того чтобы его посетить мне требовалось разрешение на посещение. Со своей стороны я подал заявку на посещение, которую обещали рассмотреть в трехдневный срок.
   Я решил посетить деда, чтобы поставить его в известность, и немного пожаловаться. До его резиденции я добрался своим путем. Меня подвезли коллеги.
   Дед встретил меня радушно.
   - Останешься на выходные?
   - Если оставите, то останусь, - улыбнулся я.
   - Зачем же мне тебя выгонять, этот дом ты можешь считать своим, - добродушно произнес дед.
   - Я хотел с вами поговорить об Ариадне, - мы уже сидели в удобных креслах после ужина и дегустировали новое вино, приобретенное Дориакосом.
   - О чем же еще ты хочешь меня спросить? - улыбнулся старик.
   - Мне в руки попало досье на Ариадну. Правда там еще написано, что Ариадна Дориакос и Арика Дорей одно лицо.
   - Все может быть, - пожал плечами дед. - Как ты сам знаешь, я на многое смотрю через розовые очки, в том числе и на свою внучку. Что-то не так?
   - Все не так, - признался я. - Помните, когда я связывался с вами по видеосвязи и просил вас об адресах, где могла бы прятаться Ариадна. Я хотел её найти. Дело в том, что к нам в управление поступило сообщение о смерти Арики Дорей. Да, действительно, её тело лежит в морге, но это не Ариадна.
   - Не она? - встрепенулся дед.
   - Нет не она, - улыбнулся я. - Но остался вопрос, где моя жена.
   - Скорее всего спряталась от тебя на территории России, куда ты не сможешь попасть в ближайшие день-два.
   - Я просто хочу с ней поговорить, - признался я.
   - Советую немного переждать. Я думаю, она боится твоей первой реакции на её, не очень хорошую деятельность.
   - Тогда я хочу вам задать один вопрос, если он неуместен, то так и скажите, - я рискнул закинуть удочку.
   - Задавай, - расслабился старик, потягивая вино.
   - У вас были внебрачные дети?
   - Ого, - немного удивился дед, - а что, у тебя уже есть? Или ты просто подумываешь об этом?
   - Нет, скажем так, моя бывшая подруга, с которой я встречался до встречи с Ариадной, недавно сообщила мне что ждет от меня ребенка.
   - Прими мои поздравления, а кто она?
   - Младшая дочь Луиджи Форино, Бьянка.
   - Мой мальчик, - весело вскричал старик, - ты очень ленив, если при таких жене и любовнице, даже бывшей, до сих пор ходишь в сержантах!
   - Я очень ленив, - с улыбкой согласился я, - но вы не ответили на мой вопрос.
   - Ах, да, - стукнул он себя по лбу, - да, были, но я не принимал активного участия в их воспитании. Я выделял деньги на их содержание, воспитание, учебу, но они вряд ли знали, что я их отец.
   - Значит, вы меня не осуждаете?
   - Осуждать?! За что?! За то что ты хочешь лично заботится о своих детях? Кто я такой, всего лишь один из таких же мужчин. Или может быть даже хуже.
   Он поднялся с кресла, подошел ко мне и пожал мне руку. Затем, не сдержавшись, обнял меня. Снова сев в кресло и взяв бокал он произнес:
   - А знаешь, что я думаю? Я думаю, что если Ариадна к тебе вернется, а она это сделает, то это будет ей хорошим уроком. Незачем оставлять мужчину, особенно такого как ты, одного и без присмотра. Каким бы хорошим не был мужчина, если женщина захочет, то завоюет его, хотя бы на краткий срок. Особенно тебя.
   - Ну, а я-то здесь почему?
   - Потому что именно такого как ты, скромного и работящего хотят большинство женщин, - подмигнул мне дед.
   - Э, нет, не все женщины хотят такого как я. Некоторые хотят богатого, обеспеченного, со связями в обществе, чтобы они могли блистать в этом обществе и хвастаться своим подругам, какой у них парень, или муж, - вспомнил я Дороти.
   - Поверь мне, мой мальчик, - успокаивающе произнес старик, - такие женщины сами не знают, чего хотят. Если они хотят только светского блеска, то в голове у них ничего нет и такие женщины быстро надоедают.
   - Спасибо вам, - с некоторым облегчением улыбнулся я.
   - За что? - удивился дед.
   - За моральную поддержку.
   5 мая
   Этот день мне запомнился не тем, что я потерпел некоторую неудачу в поисках, а тем, что кое-кто преуспел в своих. Дело касалось Бьянки и моего, может быть, опрометчивого разрешения на свободное посещение моей квартиры.
   Когда я вернулся с моих поисков к себе домой, то обнаружил Бьянку, с упоением что-то читавшую.
   На мое появление она отреагировала несколько необычно. Увидев меня, она медленно поднялась с кресла и неторопливо подошла ко мне.
   - Зачем ты завел досье на Марго и всех этих ребят? - её голос был на удивление спокойным.
   - Я могу тоже задать тебе вопрос. Ты зачем копаешься в чужих бумагах?
   - Мне просто стало любопытно, а это досье лежало на столе.
   - Это не досье в прямом смысле слова. Это просто сбор информации, но оформленный в виде отчета. Он еще не собран до конца, - я пытался вспомнить, мог ли я оставить досье просто лежать на столе.
   Такого греха я за собой припомнить не мог. Зная, что в любой момент ко мне могут заглянуть мои коллеги, я всегда убирал это досье в стол. Ну что ж, значит, сам виноват. Надо было давно предположить, что все женщины по своей природе любопытны.
   - Что ты хочешь за уничтожение этого досье?
   - Даже так? - невольно улыбнулся я. - и что же вы сеньорина Форино можете мне предложить?
   - Можно начать с денежного вопроса, - выдохнула Бьянка. - Сколько ты хочешь? Пятьсот тысяч, миллион?
   - Дорогая моя, относительно недавно, в феврале месяце я только за один вечер выиграл около миллиона, и даже сейчас, когда выплаты всех налогов закончились, я все еще могу назвать себя состоятельным полицейским сержантом.
   - Хорошо, - кивнула она. - Может быть, ты хочешь повышения по службе, стать офицером? В ближайшее время можно устроить тебя шефом полиции.
   - Ой, дорогая моя Бьянка, как сказал дед моей жены я очень ленивый молодой человек, если при таких женах и любовницах все ещё хожу в сержантах.
   - Хватит надо мною смеяться, - она надула губки, но это было очень мило. - Я могу пойти на крайние меры, я смогу полностью отказаться от ребенка сразу после его рождения. Он или она будет полностью твоим, я не буду иметь никаких прав на него.
   - Бьянка, ты совсем с ума сошла! - возмутился я. - Еще скажи, что ты ничего не чувствуешь ко мне, как к потенциальному отцу этого ребенка. Если ты это предложишь еще раз, то я опубликую это досье в открытой печати.
   - Не надо, - простонала Бьянка, - я просто не переживу. Если такие хорошие, талантливые молодые люди покинут нашу группу и станут снова скрываться. Мне они очень нравятся.
   - Хорошо, я избавлюсь от этого досье, - пообещал я.
   - Когда?
   - Я не могу тебе обещать коротких и строгих сроков, но обещаю, что этого досье у меня не будет.
   - Я могу на тебя рассчитывать?
   - Разумеется, - успокоил её я.
   - Тогда я хотела бы попросить тебя о еще одной услуге?
   - Ну, что еще? - вздохнул я.
   - я тут кое-что нашла в твоем столе...
   - Значит, ты все-таки копалась в моем столе, - уточнил я.
   - я нашла прекрасные тексты, вернее стихи, которые могли бы стать прекраснейшими текстами к нашим песням.
   - Это что-то новое, - хмыкнул я.
   - Понимаешь, Джулии очень сложно написать тексты к тем мелодиям, которые Хелен сочиняет по ночам. А эти тексты, - она показала мне уже пожелтевшие листы, - это лучшие тексты к тем мелодиям. Даже я, у которой начисто отсутствует стихоплетство, и то я понимаю, что это лучшие тексты.
   - Эти стихи написала моя мама, почти двадцать лет назад, - с внезапной грустью вспомнил я.
   - Наша группа готова выплатить авторский гонорар, - я заметил некоторый вздох облегчения на лице Бьянки. - Мне нужно показать эти тексты Джулии и потом только она решит, насколько максимальным будет выплата. Если ты помнишь, у тебя уже был некоторый опыт авторства.
   - Тогда, как мне помнится, мне заплатили не только за авторство, но и за якобы актерскую игру.
   - Ты не прав, это были два разных чека, - улыбнулась она. - Так ты разрешишь мне показать эти тексты Джулии?
   - Хорошо, я согласен, беги, показывай!
   Она выбежала из комнаты, намереваясь уйти из квартиры, но в ту самую минуту в дверь позвонили. Не узнав, кто стоит на пороге, Бьянка открыла дверь. Я услышал приглушенные голоса и поднялся, чтобы посмотреть, кто пришел.
   В коридоре я увидел Маргариту и Александра.
   - Какая честь! - вырвалось у меня.
   Бьянка укоризненно посмотрела на меня.
   - Сирилл, мы приехали за вами, - произнесла Маргарита.
   - В каком смысле? - не понял я.
   - Некие две дамы хотели бы встретиться с вами, - произнес Александр.
   - Какие две дамы?
   - Просто Две Дамы, - Александр сделал ударение на последних словах.
   - Ах, эти две дамы, - выдохнул я, мне стало несколько жутковато. Про этих Двух Дам ходило множество слухов, и мне почему-то вспомнились именно про стирание памяти. - А зачем я им нужен?
   - Вы им нужны для проверки кое-каких данных, но нас попросили вам напомнить, чтобы вы захватили с собой досье на нас.
   - Что? - неужели они знают о моем досье. - А когда отправляемся?
   - Прямо сейчас, если вы не возражаете, а вы не возражаете, - с некоторой улыбкой произнесла Маргарита.
   Я понял, что меня под конвоем решили доставить к Двум Дамам. Мне пришлось подчиниться. Во-первых, меня переполняло любопытство, зачем я мог понадобиться Двум Дамам? Во-вторых, от досье действительно можно было бы избавиться, передав его Двум Дамам, если оно конечно их интересует. И в третьих, насколько я мог знать, а я знал точно, что Две Дамы находятся на территории России.
   - Нет, я не возражаю, чем скорее, тем лучше.
   И именно в этот момент Бьянка решили озвучить волновавший меня вопрос.
   - А это правда, что Две Дамы могут стереть память человеку?
   - Увидим, - усмехнулась Маргарита, - поехали.
   Я прошел в комнату чтобы взять досье со стола. Маргарита и Александр ждали меня у двери.
   На прощание я поцеловал Бьянку в лоб и ободряюще улыбнулся. Мы спустились на улицу и сели в машину. Уже через полчаса мы были на аэродроме. На взлетной площадке я увидел вертолет, точно такой же, как у старика Дориакоса. Мне тут же вспомнились его слова о том, что таких вертолетов-самолетов пока еще всего три или четыре штуки в мире. Один ему подарили русские партнеры, второй у Двух Дам а оставшиеся у русских военных. Вот поэтому он очень гордился тем, что идет в ногу со временем.
   - Самые надежные и современные вертолеты сейчас можно приобрести только у русских, если конечно они согласны их продать.
   Мы забрались внутрь вертолета и устроились в удобных креслах. Кресла оказались очень удобными. Салон казался очень вместительным. Восемь удобных кресел, расположенных два напротив двух со столиками между ними. Мне это напомнило самолеты представительского класса.
  -- Этот вертолет новой конструкции, - как бы отвечая на мои мысли, решил объяснить мне Александр. - Эта конструкция позволяет летать на очень дальние расстояния.
  -- Через пару часов, я думаю, мы приземлимся.
  -- А что мне делать в течение этих двух часов?
  -- Для начала, - улыбнулась Маргарита, - нам бы хотелось ознакомиться с тем, что написано в вашем досье. Сравнить нашу реальность с вашими догадками.
  -- Пожалуйста, - я протянул ей досье.
   Выбора у меня не было. Я посмотрел в иллюминатор, но вертолет уже летел над облаками, и смотреть было не на что. Я повернулся к Александру. Он ободряюще улыбнулся.
  -- Почему вы так быстро согласились с нами поехать к Двум Дамам?
  -- Я преследовал свои личные цели, и одна из них, это посетить Россию без каких-либо разрешений на въезд. А как вы догадались?
  -- По выражению лица. Как только вы услышали о Двух Дамах, то я заметил, что сначала вы испугались, а потом вы обрадовались.
  -- Вы так хорошо разбираетесь в выражениях лица? - спросил я у него.
  -- Да, я изучал физиогномику в академии. Зачем вам в Россию?
  -- Я узнал, что недалеко от Выборга у моей жены есть небольшой домик, где она может находиться.
  -- Вы все еще не потеряли надежду найти её? Почему?
  -- Чтобы объяснить, кто сейчас лежит в морге, - ответил я.
  -- Ну, хорошо, если так, - улыбнулась Маргарита, предавая досье Александру, - особенно для такой информации. Прочитайте, лейтенант Алеп. За разглашение такой информации вам, сержант Харрис, грозит расстрел.
  -- Не понял? - у меня снова пересохло горло, и руки внезапно вспотели.
  -- Где вы собирались хранить такую информацию?
  -- В квартире, в ящике стола, а что?
  -- Предположим такую ситуацию, - Маргарита положила руки на стол, - в вашу квартиру проникает какой-нибудь мелкий воришка. Копаясь среди ваших бумаг в столе, в поисках денег и пластиковых карт, он случайно находит это досье. Ради любопытства он решает прочитать это. Есть два варианта развития событий: первое - он считает это фантастикой, полагая, что хозяин квартиры решил написать фантастический рассказ, и второе - его заинтересовало, то, что он прочел, и он знает кого-то, или слышал о ком-то, кто может заплатить за это очень большие деньги. Я говорю о преступных организациях. К тому же, в вашем досье указана вся информация по одному прибору, который и заинтересует преступные элементы. Идем дальше. Не найдя, или найдя у вас в квартире еще что-то, воришка уходит, забрав это досье. Один раз он попытается сам узнать, кое-что об этом приборе или о людях, упомянутых в вашем досье. Если ему не удастся ничего найти, то он идет к тому, кто будет очень заинтересован в данном приборе - преступникам. Вариант плохой, но на прибор им не выйти. Максимум, что они смогут сделать, это шантажировать пять семей, довольно высокопоставленных, дети из которых якобы погибли и пропали. Еще один вариант: воришка находит информацию по нам, и решает продать данное досье не преступникам, а за океан, спецслужбам. Этот вариант наихудший, так как в этом случае, у агентов есть доступ ко всему военному оборудованию, официально или нет, ведь шпионаж еще никто не упразднял. Также, агентам не составит труда найти нас шестерых. Не сразу, нет, года через два, самый максимальный срок, но они нас найдут. Как вам такая история?
  -- Это очень фантастично и надуманно, - попытался оправдаться я, понимая, что все мои возражения слабая попытка оправдать себя.
  -- Вполне возможно, - согласилась Маргарита, - но такая ситуация возможна. У вас в доме, или в банке, куда Бьянка хотела поместить это досье, возможны любые ситуации. Только в последнем случае, воры будут отнюдь не мелкие.
  -- Капитан, разрешите выбросить его за борт? - поднял глаза Александр от досье.
  -- Ну, зачем же брать смерть на свою совесть, - улыбнулась Маргарита, - мы его просто доставим куда надо и немного побеседуем. Хотя, есть еще вариант.
  -- Можно распустить слух, или не препятствовать его распространению, что Бьянка ждет ребенка, а отец будущего ребенка хочет от него отказаться или бросить Бьянку, - улыбнулся в ответ Александр.
  -- Может сработать, - подхватила Маргарита.
  -- И какие последствия данной информации? - не понял я.
  -- Фанаты Бьянки вас разорвут на части, или попытаются это сделать, если мы их не остановим, - выражение лица Маргариты не предвещало мне ничего хорошего. - А останавливать мы их не будем, на первых порах.
   Ого! Я не предусмотрел, что Бьянка имеет столь агрессивных фанатов. Да, действительно, действия фанатов иногда могут привести к весьма печальным последствиям. С другой стороны, сегодня мне предстоит встреча с Двумя Дамами, значит, чистка мозга мне обеспечена. Интересно, после этого, я смогу вспомнить, что я вообще был женат?
  -- Бьянке вчера подтвердили, что она ждет двойню, - немного смягчившись, произнес Александр. - Еще раньше ей об этом сказал Стефан, но она не поверила. Провели серию анализов, и вчера она услышала окончательный вердикт.
  -- Бьянка ждет двойняшек?
   Для такой новости я не был готов. Снова двойняшки, снова близнецы. Неужели в моей семье так часто случались казусы?
   Полет прошел очень быстро. Или мне так показалось? Вертолет приземлился на крыше небоскреба, на специально оборудованной площадке. Маргарита и Александр первые вышли из вертолета, мне пришлось следовать за ними. Мы спустились на лифте на сорок пятый этаж. Когда двери лифта открылись, я вышел вслед за своими провожатыми в круглую комнату - приемную, из которой как лучи расходились коридоры.
   Меня ввели в овальный зал с длинным столом. У окна я увидел двух женщин. На вид им было лет тридцать пять не более. Когда мы вошли, они стояли в профиль к нам, но, услышав, что мы вошли они повернулись к нам. Я впервые видел Двух Дам. К моему удивлению, они оказались близнецами. Мне всегда представлялось, что это две разные женщины, может быть разного возраста. На их лицах я тоже заметил следы некоторого удивления или изумления при виде меня.
   Жестом меня пригласили присесть на один из стульев вдоль длинного прямоугольного стола. Так как меня Маргарита и Александр немного подтолкнули вперед, я решил сесть поближе к Двум Дамам. Они сели во главе стола. Я только тогда заметил, что во главе стола стоят два стула, а не один, и стол шире, чем мне казалось. Я присел рядом с ними. Маргарита и Александр сели с противоположной стороны.
  -- Позвольте представиться, - начал я, решив, что в первую очередь стоит быть вежливым по отношению к женщинам, - меня зовут Сирилл Харрис. Я сержант континентальной полиции, специальный отдел.
  -- Очень приятно познакомиться, - произнесла одна из них. - Меня зовут Зоя Александровна.
  -- А меня - Юлия Александровна, - подхватила другая.
  -- Очень приятно, - невольно улыбнулся я. - Я могу узнать причину нашего знакомства? Вы хотите забрать у меня собранные мною данные по группе из шести молодых человек, которые сейчас работают...
  -- Не только это нам нужно от вас, - перебила меня Зоя Александровна. - Извините, что я вас перебила, но от вас нам нужно то, что вы видели на крыше ресторана в вечер покушения на Маргариту и Александра.
  -- Вы видели то, что мы не могли увидеть, - сказала Юлия Александровна, - и мы хотим посмотреть, а главное понять, что это.
  -- Вы будете анализировать мой рассказ или залезете мне в голову? - недоверчиво спросил я.
  -- Господи, - воскликнула Юлия Александровна, - какие глупые слухи ходят о нас! Никто вам в голову залезать, как вы выразились, не будет. Так просто, проведем небольшой эксперимент, будем апробировать новую технику.
  -- Так же, как это делали капитан Ристич и лейтенант Алеп? - вырвалось у меня.
  -- О-о-о, вы оказывается, очень хорошо осведомлены обо всем? - улыбнулась Зоя Александровна. - А не покажете ли вы нам свое досье, молодой человек?
   Вот оно! Началось! Ну что ж, придется мне распрощаться со своими записями. Я нехотя отдал Двум Дамам досье. Как только я передал его в их руки, мне сразу стало немного легче. А ведь и правда, лучше будет, если это досье будет у Двух Дам. У них оно не будет подвержено никаким ограблениям.
   Я глубоко вздохнул. Заметив это, Зоя Александровна улыбнулась:
  -- Вы почувствовали себя легче?
  -- Да, есть немного, - признался я.
  -- Кстати об апробации новой техники, - произнесла Юлия Александровна, поднимаясь со стула.
   Она подошла к массивному письменному столу у окна, на котором лежали бумаги разного цвета. Мы с интересом наблюдали за её действиями. Она взяла со стола два листа нежно-голубого цвета с цветастыми печатями. Я был заинтригован. Что это? Юлия Александровна вернулась к столу, держа эти два листа и села на свое место.
  -- Имею честь сообщить вам, - торжественно произнесла она, обращаясь к Маргарите и Александру, - что вас повысили в званиях за выполнение особо важного стратегического задания. Приказ о ваших повышениях на прошлой неделе был подписан министром обороны Объединенной Европы.
  -- Неужели, наша акция выживания наконец-то принесла плоды не только нам? - удивилась Маргарита, внимательно рассматривая поданную ей бумагу.
  -- Немного запоздало, но все-таки это произошло, майор Маргарита Ристич, - улыбнулась Юлия Александровна. - Ваш стратегический план дал результаты, в конце прошлой недели Президент ушел со своего поста. Вы, наверное, немного выпали из политических новостей мира. Всю прошлую неделю политическую элиту лихорадило от новостей из Северной Америки. Десять южных штатов заявили о своем выходе из состава государства, если Президент не уйдет со своего поста. Еще полгода назад правительство резко изменило политику своих антитеррористических действий, начав более обдуманно и взвешенно, относится к заявлениям своего Президента. И вот, в конце прошлой недели, Президент покинул свой пост под угрозой распада страны. Это конец той цепочки событий, начало которой положили ваша гибель. Устроено с большим мастерством.
  -- Можно сказать, что это очень тонкий маневр, - произнесла Зоя Александровна. - Майор Ристич, капитан Алеп, то, что изложено в этом досье, правда?
  -- Да, - просто ответила Маргарита. - Все изложено верно, все, кроме версии Ларики.
  -- А что же случилось с Ларикой? - с интересом спросил я. Я до сих пор не придумал способ, по которому Ларика исчезла со сцены, чтобы появиться в другом месте.
  -- Вы до сих пор не знаете, как исчезла Ларика? - хором меня спросили все.
  -- Нет, - признался я.
  -- Тогда я оставлю вас в неведении, - улыбнулась Маргарита. - Это будет моя месть.
  -- Вернемся к вам, Сирилл, - обратилась ко мне Юля Александровна. - Я бы определила вас как индикатор людей, у которых есть различные способности. Вспомните, Амрита Нарендра, которая слышит мысли окружающих, эта группа шестерых молодых людей, обо всех способностях которых вы еще не знаете, но уже пользуетесь некоторыми из них.
  -- Какими же?
  -- Как давно вы стали полиглотом? - спросила меня Зоя Александровна.
  -- Наверное, после Нового года, - вспоминая, произнес я.
  -- Пройдемте с нами, - предложила она.
   Две Дамы поднялись из-за стола, и я последовал их примеру. Они прошли к боковой двери, и мне пришлось идти вслед за ними. За мной последовали Маргарита и Александр. По узкой лестнице нас провели вниз на два этажа, и повели по узкому коридору со стеклянными стенами. Некоторые стекла были прозрачными и я смог увидеть, что за ними работают люди в белых халатах. За некоторыми стеклами различить что-либо было невозможно. Проходя мимо очередного прозрачного стекла, я с удивлением заметил, что за стеной работают две пары близнецов.
   Нас привели в стеклянную непрозрачную комнату. В комнате стояло три стула перед небольшим полотняным экраном. Совсем как в прошлом веке! Мне стало немного легче. Кроме стульев и экрана в комнате у стен стояли два стола с приборами.
   Вслед за нашей процессией в кабинет вошли две женщины - близнецы. Меня молча усадили на стул и протянули мне что-то.
  -- Сирилл, наденьте эту шапочку, - произнесла Юлия Александровна, - мы обещаем, что больно не будет.
  -- Меня освободят от моих воспоминаний? - у меня возникло неприятное предчувствие.
  -- Ничего подобного, - заверили меня. - Нам просто необходимо узнать то, что видели вы. Просто сядьте, наденьте шапочку и вспомните тот вечер, когда вы выбежали на крышу ресторана. Представьте картинку. За вами сядут Лиза и Анна и просто проанализируют то, что вы видели. Никакого физического контакта, к вам даже провода протягивать не будут
   Позади меня сели две женщины. Кто из них Лиза, а кто - Анна мне не сказали. Я послушно надел шапочку. Пока она была у меня в руках, я пытался определить, из какого материала она сделана, но не смог. Может это какая-то синтетика? Химическая промышленность шагнула далеко вперед.
  -- Меня зовут Анна, - услышал я позади себя справа, - а шапочка сделана из натуральных материалов. Пожалуйста, сосредоточьтесь.
   Мне не надо было специально сосредотачиваться. Картина, которую я увидел на крыше ресторана в Прибалтике, иногда появлялась у меня во снах, когда со мною не было Бьянки. Я с некоторым изумлением увидел, что, то, что я видел на крыше, сейчас можно было увидеть всем на экране, который висел передо мною. Я заново смотрел все произошедшее и мысленно подсказывал, что будет дальше. Вот снова я увидел, как небольшое серебристое облачко зависло между опустившейся на колени Хелен и лежащей Маргаритой. Потом облачко опустилось.
  -- Что это может быть, Лиза? - спросила Зоя Александровна.
  -- Учитывая, то, что вы этого не увидели, и по общему состоянию анализа, мы полагаем, что это душа вашей младшей сестры Анастасии, - прозвучал ответ позади меня слева.
  -- Но как такое может быть? - удивилась Юлия Александровна. - Настя умерла много лет назад.
  -- Из самых простых соображений, можно предположить, что у неё осталось незаконченное дело, которое было очень важным для неё, - ответила Анна.
   Еще немного, и я выучу интонации Лизы и Анны. У них был одинаковый тембр голоса, но различались интонации. Я посмотрел на Двух Дам. Они стояли у стены, глядя друг на друга.
  -- Прошло так много времени, столько лет... Последнее, что мы помним, так это то, что Настя ехала договариваться о выставке своих картин, перед тем, как погибнуть.
  -- А что с ней случилось? - поинтересовался я.
  -- Она вместе с мужем Кириллом погибла в автокатастрофе. Кирилл не справился с управлением машины, когда на перекрестке на них вылетел грузовик. Они погибли мгновенно.
  -- А почему вы не устроили выставку картин своей сестры после её смерти? - спросил Александр.
  -- Мы не смогли их найти, - ответила Юлия Александровна.
  -- Но почему я? - спросил я. - Почему именно я смог увидеть это?
  -- Скорее всего, потому, что вы, как я сказала ранее, вы индикатор людей с необычными способностями, и я думаю еще, что вы не только на людей будете реагировать, но еще и на разные явления, такие как это, например. Но вся причина может быть еще и в другом.
   Зоя Александровна подошла к столу, вынула из ящика рамку с фотографией и протянула мне. Я увидел лицо женщины, которая мне снилась с детства. Рядом с ней был мужчина. Я поднял глаза на Двух Дам, но мой взгляд наткнулся на зеркало. Я с удивлением обнаружил, что мое отражение совпадает с изображенным мужчиной.
  -- Вы практически полная копия мужа нашей младшей сестры, - объяснила мне Зоя Александровна. - Внешне. Я думаю, что вы сможете нам помочь в решении этой проблемы.
  -- Но как? - удивился я. - Я ведь даже не знал вашу сестру.
  -- Вспомните, - попросила меня Лиза, - сколько лет вам было, когда вы впервые увидели в своих снах Анастасию.
  -- Мне было десять лет.
  -- С тех пор ваша внешность сильно изменилась?
  -- Нет, не сильно. Мои волосы стали чуть темнее, не такими белыми как в детстве.
  -- Вспомните, пожалуйста, что вы видели в своих снах?
   И снова на большом экране появилось как фильм изображение того, что я видел во сне. За мольбертом сидела женщина со светлыми волосами и рисовала деревенский пейзаж, который был виден из окна. Она сидела на деревянном стуле в комнате с печкой. Она оборачивалась ко мне и приглашала посмотреть, что она нарисовала. Я подходил ближе и ближе, но всей картины увидеть не мог. Только часть, на которой я видел сидящую на печке рыжую кошку.
   Все сидели и молча смотрели на меня. Даже Маргарита с каким-то интересом смотрела на меня. Александр переводил взгляд с меня на Маргариту, и я заметил, как невольно сжалась его рука в кулак. Неужели он ревнует? Или просто любит? Я несколько раз моргнул, заставляя себя вернуться к действительности.
  -- Знаете, я по своей профессии предложил бы в первую очередь осмотреть место последнего или очень частого обитания вашей сестры, - предложил я, чтобы как-то сократить эту паузу.
  -- Местом частого обитания нашей сестры был загородный дом, - произнесла Зоя Александровна, - в последний год она произвела некоторый ремонт и даже немного починила дом целиком.
  -- Давайте проедем в этот дом и сделаем осмотр на месте, для начала.
   Александр с Маргаритой вышли первыми, и мне показалось, что Маргариту вывели из комнаты почти насильно. Я и Две Дамы немного замешкались. Потом меня подтолкнули к выходу. Я начал подниматься по крутой винтовой лестнице. На последнем повороте я смог услышать приглушенные голоса:
   - ...ты же говорила, что способности через поцелуи не передаются.
   - я и сейчас такое утверждаю, - услышал я спокойный голос Маргариты. - Ты ведь не передал никаких способностей Бьянке, когда целовался с ней в полночь Нового года.
   - Не хочешь ли ты показать этим свою ревность? - услышал я насмешливый голос Александра.
   - Ты уже показываешь свою ревность тем, что спрашиваешь меня.
   - Ах так, ну смотри...
   Я тихо поднялся по последним ступенькам лестницы, ожидая какого-нибудь продолжения. Действительно, продолжение было, Маргарита и Александр целовались. Я услышал тихий голос Зои Александровны, который обволакивал меня со всех сторон. Опять это мысли, которые я могу слышать! "Они так красиво целуются, будто позируют кому-то". "Да, действительно, красивая пара во всех отношениях", - согласился я.
   Мы покинули высокое здание достаточно тривиальным способом. На лифте. У подъезда нас ждала обыкновенная машина, может быть немного большая, но на вид совершенно обыкновенная. Салон оказался просторным, напоминал лимузин представительского класса. Уже через полчаса мы выехали за пределы города.
   Сельские пейзажы сейчас встречаются очень редко в Европе. Как правило, там пригород одного города плавно переходит в другой. Либо их отделяют поле или небольшой лес. А здесь я смог увидеть поля, пролески, небольшие домики, то по одному, то сразу несколько. Мне очень понравилось. Было ощущение спокойствия, умиротворенности. Спустя какой-то час после выезда из города мы подъехали к каменному дому, который казался довольно большим. Подойдя ближе, я убедился, что мое первое впечатление о камне как строительном материале было верным. Именно камень, а не кирпич, не стекло и не пластик. Внезапно я вспомнил слова Джеймса о том, что на протяжении веков самым прочным строительным материалом остается камень.
   Внутри дом оказался деревянным. Не просто отделан деревянной плиткой или её имитацией, а именно деревянный сруб, который я несколько раз видел на картинках в учебнике истории. Я даже прикоснулся рукой, чтобы удостовериться и сразу почувствовал тепло дерева. Или может это моя фантазия? На первый взгляд, мне показалось, что внутри дом несколько меньше, чем снаружи. Может быть толщина камня, которым обнесли деревянную постройку, увеличивала размер дома?
   - А где могут храниться картины? - поинтересовался я.
   - Картин нет на чердаке и в подвале, - сразу ответила мне Зоя Александровна. - Туда очень часто заходят, потому что там находится оборудование, для поддержания нужного климата в доме.
   - Нужного климата? - не понял я. - Какого именно?
   - Определенной величины влажности и температуры, для того, чтобы бревенчатый дом внутри не рассыпался.
   - А еще, наверное, для того, чтобы создать климат для картин, - предположила Маргарита.
   - Я заметил, что размеры дома снаружи и внутри неодинаковые, - вставил Александр, - это нельзя отнести только к толщине строительного камня. Непропорционально.
   Значит, и он это заметил. Я осмотрелся. Плетеные деревянные стулья, можно было считать современными. Деревянный стол тоже современный, но сделан под старину. А вот деревянные украшения, которые обрамляли окна, скорее всего, были старинными, ну, лет сто им было точно. Мне хватило одного взгляда на окна, чтобы снова увидеть картинку из сна. По стенам стояли уютные небольшие диванчики и кресла. Я прошел вдоль стены, осматриваясь по сторонам и трогая мебель. Между двумя креслами стоял журнальный столик, немного выступающий вперед. Я подошел к этому столику и машинально подвинул его к стене. Едва столик коснулся стены, в стене образовался проем, а за ним еще одно помещение.
   Первыми в проем шагнули Александр и Маргарита, затем я и Две Дамы. В помещении автоматически зажегся свет, как только нога Александра коснулась там пола. Помещение было узким и, как мне показалось, по периметру окружает деревянный дом. На стенах висело множество картин.
  -- Это то, что вы искали? - спросил я у Зои Александровны.
  -- Да, и вы нам помогли в этом, - радостно улыбнулась она. - Не примете ли в качестве подарка одну из картин?
  -- Я бы с удовольствием, - просиял я, от внезапного предложения. - А есть ли у вас картина, которая мне часто снилась? С рыжей кошкой на печке?
  -- Ага, знаете, что просить, - улыбнулась Юлия Александровна. - Есть, и она наконец-то будет вашей.
  -- А можно вместо картины от вас попросить об услуге?
  -- Если вы хотите просить нас о посещении Выборга, то могу дать вам совет. Оставьте пока все так, как есть. Ариадна сама к вам вернется и все объяснит. Вернется она уже совсем скоро. Ну, если вас это успокоит, то можете позвонить ей и надиктовать на все автоответчики одно и тоже, например, что через пару недель или через месяц вы объявите всеобщий розыск.
  -- А вы можете ей внушить вернутся ко мне поскорее?
  -- Мы не можем ей это внушить. Дело в том, что она наша родственница и наши внушения на неё не действуют. Просто подожди. Когда она вернется, а она вернется, то это возвращение будет именно к тебе, а не к тому образу жизни, который она вела. Просто подожди, осталось совсем немного.
  
  
   6 мая
   Когда я вернулся в свою квартиру, там меня дожидались Бьянка вместе с Джулией Велли. При виде меня они обе поднялись мне навстречу. Я смог без труда услышать одну мысль на двоих, которая занимала их обеих: "Помнит ли он нас?" я решил немного пошутить над ними.
   Подойдя к Джулии, я прикоснулся губами к её виску, улыбнулся и произнес:
   - Доброе утро, дорогая.
   Подойдя к Бьянке, я чмокнул её в щеку:
   - Доброе утро, любимая.
   - Что это значит? - подала голос Бьянка
   - А что-то не так?
   - С тобой все в порядке? - поинтересовалась Джулия.
   - Да, в порядке, я спокоен и почти счастлив, - улыбнулся я.
   - И с чем это связано?
   - Вам какой ответ подойдет, краткий или более подробный? Если краткий, то я отдал досье, а если подробный, то я сначала отдал на длительное хранение досье, затем я немного помог людям и меня немного отблагодарили.
   Я освободил от оберточной бумаги подаренную мне картину и показал зрительницам. Такого потрясающего эффекта я не видел нигде. Девушки с изумлением встали и поближе подошли к картине.
   - Это же похоже на руку Анастасии Арининой. Это, скорее всего, из её ранних работ? Мы правы?
   - Наверное, вы правы, если предположить, что ваша Аринина была сестрой профессора физики Рощиной и известной в среде интернета Юлии Рушиной.
   - Да-да, вы совершенно правы, - закивала Джулия. - Мои родители давно хотели приобрести хоть какую-нибудь её картину.
   - Мой отец отдал бы половину состояния за эту картину, - сделала некоторое ударение Бьянка.
   - Э нет, с этой картиной я не расстанусь, - хитро улыбнулся я, - она мне снилась с самого детства. Но могу вас и ваших родственников несколько утешить. Скоро состоится выставка её картин, во всяком случае Две Дамы это обещали сделать в ближайшее время.
   - А где состоится эта выставка, они не сказали?
   - Там, где хотела провести эту выставку их сестра, в Петербурге, - улыбнулся я.
   - Надо сообщить об этом родителям, - девушки переглянулись и сделали решительный жест в сторону входной двери, но потом обернулись, - с тобой Сирилл, все в порядке?
   - Да, я в порядке, как говорил раньше. За меня не стоит беспокоиться и память мне не стерли, поэтому я жду от вас заключения по поводу текстов.
   - О, да, - спохватилась Джулия, - я нахожусь в вашей квартире именно потому, что, по словам Бьянки она нашла восхитительные тексты к мелодиям Хелен.
  
   15 мая
   Меня повысили в звании. После того как я окончил курсы меня перевели в офицеры, а спустя два дня меня повысили в звании до лейтенанта. Теперь я лейтенант отдела, и скорее всего через неделю стану главой этого отдела, так как капитана Ван Хаальса уже перевели в отдел убийств.
   После нового назначения мне пришлось немного подправить анкету своего личного дела. И вот теперь мне пришлось написать о том, что я женат, и на ком я женат. Я уже мог представить некоторую реакцию нашего вышестоящего начальства.
   В комнату, ставшую уже моим кабинетом, заглянула Амрита. По её светящемуся лицу и шевронах на рукавах я понял, что из стажерки её перевели в сержанты. Интересно, это её личная заслуга, или тоже протекторат фамилии?
   - Ни то, и ни другое, - улыбнулась она, - хотя можно не сомневаться, что что-то из перечисленного тобой сыграло важную роль. Только я не знаю какой.
   - Капитан уже сделал тебе предложение руки и сердца?
   - Пока нет, - её улыбка несколько погасла. - Я просто не знаю, как ему отказать. Мне кажется, что я не подхожу для него, или он для меня.
   - И почему же ты не подходишь ему? - весело поинтересовался я.
   - Потому, что я слышу все его мысли, и иногда они мне совсем не нравятся. Мысли в отношении меня.
   - Тогда скажи, что у тебя уже есть жених, в Индии, что его выбрал для тебя отец и все такое. Я думаю, что капитан как-нибудь смирится с этим.
   - Спасибо за идею, - снова улыбнулась Амрита. - Только остается вопрос, кого выбрать в качестве потенциального жениха?
   - А этим вопросом ты можешь заняться уже после разговора с капитаном, если разговор состоится, - подмигнул я.
  
   1 июня
   Две Дамы оказались правы. Ариадна ко мне вернулась.
  
  
   6 июня
   Я никогда не вела дневники, только отчеты и статьи в научные журналы, где нужно кратко и академически сухо изложить свои мысли. Правда и подлинный автор этого дневника тоже впервые решил вести дневник. Боюсь, что у меня не получится так подробно и красочно описать, то, что мне поручено, но постараюсь это сделать без принятой сухости.
   Итак, начнем. Я отметила дату, с которой не начинаются события, а на которой они закончились.
   После продолжительных раздумий я пришла к выводу, что всю жизнь в бегах от Кирилла быть не смогу. К тому же скоро истекал срок, поставленный моим мужем. Условия были похожи на ультиматум. Хотя, если подумать, я сама во всем виновата. Незачем было прятаться. Лучше сразу было рассказать ему обо все. Теперь, свысока прожитых дней эта идея не кажется мне такой безумной, как в то время, когда она пришла мне на ум впервые.
   Муж. Вначале я долго не могла привыкнуть к этому слову. По сей день, я задаю себе вопрос, зачем я согласилась выйти за него замуж. Правда, в тот момент, когда мы с ним разговаривали, он был очень убедительным. В тот момент это был не просто красивый мужчина, но еще и очень обаятельный мужчина. Приняв тогда решение, я ни разу не пожалела об этом, просто я задавала себе вопрос: почему?
   Итак, первого июня я вернулась к Кириллу. Нельзя сказать, что эта встреча была теплой. Она была просто жаркой.
   К такому приему я не была готова. Морально я была готова к очень холодному приему, к упрекам, к вопросам о том, почему я так поступила, где была и все в таком же духе. Но, когда я вошла в нашу квартиру, тайно надеясь, что она на дежурстве, меня встретили объятьями и поцелуями.
   - Ты наконец-то набралась смелости и вернулась! - тихо прошептал Кирилл мне на ухо. - Спасибо.
   За это я готова была простить ему все, хотя, я думаю, что виновата была во всем только я одна.
   Вечером он сказал, что со мною хотят познакомиться поближе и, по его мнению, я тоже буду рада этому знакомству. Он договорился о встрече в кафе на следующий день утром.
   Наутро мы заехали в кафе, неподалеку от Турина. За одним из столиков нас уже ожидала молодая красивая женщина в строгом темно-синем костюме. Мне её лицо показалось знакомым. Ну, конечно, это Лара, работает в той группе шестерых молодых людей, среди которых и Маргарита. Сегодня я наконец-то смогла рассмотреть её без каких либо линз. Интересно, а она зачем приехала?
   - Ариадна, познакомься, это Ларика Лансте, - представил её Кирилл, - а это, - он указал в мою сторону, - Ариадна Дориакос.
   - Очень приятно с вами познакомиться сеньора Дориакос.
   Эти слова оказались как пароль: я вспомнила, что она была связана не только с последним годом моей работы. Она работала в моей фармацевтической корпорации, и я планировала поставить её в отдел синтеза новых лекарственных средств. У неё был очень острый ум, большая сообразительность и получалось все, за что бы она не взялась. К сожалению, накануне официального объявления о моем решении она исчезла. Потерялась в экспедиции. У меня тогда ещё возникло много вопросов по этому исчезновению, но как уверила меня служба безопасности, вживленный датчик нигде не дал о себе знать. А спутниковая навигация у нас работает очень хорошо, можно даже сказать отлично. Потом возникли некоторые сложности с Серхио Роблесом, и проблема исчезновения сотрудника у меня выветрилась из памяти.
   Значит, передо мной стоит та, которая успешно потерялась. Интересно, её похитили или она сама сбежала?
   - Я помню, вы успешно потерялись, - наконец решилась спросить я.
   - Да, это было в экспедиции на Мертвом море, - кивнула Ларика, не давая дальнейших разъяснений.
   - Интересно, а как вы вообще попали в эту экспедицию? Вас там не должно было быть. Насколько я помню, ваша кандидатура была основной на заведование отделом, - я решила узнать подробности.
   - Об этом я уже узнала позднее, после моей пропажи. А в экспедицию меня направил, вернее, отправил в приказном порядке мой непосредственный начальник, Альдо Скони, мотивируя это тем, что мне будет полезно проверить свои догадки.
   - Какие догадки? - не поняла я.
   - За неделю до отправления я принесла ему результаты тестов лекарственного препарата, - она посмотрела на Кирилла, но продолжила, - вы должны знать его. Это Ф-29.
   - Да, помню, - кивнула я, вспоминая почти годичной давности разногласия в конторе по поводу этого препарата. - Вы занимались им?
   - Да, я проводила необходимые тесты, результаты которых показали, что препарат имеет побочный эффект и довольно серьезный.
   - Мне доложил об этом сеньор Скони, но объяснить эти эффекты не смог, за что и был отстранен от работы над препаратом.
   - Значит, скачать информацию у меня он не смог, - с легкой улыбкой произнесла Ларика.
   - Ваша информация, хранившаяся на вашем персональном компьютере, так и осталась там. Систему взломать так и не смогли. Ну, хорошо, - я решила подвести некоторый итог, - вполне возможно, что на ваше место метил сеньор Скони. Место он не получил, несмотря на все свои хитрости. Ума у него не хватило. Мне кажется, надо было действовать несколько иначе и тоньше.
   - Вполне возможно, что если бы он просто соблазнил тебя, - произнес Кирилл, обращаясь к Ларике, - он смог бы приблизится к цели.
   - На короткое время, - произнесла я. - Каждый работник моего предприятия должен знать, что те, кто занимает руководящие места, начиная с начальника отдела и выше каждые полгода должны проходить аттестацию на профессиональную пригодность. В настоящее время фармацевтика развивается очень стремительно и если не следить, скажем, так, за новинками, то можно остаться далеко позади государственных заказов.
   - Вы, наверное, гадаете, зачем я пришла к вам?
   - Да, задаю себе такой вопрос, - кивнула я, предвкушая, что наконец-то она расскажет, что же случилось.
   Из нагрудного кармашка она достала небольшой пузырек с притертой крышкой. В нем находилась какая-то розовая жидкость. Из другого кармашка она достала флакон, чуть больше пузырька, с прозрачной, чуть желтоватой жидкостью. На столике передо мной стояли два предмета. На мой немой вопрос был получен ответ:
   - Флакон с прозрачной жидкостью содержит препарат, с помощью которого можно добиться правды от любого человека в течение двух-шести часов, в зависимости от дозы. Препарат действует намного мягче известной сыворотки правды. Действие нельзя блокировать ничем, кроме этого - ближе ко мне пододвинули пузырек с розовой жидкостью.
   - Вы разработали антидот для препарата Роблеса? - если написать, что я была шокирована, то это означало бы никак не передать мои эмоции. Меня переполняла радость, гордость, счастье, что этот препарат все-таки можно блокировать, и наконец, чувство глубокого удовлетворения от того, что я оказалась на шаг впереди Серхио Роблеса.
   - Да, и принеся его вам, я бы хотела, чтобы меня обратно взяли к вам в контору, но не официально. Такое возможно?
   - Да, - мой простой ответ у неё вызвал наконец-то хоть какую-то реакцию. Она победно улыбнулась и сжала руки в кулачки. - Если честно, то вас никто не увольнял, - решила объяснить я. - Наша служба охраны уже год уверяет меня, что от того контроля, который есть у каждого работника избавиться нельзя. Даже если человек умер, датчик все равно должен работать и подавать сигнал.
   - А как же дезактивация? - спросил Кирилл. - Каждый датчик может иметь небольшой изъян, который выражается к высокой чувствительности к чему-либо, например, к радиации, или высокому напряжению.
   - К сожалению, в технике я не знаток, поэтому вполне доверяю своей службе безопасности.
   - Следует проверить службу безопасности, - тихо произнесла Ларика, и протянула мне на ладони что-то похожее на маленькую таблетку. - Проверьте, не пропадали ли у вас еще люди, не такие мелкие служащие как я.
   - Обязательно, - согласилась я, так как на днях мне сообщили, что без вести пропал заведующий вирусологической лабораторией. На последней проверке он показал не блестящие знания по теме, что уже заинтересовало аналитический отдел. Значит, надо начинать поиски со службы безопасности. Но кто этим займется?
   Я как-то сразу не заметила шум вокруг, но когда к нашему столику приблизилась фигура, мне пришлось обратить на неё внимание. К моему великому огорчению, это был Серхио Роблес. И, по-моему, он был очень зол.
   - Что празднуешь победу? - скорее всего это должно было звучать грозно, но голос его осип, и получилось несколько смешно.
   - Не совсем, - осторожно ответила я. - Вот, подбираю людей для работы...
   - Смеёшься? Ну, разумеется, слила всю информацию легавым и теперь отсиживаешься в тихом, теплом и уютном местечке. А мне где быть и что делать?
   - Что за жаргон у тебя, - поморщилась я, - где успел набраться таких слов? В тюрьме, что ли побывал, или родственников своих навестил?
   - Интересно, а это кто? - он указал на Кирилла. - Похож на легавого.
   - Это отец моих детей, к тебе он не имеет никакого отношения.
   - Что?! Ты ждешь ребенка от него?! - я никогда не видела его в таком взбешенном состоянии.
   - Ты, если мне не изменяет память, давно женат и разводится не собираешься. А одной из твоих любовниц я никогда не хотела быть.
   Кирилл попытался встать, но я удержала его за руку. Вполне возможно, что это было моей ошибкой.
   - Ты променяла меня на этого, какого-то белобрысого невысокого парня, который, скорее всего янки!
   - Полегче на поворотах! - поднял голову Кирилл и с улыбкой посмотрел на Серхио.
   Я впервые наблюдала, как смотрят друг на друга мужчины, готовые к драке. Один был на взводе, ноздри раздувались как у животного, другой спокойно смотрел и ждал реакции более вспыльчивого. Серхио показал реакцию и очень быстро. Незаметно для всех у него в руке оказался пистолет, и он легко выстрелил в Кирилла. На меня напала паника и ужас. Я никогда не чувствовала себя такой беспомощной и холодеющей от страха, нет, не за свою жизнь, а за жизнь Кирилла.
   То, что произошло потом, мне казалось как в замедленном кино, хотя на самом деле заняло доли секунды. Ларика резким и точным движением ударила Роблеса по руке, в которой он держал оружие. Пистолет выпал, рука опустилась с таким движением, что мне на мгновение показалось, что она сломана. Затем Ларика подняла обе руки к шее Серхио со спины, и он мешком опустился на пол. Из кармана брюк она вынула платок и прижала его к груди Кирилла, в том месте, где было видно отверстие от пули. Сам Кирилл как-то странно сидел на стуле, откинув голову назад, и пытался сползти на пол.
   От устоявшейся картинки перед глазами меня отвлек резкий запах и властный голос:
   - У вас по какому номеру вызывают служб спасения?
   - Номер одинаков для всей Европы, - машинально ответила я, все еще глядя на Кирилла.
   Резкий запах снова ударил мне в нос, и я потрясла головой. Мысли начали проясняться, также пришло осознание того, что Роблес стрелял в Кирилла и убил его. Откуда-то со дна, изнутри во мне начало подниматься чувство, которое душило и не давало свободно вздохнуть. Мне казалось, что оно похоже на ярко-светящийся шар, который все растет и растет. Это чувство я испытывала впервые. Глаза Кирилла закрылись, и он окончательно сполз на пол. Платок, который Ларика положила ему на рану, полностью пропитался кровью, и теперь она текла на пол какими-то рывками.
   Я не заметила, как подъехали врачи, только почувствовала, как меня осторожно взяли под локти и подняли со стула. Разговор между врачами, представителями власти и Ларикой я слышала приглушенно, будто у меня в ушах были беруши.
   - Вы можете сказать, что произошло?
   - Ну, разумеется, я непосредственный свидетель инцидента. Раненого зовут Сирилл Харрис, он лейтенант континентальной полиции, специальный отдел. А этот, без сознания, Серхио Роблес, лейтенант оглушил его, но прежде преступник выстрелил в него. Рефлексорно.
   Голоса стихли, и все погрузилось в темноту. Потом мне сказали, что я потеряла сознание, и меня увезли вместе с Кириллом. Я очнулась на больничной койке. Первой, кого я увидела, была Ларика. Она улыбнулась мне.
   - С вами все в порядке?
   - Со мной, да, - кивнула я, - а как Кирилл?
   - Кирилл? А-а, вы произносите его имя на славянский манер, он в порядке, врачи говорят, что жить будет. Сердце не задето, на удивление у него зеркальная анатомия.
   - У него что? - не поняла я.
   - Зеркальная анатомия, такое случается, у меня, например, тоже зеркальная анатомия и пока жива, - весело произнесла она.
   Одной фразы, что Кирилл будет жить, мне оказалось достаточно, чтобы я смогла вздохнуть полной грудью. Оказывается, он мне не безразличен, как большинство мужчин. Хотя он и должен был бы мне быть не безразличен, прежде всего, потому, что он отец моих будущих детей. И мой муж к тому же.
   Я почувствовала, что меня взяли за оба локтя, но никуда не повели. Перед собою я все также видела лицо Ларики, но её голос почему-то доносился издалека:
  -- Ари, почему с вами произошла такая разительная перемена?
  -- Какая перемена? - удивилась я.
  -- Всего три или четыре недели назад я вас видела в последний раз в нашем доме, и вы были одержимы взять каплю крови своей сестры. Что случилось с вами, вы передумали?
  -- Если честно, то я устала жить двойной жизнью. Знаете, до появления Кирилла я точно знала, что мне нужно в жизни. После того, как мне попались в руки записи моего отца, я поняла, что мои научные исследования можно продолжить несколько в другой области. Прочитав, как следует отцовские записи в дневниках и в лабораторных журналах, я поняла, что две его дочери, я и Виктория, были для него чем-то вроде подопытных кроликов. "А что будет если?..." Вначале, эта мысль привела меня в ужас, но потом я поняла, что для меня эксперименты не нужны, мне просто надо найти сестру и поделиться с ней каплей крови. Тогда система будет закрыта и можно будет получить огромное влияние над умами людей. Идея мне очень понравилась, однако была маленькая проблема: сестра пропала вместе с родителями почти пятнадцать лет назад. Все что я знала, так это то, что они пропали после визита к сенатору Велмингтону. Я сделала запрос по сенатору и узнала, что в то время он был заместителем куратора по разработкам нового оружия в Европе. Комитет занимался тем, что отслеживал незаконных разработчиков. Тех, кто модернизировал старое оружие, просто штрафовали, а тех, кто действительно создавал оружие новейшего поколения, судили и в большинстве случаев, уничтожали. Почему-то мне сразу пришла мысль о том, что моего отца с его семьей уничтожили какой-нибудь новейшей разработкой. Фактов у меня не было, да и предположение казалось мне несколько фантастичным. На основании чего, по какой причине, сенатор уничтожил ученого с мировым именем, который занимался заболеваниями крови? Я узнала, что у сенатора есть единственная дочь, которая вышла замуж за влиятельного шотландца и начала продвижение по политической лестнице. Познакомится с ней мне, не составило труда. На первом же мероприятии, посвященном борьбе с наркотиками, меня представили леди Дуглас. Одним словом, политик. Ради достижения своей цели она готова пойти на все, в рамках закона, которые можно немного раздвинуть, если понадобится. Очень скоро меня пригласили в её дом и показали свою картинную галерею. Я иногда могу быть очень внимательным собеседником. На мое замечание, о том, что леди Дуглас не похожа ни на одну из представительниц рода Велмингтон, мне тихо объяснили, что Беатрис очень похожа на свою мать. Позднее я узнала, что сенатор очень суеверный человек. Но его суеверия ограничиваются только его семьей. Прислуга говорила, что если бы он побольше уделял время самой семье, а не суевериям леди Велмингтон была бы жива. Спустя год, Беатрис мне похвасталась, что её познакомили с продюсером одной известной группы. Он ей очень понравился как мужчина, но с какой стороны подойти к нему она не имела никакого понятия. Мужчина занят только своими подопечными. На мой вопрос кто они, она ответила, что одну зовут Бьянка Форино, она её кузина по матери, вторая Джулия Велли, а третью зовут Хелен Карт и о ней ничего не известно, как будто она сирота. Именно Хелен я и заинтересовалась, после того как леди Дуглас сказала, что она очень напоминает меня, только волосы светлее. Из записей отца я знала, что моя сестра полная моя копия, только волосы светлее и глаза зеленые. Я предложила похитить одну из солисток, а потом представить все так, как если бы с помощью Беатрис её бы спасли. Мой выбор сразу остановился на Хелен, именно тогда я хотела взять у неё кровь. Но похитители дали ей какой-то наркотик, а потом помешали вы. А потом, как рождественский подарок возник Кирилл.
  -- А зачем вы хотели убить Маргариту и Александра?
  -- Я хотела уничтожить только Маргариту, и только руками Виктории. Сестра оказалась довольно внушаемой на почве отсутствия воспоминаний о детстве и о своих родителях. Ей можно было внушить все что угодно, например, то, что в смерти родителей виноваты Две Дамы. Они хотели встретиться с группой и с вами. Вы их пойдете провожать, не все ли равно кого охранять, группу из трех девиц или и двух дамочек вдобавок. Одно мне непонятно, у Маргариты нюх на оружие, что ли? Я знала, что она встанет вперед и Виктория её сможет легко подстрелить.
  -- Но почему именно Маргарита?
  -- Сильная личность, такая может повести за собой миллионы, если захочет. Если можно так выразиться, она была моим конкурентом в борьбе за влияние на Викторию. Кто она по специальности?
  -- Она военный эксперт. Была капитаном оборонного ведомства, теперь майор разведывательной группы.
  -- Теперь мне понятно, - я невольно улыбнулась. - Когда она станет полковником, за ней многие пойдут.
  -- Так почему же изменения произошли за последние три недели?
  -- Вы мне дали пробирку с сывороткой крови. Мои анализы подтвердили, что если добавить к ней мою кровь она свернется, что грозит мне смертью. К тому же я выяснила, что в сыворотке содержится компонент, которого раньше там не было. Я смогла выделить компонент, но не отделить его. Он неотделим. В тот день я бросила это дело, решив еще раз съездить к вам и выяснить, что это за компонент. Да, в тот день я просто поленилась провести анализ самостоятельно. Правда, на следующий день анализ УЗИ показал, что я ожидаю двоих младенцев мужского пола. У меня будут сразу два сына. А еще через день меня посетил Серхио Роблес. Он приехал выяснить, я ли разорила одну из его лабораторий. В тот день я была несколько расстроена, поэтому я предложила ему сделать набег на ваш остров с целью захвата подопытных кроликов - вас - для апробации нового медикамента. Он согласился и предложил вести мою машину сам. Я согласилась. По дороге у него зазвонил телефон, он вышел из машины и предложил, чтобы я ехала первая, а он за мною на другой машине со своими людьми. Я человек подозрительный, особенно со своими партнерами по нелегальному делу. Синтез и апробация новых форм психотропных препаратов еще не узаконена, - внезапно я улыбнулась, и, увидев ответную улыбку Ларики, продолжила. - Я хорошо владею и правой и левой рукой, а в багажнике у меня всегда есть моя точная копия искусственного происхождения. Я сделала вид, что пересела на место водителя, усадив при этом за руль моего двойника. Это мне удалось сделать с помощью механизма, который позволят достать что-либо из багажника, сложив заднее сиденье. Когда я включила зажигание, я поняла, что что-то не так. Правда, мотор гудел как нужно, все ручки поворачивались, руль тоже был вроде бы в порядке. Машина тронулась, следом за моей машиной я увидела, как отъехала еще одна машина, за рулем которой сидел Серхио. На одном из поворотов я поняла, что тормозная система не в порядке. Оставаться в машине было рискованно, так как следующие повороты были очень крутыми, и о кюветах я могла только мечтать. После очередного небольшого поворота я прибавила скорость и на время не стала видна для преследующей машины. На прямом участке я выпрыгнула из машины и спряталась в кустарнике вдоль дороги. Как и ожидалось, моя машина не вписалась в поворот и, вылетев через небольшой парапет, полетела вниз. К моему удивлению машина разбилась, но не загорелась. Я наблюдала, как к месту вылета машины с трассы осторожно подъехала машина Роблеса. Он спокойно вышел из машины, посмотрел вниз, и приказал еще одному мужчине, ехавшему с ним, спуститься вниз и сделать аварию двойной. Сначала я не поняла, что это значит, но мужчина кивнул, вынул из багажника изуродованный манекен и начал спускаться вниз. Значит, Серхио Роблес решил от меня избавиться, испортив тормозную систему машины, и предложив куда-нибудь прокатиться. Чего он добивался? Спустя полчаса вернулся мужчина, и сказал, что полный порядок. Тела очень изуродованы, но опознать их будет несложно по биоматериалу. Они сели в машину и уехали. Мне пришлось добираться до ближайшего населенного пункта пешком. Пешие прогулки тоже полезны. Я дошла до ближайшего города и заказала такси. Пока машина везла меня я решила спрятаться подальше. Подальше от всех и от Кирилла в том числе. Где можно спрятаться от континентальной полиции? Только в России. У меня есть домик недалеко от Выборга, туда я и отправилась. На следующий день мои адвокаты отправили в полицию документы о Серхио Роблесе, правда, аналогичные документы обо мне были доставлены адвокатами Роблеса. Тогда, по крайней мере, я поняла, чего добивался Роблес: рассказать всему миру, какая я была. К моему сожалению, все эти документы попали в руки Кирилла. Именно он узнал, чем я занималась кроме основной профессии. Правда, он также узнал, кто такой Роблес, и именно в его лаборатории были направлены отряды наркоотдела полиции. Мою лабораторию он обыскивал и опечатывал лично с капитаном ВанХаальсом. Все это я узнала от деда, которому Кирилл сообщил в короткой записке с сожалениями, что на похороны он приехать не сможет.
  -- Значит, вы решили все-таки выдать в руки полиции Серхио Роблеса?
  -- Он не может жить долго в полном подполье. Несмотря на то, что я официально считалась погибшей, свои "преступные" связи я сохранила, чтобы быть в курсе того, что происходит у конкурентов. Умные люди в окружении Роблеса поняли, что если официально он погиб в аварии, а на самом деле жив, то аналогичная ситуация возможна и с моей стороны. К тому же деньги всегда имеют огромное влияние на людей, чем бы они не занимались. Очень скоро, а если быть точной, то через два дня я уже знала, что Роблес открыл новую лабораторию по производству препаратов.
  -- Ну, все остальное более или менее ясно, - услышала я голос Ларики, хотя не видела, как шевелятся её губы, несмотря на то, что её лицо находилось очень близко. - А что касается твоей любви к сестре?
  -- Если честно, - я сама себе удивлялась, что рассказываю такие вещи совершенно постороннему человеку, - то все это полная чушь! Мне не нравятся женщины, с точки зрения секса, правда и мужчины мне тоже не нравятся, за исключением одного. До меня просто дошли слухи, что Виктория питает очень нежные чувства к Маргарите, вплоть до любви, и я решила, что на этом можно сыграть. Правда эффект получился совсем противоположный, но в конечном итоге, мне не нужна была любовь сестры. В тот момент меня увлекала мысль о власти, а ради её достижения можно прибегнуть к любым методам. Правда, можно было бы разыграть несколько другой спектакль, но Кирилл все испортил.
   Внезапно лицо Ларики немного отодвинулось, и я снова стала слышать её нормально. Я все также сидела на больничной койке, а она сидела напротив меня на стуле.
  -- Вы вините во всем Кирилла?
  -- Нет, просто своим поведением и отношением ко мне он показал, что работать можно даже в двух направлениях, но цель должна быть одна. Если работать с наркотиками, то параллельно с тем, как влияют наркотики на тот или иной организм, нужно искать средства их нейтрализующие. Противоядия или сейчас используется для этого модное слово "антидот". Вы нашли противоядие к препарату Роблеса, я вам предлагаю заниматься в этом направлении и дальше.
  -- Но я работаю в группе..., - решила возразить Ларика.
  -- Работайте и дальше в группе. Эта работа вам не помешала открыть и синтезировать то, что вы мне принесли? Нет, не помешала. Вполне возможно, что в дальнейшем это вам только поможет.
   Мне необходимо было привлечь на свою сторону этот блестящий ум. Это еще понадобиться и не только мне. Роблеса осудят за попытку убийства полицейского при исполнении служебных обязанностей, но его адвокаты будут настаивать на том, что он все это совершил в состоянии аффекта, так как узнал, что любимая женщина ждет ребенка от другого. Сам он противник любого оружия и не переносит вида крови, что сыграет в его пользу. Его скорее осудят лет на двадцать, так как жертва осталась в живых. В заключении, узнав о его заслугах на свободе, решат использовать его талант в своих целях. Из тюрьмы это всегда просочится на свободу. Сбывать наркотики в пределах и за пределами тюрьмы совершенно разные деньги. Если это произойдет, то антидоты будут очень нужны.
   От мыслей о будущем меня отвел приход врача. Он знаком показал нам, что можно пройти в палату Кирилла. Я резко поднялась, но в глазах немного потемнело, и я опустилась снова на больничную койку.
   - Давайте я вам помогу, - услышала я голос Ларики.
   Она осторожно взяла меня под локоть, и я поднялась еще раз с её помощью. Нас провели в палату интенсивной терапии. На больничной койке лежал Кирилл и улыбался. Господи, как же я рада, что он жив! Такой человек как он не может умереть просто так. Такие как он, либо тихо умирают в старости, на заслуженной пенсии, в почете и уважении, либо погибают при очень трагических обстоятельствах выполняя служебный долг.
   У изголовья стояла очень красивая девушка индийских кровей. Правда, голубые глаза говорили, что в её жилах течет смешанная кровь, что и сказалось на отличных внешних данных. Мне одного взгляда хватило понять, кто это. Это была Амрита Нарендра Раджи, единственная дочь индийского миллионера - аристократа. Своим поведением она напоминала Бьянку Форино, которая выбрала не ту профессию для своего происхождения. Её повысили до сержанта, и если девочка захочет, то сможет подняться по чиновой лестнице очень быстро, а если вернется домой, то станет начальником полиции уже в ближайшие пять лет.
   Словно прочитав мои мысли, я услышала голос, который исходил как бы отовсюду вокруг меня: "Мне этого не нужно".
   - Когда-нибудь пригодится, - вслух произнесла я.
   - Значит, и вы тоже слышите? - произнесла вслух Амрита, и я поняла, что услышала именно её мысли.
   - Получается, что да, тоже слышу, - согласилась я.
   - Ариадна, как я рад тебя видеть, - произнес Кирилл.
   Этих слов мне хватило, чтобы в душе я почувствовала какой-то подъем. Меня усадили на краешек его кровати. Я уже не видела и не замечала никого, кроме него.
   - Ариадна, мне надо тебе сказать кое-что очень важное, - мягко произнес он.
   - Кирилл, я внимательно тебя слушаю, - невольно улыбнулась я.
   - Дело в том, что об этом я хотел с тобой поговорить еще до того, как ты спряталась от меня, но я не успел.
   - И что же ты хотел мне сказать? - я уже давно решила, что его можно простить за все, что он, возможно, сделал в моё отсутствие.
   - Дело в том, что я скоро буду отцом, не только твоих детей. Мне недавно сообщили, что моя бывшая подружка тоже ждет от меня ребенка. Правда, мне также сообщили, что детей передадут мне, а она будет, как бы воскресной мамой.
   - Детей? - не поняла я.
   - Да, она тоже ждет близнецов, правда разнополых.
   - И кто твоя бывшая подружка? - я уже морально смирилась с тем, что детей будет вдвое больше, чем я думала.
   - Бьянка Форино, - мне был дан простой ответ.
   Как же два слова могут изменить восприятие. Я буду воспитывать внуков Луиджи Форино. Это просто фантастика какая-то! Давно я не получала такие приятные известия! Мой муж - отец внуков Луиджи Форино от его самой любимой дочери. Это действительно фантастика. С такими связями мне действительно можно подумать о полном контроле всей Европы. Надо же, действительно, правильно сказал в свое время Кирилл, то, чего ты добиваешься очень упорно с одной стороны, может придти к тебе очень просто с другой стороны. Я так долго добивалась власти неформальной, как серый кардинал. Мне это не удалось, тем способом, который я выбрала. Но вот я опустила руки и смирилась с тем, что я могу быть просто влиятельным лицом в мире и в тот же момент мне преподносят новость о том, что не все потеряно.
   - Ариадна, - я услышала тихий голос Кирилла, - не надо.
   - Что не надо? - не поняла я.
   - Мысли о власти тебе не идут, - просто произнес он.
   Я посмотрела на мужа. Он по моему лицу прочитал мои мысли или действительно их услышал? На его лице не было и тени какого-либо недовольства. Просто какая-то усталость или грусть.
   Действительно, нужна ли мне эта власть, когда я имею такого мужа и таких родственников, а также врагов в лице Серхио Роблеса и ему подобных?
   В палату постучали, и я наконец-то смогла оторваться от лица Кирилла. В палату вошли две моих дальних родственницы, которых все называют не иначе как Две Дамы. Сколько лет они живут, а ничуть не изменились и не постарели. Интересно, зачем они пришли?
   - Здравствуйте, - поздоровались они хором. Голоса у них были приятные.
   - Я - Зоя Александровна, - представилась одна, что стояла ближе ко мне.
   - А я - Юлия Александровна, - представилась другая. - Мы пришли к тебе, Ариадна.
   - Для чего? - настороженно поинтересовалась я. Слухи слухами, а о последствиях появления Двух Дам никто не рассказывает. Может быть, рассказывать нечего?
   - Нам бы хотелось знать, что такое Арика Дорей?
   - Вы хотели узнать, кто она такая? - поправила я Зою Александровну.
   - Нет, именно, что это такое. Мы с трудом можем назвать её живым существом.
   - Но она была жива, но к сожалению недавно погибла.
   - Закономерен вопрос: а погибла ли, или может просто умерла? Мы просто хотим знать, что это такое?
   То ли их взгляд, то ли то теплое пожатие руки Кирилла, вынудило меня рассказать. Если по правде рассказывать об этом было преступлением против человечества, за которое меня лишить жизни было бы мало.
   - Хорошо, - я глубоко вздохнула и решила признаться, - Арика Дорей это мой клон.
   - Что? - хором удивились Кирилл, Ларика и Амрита. Только мои родственницы печально улыбнулись.
   - Ты решила попробовать создать свой клон?
   - Почему попробовать, я его сделала. Правда идея была только моей, а исполнение - нет.
   - Кто смог создать ту, так называемую кастрюльку, в которой варилось это создание? - с большим интересом спросила Ларика.
   - К счастью, или к сожалению, его уже нет в живых, - грустно улыбнулась я. - Его нечаянно отравил Серхио Роблес. Он сам потом очень переживал.
   - Сколько было создано клонов? - резко спросила Зоя Александровна.
   - Два, мой и Серхио. Правда оказалось, что выращенные клоны совершенно не имеют иммунитета и очень быстро стареют.
   - Это было доказано в теории и на некоторой практической основе еще пятьдесят лет назад, - произнесла Зоя Александровна.
   - Кем? - удивилась я. - Насколько я помню, таких публикаций в научных журналах не было.
   - Естественно, - кивнула она, - запрет на клонирование человека в Европе, Северной Америке, в России и в Китае был принят более ста лет назад. К этому запрету присоединились все более менее развитые страны...
   - А остальные?
   - у остальных не было ни денег, ни возможностей, ни желания ввязываться в это. Хотя это, в свое время породило некоторые прецеденты. Некоторые ученые решили проводить клонирование людей в таких странах, но это оказалось очень дорого, так как оборудование им приходилось везти с собой и платить огромные деньги за пользование водой и электричеством. Их результаты нам неизвестны.
   - Вам неизвестны? - удивилась я. Вот такого ответа я никак не ожидала услышать. Если им неизвестны результаты, то скорее всего наши клоны были первыми и последними на планете Земля.
   - Да, нам неизвестны, - улыбнулась Зоя Александровна. - Это может означать, что с этими учеными произошли очень неприятные вещи, вплоть до смерти.
   - Понятно, - кивнула я.
   - у вас остались какие-либо документальные свидетельства существования клона?
   - Да, записи и не только остались, а что?
   - Напишите научную статью в научно-популярный журнал об этом. Пусть автором будет доктор Арика Дорей. Мы гарантируем то, что статья будет опубликована. Пусть это будет посмертная статья данного доктора, о ней мало кто знал, хотя в некоторых научных кругах она была знаменита. Не так ли?
   - Вы совершенно правы, - улыбнулась я. - А в теоретическом плане на кого мне можно сослаться?
   - На Александра Рушина, вашего деда по отцу, так, - Зоя посмотрела на свою сестру.
   - Да, так, - кивнула она, - я могу дать дневниковые записи, а также пару статей в русских журналах.
   - Это все? - поинтересовалась я, горя желанием остаться, наконец с Кириллом наедине.
   - Не совсем, - улыбнулась Юлия Александровна.
   - На имя Кирилла пришло письмо от его отца, некоего Сэмюэла Харриса.
   - я даже читать это не буду, - упрямо, но твердо произнес Кирилл.
   - Но дорогой, - я была несколько удивлена, - это же твой отец!
   - он бросил мою маму, когда он увидел белокурого сына. Стоит ли после этого и спустя почти тридцать пять лет читать его письма. Я подозреваю, что он не просто так написал мне. Ему что-то надо и очень срочно.
   - Может это вопрос жизни и смерти? - предположила я.
   - Это можно легко проверить, - улыбнулась Зоя Александровна. - Письмо написано почти по старинке, на листе бумаги, чтобы его могли проверить, и прочитать несколько раз. Но именно это нам и поможет. Если Кирилл возьмет двумя пальцами за один уголок, Амрита за другой, Ларика за третий, вы Ариадна возьмете письмо так, будто его читаете, двумя руками, а за последний уголок возьмемся мы. Таким образом, мы сможем кое-что узнать.
   Как только мы взяли со всех сторон это письмо на бумажном носителе, мне показалось, что я сижу в кинотеатре и смотрю объемное кино с живыми актерами.
   Мы перенеслись в хорошо освещенный, судя по виду, офис. За длинным столом сидело несколько человек, все были мужчинами, и были в строгих деловых костюмах. Перед одним из них лежали листы бумаги, и он нервно вертел ручку. На вид ему было около пятидесяти лет, волосы уже были седые, но в некоторых местах все еще были темные. Выражение лица его мне не понравилось. Оно было не просто хитрым, а, как выражались в старину, еще и коварным. Было сразу видно, что он ни сколько не сожалел о своих поступках и никогда не раскается в них.
   К нему обратился мужчина, сидевший прямо напротив него:
   - Мистер Харрис, мои клиенты просят только вернуть им деньги, и суда не будет. Правда сумма будет не та, которую вы у них украли, а раза в два больше. Как компенсация за моральный и материальный вред, который вы им нанесли.
   - Зачем им столько денег? - пожал плечами Харрис, - если они такие идиоты, что отдали деньги мне, то иметь большую сумму им вообще противопоказано.
   - Вы отказываетесь отдавать деньги?
   - Да, - кивнул он, - таким идиотам деньги противопоказаны.
   Следующий эпизод перенес нас уже в тюремную камеру, судя по внешнему виду. За столом, друг напротив друга сидели двое мужчин. Один из них был Харрис, а другой - оказался мужчиной, сидевшим с ним рядом в предыдущем эпизоде. На лице Харриса было все то же выражение хитрости и коварности.
   - Сэмюэль, я вам еще раз рекомендую выплатить ту компенсацию, которую просят обманутые клиенты.
   - Денег у меня нет, поэтому платить я не буду. С точки зрения закона ко мне претензии могут быть только в мелком мошенничестве, что можно свести к условному сроку. Поэтому, я ничего платить не буду, - он недобро улыбнулся.
   - Противная сторона приготовила нам сюрприз, как говорят, очень неприятный.
   - Плевал я на все эти сюрпризы.
   Следующий эпизод показал нам снова тюремную камеру. Действующие лица не изменились, но вид у мистера Харриса был уже совсем другой. С него сошла вся спесь и уверенность, но заносчивость и коварство остались. Ни тени раскаяния в своих поступках, просто дикое желание любым способом спасти свою шкуру.
   - Я готов выплатить ту сумму, которую с меня просят и даже больше, только денег у меня таких нет.
   - Где вы тогда их возьмете?
   - У меня есть старший сын, который живет в Европе, и по некоторым сведениям очень удачно устроился в жизни. Его жена очень известная личность и у неё есть деньги, очень много денег. С такой невесткой я смогу заплатить даже сумму в четыре раза большую, чем с меня просят.
   - Ваши слова, конечно, очень радостные, для вас же. Однако, где гарантия того, что ваш сын и его жена заплатят такую сумму?
   - Главное, правильно написать письмо сыну, а вы знаете, что письма я писать умею. Дайте мне лист бумаги, и я напишу письмо. Отправьте его по своим каналам, чтобы было быстрее и чтобы точно дошло до сына.
   - Вы с ним давно виделись? - поинтересовался адвокат.
   - Да, есть некоторая давность в нашей встрече, - усмехнулся Харрис, - но я знаю, на какие струны души нужно надавить.
   - И на какие же?
   - На чувства сына к отцу и к матери, - снова усмехнулся он, но усмешка была злой.
   - Помните, что эта неудача, будет стоить вам двадцати лет заключения, - также зло улыбнулся адвокат.
   Кино закончилось. Все сидели молча. На лице Кирилла я прочитала еще более решительный отказ от отца. После того, как я все увидела, я была согласна с его первоначальным мнением. Он впервые написал сыну не просто так.
   - А можно устроить так, чтобы я вообще никогда о нем больше не услышал? - спросил Кирилл.
   - Жалеть об этом не будешь? - улыбнулась Юлия Александровна.
   - Нет, - он стойко выдержал её взгляд.
   - Все можно устроить в этом мире, - спокойно и мягко произнесла она.
  
   Июнь 2197 года.
   Достаточно интересно читать записи почти полувековой давности, сделанные твоими родителями. Особенно меня поразили последние эпизоды, связанные с дедом по отцовской линии. Наверное, отец был прав, таким образом, отомстив своему отцу за то, что он их бросил с матерью только из-за того, что сын не был похожим на него. С нами у него такого не получилось.
   Мы с братом родились почти вовремя, правда мама была несколько разочарована, что мы оказались несколько моложе наших брата и сестры со стороны отца.
   Сеньорина Форино оказалась несколько шустрее, если можно так выразится, по отношению к отцу. С нашей стороны, и даже со стороны мамы, по этому поводу претензий к отцу быть не может. Они с мамой в тот момент даже не знали о существовании друг друга.
   Да, мама воспитывала не только меня и Александра, но и нашего брата Михаила, на итальянский манер его называли Микеле, и нашу сестру Елену. Меня назвали в честь прадеда Дмитрием, произнося на греческий манер Димитриос. Прадед был очень рад и полагал, что я, когда вырасту, возьму бразды правления его огромной корпорацией. Однако этого не произошло, делом прадеда решил заниматься Александр. Ему это удалось и не только это. Кто бы мог представить, что он сможет запросто соблазнить самую желанную невесту Европы? Да никто. Однако, он это сделал. Никакой напористости или агрессивности. Только обаяние и ненавязчивость. Это подсказал нам отец.
   Наш брат Микеле смог породнится с индийским кланом Нарендра по женской линии. Жена у него очень красивая и можно сказать, что индийского влияния на неё почти нет. Только красивая внешность.
   Сестра Елена, к немалому изумлению её родной матери сеньорины Бьянки, её родного деда Луиджи Форино, а также нашей мамы, решила посвятить свою жизнь фармацевтике. Когда мама узнала об этом, она была мягко сказать потрясена. Когда потрясение прошло, то ему на смену пришла радость того, что её собственное дело можно передать радеющему за дело человеку. Так, Елена вошла в ГЛОБАЛФАРМ.
   В этой семье только я один выделяюсь как белая ворона. Вернее сказать рыжая. Близнецы оказались простыми двойняшками, с разным цветом волос. Я не захотел участвовать в деле ни мамы, ни прадеда. Я просто захотел стать как папа, полицейским. Идти работать в полицию мне захотелось с раннего детства, слушая рассказы отца. Правда, меня сразу отправили в высшую школу, чтобы я пришел работать уже в чине офицера.
   Отцовские советы мне очень помогли. Уже к сорока годам я имею чин главного суперинтенданта континентальной полиции. И этот чин мне достался только за мою работу мою и моей жены. О ней можно говорить очень много, и не сказать ничего. Прочитав записи отца, я понял, что он очень интересовался группой из шести человек, двое из которых были военными, одна из них работала в маминой корпорации, еще двое работали над созданием всемирной сети электронных библиотек. Еще один работал на российскую строительную корпорацию. Чем его привлекли эти в то время молодые люди?
   Но вот в один прекрасный день я познакомился с одной красивой девушкой. Наше знакомство переросло в любовь, а затем и в пышную свадьбу. Только на свадьбе я смог познакомиться с родителями своей жены. Они оказались военными, и мой отец был очень и рад и удивлен тем, что будущими родственниками оказались полковник Маргарита Ристич и майор в отставке Александр Алеп.
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"