# Дистиллированное летнее солнце, или Ремарк терпеть не мог кальвадос

Игорь Холоденко

Роман "Триумфальная Арка" изначально был задуман Ремарком, как история его отношений с Марлен Дитрих - наиболее драматичной любви его жизни, причинившей ему много боли и не отпускавшей его много лет. Когда Ремарк в конце 1938 года начал писать этот роман, он еще не знал, как он его закончит, и не раз, и не два переделывал сюжет. За те восемь лет что создавалась эта книга, жизнь внесла в нее много правок, подчас кардинальных, добавила дополнительные сюжетные линии и краски. Но основной темой так осталась любовь на фоне рушащегося мира - безраздельная, безрассудная и обреченная.


Очень интересную роль сыграл в романе, тогда еще не очень известный алкогольный напиток - кальвадос. Дело в том, что хоть кальвадос и вписан в сюжет романа "Триумфальная Арка" небольшой деталью, но она настолько яркая, и порой держит на себе сюжетные линии, что многие читатели, даже ни разу не попробовавшие это напиток, запомнили его, и остались навсегда очарованы этим "нектаром любви". Этот бальзам для исстрадавшихся душ, этот напиток грез появляется в повествовании в наиболее драматичные моменты. Появляется в разных ситуациях. Иногда он проходит лирическим фоном, а иногда оказывается спасательным кругом в сложных взаимоотношениях Равика и Жоан Маду.


Почти три четверти века назад кальвадос стал сенсацией в США - по крайней мере, так бы было, если бы производители французского яблочного бренди просто выполнили заказы. Внезапный спрос "поймал прессовщиков яблок во Франции с опущенными прессами", - сообщила United Press в феврале 1948 года. "У них был шанс превратить свой самый дешевый грог в американский национальный напиток - но они не приложили для этого достаточно усилий".


Эта редкая маркетинговая возможность была обусловлена успехом залитого кальвадосом романа о жизни беженцев в Париже, написанного автором книги "На западном фронте без перемен". Бродвейский обозреватель Дороти Килгаллен заметила, что "с тех пор, как роман Эриха Марии Ремарка "Триумфальная арка" попал в списки бестселлеров, в барах Ист-Сайда произошла странная вещь. Посетители просят кальвадос".


В романе кальвадос является чем-то вроде афродизиака для заблудших и подавленных душ, делая измученных миром и окружающей действительностью людей способными любить. Бог знает почему, Ремарк выбрал именно этот напиток, но он так воспел кальвадос, назвав его дистиллированным "солнечным светом, который пролежал все жаркое лето и синей осенью на яблоках в древнем ветреном саду Нормандии", что многие люди никогда прежде не пробовавшие это напиток, заранее считают его чем-то вроде амброзии или бальзама. Почему это не так, и почему их может ждать жесточайшее разочарование, написано ниже. А пока вернемся к роману Ремарка. Когда влюбленные Равик и Джоан проводят вместе вторую ночь, кажется, что их роман почти заглох. Но они справляются с этим с помощью кальвадоса. И далее кальвадос, нередко, спасительным мостиком соединяет их сердца, но, все же, как мы знаем, никакой яблочный бренди не смог уберечь обреченных любить от участи обреченных любовников.


Кадр из фильма 1948 года


Роман долго оставался в списках бестселлеров, и вскоре в разработке появился фильм с Ингрид Бергман и Чарльзом Бойером в главных ролях. Кальвадос казался настолько важным для сюжета, что продюсер Дэвид Льюис купил пятьдесят (50!) ящиков для использования на съемочной площадке. Он предполагал, что когда понадобится, их будет ещё больше. Но когда в 1948 году фильм был готов к выпуску, и Льюис решил связать его с этим продуктом, кальвадоса уже не было в продаже.


Есть ирония в том, что Ремарк продвигал кальвадос. Бойер, готовясь сыграть Равика, спросил автора, правда ли, что "многие части книги параллельны вашей собственной истории и что вы действительно являетесь героем". Ремарк допускал, что "есть много общего, но есть одно большое различие". Он терпеть не мог кальвадос.


В газетном интервью Ремарк пояснил: "Лично я считаю кальвадос ужасным напитком". Но в слове "кальвадос" было что-то, что "звучит романтично, независимо от того, знаете ли вы, что это такое, или собираетесь когда-нибудь его попробовать", - сказал он.


Э. Дж. Либлинг, писатель из Нью-Йорка, чьими двумя страстями были ринг и застолье, нашел объяснение таинственной привлекательности кальвадоса. Назвав его "настоящим эликсиром Эдема", он предположил, что яблочный бренди был порождением первородного греха: "Библейское яблоко символично; оно означает дистиллированный сидр, который вскружит голову любой женщине". Либлинг тогда плескался в море у пляжей в Нормандии, в которой он находился, чтобы написать о солдатах второй мировой, высадившихся в Нормандии в день "Д".


В поисках чего-то лучшего, чем меню прибрежных баров и кафе, он обнаружил, что на большинстве местных ферм можно рассчитывать на порцию яблочного бренди, приготовленного из местного сидра. Большая часть этого кальвадоса была сделана из собранных там же яблок и из ферментированного сидра. Дорожные перегонные кубы возили на грузовиках с одной фермы на другую, и фермеры изо всех сил старались скрыть большую часть своей продукции от налоговиков. "Хороший кальвадос никогда не продается легально", - утверждает Либлинг. "Налог оставляет привкус, который норманн считает невыносимым". Стремление продавать и потреблять кальвадос не под контролем закона, может быть одной из причин, по которой яблочный бренди всегда был провинциальным напитком, даже во Франции.


"Миллионы французов настолько тупы, что предпочитают коньяк", - иронизировал Либлинг, назвав виноградные бренди "рано созревшими и поверхностными по сравнению с кальвадосом". "Кальвадос лучший алкоголь в мире", писал он.


Эрнест Хемингуэй любил слишком много разных видов алкоголя, чтобы выбрать какой-либо из них как лучший. Но в 1950 году он носился по Парижу со своим приятелем А. Э. Хотчнером, в поисках развлечений и приключений. "Я не думаю, что когда-либо смогу повторить удовольствие тех парижских скачек с препятствиями", - написал Хотчнер в своих мемуарах о писателе. Одним из ключей к этому удовольствию была "серебряная фляжка Эрнеста с гравировкой "От Марии с любовью", содержащая великолепно выдержанный кальвадос".


Композитор Игорь Стравинский тоже очень любил кальвадос. Художник Марк Шагал однажды был сильно раздражен, когда приехал из Руана в Париж, чтобы встретиться с композитором, но нашел того в беспамятстве от выпитого кальвадоса.


Эрик Фелтен в своей статье для Wall Street Journal заметил:


"Не могу сказать, что я так же увлечен кальвадосом, как Либлинг, тем не менее, я считаю, что яблочный бренди это приятная альтернатива своим собратьям на основе винограда. Я взял с полдюжины бутылок, молодых и старых, и обнаружил, что, хотя им не хватало глубины и структуры прекрасного коньяка, лучшие из них действительно были очаровательной дистилляцией летнего солнца в саду.


Но больше всего мне понравился молодой кальвадос выдержки от трех до пяти лет, который не требует длительного созревания. Хорошо дистиллированный, он был свежим, фруктовым и свободным от более формальных манер. Кто знает - если бы Равик и Джоан придерживались такого веселого и дружелюбного кальвадоса, их ждало бы более счастливое будущее".


Лично я не думаю, что даже супер кальвадос мог спасти отношения Равика и Джоан от неминуемого краха, но у каждого свое мнение...


Использованные материалы:


Эрик Фелтен, "Wall Street Journal"; 2008

A. J. Liebling, "The Road Back to Paris"; 1944

A. E. Hotchner, "Papa Hemingway"; 1966


Примечания:


Джозеф Эббот Либлинг, американский журналист. Война для него началась, в октябре 1939 года, когда о когда он прилетел в Европу для освещения военных действий. Он жил в Париже до 10 июня 1940 года, а затем вернулся в США до июля 1941 года, когда он перелетел в Британию. В ноябре 1942 года, для освещения боёв на Тунисском фронте (январь - май 1943 года), прибыл в Африку. В 1944 Либлинг участвовал в высадке в Нормандии в День D. Он написал памятную статью о своих переживаниях под огнем на борту военного судна США у Омаха-Бич. После этого он провел два месяца в Нормандии и Бретани, и вместе с войсками союзников вошел в Париж. После этого он написал: "Впервые в моей жизни и, возможно, последний, я прожил неделю в великом городе, где все были счастливы". Его статьи о второй мировой войне собраны в книге "Дороге назад в Париж" (1944).


"Омаха-Бич" (Omaha Beach в переводе с англ.?--?"пляж "Омаха"") -- кодовое название одного из пяти секторов вторжения сил союзников на побережье оккупированной нацистами территории Франции в ходе операции "Оверлорд" во время Второй мировой войны. Высадка произошла 6 июня 1944 года, её осуществили силы 5-го корпуса 1-й американской армии. Пляж расположен на правом берегу дельты реки Орн, на берегу пролива Ла-Манш на севере Нормандии (Франция) близ города Лонгвиль (фр. Longueville). Длина пляжа составляет 8 км,


Аарон Эдвард Хотчнер, американский писатель и журналист. В 50-х, по заказу журнала Cosmopolitan Хотчнер отправился на Кубу, где познакомился с Эрнестом Хемингуэем. Тесная дружба двух писателей продолжалась до самоубийства Хемингуэя в 1961 году. Книга Хотчнера "Папа Хемингуэй" вышла в 1966 году и была переведена более чем на 25 языков мира.