Идр Дима: другие произведения.

...и все такое

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Оценка: 7.57*7  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Разные стихи по стилю и содержанию - потому как в разное время написанные, но не плохие. Где-то хлебом отдает, где-то маяк подмигивает... Хотя, давайте сами... В Тенетах номинировалось, но пролетело...)

  
  Пост №1. Пост №2. Пост №3.
  Смотри -
  Он уже рядом, рядом.
  Жил всегда, жил один, без любви -
  Не живи
  Так не надо.
  Надо-ел.
  Сдурел. Вымок.
  Снился мне -
  Снег, снег, снег, снег.
  За стеной без тебя сосед спился
  Вдруг
  Испугался человек рек-орда
  По изъятию в день души из тела.
  Смело -
  Кто там справа (слева!?) -
  Стучит ногою в дубовый желоб?
  Громко, громко. Уши режет.
  Реже, реже, пожалста, реже.
  А ты все без дела, сжева-вши Веру?
  Жаль, еще одна осталась...
  
  ***
  
  Я помню Время.
  Когда-то было много точек, очень много точек.
  Многоточие поставили после темной ночи,
  После белой ночи,
  По всему свету прославили многоточие.
  Да, это было время...
  Я запомню Время:
  Везде незаконченные буквы и твердые знаки,
  Слишком твердые знаки,
  С лишком твердости - мягкие знаки,
  На все согласные буквы.
  Да, вот это время...
  
  Да, вот это время...
  
  
  ***
  
  Дерево-клен, клекота полное,
  Живет на моих губах.
  Ах!
  Ах!
  Птичья поступь,
  Воздухоподобная.
  Воздух не выдержит людей отголоски -
  Терпит.
  Дерево-дуб в саду -
  Вишневом,
  Дерево-ясень играет в прятки.
  Дерева дух крепит.
  Дерева сруб - гроб.
  Птичий дом - воздух.
  Смехом взлетит человек вряд ли,
  Воздушных не зная троп.
  Знавших полет воз-духо-утопленных
  Дерево-трон ждет.
  Дерево-клен, клекотом полное,
  Живет...
  
  ***
  
Ich bin neu
 

 Я здесь был.

 

Вдруг встал и вышел.

 

Так и выжил.

  Я был нов. Вдруг лег и умер -
  Короедам все до фени.
  Я здесь был. Вдруг лег и умер -
  Не от голода, от лени.
  Ах, как хорошо, когда в носу порошок!
  Ах, как приятно, когда во рту мятно!
  Это ничего, что холщовый мешок,
  Главное, стишок получился внятный.
  Я здесь был. Дырявил древо -
  Просто так, без панталыку.
  Я забыл, какую деву
  Втихаря себе заныкал.
  Ах, как не везет мне на красное дерево:
  В сотый раз рожден, чтобы сдохнуть в орешнике.
  Это ничего, что кора не намерена -
  Песни голосят над корой пересмешники.
  Был бы стар - спокойно б принял,
  Был бы млад - стрельнул бы, отдал.
  Пережил - не был бы принят,
  Не дожил - вошел бы в моду.
  Ах, как хорошо, когда набитый мешок!
  Ах, как понятно, отчего во рту мятно!
  Эх, на посошок - за печальный смешок,
  За перепетии и листья в пятнах!
  Ну, все, я пошел за снегом...
  
  ***
  
  Часы зачатия
  
  Я бросаю взгляд на помощь без умысла,
  Я протягиваю руки вместо ног.
  Вам не верится, что все это без умысла,
  Что на вашу музыку не я лег.
  Вам не верится, что небо так доверчиво
  И бросает мне на помощь капли.
  Скоро будет из меня женщина,
  И я тоже вам найду капли.
  Вам не кажется, что ваша участь вызвана
  На свидание в принудительном порядке?
  Вам не верится, что все изменится,
  И у меня все будут в порядке
  очереди.
  А дожди - впереди.
  Вам не верится.
  Вы еще пока у всех впереди.
  
  ***
  
  Урок средней школы
  
  Ручка Шарикова... Шар...
  Шариковая.
  Руками-ногами шаркая,
  Над паркетом взлетаю шарики -
  Еще не собаки, уже не люди.
  Вроде бы связанные, лежа на блюде,
  Обещанием принести веру Люде -
  Милой девушке из буфета,
  Которая не пришла сегодня на работу, -
  А каким-то прообразом уже освобожденные,
  Духами Богоматерными освежеванные, простите, освеженные.
  Об стенку ударил себя кто-то.
  И забились, дух испуская, шарики о потолок.
  Сучка Шарикова, прыгая, клацая зубами,
  Ставит финальную дырку. Простите, точку.
  Нога - в ногу, рука - в ногу, ручка - в строчку.
  Девушка Люда, родив, несет на руках цветок.
  Прямо за вами, под копирку,
  Игнориру-я стирку,
  Качку, камни в почках,
  Речи под руки ведет карандаш.
  В этот раз карандаш
  Будет вести урок.
  
  ***
  
  Школа -
  Средняя, как число.
  Как число моих непрожитых весен -
  Восемь
  Минус (и плюс) бесконечность,
  Как масса критическая секундой до взрыва.
  Колесо песен
  Прошло в ней по моей спине мимо,
  Мне повезло.
  И моя правая (или левая) конечность,
  Одна другим не мешающая,
  Взмыла вверх, вызываясь,
  Взывая, взвывая,
  Меня вызывая к ответу.
  По Горькому парку,
  По сложным узором выложенному паркету
  Пошел налегке, налегке, на тоске -
  К доске.
  В окне отражаясь,
  Не приближая, не приближаясь,
  В уме складывая и умножаясь,
  В своем бесконечном песочном уме,
  Себе на уме.
  И кричали грачи:
  - Вы в уме ли, в уме ли? -
  Кричали врачи, меня вызывая к ответу.
  - Я у мели, у мели. Имел я умом, - отвечал им, -
  - Но ум не со мной, не во мне.
  И вот я еду и еду, и еду, и еду, и еду, и еду, и ем
  Небо
  Лелею,
  На белом каленом влетая (и вылетая)
  В окно коне.
  И - голова набекрень: станция Бытень -
  Одна из точек отсчета моей судьбы
  По дороге из Бересты до Менска или обратно,
  Корень и дерево, зря в которые, зреешь.
  С головой набекрень.
  Бытень ли я?
  Буду я им вряд ли.
  Буду я там вряд ли.
  Лишь смеют нулем сложиться мои губы,
  Когда то, что надо,
  Когда "о" - что надо!
  Лишь смеются, если очки посеешь,
  Учить посмеешь.
  На Бронную гору пешком взбираясь -
  За подвигом ратным,
  Вспоминаю то, чему не учили,
  То, от чего взрослеешь...
  И - просыпаюсь, песком просыпаюсь.
  И - школа средняя, как число.
  Под роспись
  На хранение
  Приняли моих непрожитых весен
  Штук 178.
  Под старинную странную золотом роспись.
  Минус (на плюс)
  Дает не бесконечность, а в себе замыкание.
  Падает с губ (губошлеп!)
  верный ответ, приветствуя друга.
  Время проходит, красное от стыда.
  Осень.
  Мне повезло.
  Жизнь на колесах, не на коленях стоящая,
  Жизнь-супруга,
  Не проси извинения, изъявления, и -
  Изменяй меня!
  
  ***
  
  Моя геометрия
  
  Тесный круг, узкий круг, порочный круг.
  Острый угол, тупой угол, прямой угол.
  Смешной квадрат, корневой квадрат, полный квадрат.
  Равнобедренный треугольник, банальный треугольник, пустой треугольник.
  И еще: овалы всех мастей, прямые различные,
  Дуги и радуги, обломки молний,
  Звезд гирлянды и созвездий сгустки,
  Точки единождые, точки триединые,
  Гордые параллелограммы и бочки.
  Бывает.
  Катеты разные, гипотенузам равные (если не вместе),
  Однобокие треугольники (инвалиды),
  Романтики кружения - параболы и гиперболы (пьяные),
  Потерявшие дорогу точки (издохли),
  Бесконечность на попе (восьмерка)...
  Топором ее расколоть.
  Ну,
  А ты - кто?
  
  ***
  
  Моя география
  
  Широта - 01, долгота - 03.
  21 минута.
  Северное полушарие мозга.
  Промежуток зарезервирован,
  Т.е. находится в резервации и не имеет выхода.
  Полнота - 75 бесполезных ископаемых килограмм.
  Высота - от потолка возможностей спутников и соседей.
  Искомая точка отсчета времени - блуждающая запятая.
  Крепость и t тела совпадают в градусах -
  По 40 каждому для полного счастья.
  Границы живут сами по себе,
  Ежесекундно самосознание расширяя.
  Отчасти голая поверхность,
  Равнины, болота, джунгли -
  Естественный отбор повсеместно.
  Для перехода на меня сообщаю Вам:
  Координаты передайте по рации, и все.
  Честно.
  
  ***
  
  Этот город со мной на короткой ноге.
  Он положил на меня глаз.
  Словно мокрый асфальт, мои глаза,
  А что еще надо, чтобы спустить сверху
  Голодный газ?
  
  Большим прибором впечатляя дерево,
  Тройным перебором обхожу я ночь.
  Этот город меня намерен,
  Как себя разродить, и всеми улицами
  Мои глаза превозмочь.
  
  Он любит запускать в свои люди дым,
  И некоторым образом попадая в свет,
  Этот дым западает в душу
  И сводит траву на нет.
  
  Одни лишь корни живут своей жизнью.
  - Как? - я спрашиваю.
  - Ведь асфальт не пропускает влагу.
  Как-нибудь, чтобы получше стать,
  Я решусь, и рядом с ними лягу.
  
  А пока, шальную руку запуская в карман,
  Я нахожусь у него в гостях.
  А чтобы стало смешно и грустно,
  Как все - принимаю веселящий газ в новостях.
  
  Этот город со мной на хромых ногах,
  Но я наложил на него отпечаток...
  
  ***
  
  1 ¾
  
  Какие вкусные у тебя глазные яблоки...
  Совсем еще зеленые, но такие молодильные.
  Эх, червяк, червяк, чревоточец,
  И ночь моя кормилица двужильная -
  Все-то вы вынесете.
  И самого себя не увидеть.
  Да ладно,
  Коль удается никого не обидеть,
  Коль самому остаться хорошоим
  Можно.
  А луч юпитерный под кожу ввести не сложно.
  Главное, и его вынести.
  Стоп!
  Не говори.
  Не дури.
  Успокойся.
  Положись на койку, но прежде - умойся.
  Руки свяжи и жди.
  Покажи, что это ты там прижал к груди?
  Хвостик от яблока?
  Зачем?
  Никому он не нужен.
  Никто не умеет из хвостика сделать яблоко.
  Только одна Евангелия от Бра до Брея,
  Старого сказочника, однажды севшего в лужу.
  Брадобреи, меня удобрите!
  Брадозлеи, себя угробьте!
  Ох, не говори, я столикий житель
  Злободневной столичной плоти,
  Где на каждое дерево по тысяче глаз,
  Где на каждый глаз по четверти яблока,
  Где без четверти два на часах...
  
  ***
  
  Приглашение на танец
  
  Я - цель своей жизни.
  Дай жизни, если хочешь быть первой.
  Тормоза нужны всем, но часто неясно,
  Зачем они портят нам нервы.
  
  Чтобы выглядеть на все чужие,
  Попробуй пожевать вместо жвачки небо.
  Землю жрать - много ума не надо.
  Доживи, если можешь дожить, без черно-белого хлеба.
  
  Хлоп, хлоп... стреляют стеклянные банки в костре.
  Это ничего, что дышится хреново.
  Кто-то - себе на уме - бросил на ветер слова,
  Но скоро их унесет, и можно будет дышать снова.
  
  Стены моей комнаты оклеены старыми номерами газет.
  По стенам можно определять время суток:
  Если видно объявление о продаже натуральных волос - рассвет,
  Если о продаже крашенных - позднее утро,
  Если буквы сливаются в одну точку - ночь.
  
  Как хорошо, что я не живу здесь.
  Сейчас мне надо уйти, чтобы вернуться потом.
  У меня не было и нет жены,
  Но где-то должна жить моя дочь, -
  Потому что она - земля,
  На которой растут мои песни зеленым кустом,
  
  Она - цепь моей жизни,
  Которая не дает утонуть.
  И вроде бы не из дерева,
  Но тоже обязывает жить-поживать.
  Хочешь все пережить-пережевать моей жизнью?
  Пойдем танцевать.
  Не бойся, ты рискуешь только своими ногами,
  А мне головой, рукою и сердцем придется рискнуть,
  И, скорее всего, не выиграть, а проиграть...
  
  Чтобы выглядеть лучше, чем все чужие,
  Попробуй поплевать на себя через мое плечо.
  Да, не забудь одеть поплавок,
  Чтобы видеть, кто клюет,
  Если кто-то клюнет еще.
  Ну, так как?
  Мы идем танцевать?
  
  ***
  
  Бяка
  
  Я - это буква, а ты?
  Ты не имеешь места.
  Прелесть меня, ты всего лишь частица моей речи.
  Я - буквоед, я словами питаюсь,
  И никакими пытками,
  И никакими пятками
  Не затоптать наше первое место встречи.
  
  Я на ночь съедаю прекрасное слово "пожар".
  А потом всю ночь чужим животом маюсь.
  Какую-то заразу в себя принимаю, как божий дар,
  И спину выпрямить током твоим пытаюсь.
  А мне говорят: - Позвоночник уже давно искривлен,
  И его не исправить.
  Позвоните в другой.
  Ваш диагноз: в слова влюблен.
  Необходимо очистить память.
  
  Я - это ты, а буква?
  Не имеет смысла.
  Тот чайник, что висит у костра -
  Костеровой, в натуре, или кострированный?
  Я за день перевариваю прекрасное слово "костер",
  А мысли о нем в бюро находок зарегистрированы
  Самым законным из всех заоконных браков браком.
  Бряк-бряк-бряк...
  Со-юзом со смаком.
  Ты его буква, а я?...
  
  ***
  
  Раздвоение
  
  Стоять, ать-два!
  Целый век мертворожденных букв,
  Месиво старорежимных букв,
  Скоропостижных мук.
  Только янь - не янь,
  И не я.
  Только инь - не инь,
  И не он.
  
  Это стол, на котором правят.
  Это кто под него упал?
  Самый гон у того, кто знает,
  Кто искал и кого искал.
  Только янь - не янь,
  И не он.
  Только инь - не инь,
  И не я.
  
  Я - чау-чау! Я чау-чау!
  Прыгаю по кустам, не выношу крика.
  Вчера родился,
  Вчера вечером
  Объелся черникой.
  Стоять, ать-два!
  Не выношу.
  Лучше бы я стал землянкой.
  Лучше бы я объелся земляникой!
  
  Ну, давайте же, дайте же, дайте же, дайте свои имена,
  Всем свои имена.
  Каждому имена,
  И не иначе!
  Это бойня мыслей, слов и чувств,
  На которой он моет пол,
  На которой никому не отжалеют меня,
  Не пожалеют меня для моей старой клячи,
  То есть - да моей старой клячи:
  Она больше, чем нет, здесь нужна.
  Только и - не я,
  Только я -не он.
  Только я.
  Только он.
  
  Это свет, на котором нету,
  Это кто на кого упал?
  Пара лет пришла за советом,
  За Любовью и долгой жизнью,
  И тогда я во всю заорал:
  - СТО-ЯТЬ!!! Два.
  
  ***
  
  Согласные гласные
  
  Умер, не поверив в умеренность.
  Мера моей смерти - твоя уверенность.
  Там проявляется сущность сущности.
  Здесь напустили тучек для пущей тучности.
  Это согласные гласные меня убили,
  Это они решили: не "и", а "или".
  И не важно, что я не согласен с таким решением:
  За себя расплатись душой, за стихи - вдохновением.
  Им не важно, что здесь расплодились глухие согласные, -
  Было, в конце концов, соглашенье негласное,
  Но веское соглашение было принято,
  А теперь тебя в понятые берут по моему вылету.
  Я голосовал за твердые звонкие согласные,
  А согласные гласные просил отменить.
  Но сказали: "Должно быть,
  должно быть разное.
  Поэтому можешь во все голоса выть."
  
  ***
  
  Акт соотворения ежиного единобразия
  
  Тысяча глаз в голове колючей -
  Один плачет, другой скребется.
  Сбоку справа, на прежнем месте
  Сердце бьется.
  Побоку его!
  Толстый обрубок в руке зажав,
  Я не испугаюсь головы ежа!
  
  Только-то и всего?
  Какая-то голова?
  
  Снова во рту живут-поживают,
  Добро и зло мне наживают
  Слова.
  
  Со всего размаху - не поленом, так ими -
  По этой самой голове!
  Глаза не жалко, жалко сердце -
  Оно пропадет вовне.
  И масло ему в клапан!
  
  Ага.
  Получил-таки свое удовле-творение
  От, понимаешь, такой-то матери
  Актом сдачи-приемки варения,
  Стих-отворения на матерной скатерти-
  Самобранке...
  
  Мокрые волосы линяют,
  По квартире бродят тапки, по полю - танки.
  Гусеницы, тонко нарезав земли бутерброд,
  Предаются пьянке.
  Предатели!
  Вот.
  Из-за гусеницы показались подозрительно знакомые
  Лапочки. Лапищи. Лапки. Лапы.
  Лысые, лысые!
  Голые головы!
  
  Простой карандаш в руке зажав,
  Я не испугаюсь и лысой головы ежа!
  
  Но
  Пора бы и честь знать, и бесчетие - поровну.
  С белого листа в синюю клеточку -
  Качеством доволен, плачу столько-то -
  Выродил головню.
  Ищу мать для своей деточки,
  Плачу столько-то,
  Каждому - слышите, каждому! -
  Челом долу бью.
  Принимайте участие, говорите, не опасайтесь.
  Со-Отворяйтесь.
  
  ***
  
  Та-блет-ка для облака
  
  - Ну, что случилось? Заболело, что ли?
  - Я умираю.
  - Это приступ. В аптечке есть таблетки.
  Он улыбнулся.
  У него в ладони -
  Две монетки.
  - Меня тошнит, я проглотило бритву.
  - Я знаю.
  - Знаешь, она где-то снизу. В нижайшей части живота.
  Он рассмеялся.
  Он проиграет битву,
  Но проигрышем будет красота.
  
  Да проигравшему прибудет красота!..
  
  ***
  
  Валерианна
  
  Можешь - был я или не был,
  Даже если был и не был -
  Расписаться на снегу золотом,
  И все такое.
  Я, конечно, побегу, но потом, -
  Не скрою.
  
  Десять - хочешь или надо,
  Даже если больно надо -
  Капни капель на бегу за собой,
  И все такое.
  Я, конечно, побегу не с тобой,
  Не скрою.
  
  Летом - был ты или не был,
  Даже если пил и не был -
  Приходили две зимы за одной.
  Там все такие.
  Мы избили тех и тех заодно,
  Но мы - другие.
  
  ***
  
  Её Число
  
  Ангел прилетел - прямиком из Англии.
  На шесток сел, песенку запел.
  То запой у ангела; я стишок знаю,
  Чтобы толстым голосом - не у дел.
  
  Я сижу на небе, ногами махаю,
  Чудным тонким колосом брагу жду.
  Горло сам продрал, связи раздирая,
  На коня позарился поутру.
  
  Только не у конника белые крылышки -
  Он с-китаец матерный по земле.
  В-до-сталь было кровушки, в-от-сталь силушке -
  Все пытал - не выпытал на себе.
  
  Ангел-ангел красочный, приспособленный,
  Ты ль не залетал себе нагишом?
  Мужик-ант подар-очный, звоном сгорбленный,
  Все ползет муравушкой на рожон,
  
  Все играет сам себе, все не думает,
  Всем красу-красуется в ремесле.
  Все о ней поет себе полоумное,
  А она - в себе давно, и я - в ее числе.
  
  Ангел, бледный ангел мой - прямиком из Англии,
  Да куда ж ты сел, что же ты запел?
  То запой у ангела - я его знаю,
  Я недавно сам летал.
  Пролетел.
  
  ***
  
  Я смотрел на Вас, как нА произведение
  Мно-жителей внеземного искусства
  С того конца, где не видно края,
  Где красота убивает чувства.
  
  Я смотрел на Вас, как на счастье,
  Которое на фиг надо.
  Я уже разделен на части
  Главнокомандующим солнечного парада.
  
  Я смотрел на Вас все время,
  Я испытывал в глазах своих вашу нежность
  На сопротивляемость ударам снизу:
  Я не верил в свою неизбежность.
  
  И гудят под крылами моторы,
  Позволяя смотреть на Вас сверху и сбоку.
  Я не помню, как буду скоро,
  Но запомню Ваши цвета ненароком.
  
  Я раскрашу Вас, как произведение
  Собственного сочинения - по памяти тела.
  Начну с того конца, где не видно края,
  И время закрашу белым.
  
  Я смотрю на Вас, как на солнце,
  Которое светит каждому.
  Что ж, меня разделите на счастье
  И оставьте себе самое важное.
  
  Я буду смотреть на Вас! Я буду...
  
  ***
  
  Посчитай, сколько нас было.
  Почитай, сколько уйдет еще.
  Все бежала и бежала,
  и бежала,
  и бежала,
  И вдруг остыла
  Кровь.
  Я был там, когда шел снег.
  Я летал, догнать его пытался.
  Без огней душа набирает скорость,
  И с разбегу
  Разбивается о лобовое стекло.
  
  Позови того, кто может спасти тебя.
  Может быть, придет он вовремя.
  Вряд ли.
  И совсем уж не поможет круг спасательный,
  Такой спасительный.
  Он только тащит на дно.
  А тебе разве уже не все равно?
  
  Я бы сам помог, да вот сил нет.
  В чудеса настала верить пора.
  Без обид, но не я придумал такой ответ.
  Вот и все.
  Скажи мне: "Пока!"
  Я ведь тоже скоро буду там.
  
  ***
  
  Фотокарточка.
  На ней - мои лучшие друзья.
  Их мало, но почему-то их забыть нельзя.
  Почему?
  А кто его знает...
  Они все вместе,
  они все в одном месте,
  А меня это убивает -
  Меня-то там нет.
  
  Зато я могу весь вес своего тела сбросить,
  И все.
  И под навесом в дождь
  Просить не надо будет осень
  Умерить пыл.
  Хотя и в осени есть свой плюс:
  Она убирает пыль,
  И пыль убирается восвояси.
  
  Когда-то все вместе мы ездили ловить карасей и петь про ясень,
  А теперь - все ясно.
  Все с нами ясно.
  Хотя чаще, когда все по одному,
  Все темно.
  Я этого никак не пойму, - ведь не по уму, -
  Но привык давно.
  
  Эх, наztоящие еловые шишки !
  не бояться падать на землю...
  давно пора, да нет топора,
  чтоб спилить их к чертовой матери.
  Почему?
  А кто ж меня знает.
  Потому что дождю внемлю?
  
  ***
  
  Ожидаю-ожинедаю
  
  От моих устоев оторвались привычки,
  Но, оторвавшись, остались в деле.
  Годы улетают и мокнут спички,
  А грязные пятна до сих пор на теле.
  
  Тили-телекамера родила новость
  И смеется на новом месте.
  От моей подмышки оторвалась совесть,
  Место уступила приятной лести.
  
  На обломках черепа повесил кисти
  Спелой рябины, чтобы подсохла.
  Черная смородина и клена листья
  Летят, словно бомбы, и небо сдохло.
  
  Черные, зеленые скатились яблоки
  Пьяною дорожкой в глазниц воронки -
  Самое надежное во мне укрытие,
  Самое устойчивое без неустойки.
  
  Тили-тили-тесто растет за пазухой,
  Ежели чего - оно проснется.
  Грянет по наитию гром-другой,
  И все обратно ко мне вернется.
  
  Может, вы не поняли, кому при-спичило
  И в чем же, собственно, ваша вина?
  Просто за глаза в меня осень ввинчена
  Да вечная во мне гражданская война.
  
  ***
  
  U Kamina (Burana), or Сень
  
  Каменная осень в узком переулке,
  Ломанные руки стаями летят.
  Нолики больные, петельки дверные,
  Крестики стальные в воздухе висят.
  
  Туже, туже, туже тянутся-потянут.
  Эту же забаву скопом ворожа,
  На моих глазах волосы завянут.
  На моих глазах волосы лежат
  
  - Белые, шальные, племени смешного,
  Имени фамильно смешанных кровей.
  Ерничая, осень (ночью, полвторого)
  Лето провожает женщины моей.
  
  Падкие на листья, зелень и зеленку,
  Мы любили вместе лужами лежать.
  Мы летели вместе, а теперь вдогонку
  Сломанные руки бросились метать.
  
  Это с непривычки на лице печали,
  В узком переулке липы-тополя,
  Петельки дверные песни петь устали,
  Стаи улетают - бля-бля-бля...
  
  Каменная осень. Кто ее ваял?
  Родина моя. Женщина моя.
  
  ***
  
  Первомайская демонстрация моды.
  Выключение окон и дверей.
  Хей, уроды! Веселей, ЙехэЙ!
  
  Ехал в подземном доме,
  Гудел, как обычно, весь первый вагон.
  Серым потолком февральским
  Укачало меня, и я увидел сон.
  
  Открылись окна и двери,
  А стены разделись донага.
  "Следующая станция Первомайская..."
  А почему
  Это у вас так дорого?
  Рядом сидела Ртуть.
  Она тоже была возмущена.
  Но, считая себя благородным металлом,
  Не поддержала мои начина-
  ния,
  И выскочила в окно.
  Выскочка.
  Сбежала из градусника, а позволяет себе невесть что!
  
  Тут я проснулся.
  Пошло кино.
  Называлось: "Веточка, косточка и кисточка."
  Главных героев не было.
  Появился режиссер и предложил стать ими.
  - Позвольте, с какой стати? - воскликнул я. -
  С любой.
  И любыми.
  
  Ладно. Отлично. Хорошо.
  Три, два, один. Пшел!
  
  Взлетел, и стукнулся головой о поручень.
  Ох, фиалки поплыли вместо искр...
  - Стоп, стоп, стоп! - закричал пассажир. То есть режиссер.
  - Это ведь обычны двуглавый орел!
  Да, поменять, быстро!
  
  Ах, не нравится?!
  В харю тебе харкну!
  И стой теперь весь с ног до головы.
  Гордо прошел, оттоптав самбу-мамбу
  На синем песке без единой травы.
  
  - Ну, и что это такое?
  Трехгорбый верблюд!?
  Где твое чувство паршивой совести?
  Здесь тебе не тут,
  Здесь снимают кино, а не новости.
  Придумай что-нибудь поскорей,
  А то подъезжаем, и мне уже
  Не удержать дверей.
  
  Вот так вот и стал я обычный дракон,
  Совсем не из сказки, а просто из жизни.
  Все-таки это веселей, чем слон
  Или какой-нибудь там медведь гризли.
  Только вывесил хвост - щекотать шпалы,
  На потолок улегся и приготовился спать,
  Как голос: "Этого мало! Ма-ло! Еще, еще, твою мать!"
  
  - Надо бы фейерверк к выходу, -
  Сказала седьмая голова. -
  Да, - подтвердила 1208 лапа, - ты права.
  
  Все фонари - на меня! глазеют так,
  Что ослепнуть можно.
  Вот вам еще огня,
  Для меня такое не сложно.
  Бац!
  Стукнула косточка по черепу -
  Какая-то собака поджала хвост
  Поезда кисточкой и завыла неуверенно: -
  У-у-у-точка, ве-точка, де-точка, вес-точка,
  У-у-у-запятая, кипяток!!!
  Стоп!
  Бррр!
  Не трясите меня за крыло!
  Чего уставились - крыльев не видели?
  Сколько народу завалило ло-
  Вко.
  Как, уже Первомайская?
  Режиссера не видели?
  Пропустите!
  Не трогал я ваши яйца
  И вам не наступал на ногу!
  О, мадам, вы мне напомнили принцессу,
  Я утащил ее в свой замок,
  Взмок, пока донес.
  А вас не могу.
  
  - Молодой человек!
  Каков нахал! Позер! - послышались голоса.
  Но мне уже не было важно:
  По лестнице вверх шел режиссер!..
  Я чуть было не испугался.
  Стало даже страшно.
  Но - черт с ними! - я актер,
  И вот это действительно важно!
  
  ***
  
  Сказка со счастливым кольцом
  
  Закрывая ушами синие глаза,
  Зеленым побегом протиснулся в двери.
  От кого убегаю? Пока не знаю.
  По правде сказать, просто вам не верю.
  
  А внутри так душно, открыться некому.
  Понимаю всю свою недосказанность.
  Кричу, загораясь: - Але, поехали!
  Но тушат меня, уговаривая: -
  Это каждого обязанность...
  
  Опускаю руки и кепку на нос.
  Сосед возмущается, орет: - Сломали!
  - Да он и так из картона, - жена его призналась.
  А я ее не трогал, чтоб вы знали.
  
  Раздвигая всех в разные стороны,
  Бегут ко мне меня контролеры.
  - Ба! Разделим-ка вас поровну,
  А для начала прикроем шторы.
  
  Что за качка?
  Выходим в море?
  Это что, из-за штор такое случилось?
  Открывая глазами замки синие,
  Сомневаюсь - уж не приснилось ли?
  Но нет, - ведь чувствую боль и веру, -
  Значит, еще приступлю к счету.
  Бежим все вместе! убежать не можем,
  Но тело - одно за другое - предадим полету!
  
  Я пробил насквозь проездной билет.
  Ох, у меня на пальце кольцо золоченое!
  Я так ждал его, что сошел на нет
  И послал на да движение оживленное.
  
  Контролеры, себя контролируйте.
  На двери у водителя висит табличка:
  "Ушел в отставку. Завтра буду".
  Я провожал позавчера его лично.
  
  И все-таки что-то не то.
  И ног нет, и рука пуста.
  И песок в глаза, и во рту песок,
  И продрог, и - темнота. ...
  
  Продрал глаза: распродался весь -
  Ни пальто, ни кепки, ни золота.
  Отцом и сыном дал Богу днесь,
  А дух заморил голодом.
  Но рад: трамвай на боку лежит.
  Могу ведь, когда захочется!
  Все-таки это был не сон.
  Голова болит.
  А что это там полощется?
  Так,
  "Ушел в люди. Завтра буду".
  Ну, будет, будет маяться.
  Пора отсюда,
  А то скоро мусор привезут,
  Да и дорога в город неблизкая,
  Мало ли, что может случиться.
  Вот приснится же!
  Ну, ничего.
  И не такое случается.
  Ну, пошел.
  
  ...И кто бы подумать мог -
  Пусть ненароком, пусть нечаянно:
  Улыбнулось оно, засветилось ему вслед -
  Кольцо трамвайное обручальное...
  
  ***
  
  Размеренно - раз, два, три -
  Молоко на губах облизали, -
  И на чужих, и на своих, и на будущих.
  Глаза команду дали: "Нос утри", -
  И стали голосить, а тут еще -
  Хрясь -
  и фонарь в грязь.
  Обломался.
  Я не выспался, и на кой вам ляд мой сон сдался?
  А ноги идут и идут - домой.
  Они были и там, и тут, когда голова позволяла сама себе уйти -
  В запой.
  Это вам не игра в прятки,
  Когда за себя можно застукаться.
  Это просто мои пятки так убаюкиваются.
  
  Да, я наглый, и совсем не хотел идти провожать девушку эту.
  И ту не хотел, но не было выбора и нету.
  И, наверно, не будет.
  Что ж, с меня не убудет,
  А людям приятно.
  Лист зеленый прилип ко мне
  И гудит, меня на ходу будит.
  Да дойду я, ладно,
  Дойду. Дойду.. Дойду... Дойду.... Дойду.....
  
  ****
  
  (Инок) Мэлыш
  
  Я приду еще.
  Еще придурок я.
  Световод на щит, а под щитом - тщета,
  Но в руках баян,
  И Баюн - мой друг.
  Над-лежит поход,
  Под-лежит доход,
  И во лбу звезда.
  
  То не ты подох
  Да не я грубил, -
  Оком вышел ли, окном о-кинул.
  У-томление,
  Х-томление,
  Z-томление -
  Смешная точка.
  Пустое место, святое зрение.
  Пушком распушено, песком задушено,
  К чертяке послано, и так возвышенно -
  Пером да в спину.
  
  Эх, я приду еще, пока придурок я,
  Пока идиллия,
  Где пока пусто!
  Опять найду тебя...
  Опять найдут меня -
  В кап-кап-кап-устье...
  
  ***
  
  К водопою
  
  Обрываю всевозможные нитки
  И пылинки сдуваю,
  Иду себе в черных ботинках
  И все
  Сам знаю:
  Как можно пропасть
  Да как возможна пропасть по моему ходу,
  Где прожженная власть
  Да где, прожженная, всласть девка пьет воду.
  Я себя обойду,
  Я с любым обойдусь
  Так,
  Чтобы туда дойти.
  Я, по-моему, понял
  За что паду
  И чего заведу в пути.
  Главное, самому не завестись.
  Поэтому -
  
  Обрываю все невозможные нитки
  И пылинки сдуваю.
  Ищу себя в черных ботинках,
  
  И все...
  
Оценка: 7.57*7  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Холодильник.Ru - интернет магазин бытовой техники. Встраиваемая техника.

Новые книги авторов СИ, вышедшие в печать:
В.Проскурин "Звездная сеть", Сборник "На перекрестках фэнтези", Д.Булатникова "Французское наследство", С.Чекмаев "Анафема", Н.Шахова"Смерть умеет улыбаться", Фархай Лэя "Воля и предрешенность", А.Лоскутов "Высшая ценность", A.Гарридо "Акамие"