Хватов В. В.: другие произведения.

Третья мировая война. Вторжение (закончен)

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 5.19*66  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Все этого ждут. Никто в это не верит. Книга как и остальные переехала на Autor today https://author.today/u/chashaosa1/works Тут на самиздате буду выкладывать первые главы новых книг, но целиком только там.

  
   ВТОРЖЕНИЕ
  
   Книга первая
  
   Серия 'Третья мировая война'
  
  
   РОМАН
  
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
  
   5.02.2027 г. г. Спасск
  
   Снежную пыль швырнуло в пробитую в фанере брешь, и леденящие душу завывания ветра вновь вырвались из обнаженного взрывом ствола мусоропровода, ставшего похожим на минарет. Эта заупокойная месса, этот стон брошенного и смертельно раненого города не давали мне забыться в тревожном анестезирующем сне, который вполне мог затянуться на вечность.
   Я надеялся хоть немного отдохнуть от борьбы с болью, угнездившейся в перебитых ногах. И хотя ступни боль уже почти не чувствовали, в коленях она все еще пульсировала, сводя меня с ума своей неупокойностью. Но и без этого сойти с ума немудрено - сведут с ума роящиеся в черепной коробке клочки мыслей, разноцветные лоскуты образов и обрывки фраз. Нет, жизнь не проносилась передо мной вся подобно обрывкам кинофильма, как это обычно бывает в смертную минуту. Ее осколки плясали джигу над моим остывающим телом. И сложно было ухватить что-то одно, на чем-то сосредоточиться. Я сопротивлялся, видит бог, я делал это. Негнущимися пальцами тыкал в кнопочки смартфона, доставшегося мне от китайского добровольца. Этот смарт - такое же упрямое и до сих пор еще живое существо, как и я. Мой единственный друг на многие выстуженные арктическим ветром километры вокруг. Все это благодаря Бета-вольтаическим радиоизотопным или попросту Бета батарейкам. Эти штуки, конечно, не вечные, как про них думают, но лет на тридцать переживут своего хозяина, чей труп, вмерзший в сугроб, я обшмонал дня три тому назад. Жаль для людей таких не делают, а то мой заряд вот-вот закончится. Обидно будет сдохнуть вот так, когда наши совсем рядом. Как только стихает ветер, становится слышна неутихающая канонада. Это китайские САУшки лупят по польским позициям. Самих китайцев в них нет, просто это их техника. Эдакий лендлиз-два. Или скорее контрабанда. Раньше лампочки и вредоносные игрушки поставляли, теперь броню.
   Вот и я трофеями разжился made in China. Помимо смартфона в карманы моего видавшего виды комбеза перекочевали: плохонький китайский нож, бензиновая зажигалка, два сухпая НОАК и немного табака. Хоть и не курю, взял по привычке, чтобы махнуть на что-нибудь нужное. Сигареты были в цене...
   Ха! С кем собрался меняться? - я с трудом подавил смешок.
   Смеяться нельзя. Во-первых, больно, а во-вторых, литовцы услышать могут. Шастают тут их патрули время от времени.
   Кашлять тоже нельзя. А больше всего боюсь закричать во сне. Придут и возьмут тепленьким, и чеку у гранаты выдернуть не успею.
   Мне повезло, что Лао Вень, так звали солдата из Поднебесной, был любителем всего русского. Они всегда хотели знать и знали о нас больше чем мы о них. Вот и Лао сохранил у себя кусочек давно сгинувшего рунета. Архив ЖЖ какого-то русского паренька под ником Боб.
   Сейчас я это и читаю просто чтобы не свихнуться. Читаю и погружаюсь в светлые довоенные годы.
  
   Особенно безмятежны первые записи. Боб пишет о своих впечатлениях об очередном блокбастере, о том, что лень идти на работу, о том, что так и не дала Ленка из бухгалтерии, хотя он и потратил за неделю на нее почти целиком свой аванс. Про футбол, про вылазки на шашлыки и прочие приятные глупости. Синопсис жизни обычного офисного хомячка, сгинувшего, наверное еще в первые дни, в кровавом вихре перемен. Осколок давно разбомбленного мира...
   Увлекшись чтением, я лишь по чистой случайности заметил растущую яркую полоску на стене, и тут же услышал, как заунывно, мяукающе переговариваются между собою лабусы.
   Интересно, что это их так далеко занесло?
   Обычно НАТОвские братья меньшие, если не катаются на бредлях и хаммерах, стараются ходить по наезженной колее и по сугробам не лазят. А тут лопочут что-то рядом и фонариками стены ощупывают.
   Чего это они? Не дай Бог припрутся в мое логово. Я выбрал себе квартиру, где почти все окна были заколочены фанерой, и в одной из комнат стояла здоровенная кровать. Решил умирать с комфортом, в общем. Только лег не на чье-то семейное ложе, а заполз под него, чтобы снаружи не было видно. Не хочу, чтобы меня еще живого с шутками-прибаутками волокли за ноги в их штаб.
   Где-то за перегородками глухо стукнуло, будто что-то упало на пол, тяжелое судя по звуку - и спустя пару минут через дверной проем проникло слабое жужжание работающего сервопривода.
   Ага! Робота-разведчика через окно кинули. Сириус-5 или засеря, как мы его называли в отряде, был снабжен камерой, тепловизором, дозиметром и прочими прибамбасами. Эта зараза на треугольных гусеницах может не только запалить, но и грохнуть. Для этого у него устройство системы 'Кольт' прикручено с магазином на тридцать патронов. Его старшие братья возле любой НАТОвской базы пасутся. Только у них вооружение получше. От пулемета 'МГ-4', до снайперской винтовки 'Барретт'.
   Я пошевелился, укрываясь с головой серебрянкой - тепловизор не отобьет, но хоть визуально не обнаружат - и, укрывшись с головой, постарался дышать как можно тише и реже. Попробуем прикинуться хладным трупом. Вот бы еше унять бешено колотящееся сердце.
   Жужжание маленького движка приближалось. Как ни старались разработчики, а абсолютно бесшумным Сириус им сделать не удалось.
   Вдруг все стихло. Потом совсем рядом что-то противно запищало. Я зажмурился.
   Засек! Он меня засек!
   Я замер. Сириус снова зажужжал. Он проверил комнату и теперь удалялся. Я выдохнул. Расслабился. Но ненадолго.
   По усыпанной мусором лестнице затопали сапоги, зазвенели осколки стекла, покатилась невесть откуда взявшаяся жестяная банка.
   Не очень-то опасаются лабусы. Видимо настолько уверены в роботе, подаренном им американцами.
   Я нащупал в кармане гранату, подтянул к себе автомат и принялся согревать своим дыханием переводчик огня, одновременно стараясь глубже заползти под кровать.
   Шаги на лестничной клетке стихли - видимо, проверяли что-то осматривались. А потом в квартиру вломились те самые патрульные. Сопя и переругиваясь на так и не забытом до конца великом и могучем, они что-то натужно волокли за собой.
   Из моего укрытия было видно лишь пол в углу возле окна, и поэтому, что они швырнули на кровать, я не видел, но по всхлипам и стонам, раздающимся сверху, понял: притащили одну из местных баб.
   Лабусы на какое-то время притихли. Было слышно лишь натужное сопение и позвякивание НАТОвской 'сбруи'. Вот стукнула прикладом о пол винтовка, хлопнулась рядом разгрузка, и тут же заходила ходуном кровать. Сквозь скрип прорвался сдавленный крик и тут же звук удара и новые ругательства.
   Я положил руку на рукоять автомата.
   Эх ноги, ноги... Что я теперь? Ну, выползу наружу. Так пока буду корячиться, нафаршируют свинцом по самые гланды. Гранатой? Все равно ведь тут сдохну.
   Вытащил из кармана 'эфку', разогнул усики, стараясь не нашуметь, хотя шума хватало и без этого, выдернул чеку, прижав рычаг пальцем.
   Сейчас, сейчас...
   Несмотря на холод, по лбу потекла тонкая струйка пота.
   Когда гранатой рвет, это же наверное так больно... Господи, как же еще пожить-то хочется, узнать как там дальше будет. Вышвырнем ли гадов?
   От холода совершенно задубел и потерял чувствительность палец, сжимающий спусковой рычаг гранаты. Граната была холодной как лед, казалось что она сама сделана из льда и таково мое наказание - сжимать рукой этот кусок льда, пока не заледенеет рука пока холод не доберется до сердца. Наверху тем временем один патрульный сменил в деле другого. Если раньше было слышно лишь противный присвист в прокуренных легких первого лабуса, то этот ритмично ухал как дровосек.
   Я зажмурился и разжал ладонь и... Ничего не произошло.
   Может так и умирают? А где боль, где грохот взрыва?
   Посмотрел вниз, а палец так и остался на рычаге. Свело от холода.
   'Дровосек' тем временем встал. Перед моим носом замаячили заледенелые носы армейских ботинок. Я потянулся к гранате второй рукой, и в этот момент грохнул выстрел. По мерзлому паркету покатилась и замерла, уткнувшись в ребристую подошву, гильза. Сверху, через опаленную дыру в матрасе медленно, нехотя закапала на вымерзший, заиндевелый пол багровая кровь, превращаясь на полу в подернутую блестящей пленкой измороси лужицу.
   Литовцы ушли, а я с нескольких попыток вставил чеку обратно, выполз из-под кровати и попытался добраться до окна. На это ушли последние силы, и когда, наконец, удалось пристроить цевье автомата между стеклянных зазубрин оконной рамы, выцеливать было уже некого.
   Суки.
   Внутри меня зарождался сгусток бессильной ярости. Она отодвинула на задний план все: и боль, и голод, и отчаяние. Она придала сил.
   Какого черта я не сделал это? Испугался вида собственных кишок, разбросанных по комнате? Да-да, именно так! Испугался...
   И сколько бы потом не убеждал себя, что это не так, это так и есть.
   Тряпка, слизняк долбаный! - стараясь не глядеть в сторону кровати, я ухватился за вещмешок и пополз к выходу. Находиться в квартире, где в задубелых от времени и мороза тряпках запуталось растерзанное тело совсем молоденькой девушки, я просто не мог.
  
   Весь следующий день лежал возле окна в соседней квартире, держа под рукой автомат. Решил, что прежде чем уйду, прихвачу с собой парочку ублюдков. Но патрули ни в этот день, ни на следующий на эту улицу не забредали.
   Есть больше не хотелось, и это плохой признак, но мне уже было все равно. Я даже подключился к какой-то сети через смартфон, совершенно не заботясь о том, что чей-нибудь сканер запросто может засечь сигнал, и уж наверняка этот кто-нибудь заинтересуется странным источником посреди руин. И тогда жди гостей.
   А, ну и пусть. Нехай едут. Встретим - я со злостью рванул зубами варежку и ткнул пальцем в экран, открывая эсемеску.
   Ничего особенного, массовая рассылка. Какой-то туроператор зазывал доблестных бойцов коалиции после ратных подвигов посетить один из курортов на Гоа или Мальдивах.
   Конечно, слетайте, братцы. И мы вам в этом посодействуем. Упакуем в особую цинковую тару, чтобы в самолет больше влезло. Штабелями так... - я рассмеялся. Громко, никого не таясь.
   Мутный, окутанный облаками диск солнца клонился к закату, а моей скромной персоной так и не заинтересовалась ни одна тварь из службы электронной разведки.
   Что, сволочи, поприжали вам хвосты? Не до высоких технологий стало? Это вам не в начале войны гонять по лесу одного несчастного деда с вертикалкой сворой из пяти боевых роботов-дистанционников. Тут к вам самим на запрос-отклик в миг прилетит гостинец из-за горки. Встали мы на ноги. Особенно они наших "Точек" боятся.
   Я достал обрывок листовки со своим собственным фотороботом и неумело сварганил самокрутку. Затянулся, закашлялся.
   Фу, гадость какая. Нет, видать так здоровым и помру. Не пошло.
  
   Не спалось. И поскольку веселуха сорвалась, я продолжил изучение ЖЖ Боба.
  
   От: Bob Дата: Сентябрь 19, 2023 07:42 am none (UTC)
  
   Ну вот и оно. "Согласно программе создания совместной ПРО РФ и США, специалисты НАТО прибыли на объекты в Печоре, Мишелевке (Иркутск), Балхаше-9 (Казахстан) и Кубинке. Ранее военнослужащие США приступили к работе на РЛС в г. Чехов, Воронеж и на командном пункте СППРН в г. Солнечногорск". Ну что, кому-то что-то еще не ясно?
  
   От: Drakula Дата: Сентябрь 19, 2023 08:23 am none (UTC)
  
   Bob, Оно еще раньше началось, когда в Грузии радар поставили. Теперь ждем 'Искандеры' в Калининграде.
  
   От: Bob Дата: Сентябрь 19, 2023 08:28 am none (UTC)
  
   Жди. По мне, так пора когти рвать в глушь, в деревню.
  
   От: Kreol Дата: Сентябрь 21, 2023 11:03 pm none (UTC)
  
   Какие-то вы поцреоты странные. Противоракеты в Харькове вас не устраивали. Совместная ПРО тоже плоха. Да кому вы нужны исконно-посконные
  
   От: Bob Дата: Сентябрь 21, 2023 11:10 pm none (UTC)
  
   Kreol пошел нах.
  
   Drakula Я пошел тушняком, крупой и спичками затариваться.
  
  
   От: Kreol Дата: Сентябрь 21, 2023 11:27 pm none (UTC)
  
   Топай, топай, дурачок. Соль не забудь. То-то в новостях показывают, у вас там, в Расеи сплошные очереди.
  
   Если бы эти наивные чукотские юноши знали, как они одновременно далеки и не далеки были тогда от истины. Да я и сам был таким четыре года назад. Для меня тоже все это было игрой, чем-то невзаправдашним, оригинальным хобби. Книжки тематические читал, стаптывал китайские берцы на страйкболе, резался в Арму по сетке до шести утра, кропотливо собирал тревожный чемоданчик на форуме вместе с другими диванными сурвайверами. И хотя дамочки все еще часами сидели в креслах салонов красоты, их мужья решали дела в за столиками дорогих ресторанов, а детишки выводили из себя своих нянь в коттеджах-дворцах, народ попроще радовался, что улизнул от контроллеров в электричке, тащил домой накачанные нитратами помидоры и синтетические окорочка, опаздывал к восьмой серии про космических пиратов... И это все - в то время как мгла уже тянула свои когтистые лапы к моему городу, нависая над ним, застилая солнце... И не убежать от нее в самую далекую деревню, не зарыться в самый глубокий бункер... Детские площадки еще не превращены в могильники, в магазинах еще дают еду за деньги, а не за кровь, менты еще сидят в новеньких иномарках, а не на вышках фильтрационных лагерей, все еще пьют лимонад, ходят на модные фильмы, обсуждают вчерашний матч...
   Эх, если бы мы знали тогда, что делать, может, сейчас было бы полегче!
   Я устал, выключил смартфон и закрыл глаза, погружаясь в воспоминания, и поэтому не заметил, как понизу бесшумно промелькнули белые тени.
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
   11.04.2024 г. Москва
  
   Улицы, залитые потоками солнечного света, манили выйти, окунуться с головой в солнечный океан, явить себя миру. Еще вчера о том, чтобы пойти прогуляться, не было и речи. Не до того. Два с половиной месяца без зарплаты, очередной припоздавший прохожий, зарезанный буквально под окнами, мысли о том, что оба выходных придется убить на поиски дешевых продуктов, а весь ближайший вечер отбиваться от соседей-кредиторов, ошивающихся под дверью - все это не располагало. Но с утра впервые за полтора месяца выглянуло солнце, и легким теплым ветерком вмиг сдуло все проблемы и печали.
   Конечно - ненадолго... Но хоть что-то.
   Мы с Женькой решили никуда не ехать, а просто погулять в сквере возле самого дома. Лифт не работал уже вторую неделю, и избежать встречи с вечно дежурной по подъезду бабой Машей не удалось. Правда, 'повезло' на этот раз не нам. Сосед с пятого, вытаскивая в коридор объемистую спортивную сумку, что-то бурчал в ответ назойливой старушке.
   - Надолго на этот раз, Виктор Сергеевич?
   -Я... да.. хм...
   - Опять в Южную Африку или Париж?
   - Гм... Э-э...
   Баба Маша не первый день замужем. Она, конечно, уже почуяла, что помощник депутата сваливает с концами. Слишком уж неуютно стало даже в Москве. Бизнес не клеится, на улице даже бронированный внедорожник может и не выручить, дома сидеть тоже опасно. Того и гляди нагрянут: либо бригада местных, либо люди из кредитного отдела какого-нибудь банка, что мало отличаются от первых. Не увидим мы больше Виктора Сергеевича, как пить дать не увидим. Вот бабуля, судя по всему решившая оторваться по полной на подвернувшемся околовластном соседе, и начинает издалека и ласково так...
  
   Вырвавшись из провонявшей мочой духоты подъезда, мы с Женькой, обходя лужи и кучки мусора, весело направились в царство дорожек и лавочек. Вот, кстати, еще одна примета нынешней весны - такие привычные глазу оранжевые жилеты больше не мелькали тут и там. Словно осенние листья ветром, их разом сдуло с московских улиц и переулков. Обычно наоборот по весне все московские диаспоры прирастают многочисленными родственниками уже прижившихся в мегаполисе, но не в этот раз. Помню, пару недель назад все новостные выпуски были полны кадров с показательно снятыми с поездов смуглолицыми и белозубыми безбилетниками. Они виновато потупившись, изучали трещины на мокром асфальте и, улизнув от потерявших к ним интерес милиционеров, штурмовали следующие поезда, отправляющиеся на юг.
   Миграционная служба в те дни не понимала, что ей делать, а на участковых и жэковских работниках просто не было лица. Чем они теперь будут кормиться?
   Я как-то сунулся в одну из этих контор в надежде хоть попробовать метлой и лопатой заработать на какую-никакую жизнь, но там, видимо, еще надеялись на возврат к прошлым жирным временам, и мне без предисловий заявили, что мест нет.
  
   Сквер был пуст. Остальные горожане не разделяли нашего романтического настроения, и кто-то из них сейчас шастал по оскудевшим оптовкам, кто-то осматривал дачи, намечая грядки под картошку и капусту, а кто-то просто сидел дома, уставившись в телевизор в ожидании, когда умный дядя скажет, что все скоро будет хорошо. Оно и так все замечательно: котировки растут, проценты увеличиваются, показатели выше прошлогоднего уровня. Вся эта байда меня лично очень сильно настораживала. Они сейчас вели себя, как кровососущие, которые во время укуса впрыскивают какую-то обезболивающую хрень, чтобы его, этого укуса, не чувствовалось.
   Больно бывает потом...
  
   Поставив ногу на грязную лавку, я зашнуровал развязавшийся шнурок и заметил, что Женя смотрит в сторону ларьков с побитыми прошлой ночью стеклами. Посмотрел туда же.
   По замусоренной дорожке вдоль ряда обпиленных тополей какой-то джигит пинками гнал мужичка средних лет, который еле-еле держался на ногах. Это Салех из кафешки 'Камелегдан', что мирно сосуществовала рядом с книжным магазином в торце нашего дома.
   Салех явно развлекался. Уж не знаю, что ему надо было от бедолаги (может денег задолжал, а может просто за выпивку не расплатился), но скорее всего проблема уже была решена, и гость из солнечного Баку явно наслаждался своей неограниченной властью над 'бессловесной скотинкой'.
   Не знаю, что на меня нашло. Обычно я не играю в защитника всех обездоленных и угнетенных, но тут подошел и вежливо попросил Салеха отъебаться от алкаша. Наверное перечитал форумов, с бесконечной болтовней о том, как бы мы им дали, если они бы нас догнали.
   - Э-э. Слюшай. Иди куда шел. Не твое дело, да? - Салех с ленцой сплюнул мне под ноги. Оценив, как я туплю, он еще раз отвесил пинка что-то мычавшему мужику и, сделав пару шагов за ним, замахнулся для нового. Я наконец сдвинулся с места, Женька попыталась ухватить меня за рукав, но синтетическая ткань куртки скользнула у нее из руки.
   - Хорош уже, кому говорю. - моя рука легла на плечо Салеха. Привыкший к полному похуизму москвичей, он удивленно посмотрел на меня и резко, без замаха двинул под дых.
   Было не столько больно, сколько обидно. И вот всю эту обиду, всю накопившуюся за последние годы злость я вложил в короткий и мощный удар справа. Драться совсем не умею, в армии не служил, в спортивные секции не ходил, но сейчас получилось на удивление хорошо. Салех не отлетел на три метра назад, как в голливудских фильмах, а просто закатил глаза и осел возле лавки, на которой уже пристроился тот самый мужичок.
   Я потряс алкаша за плечо, но в ответ услышал все тоже самое 'бе-ме'.
   Пришлось тащить придурка в теплый подъезд. Иначе околеет здесь или очнувшийся Салех отделает по серьезному, сорвав на нем зло.
   Всю дорогу, пока тащил за шкирку мужика, уставившегося стеклянным взглядом перед собой, Женька обиженно сопела сзади. Прогулка была испорчена. Настроение тоже.
  
   12.04.2024 г. Москва
  
   Наутро по дороге к метро на всякий случай обошел по большой дуге вход в 'Камелегдан'. Издалека было видно, что посетителей там не ждут, а все столики заняты земляками Салеха. Причем все стулья были развернуты в сторону барной стойки, возле которой сидело трое пожилых азербайджанцев. В зале царило оживление. Выступал невысокий худой тип с характерной горбинкой на носу. Он размахивал руками и говорил, говорил. Словно что-то доказывал своим соплеменникам.
   Профсоюзное собрание у них что ли? Ну, черт с ними. Не заметили и ладно.
   Я поглубже натянул шапку и заторопился на работу.
  
   - Эй, Миха, чего тормозишь? Давай разливай, - Марат сунул мне в руки еще одну бутылку шампанского. - Сперва дамам.
   И как ему удалось достать все это великолепие?
   На покрытых девственно белыми листами столах, освобожденных от офисной техники и сдвинутых вместе, вперемешку лежали уже сто лет не виденные мною фрукты, вскрытые упаковки мясных, колбасных и сырных нарезок, коробки дорогих шоколадных конфет. По центру, в окружении пакетов с соком, стоял настоящий торт. Три вишенки на белоснежной шапке из взбитых сливок - классика.
   Сладкое я раньше особо не жалован. Но с тех пор, из-за бугра как иссяк поток сахара, пастеризованного молока и всего остального, тортики, пироженки и прочие сладости, выставленные в витринах магазинов в центре Москвы, так и притягивали взгляд. Толку-то что? Вот такая, например, штуковина теперь обошлась бы мне едва ли не в треть зарплаты, которую еще нихрена и не платили.
   - Марат, ты банк ограбил что ли?
   - Вроде того, - он засмеялся, довольный произведенным эффектом. - Ну, народ, не стесняемся, не стесняемся. Все свои. Налетаем. - Марат подтолкнул к столу сисадмина Шурика, как и остальные, в нерешительности топтавшегося возле накрытой поляны. А с тебя, Мишаня, тост.
   - А... Да, - я поднял пластиковый стаканчик и на секунду задумался. - Совет вам, да любовь... А если серьезно, очень рад за вас. Честно говоря, не ожидал, что решитесь в такое время... Да что это я? Наверное, именно сейчас и нужно... В общем поздравляю.
   - Принимается, - залыбился Марат. Я махнул шампанское залпом и, поморщившись от ударивших в нос пузырьков, потянулся пластмассовой вилкой за куском ветчины.
   За шампанским последовал коньячок. Это конечно не правильно, но отчего-то в этот вечер захотелось наплевать на все правила. Живительная влага согрело нутро, огонь побежал по венам и народ за столом раскрепостился, зашумел. Посыпались шуточки, кто-то принялся подкалывать Марата насчет потомства. За окном тревожно завыла сирена, кто-то закричал, но на это уже не обращали внимания. Закуска таяла на глазах, но тут же чудесным образом появлялась вновь. Пирушка набирала обороты. Во все динамики орала мыльница, кто-то танцевал, кто-то, стараясь перекричать музыку, доказывал соседу то, о чем завтра и не вспомнит. Все, как в старые добрые времена. Спасибо тебе, Марат!
   Расходиться начали ближе к полуночи. Мы с приятелем отчаливали последними. Хряпнули на дорожку, и я поперся закрывать соседний кабинет, а когда вернулся, застал Марата, засовывающего в мою сумку всякую снедь.
   - Послушай, не надо...
   - Тебя спросить забыли. Ты вон о своей Женьке совсем не думаешь. Давай лучше помоги.
   - Почему это не думаю? Ик. - Я еще раз икнул и достал из-за пазухи два апельсина.
   - Короче слушать ничего не желаю, - Марат подхватил заметно потяжелевшую сумку и направился к двери. - Ты тут выключай и закрывай все, а я пошел машину греть.
   - Мы что, э-э-э... Поедем что ли?
   - Ясное дело, что не полетим, - и пока я переваривал эту новость, Марат Казимирович скрылся в коридоре.
  
   - Слушай, чего-то ты странный какой-то последнее время? - со свойственной мне пьяному прямотой спросил я теперь уже бывшего своего начальника, когда мы выезжали на проспект. - Ну женился, ну из Москвы сваливаешь, но на фига деньгами-то сорить и бухим за руль садиться. Не узнаю тебя, Марат. Как будто тебе все по фигу.
   - Почти угадал. Мне все теперь по барабану ЗДЕСЬ. - Он сделал ударение на последнем слове. - Хату я свою уже продал, с этой шабашкой нашей покончил, чего и тебе советую. Все. Больше меня тут ничего не держит.
   Я надолго замолчал, обдумывая услышанное.
   Вот ведь жук. До последнего темнил. Ну теперь понятно почему бабками расшвыривается. У них там под Казанью жилье сущие гроши стоит. Хотя я бы все равно перевел в Евро, и под подушку.
   - В еврики я уже часть бабла перевел, - будто угадав мои мысли, нарушил тишину Марат. - А на остальное куплю кое-чего кое-где.
   - Фр-р-р. Ну и покупай, тоже мне Джеймс Бонд. Не интересны совсем мне твои тайны Мадридского двора. - на меня накатила пьяная обида. - Все вокруг такие таинственные, все чего-то знают, что-то не доступное нам, лохам.
   - Заметь, ты сам это сказал, - рассмеялся приятель. - Не обижайся, но ты самый настояший лох и есть. Ты что, не видишь, что происходит вокруг?
   - Ну, херня происходит. Ну и что?
   - А то, что по такой херне, скоро в столице твоей жрать нечего будет. За хавку убивать начнут. Когда еще тебе говорил, переезжать надо в деревню.
   - Скажешь тоже. В девяностые не многим лучше было. Выкрутились же. Вон устрою на даче грядки и...
   - Много ты пацаном помнишь девяностые. Тогда голодухи избежали из-за западных подачек. За окорочка и сникерсы все распродали. А теперь и продавать нечего. Грядки. - Марат не весело усмехнулся. - Много ты в своей жизни вырастил?
   - Редиску один раз. Еще укроп как-то. Яблоки там каждый год...
   - Ну-ну, яблоки, - мой приятель закурил, а я насупился и ничего не ответил.
   Подумаешь, на пять лет всего старше, а поучает. Хотя в глубине души понимал, что Марат в чем-то прав. Тянулся народ поближе к земле-то. Вон свою квартиру сдать который месяц не могу. Стоит мертвым грузом. Ну продам, допустим, а дальше? Женька-то со своей хатой не в жизнь не расстанется, да и куда ехать?
   - Ладно они ни хера не понимают. - Мы как раз остановились на перекрестке, и Марат махнул рукой в сторону неоновой вывески над входом в ночной клуб, из дымного зева которого доносились обрывки песни: - '... вечно молодым, вечно пьяным...' - Вот именно 'вечным'. Такими и останутся. Ну ты-то... До сих пор машину водить не научился.
   - Ничего перекантуемся.
   - Ну, смотри. Ты мой адрес знаешь. У нас там пока еще есть домишки пустые или к бабуле какой можно подселиться. А там вольетесь в коллектив, там подсмотришь что, тут люди подскажут, и не только редиску освоишь. Колхоз - дело добровольное. А война... Война, может, и не гражданская будет...
   - Американцы что ли? Не смеши мои тапочки. Поменьше сайты эти читай параноидальные.
   Тут уж обиделся Марат. Он молчал до самой развязки, на которой стояло несколько иномарок и машина ДПС перед ними.
   Только мой приятель хотел что-то сказать, как мент выхватил из кобуры пистолет, и раздался хлопок. Мужик, стоявший около первой иномарки, взмахнул руками и завалился навзничь. Мент подошел к машине, открыл заднюю дверь и разрядил в салон всю обойму.
   Я с открытым ртом смотрел на детскую шапочку, упавшую на мокрый асфальт, а вот Марат не растерялся. Он дал задний ход. Наша тачка резко развернулась и стартанула прочь от развязки.
  
   - Знаешь что? - Марат все еще продолжал время от времени оглядываться, хотя отъехали мы уже прилично. - Пожалуй, я тебя до самого дома довезу. - С этими словами он покопался под креслом и положил на торпеду небольшой пистолет. Газовый или боевой, я в этом не разбирался, но уверенность эта штука внушала.
   - За что он их? Видно же ведь, что не бандиты. Ребенок там...
   - А хер его знает? Они нас давно за людей не считают. Мы для них дойный скот, быдло. И вот это быдло замычало что-то в ответ... Говорю тебе, рвать отсюда надо к своим. Вместе держаться. Приехали.
   Возле дома было хоть глаз выколи. Весь дом словно затаился. Только в 'Камелегдане' горел свет. Из кафе раздавались громкие возгласы на чужом языке.
   Эти ничего не боятся.
   - Знаешь, вот еще что, - Марат сунул руку во внутренний карман и извлек толстую пачку пятидесятитысячных купюр. - Бери.
   - Что ты! Не надо!
   - Бери, бери. У меня в рублях еще до фига, а чувствую, что скоро ими сортиры оклеивать будут.
   - Ну так не оклеивают же пока.
   - Вот и бери. Потом сочтемся.
   - Я как только устроюсь еще куда-нибудь, с первой зарплаты начну тебе высылать...
   Марат помахал мне рукой, и его 'Вольво' скрылась в арке дома.
  
   - Эти приходили, - Женька закрыла за мной дверь и покосилась на сумку.
   - Кто эти? - не понял сразу я.
   Женька молча кивнула в сторону стены, за которой и еще за множеством этажей и квартир процветал 'Камелегдан'.
   - Ну и что?
   - Да ничего. Полупили в дверь, поорали чего-то и ушли.
   Я сел в кресло. Вырисовывалась не хилая проблема. И черт меня тогда дернул?
   Что теперь? От ментуры никакой защиты - это понятно. Откупиться? Даже тех денег, что дал Марат, не хватит.
   И тут у меня перед глазами всплыл тот аккуратный пистолет, лежащий на рапиде.
  
   13.04.2024 г. Москва
  
   На следующий день, закинув за плечо пустой рюкзак и строго-настрого наказав Женьке не открывать никому дверь, я отправился на оптовку. Всех денег конечно с собой не взял. Распихали по тайникам основную их массу. Только без толку все это. Домушники, они четко знают все про наши заморочки. Вон в прошлом году, когда обнесли квартиру Женькиной сестры, даже гирьки от часов и те раскрутили.
   Померзнув на остановке в ожидании автобуса, который с зимы стал ходить раз в пять реже, я еле влез в переполненный салон. 'Икарус' казалось, разбух от спрессованного внутри народа, и из раскрытых дверей торчали филейные части одуревших от борьбы за свободное место граждан. Как я влез туда, сам не понимаю.
   - Слышь ты, толстый, слезь с моей шеи.
   - Локти свои в карман засуньте.
   - А-а-а. Козел, лапы убери.
   - Саша, Саша, на Заводской выходим.
   - Извините, вы не могли бы отдать мою сумку?
   Вот когда я пожалел, что не ношу плеер с наушниками. Полчаса такого 'удовольствия' надо еще выдержать. Но вот через пару остановок народ угомонился, и там, где-то за нагромождением потных тел, из динамиков подвешенного к потолку монитора зазвучала музыка, и томный женский голос произнес:
   - Ты по-другому смотришь на жизнь? 'Витарин' знает что делать. Комплекс 'Витарин' и нет проблем.
   Видел я эту рекламу по телевизору. Комплекс и без нее пользовался популярностью. Молодняк не хотел служить в армии даже год. Властьимущие так перестарались со своими реформами, что даже в придворных Кантемировской и Таманской бригадах и во внутренних войсках по борьбе с населением был зверский недобор. Начали закручивать гайки. И в последнее время дело дошло даже до облав на потенциальных призывников. А 'Витарин' - симпатичная такая коробочка с разноцветными капсулами и был тем спасением от армии. Правда цена доходила до тысячи евро, но работало это средство безотказно. После употребления волшебных капсул, в зависимости от их комбинации, человек временно становился либо дауном, либо припадочным. На медкомиссии у румяного здоровяка вдруг обнаруживался порок сердца или жесточайший диабет. Только вот что было с откосившими дальше? Такой статистики никто не вел и исследований на эту тему не проводил.
   Говорили вроде про одного моего знакомого, что так теперь и ходит, пускает слюни. Врать не буду, сам не видел, но думаю, что такое насилие над организмом по любому ничем хорошим закончиться не может.
  
   Автобус, тем временем, сделал круг на пятачке возле оптовки, и, выплюнув пассажиров, умчался за новой порцией. На самой толкучке, между рядами, шныряло не так уж и много народу, как можно было подумать. Большинство сразу разбредалось по известным им точкам, с дешевыми крупами, тушняком или сигаретами. Я завсегдатаем оптовки не был, такой ценной информацией не обладал, и поэтому двинулся вдоль ближайшей линии ларьков, чтобы прицениться и вообще посмотреть, что к чему.
   Соленые огурчики, квашеная капуста.... Захотелось пить. Потягивая дешевое светлое пиво, углядел скучающего мужика неопределенного возраста, то и дело поправляющего кепку, сползающую с его лысой головы. На прилавке у него лежала всякая кухонная утварь. В том числе и ножи. Некоторые из них меня заинтересовали. Особенно тот, с канавкой для стока крови и такой предохранительной хренью, чтобы при ударе свою же ладонь не порезать.
   - Интересуешься? - небритая физиономия лысого расплылась в улыбке.
   - Да. Вот этим. - Я ткнул пальцем в понравившийся мне нож и тут же задал самый дурацкий вопрос, который только можно было придумать. - А это законно?
   Улыбка медленно сползла с лица мужика.
   - Ты кто такой? - он высморкался в рукав и, прищурившись, осмотрел меня с головы до ног. - от Ящера что ли?
   - Н-нет... Я просто... - тут я выдал еще хлеще. Сам от себя такого не ожидал. - Мне пистолет нужен.
   От удивления у продавца аж приподнялся козырек его потертой кепки. Он секунд десять смотрел куда-то мне за плечо, нервно жуя при этом спичку, а потом как-то буднично сказал:
   - Пошли.
  
   За товаром осталась приглядывать вынырнувшая откуда-то толстая девчонка лет двенадцати, а мы зашли за ларек и по узкой тропинке, петляющей между кустов с сохранившейся еще прошлогодней листвой, потопали к старому железнодорожному мосту.
   Мда. Ну и местечко! Сейчас заведут подальше и грохнут. Ну в лучшем случае просто дадут по башке и обчистят. И что я за идиот? Надо было у того же Марата разузнать: как, где, почем.
  
   Железнодорожный мост представлял из себя две толстенные бетонные плиты, перекинутые через овраг, по дну которого шла та самая тропинка, что привела нас сюда. Здесь она превращалась в вяло текущий ручеек. Склоны оврага укреплены сырым, потрескавшимся от времени, украшенным граффити бетоном. Бетонные же опоры моста образовывали темный тоннель, с едва угадывающимся прямоугольником выхода в конце.
   В этой-то темени я и разглядел двоих, стоявших возле видавшей виды шестерки, да и то только благодаря на мгновение вспыхнувшему огоньку зажигалки. Сердце екнуло, и по спине пробежал холодок.
   - Малхаз, я тебе клиента привел, - крикнул мой проводник.
   - Тише. Что орешь, Шмуля?
   Шмуля поручкался с тем, кого назвал Малхазом, и с его компаньоном, и этот второй кавказец открыл багажник шестерки, набитый доверху ящиками с помидорами.
   - Что конкретно желаешь, уважаемый? - обратился ко мне Малхаз. Говорил он практически без акцента, но без "уважаемого" не обошлось.
   - Что-нибудь попроще. 'Макаров', например.
   - Вот и хорошо, что 'Макаров'. Далеко лезть не придется, - с этими словами хозяин шестерки отставил в сторону верхний ящик и, покопавшись в следующем, извлек на белый свет коробку, завернутую в грязное вафельное полотенце.
   - Вот, практически новый, - Малхаз покрутил в руке пистолет, передернул затвор, вынул и вставил магазин. - Пять штук.
   - Хуя се, - решил я поторговаться, хотя совершенно не представлял, сколько может стоить ПМ.
   - Ну, четыре пятьсот и запасная обойма, - легко согласился торговец, чем вернул меня к мыслям о том, что никто и ничего продавать мне не собирается. Правда, может быть и такое, что пистолет стоит еще меньше и кавказцы элементарно пытались развести лошка. Но вся-то беда в том, что у лошка денег всего ничего. На коробку тушенки и мешок крупы максимум. Времена, когда за автомат калашникова можно выменять разве что пяток банок тушняка, еще не наступили. Программа нефть в обмен на продовольствие исправно действовала в нашей стране с начала девяностых и по сей день. Только многие спинным мозгом почувствовали, что кому-то там за бугром сильно надоела эта ситуация, когда эти русские бездельники и неумехи живут буквально за чужой счет, выкачивая из земли ресурсы, по праву принадлежащие всему человечеству.
   Я-то сам так в принципе не думал, но после того, как в последние год-два вдруг иссякла раздражающая американофобия в наших СМИ и после некоторых событий, стал об этом задумываться.
  
   Однако сейчас мне было не до мировых проблем. Денег мало, а отказаться от покупки уже нельзя. Наивно рассчитывать, что вот сейчас скажу, мол, передумал я, мужики, и меня просто так отпустят. Предложение сгонять домой за деньгами тоже явно не прокатит.
   - В рублях потянет? - я огляделся по сторонам в поисках путей к отступлению. Вариантов практически не было. Ночью опять приморозило, утром подтаяло, и под слоем жухлой листвы притаилась вязкая грязь. Особо не побегаешь. Да и пуля всяко быстрее.
   - Потянет, потянет. Ты не тормози, давай бабло.
   Нужно что-то делать. Ну хотя бы сначала отдать им все, что у меня есть.
   Я медленно сунул руку во внутренний карман куртки и вытащил пачку десятитысячных купюр. Подозрительно толстую, кстати. Там было явно больше, чем собирался взять с собой на оптовку. Одна, две, пять тысяч евро, и даже больше. Почти половина того, что мне дал Марат.
   Отслюнявил четыре пятьсот Малхазу, убрал остальные обратно в карман, схватил коробку и, запихав ее в пустой рюкзак, потопал в сторону оптовки.
   Добрался без приключений, пошатался немного туда-сюда, чтобы окончательно придти в себя, наполнил помаленьку рюкзак всякой жратвой и поехал домой.
   Пока стоял на остановке и трясся в автобусе, голова была совершенно пустой. Поэтому и не спросил Женьку про деньги. Она сама сообщила мне, что зная мою жлобскую натуру, положила побольше. (Вдруг пригодятся?)
   Вот ведь дура баба, а получается, жизнь мне спасла. Однако сколько денег... Похоже, Марат мне штук пятнадцать европейских тугриков тогда сунул. Это он от меня, получается, откупался тогда. Подсознательно вину свою заглаживал. Чувствовал себя, значит, виноватым, в том, что останется жив, а мы все тут вымрем.
   Я стоял в душе, под теплыми струями чистой воды и мне вдруг стало страшно, что скоро ее не будет, как не будет газа и климатического холодильника, теплого пола и кофе-машины с таймером. Да много чего...
  
  
   14.04.2024 г. МакЛин, графство Фэрфакс, штат Виргиния. Лэнгли
  
  
   Чарльз Стейни вот уже полтора года возглавлял офис российского и европейского анализа в директорате разведки ЦРУ. Не дай Бог какая должность, но по сравнению с тем же Национальным контртеррористическим центром, откуда его перевели, куда как спокойнее. Было спокойнее. Но в последние месяцы - словно сглазил кто-то. Особенно Стейни не нравилось иметь дело с агентами, работающими по программе 'Самум'. Попрошайки еще те. Еще со времен Джона Теффта с его 'Конгрессом горских народов Кавказа' повелось это безобразие. Тогда через 'Американский Комитет за мир в Чечне' переименованный позже в 'Американский Комитет за мир на Кавказе' прокачивались бешенные суммы, что характерно - наличными и без расписок. Но в те годы в его состав входили Кеннет Адельман и Мидж Дектер со своим 'Фондом Наследие', Майкл Ледин с 'Американ Энтерпрайз Интститут', Джошуа Муравчик с 'Американским Исследовательским институтом Общественной Политики' и даже Алексей Семенов с 'Фондом Сахарова'. Вот эта компашка и пилила отпускаемые средства вместе с немытыми горцами, пока кто-то на верху не решил, что затраченных усилий и средств вполне достаточно. Денег не хватало, в приоритете ныне была Азия и Ближний восток - финансирование сократили. Теперь на расплодившиеся национально-освободительные движения Кавказа выделяли столько же средств, сколько и в других территориальных отделах. И по стандартной бюрократической процедуре, с отчетностью за каждый потраченный цент.
   Сейчас перед Стейни лежал очередной отчет от куратора 'Свободной Адыгеи'. Куратор был не свой, из кузенов, они давно на Кавказе работают и понимание ситуации у них не в пример лучше. Все хорошо: схема с ФИО и должностями разветвленной сети информаторов, список лояльных и готовых к сотрудничеству, не бесплатному естественно, чиновников, состав и укомплектованность боевого крыла... И внизу кругленькая сумма со многими нулями. Конечно же, она расшифрована постатейно. Сорок три пункта...
   Чарльз вздохнул, поставил свою визу и поплелся в офис поддержки - так это теперь называлось - собирать остальные.
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
   14.04.2024 г. Москва
  
   Как-то муторно на душе. Не греет ничего. Со всеми последними событиями был похерен и забыт день космонавтики. Ни одна сволочь по телевизору о нем не вспомнила, ну и нам вроде как не надо. Предстоящая Пасха тоже пройдет мимо. Разве что бабушки подсуетятся, куличей напекут. А, в общем-то, меня никогда и не прельщала эта псевдопатриотическая волна прошлого десятилетия. Знал, что так оно и будет. Ушли в прошлое массовые гулянки по поводу и без, спонсируемые городской администрацией, канули в лету православные традиции и память о великих свершениях прошлого.
   Верхушке по какой-то причине это стало не нужно, и выяснилось, что люди-то толпились на Васильевском спуске не из великого патриотизма, а развлечения ради.
   Народ и сегодня, правда, все еще пытается разнообразить серые будни бутылочкой, но собирается все больше по семейному поводу или вовсе без оного. Вот и мы с Женькой были приглашены к ее сестре на день рождения. Нарядились, собрались, купили в ближайшем к дому магазине подарок из серии "главное, чтобы подороже" и поехали на другой конец Москвы.
   Вино и водка, как добросовестный доктор, справились с тоской и печалью, и вот мы уже смеемся и довольны жизнью. Даже внезапно пропавшее электричество не выбило из колеи. Зажженные свечи только добавили романтики и хорошего настроения. Такого шикарного стола я не видел сто лет. Это Женькина сестра Ленка расстаралась. И дело тут было даже не в дорогих продуктах, а в немыслимом количестве разносолов, от которых ломился стол. Компания подобралась большая и веселая, поэтому отсутствие традиционных танцулек под ритмичное "бум-бум" никого не расстроило, и было успешно заменено душевным пением под гитару.
   Солировал Ленкин муж Виталик. А когда количество пустых бутылок превысило количество полных, не бренчал только ленивый.
   Потом как-то незаметно женская часть общества отделилась от мужской, чтобы пощебетать о своем, а мужики, устроив из гостиной курилку, принялись решать мировые проблемы. Правда от конфликта между Индией и Китаем и цен на нефть, как-то быстро перешли к ценам на бензин и закрывающимся то тут то там магазинам. В последнее время такие вот застольные базары за жисть сильно изменились. Если еще год-полтора назад кто-то понтовался новой иномаркой с роботом-автопилотом, голографическим 4D-кинотеатром или делился впечатлениями о суборбитальном перелете в штаты или Южную Америку, то теперь если и хвалились, то корешем, работающим на свиноферме или знакомыми пацанами с одного из складов Росрезерва.
   Я, некурящий, одурев от табачного дыма, вышел подышать на балкон.
   Кромешная тьма внизу, лишь изредка рассекаемая лучами фар проезжающих по улице машин, казалось, медленно переползала через поручни, стремясь отвоевать у бликов свечей еще немного пространства. В доме напротив лишь на десятом этаже за плотными шторами еле угадывался свет, да в окнах лестничной клетки, кто-то, подсвечивая себе фонариком, бодро топал вниз.
   - Народ шухерится, - за моей спиной хлопнула балконная дверь. Виталик тоже решил освежиться. - Делает вид, что его нет дома, а сам из него носа не высовывает.
   - Ну не все, - я кивнул в сторону нашего подъезда, возле которого мелькало несколько огоньков зажженных сигарет и слышались вопли на не обезображенном литературой русском языке.
   - А, это Шурик со своими дружками. Никого не боятся и думают, что все боятся их.
   - А может, они и правы? Сдается мне, что наступает как раз их время.
   - Нет, - Виталик махнул рукой, - их время не наступит никогда. Поверь мне, получали раньше, а будут получать еще больше. Только не срок, а пулю.
   - Не буду спорить, только и сейчас из-за них просто так ходить по улице стремно, - я незаметно потрогал кобуру с Макаровым.
   - А ты ходи не просто так, - засмеялся Виталик. - А вообще, что думаешь делать дальше?
   Больше позориться со своими разглагольствованиями об огородничестве не хотелось, и мне оставалось только пожать плечами.
   - А меня брательник к себе в Тверскую область зовет. Они там ремонтные мастерские восстанавливают. Работа есть. Даже рук не хватает. Опять же со жратвой точно проблем не будет.
   - А тут что, совсем херово? - спросил я, хотя и так знал, что владевший сетью автосервисов Виталик, еще зимой уволил всех своих сотрудников, а сам перебивался редкими заказами в маленькой мастерской в гаражах. Можно сказать, вернулся к тому, с чего начал.
   По-другому и быть не могло. Производство накрылось медным тазом, торговля чахла на глазах. А это ведь все обеспечивало хлеб перевозчикам и работу многотысячному парку грузовиков. Опять же много народа уехало из столицы, а большинство оставшихся поставили свои тачки на прикол из-за бешеной цены на бензин. Чинить стало нечего.
   - Да, херово, - Виталик достал сигарету. - Заначки вот подъедим и все. Наверное, все же уедем. Вот Ленку уговорю и... А то давай и ты вместе с Женькой с нами. Чего тут ловить?
  
   Я бы согласился ей богу, если бы знал, чего ловить в колхозе без пяти минут безработному проектировщику скоростных лифтов и безработному декоратору.
  
   После одиннадцати народ начал потихоньку расходиться. Первыми, в сопровождении своих половин, ушли две Ленкины подружки, живущие неподалеку. Потом на своем 'Ниссане' отвалила Ленкина коллега с мужем. Они живут за городом в двадцати минутах езды отсюда.
   Дальше всего ехать было нам с Женькой, поэтому ночевать остались здесь. Ясно, что оставшиеся в строю автобусы, маршрутки и дерущие семь шкур частники не справятся с хлынувшими из вставшего метро пассажирами, даже не смотря на то, что час пик давно миновал.
   Если завтра электричество не дадут, будем думать, как добираться до дому, до хаты, а пока баиньки.
  
  
   14.04.2024 г. Краснодар.
  
   - Иса, что встал как столб? Не светись, уже почти все разгрузили.
   - Тише, Анвар! Что орешь, как ишак? Сам знаю, что мне делать. Маму свою учи. - Иса Мурзаев, сверкнул белками глаз в темноте возле забора, по-кошачьи метнулся к дому, во дворе которого стояла 'Газель', набитая ящиками с оружием. Точнее почти все оружие перекочевало с машины в погреб.
   Вот это дело!
   Прятаться Исе порядком надоело, но скоро все кончится. Вернее начнется. Начнется настоящее дело, и наконец-то Кавказ будет очищен от этих гяуров.
   Главное нигде не проколоться в эти дни. А то вон как с фугасами и гранатами в Пятигорске напортачили - рванул дом, в котором на выкупленной квартире был организован транзитный склад. Вся местная правоохранительная шобла на ушах стоит.
   Но у них такого не будет. Асланбек привез с собой из Турции этого... Палмера. Бывший 'морской котик', спец по подрывному делу. Так что федералам со своими колоннами очень скоро будет неудобно ездить по земле великого халифата.
   Иса сплюнул и пошел в низ. Надо присмотреть за парнями как бы чего не стащили. Были уже случаи, когда на местном базаре всплывали 'подарки' из Турции. Не хорошо это.
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
  
   15.04.2024 г. Москва
  
   Утром на перекрестке все так же торчал заглохший вчера троллейбус, значит, случилось что-то серьезное. Придется добираться на перекладных. Распрощавшись с родственниками, мы с Женькой отправились к остановке автобуса, маршрут которого пролегал через центр. Я-то хотел шикануть, и начал было высматривать попутку, но тут уже Женьку начала душить жаба. Но после полуторачасового топтания на остановке, она сказала, что лучше бы я ее послушал и сделал наоборот.
   Наконец подошел полупустой автобус. Даже сидушки свободные были. Так удивился этому, что несколько раз спросил у сидящих рядом, точно ли автобус идет до Белорусской.
  
   Глядя всю дорогу в окно, я не узнавал города. Покрытые ковром из мусора газоны, брошенные битые легковушки и разутые и чуть ли не разобранные грузовики, хлопающие на ветру разодранные рекламные баннеры и плакаты, разбитые окна и витрины, оборванные провода... Ладно, у нас на окраине, но от центра я такого не ожидал.
   На Тверской малость получше. По всей Москве еще зимой позакрывались почти все точки, торгующие фастфудом, а в тех, что остались, цены были заоблачные. В разы больше прежних ресторанных. На Тверской же попался кабачок, где в меню никто не дорисовал шариковой ручкой нолики к отпечатанным цифрам.
   - Могу предложить только напитки и холодную закуску. - Виновато улыбаясь, развел руками хозяин заведения. - Горячего нет ввиду так сказать...
   - Но горячительное-то есть, - улыбнулся я.
   - В ассортименте.
   - Нам коньячку, мартини с соком и чего-нибудь мясного.
   Подкрепившись, пошли в сторону Красной площади. Праздно шатающейся публики практически не было. Редкие прохожие, как и мы, добирались до дома через центр, но совсем не прогулочным шагом. Мы же никуда не спешили. Обходя переполненные урны, рассматривали пыльные витрины с дорогими шмотками, подошли к фото-стенду позапрошлогодней выставки кошек, подивились на мерзнущего продавца матрешек. Иностранцы что-то столицу не жаловали в последнее время.
   До Таганки дошли пешком. Дальше тоже на своих двоих. Потом повезло, остановился УАЗик, водила, которого за пятнадцатиминутную поездку содрал с нас столько, что в прежние времена хватило бы доехать на поезде до самого Питера.
   Расплатившись, вылезли из машины у входа во двор. Пока обходили стройные ряды ржавеющих "подснежников", уловил какое-то подвывание за кустами, на углу дома. Женька опять потянула меня за локоть, но я поступил по-своему. Продравшись сквозь кусты, увидел, как трое мужиков и одна баба бьют ногами кого-то свернувшегося в калачик. Бьют не как обычно, с громкими воинственными криками для устрашения противника и приведения в тонус себя, а молча, с придыханием. Так бьют, чтобы убить, а не просто наказать или испугать. Только бабенция при каждом ударе подвывала. Этот вой я и услышал.
   Немного растерялся. Передо мной были не скинхеды, не наркоши, нападающие, чтобы взять денег, снять дорогое кожаное пальто или часы, а мои соседи по двору. Кажется, с кем-то из них я не так давно здоровался.
   Постоял несколько секунд, расстегнул куртку, затем кобуру. Достал Макаров.
   Те четверо на меня не обратили внимания. Зато у Женьки округлились глаза.
   - Эй! - Я передернул затвор.
   Хлипкий мужичок с внешностью спившегося профессора занес ногу для очередного удара, увидел меня и тут же слинял за угол. За ним последовал краснолицый крепыш из второго подъезда девятиэтажки.
   Третий, не такой сообразительный, а может быть просто более упертый, отполз в сторону только после того, как увидел черный зрачок ствола, смотрящий ему в лоб. Он медленно, тяжело дыша, отступил к стене и молча, потащился в сторону улицы. Отойдя на, как ему казалось, безопасное расстояние, он заорал:
   - Сука, бля! Ты мне еще встретишься. Вот я своих подтяну...
   Но стоило мне повести стволом в его сторону, как эта пухлая сволочь сделала ноги. А вот дамочка не слышала никого и ничего и продолжала остервенело молотить корчившегося на земле человека.
   Не имею такой привычки - бить женщин, но эту ударил. Рукояткой пистолета туда, где шея переходит в плечо. Она завыла еще громче и, держась за ушибленное место, рванула прочь.
   Я наклонился над телом, потянул за плечо, перевернул. Это был Серж Галстян из семнадцатой. Вернее Сергей. Армянин только наполовину. Родился в Москве в семидесятые годы прошлого века. Бывший военный летчик, но кого это сейчас волнует?
   Взял Сергея за воротник и потащил к подъезду. Если сломана ключица, что-то там с шеей или позвоночником, то кранты. По-хорошему, не надо было его трогать, но Скорая и в квартиру не поедет, не то, что на вызов с улицы. К тому же, мобильные не работают со вчерашнего вечера.
   Полностью выбившись из сил, затащил соседа на третий этаж. Обшарив карманы, нашел ключи от квартиры. Женька мне все это время помогала, как могла. Она же сбегала на седьмой этаж за Кларой Степановной, когда-то работавшей медсестрой в нашей поликлинике.
   К счастью самое серьезное из того, что заполучил сегодня Сергей - это сотрясение мозга и перелом двух пальцев на левой руке. Не знаю, может, спасло то, что был еще в теплой и толстой зимней одежде, а может мы вовремя подоспели.
   А вот я, кажется, нажил себе еще врагов, в придачу к уже существующим. Кроме того, теперь весь двор будет знать, что у меня есть ствол. И в 'Камелегдане' тоже. А и хорошо. Плохо, если подумают, что газовый.
  
   - Откуда у тебя пистолет? - вцепилась в меня Женька, как только захлопнулась дверь в нашу квартиру.
   - Купил, - решил говорить, все как есть.
   - Надеюсь газовый.
   - Газовый, газовый.
   - Врешь! С газовым ты бы не был таким смелым. Я-то тебя знаю. Да и эти бы так от газового не дернули.
   - Много они все в этом понимают.
   - Тогда покажи.
   - Еще чего. Оружие, как и техника, любит одни руки.
   - Ах, вот так вот, значит? Сколько просила тебя мне травматический купить? А себе, получается, втихаря купил?
   - Не себе, а нам.
   - Ладно. Ты мужик, тебе виднее. Главное, чтобы завтра здесь половины нашего отделения милиции не было из-за этого 'газового' пистолета. - Женька пошла на кухню, чтобы включить газ. Оказалось, что в пылу пьянки на Ленкиной квартире мы не заметили, что отопление тоже отключили.
   Холодно, однако.
   Но газа тоже не было, и мы, прижавшись друг к другу, попытались уснуть в холодной постели. Женьке это удалось почти сразу. Все-таки весь день шатались. А я долго не мог сомкнуть глаза. Одолевали всякие разные неприятные мысли.
   Вчера о пистолете жене я ничего не сказал. Побоялся. Просто заперся вечером в ванной и под шум воды долго вертел дорогую игрушку в дрожащих руках. Потом осторожно разобрал пистолет, с удовольствием отметив, что никакой ржавчины нет, и все детали покрыты консервационной смазкой. Найденной под раковиной тряпкой удалил излишки, затем выщелкал из магазина патроны. Протер и их. Собрал машинку и, убрав в кобуру, положил в пакет. Теперь надо проверить стреляет ли вообще мое приобретение. А где это сделать? Правильно, на даче, глубоко в лесу. Значит, испытание откладывается до следующих выходных.
   Этим утром, перед выходом из дома я незаметно пристроил кобуру на ремень под 'Аляской', прикрыв ее перед этим свитером навыпуск. Хорошо, что по утрам все еще холодно. Летом было бы хуже.
   Всю дорогу, до Ленки и обратно, пистолет жег пузо, а перед самым домом, и помахать им пришлось. Вот так!
   И вот теперь я лежу и думаю, во что это все выльется. Чертова штуковина, казалось, светится сквозь стены на всю округу. Я попытался успокоить себя, но мысль о том, что меня загребут компетентные органы, червяком вгрызлась в мой мозг и мешала спать.
   Промаявшись всю ночь в тревожном забытьи, едва рассвело, аккуратно снял с себя Женькину руку и соскользнул с кровати.
   Дом наш построили в лихие девяностые, и с тех пор он не знал капитального ремонта. За тридцать лет и без того раздолбанные полы обзавелись многочисленными прорехами под растрескавшимся паркетом. Я без труда отковырял пяток почерневших дощечек и просунул свернутый в кулек пакет с пистолетом в дыру между досок деревянного покрытия. При желании в зазор между ним и бетонной плитой можно было затолкать пару автоматов и не один ящик патронов россыпью. Примостив паркетины обратно, нырнул обратно в кровать, досматривать оставшиеся сны.
  
   Разбудил нас настойчивый трезвон в дверь. Через глазок на меня таращился чей-то вылупленный глаз. Еще был виден причудливо изогнутые нос и правое ухо.
   - Кто? - спросил я, подавляя зевок.
   - Открывай, Гришин. Милиция. - ответил ранний визитер и отступил в сторону от двери. Теперь мне стала видна заплывшая жиром физиономия нашего участкового.
   Щелкнули замки, и в квартиру ввалились четверо. Помимо участкового, это еще капитан милиции и двое в штатском.
   Я не стал их ни о чем спрашивать, предоставив возможность объясниться самим.
   - Оружие сам отдашь или мы поищем? - без раскачки начал участковый, которого за глаза звали Пузырь. То ли из-за фамилии Пузыревский, то ли из-за объемной фигуры.
   - На даче.
   - Как на даче? - булькнул Пузырь, не ожидавший столь быстрого признания.
   - А где еще держать топоры и лом, в квартире что ли?
   - Остришь? Про огнестрел тебя спрашивают. Поступил сигнал, что у тебя есть пистолет Макарова. ПМ. Слышал про такой?
   - Кто же это вам сказал такую чушь?
   - Неважно. Ты давай добровольно отдавай. Сам понимаешь.
   Я сел в кресло и покосился на снующих туда-сюда гражданских. Капитан стоял в комнате возле окна, куда он проперся в грязных ботинках, и со скучающим видом рассматривал дом напротив.
   Женька в самом начале с невозмутимым лицом проследовала на кухню. Молодец. Хотя я точно знаю, что переживает.
   Пузырь в сущности был неплохим мужиком. Ну имел денюжку за слив инфы похоронным агентствам и всякие дела с прописками и регистрациями, но вместе с черными риэлторами бабушек на тот свет не отправлял. А сейчас он просто выделывался перед этим капитаном и двумя в штатском. То, что это никакие не понятые, я понял сразу. Они выписывали круги по квартире, как бы невзначай заглядывая за диван, открывая шкафы и вообще суя свои носы повсюду. Обыск конечно, но какой-то странный. Больше похоже на самодеятельность.
   Я сидел и думал: потребовать у них ордер или не умничать? Решил посмотреть, что дальше будет и правильно сделал. Еще немного потоптавшись, четверка ретировалась, пообещав мне на прощание кару небесную и половину статей УК.
   Мне же только оставалось сокрушаться по поводу испорченного утра незапланированного выходного.
   Ну, надо же, милиция наша! Когда убивают, ищи их свищи, а вздумал сам себя защитить - тут как тут. Боится власть своего населения. Ох, как боится!
   Покрутил краны горячей и холодной воды. В ответ лишь шипение. Взял телефон, послушал тишину в трубке.
   Ну да, какую на хрен Скорую я вчера собирался вызывать?
   Послонялся по квартире. Заняться елки нечем и чаю горячего охота. Пойти прогуляться? Не получится. Без пистолета на улицу не выйдешь. И с пистолетом тоже. Хотя за водой все равно идти надо.
   Послушав через дверь что твориться на лестничной клетке и понаблюдав пару минут в глазок за обстановкой там же, я решился на вылазку.
  
   В единственном на всю улицу магазине, где можно было купить китайскую тушенку и ветчину, а так же непотребного вида морепродукты оттуда же, встретил соседку с первого этажа. Окно ее кухни выходит прямо на подъезд, и она целыми днями сидит возле него, отслеживая всех входящих и выходящих. Значит, вчера вполне могла видеть все мои подвиги. Ей, конечно, далеко до бабы Маши, но в магазин она ходит как раз, чтобы пообщаться в очереди в кассу. Никакой пенсии, чтобы тут отовариваться у нее, конечно, не хватило бы. Вот и топчется соседка в душном зале с упаковкой сухой лапши на дне корзины заодно с народом. Очень не хотелось бы, чтобы бабуля озвучила вчерашнее происшествие. Но нет. Лишь скользнула по мне взглядом и, увидев свою знакомую из третьего дома, поспешила к ней. Я же продвинулся ближе к консервам. Вода подождет, а вот отвезти хавчика на дачу надо бы. Все равно в субботу туда поеду.
   Об отечественной и белорусской тушенке нечего и мечтать. За ней встают в очередь спозаранку ушлые граждане, откуда-то знающие все и обо всем. А чаще наш тушняк просто расходится по своим.
   Набив тележку банками, упаковками и пакетами, встал в длинную очередь. Уже на подходе к кассе, до меня дошло, что чуть не забыл о воде. Когда вернулся, обнаружил того самого мужчину в элегантном костюме, за которым занял, растерянно озирающимся по сторонам и кассиршу, ерзающую на стульчике. Оказывается господин только что прикатил в город на своем серебристом внедорожнике, и совершенно не в курсах, что тут происходит. Вот и стоит с полными сумками и барсеткой, полной абсолютно бесполезных кредиток. Очередь сзади начинает гудеть, а мужик все не врубается, почему он не может расплатиться. Я не стал ждать развязки этой трагедии, а переложил покупки на неподвижный транспортер, отсчитал деньги, подождал, пока кассирша два раза сосчитает все на калькуляторе и пошел перегружать свою добычу в сумку под цепким взглядом охранника. А, ну да. Турникет-то тоже не работает.
  
   - Чего так долго? - надулась Женька. - Мне тут уже черти чего в голову лезет.
   Вот оно, каково жить-то без мобильника!
  
  
   19.04.2024 г. США. Окрестности Балтимора. Штат Мэриленд.
  
   На мониторе охраны было хорошо видно, как высокие гости вышли из лимузина и направились к лифту. Первым шел Лоуренс Саммерс, с которым Джеймс Ротшильд не виделся с последнего собрания Бильдербергского клуба в Лозанне. За ним, неспешно неся свои объемистые телеса шагали, похожие друг на друга почти как два брата близнеца: госсекретарь Ричард Кейтс и глава сенатского комитета по Северной Центральной Азии Фредерик Коулмен. Последнего решили пригласить исключительно для того, чтобы было кому завтра озвучить в конгрессе то, что они окончательно оформят сегодня.
   Чуть отстав, вслед за другими поднялся Анатоль. С этим русским Ротшильда познакомил еще во Франции сам Натан. Фамилию его было сложно произнести даже про себя, поэтому Джеймс звал его на французский манер. Анатоль прилетел из Москвы со съемок очередного пространного и жизнеутверждающего интервью. Последнее время он никогда не упускал случая покрасоваться на экране, поучить жизни плебс. Сентиментальным стал. Стареет. Но это интервью теперь уже вряд ли пойдет в эфир.
   Джеймс взглянул на часы. Все в сборе. Пора начинать.
   - Скотч, шампанское, глинтвейн, коньяк, водка? - Ротшильд окинул взглядом гостиную.
   - Шампанское рано, - попытался пошутить Коулмен, которого никто не удостоил даже взглядом.
   Сегодня Ротшильд принимал гостей сам, поэтому вместо робота-официанта напитки принес метродотель. На кухне колдовал тоже настоящий повар. Джеймс недолюбливал всю эту автоматику и в такие дни предпочитал чтобы его обслуживали люди благо денег на настоящую прислугу у кого-кого а у него хватало. В обычные же дни, когда хозяйничала его супруга, вокруг постоянно сновали, орудуя своими манипуляторами кибергувернантки, возле детей крутились киберняньки, а на лужайке работали автоматические газонокосильщики. Кухонный монстр, какой-то чудовищный гибрид из холодильника, электроплиты и посудомоечной машины, сам составлял меню на неделю, сам заказывал продукты посредством Интернета и сам готовил любые блюда. Умный дом тоже не простаивал: закупал свежее белье, следил за освещением в многочисленных комнатах, управлял всей этой электронной прислугой, тонировал при ярком солнце окна, регулировал влажность и температуру, поддерживая здесь комфортный климат. Трудился он и сейчас, перестраивая режим под вновь прибывших.
  
   - Экран, - произнес Джеймс, и откуда-то сверху опустилась тонкая плазменная панель.
   - Итак, господа, операция 'Троян' входит в свою завершающую стадию. Мне доложили, что наши специалисты на местах полностью взяли под контроль объекты ядерного комплекса русских. Нам с вами остается только определиться с текстом резолюции ООН и соглашения с русским правительством. Рабочее название 'О пяти принципах оказания международной помощи Российской Федерации со стороны стран Северо-Атлантического Альянса'.
   - А если их правительство откажется подписывать соглашение? - Коулмен достал платок и вытер покрывшуюся испариной лысину. Кейтс ввел его в курс дела по дороге, но события развивались слишком быстро для сенатора.
   У них нет выбора - взял слово Саммерс. - Практически во всех республиках беспорядки, вот-вот начнется парад суверенитетов, как в СССР в прошлом веке, структуры МВД, состоящие из местных кадров, полностью на стороне сепаратистов. Русским ничего не остается, кроме как положиться на нас. В Кремле сидят не дураки, дураки сидят в Гааге.
   - А китайцы?
   - Китайцам придется разрываться между Восточной Сибирью, Средней Азией и Африкой. Красный дракон порвет пасть, если попытается проглотить эти большие куски сразу, - Джеймс Ротшильд засмеялся, довольный своей шуткой. - Вот смотрите. - Он провел лазерным лучом указки по карте, появившейся на экране.
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
  
   19.04.2024 г. Москва.
  
   Электричество дали только утром в четверг. Тепло, воду и газ, чуть позже. Позвонили с работы и сообщили, что в эти выходные работаем. Но за три дня мы так намерзлись, устали от сухомятки и одурели от безделья, что были готовы работать и месяц без выходных. Лишь бы больше такое не повторялось.
   Но вот от чего страдал больше всего лично я, так это от информационного голода.
   Приехав на работу, первым делом налил себе кофе и полез в интернет. Ни один сайт, обитающий на американских серверах, не работал. Ни блоги, ни социальные сети... Ничего. Открывался лишь российский аналог Гугла, ссылки с которого все равно вели все на те же мертвые сайты, и несколько федеральных новостных порталов. Почти на всех странички не обновлялись с выходных. Только на Вестях сухо сообщалось о каких-то беспорядках на юге России. В последнее время полыхало то в Чечне, то в Дагестане, то еще в какой-нибудь кавказкой республике. На этот раз тревожные новости поступали еще и из Нальчика, Пятигорска, Ставрополя и даже Краснодара. Как-то подозрительно одновременно боевики атаковали в этих городах здания, где располагались силовики и основные органы власти.
   Еле досидев до конца дня и, так больше ничего и не выловив в интернете, я отправился домой, где сразу включил телевизор.
   Из прежних тридцати четырех каналов до сегодняшнего дня дожили только три: два федеральных и один московский.
   Пока Женька разогревала ужин, прослушал скудные комментарии под картинку с горящими зданиями на заднем плане, вздохнул и переключился на спутниковые каналы. По ВВС трепался какой-то пожилой индус, а вот по CNN смазливая негритянка болтала на фоне длинной колонны нашей бронетехники. Я по-английски как та собака - все понимаю, но сказать не могу.
   - ... в некоторых республиках антиправительственные демонстрации переросли в массовые беспорядки. В Калмыкии и Чувашии подконтрольные правительству войска применили силу. От наших корреспондентов с мест событий поступают сообщения о большом количестве жертв. - с улыбкой на сто долларов сообщила дикторша. - Пока этот материал готовится, мы покажем вам интервью с председателем Конгресса свободных народов Карелии и лидера движения За единение финн-угорских народностей господином Эриком Эйнолаа.
   На экране появился тучный журналист со смешными кудряшками, обрамляющими блестящую лысину и его собеседник - высокий, тощий тип, с удлиненной челюстью, оттопыренными ушами и водянистыми глазами, уставившимися куда-то мимо камеры.
   - Господин Эйнолаа, скажите, как вы оцениваете перспективы развития вашей республики в наше непростое время?
   - Они просто прекрасные. - председатель, как школьник, положил на колени свои узкие ладони с длинными пальцами. - Мы уже сейчас готовы влиться в дружную европейскую семью, и Карелия как никогда близка к этому.
   - На мой взгляд, об этом говорить еще рано. - Заерзал на стульчике Кудрявый. - Но надо признать, что ваша республика, становясь независимой, делает огромный шаг на пути к торжеству демократии и общечеловеческих ценностей.
   - Тем более мы в этом не одиноки. - Оживился Эйнолаа. - Я вчера участвовал в слушаниях конгресса США, посвященных политической ситуации в Северной Центральной Азии. Там мне в приватной беседе сообщили, что в администрации президента готовится пакет документов о признании независимости таких республик, как Адыгея, Коми, Калмыкия, Чувашия, Башкортостан, Удмуртия, Якутия, Дагестан...
   - О! Как интересно. Это как-то связано с конференцией в Познани?
   - Да, конечно. Там собрались главы правительств всех этих свободолюбивых республик. В итоге мы составили обращение к конгрессу США и Совету Европы.
   - Но наши европейские структуры пока не отреагировали на это обращение?
   - Да, к сожалению это так. - Эйнолаа как-то сразу поскучнел. - Сейчас в Евросоюзе председательствует Италия, поэтому вопрос, скорее всего, поднимет Румыния, которая сменит ее осенью. Но наши друзья из Латвии и Албании обещали включить этот вопрос в повестку дня ближайшей сессии Совета Европы.
   Они еще долго что-то там говорили о праве личности на индивидуальность и прочей галиматье, а я жевал остывшие котлеты и тихо офигевал. Вот что значит не интересоваться политикой.
   - Они там что, все охренели? - вырвалось непроизвольно у меня
   Переключил обратно на ВВС. Вместо индуса сидел надувшийся от своей важности чиновник какой-то международной организации. Ведущий был тот же.
   - ... Москва не в состоянии справиться с этим самостоятельно.
   - Неужели это так серьезно? - округлил глаза журналист.
   - Более чем. Судите сами. На прошлой неделе взорвалось самое крупное подземное хранилище газа под Ставрополем, и теперь поставки энергоносителя в Европу под угрозой. На этой неделе взорвался самый крупный оружейный склад под Армавиром. А если произойдет утечка в хранилище радиоактивных отходов? Или оно вообще взорвется? Это не так далеко от Европы, как кажется. Вспомним Чернобыль. Еще хуже ситуация с ядерным оружием русских. В связи с последними событиями велика вероятность его захвата террористами.
   - И что же теперь делать?
   - Мы сейчас ведем переговоры с Москвой о возможном совместном контроле над стратегическими объектами в зонах риска и на неуправляемых территориях. Сейчас уже очевидно, что им нужна помощь международных сил в организации мер коллективной безопасности.
   - Это обнадеживает. Как продвигаются переговоры?
   - В Москве взяли время на раздумье, но мы в свою очередь уже предприняли ряд мер, направленных на разрешение кризисной ситуации у наших русских друзей.
   - Что это за меры?
   - Мы тесно сотрудничаем в области безопасности с независимыми демократическими лидерами республик. На местах из представителей демократической общественности формируются дружины, призванные обеспечить правопорядок и взять под защиту инфраструктуру и стратегические объекты во избежание их захвата экстремистами.
   - Будем надеяться на лучшее. Благодарю за содержательную беседу, господин Хенриксен.
  
   Что-то я не фига не понял. О чем это они? И не понятно, почему наши как в рот воды набрали. Раньше из всяких беспорядков и терактов целое шоу устраивали с он-лайн трансляциями. И тут до меня дошло. Газеты! Я их практически никогда не читал, но вроде же оставались на плаву какие-то оппозиционные? Или нет? Надо попробовать завтра найти одну из них. Там уж наверняка напишут все как есть.
  
   27.04.2024 г. Москва
  
   Я как дурак стоял у киоска и сквозь стекло пялился на яркие страницы так называемых газет. Сын известного актера изнасиловал школьника, Увеличить грудь можно без операции за пять минут, В школе учитель провел урок мастурбации, Катя Бель продала свою мать на органы, кричали аршинными буквами первые полосы. О новостях можно было забыть. Не водились.
   После всего этого хотелось вернуться домой, помыть руки и прополоскать горло рюмочкой-другой дезинфицирующего, но я пошел к станции. Здесь меня ждал неприятный сюрприз. Почти все электрички отменили. Осталось только две, на которых можно было доехать до дачи. Ближайшая через четыре часа. Пришлось все-таки вернуться домой.
   Ой, не нравилось мне разгуливать по двору с пушкой после того визита Пузыря и К. Тем более, что Салех со своими земляками на улицу носа не кажут. Будто и не было их тут никогда. Вчера встретил Сержа. Он уже оклемался и ползает потихоньку до магазина и обратно. Так вот он мне сказал, что город стал напоминать ему Москву семидесятых годов прошлого века. Мало машин на улицах и людей в метро, почти не слышно не русской речи. Никто не стреляет и не орет обожравшаяся гопота.
   Я тоже заметил какое-то нереальное затишье. Город будто затаился.
  
   Злой ветер, прятавшийся в тени деревьев, так и норовил выдуть из-под ветровки все тепло, накопленное в электричке. Стремительно несущиеся в высокой синеве облака, не позволяли солнцу, как следует прогреть сырую землю. Такая вот весна в нынешнем году.
   Я втянул голову в воротник.
   Погорячился, мягко говоря. Надо было теплее одеться и шапку с собой прихватить. За городом-то оно всегда холоднее.
   Домишко мой встретил меня, весело скрипнув входной дверью, и сразу стало как-то спокойно на душе. Захотелось сделать себе чаю, достать бутерброды, вытащить старое плетеное кресло на крыльцо и устроиться там, подставив лицо ласковым солнечным лучам. Так и сделал. Единственное, пришлось повозиться с печкой. Электричества здесь тоже не было. Ну да его и в прошлые годы с октября по май давали через два дня на третий. Вот в Москве творится что-то странное. Все коммунальные службы словно самоликвидировались, и из-за этого во многих домах нет горячей воды и газа. Электричество включают два раза в день: по два часа утром и вечером. Причем никто нигде объявлений не делал. Все выяснилось опытным путем. Народ как-то приспосабливался к этому. Мы вон с Женькой достали с антресоли здоровенный термос, и в него, и еще в несколько маленьких заливали чай, кофе и бульон. С жратвой стало заметно хуже. Рынки почти обезлюдели, в магазинах шаром покати. И чтобы добыть чего-нибудь съестного, надо было вставать затемно и выстаивать часами в очередях, чтобы потом уткнуться в пустой прилавок. Ну или схватить чего-нибудь, если повезет. Народ от такой жизни зверел день ото дня. Частенько в тех очередях доходило до мордобоя. Милиция же обитала в той хате, что с краю, а точнее сидела по РОВД и с невозмутимостью сфинксов торчала на перекрестках и возле гос. учереждений. Федеральных же чиновников ветром сдуло с голубых экранов. Больше никто не отчитывался об успехах, не учил жить, не повторял прежние мантры о росте и удвоении. Только по московскому каналу сказали, что в связи с временными кризисными явлениями с первого числа введут талоны на продукты первой необходимости. Список обещали озвучить позже. И это за какие-то десять дней после того блэкаута.
  
   Погодка разошлась, мысли постепенно потекли в правильном направлении. Да и не могло быть иначе. Вырвавшись на природу, полностью растворяешься в прозрачном весеннем воздухе, щебетании птиц и неповторимых запахах проснувшегося от зимней спячки леса.
   Наковырять что ли березового сока?
   Где-то высоко за кронами сосен что-то застрекотало, и по неухоженным грядкам на соседском участке пронеслась продолговатая тень. Я вывернул шею, но разглядеть ничего не успел.
   Прикольно. Что бы это могло быть? Сейчас у нашей продвинутой молодежи из зажиточной части поселка полно всяких дорогих игрушек. Скуттеры, миникары... Может, планер кто запустил? Или это авиетка? Тут Жуковский недалеко. А хрен с ними.
   Я еще посидел немного и укрылся в доме от посторонних глаз, чтобы поиграться с пистолетом. Опробовать его сегодня все равно не судьба, так хоть побалуюсь. Не забыть бы Своей позвонить. Я ей строго-настрого наказал, чтобы из дому нос не высовывала. Чтобы дверь не открывала, кто бы что бы с той стороны не говорил.
  
  
   27.04.2024 г. Польша. Щецин Штаб польско-литовско-украинской 42-ой миротворческой бригады.
  
   Козмински заложил руки за спину и прошелся вдоль стола. С минуты на минуту должен был позвонить из Брюсселя Сам, и поэтому генерал немного нервничал. А тут еще этот... Недоучка из Киева мешается под ногами.
   Яцек поморщился.
   Прислали этого Корнейчука на мою голову.
   Эта дурацкая традиция, подтягивать младших партнеров, которая со временем превратилась чуть ли не в правило, казалась Козмински неудачной и бесполезной затеей. Ну что можно слепить из бывшего таможенника или сотрудника налоговой полиции? Но объектов в Северной Центральной Азии было очень много, а людей катастрофически мало. Приходилось мириться. Бригадный генерал Осадчий, вот кого хотел бы иметь под рукой Яцек. Афганистан, Азербайджан, Иран... Десятки блестяще проведенных операций. Но сейчас Алекс работает самостоятельно. В Липешче кажется. А Пол Корнейчук... Исполнительный, но чересчур навязчивый.
   Правда, сам генерал уже забыл, как смотрел в рот пятнадцать лет назад бригадному генералу британских морпехов на базе коалиционных войск под Басрой.
   Заверещал телефон. После короткого разговора настроение у Козьмински заметно улучшилось. Это заметил и Корнейчук.
   - Хорошие новости?
   - Более чем. Все идет по плану.
   - И никаких эксцессов?
   - Это же Россия, Пол. Конечно, без инцидентов не обошлось. Кое где с их офицерами случились истерики, но наши американские друзья эту проблему решили.
   - Я больше всего боялся, пан генерал, что кто-то из них сумеет добраться до спецбоеприпаса.
   Он, как баба, матка бозка. - Козьмински оттопырил нижнюю губу, уселся в кожаное кресло и словно неразумному дитя, принялся разъяснять Корнейчуку очевидные вещи:
   - Это исключено. Вы, конечно же, в курсе, какие подразделения должны были взять под контроль эти спецбоеприпасы?
   - Да...
   - Но вот чего вы не могли знать, так это того, что это была только подстраховка. Все уже куплено до нас, Корнейчук.
   - Я подозревал, что без этого не обошлось.
   - Да в Вашингтоне решили пойти старым проверенным путем, но это не значит, что у нас с вами не будет работы, Пол. Завтра вылетаем в Воронешч. Это ведь исконные украинские земли, если я ничего не путаю? Вот вам и карты в руки. Местная атомная станция требует пристального внимания со стороны мирового сообщества.
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
  
   28.04.2024 г. Московская обл. Раменский район.
  
   Лес стоял весь сырой, как рубаха, плохо выжатая после стирки. Под напором дневного света сумрак неохотно отступал в густые еловые заросли на дне огромного оврага. Я остановился в нерешительности. Перейти на другую сторону или свернуть на право? Слева между тонкими стволами осин мелькало затянутое ряской болотце. Так что без вариантов. Все-таки начал спуск, хватаясь за клочья сухой травы и ломкие ветки кустов. Толстые подошвы моих старых зимних кроссовок утопали в мягкой податливой земле, которая неохотно отпускала их обратно. Вымазался по уши. Ну да ладно. Чай не в костюме от Кардена в лес пошли. Отмоемся. Главное, руки не наколоть обо что-нибудь.
   Выбираясь наверх, поскользнулся и едва кубарем не скатился вниз. Обошлось.
   До поляны, где решил пострелять, осталось всего ничего. Доберусь, надо будет выбрать место посуше и отдохнуть малька. Дыхание восстановить. Давно не ходил так далеко и долго. Притомился с непривычки.
   Тишина. Ее так много, что сама мысль о пальбе по банкам здесь и сейчас кажется кощунственной. Любой выстрел обречен быть услышанным за несколько километров отсюда. Или нет?
   Может пойти к железке, и бабахнуть, дождавшись, когда пойдет товарняк? Нет. Рядом с железкой запросто можно на кого-нибудь нарваться.
   Я отыскал пенек, поставил на него одну из пустых консервных банок, что захватил с собой и отошел метров на тридцать, к самому краю поляны.
   Конечно, можно бы было встать ближе, но хотелось еще посоревноваться с самим собой. Попаду, не попаду? А ну как не попаду? Как тогда узнаю, что эти оружейные магнаты мне не холостые подсунули?
   Распахнул телогрейку, расстегнул кобуру, достал пистолет.
   Так. Теперь снять с предохранителя, передернуть затвор, задержать дыхание, прицелиться и плавно нажать на...
   Бах.
   От ближайшего дерева, что я выбрал мишенью, отлетели куски коры. Нормалек. Теперь по банке. Это сложнее. Патронов не так много, и я еще не знаю, буду ли стрелять в третий раз. А попасть хочется.
   Выстрел эхом отозвался на другом конце поляны, пробитая насквозь банка из-под сгущенки улетела в траву. Я понюхал едва уловимый запах пороховой гари и довольно зажмурился.
   Класс! Но закончим на этом. Программа на сегодня выполнена, и хватит жечь патроны.
  
   Возле самого дома меня перехватил Антоныч. Его шикарная двухэтажная хата возвышалась над округой наискосок через улицу от моего участка. Там было все: и подземный гараж, и здоровый погреб, и пристройка с сауной. Весь второй этаж опоясывало что-то наподобие смотровой площадке, напоминающей те, с которых в охотничьих угодьях отстреливают дичь. Антоныч и был охотником, а кроме того, еще и бывшим милицейским полканом. Не дом у него, а крепость. Хоть пулеметы ставь. Серьезный человек. И жена ему под стать. Каждую зиму, когда дачный поселок пустел, и лишь редкие домики дымили закопченными трубами, она частенько прогуливалась по улице с двустволкой наперевес. Может быть, еще и поэтому с нашей стороны поселка не обносили дома.
   - Отстрелялся? - сходу огорошил меня Антоныч.
   Но откуда... Черт. Надо было затемно выходить. Теперь весь поселок будет знать, что у меня пистолет. Хотя почему? Откуда моему соседу знать об этом?
   - Расслабься, я никому не скажу. Я же уже восемь лет как ушел из ментуры.
   - Но как вы узнали.
   - Но я же хоть и бывший, но мент. - Антоныч заржал. - Видел бы ты свою загадочную рожу вчера.
   - Ага. И свою изумленную рожу сегодня. - Подыграл я. - Да вы психолог.
   - Каждый хороший мент должен быть и психологом и физиономистом. Давай лучше на ты, и пойдем тяпнем чего-нибудь, а то у меня спутниковая тарелка накрылась. Скучища. Ты, кстати, не сечешь в этом случайно?
   - Неа, не секу, Антоныч. Может провод отошел? Ночью ветер был.
   - Это я уже проверил. Ну да ладно. Завтра сынуля приедет и посмотрит. Ну, пошли что ли?
   - Сейчас. Только своей звякну.
   - Ну давай. Я пока на терраске покурю и за водочкой на кухню. Заходи потом.
   Я отошел в сторону и достал телефон. Сеть отсутствовала. Опять в Москве электричество гавкнулось что ли?
  
   - Знаешь, Антоныч, поеду в город. Что-то на душе кошки скребут. - Я оперся на дверной косяк и посмотрел на запотевшую поллитровку.
   - Конечно езжай, а что, случилось что-то?
   - Да вот сеть не пашет. А Помахал я телефоном. Своей дозвониться не могу.
   - А, это теперь в порядке вещей: то здесь крякнется, то там рванет. Если на железке напруги нет, можешь и не уехать. Хотя щас эти инерционные поезда ходить стали с аккумуляторами. Не успеваю я за прогрессом.
   - Да, теперь только такие и ходят.
   - Ну давай на дорожку, А Антоныч открыл бутылку, - и для душевного спокойствия. Что бы без кошек
  
   На платформе несколько бабок перемывали косточки не кому-нибудь, а самому президенту, дальше на лавке сидел худой мужик в линялом бежевом плаще, еще дальше два грибника с корзинками. На противоположном конце кучковалась поддатая молодежь. Провожают кого-то. Значит, должна быть электричка.
   - Извините, в шестнадцать тридцать не отменили? - я подошел к бабкам.
   - Эта ходит еще, сынок.
   - Спасибо.
   - Не за что, сынок. Не за что.
  
   Электричка действительно пришла, и почти вовремя. Хотя эти рога ее были опущены. Значит, тока нет.
   Погрузившись в вагон, я, к своему удивлению, даже отыскал свободное место, где немедленно задремал. Выпивка меня все время так расслабляет.
   Проснулся от резкого толчка. И тут же мне в затылок влетела сумка, упавшая с полки. Хорошо, в ней было только шмотье.
   Крики, мат, охи, вздохи. Кому-то повезло меньше, чем мне. Поезд затормозил так резко, что парень в соседнем купе вьехал лбом в оконную раму, и теперь его подруга вытирала ему кровь носовым платком.
   Погудев, повозмущавшись пассажиры постепенно затихли и стали ждать отправления. Я снова достал телефон. Глухо.
   Где-то впереди захлопали двери, по проходу побежал народ.
   От контролеров что ли? Я их еще с осени не видел. Опасно им сейчас ходить. Народ злой.
   Я от контры никогда не бегал. Предпочитал сунуть им пару сотенных. Поэтому и продолжал сидеть дальше. Но уж что-то большая толпа ломится, а парни, курившие в тамбуре, тыкают пальцами в горизонт и аж подпрыгивают.
   Надо бы посмотреть, что там.
   Я вышел в тамбур и выглянул наружу. Благо двери кто-то уже отжал.
   Бля!
   Электричка затормозила у самого переезда, а по шоссе, через железнодорожные пути, ползла колонна бронетехники непривычного песочного цвета. И контуры ее были не здешние.
   - Американцы что ли? - я растерянно обернулся к парням.
   - А хер его знает. Кто бежит, говорит, что по-английски треплются. Говорят, идут по вагонам, никого не трогают, только военных выдергивают.
   Надо же! Что за херня такая? Нужно сваливать. Я не вояка, но пистолет-то при мне! Береженного Бог бережет.
   Пристроившись в хвост драпающей толпе, я вскоре оказался в последнем вагоне, где спрыгнул на землю с подножки открытых дверей.
   Теперь оставалось добраться до леса, что я и сделал.
  
   Переезд и шоссейка остались далеко позади и справа. В промокших насквозь ботинках хлюпала вода, саднили исцарапанные ветками ладони.
   Шел вроде в сторону Москвы по ходу поезда, но кажется, слишком забрал в лево.
   Поначалу-то подобрался поближе к той самой колонне, чтобы поглазеть на необычную технику, но когда увидел двух наших офицеров и шестерых солдат, стоящих на коленях, с руками на затылках, понял, что затея не удачная.
   Солдаты срочники выглядели особенно жалко. Щуплые, с тонкими шеями, испуганные, они шли и спотыкались, когда всех восьмерых вели к большому грузовику. Перед этим пленных разули, сняли с них бушлаты и ремни.
   Пленные? Да. Выглядели они так. Но это значит... Война? Что за бред?
   Я рассмеялся, и сидевший рядом со мной в кустах парень, посмотрел на меня, как на придурка. И в этот момент на шоссе выскочил армейский УАЗик. Он резко развернулся и рванул в прочь от переезда. Пулеметчик на одном из Хаммеров как-то нехотя развернулся и без всякого предупреждения влепил по УАЗу. От машины полетели какие-то куски, ее занесло и несколько раз перевернуло. Я не выдержал и рванул вглубь леса.
   Сейчас для начала было бы не плохо понять, где я нахожусь и найти место, чтобы отдохнуть и высушить ботинки. Пару раз видел беспилотник. Теперь-то я понял, что это он жужжал вчера над дачным поселком.
   Часа через два вышел к старому заброшенному дому, с провалившейся крышей и почерневшими бревенчатыми стенами. Не фонтан, конечно, но внутри теплее и дождя можно не бояться. Будем устраиваться на ночевку. Теперь-то лучше было бы идти ночью, но в темноте я вряд ли найду дорогу. Ладно, авось проскочим как-нибудь. Жопа начнется, когда выйду к МКАДу.
  
  
  
   ОЛЕСЬ ШТЕПА
  
  
   5.06.2024 г. Украина г. Киев
  
   Из текста Соглашения между Украиной и Европейским союзом 'О принципах участия украинских вооруженных сил в международной операции по поддержании мира и стабильности в Российской Федерации (контингент ЕУФОР), подписанного в Брюсселе 25 мая 2024 г. ратифицированного Верховной Радой 25 мая 2024 г.)
   'Положениями Соглашения устанавливается международно-правовая основа участия воинского контингента Вооруженных Сил Украины в операции по поддержанию мира и стабильности в Российской Федерации, в составе объединенного контингента сил ЕС (контингент ЕУФОР), определяются статус данного воинского формирования, его подчиненность, обеспечивается защита секретной информации и решаются финансовые вопросы участия этого украинского воинского формирования в указанной операции, а также определяются процедуры урегулирования возможных претензий и разногласий. В соответствии с резолюцией Совета Безопасности ООН 3778 от 25 апреля 2024 г., а также на основании Указа президента Украины от 20 мая 2024 г. N 4279 "О направлении воинского формирования Вооруженных Сил Украины для поддержки присутствия ООН в Российской федерации' в указанной операции должен принять участие украинский воинский контингент, состав которого указан в приложении N 1 к данному соглашению. Соглашением определяется, что украинский воинский контингент осуществляет транспортировку персонала и грузов Европейского союза и ООН, охрану стратегических объектов на территории РФ, также выполняет работы по поиску и спасению указанного персонала с соблюдением целей и мандата ЕУФОР РФ, как они предусмотрены в резолюции Совета Безопасности ООН 3778.
   Украинский воинский контингент находится под стратегическим и оперативным командованием ЕУФОР РФ.
   Статус украинского воинского контингента определяется соглашениями о статусе сил, заключенными Европейским союзом с Российской Федерацией. Этим соглашением предусматривается предоставление персоналу сил Европейского союза (включая персонал воинских контингентов третьих стран, участвующих в ЕУФОР РФ) ряда иммунитетов (полный иммунитет от уголовного преследования, а также частичный иммунитет от административной и гражданской ответственности государства пребывания), закрепляется набор гарантий по обеспечению безопасности контингентов и снабжению, определяются процедуры урегулирования претензий, вытекающих из причинения ущерба национальными контингентами принимающему государству (его гражданам и их собственности) или, наоборот, лицами принимающего государства персоналу или имуществу сил, участвующих в операции.
   Конкретные технические и административные условия участия украинского воинского контингента в ЕУФОР РФ закреплены в Техническом протоколе между Департаментом обороны Украины и командующим ЕУФОР РФ.
   Соглашение не содержит иных правил, чем предусмотренные законодательством Украины; его реализация не повлечет за собой дополнительных расходов из бюджета.'
  
   - Леся, пора обедать.
   Олесь нехотя снял с головы шлем, отложил его в сторону и взял тарелку с дымящимся капустным бифштексом, посыпанным зеленым лучком и утопающем в гарнире из картофельного пюре.
   - Я что-то не хочу есть, мамуля.
   - Опять гамбургерами напихался? Ничего не хочу слышать. Ешь.
   Олесь сжал губы.
   Ох уж эта мамахен. Нет от нее покоя.
   На экране скайпа под ухмыляющейся физиономией Ника пробежало: - 'С победой, Эл!'
   Да уж! Здорово они с Ником сегодня отодрали желторожих.
   Он поставил тарелку на одеяло до сих пор не убранной кровати и отстучал в ответ: - 'Хей, хей. Браза'
   Кто бы знал, как тяжело жить с родителями в одной квартире. Отец, постоянно тоскующий по своему родному Запорожью. Никак не может до сих пор привыкнуть к Киеву. Мать, звонящая в клубы в самый неподходящий момент, и спрашивающая когда ее любимый Лесик вернется домой. Постоянные наказы и советы. Никакой свободы, не могут понять они, что он уже взрослый. Да и чему могут научить Олеся эти аксакалы, отставшие от жизни? Может лет двадцать - тридцать назад они и были актуальны, но сейчас совсем другое время, другой мир, другое поколение, в конце концов.
   Олесь наговорил ммэску своей зае. Не хотелось звонить и отвлекать ее от лекций.
   Эх, студенческие годы - золотые времена! Ни забот тебе, ни хлопот. Жаль, что все это у него уже позади.
   Если честно, работать не хочется. Вообще. Но надо, потому что надо деньги. Родаки дают все меньше и меньше. Хорошо хоть 'Мазду' купили.
   Работать в ломы, но без работы тоже не фонтан. Фриланс в последнее время не приносит ни удовлетворения, ни денег. Всё говно. Текстовики страшно демпингуют и нет смысла с ними соперничать - за такие цены пусть своей бабушке пишут, корректором можно больше заработать и совершенно без геморроя. Может, дизайнерам т есть смысл шпилить, но все связанное с текстом в задницу. Пусть студенты и профессора корячатся по евро за тысячу знаков, флаг им в руки.
   Из коридора в комнату ворвался запах кофе. Мама сварила Олесь сунул ноги в шлепанцы, взял со стола вчерашнюю грязную чашку и отправлялся на кухню за божественным напитком. Он любил кофе. Мог выпить за день чашек шесть-семь. Это если хорошего. А-то год назад как-то вечерком они с заей забежали в 'Кофе-Хауз' на Мазепе. Хотелось есть, а все остальное было уже закрыто.
   Олесь оттуда ушел страшно злой, так как обслуживание было говно говном, ждать пришлось в почти час, официантка - редкостное хамло. Он даже тогда комплейн написал. Решил, больше ни ногой туда. А позавчера что-то подтолкнуло, и зашли они туда же снова. Небо и земля!
   Меню теперь отличается кардинально. Обслуживание - отличное, официанты добрые и приветливые. Чашки чистые и новые, кофе высшего сорта, а корицу на капуччино сделали рисунком.
   В общем, впечатления на этот раз были сугубо положительные.
   Как будто в другое место попали. Неужели 'Кофе Хаус' стал таким же приличным кафе, как и в Европе? Или это нам просто повезло?
   Зая говорит, что это из-за американцев. Стоило их офицерам появиться на Киевских улицах, и весь совок как ветром сдуло.
   Олесь хотел с ней поспорить насчет последнего, но как человек не конфликтный, не стал. Совка еще было предостаточно.
   В меню, кстати, заметно эхо "Шоколадницы" - появились грибной суп с гренками и рулет мясной. Но исчезли вкусные бейглы. В общем, хорошо посидели. Заплатила зая. Прямо как в Америке. Скорее бы туда. В штатах можно быть кем хочешь, выглядеть как хочешь, заниматься чем хочешь... При условии, что твоя свобода не мешает кому-то другому. А тут... Конечно лучше, чем в рашке, царствие ей небесное, но ненамного.
   Взять тоже телевидение. Здесь показывают старые совковые мультики, телепузиков, тупую рекламу и глупые шоу.
   На американском Smile of a Child показывают ситкомы, классические диснеевские мультики, кодомо-аниме и клипы рок-н-ролла.
   Ну нет у нас телевидения нормального. Разве что платное, да и то - местами. Поэтому вот уже несколько месяцев Олесь смотрел только спутниковые каналы. Например, по утрам американские новости. Он заметил интересную фишку - резкое улучшение английского. В плане communication, понимания фраз и их "подбора" - в мозг все приходит просто космическими темпами. Короче, то, чего Олесь не мог добиться учебниками и сказками, пришло само собой тогда, когда появилась daily practice.
   Отличие CBC News от местного трепалова видны невооруженным взглядом. А рашн ньюс? Кто смотрел новости, тот знает, что в рашке негативных сюжетов было примерно шестьдесят процентов от всего выпуска. По любому каналу. Еще тридцать - о том, куда поехал президент всея Руси и кто кого поцеловал в пупок. И оставшиеся десять процентов - что-нибудь интересное. В американском же двадцатиминутном выпуске был ровно один сюжет с криминалом (один мекс шмальнул в белого соседа, показали кровь на крыльце и скорые с носилками) - секунд на пятнадцать, не более. И еще три негативных сюжета (про взрыв в Форт Худе год назад, про лихача и угонщика) - тоже секунд по двадцать. Остальные примерно восемнадцать минут - нормальные и местами интересные сюжеты.
   Общение новостников с телезрителями и акценты. Не обнаружил нашей натужности и вымученных улыбок, плоских шуток, нарочито-трагичных лиц, плачущих бабушек, крестов, пьяных мужиков и разможженных трупов, трехминутных репортажей, описывающих и показывающих во всей красе взорванные дома или людей. Ведущие казались куда более естественными, чем наши гламурно-солярные блондинки.
   Такие новости он смотреть согласен. В конце выпуска не остается ощущения, что тебя обосрали с ног до головы и что "все плохо, хуже некуда". А наоборот - остается ощущение, что тебе что-то новое рассказали.
   Ну теперь-то и в рашке все будет как у людей. Чекистскую ОПГ заменят на демократическое правительство, поцреотов научат работать, а не шататься с флагами по площадям.
   Наверное, он даже слишком много слушал англоязычного радио и ТВ. Стал забывать русские слова. Сегодня утром Олесь сказал по телефону фразу "на уровне моей chest" Затем секунды две вспоминал слово "грудная клетка" на русском. Сначала вспомнил почему-то breast.
   Пришла ммэска от заи. Предлагает сходить на Киевский биенале. Там сейчас инсталяция знаменитого Ван Иелле. Такая прикольная. Скульптуры из обработанных лаком фекалий.
   Месяц назад они уже ходили в музей современного искусства. Посетили классную выставку 'Спальный район'. Проект стартовал в рамках Третьего фестиваля освобожденных народов Восточной Европы. Он дал положительный ответ на вопрос, возможно ли функционирование современного искусства вдали от центра города, среди расположенных на окраине новостроек. К участию в проекте приглашены около семидесяти современных художников. Каждый из них изготовил уникальный арт-объект из обыкновенной железной кровати.
   Впечатления невероятные, давно Олесь не испытывал таких ярких эмоций и сильных переживаний. Современное искусство, безусловно, нечто большее, чем произведения классицизма и всякие там изображения природы. Он понимал тех людей, которые ходят на Репина, Васнецова или восхищаются всякими мишками в лесу. Видя шедевры современных модернистов, понимаешь, что нынешнее искусство стало гораздо глубже, чем простые однослойные картины восемнадцатого века. Кому нужны непонятные былинные богатыри или рашкинские дремучие леса? Ну, посмотрел ты на картину, ну красиво, а дальше что? Где глубокий скрытый смысл? Нет его. Если человек не понимает современного искусства, то он глуп и ограничен. Пусть идёт смотрит на какого-нибудь Шишкина. А мы - прогрессивные и успешные люди будем восхищаться действительно гениальными шедеврами.
   Одно плохо, они с заей тогда возвращались домой на электричке. Общественный транспорт - это что-то! Электрички - зло. Концентрация быдла и угасших людей в них зашкаливает за любые разумные пределы. Если днем в них еще можно ездить, то начиная с вечернего часа пик и заканчивая полуднем следующего дня это кошмар.
   Что говорить, здесь и на поездах ездить невозможно. Даже на "фирменных". Что в Европе означает "третий класс", хуже которого нет.
   Как-то Олесь ехал в Крым поглазеть на НАТОвские боевые корабли на фирменном плацкарте. Все цивильно, только вот кондиционер под потолком дул прямо в морду.
   Обратно ехал на старой "Померанче", в которой дуло из щели в окне всю дорогу. В итоге на следующий день проснулся с температурой и кашлял целую неделю.
   Нафиг. Теперь только самолеты.
   Не знают здесь понятия "сервис" и "комфорт". Никогда не знали и никогда не узнают!
   А метро? Когда еще ишачил сисадмином, надоели пробки. От работы до дома добираться минут двадцать на авто, однако порой путь занимал полтора, а то и два часа. Вот Олесь и оставил машину возле офиса и решил поехать на метро. Там он не бывал года три. Попал можно сказать в самый "час пик", куча непонятного народу. Какой-то мужик в бушлате с запахом перегара наступил ему на ногу. Бабки с тележками, толстые женщины с не менее толстыми сумками. Давка, духота. После элегантного салона 'Мазды' это конечно земля и небо. А запахи!! Это же ужас!! На весь вагон чудовищные смеси запахов потных подмышек, потных ног и дешевого одеколона. Ну, неужели так трудно пользоваться антиперспирантом и менять носки каждый день? И не пользоваться одеколоном за пятьдесят евро?
   Личное пространство? Забудьте! Любой придурок считает себя вправе навалиться на тебя и пыхтеть тебе прямо в ухо, пока его локтем не ткнешь со всей силы, чтобы отодвинулся.
   Скопление бомжей, толп людей, грязь, вонь... пфе. На этих станциях физически сложно находиться дольше пяти минут, по крайней мере ему.
  
   А еще сегодня Олесь впервые за последние годы почувствовал себя чужим. Не на своем месте, среди совершенно чужих ему людей с чужим менталитетом. Как будто это был не он.
   Видимо, уже совсем пора. Как бы раздобыть грин-карту?
   Что за народ тут? Задрот на задроте. Ехал один раз пьяненький домой на маршрутке и впервые встретил ВЕЖЛИВОГО водителя. Он, принимая деньги, говорил всем "спасибо". На "спасибо" говорил "пожалуйста". Высаживая пассажиров, подсказывал, где лучше переходить дорогу. Олесь за все время, что жил в Киеве, никогда таких людей не встречал. В шоке просто.
   Пешкарусом тоже ходить противно. Грязь. За пятнадцать минут пешей прогулки от метро, Олесь не встретил ни одной урны. Ни одной! Были две возле дверей магазинчиков. И всё. Вследствие этого пространство возле тротуара густо усеяно бычками, жвачками, бумажками и бутылками на всем протяжении. Нет дворников. Перед американцами стыдно!
   В общем, из своей 'Мазды' он теперь не вылезет ни за какие деньги. Единственное, надоели эти 'Жигули' с областными и восточными номерами. В Киеве и так полно машин, а тут эта деревенщина с востока на своих тазиках куда-то лезет. Сиди себе в Донецке и пей свою водку или самогон, что ты там любишь, а в Киев не лезь. Будь его воля, Олесь бы запретил въезд в столицу всех машин с не киевскими номерами.
   Вот, например, в минувшее воскресение он подвозил Ашота в ресторан 'Тимур' на улице Шухевича и как назло периодически попадались эти каракатицы в левом ряду. Приходилось постоянно сбавлять скорость и тормозить то перед какой-нибудь девяткой, то перед какой-нибудь еще более древней посудиной. Видишь, что сзади тебя едет Мазда, уступи. Должна же быть какая-то иерархия на дорогах. Перед Ашотом немного стыдно, на встречу в ресторан мы опоздали. Человек прилетел в Киев недавно, и не хотелось бы, чтобы у него сложились негативные впечатления о городе. Но ничего страшного, думаю скоро он увидит, что в здесь много его соотечественников, а не только провинциальных хамов.
   Положение спасли еще и ночные забавы. Гонки по пустым улицам Киева на хорошенькой 'Мазде' оставили невероятные впечатление. В который раз Олесь убедился, что это отличная машина для успешных людей. Ни разу не пожалел о её приобретении.
   Сама поездка в клуб прошла на славу, увидел своих старых друзей: Реваза, Венеру и Рафика
   В целом выходные прошли неплохо. Kiev never sleeps.
   Олесь принял душ и, и, вытирая одной рукой волосы, позвонил своей зае. Голова дико чесалась. Антиперхотный шампунь за тридцать евро от Ив Роше - полный отстой! От него перхоти столько, что продавать можно килограммами.
  
   Встретились они как обычно на площади Европы. Олесь лихо подкатил на своей серебристой и открыл перед девушкой переднюю дверь.
   - Привет.
   - Привет. С праздником. - Он положил ей на колени букет.
   Пятого июня ноября в Европе отмечается как день толерантности, а в Украине мало кто об этом даже слышал, не то, что помнит. Когда на бывшей работе Олеся в этот день спрашивали, какое сегодня число, ему так и хотелось ответить: 'Да вы что! Сегодня же пятое! День толерантности!'. Но он сдерживался, многим по ходу это было просто не интересно.
   Недавно Олесь наткнулся на интересную статью в интернете, мол, учителя некоторых Киевских школ должны сдать до первого сентября анкеты, одним из вопросов в которых будет ваша национальность. Учитывая, что в Киеве проживает много армян, азербайджанцев, молдаван и представителей других народов, этот вопрос может вызвать у них не самые лучшие чувства. Мы уже больше тридцати лет строим мультикультурное государство, мы добились отмены в паспорте графы 'национальность', а здесь снова возврат к тоталитарному прошлому. Скорей бы этот казус уладили, а то как-то нехорошо получается.
  
   Зая улыбнулась. Она-то разделяет его взгляды. Олесь с ней полностью совпадает. Зая, например, тоже Веганосексуал. А по-другому и быть не могло. Веганы с иными и не сходятся.
   Вот представьте... Вам кажется, что вы встретили свою вторую половину, человека, которого вы искали всю жизнь. С самого момента знакомства вы мечтаете о поцелуе, и вот он, наконец. Но что это? У него между зубами застряло мясо - остатки обеда. Для веганосексуала все кончено. Веганы - это люди, не употребляющие продукты животного происхождения.
   А мясоеды вообще существа без понятий. Если он сочтет, что вы его не удовлетворили, и он мало получил хонора, так он сожрет неугодного вегетарианца прямо в постели.
   Лучше вообще с мясоедами, курягами и алкашами прекратить любые отношения. Они слишком неадекватны и малейший конфликт может закончиться неприятностями для вегетарианца из-за их неадекватности.
  
   Нужно отъехать отсюда.
   Олесь покосился на одного из двух проходящих мимо парней. На нем была футболка с портретом Че Геварры на все пузо. Комуняка наверное. Значит еще и рашкофил. Ымперец. Того и гляди достанет из-за пазухи коктейль молотова.
   Олесь давно придерживался того мнения, что стоит всем этим кухонным революционерам, ярым нон-конформистам, ура-патриотам, неудавшимся поэтам, писателям, музыкантам, веб-дизайнерам, не сотворившим за десять лет ни одного шедевра, алкашам-задротам и прочим дать чуть больше бабла и теплое место, и весь их нон-конформизм как ветром сдует. В общем, главная мысль - бабло побеждает зло, а такое "сопротивление" идет от нехватки этого самого бабла.
  
   Все-таки здорово, что суд отменил запрет на мобов голографической рекламы. Без них за сорок минут стояния в пробке на Симона Петлюры они с заей от скуки с ума бы сошли. А так вон сейчас возле машины с моей стороны рассекает полупрозрачный Картман, а зайку мою развлекает старик Артемий Лебедев. Наши кумиры. И пусть подавятся все те, кто скажет о них плохо.
   Вот вспомните прошлых героев хотя бы из двадцатого века. Кумиров своих эпох, тех людей, на которых хотели быть похожими, кому хотели подражать. Чапаев, Буденный, Шварценеггер (точнее, его герои), Брюс Ли, Рэмбо, комиссар Каттани - каждый из вас вспомнит еще десяток имен.
   А кто были их с заей герои? Грегори Хауз и персонажи Сауспарка, especially - Картман, редкая сволочь, но - кумир миллионов. Артемий Лебедев - интернет-кумир.
   Если присмотреться, у них масса общих черт.
   Они грубы, прямолинейны, обладают высоким уровнем интеллекта (да, они умны), они матерятся без зазрения совести. Они бестактны и они плевать хотели на любую мораль. Они хамы. И говорят то, что думают.
   Они не имеют ничего общего даже отдаленно с Брюсом Ли или Чапаевым. Они вызывают справедливое возмущение у консерваторов и старшего поколения. Но молодое, то есть они с заей, от них в восторге.
   Почему это происходит? Да люди просто устали от морали.
   Глупо на самом деле винить этих героев - Картмана, Хауса или Лебедева - в том, что они такие. Они просто попали at the right time. Тогда просто настало время таких героев. Время еще большей свободы от морали. Хотим мы этого или нет - оно есть и никуда от этого не деться. Равно как и бессмысленно с ними бороться. Особенно сейчас, когда Украина стала частью большой европейской семьи.
  
   У Еврейского культурного центра, где проходил бесплатный кинопоказэ припарковаться не удалось. Не по причине большого скопления машин, а из-за того, что въезд был перегорожен похожими на танковые бетонными надолбами.
   Туда интересно было пойти и вообще, а на бесплатный показ классики Голливуда - тем более.
   На входе здесь стоял суровый охранник с автоматом (!), внутри - еще двое. Еще металлодетектор и рентген для багажа, как в аэропорту.
   В общем, ребята о безопасности реально волнуются.
   Четыре этажа, причем все выглядит крайне цивильно, чисто и интересно. Были всякие аккуратные киоски с сувенирами (или это приспособления для молитв?). На втором этаже евреи продавали всякую кошерную пищу. Там же висели мемориальные таблички с именами. На четвертом - стены увешаны картинами в классическом стиле с жизнеэпизодами всяких разных евреев.
   Но главное - люди. Олесь никогда в жизни не видел классических, ортодоксальных евреев вживую. То есть в кипах, с пейсами и вообще как будто сошедших с картинок.
   Оказывается, они существуют и обитают в этом центре. В большом количестве.
   Тут еще и огромная синагога внутри, которая занимает сразу два этажа.
   А на четвертом этаже и проходил показ. Вот что удивительно: Девяносто процентов посетителей - дряхлые бабушки и дедушки. Большинство евреев, что вполне разумеется. Но возраст! Они с зайкой были вообще единственными молодыми людьми во всем зрительном зале! Было еще несколько человек среднего возраста. Но и все. Такого огромного количества старперов Олесь даже в консерватории неделю назад не встречал. Даже в театрах такого не бывает.
   Может это и из-за фильма - мрачная картина с Марлоном Брандо - но на вряд ли.
   В июле пообещали "месяц антидепрессивного кино". А в августе - "месяц Мэрилин Монро". Сходить или нет? Потому что, если честно, место им не понравилось. В нем отсутствуют позитивные волны, что ли. Недружелюбное какое-то место. Можно объяснить это тем, что евреи не приемлют чужаков как внешне, так и внутренне, поэтому и было так неуютно. Впрочем, Олесю и в православных храмах не менее неуютно.
   Потом они заехали в веселый ресторанчик для веганов. Отведали очень вкусный овощно-фруктовый салатец из тертой моркови с нарезанным бананом. Няма.
   Расставаться ужасно не хотелось, поэтому они зашли в автосалон на площади имени Бандеры. Долго бродили между сверкающих автомобилей, цокали языками, фоткали. На улице возле выхода едва не налетели на бабку с тележкой, которая обозвала их буржуями недорезанными.
   Пфэ...
   Зая аж позеленела. Олесю даже показалось, что ее вот-вот вырвет. А тут еще ее муженек подоспел. Бойкий такой дедок. Ну и понеслось: - 'Маменькин сынок. Сам ничего в этой жизни не сделал. Ни копейки не заработал'.
   Это он увидел, как Олесь свою 'Мазду' открывает.
   Вот чисто совковая русская привычка - делить чужие деньги. "А не поделишься ли ты с нами, милок?"
   Не укладывается в сознании простого тупого советского обывателя, что это не его деньги. Что человек их хоть и случайно, но совершенно честно получил. Никого не грабил, не убивал, не воровал. Нет, ведь с семнадцатого года в совковых людях сидит убеждение: много денег - отнять! Раскулачить! Захапать себе! И сидеть в своей деревне.
   Лодыри, тунеядцы и совковые бездари. И не надо кивать на то, что это провинция. Какая разница-то? Люди везде одинаковы на всем пространстве экс-юсср. Крепко сидит гребаная советская быдло-идеология о всеобщем равенстве. И сейчас что таких задротов все еще полно. После лицезрения этих ...эээ... людей, хочется пойти и заняться шоппингом. Или почитать что-нибудь вроде Collezioni или Vogue. Или мохито выпить. Или кулончик купить. Чтобы уравновесить.
   Брр.
   Олесь бы сдал эту парочку в американскую комендатуру, но ведь не будут связываться.
   Во! Орет что-то про предательство. Знакомая песня. Пока жив был рунет, там тоже многие поцреоты вопили про предательство. Отсталые индивиды.. Да нет, скорее зачуханное быдло. Сугубо неправы те недалекие товарищи, которые рассматривают тему предательства как единую и неделимую.
   Например, Родину Олесь предаст легко, с удовольствием и даже денег не ет. Потому что ему на нее начхать. Правда, кому он нужен, какому ЦРУ?
   А вот близкого человека - никогда и ни за какие деньги.
   Почему? Потому что он считает, что сам в состоянии заработать себе на квартиру, машину и дачу на Багамах. А если не в состоянии, значит, недостоин. А доверие человека не купишь ни за какие деньги, и оно ценнее всего на свете. И предав его раз, даже в пользу самого близкого друга, этот индивид лишается его навсегда. Как в той известной притче про крокодила и обезьяну.
   Поэтому он не понимает, когда люди идут на жертвы ради эфемерных идеалов и странных территориальных образований. Это жалкие лузеры, ни на что не способные. Главное - свобода личности. А эти? Таких в Украине еще пороть не перепороть. Орут 'русские мы, русские.' Если человеку больше нечем гордиться и он не обладает никакими талантами, он начинает гордиться тем, что он русский.
   А Олесю, например, стыдно, что он русский. Да он и не считает себя таковым. Все папахен напоминает.
  
   Завез заю домой, приехал к себе, да и залез в душ. Олесю хотелось отмыться от этих уродов.
   Он еще не знал, что завтрашнее утро начнется с визита сотрудника рекрутинговой службы Киевского департамента обороны.
  
   5.06.2024 г. Украина г. Киев
  
   Отец в задумчивости, мать в истерике, он в шоке. Попытались задействовать связи зайкиного папаши, еще четыре года назад работавшего в аппарате президентши, но единственное, что ему пообещали - подобрать не пыльное местечко в Technology detachment самой USA army. Все же лучше служить вместе с этими закомплексованными очкариками, чем с необразованным быдлом в армии украинской.
  
   Сам департамент Олесь представлял себе несколько по-иному. Все-таки уже много лет там хозяйничали американцы, и атмосфера совковой поликлиники с очередями возле каждого кабинета, с обтянутыми красным кожзаменителем банкетками в коридорах и прочими радостями госучреждения подобного сорта стала неприятным сюрпризом для Штепы.
   На одной такой банкетке возле офиса N 541 Олесю пришлось дожидаться своей очереди в компании других новобранцев. Все они были немного испуганы, как и он сам. Только Гоша Филипенко, впоследствии получивший кличку Филипок, не унывал. Очень неприятный, навязчивый парень. Он прицепился к Олесю, и тому не удалось отвязаться от Филипка до самого вечера. В отличие от Штепы, он призывом не тяготился и связывал со службой в рядах миротворцев самые радужные надежды. Сам он был из неполной и небогатой семьи, но хорошо сек в электронике. Поэтому тоже надеялся попасть в ТD. И чем больше Гоша разглагольствовал о своих планах стать оператором беспилотного летательного аппарата, постановщиком помех или поводырем всех этих военных роботов, тем больше Олесь понимал, что в этом отряде умников ему мало что светит. Вот тогда-то Штепа впервые пожалел, что пошел на факультет социологии, а не на какой-нибудь технический. Ведь если не удасться закрепиться в ТD, отправят месить грязь в строевые части.
   - Погляди, Эл, я нарыл все эти тесты, что нам придется сдавать. - Филипок сунул Олесю под нос какую-то книжку, на обложке которой было написано: 'Armed Services Vocational Aptitude Battery'. - Ты только посмотри какой дибилизм. Вот первый тест General Science (GT). Воздух вокруг нас в основном состоит из: карбона, азота, водорода или кислорода? Или. Наиболее важная провизия для прогулки в жарком, сухом климате: мясо,изюм ,фрукты, хлеб или вода? Как тебе? А вот арифметика. Ваш сосед купил Х велосипедов за четыре тысячи долларов и продал их за шесть тысяч двести долларов, заработав на каждом по пятьдесят долларов, сколько он их купил?: сорок, сорок три, тридцать восемь или сорок четыре?
   - Это они нас за идиотов держат. - Ухмыльнулся Олесь. - И правильно делают. Я щетаю.
   - Не. Это родной амеровский сборник тестов. - Возразил Филипок. - Кореш купил в ихнем магазе. Такие тесты все американские рекруты сдают.
   В офисе Олесь сел на указанное ему место возле коротко стриженного сотрудника. Одет тот был в гражданское, разговаривал вежливо, и ничто, кроме прически не выдавало в нем военного. Олесю задали несколько ничего не значащих вопросов, для проформы спросили какую профессию он выбрал и где хотел бы служить. Затем Штепа долго подписывал многочисленные бумаги. От Гошы он уже знал, что значение имеет только контракт, который они будут подписывать перед самой присягой. Сегодня же их главная цель - пройти регистрацию и получить направление на медицинское обследование и тесты. Все эти процедуры в принципе тоже на зачисление в ряды миротворцев особо не влияют. Сейчас у коалиции такие проблемы с личным составом, что это надо быть либо инвалидом, либо полным неадекватом, чтобы не пройти первичный отбор.
   Вся эта тягомотина продолжилась и на следующий день. Тесты они прошли без проблем. Медосмотр тоже. Там вообще только померили давление, температуру, заглянули в рот, посветили какой-то хреновиной в глаза, ну и еще что-то по мелочи.
   На третий день все тот же обритый молодой парень оторвался от своего компьютера и положил перед Штепой контракт. Все как полагается - три экземпляра. Олесь взял дрожащей рукой авторучку и подписал там, где указал этот американский чиновник. Спустя час им было предложено пройти в комнату для принятия воинской присяги, которую проводил молодой лейтенант. Заиграл американский гимн, И хоть все , были одеты кто во что горазд, мигом приложили руку к сердцу и запели знакомые слова.
   Теперь ты в армии, сынок.
  
   Олесь испытывал какие-то смешанные чувства. С одной стороны постоянно всплывала одна и та же мысль:
   На кой черт тебе все это надо?
   С другой стороны изнутри распирало:
   Вот она, настоящая Америка. Рукой подать.
   Как понял Штепа, основная масса призывников обрабатывалась вообще в другом здании и совершенно по-другому принципу. Всех малоимущих просто по ускоренному варианту табуном зачисляли в украинскую армию в соответствии с каким-то новым указом президента. Никаких контрактов они не подписывали не то что с правитльством США, а даже с ридной ненькой Украиной. Этих лошков из департамента уже не выпускали, а прямо на заднем дворе грузили в огромные американские грузовики и увозили в неизвестном направлении. Значит зацепки зайкиного папаши все-таки сработали и может быть у Олеся теперь будет шанс получить грин карту после года пребывания в USA army. Не было бы счастья, да несчастье помогло.
  
   8.06.2024 г. Украина г. Киев
  
   Мама напихала в новый рюкзак столько всякой ерунды, что поднять его Олесь с первого раза не смог. Пришлось втихаря выкладывать кульки с пирожками, теплые носки и прочую не нужную мелочь. Вот сколько он говорил ей, что в американской армии кормят нормально и всю нужную одежду выдают!
   Возле департамента уже стояло несколько автобусов, в которых им пришлось просидеть целых два часа. Ждали сначала машины сопровождения, а потом какое-то начальство. Совок он и есть совок.
   Ехали долго. Разглядывать пейзажи за окном желания не было. Олесь минут сорок послушал аудио курс американского английского, а потом переключился на музыку.
   На место прибыли в полдень. К их автобусу сразу подскочил высокий, крепкого телосложения негр. Настоящий дрилл-сержант. Эти глупыши потом прозвали его за глаза гамадриллой.
   - Всем из моего автобуса! - заорал дрилл - Сейчас же! Встать в строй! Если y вас что-то во рту, немедленно это проглотить! Вы приехали в мой лагерь, и y меня свои правила. Отныне вы рекруты, забудьте слово 'я'. Вы бyдете говорить о себе или других только в третьем лице: 'этот рекрут' или 'долбанный рекрут', какая бы фамилия y вас ни была. К тому же вы не будете говорить, пока к вам не обратятся, вы не будете чесаться, как обезьяны, не бyдете глазеть по сторонам. После каждой команды вы прокричите: 'Так точно, сэр'.
   Весь сон, все-таки сморивший Штепу в автобусе, как рукой сняло.
   Че он так орет?
   - У вас есть четыре минуты, чтобы выйти из автобуса. Продолжал орать сержант. Если хоть один засранец не успеет, все будут наказаны.
   Испуганные компьютерные гении и моделисты самоучки начали судорожно хватать свои рюкзаки и толпиться в проходе между креслами. Естественно все выйти не успели.
   - Ну что, девочки, не можем без мамки? - ухмыльнулся негр, оторвавшись от секундомера. - А теперь повторим все еще раз. Быстро в автобус, сосунки.
   И они повторили еще раз свое неуклюжее десантирование на плац. И еще раз. На четвертый раз дрилл сжалился и разрешил не затаскивать обратно рюкзаки с барахлом. На этот раз уложились.
   Всех заставили сложить свои рюкзаки и сумки возле ворот и построили в шесть шеренг. Мимо, в сопровождении дрилла-латинос, стройными рядами промаршировала колонна подтянутых молодцов.
   - Уши!
   - Востро, сэр! - прогремел взвод.
   - Глаза!
   - Смотрят, сэр!
   За долю секунды все их головы повернулись, и взгляды устремились на новичков. Латинос поправил свою кепку.
  
   - Посмотрите на это дерьмо, - тыча пальцем в новобранцев, говорит этот сержант, - еще каких-то десять недель назад вы были такими же безобразными ублюдками! Кроссовки, вывернутые наизнанку кофты...
   Дальше Олесь не слушал.
   Какой-то офицер, заложив руки за спину, подошел к ним и неспешно прошелся вдоль строя.
   - Меня зовут Скотт Тейлор. Капитан Скотт Тейлор. Я приветствую вас в самом лучшем центре подготовки солдат в этой стране. Вам предстоит стать защитниками родины и вообще всего мира от врагов этого самого мира. Следующие два с половиной месяца вы будете учиться, как стать хорошими солдатами. Америка дает вам эту возможность. Желаю вам всем удачи. А сейчас сержант Уильямс объяснит, что вы будете делать дальше.
   И сержант объяснил. Дальше была перекличка. Потом весь строй, мало чем отличающийся от толпы, подвели к приземистым хозяйственным постройкам и заставили стоять под палящим солнцем полтора часа. Еще в автобусе новобранцев предупредили, что курить во время Basic Training (а попросту в учебке) запрещено. Никто и не рискнул, хотя очень хотелось. Если бы Олесь знал, что свои личные вещи он увидит только через три недели, обязательно бы сунул в карман пару пачек сигарет. Плевал он на эти запреты. Ему вообще претило ходить строем и слушать этот ор. Выгонят, так и к лучшему. Так ведь не выгонят же, вот в чем беда.
   Еще два часа ушло на стрижку. Из цирюльни все выходили как штампованные заготовки с конвейера, сразу подрастеряв свою индивидуальность. То ли еще будет, когда их заставят напялить форму.
   Наконец, всех по очереди в алфавитном порядке начали вызывать внутрь и выдавать одеяла, простыни и подушки. Получившие белье, опять выстраивались в шеренги и тащились к казарме.
   Казарма - это один большой коридор, из коридора комнаты без дверей на восемь человек каждая, одноярусные кровати. Ящик для персональных вещей от пола до потолка. Общий душ, туалет, бетонные полы, каменные стены. Никакой музыки, телевизоров, личного времени... В общем попали.
   - У вас 200 секунд, чтобы быть на линии перед койками вымытыми и побритыми! - прорычал вошедший Уильямс.
   Чем бриться-то? Все же осталось в рюкзаках.
   Вот уже двадцать часов на ногах, а кто и больше, наконец-то можно лечь!
   - Спокойной ночи, девушки!
   - Спокойной ночи, сэр, - отозвалось несколько протяжных голосов.
  
   - Что? Ах вы, ублюдки! Быстро всем встать!
   Пока проходила поучительная лекция, Олесь оглянулся вокруг. Удивляет число тех, кто по весу на лучших воинов Америки не походит. Либо щуплые доходяги в очках, либо толстяки. Нормальных парней: раз, два и обчелся.
   - Спокойной ночи, рекруты.
   - Спокойной ночи, сэр, - уже рявкнули все.
   - Подъем в четыре тридцать. И пусть только кто-нибудь попробует вовремя не оторвать своей задницы от лежанки.
   - Так точно, сэр.
  
   Ночью Олесь неожиданно проснулся. Он вообще плохо засыпал в чужом месте, но тут вырубился сразу. Однако снились какие-то кошмары. Штепа прислушался. Во всей казарме мертвая тишина и только слышно, как несколько человек плачет. Слезы покатились и у Олеся. Он не привык, чтобы с ним так обращались, унижали его достоинство, орали... Накатила жгучая обида на жизнь и тоска по дому. Еще вчера он нежился в своей мягкой постельке, смотрел допоздна телевизор, звонил друзьям или зависал в интернете. И теперь эта общага с чужими, незнакомыми людьми. Этот хлев!
  
   9.06.2024 г. Украина г. Харьковская область. Чугуевский район п. Башкировка
  
   - По-о-о-одъе-е-ем.
   Им дали десять минут на туалет. Затем formation. Построение. Второе построение уже гораздо строже. Тут переступание с ноги на ногу не проходило, глазами водить нельзя, тем более разговаривать. Отжимались за эти провинности всем строем по нескольку раз. Уильямс орал не переставая. Ну и глотка у него!
   Затем началась зарядка. От новичков требовалось пробежать милю и отжаться одиннадцать раз. Олесь к финишу приплелся и кое-как отжался, Филипок это сделал вообще без проблем, а некоторые так и остались сидеть в траве за воротами, дыша, как рыбы, викинутые на берег.
   Что он ел там на завтрак в свой первый день Basic Training Олесь совсем не помнил, как не отложились у него в памяти и обед и ужин.
   После завтрака их опять выстроили перед складами, и опять повторилась вчерашняя процедура выдачи слонов. Только на этот раз получали обмундирование. сначала им выдали Duffle bags - вещмешок, куда они должны были складывать форму. И понеслась. Получаешь - в мешок, получаешь - в мешок. В общей сложности Штепа получил: четыре комплекта формы - два летней BDU и два спортивной; одну куртку от дождя; две пары сапог; две кепки; двое шорт, две футболки; шесть пан носок; шесть коричневых футболок; шесть коричневых трусов.
   После обеда привезли рекрутов с запада. Эти на всех смотрели зло, по-волчьи. Ни с кем не общались. Их тоже гоняли по хозяйственным делам, а затем всех рекрутов чохом собрали на плацу и принялись распределять в platoon (по-нашему взводы). Восточных (их было мало, и они приехали за день до Олеся), столичных и западенцев перемешали в случайном порядке. Потом народ все равно размежевался по группкам.
   И это лушие люди страны! Все говорят на английском, все владеют какой-либо редкой профессией, раз их взяли в TD. Дикость какая-то.
  
   Вечером Олесь снова провалился в сон, едва коснувшись щекой подушки.
  
  
   9.06.2024 г. Украина г. Харьковская область. Чугуевский район п. Башкировка
  
   - Свет!
   - Свет! Свет! - все молниеносно вскакивают с коек.
   - Отсчет.
   - Первый, второй... пятьдесят первый.
   - Ординарец!
   - Пятьдесят один рекрут на палубе, сэр!
   Все одеваются под отсчет, черт, другой platoon уже построился... Сержант Уильямс вышел из себя:
   - Ну, что, будем копаться? Ладно, суки, будете дурака валять, я тоже поваляю. Всем упасть-отжаться. Бегом к стене! Бегом к другой стене!
   В столовой никто не двигается, в ожидании уткнулись в подносы.
   - По моей команде и только по моей команде вы откусите кусок хлеба.
   - Теперь вы отопьете воды.
   - Все на выход. - И это все опять же под секундомер.
   Плохо. Как тут плохо. Потом стало ясно, что первые четыре дня прошли вполне безобидно: бесконечные очереди на прививки и осмотры, заполнение документов. А тогда Олесю это казалось сущим адом.
   Завтра им должны дать Military ID и если все будет нормально, то завтра начнется настоящая боевая учеба.
  
   9.06.2024 г. Украина г. Харьковская область. Чугуевский район п. Башкировка
  
   Олесю присвоили Е-3 (Private First Class - звание). Как и большинству здесь. Наверное, из-за высшего образования. Филипку так не повезло. И правильно. То же самородок выискался.
   Есть совсем не хочется. Да и еда здесь...
   На завтрак: дешевый жареный бекон из трупов животных. Длинные тонкие ломтики, штук пять-шесть. Пфе... Яйца типа омлета - привокзальные помои. Клейстер, по недоразумению называемый геркулесовой кашей и хлеб как вата. Напитки: безвкусное молоко и жутко сладкая красная жидкость.
   На обед: курица в разных исполнениях. От ножек, крылышек до разного вида запечённых в хлебе частей несчастного животного и чего-то в виде котлет.
   Трупоеды!
   Молоко. Хлеб.
  
   Гарнир. Чаще рис, иногда макароны. Иногда всё кончается кроме чего-то одного. Один раз Олесь попал на фасоль в каком-то соусе - перца там было немеряно.
   В основном Штепа брал разного рода овощи и салатики, хотя они здесь дерьмовенькие, не умеют здесь делать салаты.
  
   Вся еда кладётся не в тарелки, а в поднос, который имеет ячейки. Как свиньям в корыто.
   Олесь бы, конечно, не отказался вечерком от чая или кофе с круассанами, но денег нема. Да и запрещено это
   Каждый день расписан едва ли не по минутам: подъем, зарядка, завтрак, занятия в классах. Когда занимаются все четыре взвода, в каждом почти по шестьдесят человек, то все сидят в одном ангаре и им показывают голографическую презентацию. Затем обед, снова классы, ужин, РТ тест для не сдавших предыдущий, с восьми до девяти персональное время, в девять отбой.
   В персональное время Олесь едва успевает постираться и принять душ. Зверски хочется курить.
  
   Сержант выбрал четырех рекрутов в лидеры отрядов. Тех, кто хоть как-то уже умел маршировать. Еще человек шесть выбрали на мелкие должности: ответственных за кладовку, за постельное белье и так далее...
   Штепа стал помощником писаря. Неплохая должность, иногда приходится после отбоя повозиться с бумагами, но зато теперь он меньше будет попадать в дежурство.
  
   Прошло несколько дней. Хронически хочется спать. Особенно тяжело на теоретических занятиях. Сегодня, например до обеда пропаганда, после - лекция про команды...
   Строевые, занятия, снова строевые, снова занятия, борьба со сном, нудно, скука...
  
   Большая проблема с отжиманиями, так как чаще всего приходиться корячиться всем взводом из-за того, что кто-то не укладывание во времени, неправильное выполняет строевые команды, за разговоры в строю, за все что угодно.
   В четверг вообще было что-то страшное. Вечером пришли отрядные, ординарец и писари из третьей фазы, 'показать' им, как нужно проводить уборку в казарме. Строили из себя дриллов, орали на новичков и указывали, что делать. Уборка усложнялась проходящими мимо сержантами из других взводов, они вытряхивали мусорные баки на пол и пинали ведра с водой.
   По слухам, в одном из взводов разъяренный дрилл вытер пол рекрутом...
   Хотя в принципе сержанты относятся к рекрутам DT терпимо. Кажется все дело в английском. База довольно большая и ее южная часть отделена от северной высоким сетчатым забором, за которым стоят несколько десятков казарм для рекрутов строевых частей. Вот их дриллы не любят по-настоящему. Даже боятся. Их они частенько между собой обзывают коммунистами.
   Олесь даже слышал такую историю, что один из сержантов отказался сопровождать 'строевых' на стрельбище. Говорил, что боится, что кто-то его там застрелит. Потом узнали подробности. Дело было совсем не в этом. Сержант был темнокожий и 'строевые' часто за глаза называли его ниггером. А-то и по круче. Ясное дело, никого здесь в Украине в суд за это не потащишь, вот дрилл и встал на дыбы.
   Говорят, там много урок. Кто еще пойдет добровольно на войну? У них в TD тоже есть один такой парень, малого роста, жилистый и с очень хитрым лицом. Зовут его Майкл. Задирается он почти ко всем: и к киевлянам и к восточным и к западенцам. Позже Олесь выяснил, что он был судим за мелкие кражи, но 'реабилитирован' с условием службы в армии. Родители его сидели, братья сидели. Вообще не понятно, как он все же попал именно сюда. Проплатил, наверное, кто-то.
  
   16.06.2024 г. Украина г. Харьковская область. Чугуевский район п. Башкировка
   Воскресенье. Ленивый день. Щадящая зарядка и всего одно занятие в классах. Зато бесконечная уборка.
   Вечером будет время написать письмо маме. Обычное письмо. Телефоны и смартфоны здесь запрещены, е-мейлом родители так и не научились пользоваться, а вот зае он уже отослал три письма, забегая в персональное время в библиотеку. Не отвечает. Тоскливо.
   После бесконечного переклеивания ленты с отштампованной фамилией на кепки, ящики, фляжки и прочее, большинство рекрутов ушло на религиозные службы, кто-то занялся стиркой. Олесь долше обычного стоял под душем, стараясь отмыться от вони чужих носков и мясного духа, которым он пропитался насквозь в этой проклятой столовой.
  
   Но вот кончилось хорошее. Понедельник, вторая неделя . Опять муштра, равнение направо, открыть, закрыть, сдвоить ряды. беспрерывно орут разные речевки, все время следуют команды:
   - Первый отряд, два шага вперед, второй отряд, шаг вперед, третий отряд стоит на месте, четвертый, шаг назад.
   Потом прерванный обед из-за того, что рекрут Саная смотрел по сторонам.
  
   - Бег на месте! Быстрее, колени выше!
   - Да сэр!
   - Нy-ка, воинский клич!
   - А-а-а-а!
   - Громче!
   - А-а-а-а-а-а-а-а-а!
   - Упал-отжался! - Для большего эффекта Уильямс лупит железным совком прямо возле уха Олеся.
   - Да сэр!
   - Считай!
   - Раз, два, три, четыре...
   - Быстрее, живее!
   Всю неделю было трудно уснуть. Каждому рекруту на дежурстве предстояло проорать пятьдесят раз: 'Добрый вечер, сэр. Рекрут Товпань рапортует. Здание номер пятьсот семь, взводное помещение 'Б'. На палубе пятьдесят пять рекрутов, пятьдесят пять вещевых ящиков морской пехоты Соединенных Штатов Америки, все на двойном замке. Все спокойно на данный момент, сэр!'.
   Сержанты учили, как привыкли. Сами морпехи, и им наплевать, что перед ними тщедушные очкарики из TD - недавние маменькины сынки.
  
   Вторник, вторая неделя, сегодня МАКМАП - рукопашный бой.
   - Удар!
   - Килл!
   - Удар!
   - Килл!
   - Комбинация!
   - Килл! Килл! Килл!
  
   Хорошо, что из-за кап во рту не заставляли громче орать. Хотя конечно это была скорее игра в морских пехотинцев. Любой пацан из соседнего двора легко порвал бы этих 'Marins'. Однако щуплые становились плотными, а жирные, крепкими.
  
   Уильямс подбадривал их воспоминаниями:
   - МАКМАП - это классно. Иногда в Исфахане, когда мы вламывались в дома, не было времени даже прицелиться из автомата, приходилось действовать ножом. Пару раз воткнул нож ублюдку в горло и смотришь, как он отхаркивается кровью. Конечно, если хотите его пожалеть, то всадите ему в башку пулю, но я предпочитал их потрошить.
  
   На следующий день им выдали новые рюкзаки, высшего качества, со множеством застежек и карманов, кевларовые каски, складные саперные лопатки, бронежилеты с двумя керамическими плитами на спине и груди, спальные мешки, плащ-палатки, три большие фляжки с водой, непромокаемые куртка и брюки, ремень поясной широкий с навесным снаряжением, а главное винтовку М16 и два магазина с холостыми патронами к ней.
   Наконец-то начнется настоящее дело.
  
   На первый взгляд, винтовка разочаровала. Она очень легкая, весит меньше четырех килограммов. Около метра в длину. Поражает количество пластмассовых деталей. Даже трудно поверить, что это смертельное оружие, а не игрушка. К концу дня все удовольствие от обладания оружием пропало. Начали болеть мышцы спины, о которых Олесь раньше и не подозревал. о все Опять эта муштра
  
   - Винтовка должна быть наклонена ровно под углом в сорок пять градусов, с прицелом точно на уровне левого глаза. Пальцы вместе! Что бы никаких промежутков. Локти прижать к телу! - Объяснил Уильямс. Олесь поймал себя на том, что почти любит этого парня.
   Что это? 'Стокгольмский синдром', когда заложники начинают дружить с террористами, или у него едет крыша?
   'Учение через боль'. Больно от непрерывных отжиманий, прыжков, приседаний и всего, что придет в голову сержанту. При этом орет и он и они. Это называется 'подбадривающая тренировка'.
   На следующий день они, наконец, поехали на стрельбище. В автобусе все уснули, облокотившись на винтовки. Даже сержант отключился после угроз, что замучает всех, если кто-то посмеет уснуть.
  
   Пока помощники инструктора расклеивали мишени, он объяснял рекрутам, как нужно целиться и стрелять, что подкручивать для стрельбы на разных дистанциях и при сильном ветре.
   Долгие минуты в неудобных позах, где вес винтовки распределяется на все тело, перетянутое петлей левое предплечье, из-за этого потом онемевшая рука болталась, как тряпка, несколько минут.
  
   - Иногда в Иране было так скучно, что мы начинали стрелять по собакам. - разорялся инструктор. - Я сам одну лично в жопу подстрелил. С пятиста ярдов человека тоже можно завалить. Я завалил четыре десятка. Главное, сконцентрировать все внимание на мушке, вдох, выдох и плавно нажимаете курок. Бам! И смотрите на розовую дымку вдали...
  
   Пятница, вторая неделя. Сегодня зачет. Каждому выдали по пятьдесят патронов. Стрельба на время: сидя, лежа, стоя, с колена; с дистанций в двести, триста и пятьсот метров.
   Штепа отстрелял ниже среднего - всего на сто сорок очков из двухсот пятидесяти.
  
   К началу третьей недели отсеяли несколько человек. Трое пытались покончить жизнь самоубийством. Двое сильно заболели, Пришли результаты анализов, и вскоре из других взводов отсеяли нескольких наркоманов.
   И опять бесконечная муштра, бег с бревнами, преодоление препятствий.
   Каждое утро гонка: кто из взводов быстрее займет очередь в столовой. За пятнадцать минут до подъема многие уже не спят, кое-кто заправляет постели, хотя вылезать из коек не разрешается.
   На то, что в подносе Олесю уже было наплевать. Он еле-еле успевал запихать в себя съедобную субстанцию. Иначе до обеда не протянуть. А есть после всех этих РТ тестов и строевой хочется зверски. Но мясное по-прежнему в сторону.
  
   Четверг. Он умудрился поспать на утренних занятиях, в первом ряду сидел, вот и не заметили. После обеда вместо занятий очередные тесты. На этот раз по оказанию первой помощи и на знание пропаганды. Вечером проверка батальона. Они простояли три часа неподвижно в парадной форме. Ноги чуть шире плеч, левая рука за поясом, правая впереди держит дуло автомата. Прошлись сержанты из других рот. Не дай бог пошевелиться. Чуть что, а сил уже нет никаких. Совсем.
   Но это уже не самое страшное. Obstacle course -полоса препятствий. И полигон - вот это ад кромешный.
   Вначале идет инструкция по технике безопасности, затем демонстрация, и далее все передвигаются по трехкилометровому рубежу с полосой препятствий. Пролезают под колючей проволокой, перепрыгивают через бревна и окна домов, и прочее.
   И везде стоят силуэты вражеских солдат зеленоватого цвета, изготовленные из упругого пластика. Олесь пригляделся - они напоминают советских солдат с автоматом Калашникова пятидесятых годов прошлого века. Прикол, да и только!
   Ну что тут делать, надо бегать и протыкать всех подряд, что он и делал. Потом небольшой перерыв и еще один круг, затем обед.
   Перед обедом Штепа пошел в портативный пластиковый туалет. Будка была занята. Пришлось ждать.
   Базар-вокзал, да и только. А владеют передвижными туалетами частные компании, которые сдают их в аренду армии за неплохие денежки.
  
   Вот и третья неделя подходит к конца. Олесь уже перестал считать дни до конца Basic Training. Да и что считать? Впереди все равно ничего хорошего.
   Сержанты ходят какие-то смурные. Словно в воду опущенные. Говорят, что в России дела у USA army идут из рук вон плохо. Их дрилла Уильямса вроде как туда отправляют. Вместо него прислали какого-то латиноса. Родригес. Он мексиканец, небольшого роста и не такой накачанный, как Уильямс. Рекруты с трудом его понимают из-за его акцента и шепелявости.
   Смешно, что Олесь устал жить среди русских. Он так мечтал попасть в Америку, и вот теперь цель так близка, но по иронии судьбы, как минимум год придется этих русских умироворять. Обхохочешься.
  
   На следующей неделе все platoon отправляют на полевые занятия. Рекруты будут жить в палаточном городке и постигать азы тактики боя и все такое.
   Наконец разрешили забрать личные вещи. У Олеся из рюкзака украли плэйер и смартфон. А еще у там лежала бутылка шампуня и какой-то гад ее открыл и вылил прямо в рюкзак. Все книги и одежда были испорчены, и Штепе стало так обидно, что он пошел жаловаться. Это ни к чему не привело, и Олесь мог только догадываться, кто же это все сделал. Так что пришлось покупать новый. Благо в магазинчике были в наличии дешевые китайские плееры. Смартфон же позже заменил солдатский планшет, выданный на пятой неделе.
  
  
   24.06.2024 г. Украина г. Харьковская область. Чугуевский район
  
   В лагерь поехали уже не в автобусе, а на бортовых 'Уралах'. Всю дорогу Штепа глотал пыль и матерился про себя. Потом всем взоводом ставили палатки и вообще обустраивали лагерь. Столовой тут естественно нет, а значит все эти дни придется питаться MRE, что означает - еда, готовая к употреблению. Это пластиковая пачка размером с два блока сигарет, она разбита на пятнадцать разных блюд. Например, в одной пачке может быть котлета (отдал Филипку), сухой хлеб, яблочное пюре, несколько конфетами. Еще там небольшое пироженное, специи, джем и ореховое масло, салфетки, ложка, жевательная резинка, кофе и разогреватель. Открываешь упаковку, добавляешь немного воды, и через минуты упаковка становится горячей, достаточной чтобы разогревать еду даже зимой без огня и электричества.
  
   Все надежды отдохнуть и расслабиться отправились прямиком псу под хвост. Начальство преподнесло им сюрприз в виде ночного преодоления препятствий. Оказывается, лагерь им устроили недалеко от очередного полигона. Весь вечер и добрую часть ночи рекруты проплавали в грязи, пошел сильный дождь. Ползали под колючей проволокой под выстрелы из пулемета, правда, из-за бывавших ранее несчастных случаев стреляли холостыми, но эффект все равно устрашающий. Каждую минуту со свистом взрывалась 'хлопушка'. Короткая перебежка до прикрытия, нырок в лужу, огонь из винтовки, пока не подтянутся остальные. Добежали до окопа с врагом, прикладом в морду резиновому ублюдку и дальше плавать в грязи. Каждую минуту инструктора запускали в воздух осветительные ракеты. Все падают в мокрую траву, пока ракета не гаснет. Пошел ливень, черт, не осталось сухой клочка одежды, холодно, очень хочется есть и спать. Наконец все это закончилось. Разукрашенные маскировочной краской лица, покрытые слоем грязи, с набитыми землей винтовками они еле-еле добрели назад. Дождь, слава богу, кончился, все переоделись в последний чистый комплект камуфляжа. Сил есть уже не было. Олесь дополз до своей палатки и отключился.
  
   С утра снова обрадовали. Вместо зарядки - марш-бросок в семь километров с полной выкладкой. Олесь думал, что не выживет. Обошлось. Рюкзаки хоть и тяжелые, но удобные. Мешали только винтовка, которая постоянно слетала с плеча, бронежилет, который сильно тер поясницу и обод каски, что давил на голову. Пот струйкой тек из-под нее. Вскоре и вся спина мокрая. Через час промокает все остальное.
   Взвод разделили на две колонны. С каждой стороны дороги. Вернувшись, свалились у палаток прямо на траву. Долго пили, и только потом принялись за MRE.
   Во вторник 'держали оборону'. Рыли окопы, таскали ящики с патронами, потом с криком взбегали на бугор и устанавливали периметр. После обеда занимались с рацией. Двое ушлепков сломали гарнитуру. Им сообщили, что вычтут из жалования.
   О! А Олесь как-то забыл об этом. О жаловании. Что значит совок в крови. Привык, что родину надо любить за бесплатно.
   Это Америка, сынок!
  
   Завтра опять марш-бросок. На этот раз на двенадцать километров.
   Они что, из нас бойцов 'Дельты' готовят? - Олесь посмотрел на высокие перистые облака, казалось неподвижно зависшие на месте. Вдоль опушки леса пролетел беспилотный аппарат 'Раптор'.
   Когда уже у них начнутся занятия с электроникой?
  
   1.07.2024 г. Украина г. Харьковская область. Чугуевский район п. Башкировка
  
   Вылазка на природу все же дала себя знать. У них в казарме очень много простуженных и больных. У Олеся позавчера разболелось ухо, и уже третий день мучает кашель. И при этом спят они с открытыми окнами!
   Получили деньги. После всех вычетов и расходов у Штепы осталось полторы штуки амеро. Это неплохо. Плохо другое. Отовариться на них можно только в магазинчике на базе. В самой Башкировке Амеро не берут и почти не меняют. Можно сказать, совсем не меняют. Дикари.
  
   Наконец начались профильные занятия. Как Олесь и подозревал, в группу операторов, связистов и робоповодырей его не взяли. Направили на ускоренные курсы переводчиков. То, что Штепа там учил, не оставляло сомнений, в том, чем ему придется заниматься в будущем.
   'Стоять', 'руки за голову', 'где ты живешь', 'проход запрещен'...
   Настроение - хуже некуда. Филипок же, наоборот, светится, как рождественская елка. Дорвался таки до своих железок. Теперь Штепа его почти совсем не видит. Фил пропадает в классах, на тренажерах и на летном поле.
  
   Все остальное время - муштра, возня с парадными формами, зубрежка основ пропаганды и чистка оружия. Утром им теперь давали больше времени, чтобы одеться, в столовой тоже нормально можно было поесть, стрижки стали походить на спортивные.
  
   В пятницу лупили из М16 по мишеням. Олесь выбил двадцать пять из сорока. Если выбьет тридцать шесть из сорока, станет expert. Был сильный ветер, и в глаза сыпало песком. У Штепы заел магазин, потерял несколько секунд и пару патронов из-за этого.
  
   Только расслабились - очередное испытание: газовая камера. Загоняли человек по тридцать. Помещение со слезоточивым газом.
   - Снять противогазы!
   Щиплет глаза и кожу, тут главное - не дышать. Штепа считал секунды. Сорок... шестьдесят. Большинство вокруг задыхалось от кашля. Олесь сразу увидел, что хитрый Филипок задержал дыхание. Олесь сделал так же, но долго не выдержал. А у Филла широкая грудная клетка, хоть сам и маленький. Ему легче.
   - Надеть и продуть противогазы!
   Черт, как же жжет глаза. Остальные вообще в ауте. Противогазы полны соплей и слюней.
   Еще пару раз повторили процедуру, к концу закашлял и Штепа. На самом деле этот газ не только слезоточивый. Из носа тоже очень сильно течет. Почти триста человек плачут. Только Филипок и еще несколько ублюдков ухмыляются.
  
   К концу восьмой недели отрядных лидеров, ординарца и писарей позвали учить 'зеленых', как нужно проводить генеральную уборку. Их очередь 'оттянуться'. Олесь едва не сорвал голос.
   Финальные тесты. Понятно, что сдал - не сдал, не важно. Все равно выпуск состоится и всех зачислят в миротворческую бригаду. Плац, итоговое построение, бравурная музыка, пафосная речь капитана, рукопожатие, значок на груди, и вот Олесь уже едет домой в увольнительную. Сразу к маме. К зае.. тьфу Елене не поедет. Он еще три раза отправлял ей с планшета письма. Не ответила.
   Три дня дома, а затем в департамент за назначением.
  
  
   28.04.2024 г. Самарская обл. п. Кряж. В/ч N 006584
  
   Сержант Валиулин битый час раскладывал пасьянс за пасьянсом на своем мобильнике, сидя на подоконнике на втором этаже казармы. До обеда еще полтора часа, а глаза от этой хрени уже слезятся. Время от времени Валиулин бросал полный тоски взгляд на КПП N 2, где дежурил его кореш Димка Сажин.
   Сержант не мог не заметить, как на площадку перед воротами мягко вкатился черный тонированный 'Nissan Murano'. За пятнадцать минут из него никто так и не вышел, и Валлиулин продолжил насиловать мобильник и свои глаза. В следующий раз сержант поднял голову, услышав крики и шум борьбы, проникающие даже сквозь пыльные стекла в доисторической деревянной раме. На пятачке перед КПП прибавилось и машин и народу. Несколько солидных дядечек в окружении десятка шестерок стояли чуть вдалеке, а возле ворот, уже с внутренней стороны, колготились местные даги, что не давали покоя срочникам из разведбата в увольнительных в Самаре и в самом Кряже. Валиулин поискал глазами Сажина и увидел того, лежащего с раскинутыми руками. Явно без сознания.
   К КПП уже спешил старший лейтенант Зенин. Трое кавказцев метнулись за казарму, четверо с ходу сбили с ног старлея и затащили его в КПП. Там уже орудовало несколько дагов, разбивающих телефон, режущих провод тревожной кнопки и вяжущих находившуюся внутри смену. Один абрек открыл ворота и в часть въехали три тентованные 'Газели', которые Валиулин не заметил, разглядывая происходящее на КПП. Из машин повалили наружу новые отряды кавказцев. Сержант наконец закрыл рот, засунул мобильник в карман и выскочил на лестницу.
   Снизу уже поднимались даги. Часть из них ломанулись в комнаты на первом этаже, остальные на второй и выше.
   Валиулин не успел и глазом моргнуть, как его припечатали к стенке и ударили ногой в живот. Отдышавшись, он на полусогнутых пошел по коридору. Из комнат то и дело выскакивали ошалевшие бойцы. Они совсем не сопротивлялись, только некоторые из них пытались увернуться или прикрыться от ударов. Тем, кто пытался что-то сказать, джигиты демонстрировали ножи. Потом их снова били, но уже более изощренно. Одного бойца приложили головой о дверной косяк. В этой сумаатохе валиулину удалось выскочит на улицу. По пути он видел, как даги хозяйничали в комнатах разведчиков. Они шарили по тумбочкам, забирали все ценное. Солдат кавказцы заставили вывернуть карманы. Отобрали не только деньги и мобилы, но даже жвачку и сигареты.
   На улице сержант едва не налетел на важно вышагивающего под окнами казармы военного в странном оливкового цвета мундире. Возле информационных щитов парковались два похожих на лягушек броневика. Валиулин растерянно оглянулся. За его спиной кавказец в спортивном костюме и кроссовках гнал подзатыльниками к оружейке одного из дежурных.
   Сержант в задумчивости дошел до КПП и присел над Димкой Сажиным. Тот уже пришел в себя и, приподнявшись, ощупывал левой рукой свой затылок. Тут-то, наконец, на Валиулина и обратили внимание. Толстый кавказец, ухмыляясь, ткнул в сторону Димки пальцем:
   - Забирай его и идите в казарму. - Для убедительности даг достал нож и, все так же ухмыляясь, принялся жонглировать им. Он так был уверен в своем превосходстве, что даже не стал смотреть на то, как выполнят его требование, а развернулся к ним спиной и вошел внутрь КПП. Сержант помог подняться своему корешу, и они вместе поплелись прочь. Но не в казарму, а на свое излюбленное место, за трансформаторную будку к пожарному щиту. Там они частенько укрывались от начальства. Могли часами напролет сидеть на ящике с песком, курить и трепаться обо всем на свете. Хорошее, укромное местечко, совершенно не просматривается извне. Зато отсюда видно и плац и ворота и вход в столовую.
   Валиулин достал сигареты, закурил сам и предложил Сажину, но тот отказался, потрогав свои разбитые губы и поморщившись.
   У ворот началась непонятная суета, створки разошлись, и на территорию части въехало несколько УАЗов с начальством. Их полкан и еще несколько офицеров выбрались наружу и в сопровождении тех самых дядечек, которые прихватили с собой два черных чемодана, отправились в штабной корпус.
   Похоже, начальство совсем не удивилось происходящему тут.
   - Дела. - Только и смог выдавить из себя сержант.
  
   Вечером их построили на плацу. Зачитали приказ нового верховного главнокомандующего. Рассказали, что не справившийся с управлением страной президент подал в отставку, и предложили послужить новой подлинно демократической России. Предложили даже перезаключить контракты, так как старые теперь не действительны.
   Вообще те, кто это устроил, сделали все очень грамотно. Выбрали момент, когда в расположении остался почти один молодняк, а старослужащие либо ушли в увольнительную, либо уехали на учения (их всех потом просто не пустили обратно в часть), черновую работу поручили отмороженным дагам, а затем просто занесли чемоданы с деньгами командованию, а солдатам предложили контракты вдвое больше прежнего.
   Недовольным предложили собрать личные вещи(это после сегодняшнего шмона-то!) и убираться восвояси.
   Валиулин с Сажиным так и сделали. Собрали что осталось, последний раз посмотрели на казарму, на крыше которой какие-то говорящие по-английски хлопцы монтировали спутниковую антенну, и мимо расхаживающих с автоматами дагов, направились за ворота. С ними ушли еще пятнадцать человек, включая старлея Зенина.
  
  
   МИХАИЛ ГРИШИН
  
   29.04.2024 г. Москова Ново-Косино.
  
   Где-то там на верху ветер, словно четки, перебирал податливые верхушки деревьев. Солнце , явно отлынивая от своих прямых обязанностей, досматривало десятый сон, укрывшись с головой ватным одеялом из облаков.
   Холодно, сыро, противно. Ни один хозяин еще не выгнал на улицу свою собаку, а я уже плетусь по замусоренной опушке леса в направлении столицы.
   Холод меня и разбудил. В тот дом можно было забраться только через разбитое окно второго этажа, с крыши пристройки. Несмотря на всю ветхость жилища, к своему стыду, я так и не смог ни выбить дверь, ни отодрать хлипкие на вид ставни.
   Спалось на вонючем старом матраце плохо. В голову лезли мысли о местных клопах и пришлых солдатах. Да еще постоянный гул вдалеке и позвякивающие пыльные стаканы в рассохшемся трюмо, скажем так, не способствовали.
   Как я потом узнал, это была бесконечная вереница транспортников всех мастей и расцветок. От старичков С-17 и 'Мрии', до 'Кондора', фотографии которого только-только появились в интернете. Как это там... Все флаги в гости к нам. Да.
   В безуспешных попытках согреться, я бежал трусцой вдоль пустынной дороги и, массируя плечи, бубнил себе под нос присказку из старого, еще советского фильма:
   - Надо меньше пить. Пить меньше надо.
   Когда же, наконец, перестал скакать и растирать окоченевшие уши, со стороны шоссе, к которому я шел и на котором рассчитывал поймать попутку до Москвы, стали явственно доноситься лязг гусениц и порыкивание дизелей. Как любой мальчишка, воспитанный на фильмах про войнушку, сразу просек, что там твориться, и повернул назад. Даже если это и наши, то все равно в такое время простому гражданскому оболдую нечего делать рядом с колонной бронетехники.
   На всякий случай углубился мальца в лес. Конечно скакать по оврагам и спотыкаться о корни никакого удовольствия, но береженного бог бережет. Так я шел минут двадцать. Наслаждался особенной атмосферой ранневесеннего подмосковного леса, умиротворяющей тишиной и просто свежим воздухом. Кажется, даже начал мурлыкать себе под нос куплет известной песенки:
   - А в Подмосковье водятся грибы. Ягоды, цветы...
   Стоп! Что-то воздух не такой уже и свежий. Сладковатой гнильцой откуда-то спереди тянет.
   Благостное состояние с меня так и слетело. Перед глазами явственно встали горы трупов замученных американцами людей. Я сначала ломанулся прочь, не разбирая дороги. Потом остановился.
   Нет! Я должен это видеть! Должен снять это на камеру смарта.
   Осторожно и медленно, чтобы ненароком не влезть во что-нибудь, пошел на все усиливающийся запах.
   Вот и поляна среди ольховой заросли впереди просматривается.
   А что это такое там среди деревьев белеет?
   Тысячи куриных тушек! Десятки тысяч. А дальше горы из колбасы, ветчины, сосисок...
   Обошел все это по большой дуге. За мясными завалами начинались сырные, дальше кучи коробок с супами и кашами быстрого приготовления. Поднял несколько штук. На всех упаковках срок годности двадцать шестой год. Мясные продукты тоже свежие. И сыры. Были свежими...
   Зачем их сюда выкинули? Кто? И почему именно сюда? От глаз людских подальше?
   Помню, батя рассказывал, что когда валили Союз, в портах гноили контейнеры с рыбой и импортной птицей, на элеваторах зерно, а вот колбасно-мясную жратву сваливали в лесу. Горбачеву нужен был голодный и озлобленный народ, созревший для будущего спасителя с его западными кредитами.
   Под запад и легли тогда за хавчик. А за каждый взятый в долг рубль отдавать, потом пришлось десять, И что, опять все повторяется? Придет добрый дядя и накормит? А жратва, тем временем по лесам гниет.
   Паскудно как-то на душе. Чувствуешь, что тебя развели по-крупному, пока ты там копил на отпуск в Анталии и мечтал когда-нибудь купить подержанную 'Октавию', а сделать ничего не можешь. Хочется придушить кого-нибудь.
  
   Ближе к обеду, отмахав километров пятнадцать, перешел на другую сторону от железной дороги и... Заблудился в каких-то гаражах и сараюшках.
  
   - Слышь, ты, лошара. А ну давай греби сюда. Побазарим. - Они сидели на ящиках возле открытых ворот просторного бокса, где скорее всего разбирали угнанные тачки. Таких мест только в нашем округе было около десятка, и если даже я знал об этих точках, то уж менты и подавно. В общем, этот доходный бизнес процветал лет тридцать минимум.
   - Я тебя не знаю.
   - А что, западло с пацанами побазарить? Как зовут-то тя, кент?
   - С какой целью интересуешься?
   - Не понял.
   Если тебе по случаю не удалось разминуться с гопотой, главное не начинать суетиться, не показывать свой страх. Сумеешь, играй по их правилам. Главное не оглядываться. Но и грубить тоже не надо. Они только и ждут предлога для наезда.
   Улыбайтесь. Отвечайте твердо, но вежливо. Не выполняйте то, что они говорят. Сами подойдут, не развалятся. Не отвечайте на вопросы, не оправдывайтесь.
   Наезд без повода по их понятиям - беспредел. Не давайте повода, но и не пресмыкайтесь. В свое время на этот счет меня просветил сосед с пятого, имевший на тот момент три ходки. Тем более, у меня пистолет.
   Вон топает ко мне уже этот разговорчивый шкет. Шестерка.
   - Имеешь мне что-то предъявить? - я эдак прищурился. Осталось только сплюнуть и достать кулек с семечками.
   Ага, завис шкет. Похоже, застремался слегка. Уже не так уверенно мне краба дает. Только у урлы на зоне рукопожатия вообще не приняты. Обойдется.
   - Да я типа поручкаться хочу, пацан. Даров.
   - Я тебя не знаю. - продолжаю гнуть свое. Но остальным, наблюдающим эту сцену, видимо надоела вся эта блатная дипломатия, и кутающийся в синюю робу старик проскрипел:
   - Че, очкуешь? О, о! Гляди, Борцун, он волыну мацает! Гандонострел свой, держите мои тапочки. Борцун, разберись.
   Здоровый мужик в синих спортивных штанах с лампасами и не заправленной майке- алкоголичке нехотя встал с ящика и вразвалочку направился ко мне.
   - Але-мале, ты чо в натуре роги мочишь?
   Коленки мои предательски задрожали, против своей воли затравленно огляделся по сторонам и вынул пистолет.
   Гляди, какие глазастые. Заметили, как я нащупал кобуру под курткой.
   - Ой, ой, ой. С газовым баллонном я хожу пижоном... Испугался я без базла. - шестерка зашла мне за спину. Путь к отступлению был отрезан. Не помогли советы дяди Коли. Наверное, они работают только при встрече с мелкой уличной шпаной, замороченной на этих понятиях. Эти же решили прибрать залетного лошка.
   Я стоял и пытался нагнать внутри волну ненависти к этим козлам.
   Бля, достали уже. Сколько народу беззащитного порезали...
   Борцун подошел вплотную и уперся животом в ствол. Мой указательный палец на спусковом крючке дрогнул.
   - Ша! - На пороге гаража появился пожилой поджарый мужик и медленно обвел всех тяжелым, холодящим душу взглядом. Такому убить кого, что высморкаться. - Что за кипиш? Ну-ка, сявки, все на базу.
   - Да этот баклан батон крошить на... - промямлила шестерка.
   - Нишкни, школота. - Все потянулись к боксу, а пахан повернулся ко мне и сказал:
   - В следующий раз с предохранителя волыну снимай.
   Я сглотнул и, развернувшись, зашагал прочь. Этот пахан, в отличие от своих подручных сразу просек, что пистолет не газовый, и хрен его знает, почему он отозвал своих шавок. Может, чем-то они тут таким занимаются, что лишний шум, как нож по горлу?
  
   Я шел и уговаривал сам себя, что сделал все, как доктор прописал, что я крут и поимел их всех. Ну, или почти поимел, если бы с предохранителя снял. Куда им со своими распальцовками против 'макарова'... Да, да, еще бы немного, и я положил бы их всех. Все пучком, все как надо...
   Да ни хрена не как надо. Долбоеб. В следующий раз не отскочишь.
   Я остановился. В припадке самовосхваления не заметил, как выскочил к МКАД.
   По кольцевой изредка проносились машины.
   М-да. Нечего было и думать о том, чтобы тормознуть одну из них. В такое время никто не остановится. Пришлось и дальше на своих двоих.
   В спальном районе необычно тихо даже для последних тревожных месяцев, когда народ старался лишний раз на улицу морду не высовывать. А сейчас и вовсе затаились. Никто не устанавливает противотанковые ежи, не роет траншеи...
   М-да.
   Только на тропинке, ведущей к роднику движуха. Правда, возле метро по-прежнему тусует молодняк. Пивко, 'ягуар', энергетики. И откуда только берут? Наверняка и травка есть. Ржут как лошади. Один в пидорской приталенной курточке и обтягивающих джинсах. Куртка второго наоборот была безразмерная. Штаны тоже широкие. На башке колпак, как у гнома. Натуральный унисекс. Ни хрена не поймешь, парень или девка. Остальные не лучше.
   Когда проходил мимо, донеслось:
   - ... а я ей, разинь хуцло пошире и бери. Он у меня толстый. Аха-ха. А она ваще фишку не рубит. Ха-ха. Думаю, прикусит еще. Развернул и вдул ей сзади просто так.
   - Чо, Бараш, за децл тебе дала? Хы-хы.
   - Не. Моя порцайка при мне осталась. Гы-гы-гы. Она уже упоротая была.
   - Прикольно, Бараш, у тя опять с конца капать буит. Хи-хи-хи.
   - Чих-пых, Лелик, не парься. Он же тебе вставлять не будет. Уха-ха-ха.
  
   В бетонном колодце двора только стая бездомных собак подавала признаки жизни. Несколько четвероногих направились было в мою сторону, но их отпугнул мой решительный вид. Уж очень я был зол.
  
   Стукнул три раза. Пауза. Еще два. Подождал немного. Потом повторил еще раз.
   Это наш с Женькой условный сигнал. Если бы не было повторного стука, она бы не открыла. Впрочем и сейчас не торопится. Значит, будет буря.
   Я оказался прав.
   - Какого черта? Что, позвонить было сложно? Накинулась на меня Женька. И она была права. Даже все, что произошло со мной за последние сутки, не могло служить оправданием такому головотяпству. Тыкнуть-то в КПК пальчиком можно было. Даже не для очистки совести, а хотя бы ради отчета перед супругой. Так и так, мол, пытался звонить, но электричества в Москве не было, и вообще телефон заряжать надо.
   Я изобразил невинную овцу и проследовал под душ и оттуда на кухню, где передо мной тут же появилась дымящаяся тарелка борща. Все-таки термос - одно из величайших изобретений человечества. Сейчас, когда по местному каналу, наконец, соизволили огласить график подачи воды и электричества, только ими и спасаемся. Для супов здоровый немецкий и еще несколько для чая и просто с кипятком.
   Женька молча выслушала облегченную версию моих злоключений и, поджав губы, удалилась стирать шмотки своего непутевого мужа. Значит, предстоят затяжные боевые действия с длительным переговорным процессом. Придется осуществлять подкуп противника путем массовой закупки косметических средств и прочих женских приблуд. Но это потом, а сейчас каятся и объясняться.
   Хотя, конечно, всего ей рассказывать не буду. Зачем пугать ребенка? Но подготовить надо. Ясно же, что прежней жизни уже не будет. А будет... Да хрен его знает, что нас дальше ждет. Честно говоря, сам до сих пор в себя придти не могу. Все происходящее похоже на сюрреалистический фильм. Не укладывается в голове. И не у меня одного, похоже. Город словно вымер. Затаился. И без того редкие машины совсем пропали с улиц. Зато в окно видел совершенно фантастическую картину: едет машина с гайцами, за ней какой-то футуристический тарантас, весь обвешанный разными устройствами, а за ней американская колонна в пустынной раскраске.
   Потом кто-то предположил, что решение о вводе миротворческого контингента было принято так быстро, что броню просто не успели перекрасить. Со временем перекрасили.
  
   30.04.2024 г. Москова
  
   Долго я дома не высидел. Не могу без дела в телевизор пялиться. Тем более, что сейчас там только какую-то сантабарбару гоняют в те два часа утром и два часа вечером, что электричество включают. Ни новостей, ни объявлений больше нет. Наверное новые власти еще не получили подробной указивки, что электорату говорить, и сами в просрации.
   В десятый раз проинструктировал Женьку, в сотый клятвенно пообещал долго не задерживаться и отправился на работу.
   Нет, я не трудоголик и на зарплату вовсе не рассчитываю. Тем более материальная помощь от Марата еще не закончилась. Конечно, было несколько причин пойти: узнать хоть какие-то новости, разведать по дороге, есть ли еще магазины, торгующие хоть за евро, наведаться после работы в уже известные точки... Все так, но для себя я объяснил это подсознательным стремлением вернуть жизнь в прежнее русло. Типа пошел на работу как всегда, и все оно дальше будет хорошо, как раньше. Вот такой я теперь психоаналитик сам для себя. А кто еще спасет и вылечит в дурдоме, творящемся вокруг? То, что по-прежнему не будет, стало понятно, когда увидел столпотворение возле РОВД. Туда, то и дело подъезжали и служебные тачки и иномарки, груженные барахлишком, чадами и домочадцами. Причем служители правопорядка явно задерживаться здесь не собирались. Просто формировали колонну, для отбытия хрен знает куда. Мысленно плюнув в их сторону, я побрел в сторону автобусной остановки.
  
   Водитель подошедшего автобуса отказался пускать народ по проездным, но охотно брал рублями. Как-то он еще до конца не прочувствовал динамику современных товарно-денежных отношений. В магазинах, например, уже вовсю продавали только за евро, а отсутствие мелочи компенсировали лишним пакетом муки или шоколадкой для округления. Причем обменники не функционировали вовсе, и оставалось только догадываться, откуда у населения красивые разноцветные бумажки. Все-таки ушлый у нас народ. Всякие дефолты и реформы научили жить.
  
   Поездка на общественном транспорте оказалась не столь уж веселой. Во-первых, автобус еле тащился, лавируя между брошенных машин, во-вторых, из окон пассажирам пришлось лицезреть пугающие, а то и вовсе отвратительные сцены. Кто-то кого-то бил, то тут, то там что-то горело. Из многих домов выносили и грузили на грузовики всякую утварь, и непонятно было: толи кого-то грабят, то ли кто-то просто уезжает. А скорее всего было и то и другое. Возле одной остановки под окнами дома в луже крови лежала женщина.
   - Это она сама или ее выбросили. - Спросил кто-то.
   - А ты пойди проверь. - Ответили ему.
   Ближе к центру улица была перегорожена бетонными блоками. Никакого блок поста, рейнджеров-пулеметчиков и прочего. Просто наваленные кое как бетонные чушки. Но проехать нельзя. Водила попробовал по параллельной улице, но и там тоже самое. Тогда он психанул и крикнул в салон, что дальше не поедет и, чтобы народ выметался из его автобуса. Дальше пешком.
  
   На работе появился только к одиннадцати, и каково же было мое удивление, когда я там застал практически всех, кто еще не свалил из города.
   Что все они тут забыли? Телефоны не работают, компьютеры вне игры, так как питаются электричеством, а не святым духом. (Вовик, правда, что-то шустро переписывал на флешку с начальственного ноута.) Хорошо, кто-то притащил из мастерской спиртовку. Хоть чайку попили.
   За чаем вездесущий Вовик и рассказал последние новости. Оказывается миротворцы с величайшего позволения президента всея Руси спокойненько высадились во всех столичных аэропортах и весь свой наличный состав стянули к центру. Теперь вроде как туда практически невозможно попасть. Ближе к окраинам шустрят какие-то стремные вооруженные группки, состоящие наполовину из чебуреков, а наполовину из антифа. Ну да похоже и я одну такую по дороге видел. Впереди нее важно вышагивал усатый джигит, за ним несколько его соплеменников, а следом семенили парни с белыми повязками с большой красной буквой 'А' на фоне черной звезды. Под звездой еще SHARP написано. Такое неожиданное и своевременное появление на улицах помощников новой власти о многом говорило.
   Еще Вовик сообщил нам, что скоро международный красный крест откроет пункты по раздаче гуманитарной помощи. Но просто так давать ее не станут. Для того, что бы получать ежедневные пайки, нужно будет зарегистрироваться с дальнейшей перспективой оформления в волонтеры или направления на общественно полезные работы.
   Кучеряво.
   В общем, не бросило нас в беде мировое сообщество. И о душе нашей подумали и о желудке и о безопасности. Чай не Гаитянские негры. Эуропейцы почти.
   Правда, с безопасностью, как выяснилось потом, все о кей было только в центре. На окраины интернационально-антифашистские патрули не совались, и здесь началась настоящая вакханалия. Попрятавшаяся было гопота, с энтузиазмом начала выяснять, кто на районе главный и пытаться отжать от жизни все, что еще можно было отжать. Пальба за окном стояла почище, чем фейерверк на новый год. Миротворцы на это никак не реагировали. И надо сказать, правильно делали. Когда поголовье мародеров почти сошло на нет, подключились те, кто поумнее. Они во время большой перестрелки пообросли людишками, обзавелись более серьезными аргументами, чем скажем 'сайга' или 'ксюха', ну и потихоньку проворачивали свои делишки, заодно наводя контакты с новой властью.
   Когда наступил час икс, мелкая гопота и мародеры-неудачники были аннулированы. Не все конечно и не сразу, но висельники на деревьях во дворах или, валяющиеся в глухих тупиках кучки тел с перехваченными пластиковыми наручниками руками, стали привычным атрибутом городского пейзажа. Случались и стычки между этими умниками. И тогда уже горожане не отделывались просто выбитыми стеклами. Горело много и хорошо. По некоторым улицам невозможно было просто пройти из-за обрушений.
   Но самые-то умные проявили себя еще позже. Они не воевали за склады и автозаправки, не пытались подмять под себя тот или иной квартал. Они просто влились в силовые структуры вновь образованных муниципалитетов, возглавили которые те самые абреки со своей личной гвардией. Таким образом логично завершился процесс, начатый еще стариной Лужковым в далекие девяностые прошлого века. В этом городе Ахмед окончательно потеснил Ивана под чутким присмотром мирового сообщества.
   Массовые казни понемногу сошли на нет. Выжившие обыватели рукоплескали установлению как нового мирового, так и местного локального порядка. Ничто больше не взрывалось, почти не стреляли. Патрули, наконец, стали уделять внимание и окраинам. Над всеми более-менее значимыми перекрестками зависли дирижабли с всевидящим оком камеры. Зарегистрированные москвичи действительно получили электронные продовольственные карточки вместе с возможностью принести пользу демократии на трудовом фронте. Правда для этого надо было доказать свою толерантность и не попасть в электронную базу отщепенцев и экстремистов. Базу эту завели во всех районных правозащитных организациях. А некоторые законопослушные граждане и вовсе получили шанс переселиться в центр города, в 'зеленую зону', куда даже теоретически не мог проникнуть не один террорист и русский фашист.
  
   Но все это было потом, а сейчас мы сидели, пили чай и слушали Вовика и решали, как жить дальше. Сошлись на том, что приходить сюда, смысла больше нет, и теперь каждый сам будет искать способ заработать на хлеб насущный. На том и разошлись.
   На улице меня догнал Вовик и без предисловий предложил сходить на Казанский вокзал, где один его знакомый обещал пристроить пару человек грузчиками. Сказать, что я был благодарен ему, значит ничего не сказать.
   Что интересно, на пятачке, где наш будущий хозяин Вахид распределял работу, я увидел тех пацанов, что тусовались возле метро с пивком.
   Вот так! Не хочешь работать на государство, служить в армии, открывать свое собственное дело, будешь работать на Вахида. Хотя я собственно тоже...
   Тяжело все это. И морально и физически. Домой я приползал еле живой. Пару раз даже на вокзале ночевал. Сил добраться до хаты не было. Но долго карячиться на разгрузке мне не пришлось. Вахида через две недели кто-то завалил, и на станцию пришли какие-то угрюмые ребята со своей рабсилой.
   С Вовиком я связь потерял и, пока Женька скучала дома, бегал по городу в поисках еды и работы. Признаюсь, мародерил немного. Не без этого.
   Как-то зашел в одну не закрытую квартиру и в нос ударил сладковато-приторный запах разложения. Хозяев обнаружил на полу на кухне. Это были пожилые люди. За что их? Может надеялись золото или еще что найти. Хотя сейчас и за пару банок солений могли порешить.
   Ни в этой, ни в дргих пустующих квартирах я ничего путного не нашел. А пустующих было много. И из нашего дома народ куда-то исчезал. Все меньше окон светилось по вечерам когда давали электричество.
   Неожиданно для себя нашел разовую работу в госпитале имени Бурденко. Как-то шел мимо него и, задумавшись, едва не сбил курящего на улице врача. Разговорились. Оказывается, их тут держали как бы под домашним арестом, но регулярно платили в евро. Санитарам тоже. В этот день прибыла целая колонна с ранеными американцами. Я тогда так обрадовался случайному заработку, что даже не вкурил в тему. За ночь разгрузки пушечного мяса отхватил аж сто евротугриков. Только по дороге дошло, что раз раненые, значит, где-то их ранят. Значит где-то война? Причем не здесь, не рядом. Поляки, венгры и румыны (а это были они, а не пиндосы) в основном были либо ходячие, либо... Как бы это сказать? Обработанные. Что-то во мне тогда перевернулось. Я еще не понял что, но будто запустилась какая-то дремавшая в моем 'процессоре' программа, и дышать как-то стало легче.
  
  
  
   30.04.2024 г. Где-то над Индийским океаном.
  
   Ицхак Вендель откинулся на спинку кресла. Рядом безмятежно посапывал сынишка, далше возле иллюминатора листала очередной модный журнал жена.
   Спокойная, невозмутимая, как всегда.
   Ей-то что, а он вот не может просто так сидеть и пялиться в экран напротив. Не может.
   Его вышвырнули. Как котенка, взяли за шкирку и вышвырнули. А ведь еще совсем недавно на приемах и саммитах улыбалась, хлопали по плечу, говорили, что другого такого эффективного антикризисного менеджера не найти. Вот и не стали искать. Причем, ведь что сделали сукины дети. Когда он заартачился, его же собственный спичрайтер подсунул распечатку завтрашних новостей:
   1 мая 2024 года - РИА Новости. Власти США выражают глубокую скорбь в связи с кончиной видного российского политика и выдающегося общественного деятеля, четвертого президента Российской Федерации Игоря Веденеева, говорится в заявлении, опубликованном на официальном сайте Белого дома. Этот человек последовально и непреклонно придерживался принципов демократии...
   Ну и далее в том же духе. Каково? Это даже не намек. Правда, президентов в России еще не убивали. Табу. У того или иного харизматического человечка из какого-нибудь клана случалось, отрывался тромб, как у 'семейника' Гайдара', или вот умирал опять же в сорок лет от сердечного приступа 'фарвестовец' Суриков (Мансур Натхоев). О последнем и знал-то мало кто, хотя влиятельный был товарищ. А вот президент...
   Ицхак, конечно, отступил. В конце концов, ему пообещали кое что оставить на счетах, и виллу на Мысе доброй надежды, на берегу океана тоже не тронули. Он просто оказался умнее 'питерских'. Те на каком-то этапе почувствовали себя независимыми и от жадности и глупости своей принялись кусать руку, которая кормит. Естественно были приняты меры. Питерский клан легко и непринужденно задвинули 'регионалы', 'семья' в союзе с московским кланом и так называемым кавказским имаматом. У такого скопища пауков в банке естественно пройти мог только чисто технический кандидат. Им стал он - для близких Ицхак Вендель, а для остальных Игорь Веденеев. И пусть все вокруг считали его безобидным временщиком, он-то знал себе цену. Это вам не начало века, когда под патриотический угар прессы и телевидения можно было делать все, что угодно: гонять туда сюда перед камерами экспериментальные экземпляры танков и 'новейших' истребителей, бодро обещать восстановить разрушенные плотины, устраивать показательные порки нерадивым чиновникам и генералам, грозить практически несуществующей ядерной дубиной США. Сейчас патриотизм уже не в моде и слова 'перестройка', 'реформа' и 'модернизация' вызывают нервный тик у населения. Оно уже что-то начинает понимать. Табуреткиным министра обороны уже не назовут, а скорее табуреткой будут бить по ребрам за такие 'реформы'. Но Ицхак все же кое-что придумал.
   А внутриполитические интриги? Разве легко балансировать на острие ножа, приводя к общему знаменателю интересы таких разных и ненавидящих друг друга кланов? Вендель - единственный, кто смог поладить с набирающим силу имаматом. Разве что Хлопонин до поры, до времени относительно успешно 'управлял' Северо-Кавказским федеральным округом, созданным как раз под будущий теневой имамат. Вообще интересный был человек, бывший Красноярский губернатор Хлопонин. Симпатичный. Из их круга. Сам еврей по матери, а значит и по Алохе, когда красноярский раввин Бергер публично вручил ему Тору, замялся и пообещал посетить синагогу. Как будто до этого в ней ни разу не бывал. Ну для тогдашнего времени это характерно. Они все еще были вынуждены многое скрывать. Например, празднование Хануки в Кремле завуалировали под вручение премии 'еврей года'. Ицхак тогда тоже там был. Он и представить не мог, что через восемь лет войдет в Кремль, как хозяин. Будь жива его мама Циля Вениаминовна, вот уж порадовалась бы за сына.
   Он и сейчас не на самом дне, как 'питерские', которых отправили гулять по миру с голой задницей. Вот самолет уже заходит на посадку над Кейптауном, а там, в России он уже не нужен. Да. Этой стране не нужен эффективный антикризисный менеджер. Там сейчас объявят об отставке не справившегося со своими обязанностями главы государства Игоря Сергеевича Веденеева, проведут внеочередные 'честные' выборы. Теперь в этой стране приступит к работе 'ликвидационная команда' во главе с Житниковым. А они с женой будут валяться на пляже, запивать 'боботи' пивом из маиса и ни о чем не думать. Здесь хорошо, а где хорошо, там и родина.
  
  
   02.05.2024 г. Самарская обл. п. Рощинский в/ч N 90600.
  
   Генерал-майор Зуев помассировал виски и уставился на мертвый телефон. Связи как не было, так и нет. Ни спутниковой, ни мобильной, никакой. Напрасно он полчаса сидел в командно-штабной машине (кашээмке) и сверлил взглядом шаманящего над радиостанцией лейтенанта Смирных. Кто-то по серьезному придавил всю связь. Третий день вокруг творилось черти что. Еще вчера по телевизору выступил Верховный, повторив знаменитое 'я ухожу'. Заступил И.О. Зуев, несмотря на легкое подпитие, позвонил в Москву своему однокашнику, который не раз привозил в часть дорогих гостей из столицы. Но тот как-то нервно бросил:
   - Сиди на жопе ровно и не дергайся, - и положил трубку. Зуев хотел позвонить снова и высказать, все, что накопилось к этой крысе за последние десять лет, но его позвали за стол и веселье продолжилось. А сегодня с Москвой связи уже не было. Генерал успел переговорить с соседом - командиром третьей гвардейской отдельной бригады специального назначения полковником Яремченко и связаться с Уфой, но как раз во время этого сеанса рухнула и радиосвязь. Спутниковой не было с утра.
   - Твою мать. Востряков, где ты вечно болтаешься? Давай посыльных в городок. Общий сбор. - Генерал посмотрел в окно. Яремченко рассказал ему, что в Самаре начались беспорядки. Причем на традиционный шабаш оппозиции не похоже. Слышны выстрелы из автоматического оружия и взрывы, наблюдаются пожары. Зуев утром и сам видел огроменный столб черного дыма на южной окраине города.
   В такой обстановке, пожалуй, будет лучше вывезти семьи офицеров на территорию части. Он уже распорядился насчет транспорта и сейчас смотрел, как в ворота промеж выезжающих 'Уралов' пытается прошмыгнуть микроавтобус. Еще три точно таких же стояли на противоположной стороне дороги.
   Явились, не запылились.
   Ярема рассказал ему, что минут десять назад расположение бригады СпН покинули представители скользкой конторки с броским названием 'Конкорд'. Зуев знал эту частную охранную, а по сути, военную компанию. Несколько его сослуживцев в разные годы, увольняясь из армии, нанимались в эту ЧВК. В России таких было десятка три. 'Конкорд' - почти маленькая армия, уступающая по численности и вооружению разве что газпромовской и еще нескольким нефтяным ЧВК, но в отличие от них, имеющая реальный боевой опыт. Конкордовцы засветились в Иране, Иемене, Судане и Ираке.
   - Представляешь, эти гаврики мне чемодан денег привезли. - хохотнул Яремченко. - Говорят...
   - Чтобы сидел на жопе ровно и не дергался. - Угадал Зуев.
   - Типа того. У тебя уже были?
   - Нет. Из Москвы инструкцию получил.
   - А-а-а... Интересно девки пляшут. Значит, по всем направлением работают. А эти, наверняка, скоро будут у тебя.
   - И что делать?
   Яремченко кашлянул, давая понять, что эфир могут прослушивать, а потом сказал:
   - Вторую чеченскую, Грозный помнишь?
   Зуев сразу понял, о чем речь. В начале двухтысячных боевиков знатно развели. Взяли много резанной зеленой бумаги, пообещав открыть проход из окруженного города, и действительно проход открыли. А когда больше тысячи боевиков зашли в ловушку, накрыли всех разом.
   - Понял тебя. До связи. - Зуев снял тангету и передал ее лейтенанту. Ну что же, он тоже возьмет деньги, что бы выиграть время, а там они с Яремой что-нибудь придумают.
   Конкордовцы вели себя довольно уверенно, но без нахрапа. Вся ситуация напомнила Зуеву сцену из фильма, в которой братки-бизнесмены покупают депутата или городского милицейского начальника, и он даже улыбнулся уголками губ.
   А смешного было мало. От него хотели, ни много, ни мало: а) присягнуть новому президенту, б) принять и устроить в части политрука от местной кавказской диаспоры, в) подготовить места в казармах и капонирах для миротворцев ООН и г) встретить и сопроводить первую колонну этих миротворцев.
   Когда конкордовцы ушли, Зуеву захотелось догнать гостей и высадить им в спину всю обойму. Или...
   Комбриг посмотрел на кобуру.
   Нет. Ничего подобного он делать не будет. Слишком много жизней доверено ему. Он еще должен решить, что делать дальше и что сказать личному составу.
  
   - Мы своего вычислили, когда он в сортире по 'кенвуду' говорил. - Яремченко оперся о капот 'УАЗ-патриота'. - Рядовой Муртазаев застукал. Представляешь, вся связь упала, а этот хмырь по защищенной, буржуйской разговаривает. Мои быстро его раскололи.
   - Да, - усмехнулся Зуев, - вы в спецуре это умеете.
   - Хочешь, тебе поможем?
   - А не надо. Наш кротик и не прятался. Сейчас сидит в комендатуре, евро пересчитывает.
   - Совсем обнаглели, суки. - Яремченко сплюнул. -
   - И кто?
   - Майор Егоров из военной полиции.
   - А у меня один там, из штаба... - Полковник махнул рукой. - У него кореш в 'Конкорде' работает.
  
   Яркое весеннее солнце нагревало песок на плацу. В двух шагах от офицеров резвилась стайка воробьев. Им не было дела до людских проблем. Их и не должно было быть, проблем этих. Но люди упорно двигались в направлении давно исхоженных грабель.
   - А ты со своим богатством что делать будешь? - комбриг-гвардеец хитро улыбнулся.
   На понт берет засранец.
   - Кстати, сколько там?
   - А я знаю? Что бы я в этом понимал?
   - А я прикинул. Лимона три в чемодане. Не меньше. Ну так что?
   - Подъемные семям выдам и командировочные личному составу. Нам же всем командировка предстоит? Длительная.
   - Скорее уж боевые. - Вздохнул Яремченко.
   - Сплюнь.
   - А ты думаешь, само рассосется?
   - Я думаю, что дальше делать. В расположении оставаться нельзя. Надо нам с тобой разворачивать наши бригады.
   - Тоже так думаю. Технику поставим вот здесь в леске у полигона. - Яремченко достал электронный планшет и загрузил карту. - Сразу и трассу перекрываем и маневрировать удобно.
  
   Вечером вместо одного аксакала пожаловала целая делегация. Здесь было и несколько давешних конкордовцев, и с десяток джигитов, и бригада одного из городских авторитетов, и какой-то очкарик под ручку с дамочкой. Последние из партии 'Либеральная Россия' что ли. Опора новой власти.
   Комбриг препроводил гостей к накрытой поляне, посидел немного в гнусной шумной компании и оставил вместо себя Вострякова, доводить до кондиции эту кодлу.
   Первыми спеклись бородачи и очкастый интеллигент. Дольше держались быки, но солировала дама. Споить эту партийную грымзу удалось только Вострякову.
   Все-таки хорошо иметь толкового зама!
   Сам же Зуев отправился проверять усиленные посты, заметив по пути скопление иномарок перед воротами. Приказал подогнать сюда бронетранспортер (БТР)
   То тут, то там ему попадались городское бычъе и кавказцы.
   Не доверяют суки. Ну через пару часов прибудут архаровцы от Яремы. Разберутся. А вот конкордовцев не видно. Это плохо. Тертые калачи. С ними будет сложнее.
  
   Парни из разведбата, пошатавшись по углам и закоулкам, отправились навстречу спецуре, чтобы ввести их в курс дела, а комбриг заперся у себя, достал пистолет, снял его на всякий с предохранителя и погрузился в тяжкие думы.
   Он вспомнил сегодняшнее офицерское собрание. Люди долго не могли поверить в происходившее, а ведь им еще с бойцами говорить!
   Впрочем, в нынешнем цейтноте было решено разъяснить обстановку личному составу уже на месте.
   Сложнее всего с семьями. Поступило предложение временно разместить их в глухой деревеньке Захарьино в ста пятидесяти километрах к юго-востоку от Самары. Сразу у нескольких офицеров там проживали родственники. В этой деревне, конечно, остались одни старики, и приличных домов на почти две тысячи душ не хватит, но это все равно лучший вариант.
  
   Без выстрелов не обошлось. С их стороны были раненные, с той убитые. Первая кровь. И пускай это пока разборки между местными - рубикон перейден. Но сопли жевать некогда. До рассвета недалеко, а для того, чтобы привести в боевую готовность мотострелковую бригаду, нужен не один час.
   Комбриг кое о чем позаботился еще днем. В танки, боевые машины пехоты (БМП), БТР уже были загружены: один боекомплект, включая ручные гранаты, боеприпасы к личному оружию, сигнальные патроны; полная заправка ГСМ; пайки на трое суток; средства защиты (ОЗК). На колесах тоже было все, что нужно: полный комплект боеприпасов для бронетехники, ракетчиков, мотострелков, зенитного и противотанкового артиллерийского дивизионов, достаточных для ведения боя в течении трех суток. Восемь 'бочек' с ГСМ, продукты и еще три 'Урала' с прочей военной утварью. Весь транспорт, от кашээмок, до тягачей, заправлен под завязку. И дело тут не в гениальном предвидении Зуева или олимпийских рекордах его подчиненных. Просто последнее время прежнее руководство задергало учебными тревогами. И вот, чтобы не портить имидж бригады и укладываться в нормативы, комбриг сам драл три шкуры со своих. Многие ворчали за глаза, а теперь вот пригодилось.
   Сигнал тревоги. Понятно, что из-за последних событий никто не спал. Никто, потому что нашлись отдельные пуленепробиваемые личности. Они выскакивали из дверей казармы с портянками, торчащими из голенищ, в не застегнутых куртках и с кепками под мышкой.
   - Первый. Второй. Третий. Штаб. Колеса.
   - Все. Вперед. - Толпа скопом рванула в сторону парка боевых машин.
   Это механики-водители и водители батальонов. У Зуева все четко. Никакой суеты и толкотни. Кто куда приписан, каждый мехвод и водитель знает наизусть.
   В пятнадцатой гвардейской отдельной мотострелковой бригаде (15 гв. омсбр) принято все делать всерьез, исходя из принципа, что 'фигня война, главное маневры'.
   Когда танки и прочая бронетехника выползли из парковых боксов, стал слышен тяжелый, низкий гул, который заполнил собой все пространство вокруг. Наверное, не только в городке, но и в самой Самаре уже знают, что бригада готовится к выходу.
   Тока в сетях не наблюдалось уже более суток, но АКБ заранее заряжены и с запуском двигателей никаких проблем. Иначе из-за возни с баллонами со сжатым воздухом, что по одной тележке на батальон, процесс затянулся бы надолго. Есть, конечно, дежурный тягач БРЭМ, но и он бы особо не спас. Таскать каждую машину 'на галстуке'? Увольте.
   В то время, как броня прогревается, мехводы открывают люки, укладывают троса по-походному, проверяют крепление ящиков ЗИП,
   В это время тот самый дежурный БТР выполз за ворота, осторожно растолкав скопившиеся перед ними иномарки. Его мехвод якут Горохов будто боялся повредить тачки стоимостью в несколько сотен тысяч евро. Однако придется ему отвечать перед местными, если что. Один микроавтобус таки завалился на бок, у некоторых иномарок треснули стекла, царапины получили почти все.
   За гороховским БТРом выкатился 'Тигр' разведбата а сразу за ним все 'коробочки' дивизионных 'Тунгусок'. Тонкие хищные спаренные стволы их пушек тут же, еще на ходу, принялись ощупывать темное ночное небо. Бойцы уже поняли, что это не совсем учения.
  
   - Востряков, быстро организуй погрузку всех матрацев, одеял и подушек на 'Уралы' обеспечения.
   - Как это?... - открыл было рот его зам.
   - Выполнять. И проконтролируй, чтобы в водовозе была вода.
  
   Роты связи и технического обслуживания, а так же медсанбат и рота обеспечения уже на колесах. В танковый батальон и к мехводам мотострелкам бегут 'боевые мулы', обвешанные снарягой. Их задача - унести все подчистую. Но все равно после их маршброска к технике на земле остается валяться куча разных мелочей. Ну да все равно, все, что хочется бригада с собой не увезет.
   Когда экипажи танкового батальона загружают свое барахло, мотострелки занимают штатные места. Выстроившаяся вдоль забора гусеничная броня потихоньку выползает из предназначенных именно для нее вторых ворот. 'Колеса' уже снаружи за КПП.
   Дежурный по парку уже давно послал дневального с ключами, чтобы открыть все остальные ворота.
   Если бы кто-то посторонний посмотрел на скопище рычащей техники, он вряд ли бы заметил в этом бардаке что-то осмысленное. Но каждому батальону, отдельной роте и взводу назначен свой определенный маршрут выхода по тревоге через разные ворота и пункт сбора за территорией части поблизости от маршрута выхода в район соcредоточения.
   Танки потихоньку ползли на первой передаче, выстраиваясь в в колонну пункте сбора.
   Рядом на точке запуска навигационной аппаратуры выстроилась очередь из БТР и БМП, с заранее включенными на раскрутку гироскопами. Командиры этих машин включили ТНА полностью и вводят координаты этой точки, записанные на шильдике. Танкисты это уже проделали, и теперь их офицеры еще раз проверяют наличие людей и оружия.
   Все вроде бы готовы к движению. Комбаты закрепляют на башнях проблесковые маячки.
   - Приготовится к движению.
   Возвращается 'Тигр' разведчиков. Помех для движения нет.
   - Поехали.
   Сейчас бригада разобьется на эшелоны и растянется тремя колоннами по заранее известным маршрутам к полигону. Зуев уверен, что третья бригада СпН выдвигается одновременно с ними. У Яремченко не забалуешь.
  
   Бронированная махина, взрыкивая дизелями, сверкая красными отблесками маячков, трогается с места. Впереди, в середине и сзади ползут 'Тунгуски', перед последней из них еще один 'Тигр' разведчиков. Сразу перед ним второй штабной кунг, временно превращенный в автозак, где вчерашняя дама-из-амстердама наслаждается обществом полутора десятков пьяных соратников.
   Позже их догонят парни из инженерного батальона. Они ставят 'подарки' на оставшееся бесхозным на складах вооружение и боеприпасы. Если что, сами и разминируют по возращению.
  
   Свои семьи и остальных гражданских они с Яремой решили отправить одновременно с развертыванием бригад. Для этого самой первой ушла колонна грузовиков в сопровождении БТРов из разведбата. Кроме того подполковник переодел своих головорезов в гражданку и отправил их на разведку в Самару. Часть из них должна конфисковать в автобусном парке рейсовые автобусы и забрать в городке тех, кому не хватило грузовиков.
   Дело это не быстрое, и когда обе бригады уже расположились в леске у полигона, замаскировали и окопал технику, колонна из автобусов только-только выезжала на трассу по направлению к Захарьино.
   Но перед этим еще на марше случилось забавное происшествие. Забавное, потому что Зуев никак не ожидал от командования миротворческой операцией в приволжско-уральском округе такой самоуверенности, граничащей с наивностью.
   Когда та колонна, в которой находился сам комбриг, прошла две трети намеченного маршрута, в предрассветном небе появился одинокий ооновский вертолет. Все 'Тунгуски' давно его засекли и теперь просто сопровождали, ожидая команды на открытие огня.
   'ARH-70 Arapaho', не совершая ничего похожего на заход на цель, просто сел на дорогу перед 'Тигром' разведчиков. Колонне пришлось остановиться. Из вертолета выбрался улыбчивый офицер, в новеньком камуфляже и голубой ооновской каске. Не американец а поляк. Его под белые ручки сопроводили к комбригу.
   - Кшиштоф Мохульский. - Представился он и протянул руку. - Объединенное командование миротворческих войск просит вас вернуться в расположение вашей части и ожидать дальнейших распоряжений из нашего штаба. - Продолжил он на неплохом русском.
   Зуев ошалел от такой наглости. Затянувшуюся тишину нарушали только звук работающих двигателей, да громкое возмущенное сопение Вострякова.
   - А на каком основании вы, гражданин Мохульский, вместе с оружием и боевой техникой находитесь на территории Росийской федерации?
   - На основании мандата ООН и указа вашего нового президента. - Брови поляка поползли вверх.
   - Мне ни о каком мандате и ни об каком указе не известно, и поэтому, как представитель законной власти, я вынужден вас задержать до выяснения обстоятельств. - ответил комбриг. - Попрошу предупредить ваших людей в вертолете, чтобы не оказывали сопротивления. - Зуев кивнул Вострякову, и тот быстро и аккуратно обезоружил и обыскал ООНовского майора, первым делом сорвав с него гарнитуру системной связи. Конечно разрыв контура между сенсорами, закрепленными на теле ооновца, и передающим устройством сразу будет зафиксирован где-то там в их центре управления войсками, но, по крайней мере, экипаж вертолета шалить не будет.
  
   Новенький 'Арапахо', конечно, жалко было взрывать. Но управлять этой игрушкой в мотострелковой бригаде никто не умел по определению. Поэтому обшманав вертолет, его заминировали, и через несколько минут после прохождения колонны, сзади бумкнуло, и в воздух поднялось жирное черное облако дыма.
   Из трофеев помимо пистолетов 'берета', принадлежавших майору и пилоту, им достались две новенькие штурмовые винтовки ХМ29 двух солдат, сопровождавших ооновца. Зуев приказал Вострякову сложить все оружие, а так же четыре планшета-КПК в своей кашээмке. Сами же пленники присоединились к пассажирам автозака.
   Теперь следует ждать более серьезных гостей. Успеть бы занять позиции.
   Они успели. Скучать не пришлось ни кому. Часть бойцов срезала ветки и натягивала на технику маскировочные сетки, часть ее окапывала, часть надували ложные цели, часть расставляла в лесу ИК-ловушки и уголковые отражатели вокруг подготовленных позиций ПВО, протягивали провода к ослепителям лазеров, миномётам с аэрозолем, снятым с башен, расстилали поглотители излучения вокруг брони. Больше всего веселились те, кому пришлось укладывать постельные принадлежности на все еще горячие крыши моторных отделений бронетехники и поливать их водой из канистр. Позже это смешное занятие спасет не одну жизнь. Укрытая броня перестает быть видимой в ИК-диапазоне. Это старая фишка, подсмотренная еще у югославов во время их ознакомления с демократией. Ещё с "Накидкой" спецуры поспорит.
  
  
  
   03.05.2024 г. Где-то над территорией России.
  
   Уже ко второму мая военно-политическому руководству США стало ясно, что операция по оказанию помощи новому правительству РФ и региональным лидерам новых независимых республик под общим названием 'Сила разума' трещит по всем швам. Если командный состав военных частей, баз и гарнизонов московского и ленинградского военных округов (ЛВО и МВО) в той или иной степени пошел на сотрудничество с миротворцами ООН, то на остальной территории европейской части таковых уже было чуть больше шестидесяти процентов. Особенно охотно шло на контакт командование элитных частей. Но чем ближе к Уралу, тем больше было проблем. Многие гарнизоны замкнулись в себе, некоторые ввели свои подразделения в соседние населенные пункты, или вообще развернулись в боевые порядки.
   В этой ситуации было принято решение предъявить повстанцам суточный ультиматум, и в случае не выполнения условий, заложенных в нем, принудить их к разоружению всеми силами и средствами союзной группировки.
   В рамках этих решений уже в двадцать два часа тридцать минут третьего мая с аэродромов стран коалиции были подняты в воздух более восьмисот летательных аппаратов. От беспилотников, до стратегических бомбардировщиков. Так, например, с временной авиабазы на аэродроме Донецка в Украине поднялась тактическая группа в составе восемнадцати ударных F-22 Raptor, трех F-35 Lightning II прикрытия и ЕС-1З0Е и совершила перелет в район оперативного предназначения - выполнения боевого задания.
   В связи с этим руководство вооруженных сил (ВС) коалиции было вынуждено изменить ранее созданную сложную помеховую обстановку в зоне боевого применения на локальные зоны помех по месту, поскольку это могло затруднить управление войсками и взаимодействие между союзниками. Незаконные вооруженные формирования русских повстанцев получили возможность установить нестабильную связь между своими неподконтрольными новому правительству частями.
   Кроме того, по прибытии в заданные квадраты пилоты коалиционных ВВС начали докладывать о потере GPS сигнала со спутников.
   В этой фазе операции планировалось использовать крылатые ракеты морского и воздушного базирования (КРМБ и КРВБ) по заранее разведанным стационарным целям на объектах, занятых повстанцами, в результате чего боевые задачи должны были выполняться без входа в зону поражения зенитных ракетных комплексов противника.
   Теперь же командованию коалиционных войск(KFOR) пришлось изменить полетные задания, и в качестве основных средств поражения наземных объектов тактической авиацией использовать только высокоточные средства поражения с лазерными и телевизионными системами наведения. Подсветка целей должна была осуществляться самолетами из состава ударных групп. При этом пилотам пришлось ориентироваться только с помощью инерциальной навигационной системы и по топографии местности с методом коррекции 'по карте'. Но и в этом случае рельефы и опорные точки исследуются с помощью спутников, которые так же не отвечают на запросы.
   Поэтому точность ударов вместо пяти-семи метров составила бы тридцать метров и более. То есть, о точности говорить не приходилось бы.
   Стратегические же бомбардировщики с четвертого по седьмое мая в налетах вообще не участвовали. За исключением того самого первого, из которого их отозвали.
   В Пентагоне занервничали. Исходя из концепции операции 'Сила разума' жертв и разрушений в гражданском секторе не должно было быть. Тем более не должно было быть потерь в собственных рядах. Ситуация в корне менялась и выходила из-под контроля. Конечно, нельзя сказать, что в KFOR не были готовы к такому ходу событий, но он был крайне нежелателен. Всегда найдется человек, заснявший на цифровую камеру последствия ошибочного удара и выложивший это в интернет. А это может серьезно осложнить 'мягкое' вхождение новых свободных демократических республик в европейскую семью народов и мировое сообщество.
  
   В ноль часов двадцать семь минут четвертого мая произошел и первый воздушный бой. В районе Североморска радиолокационная станция (РЛС) обнаружила малоразмерную воздушную цель. На ее перехват с аэродрома Баенга-1 стартовало два самолета СУ-35 и нарушитель, оказавшийся БПЛА дальнего радиуса действия Predator, был уничтожен.
   После этого, примерно через семнадцать минут над Баренцевым морем была обнаружена групповая воздушная цель, двигающаяся в направлении государственной границы. СУ тридцать пятые, остававшиеся на патрулировании данного района, выдвинулись навстречу и этим нарушителям. В условиях ведущейся нарушителями радио-электронной борьбы (РЭБ) и невозможности координировать свои действия с береговыми дивизионами ПВО, экипажами перехватчиков было принято решение атаковать нарушителей самостоятельно.
   Тем временем, восемь F-22AM (а именно они являлись той групповой целью вместе с самолетом прикрытия F-35 и самолетом ДРЛО Е-3 Century) пересекли государственную границу и вторглись в воздушное пространство РФ. Вскоре от Е-3 Century четырем парам двадцать вторых была передана информация о СУ-35. Получив направление на цель, F-22AM начали поиск истребителей противника своими БРЛС. Вскоре одна из 'сушек' была взята на сопровождение всеми восемью F-22AM. Когда самолеты сблизились на дистанцию разрешенного пуска, командир звена выпустил одну управляемую ракету (УР) AIM-120B, поразившую российский истребитель через пятьдесят секунд на дистанции тридцать восемь километров. При этом, по докладам летчиков, в ночном небе была видна вспышка взрыва, а по информации с самолета Е-3 изображение российского перехватчика на экране радиолокатора исчезло. Контакт со второй машиной русских был потерян. Ее пилот, выполнив энергичный маневр, зашел в хвост одному из истребителей противника и выпустил ракету. F-22 вошел в штопор и рухнул на землю, но и российский самолет, получивший попадание ракеты, загорелся. Пилоту 'Сухаря' удалось успешно катапультироваться. Уже на земле он наблюдал, как догорали обломки сбитого им самолета, летчику которого, скорее всего, спастись не удалось. Позже оба российских пилота были эвакуированы на вертолетах МИ-8, дислоцированного в поселке Гаджиево пятнадцатого вертолетного полка.
   Через десять минут после того, как два СУ-35 исчезли с экранов радара РЛС аэродрома Ваенга-1, пара МИГ-31, находящиеся на боевом дежурстве на взлетно-посадочной полосе (ВПП), получили команду на взлет. Они, принимая команды наведения с земли, направились в сторону государственной границы.
   В это время ударная тактическая группа F-22 выполнила плановую дозаправку в воздухе и вернулась к месту нанесения ударов по объектам повстанцев, где и встретилась с парой МИГ-31.
   С первого захода летчик ведущего МИГа сбил один неприятельский самолет , однако и его машина получила ракету от истребителя прикрытия F-35, после чего потеряла управление.
   Второй МИГ-31 успел выполнить прицеливание и выпустить одну ракету, поразившую один из F-22, после чего и сам 'мигарь' был сбит. Обоим русским пилотам удалось благополучно катапультироваться. Так же как и одному из пилотов F-22. Второму американцу не повезло.
   Всего пресс-служба ВВС НАТО в этот день объявили об уничтожении в воздушных боях двенадцати истребителей противника и потере семи своих машин. В то же время агентство 'Франс-пресс' со ссылкой на свои источники в России сообщило о равноценном размене самолетов воюющих сторон девять на девять, при одном утерянном по техническим причинам дозаправщике авиации KFOR.
   Практически все экипажи ВВС коалиции считаются погибшими с учетом погодных условий и местности, в которой проводилась воздушная операция. Независимые же источники сообщают о пленении двух американских пилотов повстанцами.
   Тем временем ВВС коалиции продолжали наносить удары по объектам подконтрольным повстанцам. В некоторых позиционных районах на следующий день это стало делать гораздо сложней, чем в первые часы операции. Особенно не простая обстановка сложилась на северном театре военных действий (ТВД). Там в силу отдаленности от аэродромов базирования непосредственно при нанесении ударов самолеты действовали парами, последовательно атакуя цели на Мурманском рейде, в портах и на побережье. И после нанесения первых ударов каждая пара самолетов производила дозаправку в воздухе и наносила повторный удар.
   Общее управление звеньями осуществлялось с самолета ВзКП ЕС-130. Доразведку наземных целей производил самолет радиолокационной разведки Е-8С "Джистарс", непосредственное наведение на цели ударных пар было возложено на пару самолетов F-35. Отсутствие достоверной информации о результатах ударов вынуждало командование коалиции многократно наносить авиационные и ракетные удары по предполагаемым районам расположения позиций радиотехнических войск, активных средств ПВО, аэродромам и кораблям. Главной же целью ВВС KFOR были атомные подводные лодки (АПЛ), находящиеся в руках повстанцев. Все они в соответствии с приказом бывшего президента РФ находились на своих базах, и баллистические ракеты (БР) с ядерными боевыми частями (ЯБЧ) с этих АПЛ были сняты и утилизированы, но было необходимо не дать выйти любой субмарине на оперативный простор. Что бы исключить саму такую возможность, в Баренцевом море было организовано непрерывное дежурство трех АПЛ типа 'Seawolf'. 'Охотники за подводными лодками' должны осуществлять перехват и уничтожение субмарин повстанцев, а остальные АПЛ ВМФ коалиции начнут наносить удары своими КР по целям на побережье. Позже к участию в операции 'Северный шторм' планируется подключение двух авианосных ударных группировок (АУГ). Это будет сделано после нейтрализации двух дивизионов зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) С-400 'Триумф' и С-500/С, которые проявились на северном ТВД к вечеру четвертого мая.
  
   Еще хуже дела обстояли на тихоокеанском ТВД. Здесь руководство КНР объявило всю территорию от Владивостока до камчатки зоной своих жизненных интересов и запретила любые полеты и проход судов KFOR. Корабли китайского ВМФ приступили к патрулированию побережья дальнего востока и под их прикрытием весь тихоокеанский флот (ТОФ) России перебазировался на военно-морские базы КНР.
   Только на черноморском ТВД коалиции удалось развить свой успех первых часов. Вся российская эскадра была блокирована с берега отрядами 'кавказского народного фронта', которые подошли к кораблям и военным городкам под прикрытием митингов, организованных 'комитетом солдатских матерей'.
   В целом обстановку, сложившуюся вокруг региона ряда бывших российских республик, можно характеризовать, как сложную, но внушающую надежды на урегулирование конфликта.
   В связи с последними событиями пресс-секретарь администрации американского президента Роберт Бертон заявил, что ориентировочно на пятое мая намечено выступление его шефа - президента США Саманты Бейли.
  
  
   02.05.2024 г. Вашингтон здание министерства обороны США ('Пентагон') офис Defense Information Systems Network (DISN) .
  
   Лицо Грэга было белее бумаги, на которой он распечатал отчет для главы ведомства. Шеф Пентагона Марк Хостин был вне себя от ярости, когда ему доложили о сбое в системе глобального
   позиционирования военных спутников, и естественно первым под раздачу попал он - глава DISN.
   Грэг Вальтерус, если честно, давно ждал чего-то подобного. Вот уже на протяжении нескольких последних лет время от времени некая группа хакеров, именующая себя 'Masters of Downloading' вмешивалась в работу их ведомства. И никто не мог ни вычислить, ни тем более обезвредить эту шайку. По конторе ходили слухи, что в состав MoD входят русские, китайцы, бразильцы и даже хакеры из СЩА. Сервера, откуда могли вестись атаки, наверняка, находились в тех же Китае, России и Бразилии.
   Настоящей кибервойной назвать мелкие пакости MoD было нельзя. Это были локальные и спорадические акции: то временно изменят траекторию спутника последней серии Skynet-4E, то опять же на время отключат его от общей сети, или вообще пришлют через эту сеть смайл и слово 'bye', намекая, что им все еще известны новые коды DISN. Но сегодня в самый ответственный момент все спутники разом вдруг начали вести себя странно и через некоторое время отключились.
   Катастрофа!
   Конечно, Грэг восстановит управление системой, но это не делается так быстро, как это хотелось бы шефу. А еще и коды надо сменить. Хорошо, хоть их группа сумела застраховать себя от возможности MoD взять спутники под контроль. Теперь эти говнюки не могут не изменить траекторию орбитальной группировки, ни тем более уронить ее. А вот устроить сбой могут.
   Но пусть себе Марк орет, что сравняет этот долбанный Томск с землей. Вальтерус тут не причем. Не он хвалился, что в русской столице хакеров обитает высокопрофессиональный 'крот'. Видимо этот 'крот' был двойным агентом. Или у них в пентагоне завелся его коллега. Вот это кстати плохо. Возможно, скоро их всех тут будут трясти по-черному.
   Грэг вздохнул и отправился к автомату за новой порцией кофе.
  
  
   03.05.2024 г. Самарская обл.
  
   Ночью рванули склады. Это было и слышно и видно даже отсюда. Значит, какая-то братва из города все-таки решила разжиться армейским имуществом. Днем побоялись сунуться, а под покровом ночи и при полном отсутствии электричества получили то, что заслуживали, напоровшись на приготовленные сюрпризы.
   Востряков вместе с командиром птадн капитаном Коробченко долго всматривались в ночное небо, подсвеченное зарницей. Этот фейерверк - прощание с прежней жизнью. Если раньше каждый из них где-то в глубине души хранил призрачную надежду на то, что все как-нибудь образуется, рассосется, то теперь нет. Возвращаться больше некуда.
  
   Наконец-то наладилась связь. Будто чья-то невидимая когтистая лапа ослабила хватку, но лишь для того, чтобы вскоре сомкнуть ее на шее вновь или внезапно нанести разящий удар. Неопределенность угнетала.
   Зуев сидел под тентом из маскировочной сетки и третий раз прокручивал запись полета 'Инспектора'. Беспилотник облетел Самару по периметру, ненадолго углубился в центр города и вернулся обратно.
   На мониторе было отчетливо видно, как по улицам разъезжают многочисленные грузовики с вооруженными людьми. Хватало и легковушек, из окон которых торчали ружейные и автоматные стволы. Многие, заметив 'Инспектор', приветственно ему махали. Возле здания городской администрации толпился все тот же вооруженный народ. На площади стояло несколько БТР.
   Со слов Яремченко, его люди, вернувшиеся из разведки, просочились сквозь это сборище, в основном состоящее из боевиков местных кавказских группировок, в само здание, и один из бойцов встретил там своего знакомого омоновца. Оказывается местный ОМОН, еще три дня назад, подняли по тревоге и пригнали сюда на защиту вновь назначенного мэра. Часть, впрочем, почти сразу убыла в резиденцию нового губернатора Мехди Рахманкулова. Уже на месте всем бойцам ОМОН выдали зарплату за шесть месяцев вперед.
   Интересные дела.
   Вообще парни Яремченко хорошо поработали. Чтобы собрать как можно больше информации, они покрутились на железнодорожном и автовокзалах, заглянули в несколько кабаков, которые, в отличие от магазинов, не закрылись. Потолкались и на местном рынке. Результат: кто-то где-то видел большую колонну танков, бронетранспортеров и грузовиков, выкрашенных в белый цвет и с голубыми буквами UN на бортах, говорили о погроме в пригороде, где живут армяне, кто-то якобы видел грузовик, полный перепуганных бритоголовых подростков, и их якобы вывезли за город и расстреляли. Выстрелы действительно периодически слышались то совсем недалеко, то приглушенные расстоянием.
   Газа и электричества в городе нет, законопослушное население сидит по домам, а на улицах хозяйничает местная шпана. Много пожаров и то и дело по дороге встречаются разгромленные банки, ювелирные и оружейные магазины. Как понял Зуев, если и есть где-то так называемые миротворцы, то в город они войти не спешат. В общем, ничего хорошего. И главное, нет никакой возможности, что-либо предпринять. Двумя 'мебельными' бригадами такой город как Самара не возьмешь и тем более не удержишь. Самим бы отбиться. Почему 'мебельными'? Да был одно время такой министр обороны в России. За его прошлую карьеру его звали Мебельщиком и Табуреткиным. А еще при нем в первый день войны с Грузией генштаб занимался тем, что таскал мебель из старого здания в новое, вместо того, чтобы руководить войсками.
   Да ладно, дело прошлое.
   Зуев вызвал по рации Вострякова и отправился проверять как замаскирована техника.
  
   ООНовскую колонну обнаружила все тот же 'Инспектор'. Вся техника действительно была выкрашена в белое. Первым шел 'Лендровер' с голубыми флажками Организации Объединенных Наций и хорватской 'шаховницей'. За ним с десяток колесных бронетранспортёров VBCI французского производства и французские же танки 'Леклерк' вместе с несколькими БМП 'Рефлекс'. Двенадцать и пятнадцать штук соответственно. Замыкали колонну восемь грузовиков с солдатами и три штабных 'Лендровера'. Это была или самоуверенность, граничащая с беспечностью, или несогласованность между миротворцами из разных стран, но прикрытия бронетехники с воздуха не наблюдалось. Воздух рассекал лишь одинокий беспилотник, который сбил из переносного зенитно-ракетного комплекса (ПЗРК) 'Игла' расчет зенитчиков. Колонна-Белоснежка со всеми своими гномами сразу прибавила ходу.
   Правильно. Зуев тоже бы так поступил.
   Комбриг задумался.
   Конечно, можно пропустить колонну, можно выйти и попытаться выяснить, что им нужно, можно просто подождать, но... Он вспомнил стихи немецкого пастора протестанта Нимёллера. 'В Германии они сначала пришли за коммунистами, но я не сказал ничего, потому что не был коммунистом. Потом они пришли за евреями, но я промолчал, так как не был евреем... Потом они пришли за членами профсоюза, но я не был членом профсоюза и не сказал ничего. Потом пришли за католиками, но я, будучи протестантом, не сказал ничего. А когда они пришли за мной - за меня уже некому было заступиться'.
   Вот и сейчас были умиротворены Сербия, Афганистан, Ирак и Иран. Кто-то ждал, что следующей будет Венесуэла, а следующей оказалась Россия. Дождались. Нет. Он больше ждать не будет.
   - Вы, значит, тут такие все в белом, а мы вот сейчас вас...
  
   На пригорок по ходу движения ООНовцев выкатилась батарея самоходных артиллерийских установок (САУ) МСТА-С. Т-90 танкового батальона зашли во фланг и в тыл миротворцам. Оператор 'Инспектора' пропустил колесную технику и подсветил лазером первый из танков. Остальными занялись арткорректирровщики.
   Дрогнула земля. Это саушки дали залп. Наведенный по лазерному лучу снаряд 'Краснополь' ударил в башню первого 'Леклерка'. Танк по инерции продолжал двигаться, затем его развернуло, а шедшая следом машина воткнулась пушкой в его развороченную башню и застыла на месте. Мехвод третьего танка оказался опытнее, и его 'Леклерк' съехал на обочину, но тут же получил в корму ракету. Это установки противотанкового ракетного комплекса 'Корнет' на базе БМП-3 вышли на исходную. Еще три ракеты поразили последний и третий с конца танки и один БТР VBCI. Всего первым же залпом было уничтожено пять танков, три БТР и один БМП 'Рефлекс'. Один подкалиберный снаряд просто смел с дороги хорватскую кашээмку.
   Теперь вся колонна была окутана черным маслянистым дымом и второй залп корректировали по оптическим дальномерам. 'Корнеты' же захватывали цель по ИК пеленгу горячих двигателей.
   В этот самый момент в бой вступил танковый батальон. Первая рота жгла в хвосте колонны расползающиеся 'Рефлексы' и грузовики, из которых выпрыгивали пехотинцы, вторая и третья били 'Леклерки'. Пехотой занялись и корректировщики, дав целеуказание второй батарее саушек, находящейся в двух километрах к северу. Эти МСТА-С жахнули осколочно-фугасными.
   Оставшиеся в живых танки хорватов начали перестраиваться в линию для атаки. Первым открыл огонь 'Леклерк', находившийся ближе всего к нашим Т-90. Один из них словил в башню, скорее всего, обычный осколочно-фугасный снаряд. Не рассчитывали ООНовцы на танковую дуэль, вот и не подготовили кумулятивный. Думали демократизировать местных русских папуасов, способных разве что обвязаться тротилом и протаранить их легковушкой. Снаряд броню естественно не пробил, однако из-за сильного удара машина заглохла. Экипаж при этом контузило.. Тут же этот 'Леклерк' был поражен в кормовое отделение, в двигатель.
   Два выстрела тэ девяностых почти слились в один. Два попадания, причем оба в башни. Еще один 'Леклерк' угодил под залп саушек, накрывших и его и еще три БТР. Еще два хорватских танка, атакующих наши Т-90, были обречены. Ими занялись 'Корнеты'. Менее чем за две секунды, их ракеты сделали 'горку' и атаковали эти танки под углом в тридцать градусов в башню и корму. Башню сорвало, а второму буквально разворотило двигатель и топливный бак, отчего весь танк окутал огненный шар. Выскочивший из него мехвод, тут же угодил од гусеницы безбашенного.
   Последний из атакующих танков, отойдя за два ближайших подбитых, постарался эвакуировать раненых с этих машин. Однако сделать этого не смог, так как Т-90 открыли огонь из спаренных пулеметов по нему и остаткам пехоты.
   Надо отдать должное старой югославской школе. Вроде уже совсем другое поколение, вымуштованное американскими инструкторами, но видимо что-то в крови. Драться хорваты не прекращали.
   Одному из экипажей 'Рефлекса' с установкой ПТРК 'Джавелин' удалось изготовиться к стрельбе, но на его беду у стоящего рядом танка детонировал боекомплект, и стрелка вместе с пусковой установкой и модулем наведения размазало по броне.
   Тем временем МСТА-С продолжали раскатывать тонким слоем легкую бронетехнику и грузовики хорватов. Один из пехотинцев в этом аду все же исхитрился и жамкнул из ручного противотанкового гранатомета (РПГ) 'Драгон-3' по нашему танку и тут же упал с изорванной осколками грудью. Кумулятивный заряд пробил динамическую защиту Т-90 и повредил ходовую часть.
   Бой утихал. От прямых попаданий и осколков от близких разрывов погибли оставшиеся два БТР VBCI и три БМП 'Рефлекс'. Подошедшие наши БМП-3 вместе с Т-90 крошили из крупнокалиберных пулеметов остатки хорватской пехоты.
   Постепенно выстрелы и взрывы сошли на нет, уступив место крикам и стонам раненых. В воз?духе стоял букет из запахов сгоревшего пороха, мазута и пластмассы, плавящегося металла и жаренного мяса. Пыль и висящий в воздухе смог зат?рудняли наблюдение даже через тепловизоры. Да и боекомплекты в горящей броне могут рвануть еще не раз.
   Зуев принял решение отходить. К тому же в любой момент могла появиться поддержка с воздуха, запрошенная командиром хорватов. Странно то, что ее до сих пор нет. Надо этим воспользоваться и снова укрыть бригаду в лесу.
  
   Почему не было авиации, стало ясно позже. Хлопцы Яремченко, которые должны были страховать бригаду Зуева, перехватили тот самый головной 'Лендровер' и несколько БТР, что сразу на скорости вышли из боя. Правда, командиру ооновцев все равно выжить не удалось, но его водитель рассказал, что когда начальник по рации запрашивал помощь, то от испуга кричал в микрофон по хорватски. Ну а американцам что русский, что хорватский, что грузинский, все один хрен. Решил какой-нибудь человечек в штабе, что это русские кипишуют во время урока демократии, послушал немного с удовлетворением, да и отключился.
   А вертолеты появились к вечеру. Как и ожидалось, зашли они со стороны солнца. Укрываясь в складках местности, четыре звена 'Апачей' приблизились к району разгрома миротворческой колонны на расстояние пуска своих управляемых ракет 'Хэлфайер' и принялись барражировать на предельно малой высоте, обнюхивая своими БРЛС окрестности. Нащупать нашу бронетехнику ни по радиолучу, ни в ИК диапазоне они не смогли, поскольку двигатели были надежно укрыты военно-народным методом, а у 'Тунгусок' были включены только пассивные оптико-электронные станции.
   Тем не менее, благодаря спутниковой разведке американцы приблизительно знали место расположения бригад Зуева и Яремченко, и, не смотря ни на что, приняли решение атаковать. Восемь НАТОвских вертушек, не считая лёгкого разведчика, затаились в низине, ожидая подхода шести штурмовиков А-10 'Тандерболт', базировавшихся под Харьковом.
   Совместное применение 'Апачей' и 'Летающих крестов' давно и успешно отработано американцами в ходе разных локальных заварушек. Вертолет и самолет отлично дополняют друг друга при нанесении ракетно-бомбовых ударов по наземным целям. 'Апач' , располагающий оптическими и тепловизионными системами обнаружения и идентификации целей, ведет разведку и подсвечивает цели лазером. Пусть неоднократно модернизированный, но в силу своих конструктивных особенностей не имеющий современных систем разведки и целеуказания старичок 'Тандерболт' с более мощными и дальнобойными, чем ПТУР 'Хеллфайр', ракетами 'Майверик' наносит удар по подсвеченным 'Апачем' целям.
   Так было и сейчас.
   Так было и сейчас. 'Тандерболтам' прежде всего, было необходимо подавить ПВО, дабы 'Апачи Лонбоу' спокойно выбивали бронетехнику. Пара штурмовиков рванулась вперёд, вынюхивая цели головками наведения миниатюрных, на основе 'Сайдуиндера', противолокационных 'Сайдармов'. Заодно, 'молчащие' системы ПВО должны были выдать себя огнём. Стандартная, многократно обкатанная тактика американцев. Но их уже ждали там с распростертыми объятиями.
   Еще двадцать минут назад по команде 'Воздух' были приведены в боевую готовность ЗРК 'Тунгуски', активированы ИК ловушки и включены имитаторы радиолокационного излучения станции (ИРИС) переносного типа. Их установили метрах в двухстах от станции управления, разведки и наведения (СУРН) ЗРК и каждой 'Тунгуски' соответственно.
   Вперёд, едва не на километр, чтобы не попали под огонь и взяли инфрапеленг, выдвинули два отделения ПЗРКшников, каждое из которых было оснащено автономным теплопеленгатором МАК средней дальности.
   В это время 'Апачи 'прыгнули' вверх из своего укрытия.
   Залп из шестнадцати 'Хэлфайеров' и двенадцати 'Майвериков' практически ушел в молоко, если не считать двух пораженных ИРИС и нескольких уничтоженных ИК ловушек.
   Зато одна из 'Тунгусок' успешно выполнила двойной пуск ракет, одна из которых угодила в борт ведомому 'Апачу' крайне правого звена. Вертолет крутануло, и вторая ракета угодила аккурат в левый двигатель. 'Апач' скрылся в оранжевом облаке, а наш ЗРК уже выключил РЛС и сменил позицию, перезарядившись на ходу. Еще одна 'Тунгуска' сбила штурмовик, пилот которого успел катапультироваться.
   Скорее всего, американцы опять недооценили противника. Привыкли разбираться на раз с плохо вооруженными армиями стран третьего мира. У тех-то броню обычно прикрывали старенькие 'Шилки' с дальностью два с половиной километра. А тут еще до пяти не сблизились, а уже две боевые машины в ауте.
   Еще один залп атакующих был тоже малоэффективен. Здесь уже помогли грамотно расставленные уголковые отражатели.
   Ну, вот отстреливающие диполи американские вертолеты и появились в зоне прямой видимости. Выпустив еще по паре 'хэлфайеров' каждый, 'Апачи' обрушили на лесок шквал неуправляемых ракет 'Гидра-70', добавив очередями из тридцатимиллимитровых бортовых пушек. Остроты добавила пятёрка А-10, щедро отгрузив урановых БПС из слонобойных "Эвейнджеров. Ох, и досталось же резиновым танкам и бэтеэрам!
   'Тунгуска' же лейтенанта Мальцева, укрывшаяся в заранее приготовленном стоге на опушке, выдержала гроссмейстерскую паузу, подождав, когда вертушки подойдут поближе, и ударила со всех стволов. Остальные не отставали.
   Хорошо заметные в сумрачном небе, к 'Апачам' потянулись многочисленные нити трассеров. Один из ударных вертолетов сразу получил серьезное повреждение, задымил и упал в лесополосе. Остальным тоже досталось.
   Наши же, к этому времени, понесли только одну потерю - словив ракету в движок, подпрыгнула и, окутавшись дымом, замолчала одна из 'Тунгусок'. Мехвод погиб сразу, а тяжело раненного командира контуженным оператору РЛС и стрелку помогли вытащить подоспевшие бойцы медсанбата. Больше двухсотых и трехсотых в этот день не было.
   Из техники бригада Зуева потеряла одну разбитую ракетой кашээмку и один БТР с прошитым пушечными снарядами двиглом.
   'Апачи' же, получив такой жесткий отпор, развернулись и ушли в сторону Луганска, где они базировались на летном поле бывшего авиаремонтного завода. 'Тандерболты' второй волны тоже получили свое. Еще один штурмовик получил ракету в двигатель и упал дальше за расположением бригады. Другой А-10 оказался удачливей - напоролся на позицию ПЗРК, но уклонился от двух ракет, рассыпая фейерверк тепловых ловушек, и поспешил отойти. Несколько самолетов получили легкие повреждения от пушечного огня и на второй заход не пошли
   Как только все стихло, из маленького отрытого окопчика выскочил сержант Хибатуллин из взвода связи и принялся бегать, размахивать кепкой и орать:
   - А-а-а! Как мы им вдули? Получили по самые гланды, суки.
   - Тимур, успокойся. - Востряков устало присел на пенек и вытряс из пачки сигарету. - Мы уже поняли, что ты сбил три вертушки и пять самолетов. Послезавтра зайди на КП за орденом.
   Конечно, адреналин играл у всех без исключения, но чадящая на опушке 'Тунгуска' не прибавляла настроения.
  
   Вообще, вместе с разгромом колонны, это был первый и, пожалуй единственный образцово-показательный успешный бой за последующие месяцы. Слишком медленно приходили в себя армейцы, слишком многие из них пребывали в ступоре и не знали что делать.
   Например, вся псковская воздушно-десантная дивизия до последнего сидела в казармах, не решаясь что-либо предпринять из-за проблем с устройством своих семей. А когда их атаковали отряды боевого крыла организации 'Исткалал' азербайджанской диаспоры, то, конечно всыпали абрекам по первое число, но тут же по расположению дивизии нанесли удар своими крылатыми ракетами американские стратеги В1-В, базирующиеся на аэродроме в Тарту. Поэтому псковитяне уходили налегке. Многие вообще пешком или на попутках. Кто-то исхитрился угнать 'Уралы' и БТР. Но по дороге на восток и тех и других серьезно потрепали, и в районы, подконтрольные 'повстанцам', долго прибывали разрозненные группы десантников.
   Некоторые в/ч просто тихо и мирно прекратили свое существование. Порою чудно и хаотично складывалась дальнейшая судьба военнослужащих из таких частей. Некоторые умудрились побывать в рядах ЧВК в услужении новому режиму, потом в какой-то из армий новых независимых республик, затем в рядах партизан и, наконец, прибиться к федералам.
  
  
   05.05.2024 г. Вашингтом. Белый дом.
  
   Речь президента США Саманты Бейли перед конгрессом:
   'Уважаемые конгрессмены, граждане Америки и граждане всего мира.
   Мы с вами сегодня должны признать горькую правду: за всю свою жизнь нам не искоренить жестоких конфликтов. Будут времена, когда все государства - поодиночке или вместе - придут к тому, что использование силы не только необходимо, но и морально оправдано. Сейчас от наших действий зависит многое, и они могут направить историю в сторону справедливости. Сегодня в мире много мужчин и женщин, которые подвергаются арестам и избиениям в их стремлении к справедливости. Особенно тяжело сейчас им приходится на построссийском пространстве. Мирное население там оказалось в ловушке бесконечного хаоса, появилась масса беженцев, страдают дети. Я не принесла с собой сегодня окончательного решения проблем этой войны. Но я знаю то, что их преодоление потребует такого же видения, труда и упорства, которые так смело демонстрировали мужчины и женщины несколько десятилетий назад. И это потребует от нас изменения отношения к понятиям справедливой войны и императива справедливого мира.
   И сегодня я не могу бездействовать перед лицом угрозы для американского народа и всего остального мира. Не надо заблуждаться: зло существует в мире. Ненасильственное движение не смогло бы остановить армии Гитлера. Переговорами невозможно было убедить лидеров 'Аль-Каиды' сложить оружие. Утверждение о том, что сила иногда может быть необходима, не является призывом к цинизму - это признание истории, несовершенства человека и пределов разума. Я поднимаю этот вопрос и начинаю с него, поскольку во многих странах сегодня существует глубоко неоднозначное отношение к ведению военных действий, вне зависимости от причины. И порой к этому присоединяется рефлексивное подозрение в отношении Америки, единственной военной сверхдержавы мира. Но мир должен помнить, что не только международные институты - не одни лишь договоры и декларации - принесли стабильность после Второй Мировой Войны. Какие бы ошибки мы ни совершили, простой факт состоит в следующем: Соединенные Штаты Америки на протяжении более восьми десятилетий являются одним из гарантов глобальной безопасности благодаря крови, пролитой нашими гражданами, и силе нашего оружия. Служение наших мужчин и женщин в военной форме и принесенные ими жертвы способствовали установлению мира и процветанию от Германии до Кореи, от Ирана до Афганистана, и позволили демократии укрепиться в таких регионах, как Балканы и Украина. Мы несем это бремя не потому, что стремимся навязать свою волю. Мы делаем это из просвещенного эгоизма - потому что мы хотим лучшего будущего для наших детей и внуков, и мы считаем, что их жизнь будет лучше, если дети и внуки других на земле будут жить в условиях свободы и процветания.
   Мы столкнулись с трудными вопросами о том, как предотвратить убийство мирных граждан, совершаемое их собственным правительством и остановить гражданскую войну, из-за которой насилие и страдания могут охватить весь регион.
   Я считаю, что применение силы может быть оправдано гуманитарными соображениями, как это было на Балканах или в других местах, где война оставила глубокие следы. Бездействие изматывает нашу совесть и может позднее привести к более дорогостоящему вмешательству. Именно поэтому все ответственные государства должны принять ту роль, которую могут играть для сохранения мира военные с четким мандатом. Америка никогда не откажется от приверженности глобальной безопасности. Но в мире, где угрозы являются более размытыми, а задачи - более сложными, Америка не может действовать в одиночку. Америка не может в одиночку обеспечить мир. Мы сильны, пока мы вместе.
   Лидеры и военнослужащие стран НАТО - и другие друзья и союзники - демонстрируют эту истину своими способностями и мужеством, проявляемыми ими сейчас во многих новых республиках на построссийском пространстве.
   Настал момент, когда нам придется выбирать между вооруженным вмешательством и соучастием в угнетении.
   Мир требует ответственности. Мир влечет за собой жертвы. Вот почему мы чествуем участников операций по поддержанию мира и обучению местных кадров, возвращающихся из-за рубежа домой в Осло и Рим, Оттаву и Сидней, Дакку и Кигали - мы чтим их не только как тех, кто ведет войну, но и как тех, кто приносит мир.
   Позвольте мне сделать еще одно, последнее замечание по поводу использования силы. Принимая трудные решения относительно вступления в войну, мы должны также четко представлять себе то, как мы будем ее вести. Там, где сила необходима, у нас есть моральный и стратегический интерес в принятии определенных правил поведения. И я считаю, что, даже сталкиваясь с беспощадным противником, который не соблюдает никаких правил, Соединенные Штаты Америки должны оставаться блюстителем стандартов в вопросах ведения войны. Именно это отличает нас от тех, против кого мы сражаемся. В этом источник нашей силы. Вот почему я вновь подтвердила приверженность Америки соблюдению Женевских конвенций. Мы теряем себя, если отступаем от тех идеалов, которые защищаем в бою.
   Только справедливый мир, базирующийся на неотъемлемых правах и достоинстве каждой отдельной личности, может быть прочным в подлинном смысле слова. Именно этот принцип взяли за основу составители Всеобщей декларации прав человека.
   Я убеждена в том, что не может быть стабильным мир, в котором граждане лишены свободы слова или вероисповедания, свободы выбирать своих лидеров и собираться без страха репрессий. Загнанное внутрь недовольство бродит и нарастает, подавление племенной и религиозной идентичности способно повести к кровопролитию. Мы также знаем, что справедливо и обратное. Европа обрела мир, только обретя свободу. Америка никогда не воевала ни с одним демократическим государством, наши ближайшие друзья - это страны, где права граждан находятся под защитой государства. И подавление народных чаяний противоречит интересам как Америки, так и всего мира, как бы жестко их ни определять.
   Так что при всем нашем уважении к уникальной культуре и традициям разных стран Америка всегда будет поднимать свой голос в защиту этих универсальных чаяний.
   Можно констатировать, что с сегодняшнего дня мы находимся в состоянии войны, и я несу ответственность за отправку тысяч молодых американцев на битву в далекой стране. Некоторые из них будут убивать, а некоторые из них будут убиты. Поэтому я пришла сюда с острым чувством высокой цены, которую приходится платить за вооруженные конфликты - меня переполняют трудные вопросы о взаимосвязи между войной и миром и нашем стремлении заменить одно другим.
   Мы сознаем, что угнетение всегда будет довлеть над нами, - и все же стремимся к справедливости. Мы признаем, сколь трудно сопротивляться моральному разложению, - и все же стремимся к утверждению человеческого достоинства. Мы трезво понимаем, что война неискоренима, - и все же стремимся к миру. И все это нам по плечу, ибо такова история прогресса человечества; такова надежда всего мира; и сейчас, перед лицом всех вызовов, такова должна быть наша задача здесь, на Земле.
   Большое вам спасибо'
  
  
   05.05.2024 г. Москва.
  
   Бла-бла-бла... Интересно, почему все американки, кроме, конечно, актрис такие квадратные? Уж президентшу себе могли выбрать по симпатичнее. Хотя всяко лучше недавних негра и педика.
   Я допил чай и выключил телевизор с единственным 'первым вашингтонским каналом'. Теперь даже CNN и ВВС на Москву не транслировали. Существовали отдельно новости для нас и для всех остальных. Но самое смешное, что реального положения дел не показывают ни там, ни тут.
   Разве какая-нибудь изнеженная французская семейка когда-нибудь узнает, как американский самолет уронил корректируемую авиабомбу на мост в Тамбове, когда по нему проезжал троллейбус и несколько легковушек, или как сбившаяся с курса ракета угодила в городскую больницу Камышина, и больные в панике прыгали с пятого этажа горящего здания? Нет. Они умиляются, глядя на то, как солдат коалиции раздает чумазым русским детишкам чупа-чупсы.
   Я этого тогда тоже не видел. Это потом, когда китайцы подгонят программку, позволяющую коннектиться с западными спутниками и выходить в интернет, мне доведется увидеть все эти кадры на ю-тубе.
   Как-то. Еще до войны, кто-то пошутил, что к тому моменту, как вострубит седьмой ангел, записи первых шести уже выложат на ю-туб. На западе тоже видимо были в курсе этих тенденций и заранее перекрыли кислород народным корреспондентам. Хотя кое-что все равно прорывалось в мировую паутину.
   Но в мае мне было не до того. Уже к середине месяца запасы продуктов подошли к концу, и пачка евро перестала быть пачкой. Все вокруг стремительно дорожало. Пришлось еще сильнее напрячь ноги, чтобы кормили.
   В тот день наши ангелы хранители позаботились о нас с Женькой. Один наш знакомый из соседнего дома хорошо затарился на заброшенном и всеми позабытом складе маленького магазинчика и, понимая, что одному ему все равно все не унести, предложил составить ему компанию.
   Кто бы отказался!
   Естественно взял Женьку с собой. Это была первая ее вылазка за последние недели. На этом везение и закончилось. Склад кто-то вычистил без остатка. Видно по неопытности спалил его наш знакомый.
   Не солоно хлебавши, мы возвращались домой. Вошли в подъезд, тут в нос шибануло сильным запахом гари. Предчувствуя недоброе, осторожно поднялись на свой этаж и увидели свою развороченную дверь и полностью выгоревшую квартиру. Это 'друзья' из 'Камелегдана' приходили по наши души. Почему я так решил? Да они написали это куском горелой доски на стене лестничной клетки.
   Все правильно. Долго действовать магический слух о наличии у меня пистолета просто не мог. Кавказцы теперь стали полновластными хозяевами города, они хорошо вооружены и чувствуют полную безнаказанность.
  
   Вот так мы с Женькой и поехали на дачу практически без ничего, потратив предпоследние евро на попутку.
   Когда старенький 'Мицубиси' съехал с шоссе на грунтовку, мой глаз резануло едва различимое изменение в пейзаже. Вместо ярких цветов металлочерепицы крайних домов среди ветвей мелькало что-то черное. Машина вывернула к дачам, и нашему взору открылась ужасающая картина: больше половины поселка было выжжено дотла, большинство оставшихся домиков стояли с выбитыми окнами и вывороченными с петлями дверьми. Возле останков дома Антоныча ковырялись какие-то чумазые оборванцы.
   Мы вышли из машины, а ее водила поспешил убраться отсюда по добру поздорову.
   Подошел ближе к оборванцам. Это были трое деревенских пацанов. Раньше я с ними не особо общался, но сейчас спросил, не знают ли они, что с Антонычем, и тут же увидел торчащие из-под какой-то рухляди ноги в обгорелых трениках и кроссовках. Это был мой сосед.
   Наш с Женькой дом, слава богам, не сожгли и не особо порушили. Дверь в нем открывалась с полпинка, и внутри брать было особо нечего. А продукты они не нашли. Умею, как оказалось, я делать закладки.
   Весь вечер мы с Женькой держали совет. Оставаться здесь не было смысла. По рассказам уцелевших соседей сначала здесь была капитальная заруба с беженцами из Москвы, но вроде отбились. Антоныч как раз возглавлял местное ополчение. Но потом подъехала местная братва и предъявила свое. Окрыленные успехом ополченцы братву послали. Тем более дачники объединились с деревенскими, которые в эти дни пополнились дезертирами из своих, служивших в армии.
   Но у братвы дезертиров в рядах оказалось больше. Автоматы и пулеметы решают, и поселок был наказан. Деревню не тронули, но повторили предъяву и пообещали вернуться. Деревенские согласились. Так что через пару дней жди нового набега.
   Ждать мы не хотели, но вот куда ехать? Женька предлагала к своей сестре под Тверь, я вспомнил о предложении Марата. А это совсем в другой стороне. Победила опять Женька.
  
   16.05.2024 г. Московская обл. Раменский р-н.
  
   Все пожитки уложили в старенькую тележку и два рюкзака. В тележке сверху банок с тушенкой на всякий случай накидали тряпок и мороженной морковки. Взять удалось не все. Особенно жалко было оставлять всякие соленья и варенья, но куда же их попрешь?
   Оделись попроще и понадежнее. Я настоял, чтобы каждый взял по телогрейке. Неизвестно где придется ночевать.
   Вышли рано утром. Топать предстояло обратно к Москве. В сам город решили не соваться, а пройти по касательной на северо-запад.
  
   Непривычная к походам Женька быстро уставала, и задолго до заката сильно натерла ноги. Поэтому по дороге нам приходилось часто останавливаться для отдыха, а потом и вовсе углубиться в лес для ночевки. Это от того, что лезть в незнакомые деревни и тем более коттеджные поселки сейчас было опасно. То и дело, нам приходилось отходить от шоссе, потому что глазастая Женька издалека видела подозрительные компашки со стволами, торчащими из-за плеча.
   Пару раз обходили ооновские блокпосты. Пройти через них было можно. За деньги можно все. Молдаване, которые теперь румыны, брали охотно, но много. А много у нас с Женькой не было. Отдали триста евро на таких же блокпостах, когда ехали сюда.
   Костер развести засветло не решились тоже из-за соображений безопасности, и, поужинав холодными рыбными консервами и хлебцами, закутались в телогрейки и легли спать.
   Женька засопела почти сразу, а мне не спалось. Все лежал и думал, как жить дальше. Как нас примут женькина сестра со своим мужем и родственниками? Был бы я там слесарем, электриком или врачом, тогда еще ладно. А кому нужен ботан-проектировщик? Я и делать-то ничего не умею, кроме как картошку почистить и с собакой погулять. Ну, допустим, Женьку они примут, а меня через какое-то время начнут попрекать куском хлеба.
   Я вздохнул.
   Ладно, спать надо.
  
   17.05.2024 г. Московская обл. Раменский р-н.
  
   К вечеру следующего дня уже я натер все, что можно было натереть. И хотя позавчера ночью на даче мы немного поплескались под импровизированным душем из лейки, сейчас мне очень хотелось повторить эту пытку ледяной колодезной водой. Все-таки одно дело сидеть дома на диване и другое скакать по лесам и полям. Во время одной из переправ через речку я не выдержал, да и ополоснулся. Женька наотрез отказалась.
   Из-за этих многочисленных мелких речек продвинулись не так далеко, как хотелось бы. Пока только до Железнодорожного, который обошли с востока и как раз переправлялись через вот такую вот переплюйку Черную. Как обычно я нашел место по мельче, снял старые кроссовки и брюки, перетащил шмотки и вернулся за Женькой. Ее переносил на закорках, так что мерз я один. Мало удовольствия. Да и без карты фигово. Шли-то не по ней, а как я выбрал направление, так и топали. Несколько мостов издалека видели, но как назло, все они были рядом с деревнями. На мосту же через Черную вообще стоял ментовский УАЗик и околачивалось несколько темных личностей. Типа блокпост. Пришлось обходить.
   Отошли на пару километров от этого места, переправились, да и стали искать место для ночлега. Углубились в лес, устроились и, опять не разводя костра, поели. На этот раз я бы рискнул вскипятить чайку и заварить быстросуп, но просто не было сил собирать дрова и разводить огонь.
  
   Ровно через сутки нам крупно не повезло. Шли, шли и уперлись в жилой массив Королева, плавно переходящий в Щелково. Долго мотались в надежде найти более-менее, необитаемую зону, нашли парк, проскользнули сквозь него и вышли к Клязьме. О том, чтобы оставаться на ночь здесь, не могло быть и речи. Сейчас, конечно, не время для пикников, и народу у реки толчется на порядок меньше чем обычно, но больше, чем нам бы хотелось. Поэтому уже в сумерках принялись искать хоть что-нибудь похожее на брод. Вверх по течению обнаружили один симпатичный островок, разрезающий реку напополам. Но вот в чем беда, прямо напротив него мост, по которому то и дело шныряют машины, и просто ходят местные.
   Рискнули все же. Теперь уже и Женьке пришлось разуться и закатать брючины.
   Если я во время переправы постоянно крутил головой на все триста шестьдесят градусов, то она сосредоточенно смотрела себе под ноги.
   Оказывается, боялась наступить на битую бутылку или арматурину.
   Надо же! Я за все это время ни разу об этом не подумал.
   Наконец мы благополучно форсировали Клязьму и босиком потопали прочь от нее.
   Помимо рек, еще одной неприятной вещью была необходимость пересекать шоссе. Много чего по ним сейчас ездит. В этот вечер, а точнее уже ночь, мы в быстром темпе перебрались через Фряновское. Пока все шло гладко, но как говорит закон Мерфи, если ваша атака идет как по маслу, значит, это засада.
   Вспомнилось, как на выезде из Москвы минут двадцать стояли в пробке - на выезде проверяли документы на наличие в них сложенных вдвое купюр. Народ попривык к местности вокруг, расслабился. Кто-то побежал отлить, кто-то закемарил, и тут из прилегающей улицы выскочила спешащая по своим делам колонна танков и БТР с голубыми касками на броне. Шедший первым 'Абрамс' дороги выбирать не стал. Просто подмял под себя пару легковушек вместе с людьми, разметав при этом еще несколько. Одному мужику сказочно повезло. Танк левой гусеницей наехал на капот его 'Ниссан', превратив движок в блин. Лобовое стекло от этого моментально лопнуло, а салон встал на дыбы. Мужик с трудом выбрался из груды искореженного металла и пошатывающейся походкой пошел куда-то в сторону пустыря. Потрясенная 'пробка' после прохождения ооновской колонны отреагировала по-разному: одни после недолгого ступора рванули по обочине вперед. Другие развернулись и поехали назад в город. Поискать раненых и оказать им помощь никто не сподобился. Мы с Женькой сидели с открытыми ртами вплоть до блокпоста на МКАД. Так что расслабляться нельзя ни на минуту.
  
   Весь следующий день мы понуро брели на северо-запад полями, лесами и берегами девственно чистых речек. Никаких крупных населенных пунктов по пути больше не встречалось, но редкие деревни тоже обходили стороной. Погода разгулялась, и, если бы не события последних дней, это бы была приятная загородная прогулка. А так до всех прелестей подмосковной природы нам не было никакого дела. Я переставлял ноги на автомате и думал только о том, чтобы поскорее настал вечер, когда можно будет пожрать и поспать.
   Несколько раз нам попадались такие же бредущие в неизвестность люди. Часа в два встретили даже настоящую колонну беженцев, целенаправленно тащившую свои пожитки в противоположную нашему движению сторону. Как и от одиночек, от них мы тоже не стали шугаться. От усталости чувство опасности притупилось, и поэтому мы не сразу заметили старенькую 'Паджеру', мягко идущую по залитой солнцем дороге. Сверкая лобовым стеклом, машина притормозила возле нас.
   - Подбросить?
   Мне и раньше приходила в голову мысль остановить попутку, но нам все время попадались либо грузовики с полными неожиданностей тентованными кузовами, либо забитые под завязку легковушки с вооруженными пассажирами.
   А у народа-то ружьишек-то полным полно оказалось. Как знали что.
   Этот же дядька был один и без оружия. По крайней мере, на первый взгляд.
   - Нам вообще-то в Тверь надо.
   - А. Не. Я в Дмитров еду. Могу только до дмитровки подбросить. К Варварино.
   - Нормально. Сколько?
   - Да нисколько. Чего тут ехать-то. По ярославке я гнать не дурак, а напрямки через Дарьино на Алешино и дальше по малому кольцу километров тридцать всего.
   Хм. 'Тридцать всего'. Нам дня два дороги.
   Своей радости впрочем, я выдавать не стал, а попросил открыть заднюю дверцу, чтобы закинуть шмотки.
   Все это время Женька щипала меня за локоть. Ей мужик отчего-то доверия не внушал.
   А чего такого? У меня пистолет есть, если чо.
  
   Мужик оказался компанейским. Просил величать его Вовой и начал рассказывать, что едет из Пушкино, где у него были кое-какие дела, к себе домой в Дмитров. В общем, всю дорогу говорил она мы с Женькой молча, внимали. Успокоился Вова перед самым выездом на малое кольцо.
   По неважной дороге 'Мицубиси' шел ровно, почти не подпрыгивая на ухабах. Тихая музыка, прохладный кондиционированный воздух. Я глядел по сторонам, пытаясь бороться со сном и, похоже, все-таки заснул. В чувство меня привел мощный удар в бок машины. Будто гигантской металлической плетью стеганули. 'Мицубиси' пошла юзом и сползла на обочину. Я, отмахиваясь от рюкзаков, рванул ручку дверцы и выскочил наружу. Женька, схватившись обеими руками за голову, сползла с сидения вниз. Я выдернул ее из машины и краем глаза отметил, как она привалилась к заднему колесу.
   На той стороне дороги, прячась в редкой сухой прошлогодней листве придорожных кустов, в меня целились сразу два мужика. Третий - молодой парень с обрезом двустволки, бежал в сторону.
   Я нащупал кобуру и негнущимися пальцами еле-еле смог ее расстегнуть, одновременно приседая за багажник машины. Опять жахнул залп. Посыпались уцелевшие после первого стекла, и что-то противно царапнуло по жестянке корпуса 'Мицубиси'.
   Наконец я справился с кобурой и трясущимися рукам направил пистолет в сторону нападавших.
   - Дай сюда. - Вова поморщившись протянул руку к 'макарову' и, не дожидаясь моей реакции, схватил 'пушку'.
   Первым пулю получил тот самый парень с обрезом, что пытался обойти нас с фланга. Он будто налетел на невидимую преграду и растянулся посреди дороги.
   Из-за кустов опять бабахнуло. Вова ответил. Там матюгнулись, и все стихло.
   Осторожно выглянул из-за машины.
   Один из мужиков, прихрамывая, опирался на второго, и оба они двигались в сторону леса. Я обернулся. Женька все так же сидела, уткнувшись подбородком в грудь, будто хотела спрятаться от всего этого, а Вова, тяжело дыша, прислонился к захлопнувшейся передней дверце 'Мицубиси'.
   - Возьми там в аптечке... - Захрипел он.
   Я ломанулся внутрь машины и выгреб все, что было в аптечке, но ничего из этого Вове уже было не нужно. По его подбородку текла и капала на камуфлированный воротник куртки ярко красная, как в кино, кровь. Я сначала отшатнулся, потом кинулся к нему.
   Пульс не прощупывался. И Женька чего-то не подавала признаков жизни.
   Ну это бывает. Шок.
   - Жень, Женька-а-а. - Я присел возле своего солнышка, осторожно потянул за одну руку и, обняв ее за шею, потянул к себе. Рука, утонувшая в мягких волосах, вдруг стала липкой. На меня смотрели потухшие мертвые глаза.
   Чт... что это? Как это? - я задохнулся. - Женька, ты что? Сейчас, погоди. Я сейчас. - Роняя пузырьки и блистеры с таблетками, наконец, нашел нашатырь.
   Ничего.
   Тогда я набрал в легкие побольше воздуха и впился губами во все еще теплые женькины губы.
   Не дышит.
   Осторожно уложил ее на дорожное полотно и принялся, как умею, делать массаж сердца. По асфальту начало расплываться алое пятно.
   Все это происходит не с нами. Нет, нет. С нами такого не может произойти. Это все не по-настоящему. Так не может быть.
   Со стороны Дмитрова, скрипя всеми древними частями своего видавшего виды кузова, ехал небольшой автобус. Я вскочил и метнулся ему наперерез. Машина вильнула и, едва не вылетев с дороги, обогнула меня по дуге и скрылась в облаке пыли.
   Я вернулся к Женьке, сел и положил ее голову себе на колени.
   - Ты отдохни, отдохни, солнышко. Испугалась. Ну ничего. Сейчас отдохнем и дальше пойдем. Я сегодня костер разведу. Обещаю. И пошли они в жопу, эти... - вскочил и начал грозить в сторону леса. - Будем теперь есть как следует. Хватит. - Опять сел.
  
   Могилу я рыл найденным в багажнике топором. Просто бил острием землю, а потом руками сгребал ее, измельченную, в сторону. Мимо изредка проезжали какие-то машины. Один раз по той стороне дороги прошло человек двадцать беженцев. Все они, как один, косились в мою сторону, но никто не подошел, не предложил помощи.
   До этого я долго сидел, уставившись в одну точку, потом, подбадривая вслух сам себя, оттащил Женьку от дороги. Вову тоже. Но сил хватило только на одну могилу. Отдышавшись и попив из фляги воды, я опять сел на землю и уставился на свежий холмик.
   Только через некоторое время заметил, что изранил ладони. Болели и они, и правая нога ниже коленки. Брючина в этом месте набухла и местами уже превратилась в панцирь.
   Меня тоже зацепило.
   Кое-как промыв раны на руках и на ноге, засунул пистолет за ремень, подхватил свой рюкзак, и, несмотря на то, что уже начинало темнеть, поплелся вдоль дороги в сторону виднеющейся вдалеке деревни.
  
   01.06.2024 г. Афины.
  
   Телеканал Эй-Би-Си сообщает: 'Вчера в Афины прибыл председатель кипрского парламента Ставрос Саравакос, который сообщил о готовности официальной Москвы к переговорам с повстанцами об условиях освобождения пятнадцати военнослужащих из состава сил Коалиции, захваченных в мая русскими повстанцами. Ставрос Саравакос обещал выступить вместе с новым спикером российской Думы Евгением Зарайским в качестве посредников на переговорах с представителями так называемого 'генштаба русской национально-освободительной армии'. На встрече с журналистами в Афинах он отметил, что для выполнения своей миссии он запросил у НАТО двадцати четырех часовое прекращение огня. Однако руководство альянса заявило, что продолжит наносить удары по скоплению живой силы и техники русских экстремистов, а так же жизненно важным объектам инфраструктуры повстанцев, и согласно сообщению Эй-Би-Си , поездка кипрского дипломата откладывается. Делегация находится в Греции и пока воздерживается от выезда в Россию, поскольку продолжающиеся натовские бомбардировки создали "негативный климат" вокруг поездки. Вместе с тем, по сведениям источников Эй-Би-Си , Саравакос и члены миссии все же надеются вылететь в Москву и провести переговоры с представителями повстанцев об освобождении из плена военнослужащих KFOR.'
   'Вашингтон пост': 'В администрации США тем временем развивают идею о привлечении всего высшего командного состава так называемого 'генштаба русской национально-освободительной армии' и ряд других русских военных, поддержавших экстремистов, к международному трибуналу. Сегодня администрация США назвала имена двадцати девяти сотрудников генштаба и командующих отдельными частями повстанческой армии, которые могут предстать перед Международным трибуналом в Гааге в случае, если подтвердится их участие в репрессиях против чеченцев, дагестанцев, азербайджанцев и других народностей, проживающих в бывших российских республиках и в пределах нынешней Российской Федерации. Об этом сообщил на брифинге в Вашингтоне официальный представитель госдепартамента США Джек Райбек, который огласил имена, звания и номера частей, возглавляемых русскими военными, среди которых названы четыре генерал-майора, двенадцать полковников и пять подполковников и восемь майоров. США намерены оказать содействие Международному трибуналу в расследовании деятельности этих лиц, которые могут быть признаны виновными и приговорены к тюремному заключению в случае, если их участие в военных преступлениях или геноциде против мирного населения будет доказано. Генеральный секретарь НАТО Иштван Дегеренц также заявил сегодня, что он очень хочет, чтобы все они предстали перед Международным судом в Гааге.'
   По сообщению агентства 'Синь Хуа', в пятницу удары были нанесены по нефтехранилищу аэропорта около Казани, по предприятиям в Нижнекамске, Бугульме, Альметьевске и других городах. Сообщается также, что бомбардировке подверглась жилая зона в центре Ижевска. Сорок два мирных жителя погибло в городе Киров на востоке России в результате бомбардировок. Представитель натовского командования в Брюсселе признал, что авиация альянса нанесла удар по населенным кварталам этого города. По словам представителя НАТО, бомба предназначалась для военного объекта и упала на жилые дома 'по ошибке' или в результате действий повстанческой противовоздушной обороны.
   Как сообщает 'Инфо-Арт', британские истребители "Харриер" впервые использовали во вторник кассетные бомбы для поражения подразделений повстанческих вооруженных формирований. Кассетные бомбы представляют собой боезапасы, специально предназначенные для поражения живой силы противника. При приближении к земле заряд подрывается и накрывает мелкими поражающими элементами территорию в несколько сотен квадратных метров.
   'Софийское радио' сообщает: 'Британская подводная лодка 'Принцесса Диана', участвующая в военной операции против русских повстанцев, производит пополнение своего боезапаса крылатых ракет в турецком порту Трабзон и будет готова к дальнейшим действиям в акватории Черного моря в течение двадцати четырех часов.
   По сообщениям бразильской прессы, из их источников, находящихся на территории, подконтрольной повстанцам, стало известно, что представитель Генерального штаба русской национально-освободительной армии сообщил, что в ходе атаки сил НАТО бомбардировке подверглись сто тридцать объектов на территории России. Среди этих объектов: четырнадцать аэродромов, сорок восемь гарнизонов, средства коммуникации, командные пункты и военные склады. При этом потери русской армии минимальны, а эффект бомбардировок, скорее, символический. Он заявил, что русским ПВО удалось сбить еще семь самолетов Коалиции и несколько десятков крылатых ракет.
   Белорусские СМИ также сообщают, что бомбардировке подверглись объекты в районе населенных пунктов Йошкар-Ола, Стерлитамак, Оренбург, а также в окрестностях Казани. При этом есть жертвы среди мирного населения - несколько десятков человек погибло, сотни ранены. Среди них - женщины и дети. По данным белорусских источников, в ходе бомбардировки пострадали также невоенные объекты - например, завод 'Кока-кола' в Сарапуле и крытый спортивный комплекс в Казани.
   Белорусские источники также информируют об активизации местных этнических диаспор, которые атакуют даже гарнизоны воинских частей, лояльных новому российскому правительству или правительствам вновь образованных независимых республик.
   Агентство 'Франц-пресс' сообщает, что сегодня в налете участвовало около семисот самолетов НАТО, сбросивших десятки корректируемых бомб. По объектам, находящимся на подконтрольной повстанцам территории было выпушено около двухсот крылатых ракет морского базирования. В основном из черноморского бассейна. Представители альянса опровергли сообщения о потерях в авиации - по их сообщениям, все самолеты, участвовавшие в налете, вернулись на базы. НАТО, в свою очередь, заявляет, что в ходе операции было сбито пять повстанческих самолетов МИГ-31. Генеральный секретарь НАТО Иштван Деренц заявил сегодня, что налеты авиации Североатлантического блока и всей миротворческой Коалиции будут продолжаться 'еще несколько дней'. По его мнению, операция достигла успеха и будет продолжена после того, как сегодня днем военные эксперты НАТО оценят результаты первой стадии атаки. Деренц также сказал, что НАТО на этом этапе ограничится поражением только военных целей. Представители блока сообщают, что уточнение результатов удара проводится сейчас с помощью спутников и самолетов-разведчиков 'Глобал Хоук'.
   Тем временем независимый итальянский военный аналитик Энцо Магальяни заявил, что считает, что руководство северо-атлантического альянса в частности и всей миротворческой коалиции в целом совершили стратегическую ошибку, приняв поспешное решение о нанесении ударов авиацией и крылатыми ракетами, а так же о вводе войск в очаги социальной напряженности на территории Российской Федерации. По его мнению, было бы разумнее ограничиться отправкой в эти места только военной полиции ООН, причем после предварительного согласования этого вопроса с полевыми командирами повстанцев на местах.
   Своим же необдуманным решением командование миротворческих сил существенно осложнило процесс продвижения демократии на восток России и способствовало усилению авторитета движения повстанцев у местного населения. Магальяни говорит, что был упущен ключевой момент, когда была возможна локализация беспорядков в регионах России и их дальнейшее устранение. Руководство Коалиции неоправданно надеялось на индифферентную реакцию российского армейского истеблишмента на жесткие миротворческие действия военного характера, и оказавшись поставленным перед фактом вооруженного сопротивления само организовавшихся повстанческих соединений, впало в истерику и прибегло к, ведущему в тупик, силовому варианту.
   В свою очередь сенатор-республиканец Ричард Буковски обрушился с критикой на правительства Франции, Германии, Греции, Испании и Италии за отказ выполнять свои союзнические обязательства в рамках блока НАТО. В своем выступлении он с негодованием отметил, что Германия отправила солдат бундесвера лишь на защиту северо-европейского газопровода, причем осуществляет эту охрану совместно с частной армией Газпрома, на вооружении которой есть бронетехника и даже авиация. А главное, эти нвые партнеры были уличены в контактах с повстанцами. Буковски предположил, что с экстремистами был заключен негласный договор о взаимном не нападении. Само собой, на коммерческой основе. На юге подобное относительно Южного потока попыталась организовать Италия, но в зоне ответственности Турции и Великобритании у нее это не вышло.
  
   02.06.2024 г. Россия. Республика Татарстан. Чистополь.
  
   Майор Зак Уитли посмотрел на испуганные лица своих солдат. Ему тоже было страшно. Нанимаясь в армию, он, конечно, понимал, что его работа будет опасной и трудной, и невидимая тень смерти станет повсюду следовать за ним с момента подписания контракта. Все это понятно и естественно... Но он не знал, что будет ТАК страшно!
   В том же Иране такого животного страха Уитли не испытывал. Правда, появился он там, когда коалиционные силы зачищали Тегеран от остатков Стражей революции. Но ветераны еще первой Иранской кампании и его новые товарищи по оружию, тянувшие армейскую лямку с самого начала второй, говорили, что как раз сейчас самая жара и есть. Потому что удары с воздуха и спонтанные стычки в пустыне с разрозненными иранскими войсками, не идут ни в какое сравнение с городскими боями с религиозными фанатиками.
   Теперь все совсем по-другому. И командование, и офицеры среднего и низшего звена привыкли к тому, что противостоявшие им армии стран третьего мира не способны были оказать американским войскам достойного сопротивления. Их старую, порой советскую еще, технику, как в тире, расстреливали с безопасного расстояния. Их плохо обученные солдаты разбегались при первой возможности, но перед этим их жадные до денег генералы сдавали всех и вся.
   Поначалу и на территории бывшей России войска 'дядюшки Сэма' и их союзники практически не встречали сопротивления. Их колонны расползались из аэродромов крупных городов, пересекая российско-украинскую границу, устремлялись вглубь страны, десантировались на побережье Каспия и Черного моря и входили в ближайшие населенные пункты, частенько заставая их жителей врасплох.
   Солдаты с удовольствием снимали друг друга на фоне толпы ошарашенных зевак.
   На брифингах до начала операции 'Сила разума' офицерам коалиционных сил говорили, что коррумпированная, разлагающаяся изнутри армия русских, солдаты которой не захотят защищать собственность олигархов, и две трети техники которой не выйдет из ангаров, не станет проблемой для коалиции. Именно из-за этого первая бронекавалерийскай дивизия, в которой служил майор Уитли, как обычно, пошла колонной к Альметьевску и дальше на Уфу, и лишь один мотопехотный батальон окружил небольшой городок Чистополь, в котором засело небольшое формирование повстанцев. Это была обычная тактика вооруженных сил США на Ближнем востоке, когда основные силы обходят укрепленные города и движутся вглубь территории противника, а добивать окруженные части остается пара мотопехотных батальонов при поддержке авиации. Аналитики в штабе посчитали, что в данном случае достаточно одного. Ведь в Чистополе укрылся всего лишь мотострелковый батальон, который вопреки приказу своего лояльного коалиции командования покинул расположение части, и который основательно потрепали по дороге два звена F-16 бельгийских ВВС из состава коалиции. Уитли лично видел на шоссе несколько раскуроченных самоходных зениток, танков и БТР русских. Осталось только локализовать остатки повстанческого формирований, разоружить их и двигаться дальше. Но... С этого момента все пошло не так.
   Еще на аэродроме в Казани командующий дивизией генерал-майор Шоуни предупредил своих офицеров, что Татарстан - исламская республика, и поэтому Уитли и его парни серьезно опасались террористов-смертников на автомобилях. Две легковушки, шедшие им навстречу, они просто-напросто расстреляли из крупнокалиберного пулемета Browning M2HB. Все были напряжены. По-видимому, человек все же чувствует опасность лучше, чем самая современная техника, потому что Уитли почуял неладное за несколько минут до того, как разведгруппа наскочила на фугас, и в трех километрах впереди в небо поднялся столб черного дыма. Из-за шума двигателей не было слышно взрыва, но по срыву картинки в углу монитора майору сразу все стало ясно. Не помогли ни сканирование местности системой LAMD (с формированием гиперспектрального изображения, с активным подсвечиванием, пассивной поляризацией и электронной стабилизацией) установленной на беспилотнике 'Предатор', ни новейшая Handheld Standoff Mine Detection System, которой была оснащена головная машина разведчиков. Последняя сочетает в себе металлодетектор с радиолокатором, плюс использует метод облучения взрывчатки нейтронами радиоактивного изотопа.
   Ничего не помогло. Из экипажа 'Хаммера' никто не выжил. Майор был в ярости.
   Пора разобраться с этими ублюдками!
   Сличив снимки со спутника трех часовой свежести и картинку с беспилотника , Уитли переключил бортовой компьютер своей 'Бредли' в сетевой режим и пять минут следил за тем, как зеленые точки охватывают город с запада и востока, потом майор начал переключаться с одной камеры пехотинцев на другую. Уитли уже активировал программу этой небольшой операции, получил все необходимые электронные визы из штаба группировки из Гданьска, и теперь ему оставалось только держать руку на пульсе, чтобы быть готовым подстраховать операторов боя из штаба, которых в свою очередь контролирует военный аналитик.
   Такая подстраховка сейчас особенно важна. Спутниковая связь может накрыться в любой момент (яйцеголовые из пентагона до сих пор с переменным успехом отражают кибератаки интернациональной банды хакеров) и тогда Уитли придется действовать по старинке. Возможно этого и не понадобится, но только в том случае, если в воздухе будет барражировать самолет - воздушный штаб. Он и перехватит управление боем.
   Но вот над головой майора пошли на цель ракеты, выпущенные реактивной системы залпового огня (РСЗО) типа 'MLRS', оставляя дымные следы в ослепительно голубом небе, и два выявленных секрета русских скрылись в белых облаках разрывов.
   Обе батареи 'MLRS' с самого начала откатились назад по шоссе и заняли позиции возле западной окраины города, больше похожей на деревню. Это была минимальная дистанция для нанесения ударов по противнику.
   Вторая батарея РСЗОшек ударила бронебойными по технике повстанцев, укрытой между постройками во дворах. Первым залпом удалось подбить два танка и один БТР. Машины загорелись, испуская клубы густого черного дыма, наполняющего до этого свежий утренний воздух запахом гари.
   И тут русские ответили. Их САУшки, надежно укрытые от электронных глаз коалиции, первым же залпом накрыли вторую батарею 'MLRS'. Трое убитых и пятеро раненных. За последними с аэродрома в Казани тут же вылетел медицинский 'Блек Хоук'
   Появилась работа и для 'Апачей'. Автоматическая система управления боем (АСУБ) уже запросила поддержку с воздуха, а коалиционная артиллерия начала контрбатарейную борьбу. В воздух взмыл БПЛА-корректировщик.
   Итог этой дуэли - пять уничтоженных САУ русских против одной уничтоженной и одной поврежденной 'MLRS' и одного уничтоженного САУ 'Палладин' коалиции. В окруженном городе начались пожары. Горели задетые осколками гражданские машины и деревянные хозяйственные постройки, которых тут во дворах было множество.
   На мониторе появилось восемь новых зеленых точек, а затем они материализовались в уже черные точки хорошо различимые в безоблачном небе. Четыре пары. Звено ударных вертолетов без дела не осталось. АСУБ отправила к окраинам Чистополя разведывательное подразделение 'Cavalry troop' на трех 'Хамви', чтобы вскрылись молчавшие до этого огневые точки повстанцев.
   Расчет оправдался. В проеме чердачного окна ближайшей к разведчикам пятиэтажки длинной очередью обнаружил себя пулеметчик. Возле одного из ветхих деревянных домов, что располагались метрах в трехстах левее многоэтажной застройки, из почерневшего от времени сараюшки выехала русская БМП и шарахнула из своей пушки по первому 'Хаммеру', прошив его насквозь. Автоматика сработала на отлично и здесь. С одного из 'Бредли' в сторону БМП ушла ракета противотанкового комплекса ТОУ. Она поразила цель сверху. Пулеметчик тоже получил свое. Две ракеты не оставили ему шансов.
   Уитли оторвался от оптики и посмотрел на монитор. В кольце зеленых точек возникало все больше и больше красных. Солдаты противника выбирались из своих укрытий.
   Вертолеты согласованно ударили по обороняющимся. Толком оборудовать свои огневые точки времени у русских не было, поэтому пехота повстанцев просто заняла позиции в многоквартирных домах на городской окраине.
   Плотность огня увеличилась. Его перенесли непосредственно на дома. Теперь к точечным ударам ТОУ подключились пулеметчики. Полетевшая от стен бетонная крошка, осыпала припаркованные возле домов машины. Заверещала автомобильная сигнализация. В некоторых оконных проемах засверкали вспышки выстрелов. В спрятавшийся за углом одной из пятиэтажек Т-90 угодил 'Хеллфайр', боекомплект танка детонировал, и от этого мощного взрыва развалился угол панельного здания.
   Уитли хорошо были видны внутренности разворочанных квартир. На уцелевшей стене на крючке болтался голубой халатик, зацепившись за торчащую арматуру, висел велосипед, веселенькие обои, старый холодильник...
   Майор выдвинул клавиатуру и внес коррективы прямо по ходу выполнения программы. Поправки предусматривались в некоторых исключительных случаях. Сейчас был как раз такой. При таком интенсивном бое в городской застройке жертв среди некомбатантов будет огромное количество, если не была проведена эвакуация. А ее не было. А этим шакалам из CNN только дай повод потрещать о зверствах солдат коалиции. Пацифисты чертовы. Вон в жиденьком кустарнике засел их оператор с камерой на плече, и остальная съемочная группа там же. Война в прямом эфире твою мать!
  
   Через час после окончания первой фазы операции высоко в небе над Чистополем появился старенький вертолет 'Кобра'. Из его чрева на город посыпались заранее заготовленные стандартные листовки, в которых говорилось, что в течение трех часов, начиная с этого момента, для выхода из города будет предоставлен коридор. Подробности на частоте такой-то.
   Для повстанцев там был отдельный абзац следующего содержания:
   - 'Солдаты и офицеры, предлагаем вам прекратить бессмысленное сопротивление. Зачем вам умирать по приказу ваших командиров, нарушивших присягу своей стране? Зачем жертвовать своими жизнями ради сомнительных идеалов лидеров экстремистских группировок? Подумайте о своих родных и близких! Вернитесь к своим семьям! Они сейчас, как никогда нуждаются в вашей помощи и защите.
   Все сложившие оружие после перерегистрации получат возможность отправиться в места проживания, где им будет предоставлена высокооплачиваемая работа. Желающие смогут вступить в ряды вновь создаваемой армии своего молодого демократического государства или поступить на службу в территориальную полицию.'
   Дальше там снова было о частоте, на которой можно будет узнать о коридоре для сдавшихся, о том, что выходить надо только пешком и двигаться нужно в сторону Казани, в которой их всех ждут в центрах по приему беженцев.
   Уже через пятнадцать минут в открытый эфир пошла запись, которую надиктовал Уитли. Беженцам предлагалось выходить из города по шоссе, тянувшемуся вдоль берега реки в сторону Казани, а сдавшимся повстанцам, наоборот, на восток, по старой грунтовке.
   Эту же информацию заодно с текстом самой листовки передавал громкоговоритель с подобравшегося поближе броневика MRAP штабной роты, но эту машину через десять минут после начала вещания обстреляли из тяжелого пулемета, и она отошла. Тогда сообщение скинули оператору сотовой связи в Казани, и оно было отправлено с помощью sms.
   Три часа майор наблюдал, как по берегу тянется колонна беженцев с чемоданами, тележками и клетчатыми сумками. К грунтовке никто из повстанцев не вышел.
  
   Больше ждать не имело смысла, и вторая фаза операции началась ровно в пятнадцать ноль-ноль. Пара БМП 'Страйкер' выдвинулась к домам и из своих двадцатипятимиллиметровых пушек обстреляла две ближайшие пятиэтажки. Повстанцы ответили. Снова появились вертолеты. На этот раз их встретили огнем пулеметов, а с одной из крыш запустили ракету из переносного комплекса 'Игла'. Вторая такая же отстрелялась из соседнего двора.
   Попали.
   Один из 'Апачей' вздрогнул от попадания, задымил и отвалил в сторону. Посадка была жесткой. К месту падения немедленно помчался 'Бредли' эвакуационного отделения. Прибыл второй медицинский 'Блек Хоук'.
   Обе батареи 'MLRS' увеличили темп стрельбы. Не простаивала и не одна из БМП со своими ТОУ, не отставали 'Палладины'.
   Сейчас они использовали и зажигательные боеприпасы и боеприпасы объемного взрыва. И если повстанцы оставались в живых после близкого разрыва ракеты или снаряда, то им приходилось спасаться от огня. Панельные коробки горели как картонные. Теперь, когда у Уитли были развязаны руки, он с удовлетворением наблюдал, как подключившийся к атаке тяжелый минометный взвод наносит удары по позициям повстанцев. Все его шесть минометов М1064 работали по целям в разных частях города. Из-за сильной дымовой завесы и крупных очагов пожара лазерное и ИК наведение стало невозможным. Начали бить по площадям. Израсходовав боеприпасы, ушли вертолеты. В восемнадцать ноль-ноль АСУБ подключила штурмовики.
   Русские огрызались. Сначала они сбили один 'Тандерболт'. Самолет воткнулся в землю недалеко от того места, где засела съемочная группа CNN Пилот погиб, не успев катапультироваться. Потом повстанцы сосредоточили минометный огонь на коалиционных БМП и укрывающихся за ними пехотинцах. АСУБ отвела технику на тысячу шестьсот метров. Сделано это было еще и потому, что со стороны русских работал снайпер, а из-за задымления против него невозможно было использовать роботов с системой 'Антиснайпер'.
   Все равно Уитли не мог найти себе места. Слишком часто на мониторе гасли зеленые точки, а медицинские вертолеты не успевали вывозить раненых.
   Когда отошли на безопасное расстояние стало полегче, но через полчаса повстанцы, используя стелющийся по земле дым и высокую сухую траву, подобрались на расстояние прицельного выстрела из РПГ, и сожгли две БМП и одну самоходную минометную установку. Их тут же уничтожили вернувшиеся 'Апачи', но майора больше волновали собственные потери.
   Будь здесь персы или арабы, они бы уже давно толпились в сторонке с поднятыми руками, а русские все еще сопротивлялись. Вот упал внутрь БМП обливающийся кровью второй номер ТОУ, неосторожно высунувшийся из люка, вот повстанцы перетащили минометы в частную застройку и обстреляли заряжающуюся батарею РСЗО 'MRLS'. Их тут же перемешали с землей и обломками деревянных домиков, но уже новый расчет бьет по 'Палладинам' с двух гранатометов. Поврежден еще один вертолет, горят два 'Хаммера'...
   Уитли засуетился. Ему стало казаться, что автоматика теряет контроль над боем. Но нет. Наконец-то, пехотинцам удалось отогнать контратакующего противника, и переброшенные с северо-западной окраины Чистополя БТР 'Страйкер' (там шла вялая позиционная перестрелка), зачистили пространство между остальной бронетехникой и горящими руинами. И снайпер замолчал.
  
   Батальон Уитли еще в течение четырех часов расстреливал огневые точки русских издалека, изредка делая пятнадцатиминутные паузы, чтобы повстанцы сдались. Но те не сдавались. Был уничтожен еще один миномет вместе с расчетом. Два других, тоже замолчали после обстрела вертолетами, РСЗО, САУшками и штурмовиками. Корректируемая авиабомба (КАБ) разнесла поврежденный до этого танк. Над руинами рвались кассетные мины и снаряды. Начиняющие их металлические стрелки рвали живую силу повстанцев, превращая их в куски мяса, нашпигованные металлом. Там не должен выжить никто.
   После того, как огонь русских, наконец, стих, вперед на зачистку пошли две роты румынских миротворцев, приехавших незадолго до этого из Казани на двенадцати бортовых 'Уралах'. Со стороны останков молокозавода застучал снятый с подбитого БТР пулемет КПВТ, из полуразрушенного здания по румынам открыли автоматный огонь. Потеряв полтора десятка солдат убитыми и ранеными, миротворцы отошли назад. Тут же в сторону пулемета, выбрасывая из хвоста пламя и вращаясь по маленькой спирали, пошла ракета, выпущенная из ПТРК 'Дракон'. Взрыв. Пулемет замолчал. На здание, где залегли русские автоматчики, были сброшены две двухсоткилограммовыe бомбы. Сложившиеся как карточный домик остатки стен и перекрытий похоронили под собой стрелков.
   После этого Уитли запросил в штабе санкции на приостановку боя до следующего утра. Его батальон еще некоторое время обстреливал русские позиции из минометов и других артиллерийских орудий. И авиация работала еще один час. На следующее утро, поставив дымовую завесу перед позициями повстанцев, АСУБ снова отправила румынских миротворцев на зачистку. Следом за ними прячась за БМП, двинулись бойцы Уитли.
   Казалось, ну что может выжить среди этих оплавленных камней и остовов зданий? А по румынам снова открыли огонь. Из груды ломанного бетона, как птица Феникс, восставали русские боевики. Перемазанные в собственной крови, покрытые пылью, все в грязных бинтах и с потусторонним блеском в глазах, они поднимались и бросали в наступающих гранаты. Еще немного, и пойдут в штыковую.
   Румыны дрогнули и побежали обратно. Им вслед ударил из ручного пулемета 'Калашникова' (РПК), держа его на весу, русский офицер с забинтованным наискосок лицом. Его тут же снял американский снайпер, пристроивший на броне БМП свой 'Баррет'.
   Снова завязался бой, снова засновали туда-сюда вертолеты, эвакуируя раненых американцев в Казань. Румын же обрабатывал прямо на месте, возле медицинского 'Урала' их полевой хирург. Прооперированных складывали рядом с сожженной бензоколонкой прямо на брезент, а когда на нем не осталось свободного места, на землю.
   Во время затишья машину с самыми тяжелыми оправили в столицу Татарстана. Трупы с простреливаемых подходов к городу убирать не решались даже тогда, когда каменные обломки бомбами с фосфором обрабатывала авиация. Умерших же от ран оттаскивали в кювет.
   Еще несколько часов все, что могло стрелять, лупило по Чистополю. Когда, наконец, канонада стихла, получившие от АСУБ приказ на движение, экипажи 'Бредли', 'Хамви' и 'Страйкеров' завели свои машины, но выдвигаться к городу не решались. Румыны тоже не спешили вперед.
   Уитли был в ярости, Он смотрел на испуганные лица своих бойцов, мелькающие на мониторе бортового компьютера, и понимал, что никакая сила не сможет заставить их отправиться в эти стреляющие камни. И никакой армейский психолог, ни двойная доза стимуляторов, введенная солдатам АСУБ, тут не поможет.
   Положение спас взвод турецкого спецназа, спешно переброшенный на вертолетах из района аэропорта. Только вслед за ними потрепанный батальон Уитли, наконец, вошел в город. Но и тогда его бойцы продвигались медленно и не уверенно, стреляя во все, что покажется им подозрительным.
   Так сержант Шлиссерман разрядил целый рожок в изуродованный труп русского танкиста.
   Майор, между тем, заметил движение на северо-востоке в камышах возле реки и приблизил изображение с камеры кружившего в вышине беспилотника. Это были русские. Немного, и все раненые. Троих несли на самодельных носилках.
   Уитли сглотнул. На его лбу выступили капельки пота. Майор занес указательный палец над клавиатурой, но передумал.
   Если иранские солдаты, попав в плен, постоянно требовали к себе внимания: ныли, чтобы им оказали медицинскую помощь, накормили и так далее, а эти русские, пожалуй, так просто не сдадутся. Настоящие воины!
  
   Спустя сутки, когда его батальон построился в походную колонну, догнал свою застрявшую под Альметьевском первую бронекавалерийскую дивизию, и расположился вместе с ней лагерем возле села Заречное, Уитли с тревогой наблюдал, как ведут себя его люди, едва отошедшие от недавнего боя. Не лучшим образом они повлияли на весь личный состав дивизии. Некоторые бойцы день ото дня донимали батальонного капеллана, другие прописались у психолога. Кто-то ушел в себя, кто-то, наоборот, постоянно участвовал в то и дело вспыхивающих потасовках. Один боец разбил себе голову о кирпичную стену местной администрации, превращенной в казарму. Медицинский блок с трудом отбивался от солдат, вдруг обнаруживших у себя массу болячек. Случилось несколько самострелов. Но вместо мамочки эти умники после госпиталя отправятся под трибунал.
   Офицеры тоже все были на пределе. Плохие новости из общей сети не добавляли настроения. Никто просто не мог предположить такого сопротивления со стороны повстанцев. Потери живой силы и техники коалиции превысили нормативные в несколько раз. Применяя свое современное оружие и принимая нестандартные тактические приемы, русские во многих местах смогли остановить продвижение миротворческих колонн, а кое-где обратили их в бегство. Превосходства в воздухе добиться, тоже не удалось. Было некоторое преимущество, но и только. Самолеты коалиции падали, танки горели, тактическая сеть висла, крылатые ракеты, обманутые GPS-jammers (глушилками), падали в чистом поле...
   В объединенном штабе коалиции пребывали в растерянности. Была необходима пауза и ее взяли. Во время приостановки операции Сила разума коалиция подтянула свои тылы, навела порядок в МТО и уплотнила коммуникации.
   Повстанцы тоже сложа руки не сидели: перегруппировались, прикрыли ПВО не прикрытое, замаскировали не замаскированное. Что-то отмобилизовали, что-то отправили в резерв. Часть авиации им удалось эвакуировать на Урал и за Урал, часть северного флота и стратеги, в Китай.
   Это вынужденное затишье сопровождалось массовыми протестами пацифистов в старой Европе и нагнетанием во многих странах антиамериканской истерии.
  
  
   01.06.2024 г. Пенза.
  
   Из-за здания аэропорта вырулил белоснежный пузатый семьсот сорок седьмой 'Боинг'.
   Слава Богу. - Олесь покосился на 'Геркулес'. В широко открытую задницу этого допотопного транспортника загружали восточных. Штепе совсем не улыбалось полировать лавку в продуваемом всеми ветрами С-130, да еще рядом с этими, отношение к которым можно коротко выразить 'Чемодан, вокзал, Россия'.
   Может, они там и останутся?
   Ну теперь-то, ясное дело, он полетит с комфортом. Только немного не привычно пробираться по люксовскому салону в бронежилетах, ремнях и разгрузках, с оружием и здоровыми рюкзаками.
   Бойцы аккуратно стягивали с себя броники и каски, засовывали их по ящикам над сидениями. Рюкзаки ставили н свободные места или относили в хвост.
   Все, наконец, расселись, пристегнули ремни, 'Боинг' зашумел турбинами и вырулил на взлетно-посадочную полосу.
   Как самолет оторвался от земли, Олесь не почувствовал.
   Вот что значит американская машина!
   Рассмотреть в иллюминатор уплывающую вниз землю он не успел. Отвлек Филипок, сидевший через три кресла впереди в соседнем ряду, показывавший пальцем на стюардессу, раздающую напитки. При этом Гоша делал страшные глаза и шевелил своими оттопыренными ушами.
   Девушка, конечно, была хороша, но Штепу немного укачало, и ему было не до ее прелестей. Олесь откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.
   Как там в России? Интересно, где они будут жить? По этому поводу очень переживала мама. Сунула ему шерстяные носки и пыталась всучить свитер. В России морозы.
   Штепа даже приблизительно не представлял, где эта Пенза. Сказали, лететь три часа.
   Перед посадкой в аэропорту их строем повели на прививки к стоявшему тут же летающему госпиталю. Американские медсестры сделали по десятку инъекций каждому. Прививали от всякой дряни, начиная с оспы и кончая тифом и холерой. Теперь места уколов начали чесаться. И не поспишь.
   Курить запретили, читать не хотелось. Попробовал написать письмо, не пошло. Перед глазами стояло лицо отца. Он долго держался, но перед самым отъездом его пробило на слезу. Хорошо дядя успокоил домашних. Сказал, что сын у знакомых тоже начинал с ротного переводчика, а теперь служит при главе миротворческой миссии в демократической республике Южный Азербайджан.
   Олесю и самому было кисло. Но в такие минуты он думал о грин карте. Представлял, как сходит с самолета в аэропорту имени Рейгана. Вэлкам Вашингтон. А потом Эл-эй, Большой каньон. Прежде чем устроиться на работу, он поездит по Америке. Благо деньги после армии будут. А может, сначала снимет квартиру в Большом яблоке и облазит все тамошние злачные места. Не решил еще. Но обязательно наделает кучу фотографий и отошлет этой сучке по е-мейлу. Пусть локти кусает.
   Вон Филипок. Ему все нипочем. Сидит, травит анекдоты, изображая перед носом у стюардессы полет беспилотника.
  
   Вот и посадка, в иллюминаторе проплывает унылая совковая коробка аэропорта. Загудели вышедшие шасси, мягкий толчок при касании бетона полосы. Боинг вырулил на одну из немногочисленных стоянок и встал. Пилот по радио поблагодарил всех за полет и пожелал удачи, Подогнали трап. Сержант начал орать, чтобы все отрывали свои задницы от кресел и топали к выходу.
   Здесь уже никаких автобусов нет. Прямо на одной из полос стоит колонна грузовиков в сопровождении нескольких 'Страйкеров'. Похоже, за ними прибыли те, кто высадился тут намного раньше. Лица у них какие-то помятые и испуганные.
   Олесю тоже было немного страшно, но одновременно его охватило необъяснимое возбуждение.
   Весь аэропорт был похож на растревоженный улей. Постоянно садились и взлетали вертолеты, сновали туда-сюда погрузчики, грузовики, MRAP и квадроциклы. Часто заходили на посадку и транспортники. Два 'Апача' вообще постоянно висели в воздухе, прикрывая взлет или посадку очередного самолета. А один раз чуть в стороне от аэродрома пронеслась пара истребителей.
   Их 'Боинг' уже заправляли. Скоро тоже улетит.
   Круто! Какая силища! Вон на краю взлетного поля стоит танк. Кажется, 'Абрамс'. А метрах в ста от него остановился и крутит своей башкой робот-антиснайпер. Штепа такой видел впервые.
  
   Погрузились и доехали до места расположения миротворческого батальона без приключений. Штепу поразили буквально вымершие улицы этого города. Он, конечно, не ждал, что их будут встречать толпы восторженных аборигенов, но вот такое... Дома в частном секторе с наглухо закрытыми ставнями окон, удирающая в переулок собака, брошенный кем-то велосипед и темные витрины магазинов с осколками стекол. И мусор. Очень много мусора. Все это давило, действовало на нервы. Будто вокруг декорации фильма ужасов, где город скосила эпидемия.
   Олесь почесал места уколов.
   Какое-то оживление царило только возле ворот, за которыми виднелось здание, похожее на школу. Это и была бывшая школа, а теперь их база. Кемп 'Спрингс'.
   Здесь неплохо укрепились. Помимо КПП, обложенного со всех сторон мешками с песком, такое же сооружение было на северной стороне школьного двора. На крыше из-за бруствера все из тех же мешков торчал ствол тяжелого пулемета, установленного на станке. И без того высокий забор венчала спираль колючей проволоки.
   Все молча выгрузились из грузовиков, заехавших прямо на школьный стадион, и, подгоняемые сержантами, направились к зданию.
   В коридоре первого этажа тускло горела лампочка, запитанная от генератора, а вот отопления не было вовсе.
   Это же Россия!
   Левое крыло верхнего этажа занимала третья рота венгерского батальона, а правое было свободно.
   Проходя мимо открытых дверей классов, Олесь заметил в нескольких из них парты, сдвинутые в угол. В других стояли койки.
   Им же пока придется довольствоваться спальниками. Воды тоже не было. Питание что ни на есть армейское: на завтрак сухпай, на обед сухпай, на ужин он же.
   Выспаться в эту первую ночь Штепе так и не удалось. Каждый вечер, как только город окутывают сумерки, на обоих берегах Суры начинается беспорядочная стрельба. Как по расписанию. Вот и сейчас все здание погрузилось во тьму, и новички сидели и слушали, как стучит на окраине Пензы пулемет, что-то взрывается в противоположной от аэропорта стороне.
   Каждый раз, когда эта вечерне-ночная канонада, усиливалась, Штепа невольно вздрагивал, и его голова сама непроизвольно втягивалась в плечи.
   Но самое интересное, что еще пару недель все с трудом засыпали под эти автоматные очереди, а потом наоборот, сон стал приходить, только если слышна стрельба. В те редкие спокойные вечера в тишине заснуть было абсолютно невозможно.
  
  
   02.06.2024 г. Пенза.
  
   Утром после завтрака всех переводчиков, а так же еще каких-то спецов из штабной роты и разведвзвода собрал на брифинг у себя в кабинете капитан. Народ, кто как смог, расположился на убогой мебели бывшей учительской, а кому не хватило места, сходили за стульями в один из необжитых классов.
   Штепа посмотрел на Филипка. От вчерашней несерьезности у него не осталось и следа. Гоша сосредоточенно слушал установки и сортировал у себя на планшете полученные файлы. Штепе сказали, что его задействуют в полицейских рейдах по городу и на дежурстве на блокпостах в зоне ответственности миротворческой бригады. В нее помимо укрбата входил четвертый гренадерский батальон королевской морской пехоты Великобритании и венгерский, индонезийский, иракский и заирский батальоны. Помимо этих национальных частей в бригаде служило полно специалистов со всего света. Например, сегодня вместе с утренним конвоем приехала команда поваров из Тайваня. Они суетились и лопотали на своем птичьем, наблюдая за разгрузкой кухонного оборудования.
   Значит, столовая нормальная будет. Вон и столики со стульями понесли. Это радует!
   Вообще прибывшие сюда первыми англичане устроились с комфортом. Они не стали занимать ни здание школы, ни какое-то другое, а установили рядом на пустыре множество металлических модулей, обложенных контейнерами и мешками с землёй. Рядом с ними несколько таких же металлических модулей: склады, туалеты и душ в несколько секций. Туалет - это что-то! Чистота как в операционной, ароматизированный воздух, кондиционер...
   Олесь заглянул в один из модулей. Комната приятно его удивила: две кровати, столик, тумбочки и гренадер, что-то читающий в своем планшете.
   Штепа вспомнил, что на утреннем брифинге ему тоже скинули на планшет памятку о том, как вести себя с местным населением, карту Пензы и еще много всякой инфы об аборигенах: местные кланы и группировки, кого нельзя трогать, а кого поприжать, с кем вообще не церемониться. А еще методичку по взаимодействию с дознавателем. Есть такая должность в миротворческом батальоне.
   Вообще-то, как Штепе объяснили на брифинге, что он сразу должен был начать плотно работать в связке с одним из дознавателей, а не мотаться в рейдах и не торчать на блокпостах, но замену выбывшему недавно специалисту пришлют только через несколько дней. Когда Олесь спросил, куда делся прежний, ему просто ответили, что прежнего дознавателя убили.
   Весело!
   Пока же Штепа подбил еще двоих таких же переводчиков, как и он, которых мельком видел еще на basic training, поработать с этой методичкой.
   А уже через полтора часа ему пришлось применить теорию на практике. Так получилось, что он оказался единственным переводчиком, находящимся поблизости.
   Вот он - твой звездный час, парень!
   Оказалось, в комендатуру миротворческих сил пришла женщина, рассказала, что из окна своего дома видела, как к дому напротив подъехали две черные автомашины, из них вышли семеро с автоматами. Они ворвались в тот дом, было слышно несколько выстрелов. Потом нападавшие вывели четверых, распихали по машинам и уехали.
   Из ее сбивчивого рассказа Олесь понял только это. Можно только посочувствовать переводчику, изучавшему русский в штатах или Англии, окажись он сейчас здесь.
   Штепа начал работать:
   - Этнический состав пропавших или жертв?
   - Какого цвета были машины?
   - Сколько всего было выстрелов?
   - Во что одеты нападавшие?
   - В какую сторону поехали?
   - Где была заявительница в момент нападения?
   - К какой этнической группе она относится?
   После дознания стало ясно, что сама женщина русская, напали на ее соседей, тоже русских. Увезли кавказцы.
   Офицер по связям с общественностью капитан Мэтью Барроуз и полицейский комиссар Клас Иоргенсен просто пожали плечами и обещали разобраться, 'когда это будет возможно'. Тут-то Штепа и вспомнил памятки. Приоритетной была защита малых народов бывшей России, угнетаемых русскими. В том числе уроженцев Северного Кавказа. Естественно, с этой русской теткой никто возиться не будет.
   Но ведь и среди русских есть приличные люди. Здесь же в комендатуре Олесь познакомился с председателем фонда 'Наследие' Павлом Эдгаровичем Левенмахером, который пришел сюда на регистрацию.
   Вежливый, культурный, приятный в общении человек. Сносно владеет английским. От него Штепа узнал много нового о получении гражданства США.
   Оказывается руководящий состав их фонда имеет право на ускоренную процедуру получения этого гражданства. Все очень просто. Иммиграционные офицер принимает каждый понедельник, среду и пятницу. Записался на прием, пришел, прижал руку к сканеру, сканнер считал с наночипа всю инфу (отпечатки пальцев, радужную глаза, ДНК, фото и так далее) и садись заполнять иммиграционные формы N400 и N426. В следующий заход нужно сдавать экзамен на гражданство. Все происходит тут же в иммиграционный офисе. Собирают претендентов в помещении, похожем на обычный класс. Вызывают по одному к иммиграционному офицеру (Левенмахер кстати с ней уже познакомился. Это очаровательная женщина средних лет. Зовут - Стелла Буковски.) Она еще раз проверяет базу данных и задает шесть легких вопросов по истории США. Дальше в течение месяца вызывают на присягу и получение сертификата о натурализации.
   Здорово! Если содействуешь продвижению демократии в стране своего проживания, то за месяц делается то , что другие люди ждут годами. Олесь даже позавидовал Павлу Эдгаровичу.
  
   Что касается утреннего происшествия с этой теткой, немного жаль тех четверых похищенных, но нет худа без добра. Теперь его заметили. Есть небольшой шансик начать продвигаться по служебной лестнице. А это серьезные деньги, ускорение решения вопроса с гражданством, более комфортное жилье и, чем черт не шутит, смена места службы.
  
   Правда эйфория эта в течение нескольких последующих дней сошла на нет. Штепа с ужасом обнаружил, что английский существует в десятках вариантов. От совершенно не воспринимаемого на слух, сыплющегося как из пулемета, ирландского, до проглатывающего половину звуков африканского.
   С американцами было не лучше. Олесь познакомился с одним лейтенантом из Нью-мехико. Так из-за его сильного южного акцента, Штепа иногда не понимал ни слова из того что тот говорил.
   Олесь старался как можно больше общаться с английскими гренадерами, для интенсивной языковой практики, и поменьше с земляками из укрбата.
   Вот и сейчас, после ланча, состоявшего из очередного сухпая, он отказался идти с Филипком смотреть на его железки, а отправился на пустырь, где и впал в ступор от вида шикарных жилых боксов.
   Жаль, долго погостить здесь не удалось, планшет запищал общий сбор.
   На плацу Штепа стоял возле металлического стенда, на котором сквозь ржавчину проступали отдельные буквы какого-то лозунга. Капитан Кэссиди в это время толкал длинную пафосную речь.
   Ох, и любят они выступать! Прямо как комуняки раньше.
   Слава Богу, уже через пятнадцать минут Олесь сидел в 'Хамви' рядом со старшим патруля - лейтенантом Тони Пэришем. Помимо командирского внедорожника в рейд по зоне ответственности их бригады пошли: 'Страйкер' гренадеров, еще один 'Хаммер' с индонезийцами, а впереди пылил УАЗ с недавно созданной русской полицией. У укрбата пока не было своей техники, и поэтому его бойцов развозили по блокпостам на грузовиках других батальонов.
   Смешно, но Украина находится рядом с бывшей Россией, и ту же броню можно было бы привезти по 'железке', а КАМАЗы, 'Уралы' и УАЗы вообще пригнать своим ходом. Но гдеж их взять-то, если отцы-командиры продали давно все налево. Пришлось клянчить у союзников по коалиции. Технику подогнали на пятый день. Грузовики, броневики и джипы. Кругом полнейший бардак и неразбериха. Ставить машины некуда, весь школьный двор ей забит. Загнали машины на пустырь и начали расширять периметр миротворческой базы. Даже несколько боксов и контейнеров пришлось переставить, для чего наняли местных с кранами. Расположившиеся здесь раньше других англичане знали все тарифы, и поэтому расплатились с аборигенами несколькими ящиками еды.
   Одним словом, кто в армии служил, тот в цирке не смеется.
   Но все это будет потом, а пока - рейд.
   Задачи у них у всех простые: контроль обстановки в городе, демонстрация присутствия, собственно патрулирование, изъятие незаконного оружия и вызов инженерной роты в случае обнаружения взрывного устройства или подозрительного предмета.
   Штепу потрясывало от смешанных чувств и эмоций. Было немного страшно, но одновременно интересно. Это его первый самостоятельный case (дело).
   Англичане в камуфляже, бронежилетах, темных очках и шлемах со встроенными в забрало мониторами выглядели персонажами фантастического боевика. Они очень нервничали. В каждом встречном таксисте или мотоциклисте гренадеры видели потенциального подрывника.
   - Внимание на парня справа, - сказал лейтенант стрелку за пулеметом, установленом на турели и включил камеру. Никому здесь не нужны трения с кавказской диаспорой, а парень справа был таксист-кавказец.
   Он, уже собравшийся было свернуть в сторону патруля, быстро дает задний ход, тормозит и машет рукой, чтобы
   продемонстрировать отсутствие злого умысла.
   - Вон тот мальчишка на балконе мне средний палец показал, - пожаловался стрелок. - Сука! Мать вашу! Когда-нибудь я грохну одного из них.
   Что-то ударило по лобовому стеклу.
   - Это было яйцо. - Весело сообщил снизу водитель. И через пару секунд уже обиженно. - Тухлое.
   Легковушки, грузовики, мотоциклы и велосипеды жались к обочине при грозном виде разозленного стрелка головной машины на турели у которой закреплен пулемет и автоматический гранатомет Mark 19, способный давать шестьдесят выстрелов в минуту.
   Еще немного покатались по улицам, заехали по нескольким адресам, указанным информаторами. В одном доме обнаружили целый арсенал, но хозяев там не было. Предупредил кто-то. Зато в одной двенадцатиэтажке в спальном районе задержали лидера русских фашистов. Правда, внешне на оного этот тип не тянул. Щуплый, близорукий... Наверное, на интернет форумах здоровье потерял, борясь за империю.
   - Куда это все подевались? - раздался в наушниках голос командующего миротворческой бригады полковника Шумейкера. - У всех послеобеденный сон?
   - На связи, сэр. - лейтенант отвлекся от монитора, на котором была картинка с камеры спаренной с пулеметом.
   - Спутниковая разведка показывает, что у вас впереди по курсу засада, парни. И фугас.
   - Принято.
   Патруль уже покинул спальный район, миновал частный сектор и двигался по пригородному шоссе.
   На мониторе командира четко обозначились семь красных точек. Это сигналы с наночипов, зашитых в руки повстанцев, которые сосредоточились в густом подлеске справа от шоссе. Handheld Standoff Mine Detection System зафиксировала место расположения фугаса.
   Колонна съехала с шоссе за насыпь. Это позволяло укрыть за ней броню, немного уменьшив этим силуэт БТР и трех внедорожников. За насыпью высадилась и пехота, тут же занявшая позиции и приготовившаяся к бою.
   Олесь не знал, что ему делать и остался в 'Хамви'.
   - Засаду и фугас подтверждаю. - лейтенант обвел стилусом скопище красных точек. - Прошу поддержки с воздуха.
   - Принято. - отозвался Шумейкер. - Птички на старте, позже встречайте саперов.
   Штепа с интересом ждал, что будет дальше. Всю дорогу обратно он фантазировал, как будет переводить допрос лидера экстремистов, которого запихнули в 'Страйкер', и вызов командования вернул Штепу к действительности.
   Вскоре послышался шум винтов, и на цель зашли две Кобры.
   Олесь с ухмылкой наблюдал, как одна, за одной гаснут красные точки.
   Засаду они устроили. Хы! Куда вам, дикарям против цивилизации.
   Через несколько минут все было кончено. Подоспевшие саперы выдвинулись к фугасу, а лейтенант погнал своих людей к месту засады. Но первыми туда рванули русские полицейские, чтобы собрать трофеи, а потом толкнуть их на местном черном рынке.
   Штепа тоже хотел пойти с ними, но лейтенант запретил. Сказал, что допрашивать там уже некого, да и растяжек повстанцы могли наставить.
   Олесь через свой планшет вошел в сеть, загрузил камеру одного из гренадеров и тут же пожалел об этом. Смотреть на тела, растерзанные взрывами и крупнокалиберными пулями, было неприятно.
   Штепа отключился.
   На этой неболшой заминке на загородном шоссе их приключения не закончились.
   Из штаба миротворческих сил пришла информация, что в зоне их ответственности в районе цементного завода группа вооруженных автоматическим оружием людей грабит проезжающие мимо автомобили. Поехали разбираться.
   На развилке возле завода стоял микроавтобус с мигалкой и надписью Милиция на борту. Четыре человека в форме и с автоматами как раз остановили грузовик Газель. Поэтому появление миротворческий патруль застал их врасплох. Злоумышленников разоружили, положили на землю, обыскали и... Оказалось, что это люди из местной областной полиции. Правда, сопровождавшие гренадеров пензенские полицейские никого из коллег лично не знали, но документы у них были в порядке. Насколько могут быть в порядке потрепанные ксерокопии непонятно кем подписанных удостоверений с непонятными печатями. Пришлось удовольствоваться этим, потому что пока в в местной системе документооборота был полный бардак. У миротворцев не было установленных образцов документов, таких как разрешение на ношение оружия от коалиционных сил, или те же полицейских удостоверений. А еще не было ни ориентировок, ни фотографий особо разыскиваемых террористов. Все это только предстояло наладить. А пока лейтенант пожал плечами, вернул командиру полицейских, похожему на бородатого талиба, пачку с документами, и патруль продолжил путь. Возможно, это именно они были теми людьми, что грабили автомобили, но не следить же за каждым местным полицейским. К каждому по солдату коалиции не приставишь.
   Штепа отметил для себя, что и у этих полицейских начальником был кавказец и половина личного состава тоже. Аналогично и у сопровождавшего их пензенского наряда полиции. Русские здесь были на вторых ролях. Говорят, что и у бывшей российской милиции было все точно так же.
   Обратно в город возвращались по основному шоссе. Мёртвые русские в изрешеченных пулями машинах по обочинам. Чуть дальше сожженная коалиционная техника возле шоссе и развороченные русские танки в полях Почти вдоль всей трассы остовы домов. Все это - следы майских, пусть и локальных, но настоящих боев, а так же нападений на беженцев и разборок между мародерами. Тягостное зрелище.
   Поучаствовать в допросе русского фашиста Штепе так и не удалось. С ним работал дознаватель в паре с другим переводчиком. А вечером в целом хороший для Олеся день смазал один странный визит. В кемп 'Спрингс' заявился нахальный мужичок.
   Интересно кто его пропустил?
   Одет мужичок был не так чтобы очень, на плече у него здоровый мешок, на ногах кирзачи. В общем, Олесю он сразу не понравился.
   А мужичок тем временем развил бурную деятельность. Из мешка на белый свет были извлечены: более десятка шапок-ушанок со звездочками, погоны советского образца, значки с советской же символикой, а так же матрешки и прочая подобная хрень. И англичане охотно у мужичка все это покупали, тут же напяливали на себя шапки и фотографировались как в одиночку, так и всей кучей.
   Подошел мужичок и к Штепе, видно приняв его за гренадера. Олесь демонстративно отвернулся.
   Какой-то подозрительный тип. Нужно написать докладную полковнику, пусть его проверят, если еще раз заявится.
Оценка: 5.19*66  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"