Иль Анна: другие произведения.

Юдо. Часть первая

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Действие книги разворачивается в наши дни, главные ее героини - три сестры, которые поначалу и не подозревают о том, что они родные сестры, наделенные магической силой, способной побеждать любую нечисть. Девочки живут в разных городах и воспитываются в приютах, но однажды их внезапно переводят в Петербургский интернат, и с этого момента начинается их знакомство друг с другом и с волшебным миром, о котором они и не знали, как и не знали о своих способностях. Они попадают в волшебный город, расположенный на острове-ките и именуемый "Юдо". Юдо объединяет всех, кто готов бороться со злом, защищать людей и привносить добро в людской мир. Для того, чтобы стать полноправными юдами, девочки должны пройти обучение (в связи с чем к каждой из них приставляется волшебник-наставник), а дальше - определенные испытания по борьбе с нечистью. Сестры сталкиваются с опасными приключениями, первой любовью, интригами и загадками. Главная тайна, которую они пытаются разгадать на всем пути до последнего листа повести - как они приобрели магическую силу, кто были их родители? В последних главах они подходят к разгадке тайны своего рождения чуть ближе и выясняют, что их родная мать на самом деле жива, но она в большой опасности... Продолжение следует:) *Данная часть требует корректировки и вычитки. Если вы заметили какие-либо неточности,сообщите:)

   ЮДО
  
   Часть 1
  
  
      -- Новая жизнь
  
   Сегодня был обычный, скучный день, как и сотни других таких дней, которые проживала Маша в детском доме N 15. Она гуляла на спортивной площадке, развлекая себя кувырканием через железные перила и прочими такими трюками - это ей всегда удавалось хорошо. Телосложения Маша была крепкого, спортивного, ростом вышла высокая. Она хоть и была девчонкой, но всем своим видом напоминала мальчика: бесформенные джинсы, черная мальчишеская куртка, короткие, взъерошенные волосы. И, кстати сказать, она просила всех называть ее Маней, так ей было как-то больше по душе.
   -- Слушай, Манька, а тебя че, правда, переводят в какой-то интернат? -- спросил подошедший к ней паренек. Он повис на соседней перекладине и стал раскачиваться вперед-назад, насвистывая какую-то песенку.
   -- Ты ерунду-то не говори, Вов.
   -- Ты че, сама еще не знаешь?! -- Вова спрыгнул на землю и горящими глазами уставился на Маню, которая тоже вперилась в него, вися верх головой.
   -- Мне кто-то из девчонок сказал, что твои документы вроде как уже собирают. Зачем, интересно... ты же нашенская, выросла здесь.
   -- Я ничего про это не знаю. По-моему, кто-то пустил утку или ошибся именем. Или ты меня разыгрываешь?
   -- Мань, это не утка и не шутка, сходи узнай у директрисы, -- серьезно сказал Вова.
   Похоже, Вова говорил правду. Перевернувшись на ноги, Маня стремглав побежала в кабинет директора на второй этаж кирпичного здания, которое и было детдомом N 15.
   -- Анна Тихоновна, это правда, что меня куда-то переводят? -- пулей влетев в кабинет, спросила Маня.
   За рабочим столом сидела маленькая, полноватая женщина с копной каштановых волос, ее маленькие глазки с подстать им маленькими ресничками живо забегали. Отложив ручку, которой она что-то сосредоточенно писала, Анна Тихоновна отыскала в ящике своего стола нужную папку и встала, нервно поправляя бардовый пиджак.
   -- Машенька, как раз сегодня хотела поговорить с тобой об этом. Да, мне действительно поступил приказ о твоем переводе в другое учреждение... Все бумаги уже подписаны, ничего не могу с этим поделать.
   Анна Тихоновна виновато протянула Мане папку.
   -- Ничего не понимаю, -- встряхнула Маня головой и даже не заинтересовалась папкой.
   Новость так ошарашила девочку, что она не знала, что ей сделать в эту секунду: засыпать директора вопросами, выругаться или заплакать, хотя последний вариант был ей несвойственен по жизни. Маня была бойкой девчонкой, слезы не являлись ее спутником, наоборот, она их презирала и если когда и плакала, то в одиночестве, украдкой, чтобы никто не видел, но это случалось крайне редко.
   -- С какой стати я должна куда-то ехать, когда мой дом здесь? Почему моего мнения никто не спросил? Никуда я не поеду.
   -- Могу тебя заверить, интернат там очень хороший, обустроенный, -- попыталась успокоить воспитанницу Анна Тихоновна, но Маня уже хлопнула дверью, не желая знать, куда ее отправляют, и расплакалась. Такого удара даже она, побывавшая во всех детдомовских и уличных драках, не выдержала. Этот ветхий детдом, где не держали компьютеров, а туалет с ванной были общими на два этажа, давно стал для нее родным домом, в котором вместе с ней росли ее близкие друзья, они были даже больше, чем друзья.
   Конечно, в детстве Мане, как и всякому ребенку, хотелось, чтобы у нее появились родители, она с большим ожиданием следила за всеми семейными парами, которые приезжали в детдом выбирать себе детей. Вдруг они сейчас подойдут к ней и заберут в свою семью? Но за все четырнадцать лет так никто и не подошел. Маня свыклась с этой мыслью и перестала ждать родителей. Все равно скоро она станет взрослой и самостоятельной, осталось подождать несколько годков, и родители ей будут уже не нужны.
   Маня вышла на улицу к шагающему навстречу Вове. Увидев ее заплаканные глаза, он прочувствовал всю серьезность ситуации, и ему стало жаль Маню. Он приобнял ее одной рукой и потряс за плечо.
   -- Манька, погоди реветь. Зачем тебя переводят-то? И куда? Может, там очень классно? Может, там тебя богачи удочерят?
   Маня уткнулась носом в Вовину щеку.
   -- Я тебе сейчас врежу, идиот, -- сказала она полушепотом не то серьезно, не то шутя.
  
   ***
   Сидя на заднем сиденье микроавтобуса, Алена смотрела на мелькающую за окном Россию с полями и лесами, потихоньку готовящимися к лету.
   Мысли хрупкой девочки с ангельски красивым личиком и пронзительно голубыми глазами мелькали так же быстро, как природа и дома, которые они проезжали. Она очень переживала по поводу этой поездки. Она боялась ехать в незнакомый город, в незнакомый интернат. Совсем нежданно-негаданно ей пришлось оставить привычную жизнь, которая хоть и не была счастливой, но уже притерпелась за четырнадцать лет. Как теперь сложится ее жизнь? Как ее примут там? Будут издеваться, топтать ногами, показывая кто тут главный? Не будут обращать на нее внимания как будто она неинтересная, никому не нужная вещь? Или новое место - это спасение? Быть может, после всего, что ей пришлось пережить, после всех этих издевательств, судьба сжалилась над ней и дарует хоть капельку счастья? В детском доме ее били не раз. Просто потому что она была самой красивой девочкой. Били ногами по лицу, чтобы изуродовать его, превратить в страшное месиво. Били всем скопищем по очереди и смеялись. Она так и не научилась постоять за себя. Но что, если там все сложится по-другому?..
   Алена продолжала смотреть в окно, но уже не видела ни деревьев, ни деревенских домиков, фантазия рисовала в глазах залитый солнцем двор интерната, где собрались все сироты с добрыми, улыбающимися лицами, они радуются приезду новенькой, они ее ожидали и приготовили теплый прием с подарками, тортом и другой вкуснятиной... Воображение собиралось рисовать счастливые картинки и дальше, но Алена заставила себя вернуться в реальность и вновь отчетливо увидела природу за окном.
   -- Дядь Мить, давайте остановимся перекусить? -- предложила она, чувствуя как живот извещает ее о голоде.
   -- Ты покушай, я не хочу, -- ответил пожилой водитель в старой кепке набекрень. -- Паек-то еще остался?
   Со вчерашних сборов в путь остался компот в термосе, подсоленные сухари и яблоки. Бутерброды они умяли еще в первом часу езды, как отъехали от Петрозаводска. А поздно вечером заехали в придорожную забегаловку, и Алена, не удержавшись от искушения съесть все самое аппетитное и вкусное, истратила все деньги, которые были рассчитаны на дорогу. Теперь нужно было постараться растянуть скудный паек на весь день.
   Затянув в хвостик длинные, светлые от природы волосы, чтобы не мешались, Алена позавтракала.
   -- Я бы только вздремнул чуток, а то всю ночь ехал без остановок, скоро свалюсь.
   -- Ой, дядь Мить, конечно, поспите.
   -- Ну, вот доедем до двенадцати дня, и я похраплю часик.
   Остановившись в полдень в каком-то поселке, дядя Митя откинулся на сиденье и прохрапел все три часа. Алена не посмела тревожить его сон.
  
   ***
   Василину определили в трехместную комнату. Комнатушка была небольшой, но довольно уютной и светлой, окна выходили на солнечную сторону.
   Добрый дедушка Иван Иванович, то ли вахтер, то ли воспитатель, помог донести чемодан, усмехаясь, не кирпичи ли напихала в него Василина.
   Красота девушки была необычной. В бледном лице, контрастирующим с короткими черными волосами и такими же черными глазами присутствовало что-то таинственное. Такая внешность не каждому пришлась бы по вкусу, но все же холодноватая красота Василины невольно притягивала. Девушка казалась отрешенной от мира; она и в самом деле не особо интересовалась современными увлечениями своих сверстников и не заводила друзей, предпочитая иметь в друзьях и советчиках книги, однако с присущей ей при рождении проницательностью она следила за окружающими людьми и за событиями, происходившими рядом, все примечала, анализировала.
   -- Занимай любую кровать и располагайся, -- сказала заглянувшая в комнату старшая воспитательница, лицом походившая на ворону. -- Меня зовут Галина Николаевна, мой кабинет в конце этого коридора. Скоро обед, поэтому переоденься и вымой руки. После обеда расскажу, где у нас что.
   Интернат Василине понравился, с виду он был презентабельный, с хорошим ремонтом и новенькими диванчиками, расставленными по холлу и коридорам, все дети ходили чистые, опрятные, никто, на удивление, не курил за углом.
   Василина распаковала чемодан, вещей в нем было немного, только пара обуви, куртка, кофта, платье на случай похода в кино или театр, шорты, футболка и тапочки. Большую часть чемодана занимали книги, показавшиеся Ивану Ивановичу кирпичами. Василина аккуратно распределила часть книжек на полочке, прибитой над кроватью, которую она сразу приметила себе, остальные книги, не уместившиеся на полочке, сложила стопкой на прикроватной тумбочке. Затем развесила одежду в общем шкафу и, выложив ручки, блокнот и еще кое-какие вещи в тумбочку, отправилась на свой первый обед в новой интернатской жизни.
  

***

   -- О, вот, кажется, и интернат, -- довольно произнес дядя Митя, подъезжая к железным воротам, за которыми стояло белое, четырехэтажное здание, похожее чем-то на школу. Аленино сердечко учащенно забилось в волнении.
   Дядя Митя открыл Алене дверь, которую она сама с трудом могла сдвинуть, и подал руку.
   -- Прошу, мадам, приехали.
   Мадам встала неподвижно у машины, волнуясь как перед экзаменами, и не сошла с места, пока дядя Митя не схватил ее за руку, держа в другой руке два пакета и рюкзак на плече, и не повел в интернат. Когда они шествовали к входной двери, ребята с любопытством наблюдали за ними из окон и переговаривались между собой. Приезд новеньких - это всегда событие. Алена мечтала провалиться сквозь землю.
   На входе их встретил добродушный старичок, представившийся Иваном Ивановичем, и подхватил сумки. Дядя Митя расцеловал Алену, вцепившуюся в него мертвой хваткой и замочившую слезами его рубашку, попрощался с ней и старичком и зашагал обратно к воротам. Много раз он оборачивался назад, к Алене, которая все не хотела заходить внутрь, пока дядя Митя не завел мотор. Высунувшись из окна, он помахал рукой в последний раз.
  
  
   Маня увидела, идущих по коридору дедушку с белокурой девушкой и, таща огромную черную сумку, закинутую на спину, побежала их догонять.
   -- Извините, вы не знаете, где комната номер триста?
   -- Ох, как же я тебя проглядел, -- спохватился старичок и остановился, замешкав: то ли взять у Маши ее большую сумку, отдав рюкзак и пакеты Алене, ведь они вроде не тяжелые, то ли оставить как есть, раз Маня все-таки справляется с ношей. Маня поняла причину замешательства и сказала:
   -- Да я сама донесу, я сильная, а вы, вон, какой хрупкий.
   Иван Иванович и правда был невелик ни в рост, ни в ширь, густая белоснежная борода скрывала подбородок и губы, из-за этого и без того небольшое лицо старичка казалось еще меньше. С такой бородой он был похож на типичного морского капитана или на детского сказочника. Именно детским сказочником-воспитателем он и оказался. Иван Иванович поведал, что работает в соседнем здании, в яслях, воспитывает детишек, а в дневной сонный час и на ночь сочиняет и рассказывает им сказки.
   Раздался звонок на перемену, и дети с громкими криками вывалились из классов. Некоторым не повезло - Маня, шагая к лестнице в конце коридора и поворачиваясь из стороны в сторону, чтобы рассмотреть классы, учителей и ребят, сбивала детей своей большой сумкой.
   -- А ты как незаметно прошмыгнула сюда? -- поинтересовался старичок у Мани, поднимаясь по лестнице.
   -- Я просто с заднего входа зашла, ну то есть, с запасного, -- объяснила Маня. -- Заплутала, когда интернат искала и подошла к зданию не с той стороны, а обходить его было лень.
   Пока Маня увлекательно рассказывала как села не в тот автобус из аэропорта и как ей пришлось идти до интерната одну остановку пешком, Иван Иванович довел девочек до их комнаты на третьем этаже.
   -- Ну, голубушки, дальше сами, -- сказал он, передавая Алене пакеты с рюкзаком. -- Не буду вам мешать, отдыхайте.
   Прежде, чем толкнуть дверь в комнату, Маня и Алена познакомились друг с другом. Войдя в комнату, они обнаружили там их сожительницу, читавшую книжку у окна.
   -- Привет! -- поздоровалась Маня, волоча сумку по полу. -- Как тебя зовут?
   -- Василина, -- ответила девочка, подняв голову от книги.
   -- А меня Маша, но лучше Маня, -- Маня дотащила сумку до выбранной кровати и уселась на нее, оглядывая комнату.
   -- А я Алена, -- тихо произнесла Алена и стала выкладывать вещи из рюкзака на оставшуюся для нее кровать, стоявшую почти у двери.
   -- Ты давно здесь живешь? -- поинтересовалась Маня у Василины.
   -- С сегодняшнего дня, -- ответила Василина.
   -- Опа, какое совпадение! -- обрадовалась Маня.
   -- Хорошо, когда все новенькие, -- сказала Алена уже чуть громче и улыбнулась. Переживания за новые знакомства и за то, как ее воспримут, понемногу стихли, и сейчас она чувствовала себя намного более комфортно, чем полчаса назад.
   -- Вы как раз к ужину успели, -- заметила Василина. -- Здесь с распорядком дня достаточно строго, по крайней мере, меня этим запугала старшая воспитательница.
   -- Надеюсь, что она только запугала, -- отозвалась Маня.
   -- А ты чего такое большое везешь? -- осмелилась спросить Алена, указывая головой на Манину сумку.
   -- Да это соленья-варенья, -- усмехнулась Маня, -- директриса моего детдома заставила привезти в качестве гостинцев для интерната. С Дальнего Востока это везу. Кучу часов на самолете и одна остановка пешком.
   -- А я из Петрозаводска, два дня ехала на машине с детдомовским охранником, -- сказала Алена и разоткровенничалась: -- Дядю Митю знаю всю жизнь, так жалко было расставаться с ним... Он был единственным человеком, который хорошо ко мне относился.
   -- Слушайте, меня тоже заставили ехать! -- пылко сказала Маня. -- И я тоже не понимаю зачем меня нужно было гнать из Владивостока в Питер. Ну и что, что Питер-второй центр России и что условия в этом интернате лучше...
   Алена с Маней заметили, что на Василинином лице появилось странное выражение.
   -- Не поверите, но и мне не объяснили причин перевода, -- задумчиво произнесла она, пожав одним плечом. -- Сказали, собирайся, там тебя ждут. Мне это кажется очень странным...
   -- Значит, так надо, -- заключила Алена, не придумав больше, что сказать. Она обрадовалась тому, что не только одну ее оторвали от детдома, а это значит, что у девочек общая ситуация, которая, возможно, сплотит их, и тогда не надо будет переживать с кем бы подружиться.
   -- В интернате не так уж и плохо, здесь красиво и вкусно кормят, -- отметила Василина и добавила: -- Наверное, мы особенные, если заслужили такие хорошие условия.
   Девочкам ничего не оставалось, как согласиться с этими словами.
  
      -- Кое-что странное
  
   Следующим утром новоприбывших воспитанниц ожидали уроки, начинавшиеся всегда в девять утра. На всех пяти предметах Василина отличилась глубокими познаниями и своей готовностью незамедлительно отвечать на все вопросы учителей, чем, несомненно, вызвала уважение у преподавателей и нелюбовь у одноклассников (отличников всегда почему-то недолюбливают). Но девочка к этому уже давно привыкла и в своей школе, поэтому пропустила мимо сердца, ушей и глаз все насмешки за своей спиной. В конце концов, в спину плюют лучшим, так зачем оборачиваться на тех, кто стоит на месте и от безделья и собственной никчемности тявкает на идущих впереди?
   Маня удивлялась, как можно было так хорошо разбираться в математике и химии, этих ужасных науках, состоящих из непонятных значков и слов? Тем же вопросом задавалась и Алена, которая как и ее короткостриженная соседка по комнате, не дружила с этими и другими предметами, где требовалось что-то считать, решать, чертить, применяя логику. Маня успокоила Алену, заверив, что формулы вряд ли пригодятся ей в жизни.
   Девочки сдружились и на переменках держались вместе, а вот общение с другими одноклассниками как-то не завязалось.
   После уроков в комнату к девочкам заглянул Иван Иванович.
   -- Ну, чего носы повесили? Первый день на новом месте всегда трудный, но ничего, свыкнется! -- жизнеутверждающе сказал старичок.
   -- Да дело не в этом, -- сказала Маня, слизывая варенье с ложки (пару банок с вареньем, которое везла в подарок новому интернату, она без зазрения совести решила оставить себе). -- Просто мы не понимаем зачем нас сюда перевели, нам и у себя жилось неплохо.
   Алена промолчала. Ей не хотелось рассказывать как с ней обращались в ее детдоме.
   -- Здесь условия намного лучше, разве не заметили? -- небрежно произнес Иван Иванович. -- Посмотрите какая замечательная мебель, как оборудованы классы...
   -- Да-да, -- перебила Маня. -- Но все-таки я не догоняю... ПОЧЕМУ нас отправили сюда?!
   -- Пойдемте-ка, я напою вас чаем, -- предложил старичок.
   Девочки отказываться не стали, все равно делать было нечего.
   Иван Иванович привел их в свою комнатушку, скромно располагавшуюся в углу на первом этаже детского корпуса, где находились ясли и проживали дошколята. Комнатка была завалена книжками, преимущественно со сказками и приключенческими историями.
   -- Я и сам сказки пишу! -- похвастался Иван Иванович и сделал таинственный голос. -- Жила-была волшебница и задумала она построить волшебное царство, в котором жили бы только хорошие, добрые и храбрые люди, впрочем не только люди, но и настоящие могущественные волшебники от мала до велика. И было построено такое царство посреди океана, и объединило оно силы добра. Люди, живущие там, стали бороться со злом и помогать тем, кто попал в беду. И стоит это царство на том месте до сих пор. Но не всякому можно туда попасть...
   -- Так все-таки, зачем нас перевели в этот интернат? -- нетерпеливо спросила Маня, не заинтересовавшись сказкой.
   -- Таков был приказ у вышестоящего руководства, -- ответил Иван Иванович, пряча во взгляде какие-то потаенные мысли. Василина готова была биться об заклад, что он что-то скрывает. А раз скрывает, значит, знает ответ на вопрос.
   Старичок засуетился у столика, на котором стоял старенький металлический чайник. Он открыл дверки тумбы - из нее тут же пахнуло сильными пряными ароматами - и достал причудливые мешочки с чаем. Василина заметила, что полки внутри тумбы заставлены разнообразными баночками, скляночками и цветными мешочками с чаями и травами.
   -- А вы не замечали за собой каких-нибудь необычных способностей? -- неожиданно спросил старичок, поставив чайник кипятиться.
   -- Что значит "необычных"? -- поинтересовалась Василина.
   -- А то и значит, -- весело хмыкнул Иван Иванович.
   -- Ну-у, Василина очень умная, -- сказала Маня. -- Это считается? А на Алену все пацаны пялятся, потому что она красивая - это тоже дар!
   Алена смущенно покраснела. Это действительно было так - на нее пялились все интернатские парни, что заставило напрячься местных красавиц. Они совсем не ожидали, что может появиться кто-то красивей их и в первый же день завоевать мужское внимание, не предпринимая при этом совершенно никаких действий вроде кокетливых взглядов и жеманных улыбок.
   -- Это, конечно, все замечательно, но не то, что я ожидал услышать, -- задумчиво протянул Иван Иванович. -- Может быть, вы почувствовали некое сходство между собой?
   Девочки покосились друг на друга, явно не понимая, что хочет услышать от них старичок и зачем вообще он задает такие странные вопросы. С глубоким вздохом Иван Иванович налил всем чаю. Чай оказался невероятно вкусный и ароматный. Напившись чаю, девочки вышли погулять во двор, а Иван Иванович отправился к малышам на воспитательные работы.
   -- Эй, ботаничка! -- заорал их одноклассник Миха и запустил в Василину камешек. Дружки, сидевшие с ним на лавочке, дружно загоготали.
   Маню захлестнула буря негодования. Не страшась ничего, она направилась прямиком к Михе и, не успел тот ничего сказать, как она взяла его за грудки и хорошенько встряхнула.
   -- Еще раз повторится такое, и эти придурки будут собирать твои кишки по всей округе, -- гневно произнесла Маня и толкнула паренька так, что он, перекувыркнувшись через лавку, оказался на пятой точке.
   -- Эй, ты! -- зло воскликнул Жека, крупный рослый парень с выбитым зубом.
   Он подскочил и накинулся на Маню. Завязалась нешуточная драка, в которую включился и Миха. Алена завизжала. Ей было невыносимо страшно смотреть, как мальчишки исколачивают Маню, пустив в ход удары ногами. На шум и визг из разных корпусов выскочили почти одновременно два человека: старшая воспитательница Галина Николаевна и Иван Иванович.
   Старичок взмахнул на ходу рукой, словно дирижер, и драчуны встали как вкопанные, как будто и не было никакой драки. Василине показалось, что в момент взмаха руки вокруг ладони образовалось слабое сияние.
   -- Ты видела это?! -- негромко заговорила Василина взволнованным тоном, обращаясь к Алене, но та была все еще под впечатлением от драки и ничего не ответила.
   -- Что здесь происходит?! -- закричала Галина Николаевна, приблизившись к ребятам.
   -- Она напала на меня и стала избивать, -- жалобно произнес Миха, надеясь на сочувствие Галины Николаевны и на то, что именно Маню после его слов сочтут виновной в драке.
   -- Ничего подобного! -- возмутилась Маня. -- Это они стали меня избивать! Я всего лишь сделала замечание, потому что этот упырь кинул камнем в Василину.
   -- Всего лишь сделала замечание?! Да ты толкнула его так, что он чуть копчик себе не сломал! -- ввязались в разговор два других парня, не участвовавших в драке, но активно болеющих за Миху с Жекой и подбадривающих их словами: "Лупите ее! Бейте ногами! Сильнее!".
   -- И жаль, что не сломал! -- процедила Маня сквозь сжатые зубы.
   -- Это правда, ты кинул камень в Василину? -- спросил Иван Иванович, сердито глядя на Миху.
   Миха насупился и промолчал, опустив голову.
   -- Забыли как хорошо в детской колонии? Соскучились по ней? -- взревела Галина Николаевна, глядя попеременно то на Миху, то на Жеку.
   Парни молчали, бросая злостные взгляды на Маню. Конечно, обратно в колонию они не хотели. Вряд ли бы их упекли туда всего лишь за мелкую драку, но все же Галину Николаевну они побаивались, зная какой у нее скверный характер и такой рот, что палец в него не клади - пустых слов она не бросает, если захочет, то упечет в колонию и за драку.
   Иван Иванович разогнал толпу любопытных ребят, сбежавшихся поглазеть на разборку. Пока они стояли плотным кольцом вокруг эпицентра событий, то и дело раздавался шепот: "Это новенькие! Они попали!".
   Галина Николаевна грозно взглянула на Маню.
   -- Я запру тебя в своей комнате, чтобы ты посидела там без ужина и подумала, хорошо ли поднимать руку на кого бы то ни было.
   -- Она не заслуживает такого наказания! -- вступилась за свою защитницу Василина.
   Она была благодарна Мане за этот поступок, за желание наказать обидчика, она прониклась к ней уважением за смелость и решимость - за нее еще никто так не заступался. Поэтому Василина сочла своим долгом избавить Маню от наказания, убедив воспитательницу в ее невиновности.
   -- Да, Маня толкнула Мишу и это, безусловно, не есть хорошо, но сделала она это из самых добрых чувств ко мне, она просто напросто заступилась за меня. Если бы Маня не подошла к Мише, камни и дальше бы летели в мою сторону. Она и не думала никого избивать - это мальчики налетели на нее, и ей пришлось защищаться. Вот уж кто здесь заслуживает наказания, так это они: обзываются, кидают камни, вдвоем налетают на одну девочку и безжалостно бьют ее ногами.
   Спокойствие и рассудительность Василины возымели эффект. Лицо Галины Николаевны по-прежнему оставалось грозным, но взгляд в сторону Мани чуть смягчился, она не стала ее наказывать.
   -- Михаил и Евгений, а вот вам-то как раз придется остаться без ужина, -- резонно заметил Иван Иванович.
   -- И вымыть всю посуду в столовой, -- добавила Галина Николаевна.
   Мальчики поплелись вслед за воспитательницей. Не оборачиваясь, Миха показал девочкам средний палец. Иван Иванович метнул острый взгляд на выставленный палец и прищурил глаза, не отрываясь от столь неприличного жеста. Неожиданно Миха согнулся пополам, схватившись за живот. Галина Николаевна решила, что он придуривается и хотела схватить его за шиворот, чтобы подтолкнуть вперед, к входной двери, но Миха абсолютно правдиво завыл и сказал, что у него скрутило желудок от резкой боли. Не разгибаясь, он вошел вовнутрь здания.
   Василина внимательно посмотрела на Ивана Ивановича, в глазах которого играли победоносные огоньки, и не без удивления спросила:
   -- Как вы воздействуете на человека?
   -- Что-что? -- закашлялся старичок в кулак, изобразив непонимание.
   Алена с Маней тоже непонимающе посмотрели на Василину.
   -- Вы разняли ребят в драке, даже еще не подойдя к ним. Просто махнули рукой, и они разошлись. А сейчас от одного вашего взгляда у Миши скрутило живот. Как вы это делаете? Я знаю, что существует сила мысли и что есть люди, обладающие экстрасенсорными способностями, но я никогда не встречала таких людей и не видела, как действует сила мысли на практике.
   -- Да, я... хм... кое-что умею, -- неуверенно проговорил Иван Иванович. -- Но боюсь, если я расскажу вам о себе все, вы примите меня за чокнутого и не поверите ни единому моему слову.
   -- Почему же... я ведь уже сказала, что верю в силу мысли и экстрасенсов.
   -- Оставим этот разговор на потом... Я там малышей без присмотра оставил, побегу. Пока, девчушки!
   Иван Иванович заспешил в свой корпус к детям. Мимо прошла компания девчонок, они поглядывали на Маню с нескрываемой злостью. Кто-то сказал что-то приглушенно про ботаничку, кивнув на Василину. Одна из девочек, самая толстенькая и с наглым круглым лицом прикрикнула:
   -- Ты бы лучше не распускала кулаки на чужой территории, тебя ж за это укокошат, дура!
   Маня поняла, что фраза была обращена к ней, но не поняла, то ли это была угроза, то ли дружеское предостережение.
   "Лучше за себя побеспокойся", -- подумала Маня, но вслух произносить не стала, чтобы не нарваться на еще одну неприятность.
  
   3. Чудо-Юдо
  
   С переезда трех девочек в Питер пробежало две недели. Отношения с воспитанниками за это время так и не наладились. Василину обзывали ботаничкой и подшучивали над ней, Маню побаивались за вздорный характер и драчливость, а Алене завидовали за красоту. Да еще и приспешники Михи считали Маню и Василину с Аленой вместе взятых виновными в наказании друзей. По их мнению, именно Маня должна была соскребать присохший жир с тарелок. Ненависть к девочкам подогревалась и тем, что у Ивана Ивановича они находились на особом привилегированном положении. Он называл их душеньками, родненькими, сестрицами и ни от кого не скрывал, что они являются его любимицами.
   Как-то шагая с Василиной по коридору и чувствуя недобрые взгляды за спиной, Маня задумчиво спросила:
   -- Почему нас здесь ненавидят?
   -- Потому что мы попали на чужую территорию, где уже сложились свои отношения и принципы. Мы для них чужаки. Не обращай внимания, это нормально.
   -- Это ни фига не нормально! -- возмутилась Маня. В моем детдоме все было как-то проще и люди были добрее...
   -- Это потому, что ты там выросла и знала всех с детства.
   Василинины объяснения не утешили Маню, а наоборот, дали понять ей, что с этой ситуацией придется смириться и все, что остается - это держать кулаки на готове.
   Однако не все было так уж печально. Несколько раз футбольная команда, в которой играла Маня, побеждала с большим отрывом в очках и именно благодаря Мане. Футболисты из разных классов зауважали ее, и Маня немного расслабилась.
  
   ***
   На переменке в классе и в коридорах было слишком шумно, все галдели, носились друг за другом, кидались скомканными бумажками, и Василина решила выйти во двор, чтобы еще раз перечитать перед литературой отрывок из пьесы Островского "Гроза".
   "... отчего люди не летают как птицы...", -- прочла Василина, и в этот момент какое-то движение в небе отвлекло ее от книги. Она подняла глаза и застыла как статуя: в небе летели, чуть раскачиваясь, три фигурки с раскрытыми зонтиками. Можно было подумать, что зонтики несут их по ветру. Василина зашептала себе под нос: " Может быть, это куклы? Нет, не куклы. Я отчетливо вижу, что это люди! Наверное, это каскадеры. Но как обычные зонтики могли поднять их в воздух? Никаких приспособлений вроде нет".
   Василина окинула взглядом двор, чтобы убедиться, что не одна она видит летящих людей, но никто из детей не глядел в небо. Какой-то парень стоял на крыльце интерната и смотрел задумчиво вверх, засунув руки в карманы, но не было похоже, что он углядел в небе что-то необычное. Рядом с ним топтались кучкой Василинины одноклассницы, поглядывавшие на нее с неприятным хихиканьем. Наверняка смеялись над ее бормотанием вслух.
   Василина вновь устремила глаза к небу, но летящих людей там как не бывало. Прозвенел звонок, заставивший школьников прекратить уличные игры и ринуться в классы. Василина неспешно поднялась с лавочки, продолжая оглядывать небо в поисках трех фигур с зонтиками, и направилась к входу.
   -- У меня закрадываются подозрения, что я схожу с ума, -- изрекла Василина, усаживаясь за парту к Мане.
   -- Неудивительно, -- сказала Маня, отвлекшись от разговора с Аленой, сидевшей на передней парте в пол-оборота. -- Если б я столько читала, я бы уже давно сошла с ума.
   -- Я только что видела летящих по небу людей, -- зашептала Василина, склонившись к подругам.
   -- Не хочу тебя огорчать, но парашюты придумали уже давно.
   -- В том-то и дело, что они летели... на зонтиках.
   -- Ты действительно зачиталась, -- с выражением глубокой скорби Маня похлопала Василину по плечу.
   --Ты уверена, что они летели с помощью зонтиков? -- спросила Алена недоверчиво. -- Может, это и правда были парашюты, похожие на зонтики?
   -- Да, уверена, что они летели, держась за ручки зонтиков. Как в "Мери Поппинс". Ладно, проехали. Я знала, что вы мне не поверите.
   В класс вошла учительница Валерия Аркадиевна и положила конец всем разговорам. Урок литературы оказался для Мани не очень удачным: Валерия Аркадиевна влепила ей две двойки за болтовню (она громко утверждала Василине, что летающих зонтов не бывает) и за непрочитанную пьесу. Но Маня ничуть не расстроилась, хотя и сообщила, что так сильно огорчена двойками, что ей придется всю неделю заедать горе шоколадом.
   Литература закончилась, и поскольку она была последним уроком, восьмой класс вывалился из кабинета с большой радостью. Алена осталась выполнять обязанности дежурной, а Маню оставили для серьезного разговора по поводу ее несносного поведения и успеваемости, вернее неуспеваемости.
   Подойдя к своей комнате, Василина услышала голоса из-за приоткрытой двери и встала вплотную, прислушиваясь к разговору.
   -- Но они еще не подготовлены! -- возразил женский голос.
   -- Я тоже против этой затеи, но приказ есть приказ, -- ответил Иван Иванович, -- я должен отвезти их сейчас.
   -- И я сомневаюсь, что у них есть тот потенциал, о котором мы думали, -- продолжал тот же женский голос. -- Я следила за ними... Несомненно, они способные девочки, но их способности ничем не отличаются от среднестатистических.
   Толпа галдящих воспитанников принесла с собой Маню и Алену.
   -- Ты чего это делаешь? -- удивилась Маня. -- Опять глюки?
   -- В нашей комнате кто-то есть, -- пояснила Василина. Подруги тут же приблизили уши к дверному проему.
   -- Я тоже считаю, что им еще рановато лететь в ... -- раздался голос молодой девушки. -- Они ведь даже не знают ничего о самих себе и о нас. Нужно подождать до осени и за это время провести наставническую работу. Может быть, вскоре их способности и раскроются. Как раз мы постепенно введем девочек в курс дела, а не так вот, с бухты-барахты. Это же будет для них сильным шоком! Многие дети и взрослые, которые попадали к нам, сходили с ума. Думаю, нам всем надо поговорить с Марьей ... .
   -- С какой-какой Марьей? -- зашептала Маня, еще усиленнее прислушиваясь к голосам. Проходившие мимо ученики мешали расслышать некоторые слова.
   Алена с Василиной пожали плечами.
   -- Не нужно ждать осени, -- подал голос молодой мужчина, -- ... не дремлет, скоро лето, скоро они все повылазят и начнут буянить, Марья ... нуждается в помощниках.
   -- Да, это именно та причина, по которой она хочет их увидеть поскорее, -- согласился Иван Иванович. -- Ей не терпится проверить их. Если это те самые девочки, то всем нам невероятно крупно повезло. Если же это не они, то я откушу себе локоть - я так долго искал их, но мог и ошибиться. Еленушка, не переживай, они не сойдут с ума - я им кое-что приготовил для этого.
   Голоса замолчали, старичок кашлянул.
   -- Что происходит? -- полушепотом спросила Маня, отпрянув от двери.
   -- Здесь явно что-то не так, -- сказала Алена, в ее глазах появилось беспокойство.
   -- По-моему, нас снова хотят куда-то отправить, -- произнесла Василина, перебирая в голове услышанный разговор.
   -- Они поджидают нас в своей комнате, чтобы куда-то забрать, так? -- задумчиво сказала Алена. -- Значит, не будем заходить в комнату...
   -- И что?-- Маня развела руками. -- Они нас все равно найдут. Мы же не можем сидеть где-нибудь в кустах круглые сутки.
   Дверь неожиданно открылась, заставив девочек вздрогнуть. На пороге появился Иван Иванович и с нотками волнения произнес:
   -- Голубушки, собирайтесь, через десять минут выезжаем. Жду вас у ворот.
   -- Куда, зачем, для чего? -- потребовала объяснений Маня.
   -- Это секрет, -- слукавил Иван Иванович и направился к лестнице. На полпути он обернулся, неожиданно что-то вспомнив. -- Ах, да, обязательно выпейте чаю, который я для вас приготовил!
   -- Странно все это, -- брякнула Маня, глядя ему в след.
   Когда девочки зашли в комнату, ожидая увидеть там незнакомцев, в ней никого не оказалось... Они объяснили себе это тем, что Иван Иванович разговаривал по громкой связи.
   На каждой тумбочке стояло по чашке чая. Василине сразу вспомнились многочисленные баночки с травами, стоявшими в тумбе у Ивана Ивановича. Отпив чаю, подруги почувствовали приятное ощущение внутри себя. Сразу стало как-то спокойно на душе.
   Десять минут спустя девочки вышли за ворота и сели к старичку в жутко ревущий старенький "Жигуль".
   -- Пристегнитесь, -- требовательно напомнил Иван Иванович, выезжая на главную дорогу.
   -- Это не поможет, -- съехидничала Маня, имея в виду тряску в машине и ощущение того, что она вот-вот развалится.
   Тогда Иван Иванович нажал на какую-то невидимую кнопочку, и девочек резко стянули тугие ремни, приковав их к сиденьям и не дав возможности пошевелиться.
   -- Вот это система! -- удивленно присвистнув, сказала Маня, сидевшая на переднем кресле.
   Иван Иванович как-то странно глянул на нее, подняв густую белую бровь. Взгляд его как будто говорил: "Ехидничай, ехидничай, скоро поймешь, зачем это нужно".
   Они выехали на трассу, ведущую за город. Иван Иванович ехал, набрав самую большую скорость, которую только можно было набрать на "Жигуле". Вскоре девяти и пятиэтажные дома стали редеть, появились старенькие деревянные домики и дачные участки, но и они через некоторое время исчезли из виду. Иван Иванович съехал с дороги и заехал прямо на небольшую поляну, позади которой раскинулся лес. Девочки недоуменно переглянулись. Все это казалось им очень и очень странным.
   -- А сейчас приготовьтесь, девочки, -- предупреждающе скомандовал старичок. -- Набираю скорость.
   Автомобиль неожиданно рванул вперед и, бешено закружившись, поднялся в воздух. Хлопок, и он исчез... Во всяком случае так бы показалось случайному прохожему. В действительности же машина вынырнула где-то в облаках. Девушки перестали пищать и открыли зажмуренные глаза.
   -- Это самый классный сон, который мне когда-либо снился! -- воскликнула Маня, восторженно заглядывая в окно, насколько это позволяли ремни. Под ними проплывали ватные облака и земли с крохотными домиками.
   -- А это не сон, -- улыбнулся Иван Иванович. -- Сейчас у вас захватывает дух и кружится голова, но это пройдет. В чай я капнул вам успокаивающей травяной настойки, чтобы вы не сошли с ума от всего происходящего. Надеюсь, вы его выпили? Добро пожаловать в мой мир!
   Алена пришла в себя и растерянно спросила:
   -- Но как такое возможно?.. Это... это же просто невероятно! Такого не бывает.
   -- В жизни все бывает, -- лукаво усмехнулся старичок. -- Если вам уже не страшно, я ослаблю ремни. Поглядите какая красота внизу.
   Ремни тут же ослабли, девочки смогли более свободно шевелиться и смотреть в окна. Они пролетали над огромным синим-синим морем. Голова кружилась уже не от высоты и страха, а от неописуемой красоты, которая открывалась перед взорами трех девушек.
   -- Куда мы летим? -- трезво спросила Василина, хотя этот полет все еще никак не принимался ее сознанием за реальность.
   -- В Юдо, -- ответил Иван Иванович и пояснил, -- Чудо-Юдо город, но мы называем его просто Юдо.
   Это пояснение как-то не внесло ясности.
   -- Какой еще Чудо-Юдо город? И, главное, зачем? -- всполошилась Маня.
   -- Вот, когда прилетим, тогда и узнаете. А сейчас, внимание, снижаемся!
   Девочки завизжали. Полет на машине был похож на аттракцион, который сначала взлетал в воздух, а потом резко летел или падал вниз, и сердце при этом куда-то ухало. Когда ощущение "Ух!" притупилось, девочки увидели в лобовое стекло большой остров, усыпанный разноцветными домиками, лесами и садами. К острову приближались и от острова отдалялись люди, которые летели, держась за ручки ярких, цветных зонтиков. Одни пролетали мимо машины Ивана Ивановича так близко, что можно было пожать им свободную руку, иные парили маленькими точками где-то высоко в облаках.
   -- Я же вам говорила, что видела в небе людей с зонтиками! -- воскликнула Василина. -- Вот они! Вы видите?
   -- На зонтиках летают в Юдо еще с восемнадцатого века, -- сказал Иван Иванович. -- Не самый удобный способ передвижения, честно вам скажу. Рука вечно затекает, да и ручка зонтика может выскользнуть из ладони, и тогда все, придет тебе хана, разобьешься в лепешку. Поэтому я предпочитаю старый добрый автомобиль. Но правительница нашего города чтит древние традиции и не особо жалует автомобили, говорит, с ними возни много. Так-то оно так. Для того, чтобы машина взлетела в воздух, нужно внедрить в нее особую магию, а ею не все владеют. А вот зонтик легко зарядить магией. С моим "Жигулем" пришлось изрядно повозиться. Но все же зонтик - вещь куда более небезопасная.
   Подлетая к острову, Иван Иванович посигналил и помахал кому-то рукой. И вдруг городок стал подниматься вверх над водой, поднимался все выше и выше, пока не показалась голова огромного кита. Кит приветственно махнул головой, шлепнул хвостом по морю так, что образовалась десятиметровая волна, и вновь спокойно, не торопясь ушел под воду.
   -- Ну, вот и приехали, -- радостно произнес Иван Иванович, заглушив мотор.
   Автомобиль приземлился во дворе высокого, расписанного цветными красками дворца, похожего на древнерусский терем.
   -- Чудо-Юдо город стоит на Чудо-Юдо ките, и здесь происходят чудо-юдо чудеса. -- Пропел старичок и рассмеялся. -- Чего вы такие сурьезные? Выходите.
   Маня встала по стойке "смирно" с открытым от удивления ртом. Примерно с тем же выражением лица была и Алена. Василина же казалась невозмутимой, но это была лишь внешняя невозмутимость, на самом деле внутри нее все трепетало. Как такое может быть? Как машина может лететь по воздуху? Как город может располагаться на ките? Ерунда какая-то... Но это же не сон? Нет, не сон. Это самая натуральная явь.
   Девочки осмотрели двор, дворец и все, что попалось в их поле зрения. Увиденное можно было описать двумя словами: восхитительная красота. Терем был в несколько этажей, деревянный, увенчанный башенками, покрытыми позолотой. К нему вели две лестнички с боков, посередине они соединялись в одну лестницу, которая поднималась наверх, к главному входу с балконом, окаймленным заборчиком. Терем украшали резные узоры, среди которых были причудливые завитушки, петушки, коньки. Во дворе вальяжно расхаживали жар-птицы с огненными крыльями и длинным, пышным хвостом, чьи перья блестели золотом.
   -- Здесь очень красиво! -- восторженно произнесла Алена, глядя по сторонам.
   -- О, вы еще не знаете всех прелестей здешних садов, -- загадочно сказал Иван Иванович и двинулся к Терему. -- Они волшебные, хотя с виду кажутся вполне обычными. Но стоит только войти в какой-нибудь сад, как перед вами распустятся причудливые цветы, с которых будет литься вкусный нектар, на деревьях вырастут необычные фрукты, леденцы и конфетки, а небо станет менять свой цвет каждую минуту. Впрочем, никогда не знаешь, каким окажется сад на сей раз. Сегодня вы увидите молочные реки, а завтра в том же саду выпадет снег, прямо на зеленые растения.
   То, что говорил старичок, казалось невероятным, как, в общем, и тот факт, что девочки попали в волшебный город.
   В десяти шагах от Терема стояла круглая беседка с цветной крышей и плетеными стенами, в беседке пили чай за столом и, как полагается по предназначению, беседовали две девушки и парень. Они помахали Ивану Ивановичу, когда тот поравнялся с беседкой, и с доброжелательным любопытством стали поглядывать на новых гостей.
   Неподалеку располагалась длинная конюшня, откуда изредка раздавалось ржанье и фырканье лошадей. Ржали и фыркали они по разным причинам: то конюшный домовой не вовремя еду им несет, то они повздорят друг с другом, то просто заскучают без раздолья. Домовой-конюх с нехитрым именем Конюш вывел за узду маститого коня, хоть Конюш был мал ростом и едва доставал головенкой до лошадиного живота, а кричал грозно и управлялся с конем умело, тот его покорно слушался. Конюш закинул седло на коня, затянул подпруги ему под брюхом, и ловко вскочив на стремена, уселся сверху.
   -- Нужно тебя раскатать, дружище, а то засиделся в конюшне, -- сказал Конюш и, дернув за поводья, прикрикнул "но-о"!
   Конь радостно вскинул голову и рысью поскакал по двору. Обогнув неспешно двор два раза, конь, взвизгнув под команду домового, рванул галопом за двор, на поле с озером и дальше на дорожку, ведущую в лес. Лесов здесь было много, они сплошной шапкой покрывали остров.
   Иван Иванович привел девочек в Терем. Они попали в богато украшенный холл, устеленный красными коврами. Днем на высоких потолках светило солнце, плавали облака, ночью горели звезды и луна. В холле находилось несколько человек, которые при появлении девочек обернулись и, не скрывая своего любопытства, уставились на них.
   Из соседнего зала вышел русоволосый юноша с легкими кудряшками на голове и женщина в наряде до самого пола с белыми широкими, просторными рукавами, на шею в несколько слоев было накинуто ожерелье, в ушах переливались крупные жемчужные серьги. Ее лицо выражало безмятежное и строгое спокойствие, темно-зеленые глаза пристально вглядывались в девочек, словно пытаясь заглянуть в их души. От красивых глаз женщины отвлекали ярко-красные губы.
   -- Добро пожаловать в Юдо! -- женщина развела руки в стороны, как бы говоря о своем гостеприимстве. -- Я - Марья Царевна, правительница этого города. А это мой верный помощник Андрей.
   Юноша поклонился. В этот момент Иван Иванович шепнул девочкам, что Царевна - это отчество. Алена встретилась глазами с Андреем и поспешно отвела взгляд в сторону. В черных глазах юноши промелькнули любопытство и симпатия, что вызвало в душе Алены некоторое волнение.
   -- Мне нужно вам о многом рассказать, -- произнесла Марья Царевна и повела девочек через залы в свой кабинет.
   Залов в Тереме было много, один зал переходил в другой. Не сказать, что людей в этот час было много, но все же они иногда проходили мимо или сидели, занятые своими делами, или просто отдыхали, читая книжки, хохоча и развлекаясь игрой на фортепиано. По стенам прогуливались не то живые, не то нарисованные кони, скакали зайцы, летали голуби и орлы, росли цветы и деревья. Всюду сновали домовые - маленькие старички с пышными белыми усами и бородками, одетые в рубахи и лапти - они наводили идеальный порядок в Тереме и следили за сохранностью ценных вещей. Домовые были не слугами, а полноправными управляющими, имели главного домового Свидригайло, который устанавливал порядки на всей территории Терема, под его влияние попадали и домовые-конюхи. Все это рассказывала по пути Марья Царевна. Алена слушала ее вполуха, девяносто процентов ее внимания занимал Андрей, шедший впереди. Иногда он оборачивался сказать что-нибудь шутливое или дополнить рассказы Марьи Царевны и при этом украдкой посматривал на Алену.
   Поднявшись в центральную башенку, Марья Царевна впустила гостей в свой просторный кабинет, где у массивного дубового стола застыли три статные фигуры: девушка лет двадцати пяти, парень и немолодая женщина. Василине показалось, что она их где-то уже видела.
   Марья Царевна обратилась к девочкам:
   -- Сегодня вы переночуете здесь, за интернат не переживайте, вас не станут искать, Иван Иванович уже договорился обо всем.
   -- Да-да, -- закивал старичок, -- я сказал, что повез вас якобы к вашей тетке.
   -- Я хочу поведать вам о нашем городе, -- начала Марья Царевна. -- Юдо - это город, в котором живут и воспитываются все, кто готовы и хотят бороться со злом. В мире много зла и кто-то должен ему противостоять... С этой целью мной и был создан Юдо. Наши жители называются юды, но не путайте с болгарскими русалками.
   Марья Царевна слегка кивнула в сторону дубового стола. Девочки переключили внимание на эти три фигуры. Девушка с пшенично-золотой косой, доходившей до пояса, излучала какую-то невероятной силы красоту, ее большие зеленые глаза горели теплым светом. Алене даже показалось, что она окутана сиянием, похожим на солнечное. Молодой человек представлял собой типичный славянский тип: светлые, немного курчавые волосы, простодушное лицо с мощными скулами и широким лбом. Одежда на нем была простая: что-то наподобие белой рубахи, которая скрывала сильные руки, и свободные штаны из белого хлопка. Возраст женщины было трудно определить, она выглядела одновременно и зрело, и моложаво. В ее темных глазах, как подумалось Василине, отражалась вся мудрость мира, никогда она не встречала таких спокойных и таких умных глаз.
   Старичок шепотом пояснил девочкам, что они являются потомками настоящих Василисы Премудрой, Елены Прекрасной и Ильи Муромца и носят их фамилии.
   -- Убийства, пропажи и похищения людей-все это проделки злых сил, которые нередко принимает человеческое обличье, -- продолжила Марья Царевна. -- Наша задача - выследить зло и истребить или хотя бы максимально обезопасить человека. Но для того, чтобы бороться со злом, вы должны сначала кое-чему научиться. Для этого и нужны учителя и наставники. У каждого, кто живет в Юдо, есть свой наставник. Наставник - это не просто учитель. Он не просто говорит: "Делай так и так". Он в первую очередь друг, он дает советы, он направляет, он помогает раскрыть дремлющие способности. Многие юды узнавали о своих скрытых способностях именно благодаря наставникам. -- Марья Царевна окинула девочек проницательным взглядом и вновь заговорила. -- Вы не просто так оказались в Юде... Я попросила Ивана Ивановича разыскать вас. В каждой из вас живет огромная сила. Сила добра. Вы призваны помогать людям и приносить счастье. В этом и заключается самое настоящее волшебство. Сегодня для вас все сказка: летающие машины, жар-птицы, домовые. Все это кажется невероятным. Но уже завтра сказка станет для вас реальностью. Если... если вы захотите остаться в этой сказке, конечно...
   -- Когда я разыскал вас, мне пришлось немного последить за вами, -- признался Иван Иванович и, кажется, ему было неловко об этом говорить. -- Вы были очень мужественны, стойко принимали удары судьбы, помогали людям, которые нуждались в помощи, хотя не всех их вы знали лично, никогда не бросали друзей в беде. Многие ваши поступки и помыслы заслуживают большой похвалы.
   -- А ничего, что однажды я мучила кошку? -- без чувства стыда спросила Маня.
   -- Главное не то, что ты делала в пять лет, когда большинство поступков были еще не совсем осознанны, а то, какой ты стала сейчас, какой путь выбрала будучи взрослой девочкой, -- спокойно рассудила Марья Царевна.
   -- А мы... мы, что, волшебницы?.. --- робко предположила Алена.
   Марья Царевна переглянулась с учителями.
   -- Нет... в том-то и дело, что нет. Но у вас есть некоторый потенциал и я думаю, что когда-нибудь он раскроется... И в этом, я надеюсь, вам помогут наставники.
   Марья Царевна предоставила слово учителям. Первой представилась женщина.
   -- Василиса Вахрамеевна. С Василиной я буду заниматься всем, что связано с логикой и мыщлением, так как именно в разуме заключается ее главная особенность.
   Василине показалось, что она уже где-то слышала этот голос.
   Следующим заговорил юноша.
   -- Меня зовут Илья, можно без отчества... просто Илья. Маня, я обучу тебя всему, что связано с физической культурой, спортом и боевыми искусствами. А так же буду проводить общие тренировки для всех вас, так как это необходимо для поддержания боевого духа и хорошей физической формы. Знаете, в нашем мире приходится частенько и побегать, и попрыгать, и даже подраться.
   Василине снова показалось, что и голос Ильи ей знаком.
   -- Боевые искусства? -- изумилась Маня и тут же обрадовалась. -- Блеск! Всегда хотела овладеть чем-нибудь таким, чтобы с одного маха сдачу давать.
   -- Ну а я твоя наставница, Алена, -- мягким голоском сказала девушка. -- Я - Елена. Может быть, ты сама еще об этом не знаешь, но главная твоя сила в красоте. Я научу тебя всем женским штучкам так, что тебе не составит труда одним взмахом ресниц положить целое войско.
   Елена мило улыбнулась Алене и та ответила стеснительной улыбкой.
   -- Прекрасно, -- сказала Марья Царевна, слегка улыбнувшись, -- теперь Андрей отведет вас в ваши комнаты. День выдался непростой, вам следует лечь пораньше.
   Марья Царевна, Иван Иванович и наставники удалились. И только сейчас Василина поняла, что эти трое учителей и были теми фигурами, которые летели на зонтиках к интернату. И это их голоса звучали тогда в комнате подруг.
   Андрей приблизился к девочкам и, видя, что они все еще напряжены и стеснительны, загреб их в объятья.
   -- Расслабьтесь, девчонки! -- бодро сказал он, сильнее всех сжимая Алену. -- Этот мир прекрасен и удивителен! Я проведу для вас по Терему небольшую экскурсию.
   Андрей, а вместе с ним и девочки, спустился из башенки на этаж, являвшийся последним. Комнаты здесь располагались по кругу. В узеньком закругленном коридоре стояли красные двухместные диванчики, на два тона светлее алых бархатных обоев. В эту минуту по коридору прохаживался высокий мужчина с бородкой.
   -- Здесь живут учителя, министры и я. Но особо выдающиеся учителя обитают в двух крайних башенках, откуда, кстати, наблюдают за всем островом в качестве стражей порядка. Спальня Марьи Царевны находится в главной башне, где вы только что были. Но на самом деле туда просто так не попасть. Имею в виду, что непрошенных гостей она не жалует, зайти к ней можно только по ее личному приглашению. Марья Царевна очень часто отлучается по делам, иногда ее не бывает днями, а иногда и месяцами. Поэтому башня - единственное место, где она может отдохнуть в одиночестве и восстановить силы. Все другие воспитанники живут в домах, разброшенных по Юду. Вы наверняка их уже видели.
   -- По стенам этого этажа не бегают животные, -- заметила Василина.
   -- Еще как бегают! -- заверил ее Андрей и погладил птичку, нарисованную золотистыми красками на обоях. Птичка вмиг ожила и полетела по коридору, клюнув мужчину в лысину.
   -- Андрей! -- укоризненно сказал мужчина, обернувшись и поглаживая лысину. -- Что за детские забавы!
   -- Простите, Николай Константинович! Забавляю новеньких.
   Андрей повел девочек на следующий этаж, рассказывая по пути:
   -- В юды может попасть как обычный человек, так и волшебник или человек с необычными способностями. Со злом может бороться любой, если он знает как и если верит в спасительную силу добра и удачи.
   -- То есть, получается, сюда может попасть абсолютно каждый? -- спросила Василина, сойдя с последней ступеньки. Похоже, даром речи обладала только она, подруги молча вертели головами по сторонам.
   -- Не совсем... лишь тот, кто действительно имеет практическую ценность для Юдо, кто прошел определенные испытания. Ведь нам важно, чтобы человек не сдался перед первой же трудностью, чтобы он не сошел с ума от перенасыщенности событий и чтобы имел силы доводить дело до конца. А такое у нас часто бывало: у человека сдавали нервы и он все бросал. Не каждый может справиться со своим страхом перед опасностью, не каждый может взять себя в руки и прийти кому-то на помощь.
   Этот этаж, второй по счету, был прямым и довольно длинным.
   -- Здесь находятся самые интересные комнаты, -- сказал Андрей, подойдя к закругленной двери, доходившей почти до потолка. Вдоль длинной стены располагались еще три таких двери, которые, казалось, что предназначены для трехметровых людей. По противоположной стене шли высокие окна в ряд.
   -- Это Министерство Успеха, Министерство Богатства, Министерство Здоровья, Министерство Любви, -- перечислил Андрей и принялся пояснять. -- Каждый день в министерства поступают миллионы запросов. Кто-то мечтает о богатстве, кто-то молится о здоровье или хочет преуспеть в делах. И министерства позволяют обрести желаемое. Но! Чтобы заполучить свою мечту надо, образно выражаясь, достучаться до министров. Проще говоря, чтобы министры услышали просьбу, нужно очень и очень сильно хотеть чего-то. Но мало одного желания, министры проверяют человека на поступки и помыслы. Если он изо всех сил старается ради своей мечты и при этом его помыслы добры и чисты, то министерство посылает ему щепотку удачи.
   -- Щепотку удачи? -- переспросила изумленная Алена.
   -- Да, -- кивнул Андрей. -- Это волшебный порошок, который действует таким образом, что человек становится удачливым и в скором времени получает желаемое. Этот порошок разносят посыльные ребята, которые еще слишком юны для более серьезных и опасных заданий.
   Андрей открыл дверь Министерства Любви и позволил девочкам заглянуть внутрь. В большом зале стояли три котлована, наполненные чем-то похожим на белую сахарную пудру, только в отличие от настоящей эта пудра радужно блестела и переливалась. К котлованам то и дело подходили мальчики и девочки десяти-четырнадцати лет и, зачерпывая пудру маленькой ложечкой, насыпали ее в мешочек, потом надевали огромные безразмерные красные сапоги и, делая шаг вперед, испарялись в воздухе. Другие, наоборот, появлялись в зале, словно из ниоткуда, снимали сапоги, отчитывались перед министрами, сидевшими за длинными столами по обоим концам зала, затем шли черпать песок, снова надевали сапоги и исчезали.
   Все министры имели крайне серьезный и сосредоточенный вид. Невозможно было и вообразить, что с такими лицами они занимаются любовными делами. Министры беспрерывно что-то поспешно записывали на длинные бумажные свитки, у которых, казалось, не было конца и края. Андрей пояснил, что так они мысленно ловят пожелания людей и записывают их данные: имена, фамилии, местонахождение. Затем по этим спискам отсылают ребят, чтобы те проверили заслужил ли человек исполнение своего желания. Если министерство дает добро, сапоги-скороходы снова переносят посыльного к тому человеку и он, невидимкой, сдувает на него порошок. И волшебство начинает действовать: человек обретает радость, здоровье, успех, деньги.
   -- А откуда берется этот порошок? -- с любопытством спросила Василина. (Вряд ли ее вопросы когда-нибудь бы кончились).
   -- О, этой тайны не знаю даже я, -- пожал плечами Андрей.
   Им повстречался слепой старичок, медленно ковылявший с помощью трости.
   -- О, а вот он - наша большая находка, -- зашептал Андрей, приостановившись. -- Это волхв, Емельян Демьянович. Знаете, кто такие волхвы?
   -- Мудрецы, прорицатели, чародеи, -- не раздумывая, перечислила Василина. -- Пользовались большим влиянием в древности, потому как обладали тайными знаниями и предсказывали будущее.
   -- Все верно, -- кивнул Андрей и зашагал дальше. -- К Демьяну Николаевичу все ходят за советами и предсказаниями. Он очень мудр, правда говорит всегда загадками. А еще он чувствует приближение нечисти. Юдо может подвергаться нападениям. Так вот Демьян Николаевич чует врагов за версту.
   -- То есть здесь находиться опасно? -- испуганно спросила Алена.
   -- Гораздо безопаснее, чем в любом обычном городе. В городе вы не застрахованы от нападений бандитов, а Юдо обладает магической защитой благодаря сильным заклинаниям Марьи Царевны, это что-то вроде невидимого купола. И, кроме того, под водой на страже стоят тридцать три богатыря, которые в случае чего выходят из воды и пускаются в бой.
   Андрей увидел напуганные глаза девочек и засмеялся:
   -- Не бойтесь, последний раз нападение на Юдо случилось очень давно, когда с нами еще не было Демьяна Николаевича, заранее предупреждающего об опасности, и когда у Юдо не было сильной защиты. Формулу защиты Марья Царевна вывела только недавно.
   -- А сколько существует Юдо? -- поинтересовалась Василина.
   -- Десятки столетий.
   Алена ошарашено выпучила глаза.
   -- Если Юдо основала Марья Царевна, то выходит, что ей... уже очень много лет?..
   -- Да, но о возрасте женщины спрашивать неприлично, поэтому я не буду уточнять, -- уклонился от ответа Андрей.
   -- Хотите сказать, что ей лет пятьсот? -- сильно изумилась Маня. -- Так не бывает!
   -- Мань, тебе не кажется, что в волшебном мире может быть все? -- заметила Василина. -- И это все не поддается разумному объяснению...
   -- Нам остается только надеяться, что мы не сошли с ума, -- сказала Маня, покосившись на смеющегося Андрея.
  
   Они спустились на первый этаж. Кивнув в сторону высокой девушки в простенькой серенькой кофте и джинсах, которая резко остановилась у окна и схватилась за голову, Андрей сказал:
   -- Анка видит будущее, но она еще не научилась управлять своими видениями, не может вызывать их по надобности. Видения всегда сопровождаются у нее дикой головной болью.
   Пройдя немного дальше, Андрей указал на стройного парня в черной футболке, стоявшего в компании друзей.
   -- Видите того парня? Это Михаил. Он очень быстро бегает, может обогнать любую машину и убежать от кого угодно. А вот Никита, -- сказал Андрей, оглянувшись на прошедшего мимо мальчика лет двенадцати. -- Он понимает язык даже самых примитивных животных. Никита обладает уникальным даром подчинять их себе, они слушаются его с первого слова.
   -- А разве здесь животные не разговаривают человеческим языком? -- спросила Василина.
   -- Не все. Например, в конюшне живут обыкновенные лошади за исключением трех златогривых коней, обладающих невероятной быстротой и силой, и конька Горбунка. Если птица заговорила с вами, значит она или магическое существо, получеловек-полузверь, или вы понимаете птичий язык.
   Проходя мимо зала с длинным столом, Андрей указал на него головой:
   -- Здесь заседает Совет Учителей. В Юде много учителей. К каждому новичку приставляется свой наставник. Совет решает брать в Юдо этого человека или нет, через какое время давать ему задание, какое задание и все в таком духе.
   Этот зал был обставлен строгой мебелью, ничего лишнего и вычурного.
   Андрей закончил экскурсию по Терему и расселил девочек по комнатам, находившимся на последнем этаже, где жили учителя. Последней в расселении оказалась Алена.
   -- Если что-то понадобится, вызови домового, -- сказал Андрей и щелкнул пальцами. -- Щелкни вот так и тот домовой, который свободен и находится к тебе ближе всех, тут же прибежит.
   -- Но как он услышит щелчок пальцев? -- удивилась Алена.
   -- Не волнуйся, у домовых острый слух, они обучены этому знаку, -- улыбнулся Андрей.
   Горя желанием остаться с Аленой еще на чуток и ища хоть какую-нибудь тему для разговоров, Андрей стал говорить что-то про волшебную зубную пасту, которая лежит в столе под зеркалом. Пока он говорил про ее удивительные отбеливающие свойства, Алена огляделась. Ба! Да это настоящие королевские хоромы! У стены величественно стояла большая кровать с балдахином, устеленная белоснежным шелком и подушечками с серебряными тесемками, с навеса спускались полупрозрачные, легкие ткани, придающие кровати некую таинственность. В позолоченные стены были вделаны драгоценные камни. Такого блеска и изящества девушка никогда еще не встречала, даже самые далекие мечты не рисовали в ее воображении подобное роскошество. Алена побоялась притронуться к чему бы то ни было - все представлялось слишком дорогим и ценным, она не могла даже присесть на краешек кровати, опасаясь помять шелковые простыни.
   Алена очнулась, когда Андрей уже в третий раз повторял какая она красивая.
   -- Никогда не встречал таких красивых девушек, -- произнес Андрей, переминая пальцы. От того харизматичного и уверенного в себе Андрея, который встретил подруг в холе Терема осталась только внешность, а сам он превратился в стеснительного паренька.
   Алена смущенно потупила взор. Она хоть и осознавала степень своей красоты, но вниманием не была избалована и каждый раз смущалась даже при самом крошечном комплименте.
   -- Я... м-м... пойду уже, наверное, -- сказал он, с надеждой глядя на Алену. Видимо, ожидал, что она заметит эту надежду и предложит остаться поболтать. Но Алена так стеснялась его, что и слов никаких не могла подобрать.
   -- М-м... -- промычала она и от своего глупого мычания еще больше сконфузилась.
   -- Ну, я пошел...
   Андрей еще с минуту потоптался у двери и, наконец, вышел в коридор. Он вздохнул, запустил руки в свои курчавые волосы, снова вздохнул и исчез в воздухе.
   Вдоволь налюбовавшись королевскими палатами, девочки собрались в Василининой комнате поделиться теми невероятными впечатлениями, захлестнувшими их, и обсудить невероятные события невероятного дня.
   -- Странно как-то... -- произнесла Алена, -- как будто это не со мной происходит... как будто я в полусне, но в то же время я ощущаю себя и осознаю все, что происходит вокруг...
   -- А я верю во все это, -- неожиданно для всех и для самой себя сказала Василина. -- В мире много загадок и мест, где еще не бывал человек. Что если это не сон и даже не волшебство, а просто другая реальность? Мне здесь нравится, дух захватывает... не хотелось бы просыпаться.
   -- А что, если мы просто того? Ну, рехнулись. -- предположила Маня, взяв с серебряной тарелочки ярко-зеленое яблоко. -- Ну, знаете, переезд в интернат - это все-таки стрессовая ситуация, на ее фоне мог произойти сдвиг... Может быть, это не волшебный город, а психушка и нам все это только кажется.
   -- Сдвиг коллективно не происходит, -- возразила Василина.
   -- Почему это, -- упорствовала Маня, громко жуя яблоко, -- если все в одинаковых условиях и имеют неустойчивую психику, то вполне все разом могут сойти с ума. Василин, ты просто книг своих начиталась и веришь в чудеса, а я мыслю рационально.
   -- Мань, ты меня поражаешь, -- покачала головой Василина.
   -- Ладно, девочки, не спорьте, -- подала голос Алена. -- Мы здесь и это так. Каким бы ни был этот мир - волшебным, не настоящим, загробным - теперь мы в нем живем.
   Дверь в комнату открылась, и в нее вошел домовой, неся поднос с тремя белоснежными фарфоровыми чашечками. Домового звали Кефир. Забавная кличка досталась ему по той причине, что первый день его пребывания в Тереме ознаменовался пролитым на Марью Царевну кефиром.
   -- Ваш чай, -- услужливо сказал он, подходя к каждой из девочек. -- Обладает успокаивающим действием. Выпейте до дна и все ваши переживания и сомнения улягутся вместе с вами спать.
   Не зная как вести себя с этим существом, Маня лишь хихикнула, Алена беззвучно произнесла "Спасибо", а Василина изобразила что-то вроде благодарственного поклона. Добросовестно выпив весь чай, девочки разошлись по комнатам и почти мгновенно отключились...
  
   4. Ночной кошмар и утренний шок
  
   Ночью Маню что-то потревожило и разбудило. Она всегда спала чутко и даже сейчас, когда она так быстро уснула, перенасытившись ощущениями от последних событий, ее слух выхватывал сквозь сон малейшие шорохи.
   Маня открыла глаза и, дернувшись, закричала в страшном испуге: перед ней стояла безобразная, горбатая старуха, одетая в грязные лохмотья, и зло улыбалась беззубым ртом. Старуха схватила девочку за майку своими костлявыми, но сильными руками и одним рывком стащила на пол. Маня попыталась пнуть старуху, но та резво отскочила. Как только девочка поднялась с пола, старуха стала кидать в нее увесистые камни, которые неизвестно откуда появлялись в ее руках. Только Маня пыталась взять брошенный в нее камень, чтобы ответить старухе тем же, как он тут же исчезал.
   Маня кинулась к двери, и в этот самый момент старуха запустила ей в голову булыжник. Девочка инстинктивно приложила ладонь к затылку, пальцы нащупали что-то жидкое и липкое. Она глянула на руку - это была кровь. Вдруг ее охватила сильнейшая слабость, кровь отхлынула от лица, ноги подкосились, и Маня сползла по двери под хриплое посмеивание старухи.
  
   ***
   Алену разбудил Манин крик. Она присела на кровати и прислушалась: за стеной раздавались шум и возня, кто-то громыхал и хохотал противным голосом.
   "Что-то не похоже это на веселье", -- подумалось Алене и она босиком подбежала к двери... А за дверью ее уже ждала та самая старуха. Она расхохоталась, сверкнув черными глазами, оттолкнула Алену на середину комнаты и взмахнула руками. В один миг позади девушки образовалось огненное пламя. Алена с ужасом и отчаянием смотрела на огонь, пожиравший мебель. Она оглянулась. Старуха исчезла. Огонь перекрыл доступ к окнам и двери и теперь медленно подкрадывался к Алене.
   "Хоть бы это был сон", -- взмолилась она.
   Когда старуха устроила пожар в Алениной комнате, Маня, очнувшись от обморока, обессиленная, с синяками и кровоподтеками, усыпанными по всему лицу и телу, уже добралась до Василины. Подруга крепко и безмятежно спала.
   -- Василина! -- закричала Маня, -- Василина, проснись!
   Не успела Василина проснуться, как у ее кровати возникла старуха. Собрав последние силы, Маня кинулась на нее. Тут и проснулась, наконец, Василина.
   -- Беги скорее, зови на помощь! -- крикнула ей Маня, вцепившись из последних сил в лицо старухи. -- Она нас всех убьет. Придумай что-нибудь!
   Василина тряхнула головой, отгоняя остатки сна и собирая мысли воедино, и кинулась в коридор, постепенно заполняющийся дымом и запахом гари. По Алениным крикам она догадалась, что пожар возник в ее комнате. Сейчас все зависело от нее, от ее смекалки, от быстрого и верного решения. Алена в огненном тупике, Маня сражается со старухой, пока достучишься до учителей, будет уже поздно... Что же делать?!
   Василина подбежала к Алениной комнате и рывком распахнула дверь, огонь горячо дыхнул ей в лицо, подпалив волосы.
   -- Алена, нужно заманить старуху в эту комнату, прямо в огонь! Успокойся, я знаю, что делаю. -- Василина старалась говорить спокойно и уверенно. -- Мы справимся! Только помоги мне.
   Василина не была уверена, что Алена ее поняла (судя по безумному взгляду подруги), но все же девочка слабо кивнула, и Василина сосредоточившись, посмотрела налево.
   -- Я здесь! -- громко-громко закричала она в надежде, что старуха откликнется на ее зов. Василина была напряжена так, что свело все мышцы, но, сделав глубокий вздох, она осмелела. -- Выходи сюда, кикимора поганая! Ты еще меня не трогала, так вот она я! Иди сюда, старая карга, я здесь!
   Старуха вытолкнула Маню из комнаты и, шмякнув ее об стену, направилась к Василине.
   -- Иди, иди сюда, -- поманила ее Василина, делая осторожные шажки назад. -- Делай со мной, что хочешь...
   Старуха ухмыльнулась и накинулась на Василину.
   -- Эй, я здесь! -- крикнула Алена в тот момент, когда кикимора вцепилась мертвой хваткой Василине в горло. -- Смотри, я не сгорела еще! Огонь на меня не действует!
   Алена истерично захохотала. Старуха обернула к ней голову, немного ослабив хватку. Это и нужно было Василине. Воспользовавшись секундой, она со всей силы толкнула старуху в дверной проем, в самый огонь. Девочки замерли.
   -- Нужно придумать какой-нибудь заговор, -- опомнилась Василина, но подруги не поняли, что она имеет в виду.
  
   Вовек ты нас не победишь,
   Навсегда в огне сгоришь!
  
   Выпалив заклинание, само собой пришедшее в голову, Василина замерла в ожидании. Старуха стала изгибаться, охваченная языками пламени, и страшно рычать как дикий зверь. Секунда, и она сгорела дотла. Огонь, неистово полыхающий в комнате, исчез так же мгновенно, как и появился. Алена расслабила плечи и, облегченно вздохнув, оглядела комнату: нигде не было и следа от пожара, дым рассеялся, запах гари улетучился.
   Маня повисла на шее у Василины.
   -- Ты спасла нас, ты чудо! Только я сейчас упаду от бессилия. Все тело болит и ноет. Я думала, старуха забьет меня до смерти.
   -- Ой, Господи, я же сожгла ее! -- вскрикнула Василина, только что осознав свое деяние. -- Что мне теперь будет?
   Алена обняла девочек. Они почувствовали, что ее все еще трясет.
   -- Ты спасла нас, и что бы дальше не произошло, мы с тобой! Наверное, нужно позвать кого-нибудь...
   Звать никого не пришлось, Марья Царевна сама уже спешила к девочкам с кувшином воды.
   -- Попей, голубушка моя, мертвой водицы, -- сказала она, протягивая Мане кувшин. -- Она мигом все раны залечит.
   И правда, с первым глотком ушли синяки, со вторым глотком затянулись ранки, с третьим глотком Маня полностью пришла в себя.
   -- Давайте присядем, -- сказала Марья Царевна, шагнув в Аленину комнату. -- А теперь о том, что здесь произошло... Все это произошло неслучайно. Кикимору вам подослала я...
   -- Как так? -- воскликнула Маня и вскипела. -- Вы решили поиздеваться над нами? Мы все чуть не погибли! Что вообще происходит здесь, и зачем вы нас тут держите?
   -- Да, я знала, что вам придется туго, однако, я бы никогда не допустила вашей смерти или тяжелых увечий. Я следила за всем происходящим и надеялась, что у вас все получится. Честно признаюсь, Василина, твоя смекалка меня поразила...
   -- Я и сама не знаю, как догадалась, что это кикимора. Начиталась в детстве сказок, наверное... Против нечистой силы всегда использовали заговоры, когда я это вспомнила, у меня в голове тут же возникли слова, сами собой... Ну а огонь был единственной возможностью избавиться от кикиморы, ведь ничего другого под рукой не было...
   -- Девочки, сегодня вы совершили настоящее чудо, о котором сами еще не подозреваете! -- взволнованно и радостно произнесла Марья Царевна. -- Конечно, я знала, что вы справитесь с кикиморой без посторонней помощи, но я и не предполагала, что вам удастся распрощаться с ней навсегда. Эта кикимора одна из самых старых и самых сильных домашних кикимор на свете, ее совершенно невозможно изжить из дома навсегда. По крайней мере, за тысячу лет это не удавалось никому. Самое большое, что можно было сделать - избавиться от нее на какое-то время. Если она и не возвращалась в прежний дом, откуда ее выгнали, то находила себе новый. И никто еще не придумал способ умертвить ее на веки. А вам сегодня это удалось... Вот поэтому вы и попали в Юдо!
   При этих словах девочки испытали разные чувства, которые цеплялись друг за друга. То были торжество победы и страх, радость и смятение.
   Алена заметила грусть на Манином лице.
   -- Что такое, Мань? Почему грустная такая?
   -- Да я так, просто, -- отмахнулась Маня.
   -- Ну что случилось? Все же хорошо! Мы живы и целы.
   -- В детдоме и в школе я всегда была самой сильной, я бегала быстрее всех, я дралась лучше всех, даже в новом интернате я сделала всех в футбол, а сегодня я не смогла справиться с какой-то старухой!
   -- Манечка, Машуня, ты сделала все, что могла. Если б не ты, то Василина не успела б спасти нас.
   -- Не нужно расстраиваться, -- ласково улыбнулась Марья Царевна. -- Ложитесь спать и спите до тех пор, пока не почувствуете, что выспались вдоволь.
   Но девочкам еще долго не спалось, а когда они разбрелись по своим комнатам и все-таки сомкнули глаза, им снились кошмары, главной героиней которых была та самая кикимора.
  
   ***
   Подруги с трудом проснулись к полудню. Ощущение у всех было такое, будто они пьянствовали всю ночь: в голове гудело, события прошедшей ночи казались вымышленными, они всплывали неясными пятнами.
   Кефир отвел подруг в большую столовую с круглыми столиками, которая на тот момент была пуста. Все столовые приборы и украшения были исключительно из чистого золота и серебра.
   Завтрак девочкам подал другой домовой, неприветливый и грубый.
   -- Жрать подано! -- сообщил он, расставив тарелки с едой перед гостьями. Маня хихикнула и принялась уплетать за обе щеки картошку с квашеной капустой и котлетами.
   После завтрака в столовую пришел Иван Иванович.
   -- Ну как вы? -- обеспокоенно спросил старичок.
   -- Голова покруживается, -- пожаловалась Алена.
   -- Ох, это, наверное, побочное действие зелья, которого я вам в чай капнул перед отъездом. Оно помогает человеку не сойти с ума в необычных для него условиях и дает ясное понимание того, что с ним происходит в действительности, если эта действительность переходит за границы его сознания.
   -- Мое сознание говорит мне о том, что я хочу добавки, -- сказала Маня, быстрее подруг опустошив тарелку.
   Иван Иванович позвал домового, щелкнув пальцами:
   -- Кухнюшка!
   Рядом с Иваном Ивановичем возник домовой, подававший девочкам завтрак. Старичок попросил его принести Мане добавку. Кухнюшка испарился, не проявив ни единого признака учтивости.
   -- Кухнюшка? -- захихикала Маня. -- Неудивительно, что у него такое недовольное лицо. Жить с таким-то имечком!
   -- Домовым часто дают имена в соответствии с тем местом, в котором они обитают, -- сказал Иван Иванович. -- Кстати, Марья Царевна и Андрей улетучились по делам, поэтому мне доверено сказать вам нечто очень важное. Но хочу я вам это сказать в своей избушке. Здесь все слишком торжественно, мне не по душе эти хоромы. Доедайте, и пойдем ко мне.
   Закончив свою трапезу, девочки отправились за старичком. Маленькая избушка Ивана Ивановича, располагавшаяся далеко за Теремом, почти в лесу, была обставлена простым столом, простыми стульями и невзрачным ветхим диваном. Старые, потрепанные книги едва помещались на полках, а от мебели пахло стариной, несмотря на то, что нигде не было ни пылинки, ни пятнышка.
   -- Не слишком ли роскошно для главного сказочника страны? -- посмеялся старичок, угадав ли, подглядев ли мысли девушек. -- Я люблю жить просто. Дом для меня - это четыре стены, которые могут укрыть в ненастье, не более того. Да и к тому же в избе я бываю редко. Работы много. Так, забегаю отдохнуть на пару минут. Да вы присаживайтесь, присаживайтесь, голубушки.
   Иван Иванович подождал, пока девочки усядутся на диван и нацелят свои взгляды на него.
   -- Когда человек просит о помощи, когда он верит в то, что победит добро, мы приходим к нему на помощь. Часто уводим опасность от человека заранее, если удается своевременно узнать о намерениях нечисти, и если человек этого заслужил, конечно. Откровенно вам скажу, сестрицы, порой мы сами позволяем духам и ведьмочкам посвоевольничать, чтобы преподать людям жизненный урок. На острове работают целые бригады добровольцев. Не все из них волшебники, не все обладают уникальными способностями предвидеть, предчувствовать или исцелять, зачастую они обычные люди, верящие в силу добра и желающие помогать другим. Волшебство - это ведь не всегда нечто сверхъестественное или магическое, волшебство - это сила природы, сила мысли и сила веры.
   Иван Иванович замолчал на несколько секунд, пристально вглядываясь в лица девушек и пытаясь уловить их настроение. Их лица выглядели взволнованно.
   -- Вы, девицы, оказались у нас не просто так. Конечно, здесь никто не оказывается случайно, но у вас особая ситуация... Вы так и не почувствовали какого-нибудь особого притяжения друг другу? Или, может, уловили внешнее сходство? Нет?
   Подруги отрицательно покачали головами.
   -- В общем... -- замялся Иван Иванович, -- вы родные сестры...
   У девочек изумленно округлились глаза. Пожалуй, эта новость впечатлила их даже больше, чем прибытие в Юдо и борьба с кикиморой.
   -- Не может быть... Это какое-то недоразумение, -- пролепетала Алена.
   Манины глаза в волнении забегали из стороны в сторону.
   -- Мы сестры? Даже не знаю, что сказать... А вы уверены в этом?
   -- Да, это так, милые мои. Ваша мать умерла... после чего какой-то злодей распределил вас по разным городам в страхе, что если вы будете расти вместе, ваша магическая сила станет очень большой. В таком случае вы бы представляли большую угрозу ему и его соратникам. Марья Царевна знала о вашем рождении, но никак не могла найти вас, чтобы забрать в свое царство и воспитать должным образом. Хорошо, что мне удалось это сделать! Живя порознь, вы утрачиваете свою силу. Тот, кто разделил вас когда-то, отлично знал это и так же, ему было известно, что если вы никогда не встретитесь и не узнаете друг о друге, то когда вам исполнится восемнадцать, ваша сила исчезнет полностью, если же встретитесь, то обретете такую силу, которую никто не сможет побороть...
   В избушке воцарилась задумчивая тишина. После долгого молчания Василина осторожно спросила:
   -- Наша сила заключается в том, что мы можем умертвить любую нечисть?..
   -- Видимо, да, -- кивнул Иван Иванович и вздохнул то ли тяжело, то ли радостно - это было сложно определить. -- Мы хотим, чтобы вы служили в Юдо на благо людей... Но пока вы не можете жить на острове - вам нужно пройти некоторые испытания. Помогать людям, спасать их, приносить им добро и все такое... Правила равны для всех. Я хочу услышать лишь ваше согласие. Однако никто не заставит вас делать то, чего вы не желаете делать. На все должна быть личная воля и только искренние, добрые помыслы. Если вы хотите помогать людям, если вы хотите обрести свое единство и силу, вам придется стать юдами. Признаюсь, это далеко не тихая и спокойная гавань, но ведь кто-то же должен бороться со злом... Кто, если не мы?
   Девочки осмысляли услышанное. И получалось у них это с трудом, мысли путались, душу и разум терзали сомнения.
   Первой заговорила, как ни странно, Алена.
   -- Я всегда хотела помогать людям, хотела стать врачом... ну то есть и сейчас хочу... было бы здорово помогать людям... поэтому я согласна помогать людям...
   -- Я тоже готова бороться со злом! Это даже увлекательно! -- пылко сказала Маня.
   -- Не могу же я пойти против своих... сестер, -- улыбнулась Василина.
   На лице старичка заиграла радостная улыбка.
   -- Я знал, что вы согласитесь! Ну что ж, добро пожаловать в Юдо!
   -- А я ведь подозревала, что вы необычный человек, -- сказала Василина, глядя улыбающимися глазами на Ивана Ивановича. -- Но и не подозревала, что все... настолько масштабно и поразительно.
   После этого разговора Иван Иванович отвез девочек обратно в интернат и, сообщив, что завтра их ждут занятия с наставниками, принялся за свою обычную воспитательскую работу, а новоиспеченные сестры пытались найти между собой хоть какое-нибудь сестринское сходство. Но все же они были разными, хотя и нечто общее, тонко уловимое присутствовало в их внешности. Алена решила, что это глаза - разные по цвету, но идентичные по форме. А Маня утверждала, что у них одинаковые носы.
  
   5. Обычная физ-ра и необычные уроки
  
   События, связанные с появлением нечто очень необычного и загадочного в жизни трех воспитанниц петербургского интерната, которые еще пару недель назад не знали о существовании друг друга, и вдруг оказались родными сестрами, так взволновали их, что все трое долго не могли сомкнуть глаз и до трех ночи переговаривались между за собой, задавая друг другу и самим себе вопросы о волшебстве, о своем родстве, об их родителях, о том, как Иваныч их нашел, и что ждет их в будущем...
   Каким-то образом строгая воспитательница Галина Николаевна с неизменно неприветливым лицом и огромным горбатым носом услышала разговоры в комнате N300 и не поленилась зайти в комнату девочек, чтобы на протяжении пятнадцати минут грозно пошипеть на неспящих. Под ее шипение Василина умудрилась уснуть. Несколькими минутами спустя в сон провалились и Алена с Маней.
   Маня проснулась около семи утра. Василина бы на это сказала, что она просто рехнулась - встать в такую рань, поспав при этом всего три часа! Но Маню пробудило нетерпеливое желание начать новый день и приступить к занятиям по физической культуре, которые вел не их школьный физрук дядя Вася, а Илья Муромец, названный Ильей в честь его далеко прапрапрапрадеда, настоящего богатыря Ильи Муромца. Она все еще сетовала на себя за оплошность с кикиморой, и поэтому ей не терпелось обрести поскорей большую силу и выносливость, обучиться боевым искусствам, ведь никогда не знаешь, какая нечисть поджидает тебя за углом.
   Поднявшись с теплой постели, Маня высунула голову в окно - уж очень захотелось хлебнуть свежего воздуха. Потом о чем-то сосредоточенно думая, она подошла к зеркалу в половину ее роста, висевшему около двери, и стала строить себе гримасы. Отражение в считанные секунды зарядило свою хозяйку порцией хорошего настроения.
   Дверь тихонько приоткрылась и в проем высунулась улыбающаяся голова Ильи.
   -- Подъем и на зарядку, -- приказала голова. -- Жду вас в спортивном зале.
   -- Вы ко мне уже на "вы"? -- удивилась Маня, издав тихий смешок.
   -- Вы - это ты и твои сестры. У вас будут совместные тренировки, общеукрепляющие, так сказать, -- пояснила голова и скрылась за дверью.
   Мане пришлось долго расталкивать Василину и объяснять почему она разбудила ее так рано, когда до уроков еще целая вечность. Узнав причину столь раннего пробуждения, Василина не очень-то обрадовалась.
   -- Общие тренировки будут проходить три раза в неделю в семь утра. А тебя, Маня, я буду тренировать помимо этого еще и после школьных уроков, -- сказал Илья, когда девочки пришли в спортивный зал. Он выстроил сестер в шеренгу. -- Волшебство - это, конечно, хорошо, но нужно быть еще и сильным в теле, иначе никак. В здоровом теле здоровый дух!
   -- Почему бы просто не выпить какое-нибудь зелье, прибавляющее силу? -- беззаботно поинтересовалась Василина.
   -- Ну, во-первых, такое зелье нужно заслужить, -- серьезным тоном ответил Илья. -- Во-вторых, срок его действия недолговечен - на пару часов, на день, на два. Что вы будете делать, когда сила иссякнет? Станете хиленькими и вяленькими, и тогда любой детсадовец сможет вас побороть. Ну а в-третьих, если человек хочет в чем-то преуспеть, он должен добиваться этого честным, упорным трудом.
   -- Я не люблю все, что связано со спортом, -- жалобно призналась Василина. -- Я ненавижу физкультуру!
   -- Поверь мне, Василинушка, не всегда тебе сможет помочь твой ум, особенно, когда нужно быстро уносить ноги или дать в глаз обидчику.
   -- А почему мы тренируемся в интернате, а не в Юдо? -- спросила Алена, явно ожидавшая, что занятия с наставниками будут проходить в волшебном городе.
   -- Потому что пока добраться до Юдо вы можете только с Иваном Ивановичем на его машине. Не будить же великого сказочника ни свет, ни заря, чтобы он отвез вас в Юдо и обратно ради одной единственной тренировки. После школы он, конечно, отвезет вас туда-сюда, но утром зарядка будет проходить здесь. А потом вы приобретете зонтики или сапоги-скороходы и сможете летать на Юдо сами. Но это будет потом... когда вы докажите, что стоите того, чтобы стать полноправными юдами...
   -- Разве мы еще не доказали это в случае с кикиморой? -- вставила Маня и поняла, что сказала это зря. Илья бросил на нее суровый взгляд, но промолчал. -- Ладно-ладно, еще не доказали. Но все равно можно было бы и выдать нам зонтики, чтобы мы не гоняли Иваныча туда-обратно...
   -- Во-первых, Иван Иванович, -- поправил ее Илья, -- во-вторых, пока вы мало что знаете о борьбе со злом, поэтому Иван Иванович что-то вроде вашего охранника. Если хотите жить долго, вы должны держаться вместе и находиться под прикрытием волшебника.
   Илья положил конец разговорам и начал тренировку, в ходе которой заставил девочек прилично попотеть. Они бегали по кругу, отжимались и выполняли всевозможные упражнения. В общем, обычная физкультура как у дяди Васи, никакой магии. Раньше всех сдалась Василина, которая то присаживалась на лавочку, чтобы отдышаться, то хваталась за колющий бок, то подворачивала ноги.
   В конце тренировки Илья раздал девочкам волшебные журналы. Живыми картинками в них фиксировались плохие и хорошие поступки, выполненные и невыполненные задания. Пока журналы девочек были пусты, но вскоре им предстояло заполниться событиями, которые отражались на листах в виде живых мини-копий.
   -- По этим журналам Совет Учителей оценивает вас, -- объяснил Илья.
   После тренировок, школьных уроков и небольшого отдыха сестер ждало второе образование. Прибыв в Юдо на полчаса раньше, девочки остались во дворе ждать своих наставников.
   Со стороны сада прогулочным шагом к ним направлялся парень, выглядевший на пару лет старше.
   -- О, новенькие! -- воскликнул он издалека. Когда парень подошел ближе, Василина заметила, что Маня напряглась. -- Любопытно, когда к нам прибывают новенькие.
   -- Мы не из зоопарка, чтоб тебе было любопытно, -- колко сказала Маня. Отчего-то она решила, что с этим парнишей нужно вести себя настороженно. Впрочем, причина настороженности была понятной: во-первых, у парня было наглое лицо, во-вторых, Маня уже натерпелась язвительного отношения одноклассников - сестрам, как новеньким, было до сих пор трудно уживаться со старичками.
   -- Любопытно тем, что у каждого свои способности и таланты, даже если человек не маг и волшебник, -- с невозмутимым спокойствием произнес парень и представился, учтиво и гордо наклонив голову. -- Олег. А вас как зовут, девушки?
   Девочки назвали свои имена.
   -- Слушайте, а это не вы ли позавчера ночью замочили кикимору одним махом?
   -- А тебе какое дело? -- буркнула Маня, не желая сдавать позицию злого ежа.
   -- Какая милая девочка! -- хмыкнул Олег.
   Маня засопела.
   -- Послушайте, здесь все друзья и все хорошо относятся друг к другу, -- успокаивающим тоном заверил Олег. -- И не бойтесь, у меня нет привычки издеваться над новенькими.
   Говоря это, Олег сильно лукавил, а лучше сказать, нагло врал. Каждый раз при появлении новеньких он с командой своих дружков устраивал им встряску, называя это посвящением в юды. Например, они с друзьями заманивали новичка в лес, где подговоренные лешие запугивали его чуть не до смерти. Или договаривались с речными русалками, что те завлекут сладкими речами и красивыми телами бедолагу на речку, да там и поиздеваются над ним хорошенько, пока он не нахлебается воды.
   Но над сестрами Олег шутить разом передумал, когда Василина подтвердила, что они и в самом деле те самые девушки, победившие кикимору.
   -- А у тебя какие способности? -- с интересом спросила Василина. -- Не вещий ли ты Олег?
   Олег неприятно улыбнулся правым уголком губ. Он всегда улыбался как-то набок, кривовато. Василине показалось, что за этой улыбкой спряталось раздражение.
   -- Если честно, то никаких. В Юдо меня загнала бабушка. Это для меня что-то вроде исправительной колонии.
   -- То есть тебе здесь не нравится и добро совершать ты не хочешь? -- спросила Алена.
   -- Нет, вы меня неправильно поняли. Если бы я не хотел спасать людей, я бы здесь надолго не задержался - Марья Царевна довольно строгая правительница. Просто раньше я был... хулиганом, и бабушка решила отправить меня сюда на перевоспитание.
   Василина окинула Олега пристальным, оценивающим взглядом - перевоспитался ли он уже? Из-за лукавых огоньков, играющих в его светло-карих глазах, она пришла к выводу, что он все еще на пути к исцелению от хулиганства.
   -- А расскажи про испытания для новичков, -- попросила Алена. -- Что это значит? Испытания сложные?
   -- Ну-у... для кого как. Но, честно сказать, далеко не все с ними справляются. Для того, чтобы выполнить задание по борьбе с нечистью нужна определенная выдержка и сноровка. Всему этому, конечно, учат, но если человек сам по себе трус, то никакая учеба ему не поможет и он провалит задание.
   Девочки заметили своих учителей, выходящих из Терема.
   -- Нам пора на учебу, -- сказала Василина, обращаясь к Олегу.
   -- Удачи! Еще увидимся, -- махнул он рукой и отправился обратно в сад.
   Подойдя к сестрам, Елена Прекрасная и Василиса Вахрамеевна поприветствовали девочек, а Илья подмигнул.
   -- Василина, тебе со мной, в мой кабинет, -- сказала Василиса Вахрамеевна и развернулась обратно к Терему. Василина поспешила за ней.
   -- А тебе со мной, -- улыбнулась Елена, беря Алену за руку, и тоже направилась в Терем.
   Илья загреб большими ручищами Маню в объятья и потряс ее за плечи.
   -- Ты готова, Манька? Тогда идем на поле.
   Илья увел Маню за Терем, где раскинулось поле с озером. На поле уже тренировались другие ребята с такими же крепкими, плечистыми учителями, как Илья. Маня невольно представила, что если надеть на них кольчуги и вручить по мечу, то они будут вылитыми богатырями из русских былин.
   -- Может случиться так, что твоих сестер не будет рядом в трудную минуту - тогда с нечистью тебе придется справляться силой, -- сказал Илья, закатывая рукава своей просторной, светлой рубахи. -- Издревле на Руси существовал кулачный бой. В драках закалялся характер, в драках росла сила и выносливость. Сегодня мы будем драться на кулаках, один на один. В древней Руси этот вид боя назывался "сам на сам". Запомни следующие правила: использовать нужно только удары кулаками, ниже пояса не бьют, лежачего не бьют, окровавленного не бьют. Надо стараться попадать под ребра, в солнечное сплетение и в голову - тогда победишь противника. И главное, не сдавайся до последней секунды.
   -- Что, просто бить? -- растерялась Маня.
   Илья кивнул и... началась драка. Илья умышленно ослаблял свои удары и позволял Мане яростно исколачивать его. Но ей казалось, что толку от ее ударов никакого, она словно била по твердой груше - куда бы ни попадал ее кулак, он сталкивался с жестким, как камень, телом, и поэтому не наносил ему даже самого маленького синяка. После получаса бесполезной битвы изнеможденная Маня рухнула на траву.
   -- Я так... больше не могу... -- тяжело дыша, сказала Маня. -- Вы... какой-то непробиваемый... Я кулаки чуть не сломала...
   -- Полчаса тебе на отдых, а потом снова в бой, -- сказал Илья, усаживаясь рядом и протягивая Мане большую кружку с водой, которую поднес домовой, бегающий по полю и подающий всем воду и различный инвентарь в виде дубинок и метательных дисков.
   -- Это волшебная вода? Она мне сил прибавит? -- спросила Маня и стала жадно глотать воду, расплескивая ее из стакана.
   -- Никакого волшебства, -- строго сказал Илья.
   -- Тогда я не буду драться, -- заявила Маня. -- Я устала и у меня все болит.
   -- Отдых полчаса и снова кулачный бой, -- с твердостью в голосе повторил Илья.
   -- Это издевательство, -- буркнула Маня.
   Через полчаса кулачный бой возобновился. Злость придала Мане новые силы, и она так же отчаянно колотила Илью, как и в первый раз. Но силы иссякли уже на десятой минуте, и Маня снова свалилась на землю. Спустя сорок минут Илья вновь заставил Маню драться. Еле удерживаясь на ногах, она выдавала редкие удары в живот. Сил не оставалось уже даже на то, чтобы замахнуться в голову.
   -- Все... меня нет, -- с трудом выдавила Маня, корчась на траве от боли.
   Илья подхватил Маню на руки и понес в Терем. Оставив ее в парадном зале на диване, он спустился в подвал, откуда принес маленькую кружечку с мертвой водой. Сбрызнув слегка воды на Маню, он присел рядом на краешек дивана.
   -- Ну что, лучше? -- спросил Илья, потрепав Маню за волосы.
   -- Есть немного.
   -- Я не дам выпить тебе кружку полностью, потому что ты должна научиться терпеть боль и бороться с усталостью. Мышцам нужно дать время окрепнуть. Но, тем не менее, немножко волшебства я тебе позволил - этих брызг хватит, чтобы ты окончательно пришла в норму к завтрашнему утру.
   -- Это жестоко, -- заныла Маня.
   -- Нет, таков мой подход к обучению.
   Маня вздохнула. Несмотря на внешнее добродушие и веселый нрав, Илья оказался строгим и требовательным учителем.
  
   ***
   Василиса Вахрамеевна завела свою подопечную в комнату, которая была разделена на рабочий кабинет и спальню.
   -- Присаживайся, -- кивнула наставница в сторону кресла с позолоченными ножками, а сама села на стул, стоящий у стола. -- Прежде, чем мы перейдем к решению трудных логических задач, занятиям по внедрению в чужой разум и так далее, я хочу, чтобы ты научилась контролировать свое сознание и полностью освобождать его от мыслей. Голова без мыслей... Удивительно, правда? Сядь удобно, расслабься. Представь, что меня не существует. Выброси все мысли из головы. Как только какая-то мысль решит пробраться в твое сознание, заблокируй ее.
   Василина кивнула и попыталась расслабиться, однако ее внимание отвлекало убранство кабинета, величественное, но сдержанное, как и сама хозяйка. Высокие окна прикрывали темно-зеленые портьеры с золотой бахромой по краям, рабочий стол из светлого дерева стоял у окна, рядом у стены находился диванчик, напротив - книжные шкафы. Зеленые обои темнили комнату, но света, пробивавшегося через белые шторы, хватало, чтобы не утонуть в зеленоватом мраке.
   -- Закрой глаза и представь, что мир замер. Не существует меня, не существует звуков, не существует движения, не существует никаких чувств. Растворись во тьме.
   Василина прикрыла глаза и постаралась избавить себя от всяких мыслей, которые обычно роем летали в ее голове. Большое усилие потребовалось для того, чтобы опустошить свое сознание и погрузиться в небытие.
   -- Прекрасно, -- сказала Василиса Вахрамеевна полчаса спустя. Василина открыла глаза. -- Я знала, что у тебя получится с первого раза. Ровно семь минут у тебя ушло на борьбу с мыслями и образами, и ровно тридцать минут ты сидела, не шелохнувшись и без всякой мысли. Я умею читать мысли, так что мне известно, что происходило в твоем сознании.
   Наставница стала чертить пальцем в воздухе какие-то цифры, потом провела рукой как будто мыла окно, и цифры проявились. Они были размером с ладонь и создавали таблицу, застывшую между полом и потолком.
   Василиса Вахрамеевна попросила Василину внимательно осмотреть таблицу и запомнить все цифры и их порядок.
  
   1240124213801589
   1703170918121861
   1881190519071914
   1917192219391945
  
   -- Через несколько секунд цифры исчезнут, и ты должна будешь воспроизвести их вслух.
   Василина еще несколько раз сосредоточенно пробежала глазами по цифрам, и они исчезли.
   -- Называй!
   -- Первая линия: один, два, четыре, ноль... Вторая линия: один, семь, ноль, три... Третья линия: один, восемь, восемь, один... Четвертая линия: один, девять, один, семь...
   Василина безошибочно назвала все цифры, и они снова появились в воздухе. Василиса Вахрамеевна удовлетворенно кивнула.
   -- Прекрасно! Как ты запомнила все цифры?
   -- Я не особо утруждала себя запоминанием. Просто догадалась, что цифры - это года знаменательных событий в истории России. 1240 - Невская битва, 1703 - основание Санкт-Петербурга, 1945 - окончание Великой Отечественной войны. Года идут в возрастающем порядке. Я участвовала в олимпиаде по истории и заучила все даты наизусть, поэтому мне не составило труда запомнить цифры не по отдельности, а по годам.
   -- Замечательно, что ты применила логику, -- похвалила Василиса Вахрамеевна. -- Но сейчас мне бы хотелось поработать над тренировкой памяти.
   Наставница нарисовала в воздухе таблицу, состоящую из разноцветных квадратов. Цвета и оттенки были разбросаны в хаотичном порядке, никакого логического обоснования, и Василина, называя цветные квадраты по памяти, ошиблась в нескольких местах. Тогда Василиса Вахрамеевна нарисовала новую таблицу. Но и во второй раз Василина ошиблась кое-где. Наставница снова нарисовала таблицу. В третий раз Василина напрягла свой мозг настолько, насколько могла, и назвала цветные квадраты безошибочно.
   -- Хорошо, -- заключила Василиса Вахрамеевна. -- В заключении я хочу, чтобы ты научилась расслабляться и визуализировать желаемое. Голове необходимо давать покой, особенно после большой умственной работы. А чтобы расслабиться, нужно включить фантазию и окунуться в нее целиком и полностью. Присядь или приляг поудобней.
   Василина решила не стесняться и легла на диване.
   -- Закрой глаза и представь себя в таком месте, в каком тебе хотелось бы побывать и отдохнуть.
   Василина сомкнула веки и сделала глубокий вдох. Ей представилась голубая лагуна, отделенная от моря коралловыми рифами.
   -- Увидь все, что окружает тебя в ярких красках и точных деталях. Тебя ничто не беспокоит, никакие мысли и тревожные чувства... Почувствуй, как спокойствие и блаженство наполняет тебя...
   Голос Василисы Вахрамеевны доносился издалека, он был спокойным и умиротворенным, словно убаюкивающим.
   Василина почувствовала, как солнце ласково обогревает ее. Она сидит на берегу, опустив ноги в теплую воду. Легкий ветерок шевелит ее волосы.
   -- Представь то, чего бы тебе хотелось сейчас больше всего... Пройтись по берегу, окунуться в воду...
   "Откуда она узнала, где я?" -- пронеслось в голове у Василины. -- "Стоп, никаких посторонних мыслей".
   Вдруг в лагуне зашевелилась вода и пошла кругами. Из лагуны выходил парень, блестевший в капельках воды. Он загадочно улыбался и шел прямо к Василине.
   "Откуда он тут взялся?" -- в панике подумала она и тут же себя одернула. -- "Никаких лишних мыслей и переживаний".
   Когда парень подошел почти вплотную к ней и протянул руку, она догадалась, что он появился здесь из ее потаенной мечты, о которой она даже не успела еще подумать. Вот чего она желала больше всего: иметь рядом красивого, интеллигентного, обходительного парня. В отличие от красавицы Алены она никогда не пользовалась популярностью у мальчиков, хуже того - они вовсе не обращали на нее никакого внимания, если не считать издевательство и насмешки. И в отличие от Мани она не умела общаться с ними и заводить среди них друзей.
   Василина очнулась и в первую секунду не поняла где находится. Перед ней стояла Василиса Вахрамеевна с закравшейся в губы улыбкой.
   -- Я уснула? -- удивленно спросила Василина. Она все еще не понимала, что с ней произошло.
   -- Не совсем, -- улыбнулась наставница. -- У тебя получилось выполнить мое задание. Твоя фантазия стала реальностью. Но только твоей реальностью, которую можешь увидеть и почувствовать только ты. Я, к сожалению, не могла оказаться в лагуне рядом с тобой и пожать руку тому прекрасному юноше.
   "О, Господи, она все видела", -- подумала Василина, порозовев. Мало что могло заставить ее смутиться, но сейчас она чувствовала себя очень неловко.
   -- Я умею внедряться в сознание и читать мысли, -- напомнила Василиса Вахрамеевна все с той же улыбкой.
  
   ***
  
   В то время, пока Маня с трудом усваивала кулачный бой, а Василина тренировала логику и память, Елена Прекрасная беседовала с Аленой на тему необходимости самосовершенствования и развития обаяния, без которого в жизни сложнее добиться чего-либо.
   Комната наставницы походила на домик для куклы-принцессы. Темно-розовые шторы были подобраны и скреплены бантами, всюду - на ажурной кровати, трюмо и шкафах - сидели игрушки и куколки. Под ногами у Елены крутился мелкий, беленький пуделек, наряженный в платьице.
   -- Ты наделена природной красотой и талантами, о которых еще пока не подозреваешь, -- говорила Елена, разливая в своей комнатке чай по кружечкам. -- Ты призвана очаровывать людей. Но очарование кроется не только во внешней привлекательности, а во внутреннем обаянии, уме, образованности, начитанности и творческом даре. Чтобы быть абсолютно очаровательной, одной красивой одежды мало, нужно постоянно развивать себя. Но некоторым женским хитростям я тебя, все-таки научу. Пусть это будет твоим маленьким секретом. А еще я научу тебя рисовать, петь, танцевать, шить и варить зелья, с помощью которых ты сможешь преображать себя.
   -- Шить? О, я так не люблю шить...
   -- Не переживай, мои уроки шитья гораздо более увлекательны, чем ты можешь себе это представить, -- улыбнулась Елена, отпивая чай из кружечки маленькими глоточками. -- Ты будешь изготовлять такие изумительные, волшебные вещи... Но это чуть позже. А сейчас маленькие женские хитрости. Присядь к зеркалу.
   Алена послушно села за красивое белое трюмо с большим зеркалом.
   -- Чтобы тебе никогда не пришлось пользоваться косметикой, тратить на нее безумные деньги и портить при этом кожу, ресницы и волосы, я дарю тебе эту расческу, крем и щеточку для ресниц.
   На столике появились эти три вещи. Елена бережно расчесала Алене волосы, провела щеточкой по бровям и ресницам, нанесла крем на лицо и губы.
   -- Закрой глаза на секунду, -- сказала Елена.
   Алена закрыла глаза, а когда открыла, ахнула: ее волосы стали идеально гладкими, блестящими, а ресницы еще более длинными и густыми; брови приобрели изящную форму, исчезли все мелкие недостатки кожи и на щеках появился здоровый румянец; губы сделались припухлыми и яркими.
   -- Теперь дело за осанкой и походкой, -- сказала Елена и попросила Алену встать со стула. -- Где бы ты не находилась, что бы ты ни делала, осанка всегда должна быть королевской. Расправь плечи, выпрями спину, вытяни шею, чуть приподними подбородок. Вот так. Ты заметила, что с прямой спиной ты чувствуешь себя по-королевски? Такая осанка должна закрепиться у тебя на всю жизнь. Для этого каждую секунду вспоминай про плечи и расправляй их.
   Елена взяла прямую, ровную палку размером с вытянутую руку и вложила ее Алене за руки со спины, под самые плечи.
   -- Тебе придется походить с палкой до конца сегодняшнего занятия. И так будет каждый день, пока осанка не войдет в привычку. А теперь походка.
   Елена прошлась от одной стены до другой, грациозно переставляя ноги по прямой линии. Затем она снова прошлась, но уже медленнее, поясняя на ходу:
   -- Походка должна быть уверенной, бедра двигаются плавно. Включи в походку грациозность и гордость кошки. Не шагай слишком широко и не семени. Делай средний шаг. Понятно? А теперь пройдись. Нет, нет, палку не убирай.
   Алене было неловко вышагивать с палкой подмышками, да еще и под пристальным взглядом Елены, но она постаралась пройтись настолько красиво, насколько это умела.
   -- Хорошо! -- похвалила Елена. -- Но не нужно смотреть в пол. Я вижу, что ты волнуешься. А если это вижу я, то заметят и окружающие. Не опускай подбородок, смотри перед собой. Никто не должен видеть твоего волнения.
   Алена прошлась до другой стены, стараясь не смотреть в пол и казаться более уверенной.
   -- Запомни, что бы ты ни делала, ты должна источать уверенность в себе. В этом тоже заключается залог успеха.
   Елена взяла с полки книгу и положила ее Алене на голову.
   -- Я усложняю тебе задачу - нужно пройтись с книгой на голове, не уронив ее.
   С книгой на голове и с палкой подмышками девочка выглядела весьма забавно. Внутри себя Алена порадовалась тому, что занятия проходят один на один. Не уронить книгу не получалось - при малейшем покачивании туловища или головы она соскальзывала и летела на пол. Но, в конце концов, после долгих стараний Алене удалось пройтись от одной стены и обратно без потери книги.
   Хождение с муками завершилось и, выйдя в коридор, Алена столкнулась с Андреем. Он застыл на месте, завороженный Алениной красотой, которая в этот час была особенно восхитительна. Глаза сверкали, от лица исходило теплое сияние.
   -- Ты необычайно красива, -- тихо промолвил он.
   Алена смущенно потупила глаза. Хоть она и с детства росла красивой девочкой и прекрасно знала, что нравится мальчикам, но вниманием не была испорчена и каждый раз при любом даже самом крошечном комплименте сильно смущалась.
   -- Но, увы, мне нельзя влюбляться, -- с этими словами, весело сказанными, Андрей пошел дальше. Алена не видела, как через два шага улыбка сползла с его лица, и он погрузился в грустные раздумья.
   На первом этаже Алене повстречалась Василина. Василина была взбудоражена и без умолку рассказывала о своем уроке с Василисой Вахрамеевной. Алена отметила про себя, что на всегда спокойную Василину это не похоже.
   Войдя в парадный зал, девочки увидели тело своей сестры, неподвижно лежащее на диване.
   -- Что с тобой случилось? -- с беспокойством спросили они, усаживаясь рядом.
   -- Илья бил меня, а я била его, -- ответила Маня, открыв один глаз. -- И хоть меня он бил мало, но ощущение такое, будто на меня напала целая свора.
   Василина и Алена сочувственно посмотрели на Маню.
   -- Это у тебя такое обучение теперь? Ничего себе, -- удивилась Алена.
   -- Алена, ты, кажется, похорошела. В смысле ты и так красивая очень, но сегодня так вообще ослепляешь.
   -- Это действие волшебства, -- ответила Алена, смущенно улыбаясь. -- Я дам вам волшебную расческу, крем и щеточку для ресниц.
   -- Боюсь, мне это не поможет, -- ноющим голосом сказала Маня. -- А как у вас все прошло?
   -- Потрясающе! -- ответили сестры.
   Алена осталась с Маней, а Василина пошла искать Ивана Ивановича, чтобы вернуться в интернат. К тому моменту, когда он сел за руль, Маня уже нашла в себе силы подняться с дивана и точно пьяная двинулась к машине. Какой-то мальчик лет десяти, возникший на пути, ободряюще похлопал ее по спине.
   Вернувшись в интернат, Василина многократно прокручивала в голове прошедшие события, в которые здравому человеку было бы трудно поверить: их полеты в волшебный городок Юдо, победа над кикиморой... Она часто вспоминала тот момент, когда Марья Царевна сказала, что им удалось избавиться от кикиморы навсегда, а ведь это не удавалось раньше никому. Затем воспоминание плавно переносилось к той минуте, когда Иван Иванович сообщил девочкам, что они сестры. Подумать только, они, никогда не знавшие друг друга, родные сестры, да еще и какие! С силой, способной противостоять злу, с силой, о которой они не просто не подозревали, а даже и представить не могли, что такое вообще может быть. Так кто же они, настоящие волшебницы? А что если в случае с Кикиморой проявилась никакая не сила, а всего лишь удача? Ведь в отличие от магов и волшебников, живущих в Юдо, девочки не умеют творить чудеса. Например, исцелять с помощью энергии рук или испаряться в воздухе. Но если же они все-таки наделены могущественной силой, то откуда она взялась? И кто были их родители? Почему они умерли? Что за ведьмак разделил девочек по разным городам сразу после рождения? Не он ли убил их родителей? С этими и многими другими вопросами, теребящих ее мысли, Василина засыпала каждую ночь.
  
   6. Любовь и тайна
  
   Алену беспокоило ее зарождающееся чувство к Андрею. За неделю они не раз сталкивались в Юдо, он как будто намеренно поджидал ее каждый раз у комнаты Елены Прекрасной. А в последний раз он подарил ей волшебный цветок. С мыслями об Андрее, не отпускавшими ее, Алена шла на урок к Елене Прекрасной.
   -- Помнишь, я говорила, что научу тебя шить? -- сказала Елена Прекрасная. Так вот сегодня мы этим и займемся.
   Она взяла с прикроватного столика катушку ниток с иголкой и лист бумаги с карандашом.
   -- Это волшебная иголка, это волшебные нитки, а это обычный лист и обычный карандаш. Для начала ты должна нарисовать эскиз одежды. После вдеваешь нитку в иголку и делаешь первый стежок на ткани - иголка сама начнет шить. -- Елена показала это на примере. -- Главное, держи отчетливо образ костюма или платья в голове, как только он исчезнет, иголка перестанет шить. И не забывай вдевать новые нитки и подкладывать новые ткани. Какого бы размера не получилась одежда, она сядет на любого человека идеально по фигуре, никогда не потускнеет, не порвется и не износится. А еще волшебными нитками можно вышивать живые картины.
   Елена Прекрасная попросила свою подопечную нарисовать любой костюм. Глядя, как Алена тщательно и аккуратно вырисовывает все линии, Елена произнесла как бы между прочим:
   -- Волшебная игла на то и волшебная, что она может творить чудеса и шить такие наряды, свойства которых будут просто невероятны, но волшебство иглы напрямую зависит от тех рук, которые ее держат. Поэтому у двух человек, шьющих одинаковые платья одной и той же иглой, эти самые платья никогда не получатся полностью идентичными. А еще иглы бывают вредными. Могут колоться и не подчиняться воображению.
   Когда урок закончился, Алена надумала сшить сестрам красивые платья к Новому Году.
   Выйдя от Елены Прекрасной, она как всегда столкнулась с Андреем.
   -- Как дела у самой красивой девочки на свете? -- спросил он.
   -- Замечательно, -- Алена сглотнула слюну в пересохшее горло. -- А как у вас?
   Андрей расхохотался.
   -- Я еще не такой старый, чтобы ты обращалась ко мне на "вы".
   -- Хорошо, -- смутилась Алена.
   -- Может, прелестная девушка хочет мороженого? -- учтиво предложил Андрей.
   Алена смутилась еще больше и не успела отказаться, как юноша протянул ей вафельный рожок, взяв его прямо из воздуха.
   -- Спасибо, -- пролепетала Алена, представив, как будет ей стыдно, если она случайно запачкается мороженым, что часто с ней и бывало. -- А ты... ты тоже волшебник, да?
   -- Ну, можно сказать и так.
   -- Я имела в виду, тоже волшебник не как я, я-то не волшебница, а такой волшебник как Марья Царевна и другие волшебники, -- запутавшись в своих пояснениях, Алена покраснела и сосредоточила взгляд на мороженом. Есть ей его совсем расхотелось, но чтобы не обидеть Андрея, она продолжала откусывать мороженое крохотными кусочками.
   Алена заметила, что Андрей очень нервничает.
   -- Я не должен этого делать, -- произнес он полушепотом, нервно оглядываясь по сторонам, -- но я не могу терпеть... Меня притягивает к тебе как магнит. Я никогда такого не испытывал... м-м... Может, прогуляемся?
   -- Да, конечно, -- не раздумывая, согласилась Алена, а сама в этот момент со страхом подумала: "Что же я делаю!".
   -- Хотя нет, нет... нам не нужно показываться вместе, -- вдруг передумал Андрей, но тут же оговорился: -- Нет, все-таки пойдем, я перенесу нас в укромное место.
   Алена не понимала чего так боится Андрей, но обрадовалась тому, что они будут гулять в укромном месте, где их никто не увидит: ей было бы очень неловко прохаживаться с парнем на людях.
   Андрей мог свободно перемещаться в пространстве. Ему стоило только подумать о каком-нибудь месте, в которое ему нужно было быстро попасть, и сила мысли переносила его по адресу. Он просто исчезал из точки А и переносился в точку B.
   Андрей взял Алену за руку и попросил закрыть глаза. Она почувствовала легкое головокружение, и когда открыла глаза, пошатнулась. Они попали в какое-то незнакомое ей место на берегу моря. Алена сжала ладонь Андрея, чтобы убедиться, что ей это не чудится.
   -- Не волнуйся, мы не далеко от Терема, -- сказал он с ласковой улыбкой, увидев беспокойство на лице Алены. -- Это всего лишь другая сторона кита.
   -- Как ты это делаешь? -- спросила Алена.
   -- Просто думаю о том месте, куда нужно переместиться, концентрируюсь на этом и все, -- сказал Андрей, равнодушно шевельнув плечом. Для него перемещение было столь же естественным делом, как сходить в туалет.
   -- А что еще ты можешь? -- полюбопытствовала Алена, сев на большой плоский камень.
   Андрей сел рядом с ней на песок, вытянув ноги. Его кучеряшки игриво шевелились на ветру.
   -- Что еще я могу... -- задумчиво повторил он. -- Я могу обходиться под водой без воздуха хоть целую вечность. Однажды один нехороший человек решил меня утопить, да не смог. -- Андрей расхохотался, но увидя, что Алена смотрит на него как испуганная лань, поспешил рассказывать дальше уже без упоминания подобных случаев. -- Еще я могу превратиться в кого-нибудь... в животное или другого человека.
   Андрей встал, чтобы продемонстрировать это. Три секунды он стоял неподвижно, словно о чем-то глубоко задумавшись, и затем мгновенно превратился в пса. Пес облизал Алене руки и положил голову на ее колени. С ошарашенным выражением лица она погладила пса. Он встряхнулся, как будто только что искупался, и превратился обратно в Андрея в его человеческом обличье.
   -- Прости, что облизал тебе руки... -- извинился Андрей. -- Это был не совсем я, а пес... Когда находишься в теле животного, то живешь его инстинктами.
   После этой прогулки Алена не могла думать ни о чем и ни о ком, кроме Андрея. Он заполнил собою всю ее сущность. Мысли о нем вызывали какое-то движение в Алениной душе, пока еще не ясное, но волнительное и приятное. "Глупо думать о том, что Андрей влюбился в меня, -- думала глубокой ночью Алена. -- Ему двадцать, а мне всего четырнадцать! Какая тут может быть любовь?! А с чего я взяла, что ему двадцать? Я же даже не спрашивала сколько ему лет... Может быть ему семнадцать или восемнадцать? Семнадцать минус четырнадцать это сколько будет?.. Три, кажется... Тогда не такая большая разница в возрасте. Надо рассказать девчонкам, спросить их мнение. Нет, не надо ничего никому рассказывать. А что я так разнервничалась? Он ведь не признавался мне в любви и не предлагал встречаться... Я, кажется, влюбилась... А как понять влюбилась я или нет? Я никогда никого не любила и парней у меня не было... Ну вот, теперь до утра не усну".
  
   ***
  
   Сегодня школьные уроки закончились в одиннадцать, и на обед сестры приехали в Юдо. Закончив обедать, Алена вышла прогуляться во дворе перед Теремом, ожидая, пока сестры тоже покончат обед. Рядом возник Андрей. От неожиданности Алена подпрыгнула.
   -- Прости, не хотел напугать, -- извинился он. -- Мне срочно нужно по делам, но я выбрал две секунды, чтобы... чтобы предложить тебе встретиться послезавтра за конюшней в шесть часов... Я понимаю, "конюшня" - звучит не очень романтично, но тебя ожидает сюрприз! Обещаю, тебе понравится...
   -- Хорошо, я приду...
   -- А вон и твои девчонки, -- сказал Андрей, махнув девочкам, вышедшим на крыльцо. -- Ну ладно, иди к сестрам, а мне нужно ретироваться.
   -- Спасибо за приглашение! -- выпалила Алена.
   Андрей улыбнулся и исчез. Алена подошла к сестрам, что-то бурно обсуждавшим.
   -- Ты как будто солнце съела, светишься изнутри, -- сказала Маня, прищурив один глаз.
   -- Просто сегодня хороший день, -- невинно ответила Алена, но при этом у нее внутри трепетало сердечко.
   -- Слушайте, -- вдруг сказала Василина, охваченная какой-то мыслью, -- я хочу сходить к тому волхву, про которого рассказывал Андрей, помните?
   -- Зачем тебе это? -- поинтересовалась Маня.
   -- Если он видит приближение нечисти и если он очень мудр, то, возможно, знает и еще кое-что, -- сказала Василина, поднимаясь обратно на крыльцо. -- Я хочу понять, кто мы... Если не волшебницы и не чародейки, то кто?
   -- Мы - это мы, -- беззаботно ответила Маня.
   -- Нет, я так не думаю. Мы - это уже не мы... Я хочу узнать о нашей силе... Откуда она взялась и зачем мы здесь.
   -- По-моему, вполне очевидно, что мы здесь, чтобы творить добро. Нас готовят к спасению людей. А сила... ну вот так природа задумала.
   -- Нет, -- снова возразила Василина. -- За этим скрывается какая-то тайна, и мы должны ее разгадать. Мы должны узнать свое происхождение! Сила могла передаться по наследству, например. Нужно знать, кто были наши родители. Вас никогда не интересовало кем были ваши родители, чем они занимались, как выглядели?
   -- Интересовало, -- подтвердила Алена. -- Но моему детдому ничего не было известно о них, как я не допытывалась...
   Сестры последовали за Василиной. Поднявшись в крайнюю башенку, они наткнулись на одну-единственную дверь. Василина постучала, но никто не ответил. Тогда она толкнула дверь и увидела Емельяна Демьяновича, дремавшего в кресле у окна. Он открыл слепые глаза и прежде, чем сестры успели с ним поздороваться, произнес:
   -- Я знал, что вы придете. Ваша тайна и близко, и далеко.
   -- Что это значит? -- полушепотом спросила Алена, словно боясь нарушить спокойствие мудрого старца.
   Волхв молчал.
   -- Емельян Демьянович, про какую тайну вы говорите? -- громко переспросила Маня и встретилась глазами с испепеляющим взглядом Василины, которая тут же пришикнула на нее.
   Старик закрыл глаза и сделал вид, что не замечает присутствия девочек. Извинившись, они стали тихонько покидать комнату. Последней уходила Василина.
   -- Ты ведь и сама знаешь... чтобы решить задачу, нужно зреть в корень, -- вдруг произнес волхв, не открывая глаз. -- Растение начинается с корня, ребенок берет свое начало в утробе матери.
   Василина замерла у двери в надежде услышать еще что-нибудь, но Емельян Демьянович погрузился в сон. Она вышла, закрыла за собой дверь и пересказала сестрам последние слова старца.
   -- Я ничего из этого не поняла, -- беззаботно сказала Маня. По всей видимости, она и не собиралась вникать в смысл слов.
   -- Я тоже ничего не поняла, кроме одного: нужно найти нашу мать, -- решительно произнесла Василина.
   -- Но ведь она умерла... -- сказала Алена.
   -- Это не означает, что ее вообще не существовало. Нам нужно выяснить при каких обстоятельствах мы родились. И мы должны найти могилы родителей, чтобы возложить цветы... Если Емельян Демьянович сказал, что поиски нужно начать с матери, значит мы найдем и отца...
   -- И как ты предлагаешь узнать где и как умерла наша мать, если никто не знает о ней, если у нас даже нет родственников? -- спросила Маня, не особо веря в успех этого дела.
   Сестры замолчали, окунувшись в свои невеселые раздумья.
   -- Емельян Демьянович дал мне ясно понять, что начать поиски нужно с матери, -- задумчиво произнесла Василина, глядя куда-то себе под ноги. -- Но я не знаю, что означают его слова: "Тайна и близко, и далеко"...
   -- Ну, если за раздумья взялась Василина, то задачка будет решена - в этом можно быть уверенной, -- сказала Алена, улыбаясь.
   -- Нужно отправиться обратно в наши города и расспросить обо всем воспитательниц и директоров, -- сказала Василина, и глаза ее в этот момент блеснули.
   -- Ох, только не это, -- заныла Маня. -- Ненавижу летать на самолетах.
   -- Как так? Ты же у нас самая бойкая и смелая, -- усмехнулась Алена.
   -- Недостатки еще никто не отменял. Я не то что бы боюсь летать на самолетах, я просто им не доверяю.
   -- А на что нам Иван Иваныч со своим Жигулем? -- задорно улыбнулась Василина.
   -- О, а вот этому "Жигулю" я доверяю.
   Погруженные в мысли о своих родителях, девочки отправились к наставникам.
  
  
  
   ***
   Василина зашла в кабинет Василисы Вахрамеевны. Посреди комнаты стояли три деревянных двери.
   -- Здравствуй, Василина! Сегодня я приготовила для тебя испытание, -- загадочно улыбнулась наставница. -- Перед тобой, как видишь, три двери, за ними еще три двери, а за теми тремя еще три. Но пока ты не вошла в одну из этих дверей, те двери ты не увидишь. Как только я взмахну рукой, на дверях появятся надписи примерно как в сказках: "Налево пойдешь - коня потеряешь". Ты должна включить логику и интуицию и выбрать верную дверь во всех трех случаях. В конце, если пройдешь, тебя будет ждать подарок. Но учти, что одна неверно выбранная дверь и ты пропала. Итак, время пошло.
   Василиса Вахрамеевна взмахнула рукой, и на всех трех дверях одновременно появились надписи. Крайняя левая дверь гласила: "Не заговоришь", средняя: "Не продвинешься", правая: "Не узришь".
   "Если я не смогу видеть, тогда я даже до следующей двери не дойду", -- размышляла Василина. -- "Что значит "Не продвинешься"? Если я не смогу двигаться, то, получается, так никуда и не дойду. Остается выбрать левую дверь и потерять голос. А вдруг именно голос мне и понадобится за следующей дверью?.. Ладно, была не была".
   Василина оглянулась на наставницу, лицо которой не выражало ровным счетом ничего, и шагнула за левую дверь. Она оказалась в пустой комнате, отличной от кабинета Василисы Вахрамеевны. Для проверки голоса она попыталась произнести вслух свое имя, но поняла, что не может говорить.
   На встроенных в стену трех дверях появились надписи. Левая дверь предупреждала Василину о том, что за ней она встретит преграду, средняя - потеряет память, правая - застрянет.
   "Что же выбрать?" -- лихорадочно соображала Василина. -- "Во всех трех случаях не вижу сильного подвоха. Преграду можно перейти, отсутствие памяти мне не помешает, а если застряну... Если застряну, то, скорее всего, не смогу идти дальше. Хм... это слишком очевидно для того, чтобы я не выбрала эту дверь". -- Василина задумалась. -- "Так, еще раз. Преграда, память, застревание... Преграда, память, застревание... Преграду можно преодолеть, а можно и не преодолеть. Вдруг там понадобится способность говорить? Память... На первый взгляд кажется, что ничего опасного там нет, и можно смело шагнуть... Поэтому я открою правую дверь".
   Василина повернула ручку правой двери и очутилась в комнате с зыбучим песком, который стал засасывать девочку в себя.
   "Я проиграла", -- с досадой подумала Василина, оказавшись в песке по пояс. Она оглядела комнату в поисках хоть какого-нибудь спасительного знака. -- "Не могу поверить в то, что я оплошалась!".
   Она уже почти целиком вошла в песок солдатиком. Торчали только руки, поднятые вверх, и голова.
   "Хоть бы была веревка, чтобы ухватиться за нее", -- в отчаянии подумалось Василине. И веревка появилась, свесившись с потолка.
   Василина, ни секунды не медля, схватилась за нее руками, и веревка вытащила девочку из песка. Она изо всех сил держалась за веревку на весу, чтобы не упасть в песок и снова не потонуть в нем. Василина глянула вниз - песка как не бывало.
   Когда девочка спрыгнула на пол и облегченно вздохнула, в стене появились три двери, гласившие, что выбери Василина их, она упадет, утонет и взлетит.
   "Ничего хорошего ни за одной этой дверью нет, -- невесело подумала Василина. -- Среднюю дверь выбирать точно не буду - воды боюсь. Остается выбрать между левой и правой... Будет обидно, если именно средняя дверь, где мне суждено утонуть, окажется вернем путем. Что будет, если я упаду? Нет, стоп, нужно по-другому думать. За одной из этих дверей меня ждет победа и подарок. Подарок - это цель, мечта. А цель - это вершина. И получение подарка - это тоже возвышенное чувство, радость. Получается... взлететь к вершине, к своим мечтам... Что ж, выбираю полет. Снова правая дверь".
   Василина сделала глубокий вдох и шагнула в крайнюю дверь справа. Сильный поток воздуха подхватил ее и устремился наверх. Она инстинктивно закрыла глаза и закричала от испуга, но это было напрасно. Открыв глаза, Василина обнаружила, что лететь не так уж и страшно, тем более воздух поднял ее не слишком высоко, где-то на уровне потолка, а небо-то ненастоящее, это декорации. Вот, показалось белое облачко, а на нем - прозрачный, стеклянный куб. Василина схватила его, и свалилась на пол. Огляделась - ее вновь окружала мебель кабинета наставницы. Сама Василиса Вахрамеевна стояла перед ней, сложив руки на груди, и улыбалась.
   -- Превосходно! Присядь на диван.
   Василина присела на диван и покрутила куб в руках. Ничего примечательного, интересного или магического она в нем не обнаружила.
   -- Это Куб Живой Мысли, -- сказала Василиса Вахрамеевна. -- Если долго смотреть в него, не отвлекаясь, и вспоминать что-то или мечтать, то мысль появится в нем в виде живых картинок. Этот приз может показаться тебе бесполезным, однако порой визуализация мыслей помогает нам лучше разобраться в своих раздумьях, мечтах и воспоминаниях.
   Василина поблагодарила наставницу за подарок и направилась к двери.
   -- Кстати, комната с песком подразумевала проигрыш, -- произнесла Василина Вахрамеевна. -- Но ты повела себя по-геройски, не отчаялась и не сдалась, поэтому я решила помочь тебе, подкинув веревку, о которой ты подумала с таким усилием и с таким желанием. Помощь всегда приходит к нам со стороны, если мы о ней просим. Люди с большой буквы никогда не сдаются, даже из самой сложной и критической ситуации всегда есть выход.
  
   ***
   После занятий с наставниками Маня с Василиной пошли искать Ивана Ивановича, чтобы вернуться в интернат, а Алена, невнятно объяснив им, что ей нужно остаться в Юдо на часик (якобы дошить незаконченный наряд), и добавив, что обратно ее подбросит кто-нибудь на зонтике, украдкой прошмыгнула за конюшню. Почему-то она стеснялась говорить обо всем сестрам и не хотела, чтобы кто-то видел ее встречи с Андреем. Может быть потому, что Алена еще сама не совсем понимала, что происходит между ней и этим парнем...
   Пока девочка стояла, застыв на одном месте и боясь зайти в конюшню с входа, выходившего во двор, где гуляли люди, Андрей незаметно подошел к ней сзади и легонько тронул за плечо. Алена вздрогнула и обернулась с бьющимся от волнения сердцем. Андрей держал за уздечку маленькую серую лошадку, напоминавшую пони. Но в отличие от пони у лошадки на спине было два горбика.
   -- Вот, знакомьтесь, это конек Горбунок, а это Алена.
   Конек с королевским почтением опустился на землю, подогнув передние ноги.
   -- Здравствуйте, -- сказала Алена, не зная на "ты" или на "вы" обращаться к животному, и тоже поклонилась.
   -- Ну что, полетели? -- спросил Горбунок, оказавшийся говорящим существом.
   Алена усомнилась в том, как такой маленький конек сможет уместить на себе двух человек, да еще и осилить их вес, но Горбунок заверил ее в обратном. Усадив Алену на конька, Андрей запрыгнул сам и попросил Горбунка сделать их невидимыми. Горбунок повел ухом и растворился в воздухе, вместе с ним исчезли и Андрей с Аленой. Они облетели Юдо, покружились над морем и, вернувшись в городок, приземлились в одном из садов, где небо было сиреневым, а земля устлана розовой сахарной ватой и бутонами алых роз.
   -- Как чудесно! -- запищала Алена.
   -- Все для тебя, Аленушка, -- ласково сказал Андрей, радуясь ее восторгу.
   Алена, забыв обо всем на свете, с детской радостью на лице и в движениях побежала к концу сада, хватая по дороге сахарную вату, от которой не липли руки. Догнав Алену, Андрей поймал ее и закружил в воздухе, пропитанным сладостью и запахом роз.
   -- Нам не следует встречаться на виду у всех... -- сказал он, поставив ее на землю. -- Марья Царевна будет не рада, если прознает об этом.
   -- Я и сама не хочу, чтобы кто-то знал о наших встречах, -- призналась Алена. --Даже сестрам не говорю, а то засыпят вопросами и спокойно жить не дадут. А почему Марья Царевна против?
   -- Потому что мне по должности нельзя влюбляться, -- с еле заметной грустью улыбнулся Андрей. -- Но я, кажется, уже влюбился.
   Алена вспыхнула.
   -- Спасибо тебе за потрясающую прогулку, -- с нежной благодарностью произнесла Алена.
   Андрей поцеловал ее в волосы.
   -- Я хочу радовать тебя каждый день... Ты мне нравишься, Аленушка... Не знаю как объяснить свое чувство... Меня тянет к тебе невидимым канатом, который я не в силах разорвать...
   -- Зачем разрывать канат? Не нужно бороться со своими чувствами, ведь ты... ты тоже очень нравишься мне.
   Андрей провел рукой по Алениным и взял ее светлое личико в свои ладони. Их губы уже были в миллиметре друг от друга, как Андрей неожиданно отстранился и, с досадой тряхнув головой, сказал сквозь сжатые зубы:
   -- Нет, не могу! Я не должен этого делать...
   -- Что такое? -- обеспокоенно спросила Алена. -- Это из-за возраста, да? Или из-за того, что мы мало знакомы?
   -- Нет, нет, Аленушка, все это здесь не причем. В наше время ни возраст, ни время и степень знакомства значения не имеют, -- сказал Андрей, вложив Аленины ладошки в свои. -- Дело совсем в другом, но я не смогу тебе это объяснить, как бы ни старался...
   -- Хорошо, ладно, не нужно ничего говорить... Просто побудь со мной
  
   7. Шажок к разгадке тайны
  
   Как только Алена открыла дверь интернатской комнаты, на нее накинулась Маня.
   -- Ты где так долго была? Говорила на час останешься, а уже прошло целых три! Мы тут с Василиной надумали сегодня разыскать роддом, в котором мы появились на свет. Там наверняка сохранились все данные нашей матери... Поехать нужно сегодня, пока есть время и пока в школе нас не завалили уроками.
   Алена с глупым выражением улеглась на кровать и изрекла:
   -- Ничего не поняла.
   -- Тебя что, головой об стенку ударили? -- спросила Маня, заглядывая в затуманенные Аленины глаза. -- Сейчас мы собираемся и едем в роддом.
   -- А вы его уже нашли? -- спросила Алена.
   -- Да, все оказалось очень просто. Василин, расскажи Алене, а я пошла за Иванычем.
   Маня ушла, а Василина принялась рассказывать.
   -- Год назад моя воспитательница рассказала мне, что малюткой меня подбросили на крыльцо детского дома. Марина Александровна первой меня там и обнаружила. К ноге у меня была привязана бирочка с номером, на обратной стороне бирки стояла печать с названием роддома, которого в моем городе не существовало. Я помню, как Марина Александровна рассказывая это, не могла взять в толк как на мне оказалась бирка несуществующего роддома. Сегодня я позвонила в свой детский дом и попросила к телефону Марину Александровну. К моему счастью, она помнила название роддома, значившегося на бирке. Я сходила в компьютерный класс и в интернете нашла адрес роддома. Оказалось, он находится в Архангельске...
   Последнюю фразу Василина произнесла с особой, волнующей интонацией. Алена изумленно округлила свои и без того большие глаза.
   -- То есть ты хочешь сказать, что мы родились в Архангельске?..
   -- Получается так.
   Не найдя Ивана Ивановича, Маня обратилась к старшей воспитательнице, которая сообщила, что он уехал куда-то по важным делам до завтра.
   -- Не знаю, на чем он там уехал, но его "Жигуль" стоит за воротами, -- сказала Маня, вернувшись в комнату. -- Придется воспользоваться машинкой без спроса.
   -- Ты что, сумасшедшая?!
   -- Нет, я вполне адекватна. А что такого, мы только покатаемся чуть-чуть и вернем "Жигуль" в целости и сохранности.
   -- А ты разве умеешь им управлять? -- с подозрением спросила Василина.
   -- Нет, но это не проблема.
   -- И откуда в тебе столько самоуверенности? -- удивилась Алена.
   -- Слушайте, девчонки, если мы решили ехать, то надо ехать, -- решительно сказала Маня и отправилась во двор.
   Она и понятия не имела как управлять автомобилем и уж тем более как заставить его взлететь. Следуя за смутными воспоминаниями об управлении авто, она повернула ключ зажигания и стала наугад дергать переключатель передач.
   Страшно заревев, словно ругаясь на непрошенных гостей, незаконно проникших в автомобиль, "Жигуль" резко рванул вперед под напором педали "газ" и так же резко остановился по команде "тормоз". Так продолжалось несколько минут: Маня давила то на газ, то на тормоз, от чего автомобиль передвигался рывками, вынуждая Василину и Алену с силой вцепиться в передние сиденья.
   Случайно глянув в окно, Алена увидела бегущую к воротам разгневанную Галину Николаевну. Представив, какая им грозит взбучка за машину, Алена сжалась от страха, напоминая в этот момент маленького испуганного котенка. Маня тоже заметила воспитательницу и не растерявшись, надавила на газ. Без приключений проехав по улице, она вырулила на главную городскую дорогу. Страшно было всем. В том числе и водителям, проезжавшим мимо. Задевая их машины и выезжая на встречную полосу, Маня уверенно гнала вперед.
   -- Я не знаю, как работает эта колымага! -- с раздражением сказала она, неаккуратно обруливая идущий впереди легковой автомобиль.
   -- Сначала нужно доехать до поляны за городом, так всегда делает Иван Иванович, -- заметила Алена. -- А там разберемся.
   -- Иван Иванович так делает, чтобы никто не увидел, как машина исчезает в воздухе, -- объяснила Василина, заглядывая вперед между кресел в поисках заветной кнопки. -- А с Маней мы разобьемся, пока выедем за город.
   Молча подтверждая эти слова, Маня врезалась в джип, из которого незамедлительно выглянул толстенький, лысый мужичок и стал изливать тонны ругательств.
   -- А что это за рычажок под рулем? -- спросила Василина, прищурившись.
   -- Где? Вот этот? -- переспросила Маня, нащупав левой рукой маленький, неприметный рычажок. -- Не знаю.
   Маня беззаботно дернула за рычажок. Машина начала приподниматься от земли.
   -- Мы взлетаем! -- радостно выдохнула Алена, прижавшись лбом к стеклу.
   Отвлекшись на разглядывание панорамы из окна, Маня отпустила педаль газа, чего было делать нельзя - "Жигуль" тут же опустился на дорогу.
   Маня снова надавила на газ и дернула за рычажок. Автомобиль, раскачиваясь, взлетел в воздух, оставив водителей и пассажиров на дороге в полнейшем недоумении. Это недоумение усилилось еще больше, когда они увидели как "Жигуль" растворился в воздухе, будто его и не было вовсе.
   -- Взлететь-то мы взлетели, но как мы доберемся до Архангельска по воздуху? -- с беспокойством спросила Алена. -- Ты же, Мань, не знаешь в каком направлении лететь!
   -- Об этом должна была позаботиться наша сестра.
   Алена с вопросом в глазах уставилась на Василину.
   -- Я думаю, нужно попробовать назвать машине пункт прилета, -- довольно уверенно сказала Василина.
   -- Нам нужно в Архангельск, в клинику имени Ерашевской, -- громко и четко произнесла Маня, как будто она говорила это глухой старушке.
   Застыв на две секунды в воздухе, словно раздумывая куда именно полететь, "Жигуль" покачнулся и полетел налево.
   -- Откуда ты это знала? -- удивленно спросила Алена у Василины.
   -- Я заметила, что Иван Иваныч, садясь за руль, всегда называет вслух место, куда мы летим: "Ну что, поехали в Юдо, в Терем", "Возвращаемся в Питер, в интернат Дубинского".
   Маня с улыбкой покачала головой.
   -- Ну до чего же умная у нас сестра!
   Маня с грохотом приземлила "Жигуль" на стоянке перед клиникой, поставив автомобиль поперек между двумя рядами припаркованных машин. Алена с облегчением вздохнула - прилетели без происшествий. Только при выходе из машины она поняла, что от напряжения и малой подвижности у нее затекли все конечности. Дождавшись, пока Алена разомнет руки и ноги, девочки двинулись в клинику.
   Обратившись к администратору, Василина вежливо сказала:
   -- Мы ищем свою мать. Вы не могли бы посмотреть в архивах, кто родил в 1997 году тройню?
   Женщина - администратор с некоторым недоумением посмотрела на Василину и перевела взгляд на девочек, стоящих позади.
   -- Вообще-то мы не имеем права разглашать информацию о наших пациентах...
   В разговор нетерпеливо вмешалась Маня.
   -- А мы имеем право знать, кто была наша мама.
   Напор на администратора подхватила Алена, но использовала она другое оружие - очарование и жалость.
   -- Нас разлучили сразу после рождения. Представьте каково нам было жить все эти годы без родной матери... Мы не знаем кто она, где она, как у нее дела...
   Женщина прониклась сочувствием и принялась искать в компьютере данные за 1997 год. Сначала ее лицо ничего кроме сосредоточенности не выражало, но остановившись глазами на одной строчке, она подняла голову и улыбнулась уголками губ.
   -- Кажется, я нашла. В 1997 году семнадцатого августа у нас действительно была рождена тройня, только я тогда еще не работала. Клиентка Миронова Анастасия Михайловна, 1970 года рождения. Сейчас запишу вам телефон и домашний адрес.
   Сестры с нетерпением следили, как женщина выписывает на листочек адрес.
   -- Спасибо! Огромное вам спасибо! -- восклицая, поблагодарила Маня, взяв листочек.
   -- А вы не могли бы сказать, кто принимал у нее роды? -- спросила Василина.
   -- Да, я могу посмотреть у кого наблюдалась ваша мама, -- охотно согласилась женщина и стала перебирать папки. Вслед за папками пошли карточки пациенток, куда вносилась информация о болезнях и родах. Наконец, администратор наткнулась на фамилию Миронова.
   -- Ее врачом была Ольга Николаевна... но, к сожалению, она уже давно не работает в нашей клинике, -- с огорчением произнесла женщина и, снова опустив глаза в карту, улыбнулась. -- А вот акушерка Татьяна Степановна сейчас на работе. Вам повезло! Пятнадцатый кабинет направо.
   Поблагодарив администратора, девочки кинулись в коридор, где на мягких бежевых диванчиках со скучающим видом в ожидании приема сидели пациентки. При виде трех школьниц их скучающий вид сменился любопытством, смешанным с осуждением.
   Постучавшись, Василина осторожно приоткрыла дверь кабинета, и, удостоверившись, что кроме пожилой женщины в белом халате там никого нет, шагнула внутрь.
   -- Извините, вы Татьяна Степановна?
   Женщина отвлеклась от бумаг, которые читала за столом.
   -- Я, я. А что ты хотела, девочка?
   -- Вы были акушеркой у Мироновой Анастасии, которая в 1997 году родила тройню, помните?
   Татьяна Степановна встала со стула, сняв очки.
   -- Помню, помню, -- медленно произнесла она. -- Зачем же ты этим интересуешься?
   -- Я и мои сестры... мы та самая тройня! -- воодушевленно сказала Василина, открыв дверь и запуская девочек.
   -- Ох, как, -- охнула акушерка. -- Ну что ж, я рада, что вы живы и здоровы. Да вы здоровенькими и родились. С вами никаких проблем не было. Так зачем вы ко мне пожаловали? Надеюсь, не рожать? Вам, вроде как, рано еще.
   -- Расскажите о нашей матери, если вы ее помните... -- попросила Алена. -- Нас ведь с ней разлучили, мы никогда ее не видели...
   -- Ах, точно, точно! -- быстро заговорила Татьяна Степановна. -- Я сразу-то и не вспомнила об этом. Было такое, м-да... Бедные вы дети... Но всякое бывает в жизни. Я за тридцать лет такого насмотрелась в родильных домах, что ничему уже не удивляюсь.
   -- Расскажите, пожалуйста, о маме... Мы так хотим знать, -- снова попросила Алена.
   Женщина вскинула голову, закусив кончик очков. Сестры сели на кушетку в нетерпеливом предвкушении рассказа.
   -- Да, да, да... помню Анастасию, помню... Эта женщина была сумасшедшей. Она постоянно твердила, что у нее родятся необычные дети, что им кто-то там пророчит великое будущее. Вечно говорила что-то про магию. В итоге ее признали невменяемой и лишили родительских прав еще до рождения детей, а малышек, то есть вас, распределили по детским домам.
   Девочки погрузились в грустное молчание.
   -- Вы не знаете, что с ней стало потом? -- спросила Василина.
   -- Ничего не слышала об этом, -- покачала головой акушерка. -- Но помню, как она не раз говорила, что ее ждет скорая смерть.
   Девочек как хлыстом ударило.
   -- А вы не помните палату, в которой она лежала? -- снова спросила Василина. -- Нам бы хотелось на нее взглянуть...
   -- Что ж от этого изменится-то, -- сказала Татьяна Степановна, но все же стала что-то вспоминать, закусив кончик очков по привычке. -- Память у меня уже не такая как раньше, номер я не помню, но помню, что палата была ближе к концу коридора. Пойдемте поднимемся, я, может, на месте вспомню.
   Татьяна Степановна с девочками поднялась по лестнице на третий этаж, где над дверью висела табличка: "Лаборатория".
   -- Это сейчас у нас здесь лаборатория, а раньше было стационарное отделение, где женщины лежали на сохранении и после родов, -- объяснила акушерка.
   Пройдя по коридору с кабинетами, предназначенными для забора и исследования анализов, Татьяна Степановна остановилась у двери с табличкой "Старшая сестра". Рядом была дверь с надписью "Туалет".
   -- Да-да, -- пробормотала акушерка, задумчиво поглаживая подбородок. -- Вот она та комната. Я помню, что рядом с палатой Анастасии находился туалет, она еще радовалась, что ей ближе всех в него ходить.
   Татьяна Степановна толкнула дверь, в кабинете никого не оказалось.
   -- Ну вот, можете заглянуть.
   Акушерку кто-то окликнул в коридоре, и она ушла. Девочки зашли в кабинет, в котором стояли шкафчики с медикаментами и медицинской утварью, рабочий стол, маленький холодильник и кровать у стены. Кабинет больше походил на жилую комнату, чем на рабочее место.
   Василина обошла комнату, внимательно рассматривая стены и заглядывая за шкафчики.
   -- Что ты тут ищешь? -- спросила Маня.
   -- Если мама знала про волшебный мир, она могла оставить какой-нибудь знак, записку или что-то в этом роде в надежде, что когда-нибудь мы это найдем, ну или не мы, а тот, кто нам это передаст, -- ответила Василина, заглядывая под кровать.
   -- Это абсурд, -- недоверчиво покачала головой Алена. -- Прошло четырнадцать лет, с того момента здесь сто раз убирались и сто раз делали ремонт.
   Василина залезла под кровать и заметила, что в углу от стены отходит плинтус.
   -- А вот и нет, -- возразила она Алене, дернув за плинтус. Он с легкостью поддался и отошел от стены по длине кровати. -- Именно в этой комнате ремонт не делали. Обратите внимание, что в других кабинетах, приспособленных под лабораторию, на потолке новая плитка и стены из красивого пластика, а здесь старые обои, а на потолке всего лишь побелка.
   Василина принялась прощупывать щель, образовавшуюся между плинтусом и стеной. Ближе к середине пальцы наткнулись на что-то бумажное. Василина выбралась из-под кровати и показала сестрам бумажку, сложенную в несколько раз.
   -- Это то, что я искала, -- сказала она с горящими глазами.
   Василина развернула листок, и сестры склонились над ним, затаив дыхание. Это было похоже на запись из личного дневника. Неаккуратный, размашистый почерк гласил:
   "Сегодня второй день после родов. Рожала я долго и в больших муках, до сих пор отойти не могу, все болит, сложно ходить. Родила трех прелестных девочек, но у меня их забрали, даже не дав поддержать на руках. Еще до родов приняли меня за сумасшедшую и отняли родительские права. Я-то понимаю, что все это подстроено, но ничего не могу с этим сделать. Когда выйду отсюда, мне, чувствую, недолго останется жить. Надеюсь, мои девочки, хоть они и не совсем мои, найдут артефакты и приобретут дар, переданный им от отца".
   Сестры услышали стук приближающихся каблуков и поспешили покинуть комнату. Василина положила записку в карман брюк. Девочки в полном молчании направились к лестнице.
   -- Что это все значит? -- спросила Маня, заглядывая Василине в лицо, которое выражало глубокую задумчивость и скорбь.
   -- Понятия не имею... Возможно, мамина смерть связана как-то с нашим рождением...
   -- А что такое артефакты? -- опять спросила Маня, когда они спустились в холл.
   -- Я не знаю точно... кажется, это что-то вроде реликвии.
   -- А реликвии это что?
   Василина со вздохом покачала головой. Сестры попрощались с женщиной-администратором и вышли на улицу. Настроение у всех было какое-то странное. Грусть и печаль переплетались с радостью от найденной записки.
   Было уже семь часов вечера, и девочкам предстояло завершить последнее дело. Они поехали по адресу, который администратор выписала из медицинской карты из матери. Чудом Мане удалось не покалечить другие машины. Благодаря прохожим, подсказывающим путь, девочкам удалось быстро добраться до нужного дома.
   -- А что если наша мама не умерла, а до сих пор живет в этой квартире? -- сказала Алена, взволнованная этой мыслью, когда они поднимались на пятый этаж кирпичного здания, в котором не было лифта.
   Василина позвонила в дверь тридцать девятой квартиры. Девочки прислушались к тишине, в которой едва можно было различить признаки жизни за дверьми других квартир.
   -- Кто там? -- раздался раздраженный женский голос.
   У Алены бешено заколотилось сердце. От волнения она схватила Маню за руку.
   -- Простите, здесь проживает Миронова Анастасия Михайловна? -- громко спросила Василина.
   -- Она уже давно здесь не живет, -- ответил голос.
   -- Не подскажите, как ее можно найти?
   -- А я откуда знаю, -- был ответ.
   Маня сокрушенно опустила голову.
   -- Значит, ее и правда нет в живых...
   Алена разжала ладонь, в которой держала Манину руку и вытерла слезу, одиноко скатившуюся по носу. Василина обняла сестер.
   -- Не будем отчаиваться, девочки. Вдруг мама все же жива? Нужно продолжать поиски. И нужно найти те самые артефакты...
  
   8. Волшебные зонтики
  
   Всю ночь бушевал ветер, гоняя дождь по улицам. Алене и Мане плохо спалось, и только Василина мирно посапывала, отвернувшись лицом к стенке.
   Рано утром в комнату влетела Галина Николаевна.
   -- Что вы себе позволяете? -- заревела она, грозно сверкая глазами. -- Вам грозит детская колония по всем статьям! Угон машины, вождение без прав... Это какая же наглость сесть за руль и уехать прямо перед моим носом!
   Маня присела на кровати, угрюмо глядя в пол. Ей удалось уснуть только под утро, и именно в эту минуту ее сон был так глубок и сладок, что вместо стыда она почувствовала раздражение за столь бесцеремонное прерывание сна.
   Протерев глаза, Алена виновато посмотрела на воспитательницу.
   -- Встать, когда старшие разговаривают! -- рявкнула Галина Николаевна, сдернув одеяло со спящей Василины.
   -- Простите, пожалуйста... -- тихо забормотала Алена. -- Мы больше так не будем...
   -- Это вы будете говорить директору интерната и начальнику колонии! Быстро оделись и марш в кабинет директора!
   Маня лениво натянула кофту, висевшую на спинке кровати.
   -- Быстро я сказала! -- закричала воспитательница, оглушив девочек.
   Алена поспешно оделась и подала одежду Василине, которая все еще с трудом шевелилась в кровати.
   Директор Юлия Игоревна, худощавая женщина с каре, всегда носившая только брючные костюмы, некрасиво сидевшие на ее худом теле, сделала сестрам строгий выговор, наказав Галине Николаевне взять их под, так называемый, домашний арест. То есть девочкам грозило заточение в комнате на протяжении двух недель и к этому еще прилагалось дополнительное домашнее задание по каждому предмету.
   Под строгим надзором Галины Николаевны, не прекращавшей ругать девочек, они вернулись в комнату и, усевшись на свои кровати в удрученном состоянии, стали ждать Илью.
   На физкультуре сестры взбодрились.
   -- Не вешайте нос, -- сказал Илья, закрывая спортивный зал после тренировок. -- Иван Иванович скоро приедет и все уладит. Но машину без спроса брать все-таки не надо было... Не хорошо это.
   После биологии за сестрами зашел Иван Иванович. Он выглядел очень уставшим и тусклым.
   -- Простите Иван Иваныч, мы были вынуждены взять машину без спроса, потому что вас не было, а машина была очень нужна нам, -- затараторила Маня, схватив старичка за локоть. -- Мы не ради веселья это сделали, мы ради хорошего дела...
   -- Машина? -- рассеяно переспросил Иван Иванович, толкая входную дверь. -- Ах, да, машина... Да ничего, главное, что вы не разбились.
   За дверью на улице старичок столкнулся лицом к лицу с Галиной Николаевной.
   -- Куда это вы их ведете, Иван Иванович? -- взвизгнула воспитательница, увидев девочек, вышедших следом за старичком. -- Они под арестом и должны оставаться в своей комнате за исключением уроков, завтрака, обеда, ужина и естественной нужды. Кстати, об уроках. У них же сейчас начнется литература, куда вы их повели?
   -- Иду с ними разбираться, они мне машину попортили, -- буркнул Иван Иванович и, отстранив рукой воспитательницу, быстро зашагал дальше.
   -- Ни минуты не опаздывать на литературу! -- прикрикнула Галина Николаевна вслед девочкам.
   Сев в автомобиль, Иван Иванович произнес с комком в горле:
   --Ужасное утро... не уберег я молодую девчонку... Наложила она на себя руки...
   Алена вскрикнула и зажала себе рот рукой. Девочки впервые видели слезинки в этих всегда веселых старческих глазах.
   -- Ох, что же я такое говорю... вам не нужно это знать, -- спохватился Иван Иванович и с тяжелыми вздохами завел мотор.
   Полет немного успокоил старичка и он, устало улыбаясь, стал рассказывать девочкам истории из своей юности.
   Приземлившись в Юдо, Иван Иванович пожелал девочкам успехов, пообещав, что прикроет их в интернате и снимет арест, и отчалил обратно в Петербург. Там он чудесным образом воздействовал на Галину Николаевну, заверив, что никакой арест им не нужен и что литературу они пропустили по случаю похода к врачу.
   Во дворе Терема к сестрам подошли две девочки, судя по всему их ровесницы.
   -- Вы те самые новенькие, которые победили кикимору? -- спросила та девочка, что была повыше.
   -- Начало-о-ось, -- протянула Маня.
   -- Тань, вечно ты лезешь со своими расспросами, -- упрекнула подругу вторая девочка. -- Я - Катя. А вы, кажется, Маша, Алена и Василина?
   Алена указала кто из них кто, отметив, что Машу зовут Маня.
   -- На самом деле это классный дар - умертвлять злыдней! -- сказала Таня с восторгом.
   -- Мы и сами еще не поняли, что за дар у нас такой, -- не слишком радостно произнесла Василина.
   -- То есть до прибытия сюда вы и не знали, что обладаете таким даром? -- снова спросила Таня.
   -- Да мы даже друг о друге не знали! -- хмыкнула Маня.
   -- У вас есть время? Пойдемте к нам в гости, -- предложила Таня.
   Компания девочек двинулась в сторону жилого квартала, в котором сестры еще не были. Домики всевозможных цветов и форм были разбросаны в хаотичном порядке. Во дворах некоторых домов стояли машины, они были забавные, точно игрушечные. На улочках и в садиках играли дети.
   -- Мы живем с родителями. Дом на двух хозяев, -- пояснила Катя на ходу. -- У меня академическая семья. Мама и папа вечно что-то изобретают, занимаются научными открытиями в области магии. Это даже хорошо, что они вечно заняты: они мало обращают на меня внимания, так что я могу делать что захочу, ложиться спать и вставать когда моей душеньке угодно.
   -- Чего не скажешь о моих предках, -- ворчливо сказала Таня. -- Я у них как марионетка, которая должна жить строго по часам и все время перед ними отчитываться. Шаг влево, шаг вправо - расстрел.
   -- Они контролируют тебя, потому что любят, -- спокойно объяснила Василина.
   Таня с Катей привели девочек к желтому двухэтажному дому. Дом окружал цветочный сад. Среди остальных двориков этот был, пожалуй, единственный в котором вовсю цвели причудливые цветы. Растений и кустарников было столько, что невозможно было и представить, что кто-то мог гулять по саду, не наступив на цветочек и не запутавшись в листьях и ветках.
   Девочки вошли в прихожую, и из кухни к ним выглянула каштановая голова.
   -- Подружек привели? -- приветливо спросила Танина мама. -- Вы знаете, что уже обед? Пора к столу. У меня все готово.
   -- Вы будете кушать? -- спросила Таня у сестер. Они покачали головами. -- Мам, девочки не хотят кушать, я тоже еще не голодная, давай попозже поем.
   В кухонном проеме снова показалась голова.
   -- Обедать нужно вовремя! Желудки себе посадите!
   -- Давайте, покушаем, а то мама не отстанет, -- сказала Таня, умоляюще посмотрев на девочек.
   Сестры познакомились с Таниной мамой, Ангелиной Юрьевной, и сели за стол. Еда была диетическая, словно для язвенников: постный супчик без поджарки, получерствый хлеб и компот с сухими, безвкусными печенюшками.
   -- Мама следит за питанием, -- полушепотом произнесла Таня, виновато посмотрев на сестер, -- и готовит хуже, чем в казарме.
   -- Ну а мои вообще не готовят, -- усмехнулась Катя. -- Радуйся, что тебя хоть так кормят. А мне приходится все самой делать.
   -- И когда это, интересно, тебе приходится, если ты ешь все время с нами, на нашей кухне? Кстати, где твои сейчас, у себя наверху?
   -- Ага. Как обычно, заняты научной работой. Девочки, -- сказала Катя, обращаясь к сестрам, -- я бы познакомила вас со своими родителями, но они не любят, когда их отвлекают от работы, поэтому в другой раз.
   -- А чем занимаются ваши родители? -- спросила Таня и поняла, что спросила что-то не то. Лица у сестер как-то разом вытянулись, глаза потускнели.
   Они всю жизнь жили в приютах, и никто никогда не задавал таких вопросов, потому что и так было понятно, что родители в их жизни отсутствуют. А сейчас что-то сильно кольнуло.
   -- Мы детдомовские, -- сказала Маня, бултыхая ложкой в супе.
   -- Ой, простите меня, пожалуйста... я не знала...
   -- Все нормально, -- заверила ее Алена.
   Остаток обеда прошел в молчании. После Таня провела сестер в свою комнату. Она была сплошь и рядом заставлена цветами, такими же яркими и необычными, какие росли и в саду.
   -- У тебя так много цветов! -- удивилась Алена, нагибаясь к каждому цвету, чтобы понюхать и рассмотреть его поближе.
   -- Не у одной меня комната вся в цветах. Мы... -- запнулась Таня и переглянулась с Катей, -- мы... цветочницы.
   -- Кто? -- переспросила Маня, чьи брови поползли удивленно вверх.
   -- Мы разводим и выращиваем волшебные цветы, -- поспешила объяснить Катя. Слова эти были сказаны с наигранной важностью. Сестры уловили, что ей как будто неловко об этом говорить. -- Я всегда любила цветы, чувствовала к ним какую-то особую страсть. Но способности раскрылись только три года назад. Я стала оживлять засохшие цветы и наделять семена удивительными свойствами. Ко мне от нечего делать подключилась Таня. Чего ты шикаешь? Ты же и правда раньше ничем не увлекалась и ни в какой области себя не развивала, так что можешь сказать мне спасибо. Благодаря общему увлечению цветами у нас даже одна наставница на двоих.
   -- Ну и что могут ваши цветы? -- поинтересовалась Маня, которая, в общем-то, была равнодушна к цветам.
   -- Да, что вы с ними делаете? -- спросила Алена. А вот она в отличие от сестры питала любовь к растениям и ей по-настоящему было интересно узнать вопрос на этот ответ.
   -- Мы можем оживить любой увядший цветок, восстановить оборванные листья и лепестки, -- сказала Катя.
   -- Можем превратить цветок в конфету... в виде самого этого цветка, естественно, -- добавила Таня.
   -- Выращиваем чарующие цветы, -- продолжила Катя. -- Подарил такой цветок девушке, и она влюбится в тебя.
   -- А если подарить этот цветок парню? -- хихикнула Маня.
   -- Еще у нас есть цветы, которые светятся в темноте, мигают и переливаются разноцветными красками.
   -- Есть растения, удаляющие голод. Съел один листик - и насытился на весь день.
   Чем больше девочки рассказывали о своих чудо-цветах, чем с большим порывом они произносили слова. Чувствовалось, они уже не боятся, что их обсмеют.
   -- Мама сказала, что когда мы вырастем, откроем цветочный салон, -- с гордостью сказала Таня.
   -- Вы и сейчас можете выставлять растения на продажу, -- со знанием дела произнесла Василина.
   -- Родители считают, что мы еще маленькие для этого, -- сказала Катя.
   -- А я хочу свой дом мод и магазин одежды, -- выпалила Алена. Эта мысль не раз уже посещала ее на уроках шиться с Еленой Прекрасной.
   Маня театрально закатила глаза.
   -- Одни бизнес-леди собрались тут.
   В комнату заглянула Ангелина Юрьевна с кухонным полотенцем на плече.
   -- Может быть, ты предложишь гостям сесть? -- осведомилась она у дочери с легкой укоризной. -- Воспитанные люди первым делом это предлагают.
   -- Мам, я не маленькая!
   Ангелина Юрьевна шагнула обратно в коридор и охнула.
   -- В дом пробралась жар-птица! Кто-то не закрыл за собой дверь!
   Огненная жар-птица важно прошествовала в Танину комнату. Маня принялась выдергивать перья у птицы, на свою беду оказавшейся у Маниной ноги. На удивление, жар-птица вела себя довольно смиренно.
   -- Вообще-то, перья у жар-птиц выдергивать просто так нельзя, -- заметила Катя. -- Это редкие и очень ценные птицы. Если Марья Царевна это увидит, будет недовольна.
   Маня махнула рукой, показав этим жестом, что ей все равно, и продолжила выдергивать уже третье или четвертое перо, которое слегка обжигало руки.
   -- Василин, я, между прочим, для тебя стараюсь! Чтобы ты могла читать ночью под одеялом свои любимые книги.
   Василина была польщена сестринской заботой, но взгляд ее выражал неодобрение по поводу жестокого обращения с птицей.
   -- А при чем тут читать под одеялом и перья? -- искренне не поняла Алена.
   Девочки засмеялись, от чего Алене стало неловко.
   -- Жар - птичье перо светится ночью, -- объяснила Катя. -- Оно и сейчас светится, видишь? Но ночью им можно освещать хоть целую комнату.
   -- Тогда рви, Маня, да побольше, -- подбодрила Алена. -- На фонарик у нас денег нет, а это, считай, бесплатный светильник для ночного чтения Василины. Она у нас книголюб еще тот.
   -- Ночью я предпочитаю спать, -- заметила Василина.
   -- Так все-таки, расскажите о себе, о своем даре, -- попросила Таня.
   -- Когда мы держимся все вместе, то наша сила действительно может отправить нечисть куда подальше, причем без возврата, -- поделилась Маня.
   -- Это очень могущественная сила! -- восхищенно проговорила Таня.
   -- Она восхищается, потому что сама ничего необычного не умеет, -- пояснила Катя, -- и по ночам плачет в подушку. А потом ходит и всем завидует.
   Таня недовольно покосилась на подругу.
   -- Ты тоже не блещешь талантами, -- язвительно заметила она.
   -- Так мы тоже не обладаем сверхвыдающимися способностями, -- поспешила заверить подружек Алена. -- А вы превращаете обычные растения в настоящее чудо! Это действительно талант!
   -- Но над нами все смеются, -- уныло произнесла Таня.
   -- Смотря как вы представляете это людям, -- сказала Василина. -- Люди не будут принимать ваше увлечение всерьез, пока вы не перестанете стыдиться этого, пока вы сами не заставите их уважать чужие интересы.
   -- А ты мудрая женщина! -- улыбнулась Таня.
   -- Я согласна с Аленой, -- продолжила Василина, не обратив внимание на комплимент. -- Ваши растения - это чудо. Вы можете приносить людям радость. Если научитесь выращивать целебные травы, то все будут молиться на вас!
   -- Но над нами смеются еще и потому, что Совет Учителей не дает нам пока серьезных заданий, -- сказала Катя. -- Мы разносим щепотки в министерствах...
   -- Вы знали, что Марья Царевна искала вас? -- спросила Таня с целью сменить тему разговора. Она уселась на полу в позе лотоса и с нескрываемым любопытством оглядела сестер. -- До нас доходили слухи, что вашего появления она ждет больше всего на свете, потому что вы, вроде как, необычные девочки. Когда Ивану Ивановичу удалось вас разыскать, Марью Царевну чуть не хватил удар. Она несколько дней ходила сама не своя, какая-то рассеянная и взволнованная. Да весь Юдо вас ждал! Даже кит и тот раскачивался так, что люстры на потолке ходуном ходили и с полок посуда сыпалась. Вы, конечно, грандиозная находка для Юдо!
   Сестры не знали, что на это ответить. Они до сих пор не ощущали себя такими уж особенными. Да и вдруг в следующий раз они не оправдают ожидания Марьи Царевны и всех жителей Юдо? Вдруг случай с кикиморой был и правда только случайностью?
   -- Слушайте, а расскажите, что интересного помимо испытаний и борьбы со злом происходит в Юдо? -- спросила Маня.
   -- Марья Царевна часто устраивает всякие конкурсы и состязания, -- ответила Катя. -- Например, борьба с диким медведем или скачки на лошадях.
   -- А еще уже второй год подряд проводится конкурс красоты, -- добавила Таня. -- Его победительницей становится девушка, которая поразила не только своей красотой, но и талантами, ну и всякими там волшебными чудесами. Эти чудеса и умения должны оказать большое влияние на жюри, а жюри мало чем можно удивить. Они за свою жизнь такого навидались... В прошлом году победила двадцатитрехлетняя Инна Немкова, она ослепила всех своими украшениями, заколдовав их никому не известным образом, а когда все прозрели, Инна усыпила зрителей и даже жюри своим пением. Очень смешно было видеть оторопевшие лица судей!
   -- Ну а вообще, никогда не знаешь, какая задумка придет в голову Марье Царевне, так что предугадать какие мероприятия будут на этот раз, почти невозможно, -- сказала Катя.
   -- Слушайте, а вы летаете на тех зонтиках? -- внезапно спросила Маня, кивнув в сторону прихожей. Еще на входе она приметила цветные зонтики, стоявшие в углу.
   -- Конечно, летаем! -- кивнула Таня. -- А вы, что, ни разу не пробовали?
   Сестры покачали головами.
   -- Тогда пойдемте полетаем!
   Только эту фразу и ждала Маня. В ее глазах вспыхнул безумный блеск, говоривший о ее сильном желании полетать на зонтике.
   -- Выбирайте себе любой, -- любезно предложила Катя, когда они все вместе столпились в прихожей.
   Сестры взяли себе по зонтику любимого цвета: Маня - красный, Алена - голубой, Василина - белый. Из оставшихся зонтиков Таня с Катей схватили оранжевый и синий.
   -- Чтобы взлететь, нужно дождаться ветра, -- деловито сказала Катя, выйдя во дворик вслед за сестрами.
   -- А если весь день затишье, то не сможешь никуда улететь что ли? -- недоверчиво спросила Маня.
   -- Взлетишь, если подуешь на зонтик со всей силы, -- ответила Таня. -- Надо дуть, пока он не взлетит, потом схватиться за ручку и мысленно представить пункт прилета. Зонтик полетит сам, нужно только держаться покрепче.
   -- А если буря и метель? -- спросила Алена.
   -- В таком случае желательно отложить полет, -- сказала Катя.
   -- М-да, прав был Иваныч, когда говорил, что машина лучше, -- произнесла Маня, усмехнувшись.
   -- Да, на машине гораздо круче, -- согласилась Таня, вздохнув. -- Но, во-первых, ее не каждый может позволить себе купить. Мы в Юдо не используем деньги, только некоторые жители работают в своих городах на обычных работах, если не хотят открещиваться от нормальной жизни. Во-вторых, машину нужно заряжать сильным волшебством, которым владеют единицы.
   -- Если у вас нет денег, ну то есть, если вы их не используете, -- поправилась Алена, -- то как вы покупаете нужные вещи, одежду?
   -- У нас проходят Обменные Ярмарки, -- ответила Катя, -- где ты можешь обменять понравившуюся вещь на что-то свое.
   -- А еще есть торговые лавочки. Там тоже действует принцип обмена. Давайте сходим туда! Там столько всяких интересных штучек продается.
   -- Так мы можем туда на зонтиках полететь,-- заметила Катя.
   -- О, точно! Вам повезло, что ветерок сегодня есть, и коллективно дуть на зонтики нам не придется.
   Таня первой решила продемонстрировать полет на зонтике. Она раскрыла оранжевый зонтик с алыми цветочками, подняла его вверх и стала ждать, когда он ее поднимет. Почти сразу же зонтик начал подниматься вверх, отрывая Таню от земли. И вот она уже висела над головами девочек на уровне трехэтажного здания.
   -- Эй, поднимайтесь ко мне! -- крикнула она, глядя вниз на сестер. -- Не бойтесь!
   За Таней последовала Катя, а за Катей Маня. Плавно подлетая к подругам, как пущенный в небо воздушный шарик, Маня выкрывала слова восхищения.
   Алена с Василиной стояли в большой нерешительности, запрокинув головы. Летающая машина - это еще куда ни шло, в ней было не так страшно, она внушала хоть какое-то чувство защищенности, а этот сомнительный, небезопасный зонтик...
   -- Знаешь, я пройдусь пешком, наверное, -- сказала Василина Алене.
   -- А я думаю, нужно все-таки попробовать, -- произнесла Алена с неуверенностью в голосе. -- Вдруг это не так страшно, как кажется? Я уже летала на коне - это не очень страшно, наоборот, классно даже.
   -- Когда это ты на коне успела полетать?
   -- Ну чего вы там встали, трусихи? -- кричала Маня, пока Алена придумывала ответ.
   -- Елена Прекрасная показывала мне кое-что, -- соврала Алена.
   Девочка обиделась по поводу трусих и, решив доказать, что вовсе она не трусиха, подняла руку с раскрытым зонтиком и зажмурила глаза. Зонтик медленно понес ее наверх. Она сделала несколько глубоких вздохов, пытаясь отогнать навязчивую картинку, показывающую, как ее рука соскальзывает с ручки зонтика, и худенькое тельце разбивается об землю. Когда она решилась открыть глаза, с удивлением обнаружила, что зонтик уже не летит, и что рядом зависли в воздухе смеющиеся девочки. Алена не решалась глянуть вниз, чтобы увидеть на какой стадии готовности находится Василина, поэтому смотрела вдаль, на синее море.
   Через минуту девочки заулюлюкали: Василина тоже не захотела оставаться в трусихах и поднималась-таки к ним на своем белом зонтике, ее лицо было точь в точь такого же цвета, как зонтик - до того она переволновалась.
   -- Ну, наконец-то! -- воскликнула Таня. -- Вон, видите, несколько улочек, расположенных кольцами? Это и есть торговое место. Подумайте еще раз об этом месте, посмотрите на него внимательно и скажите себе мысленно, что вам нужно туда полететь.
   Таня с Катей полетели вперед, ведомые зонтиками. За ними тронулись с места сестры. Василина была все такая же мертвенно-бледная, крепко сжимающая ручку зонтика. Она предпочла глядеть в небо, нежели на землю. Пролетев около шести домов, девочки всей компанией зависли на пару секунд над кольцевыми улочками и начали стремительно опускаться вниз. Алена с Василиной истошно завопили.
   -- Только сумасшедшие летают на зонтиках, -- изрекла Василина, грохнувшись с двух метров.
   Таня с Катей, приземлившиеся спокойно и плавно, убедились, что она цела и повели сестер по лавочкам.
   В первом круге продавались разнообразные вещицы для дома, скатерти-самобранки, самодвижущаяся кухонная утварь. На середине круга перед девочками неожиданно выскочил приземистый мужичок и, держа в обеих руках корзинки с зонтиками, стал рекламировать свой товар:
   -- У меня самые лучшие зонтики! Маленькие дамские зонтики легко помещаются в сумочку; двойные, тройные зонтики, под которыми можно летать вдвоем, втроем и даже вдесятером. Все зонтики наделены безопасными свойствами! Если вы вдруг свалитесь, зонтик перевернется и подхватит вас!
   -- Было бы неплохо иметь такой зонтик, -- сказала Алена, когда они отделались от мужичка.
   -- Тоже мне, удивил! -- хмыкнула Таня. -- Наши зонтики тоже наделены свойствами безопасности.
   -- Почему вы раньше об этом не сказали? -- изумилась Василина. -- Я чуть не умерла от страха, уверенная, что меня ничто не спасет, если зонтик выскользнет из рук.
   -- Кстати, мой папа чинит тут зонтики, -- сказала Таня. -- Давайте заглянем к нему.
   Девочки зарулили в мастерскую. Таниным папой оказался усатый мужчина с веселыми искорками в глазах.
   -- О, какие люди! -- воскликнул он при появлении девочек. -- Привет, Катюха! Вы мне клиентов привели?
   -- У них нет зонтиков, они пока еще не приняты в Юдо, -- сказала Таня, поцеловав отца в щеку. -- Это Василина, Маня и Алена. Они сестры. Помнишь, я тебе о них рассказывала?
   -- А как же! Все уши прожужжала! Ты меня не представила девчонкам, забываха. Алексей Леонидович. Можно просто дядя Леша.
   Девочки присели на деревянную скамейку, внимательно наблюдая, как дядя Леша, сидя на табуретке, зашивает дырку в зонтике жутко непривлекательного коричневого цвета.
   -- А девочки сказали, что мы можем выставлять свои растения в лавке, -- с гордостью заявила Таня.
   Дядя Леша поднял голову.
   -- Ты же знаешь, что я неодобрительно к этому отношусь, -- сказал он и снова склонился над зонтиком. -- За растения юды будут отдавать свое волшебство - это вскружит вам голову. Не хочу, чтоб вы зазнались. И потом, не со всякой магией вы можете обращаться. Не доросли еще.
   Таня обиженно посмотрела на отца.
   -- Но мы же можем просить взамен не слишком много...
   -- Танюш, я сказал свое слово.
   -- Ладно, давайте сходим на второй круг, -- сказала Таня, поднявшись с лавочки.
   Девочки попрощались с дядей Лешей и, перейдя на второй круг с одеждой и косметикой, заглянули в салон волшебного парфюма.
   -- Чего желаете? -- осведомился молодой улыбчивый продавец и, не дожидаясь ответа, указал на полочку с флакончиками в виде сердечек. -- У нас новая партия любовных ароматов, притягивающих к себе понравившегося парня! Или вот, обратите внимание на полку с цветочными ароматами, которых не существует в природе. Интересно, как могут пахнуть несуществующие цветы? Нюхайте!
   Нанюхавшись флакончиков до головокружения, девочки вывалились на улочку и перешли на третий круг. Им встречались открытые лавки и крытые ларьки с сумасшедшего вида фруктами и овощами. Стекляный магазинчик со сладостями заманивал к себе пляшущими в воздухе леденцами и конфетами. Они распевали песенку о том, что сладости их магазина совершенно безвредные, сколько их не съешь, прыщи не выскочат и одно место не слипнется.
   По воздуху разносились запахи свежей выпечки. Девочки подошли к ларьку с аппетитными булочками и тортиками. Маня уткнулась носом в стекло, разглядывая пирожные в виде уменьшенного во множество раз Терема.
   -- Хотите, свежих булочек, лапочки? -- спросила круглолицая, добродушная женщина, высунувшаяся из окошка.
   -- Хотим! -- отозвалась Маня. -- Что мы должны дать вам за эти пирожные?
   Маня указала пальцем на круглые пирожные, обильно политые шоколадом.
   -- Вы должны испечь ровно столько же своих пирожных, сколько будете брать, и принести их сегодня-завтра.
   -- Эмм, нет... -- поморщилась Маня. -- Пожалуй, мы не будем брать.
  
   9. Кое-что поувлекательней шитья и физ-ры
  
   За месяц тренировок Маня приобрела заметные кубики на животе и мускулы на руках, чему была несказанно рада. Василина в свою очередь продолжала тренировать мозги. Маня подшучивала, что скоро ее мозг перестанет умещаться в черепной коробке.
   Алена вышила несколько живых картин. На одной был изображен Юдо, как настоящий: по нему летали птицы и ходили люди. На другой картине Алена изобразила Василину с Маней, дерущихся подушками. Вообще-то Василина никогда не принимала участия в активных играх и уж тем более не кидалась подушками, но Алена решила, что художнику дозволено проявить свободную фантазию и приукрасить события. Третью же картину девочка вышивала втайне от всех. Иногда она шила прямо на уроках, скрываясь за стопкой тетрадей и учебников. Когда вышивка была закончена, с тряпичного холста заулыбался Андрей.
   За вышивкой Алена пыталась понять, что так привлекло ее в Андрее, пыталась уяснить для себя насколько прочно любовное чувство к нему, но определить все это было сложно, и она оставила попытки самокопания.
   А еще она думала о том, как быстро может измениться жизнь, когда того совсем не ожидаешь. Раньше Алена остро ощущала вкус одиночества и горечь понимания того, что в приюте ее никто не любит. Но внезапно мир вокруг расцвел и потеплел, она больше не одна. Рядом ее родные сестры, такие хорошие... И какая-то невидимая волшебная сила сплочает их так крепко, что вряд ли кому-то постороннему удастся разорвать эти узы. Они вместе, они заодно, они единое целое.
  
  
   ***
   Как-то в знойный, солнечный вторник, когда лето вошло в самый разгар, накрыв многие города цветочными покрывалами и припалив жарким солнцем, за обучение сестер взялась сама Марья Царевна. Это означало, что девочек ждет что-то серьезное и еще более увлекательное. Об увлекательности они поняли по купальникам, которые Марья Царевна попросила взять с собой.
   -- Летний период - самый тяжелый, -- принялась объяснять Марья Царевна, собрав девочек на поляне за Теремом. -- Водяные, анчутки и русалки входят в пик своей активности. Нам приходится бросать все силы на борьбу с ними.
   Марья Царевна повернулась и зашагала прямиком к лесу, сестры поспешили за ней.
   -- Водяной является хозяином болот, рек и озер. Он редко выходит из воды, потому как его сила на земле слабеет, -- рассказывала Марья Царевна по пути. -- Водяной властвует над рыбами и русалками и всеми водными стихиями. У него есть помощники - анчутки, водяные чертенята, которые доставляют ему утопленников. Когда в воде сводит ноги судорогой - это означает, что анчутка играется и хочет утащить на дно.
   Пройдя по лесной тропинке, они остановились возле небольшого пруда, проглядывавшего сквозь листья кустарников. Марья Царевна раздвинула кусты, и девочки увидели темную, таинственную воду и отражавшиеся в ней неподвижные ивы. От пруда веяло прохладой.
   -- Вот как раз с анчуткой вы сегодня и попробуете справиться, -- сказала Марья Царевна, пробравшись к пруду сквозь листву.
   Девочкам стало как-то не по себе, все разом побледнели.
   Пробравшись к озеру поближе, Марья Царевна взяла из-за пазухи две прочные металлические булавки размером с ладонь.
   -- Нечистая сила боится железа, -- она протянула по булавке Алене с Маней. -- Когда анчутка начинает хватать за ноги и тащить на дно, нужно его уколоть. Но сделать это бывает сложно - очень уж он верткий и ловкий.
   -- Вы мне не дали булавку, -- заметила Василина.
   Марья Царевна положила руку на ее плечо.
   -- Ты будешь сегодня... утопающей. А сестры будут тебя спасать.
   Василина округлила глаза и сделала шаг назад.
   -- Марья Царевна, я не могу... я до смерти боюсь воды...
   -- Раздевайтесь и в воду! -- спокойным, то твердым тоном скомандовала Марья Царевна.
   С тяжелыми вздохами девочки стали раздеваться. Под надзирательным взглядом Марьи Царевны Василина робко шагнула в воду. Спокойствие озера показалось ее зловещим. Она с трудом отогнала от себя страшные мысли, закрыла глаза и маленькими шажками зашла в воду по пояс. Сделала глубокий вздох и зашла еще глубже. Прежде чем окунуться по шею, решила оглянуться, чтобы что-то сказать сестрам, но на берегу никого не оказалось... И без того беспокойное сердце еще быстрее застучало в груди. Василина позвала Марью Царевну. Никто не откликнулся.
   -- Маня, Алена, где вы? -- кричала Василина, оглядываясь по сторонам. Но нигде не было ни звука, только эхом отдавался ее встревоженный голос.
   Василина сосчитала до трех и неумело поплыла к середине озера. Все по-прежнему было тихо и безмятежно. Ожидание неизвестности было мучительным, и Василина поплыла в глубь озера, чтобы быстрее столкнуться лицом к лицу с анчуткой и покончить с этим испытанием. Но в глубине озера так ничего и не произошло. Василина почувствовала, как беспокойство сменяется спокойствием. Страх, кажется, исчез.
   "Отлично, решили меня разыграть", -- с раздражением подумала она.
   Неожиданно ногу свело сильной судорогой. Василина попыталась отплыть к берегу, но тут судорога охватила и вторую ногу. Девочка отчаянно работала руками, надеясь, что ей хватит сил доплыть до берега без усилий ног, но уже в следующую секунду она стала захлебываться. Кто-то цепкими пальцами хватал ее за ноги и тащил на дно. В этот момент Василина могла только беспомощно махать руками, но от этого не было никакого толку.
   Часто спасение приходит внезапно - прежде, чем уйти с головой под воду, Василина успела увидеть приближающихся к ней сестер. В считанные секунды они нырнули к ней и принялись колоть анчутку булавками. Чертенок был маленьким, страшненьким, мохнатым и, как и говорила Марья Царевна, очень вертким. Он ловко уворачивался от булавок, не упуская при этом из скрюченных пальцев Василининых ног. Маня, наконец, ухитрилась схватить анчутку и отцепить его ручки от Василины; Алена тут же уколола его куда-то в живот, и чертенок моментально обмяк. Бросив анчутку, Маня подхватила потерявшую сознание Василину, и резво вытащив ее на поверхность воды, поплыла к берегу. Алена еле поспевала за ней. Выйдя на берег, где Маня уже причитала над сестрой, она громко отдышалась.
   В воздухе материализовалась Марья Царевна с кувшином воды. Когда она взбрызнула воду на Василину, девушка очнулась и закашлялась.
   -- Фух! -- облегченно вздохнула Маня и уселась на землю.
   -- Где вы были? -- укоризненно спросила Василина у сестер, окончательно придя в себя.
   -- Я перенесла девочек чуть дальше в лес, чтобы сымитировать правдоподобную ситуацию внезапности, -- сказала Марья Царевна. -- В жизни ведь все происходит неожиданно -- как опасность, так и спасение. -- Убедившись в том, что сестры успокоились и перестали часто дышать, Марья Царевна снова заговорила: -- А теперь перейдем к более приятным вещам. Тем более, вы их заслужили. Можете оставаться в купальниках.
   Она взяла Маню с Аленой за руки и попросила Василину присоединиться к ним.
   -- Сейчас мы перенесемся к озеру, закройте глаза.
   Девочки послушно закрыли глаза, и у них одновременно закружились головы. Открыв глаза, они увидели, что очутились на открытой поляне у кристально-чистого озерца, поблескивавшего на солнце.
   -- Расскажу вам немного о русалках, -- начала Марья Царевна. -- Русалки - это духи рек, озер и морей. Русалки особенно опасны во время русальной недели. Только на русальной неделе им разрешено выходить на землю и гулять весь день и всю ночь. Они могут защекотать путника до смерти или заманить его в воду и там утопить. Ночью они заманивают заблудившихся путников огнями. Русалки обладают вечной юностью и красотой. В них превращаются младенцы женского пола, родившиеся мертвыми, и взрослые утопленницы. Запомните, русалки бояться полыни. Но есть и хорошие русалки, они дарят человеку счастье и богатство. Живет тут у нас одна такая.
   На этих словах из озера с громким всплеском вынырнула русалка такой красоты, от которой невозможно было отвести глаз.
   -- Здравствуй, Руслана, -- приветственно махнула Марья Царевна. -- Вот, гостей тебе привела, познакомься.
   Она представила девочек. Руслана доброжелательно помахала сестрам и запела романтичную песенку, из ее уст лился чудесный чистый голос.
   -- Хотите покажу свой дворец? -- весело предложила Руслана, закончив петь.
   От такого предложения трудно было отказаться, поэтому Маня с Аленой охотно закивали головами, и только Василина не выразила такого желания.
   -- Вы плывите, а я тут побуду. Я за сегодня уже наплавалась, -- поежилась Василина.
   -- Не бойся, я не кусаюсь, -- рассмеялась Руслана и успокоила Василину, заметив как недоверчиво она смотрит на озеро. -- В моем царстве тебе ничего не грозит.
   Оставив Марью Царевну, девочки нырнули в озеро и оказались в небольшом хрустальном дворце.
   -- Я живу тут как принцесса, -- весело рассмеялась Руслана.
   Василина, испугавшись, что ей сейчас не хватит воздуха и она не успеет выплыть на поверхность, замахала руками, показывая наверх. В этот момент из ее губ вырвался случайный звук - она обнаружила, что может говорить и совершенно спокойно, свободно дышать под водой. Руслану развеселило Василинино открытие.
   -- Это волшебное царство, здесь можно все, -- подмигнула русалка.
   -- Ах, чуть не забыла, хочу подарить вам небольшие подарочки, -- засуетилась Руслана и достала золотую шкатулку, которую прятала глубоко в тине.
   -- Вот, возьмите, это я делаю сама, -- русалка протянула девочкам по горсти украшений: жемчужные ожерелья, сережки, браслеты и колечки.
   -- Вау! -- запищала Маня. -- Я такие штучки видела только на витринах.
   -- Ух, ты! Восхитительно красиво! -- сказала Алена, любуясь одетым на руку браслетиком, состоявшим из пяти рядов розового жемчуга.
   -- Спасибо тебе! -- с глубочайшей благодарностью в глазах произнесла Василина. -- У меня никогда не было таких украшений... я и мечтать о них не смела...
   Руслана закружилась от радости.
   -- Вы красивые и хорошие девочки, а такие девочки заслуживают красивых и хороших подарков.
   Поскольку девать украшения было некуда, сестры одели их на себя. Руслана внимательно проследила, чтобы ни одно колечко не выскользнуло случайно из рук. Она усадила девочек на мягкий белый коралловый диван и разлила всем по коктейлю из морепродуктов.
   -- Руслана, как ты оказалась здесь? -- полюбопытствовала Василина, пробуя напиток.
   Руслана начала издалека.
   -- Раньше я жила в речном царстве, которым управляла Речная Царица. Мы не могли и чуть в сторону отплыть без ее разрешения, а на суше так вообще не бывали. Однажды на сушу украдкой выбралась ее единственная дочь, так и погибла. После этого Царица, боясь потерять еще кого-нибудь, жестоко наказывала всех, кто посмел выплыть на сушу. Но сладок тот плод, что запретен. Я страстно мечтала побывать на суше и однажды мне удалось выбраться незамеченной. На берегу отдыхала мужская компания. Я без памяти влюбилась в одного мужчину... Из-за своей любви я не могла причинить зла ни ему, ни его друзьям. Мне хотелось сделать что-нибудь хорошее для него, и я подарила ему безупречное здоровье и все материальные блага, о которых он мечтал. После этого мне захотелось делать людям только добро. Царица прознала о моей добродетели и велела казнить... Но каким-то чудом Марья Царевна спасла меня. С тех пор я и живу в ее владениях, моя жизнь прекрасна и чудесна.
   Закончив говорить, Руслана взметнулась наверх и прислушалась к чему-то.
   -- Вам пора идти, юные прелестницы. Марья Царевна зовет вас.
   Девушки обняли русалку и горячо поцеловали, наперебой поблагодарив за украшения.
   -- Кстати, забыла вам показать золотых рыбок, которых развожу сама, -- спохватилась Руслана, подплыв к стене из хрусталя. Она махнула хвостом, словно стирая со стены пыль. Стена исчезла, и девочки увидели аквариум высотой с них самих. За стеклом плавали огненно-красные рыбки с золотистой насыпью на тельце и плавниках.
   -- Эти рыбки очень редкие и ценные. Думаю, вы понимаете почему. Каждую из них я берегу как зеницу ока, каждую ращу с такой любовью, которая только есть во мне.
   -- А куда вы деваете их потом? -- поинтересовалась Маня.
   -- Даю тем, кто заслужил золотую рыбку, -- загадочно улыбнулась Руслана. -- А еще дарю детям на Новый Год. Ну и, конечно, Марья Царевна берет их на подарки своим воспитанникам, самым лучшим, естественно.
   -- Хочу такую рыбку, -- заканючила Маня.
   -- Если хочешь, то когда-нибудь получишь, -- подмигнула русалка.
   Так началось знакомство сестер с удивительным подводным миром и его обитателями, самыми разными: свирепыми и добрыми, коварными и простодушными, хитрыми и глупыми. Но, конечно, Юдо населяли только хорошие существа. Однако среди них находились и мелкие проказники, которые нет, нет, да и заманивали юдов в свои ловушки.
   Всего за какую-нибудь неделю сестры научились спугивать водяных, если те вдруг собирались вредить кому, ладить с водяницами, водяными девами, которые являлись женами водяных, и справляться с коварными русалками.
   И вскоре девочки отправились на свое первое задание, которое Андрей обозначил как "Клевый клев": им нужно было отпугивать водяных от рыбацких сетей и не позволять водяным чертям уводить рыбу от улова. Рыбаки, к которым Марья Царевна привела девочек, были хорошими людьми, жили бедно, поэтому нуждались в богатом улове, чтобы накормить свои семьи.
   Девочки обрадовались своему первому важному заданию и без проблем справились с ним - улов получился отличный. На следующий день им пришлось проделать тоже самое, только уже с другими рыбаками. Сестры делали вид, что купаются и веселятся в воде, а на самом же деле они ожесточенно сражались с водяными (изображать веселых купающихся при этом было не так-то просто).
   На третий день с уловом нужно было помогать огромному кораблю. Это задание оказалось сложнее, так как моряки вылавливали рыбу большими партиями. А большие партии подразумевали большую борьбу. За неделю девочки помогли наловить морякам столько рыбы и кальмаров, что те не поверили своему счастью.
   Удивительно, но благодаря частым ныряниям Василина перестала бояться воды.
  
   10. Уличные бои, барабашка и Баба Яга
  
   Не успела Василина дойти до комнаты, как услышала раздраженный голос Мани.
   -- Нет, ну это совсем уже наглость! Я так больше не могу.
   Василина зашла в комнату. Перед ее глазами встала следующая картина: Маня в пижаме и с растрепанными волосами усердно копошилась в шкафу, пытаясь отыскать там свою одежду, но из шкафа летели какие-то чужие вещи. Судя по размерам, они принадлежали ребенку лет пяти.
   -- Вот! -- причитала Маня. -- Только посмотри на эту одежду! Откуда она взялась в моем шкафу? И где, спрашивается, мои вещи?
   Василина попросила сестру успокоиться, на что Маня ответила, сопя носом:
   -- Спокойна как танк!
   -- По-моему, кто-то в течение последних дней пытается выселить меня из моей же комнаты! Позавчера я обнаружила, что мои тетрадки изрисованы от и до. Вчера, как ты помнишь, кто-то извазюкал в зубной пасте мои тапочки... А сегодня вот это!
   Маня махнула в сторону кучки детских вещей. Василина взяла маленькие штанишки в клеточку и, покрутив их в руках, многозначительно произнесла:
   -- Мальчик.
   Маня подняла на нее глаза.
   -- Спасибо за очень важную новость. Без тебя я бы никогда не догадалась, что брючки принадлежат маленькому мальчику!
   -- Ну-ка, ну-ка... дай мне твой журнал. Какой, какой, волшебный.
   Маня вытащила из под подушки юдовский журнал и протянула Василине, которая тщательно его изучив, изрекла:
   -- Все ясно! Посмотри, как ты вела себя всю неделю: в понедельник ты надавала тумаков Алисе, ошибочно подумав, что она наложила на тебя сглаз, потом кидалась камнями в старого, больного водяного, а в пятницу пробралась в конюшню и подсыпала какой-то порошок коням, от которого они стали крыть матом всех, кто заходил в конюшню все последующие дни. Все ясно!
   -- Что ясно-то?
   Маня заглянула в дневник, в котором в виде живых картинок отражались ее последние проказы, но не поняла, что ясного и понятного увидела там сестра.
   -- В нашей комнате завелся... барабашка, -- с умным видом заявила Василина. -- Барабашка, или как его еще называют, шумный дух, поселяется у людей, которые сами, между прочим, накликают на себя неприятности, и начинает творить бесчинства: бьет посуду, поджигает книги, крадет одежду и деньги. В общем, он всячески мешает спокойно жить. Но мне кажется, тебе еще повезло. Барабашка, который обитает здесь, всего лишь мелкий, веселый пакостник.
   -- Ну-ну... мелкий, веселый пакостник, -- пробурчала Маня. -- Ладно, давай его как-нибудь поймаем.
   -- Тс-с! -- Василина приложила палец к губам. -- Он же сейчас где-то здесь прячется и все слышит. Возьми покрывало.
   Маня стянула покрывало с кровати и стала молча наблюдать за сестрой. Василина подобрала барабашкину одежду и, открыв окно, произнесла громко вслух:
   -- Барабашка, если ты сейчас не покажешься нам на глаза, я выброшу все твои вещи за окно.
   На этих словах Василина угрожающе высунула руку с одеждой в окно. В комнате воцарилась тишина. Но продлилась она недолго. Где-то под кроватью послышалась возня. Затаив дыхание, девочки взволнованно всмотрелись туда.
   -- Барабашка, я еще раз предупреждаю тебя. Если ты не вылезешь из-под кровати, твоя одежда будет валяться на земле.
   Устав держать руку за окном, Василина помахала вещами, как приманкой, перед собой. В этот момент кто-то невидимый с силой потянул одежду. Маня попыталась накрыть невидимого хулигана покрывалом, но оно просто скользнуло по воздуху. Следуя своим ощущениям, Маня кинула покрывало в угол, и тут-то проявилась маленькая, но крепенькая фигурка. Фигурка замоталась в разные стороны и, окончательно запутавшись в покрывале, глухо упала на пол.
   -- Барабашечка, милый, -- ласково обратилась Василина, осторожно снимая покрывало с барабашки, -- мы тебе ничего плохого не сделаем. Никуда не убегай, хорошо?
   Барабашка замер в ожидании. Он напоминал пятилетнего ребенка, взгляд у него был немного испуганный, но хитроватый.
   -- Печенюшку хочешь? -- заботливо предложила Маня. Она поняла, что именно такая тактика эффективна в данной ситуации.
   Барабашка встал, отряхнулся и сказал тоненьким голоском:
   -- Хочу!
   Ловко запрыгнув на Манину кровать, барабашка взял маленькой ручонкой предложенную печенюшку и принялся ее жевать, болтая ножками.
   -- Как тебя зовут? -- спросила Василина.
   -- Хозяева сами вправе называть меня так, как хотят, -- заявил барабашка.
   -- Значит, будешь Николашкой!
   -- Николашка? Почему это Николашка? -- возмутилась Маня, решив, что право на придумывание имени принадлежит именно ей, ведь именно по ее причине в комнате завелся барабашка.
   -- Ну не знаю... просто барабашка-Николашка хорошо звучит.
   -- Ладно, Николашка, так Николашка, -- согласилась Маня.
   В то время как Маня с Василиной общались с их новым жильцом-проказником, Алена сидела во дворе дома, располагавшегося через дорогу, и ворковала с Андреем. Вот уже месяц, как он перемещался в Петербург, и Алена бегала к нему в свободные часы. Здесь влюбленных уж точно никто не мог заметить из своих, а на жильцов дома было плевать.
   Странно, что Андрей за все их встречи не сделал ни одной попытки поцеловать Алену в губы. В тайне она очень желала этого, но, конечно, не говорила ему. Осмелиться поцеловать его первой она тоже не могла - слишком была стеснительная, да и считала, что именно парень должен взять инициативу в свои руки. Подружки из ее прежнего интерната целовались с мальчиками уже с двенадцати лет, и происходило это чуть ли не в первый день встречи, а Андрей почему-то скромничает. Неужели не хочет ее целовать? Но нет, он не может не хотеть ее, ведь он сам сколько раз признавался в любви, если бы это было не так, он бы просто не устраивал встречи с Аленой. Тогда в чем же причина? Ясно! Он просто скромный и воспитанный парень, который ждет, пока пройдет еще какое-то время или, может, готовит романтический вечер, чтобы первый поцелуй произошел в красивой, волнующей обстановке, а не в конюшне или в сером скучном дворе старой хрущевки. Сделав этот вывод, Алена зауважала и полюбила Андрея еще сильнее.
  
   ***
   -- Сегодня будем играть! -- с широкой радостной улыбкой заявил Илья, шагая с Маней за Терем.
   Последние полмесяца их тренировки проходили в безлюдное время, Илья продолжал заниматься с Маней кулачным боем (Маня даже заверяла саму себя, что она уже готовая чемпионка по боксу), заставлял отжиматься и качать пресс по многу раз, а еще развивал в Мане гибкость и акробатические навыки. Но теперь Мане дозволялось использовать волшебство. Илья заставлял свою подопечную учить заклинания на древнеславянском языке.
   -- А что, вы уже передумали делать из меня гимнастку? -- саркастически спросила Маня и удивленно уставилась на поле. На нем собралось полгорода и на удивление никто не тренировался. Все были возбуждены и радостны. -- Хм, я что-то пропустила?
   -- Говорю же, сейчас будем играть, -- заулыбался Илья. -- Первым будет бой один на один с соперником в кругу. Кто кого вытолкнет за круг, тот и победил. Потом будете перетягивать канат. И в конце массовая затея: стеношный бой! Бой "стенка на стенку". Все бойцы выстраиваются в две линии и идут друг на друга плотной стеной, пока одна стенка не вытолкнет другую за линию или просто напросто не сдастся под натиском. Биться можно только кулаками, никаких острых и колющих предметов не допускается. Ногами бить нельзя, разве что подножки ставить. В каждой стенке должно быть два-три главных бойца, самых сильных и ловких, которые бросаются туда, где стенка противника ослабевает.
   Мане пришлось несладко, ведь ее противниками были одни парни и даже взрослые мужчины, а сестер в это время поблизости не было, чтобы поддержать ее. Но это, конечно, не сломило ее боевой дух. В первом круге она быстро вытолкнула мальчишку за линию, во втором уже чуть было не сдалась перед напором какого-то особо сильного юнца, но в последние секунды собрала все силы и одолела его. Толпа, окаймлявшая круг, громко улюлюкала, поддерживая преимущественно Маню, не столько потому, что она выходила из круга победительницей, а потому, что была единственной девчонкой и храбро боролась с парнями на равных.
   Таких кругов на поле было несколько и возле каждого собрались кучки зрителей. На третий раз Маня проиграла и, выйдя из круга, показала руками крест, означавший "Я устала, больше пихать никого не буду". Чуть передохнув на травке, она пошла поглазеть на бойцов в соседних кругах.
   С перетягиванием каната ей тоже не повезло, вернее не повезло всем, кто оказался в их команде. Вторая команда, образовавшаяся с другого конца длинного толстого каната, оказалась сильнее и перетянула канат на свою сторону.
   Самой интересной оказалась игра "стенка на стенку". После небольшой передышки бойцы выстроились в две линии. Главным забойщиком Маню не выбрали, но она и не расстроилась - в их команде было кому стать передовыми бойцами. Бой продолжался ровно час, бойцы пыхтели, зрители кричали и, наконец, на последней минуте стенка противника сдалась, и все, уставшие, повалились на землю. Домовые забегали, поднося бойцам кружки с водой.
   Маня думала, что на этом игры закончены и собиралась уйти с поля, но Илья предложил остаться и посмотреть на самые интересные, но и самые опасные бои: бои на дубинках, топорах и мечах.
   -- И на всем этом мужики будут драться? -- изумилась Маня. -- Но у них же сил не хватит.
   -- Это у тебя силы иссякли в виду возраста и неподготовленности, а взрослые парни еще ого-го! К тому же всякое оружие имеет магические свойства, которые внедряются в него кузнецом или владельцем.
   Что касается дубинок, то они самоударяющие.
   -- Какие-какие? -- переспросила Маня.
   -- Самоударяющие. То есть сами колотят противника. Но это не так легко, как кажется. Такой дубинкой надо еще уметь управлять.
   Пока Илья объяснял Мане про самоударяющие дубинки, толпа расступилась, образовав большой круг, и на середину вышли два парня, примерно одинаковые по возрасту.
   Илья с Маней протиснулись в первый ряд. Домовые вынесли два сундука и поставили их рядом возле обоих бойцов. Было заметно, что бойцы напряжены и сосредоточены на своих мыслях. Один из домовых выступал в роли секунданта. Он начал медленно считать:
   -- Ра-а-з... два-а... три!
   Взмахами рук бойцы открыли крышки сундуков, из каждого сундука вылетела деревянная дубинка и зависла в воздухе перед лицом своего командира. Толпа замерла. Парни что-то нашептали своим дубинкам и те ринулись к противникам. Дубинка, которую наслал брюнет на блондина, лупила того по голове. Дубинка блондина пыталась исколотить брюнета по ребрам, но это был не очень умный ход: брюнет защищал свои ребра руками и пытался ухватить дубинку, но она выскакивала из его рук. Блондин и вовсе не мог достать руками дубинку, так как она, ударив его со всей силы по голове, тут же взмывала в воздух. Видимо, она вставила его мозги на место, и он зашептал новое заклинание, заставившее его дубинку бить противника по носу, а не по ребрам. Не успел брюнет прикрыть руками лицо, как дубинка с первого же своего удара сломала ему нос. Лицо залилось кровью, но брюнет не обратил на это внимание и, разозлившись, зашептал такое же заклинание. Его дубинка заехала в нос блондину, но нос остался на месте. Второй раз, когда она пыталась ударить его в нос, он пригнулся, и дубинка пролетела мимо.
   Толпа неиствовала. Одни кричали: "Серж, давай!", другие: "Влад, Влад!". Из криков Маня поняла, что блондин - это Влад, а брюнет - Серж.
   Влад наказал дубинке ударить Сержа прямо в пах. Дубинка так и сделала. Серж согнулся, скорчив лицо от боли. Люди стали возмущаться и ругать Влада. Домовой-секундант остановил обе дубинки, заставив замереть их в воздухе, и показал Владу кулак. Подойдя к нему ближе, он строго объяснил, что в пах бить нельзя - таковы правила игры. Домовой вернулся на свое место, объявил о втором этапе боя и снова сосчитал до трех. К тому моменту Серж уже разогнулся и зло смотрел на Влада.
   Второй этап боя означал, что к первым дубинкам присоединяются еще две. Тут-то Маня поняла, в чем заключается сложность боя. Надо вспомнить нужное заклинание, в то время как тебя лупят целых три дубинки с разных сторон. Попробуй тут хоть свое имя вспомнить! Бой закончился в ничью. Ни Влад, ни Серж не желали сдаваться, и когда они были уже изрядно исколочены, секундант решил, что пора заканчивать.
   -- Победила дружба! -- объявил он, и к бойцам ринулись их друзья.
   В воздухе рядом с Маней и Ильей материализовался Андрей.
   -- Всем привет! -- весело сказал он. -- Маня, Марья Царевна просит пройти тебя в зал заседания учителей. Тебя и твоих сестер ждет очень важная новость... Кстати, они уже там.
   -- Но сейчас начнется самое интересное! Мечи и топоры! -- с недовольством заныла Маня, глядя как двое мужчин одевают на себя кольчуги. -- Я хочу посмотреть на это! Сестры мне потом расскажут все, не переживай.
   -- Маня! -- строго сказал Илья, глядя на нее с укоризной.
   -- Хорошо, хорошо, -- пробубнила она и поплелась в Терем, оглядываясь по пути сто раз на поле в надежде увидеть бой на мечах, но из-за столпившихся людей ничего не было видно.
   В зале заседания было довольно много народу. Некоторые вернулись сюда с поля, как и Маня (она узнала их лица).
   За продолговатым столом сидели учителя, в их числе находились и наставники сестер. Юды, пришедшие первыми, заняли свободные места рядом с учителями, а кому не хватило места, рассредоточились по залу.
   Поднявшись со стула, главенствующего в начале стола, Марья Царевна подождала, пока все утихомирятся, и произнесла:
   -- С приходом лета нечисть вышла на активную охоту. Нам нужно собрать все силы, чтобы предотвратить гибель отдыхающих. Так как сейчас идет купальный сезон, много отдыхающих гибнет в море, на реках и озерах. Но так же есть и отдыхающие в лесу, которым нужна наша помощь. Советом Учителей было решено отпустить на задания по спасению людей следующих воспитанников в следующие города...
   Марья Царевна сделала паузу и, взяв лист бумаги, принялась перечислять:
   -- Алина Гарбовченко и Александр Замаров - Астрахань, Геннадий Волков - Норильск, Анастасия Мытко и Ангелина Собейкина - Сочи...
   Марья Царевна зачитывала и зачитывала имена, и по залу прокатывался шепоток.
   -- А так же на задание по спасению людей отправляются три сестры: Василина, Мария и Алена. Ваш город - Владивосток. Вы должны охватить и моря, и леса. Это очень ответственное задание, но мы верим в вас, девушки, хоть вы и прошли всего лишь месяц подготовки, в то время как обычно воспитанники подготавливаются три месяца. Вы у нас на вес золота.
   Маня запрыгала на месте, закричав громогласное "Ура". Юды, те, что были новенькими, стали с любопытством поглядывать в сторону сестер, недоразумевая почему именно их Марья Царевна выделила из общего списка. Кто-то из старших даже завистливо ухмыльнулся.
   -- Владивосток - это мой город! -- радостно зашептала Маня сестрам.
   -- На время выполнения заданий вы освобождаетесь от занятий. Новички, за неделю у вас должно быть семь спасенных жизней, в день по одному спасенному. Если справитесь, вы приняты в Юдо.
   Марья Царевна выдержала паузу, после чего сказала:
   -- Завтра ровно в десять утра Андрей будет ждать вас в кладовой, чтобы раздать волшебные вещи, необходимые для задания. На этом все. Если есть какие-то вопросы, подходите.
   Кто-то подошел к Марье Царевне с вопросами, остальные юды стали понемногу расходиться, шумно обсуждая предстоящие им задания. Иван Иванович был хмур и невесел. Василина услышала, как он выразил Марье Царевне свое недовольство по поводу отправления сестер на задание.
   -- Я не хочу отпускать их на эти задания, -- сухо, нахмурив свои густые брови, заявил Иван Иванович. -- Они же еще совсем дети!
   -- И вовсе они не малые дети, -- возразила Марья Царевна. -- Они умные девочки, и отлично себя проявили. Они уже многое умеют. Я в них верю.
   -- Одно дело верить, а другое -- отпускать их в опасный бой и повесить на хрупкие плечи жизни других людей.
   -- Иван Иванович, они вполне могут постоять как за себя, так и за других.
   -- Эх! -- махнул рукой старик. -- Будь, по-вашему. Но потом не горюйте, что меня ослушались.
   На выходе из зала Андрей подловил Алену, как всегда смутившуюся при его появлении.
   -- Поздравляю с дебютом! -- торжественно произнес он, потянув Алену в сторону.
   -- Спасибо... Но, если честно, я очень боюсь...
   -- Не думай о плохом. У вас все получится! Уж если Марья Царевна верит в вас, значит, вы действительно сможете справиться со всеми испытаниями. -- Оглянувшись по сторонам и удостоверившись, что Аленины сестры уже вышли из зала и что никто не смотрит в их сторону, Андрей сказал: -- Если ты сейчас не занята, приглашаю тебя прогуляться...
   -- Нет, не занята... Да, конечно, -- охотно выпалила Алена.
   -- Тогда жду тебя у конюшни, -- сказал просиявший Андрей и испарился.
   На сей раз Андрей не воспользовался коньком Горбунком, а вывел златогривого коня. Конь и в самом деле оправдывал свое название: грива у него была позолоченная, а шерсть на теле отливала как золотом, так и серебром. Звали его Буй, от того что характер у него был буйный. Алена подумала, что это не конь, а целая драгоценность, которую нужно хранить в музее, а не в конюшне держать. Она долго разглядывала его, гладила по гриве, и когда Андрей усадил ее в седло, нагнулась, обняв коня за шею, и зашептала на ухо что-то ласковое. Андрей вскочил на коня позади Алены, крепко обнял ее одной рукой, слегка дернул за узду, и конь сорвался с места по направлению к лесу.
   Когда они вдоволь наскакались по лесным тропам, Андрей остановил коня и нежно поцеловал Алену в ушко, потом в щеку, потом в тонкую шейку. Буй недовольно мотнул головой и взбрыкнул так, что парочка чуть не свалилась на землю. Конь явно неодобрительно относился к поцелуйчикам на своей спине, считая, что лошади не для этого созданы и вообще, нечего было в таком случае выводить из конюшни, спал бы себе и спал.
   Алена с учащенным дыханием ждала, когда Андрей повернет ее лицо к себе и поцелует в губы... но этого не произошло. Тряхнув поводьями, он направил Буя вперед по тропинке.
   -- Остановись, пожалуйста, -- неожиданно попросила Алена.
   Не успел Андрей натянуть поводья на себя, как конь остановился сам. Алена повернулась к Андрею и решительно приблизилась губами к его губам. Андрей отпрянул. Алена удрученно опустила голову. Ей было стыдно за этот поступок. "С чего я взяла, что парня можно взять напором? -- подумала она. -- Идиотка! Теперь он будет плохо обо мне думать..."
   -- Аленушка, прости... -- сказал Андрей и приобнял Алену за плечи. В следующую секунду он спрыгнул с коня и нервно зашагал вперед-назад, заложив руки за спину. -- Я не могу тебя поцеловать...
   Андрей говорил, стиснув зубы, мышцы в щеках заходили ходуном. Он остановился спиной к Бую. Алена разозлилась. Ее мало что могло вывести себя, но в этот момент она сорвалась и сама не узнала себя и свой нервный, почти кричащий голос.
   -- Что со мной не так?! Я думала, ты не целуешь меня в губы, потому что ты весь такой правильный, но теперь я поняла, что ты просто не хочешь меня целовать! В чем причина, скажи честно? Может, у тебя есть другая? Или ты действительно такой супер-воспитанный?
   -- Ален... я не могу тебе это объяснить, -- сказал Андрей, не поворачиваясь. -- Поверь, я люблю тебя и хочу тебя целовать, хочу! Но не могу!
   -- Не можешь?! Что значит, не можешь?! Я что, такая противная?!
   -- Нет, Ален, дело не в этом... Просто не могу и все тут...
   -- В шею и щеки можешь, а в губы не можешь? Чушь!
   Алена взяла и как хлестанула Боя поводьями, он встал на дыбы и помчался вперед.
   -- Стой! -- закричал Андрей, но Алена его не слушала. Не слушал и Бой, он уверенно мчался вперед.
   Бой сам выбирал свой путь. Он скакал и скакал по невытоптанным тропинкам, пока Алена не очнулась и не приказала коню остановиться. На секунду он замер, но вовсе не для того, чтобы остановиться - задумался куда б свернуть, налево или направо. Свернув налево, Бой поскакал с прежней неистовостью. Алена натягивала поводья, кричала на него, умоляла, говорила ласковые слова - на Боя ничего не действовало. Он уже вошел в раж и останавливаться не собирался. Впереди показался широкий ров. Алена закрыла глаза и запищала. Бой перепрыгнул ров и принялся радостно гарцевать на месте. Исполнив победоносный танец, он помчался дальше.
   -- Я думала, ты слушаешься меня с полуслова, негодяй! -- выкрикнула Алена, нагибаясь под толстой веткой, в которую чуть не врезалась головой. -- Возвращайся в конюшню! Слышишь меня? Возвращайся назад! Или хотя бы остановись, я сама пойду пешком, а ты скачи куда хочешь!
   Бой вылетел из чащи во дворик и резко затормозил перед маленькой, черненькой избушкой. Затормозил он так резко, что Алена чуть не вылетела из седла. Воспользовавшись моментом, она слезла с коня и облегченно вздохнула. Бой махнул хвостом и галопом поскакал вперед, перемахнув через старенький заборчик.
   -- Идиотский конь! -- крикнула ему Алена вдогонку.
   Скрипнула дверь и на крыльцо проковыляла зловещего вида старушонка.
   -- Чую русским духом пахнет! Я как раз еще не ела, пойду печку топить, да гостя в печку сажать.
   "Баба Яга?! -- мгновенно пронеслось у Алены в голове. -- Не может быть!".
   -- Что, не ожидала встретить меня тут? -- ехидно ухмыльнулась старушка, словно прочитав мысли Алены.
   Только сейчас Алена поняла, что дворик, как и его хозяйка, был не самый приятный. На заборе и крыше дома сидели черные вороны и коршуны, с подозрением глядя на Алену. Повсюду валялись обглоданные кости. Алену пробрал страх.
   -- Извините, я не хотела вас тревожить, -- поспешила извиниться она. -- Меня просто конь сюда занес.
   Алена быстрым шагом пошла куда-то в сторону, жалея, что спрыгнула с Буя. Чертов конь! С ветки, прямо перед носом Алены, соскочила рысь. Видок у нее был ужасный: шерсть местами облезла, одного уха наполовину не было, левый глаз заплыл белой пеленой. Рысь зашипела, готовясь к прыжку. Целилась она, по всей видимости, Алене в лицо.
   -- Брысь, Варвара! -- прикрикнула старушка. Рысь повиновалась ей и перестала шипеть. -- Да-да, я бабушка Яга, но людей не ем, не бойся.
   Алена обернулась к ней и попыталась определить по лицу и глазам, не врет ли эта зловещая старушенция? Старушка вполне мило и дружелюбно улыбалась ей.
   Баба Яга заковыляла к Алене, говоря по пути:
   -- Я просто не люблю, когда кто-то вторгается в мои владения. Я вообще людей не люблю, поэтому и живу здесь одна, как дикарка. Да что ты смотришь на меня так испуганно? Говорю же тебе, никого я не ем и тебе худо не сделаю.
   Старушка дружески приобняла Алену и пригласила в дом. Алена все еще побаивалась ее немного, но рискнула пройти в домик, чтобы не злить лишний раз старушку своим невежеством.
   -- А обглоданные кости откуда? -- недоверчиво спросила Алена, садясь на хиленькую табуретку.
   -- Так это у меня зверье здесь обитает, вечно понатаскают себе еды и жрут прямо во дворе, как будто больше негде жрать! -- буркнула баба Яга. -- Я же дружу со зверьем, с птицами, волками, медведями, да со всеми. Я с ними разговариваю, хорошо, что хоть с ними могу разговаривать, а так бы уже померла давно от скуки! Я тут всяко разный травяной чай делаю, будешь? Да не смотри ты так испуганно, не собираюсь я тебя травить! Ко мне сам Иваныч за чаем приходит, наберет мешок пакетиков и баночек и прет обратно к себе довольный-предовольный. Очень уж ему нравятся мои снадобья.
   -- Вы имели в виду Ивана Ивановича? -- встрепенулась Алена. -- Низенький такой, с белой бородой?
   -- Ну-ну, он, он, -- закивала старушка, засыпая травы в заварник.
   Алена расслабилась. Значит, баба Яга и правда хорошая и ее можно не бояться. "И не такая уж она зловещая, -- подумалось Алене. Она внимательно вгляделась в лицо старушки. -- Видно, у страха глаза велики".
   Яга протянула Алене кружку с чаем. Алена с удовольствием выпила кружку до дна.
   -- Как тебя зовут-то? -- спросила Яга, наливая Алене вторую кружку.
   -- Алена.
   -- Хм, где-то я уже слышала это имя, -- задумалась бабушка. -- А сестер у тебя случаем нет?
   -- Есть.
   -- Ну все ясно! Иваныч рассказывал, как искал вас и как вы победили кикимору. Да и не только Иваныч. Мне тут все звери уши проговорили, что появились в Юдо девочки, которых нечисти стоит остерегаться.
   "Вот как? Эту весть разносят даже звери?" -- подумала Алена, допивая вторую кружку чая.
   -- Как раз завтра мы идем спасать кого-то... Первое наше задание...
   Старушка покачала головой.
   -- Ох, несладко вам в этом мире придется. Дар-то, конечно, уникальный, но с ним нужно быть все время начеку. Нечисть захочет любым способом убрать вас с дороги.
   Алене взгрустнулось от этих слов. Ей и так-то не хотелось ни с кем бороться, она все еще держала в памяти кикимору и помнила тот страх, который испытала, оказавшись в огне. И черт дернул ее высказать охотное согласие за то, чтобы стать частью волшебного мира.
   -- Нам бы еще узнать кто были наши родители, ведь мы совсем ничего о них не знаем, -- поделилась со старушкой Алена. -- Спрашивали у мудреца Емельяна Демьяновича, так он напрямую не скажет же.
   -- Где-то в подводном мире обитает такая же старая карга, как и я. Только она русалка и зовут ее Водяниха. Вам бы ее найти да узнать ответ на волнующий вопрос. Уж она-то все знает!
   Алена поблагодарила Ягу за гостеприимство, за чай и за совет и засобиралась обратно в Терем.
   -- Мне уже пора. Сестры будут волноваться, -- сказала она, вставая с табуретки. -- И с женихом надо помириться, а то в Петербург не попаду.
   -- Чего это не попадешь? Попадешь! Пешком отсюда до Терема долго идти придется, а там неизвестно еще помиритесь или нет, так что давай-ка я тебя сразу домой отвезу.
   Старушка спустилась с крыльца и свистнула в пальцы. Тут же к ней подлетела ступа с пестом и помелом. Ступа была похожа на большое металлическое ведро, к ней прикреплялся пест - закругленная внизу палка-дробилка, чем-то похожая на скалку, только без ручек. Помелом являлась обычная метла.
   -- Давненько я в ступе не летала! -- сказала баба Яга, потирая руки.
   Она лихо запрыгнула в ведро и сказала Алене сделать то же самое. Алена нерешительно залезла в ступу.
   -- А вы точно умеете этой штукой управлять? -- обеспокоенно спросила девочка.
   -- Не боись!
   С этими словами Яга стукнула по ведру пестом, и ведро поднялось на уровень деревьев.
   -- На, бушь след заметать! -- Яга протянула Алене метлу.
   -- Как это? -- спросила Алена, не представляя как будет заметать то, что невидимо. Ни мусора тебе, ни выхлопных газов.
   -- Бушь заметать мой дух, -- пояснила старушка. -- Его нельзя увидеть, но можно почувствовать. Ты, конечно, не почувствуешь, ведь ты человек. Но какой-нибудь дух или маг может. Не нужно никому знать куда я летала. Просто маши метлой по воздуху позади себя, как будто что-то заметаешь, да и все.
   Стукнув пестом по ступе второй раз, старушка закричала: "Юхууу!", и ступа еще выше поднялась над лесом.
   -- А куда лететь-то? -- вдруг опомнилась Яга.
   -- В Петербург. Интернат имени Дубинского. А нас люди не увидят? -- забеспокоилась Алена.
   -- Обычным людям не дано увидеть бабу Ягу, летящую по небу в ступе! -- заверила старушка и направила ступу в нужном направлении.
  
  
   11. Спасение утопающих
  
   Следующим утром Андрей собрал всех, кто должен был отправиться на спасение людей, в кладовой, располагавшейся в подвале Терема.
   Кладовая была заставлена множеством больших и маленьких сундуков, посередине стоял низенький колодец, откуда по необходимости черпали живую и мертвую воду. Андрей рассказал, что колодец совершенно непредсказуем: иногда в нем нет ни капли воды, иногда вода вовсе не целительная, а самая обычная, а порой воды столько, что она выливается через край и затапливает всю кладовку. Однажды даже затопило весь подвал.
   Из одного сундука Андрей достал набор тарелок и корзинку с золотыми яблоками. Раздавая всем по тарелке и по яблоку, он стал пояснять:
   -- Для тех, кто еще не знает, что это и для чего, я поясню. Чтобы найти человека, которому требуется помощь, нужно покатить яблоко по тарелке со словами: "Катись, яблочко, по блюдечку, покажи, где тонет человек, или кто заблудился в лесу". И блюдце покажет вам местонахождение человека. Так как Марья Царевна распределила вас по городам, вы должны назвать яблоку свой город, прежде чем давать запрос.
   Наклонившись к другому ящику, Андрей стал доставать из него большие красные сапоги, доходящие до колен.
   -- Как только блюдце покажет вам место, надеваете сапоги-скороходы и бегом спасать.
   Сапоги оказались всем слишком велики, Алена так вообще в них утонула. Андрей сказал:
   -- Не обращайте внимания на размер. Одевайте их, не снимая обувь. Скороходы в считанные секунды перенесут вас в нужно место. Главное только ясно и четко сказать им куда отправиться, иначе попадете не туда. Скороходы заколдованы специальным заклинанием. Это означает, что вы не сможете пользоваться ими вне задания для личных целей. И не старайтесь их расколдовать - получите штраф в виде изъятия любой волшебной ценной вещи, полученной в Юдо.
   Из третьего сундука Андрей взял большие булавки.
   -- Это для анчуток, -- сказал он, протягивая всем по булаве.
   Затем юноша раздал свежую полынь, охапкой лежавшую на деревянном столе.
   -- Это отпугивать русалок, водяных и леших. Кстати, кто еще не в курсе, полынь можете рвать и сами. На территории Юдо ее полно.
   Закончив раздачу, Андрей предупредил напоследок:
   -- И не пытайтесь тайно попасть в кладовку - все равно ничего не выйдет. А если сделаете попытку, вам грозит штраф.
   Алена подождала, пока все выйдут и робко ступнула к Андрею.
   -- Прости меня... Не знаю, что на меня вчера нашло...
   Он обнял ее.
   -- Я совсем не злюсь, милая.
   -- Бой вернулся?
   -- Вернулся. Так набегался вчера, что до сих пор дрыхнет. Конюх не может его растолкать.
   Алена засмеялась.
   -- Удачи вам на испытании! Уверен, что у вас все получится.
   -- Спасибо, Андрюш.
   Выйдя из Терема, Василина прямо на улице стала катать яблоко по блюдечку. Оно показало отвесную скалу, с которой собрался прыгать маленький человечек. Рядом со скалой было подписано "Остров Русский". Сестры мигом надели сапоги и хором произнесли:
   -- Во Владивосток, на остров Русский.
   -- К человеку, который собирается прыгать со скалы, -- уточнила Василина.
   Один шаг и они оказались на той самой скале, у края которой стояла девушка, поспорившая с друзьями, что осмелиться прыгнуть вниз. Снизу доносились голоса русалок, уговаривающих прыгнуть девочку, они успокаивали ее, говоря, что с ней ничего не случится, ведь она прыгала с высоты уже не раз. Конечно, девушка не слышала русалок, но сила воздействия их слов была так велика, что не успели сестры остановить ее, как она прыгнула в морскую пучину...
   Алена бросилась к краю скалы и увидела, как русалки тут же окружили еще живую девушку и потащили ее под воду. В это время Василина с Маней уже быстро спускались по тропинке вниз, раздеваясь на ходу. Первой в воду кинулась Маня. Две русалки увидели ее и, оставив тело девушки на своих подруг, подплыли, хищно сверкая глазами. Одна вцепилась Мане в голову, другая пыталась вывихнуть ей руку. Выронив полынь, Маня принялась изо всех сил отбиваться ногами. Мимо них проплыла Василина, стараясь догнать русалок с телом девушки. Она вцепилась в хвост русалки, плывшей последней. Русалка отвлеклась на нее, и Василина помахала полынью перед ее лицом. Русалка тут же потеряла сознание. Вынырнув, Василина глотнула воздуха и поплыла дальше. К ней подоспели сестры. Алена помогла Мане усыпить тех двух русалок, и теперь Маня, набрав скорость, поплыла вперед, оставив девочек позади. Русалки уплывали все глубже и глубже, но Мане удалось догнать их. Она прошмыгнула в их стаю и с силой вырвала бездыханное тело девушки из рук старшей русалки. Пока русалки опомнились, Маня уже ринулась наверх. Тут приплыли Алена с Василиной и разогнали русалок полынью. Одних удалось усыпить, другие уплыли восвояси.
   Выплыв на поверхность, сестры доплыли до Мани и подхватили тело девушки. На берегу Алена достала бутылечек с живой водой и, влив воды девушке в рот, оживила ее. Когда девушка открыла глаза, сестер уже не было, на их месте столпились ее друзья, перепуганные до смерти.
  
   ***
   Девочки вернулись в интернат. Алена с Василиной зарулили в столовую выпить компота, а Маня направилась в их комнату. Только она зашла внутрь, послышался голос из ванной. Маня, сжав кулаки в боевой готовности, на цыпочках подошла к двери, ведущей в ванную. Голос снова что-то сказал. Маня толкнула дверь ногой и никого там не обнаружила. Кулаки облегченно разжались. И тут ее взгляд упал на умывальник, которого раньше в ванной и в помине не было. Умывальник вдруг ожил и запел песенку про Мойдодыра:
  
   Я - Великий Умывальник,
Знаменитый Мойдодыр,
Умывальников Начальник
И мочалок Командир!
  
   На шум, спрыгнув с кровати, по которой только что скакал прямо в ботинках, прибежал Николашка и любопытными глазами уставился сначала на Маню, потом на умывальник.
   -- Что ты здесь делаешь? -- нахмурилась Маня, обращаясь к умывальнику.
   -- То же, что и ты, -- певуче ответил умывальник. -- Живу здесь.
   -- Но еще рано утром тебя здесь не было, -- возразила Маня.
   -- А сейчас я здесь.
   -- И зачем ты здесь? -- поинтересовалась Маня, по-хозяйски скрестив руки на груди.
   -- Чтобы вы не забывали умываться по утрам! -- назидательно сказал умывальник.
   -- А мы и так не забываем.
   -- Ну-ну! Сегодня ты встала раньше всех, а зубы до сих пор не почистила.
   -- Откуда ты знаешь?! -- изумилась Маня, откровенно говоря, пристыдившись.
   -- Профессиональное чутье! -- гордо ответил умывальник. -- Кстати, меня зовут Мойдодыр, прошу обращаться ко мне вежливо и по имени.
   -- Я все равно не понимаю, что ты тут делаешь, -- не унималась Маня. -- У нас же тут не волшебный интернат, мы не в Юдо находимся. Если тебя увидят или услышат...
   -- Я - награда за спасение прыгнувшей со скалы девушки, -- важно заявил Мойдодыр.
   -- Вот так подарочек! И что же мне будет, если я не почищу зубы?
   -- Я буду шуметь, на шум сбегутся воспитатели и станут ругаться.
   -- Этого еще не хватало! Как ты будешь им объяснять, что ты волшебный умывальник, умеешь петь и разговаривать?
   -- А уж это будете объяснять вы, а я буду стоять и молчать, -- ехидно засмеялся Мойдодыр. -- Рот и глаза спрячу так, что никто не заподозрит во мне ничего не обычного. А вот вас примут за сумасшедших! А ну-ка марш чистить зубы!!!
   На последних словах умывальника в комнату ввалились сестры, подталкиваемые разъяренной Галиной Николаевной.
   -- Как вы смеете сбегать из интерната без спроса! Где вы пропадали?
   Маня вышла из ванной, закрыв за собой дверь. Не сидеть же ей внутри, когда на сестер так орут.
   -- ЧИСТИТЬ ЗУБЫ! Живо! -- донеслось из ванной.
   Маня завела руку за спину и стукнула кулаком по двери. Галина Николаевна повернула к ней голову и вперилась суровым взглядом.
   -- Кого это вы там прячете?
   -- Никого, -- Маня сглотнула слюну и посмотрела на сестер, которые явно не понимали, что происходит.
   -- Как никого! Я же слышала!
   -- Это соседи за стенкой, -- соврала Маня. -- Идите лучше на них покричите.
   Лицо Галины Николаевны залилось пунцовой краской. Еще чуть-чуть и она бы задохнулась от возмущения.
   -- ЧИСТИТЬ ЗУБЫ! НЕМЕДЛЕННО! -- угрожающе пропел Мойдодыр, тоненьким голоском ему вторил Николашка.
   -- Ты меня разыгрываешь что ли? -- Галина Николаевна угрожающе двинулась на Маню. -- Ты думаешь я не пойму, что в ванной кто-то сидит? Думаешь, Галина Николаевна на дурочку похожа?
   "Похожа, похожа", -- подумала Маня и даже слегка кивнула. Хорошо, что воспитательница этого не заметила. Она уже дернула дверь в ванную и залетела в нее, ожидая увидеть там кого-то из своих воспитанников. Какого же было ее разочарование, когда она никого там не обнаружила. Даже под ванной, куда она не поленилась наклониться, никого не было.
   -- Я же говорю, это соседи, -- повторила Маня.
   Галина Николаевна со злостью захлопнула дверь и открыла рот, чтобы снова излить водопад своих возмущений, как из ванны вновь завыл тот же гулкий, металлический голос:
   -- Кто-то не чистил зу-у-у-бы... Пора бы их поч-и-и-стить.... ЗУБЫ, я сказал! ЗУБЫ! БЕГОМ ЧИСТИТЬ ЗУБЫ! Не то изрисую зубной пастой всю ванную!
   -- И я изрисую! И я изрисую! -- радостно завопил Николашка.
   Поверив, что это кричат соседи и, вообразив, что кто-то действительно норовит испачкать ванную в зубной пасте, Галина Николаевна рванула в соседнюю комнату, забыв про девочек.
   Маня распахнула дверь в ванную и зашикала:
   -- Идиотский кусок металла! Иду я чистить зубы, иду! Надеюсь, тогда ты заткнешься.
   Алена с Василиной заглянули в ванную и увидели там живой умывальник, довольно улыбающийся и наблюдающий огромными глазами, как Маня чистит зубы.
   -- Это пода-ачек за спахение утоающей! -- сообщила Маня с набитым зубной пастой ртом. Она нарочно с усердием терла зубы, чтобы брызги от пасты долетали до Мойдодыра.
   Барабашка весело скакал вокруг умывальника, прихлопывая в ладошки. Он был чрезвычайно рад новому другу, новому нарушителю спокойствия.
  
   ***
   Следующим утром все три сестры умывались под чутким надзором Мойдодыра. Решив отомстить Мане за ругательства в его адрес и брызги зубной пасты, присохшие к его, так называемому лицу, умывальник щедро натер Мане щеки жесткой мочалкой. Маня пригрозила выставить его на улицу.
   -- А давайте подарим его Галине Николаевне, -- хихикнула Алена.
   Этим утром ей нездоровилось, и она решила вздремнуть. Василина с Маней, взяв за руки брыкающегося Николашку, пошли к Ивану Ивановичу с целью помочь в воспитании детишек. Но уже через десять минут они пожалели, что потащили с собой этого маленького негодяя. Во втором корпусе он устроил погром на кухне, измазал лица малышам акварельными красками и напялил горшки на головы двум особо буйным мальчуганам.
   Алена проснулась только к обеду с заметным улучшением в самочувствии. В окно вовсю светило солнце, заливая комнату ярким светом. Сестры так и не объявились. Покрутив от скуки волшебную тарелку в руках, Алена решила катнуть по ней яблоко.
   -- Катись, яблочко, по блюдечку, покажи, где во Владивостоке тонет человек, -- произнесла она.
   Яблоко прокатилось по кругу, и на тарелочке стала вырисовываться картинка, показывающая многолюдный морской берег. Алена разглядела маленькую фигурку мужчины, заплывшего слишком далеко. Неожиданно мужчина стал барахтаться в воде, но отдыхающие этого не замечали.
   Алена почувствовала, как ее сердце рухнуло куда-то вниз. Она бросилась к скороходам, стоявшим у ее кровати, и, запрыгнув в них, сказала:
   -- Владивосток, бухта Шамора.
   Оказавшись на море, Алена огляделась. Да, это было то самое место как на картинке. Бросив сапоги на берегу, она побежала в воду. Доплыв до буйков, Алена посмотрела вдаль. В пяти метрах от нее мелькнул русалочий хвост. Русалка с красными волосами вынырнула рядом с Аленой и захихикала ей на ухо.
   -- Неужели ты думаешь, что сможешь спасти того мертвеца?
   На некотором расстоянии от них вынырнула русалка с голубыми волосами и, вытолкнув хвостом из-под воды утопленника, повертела его в руках перед собой. Он имел ужасающий вид: белесое раздутое лицо, посиневшие губы... Алена вскрикнула.
   -- Так ты все еще думаешь, что можешь его спасти? -- грубо засмеялась русалка с красными волосами. -- А где же твоя полынь? И где твои сестры?
   Только сейчас Алена осознала, что она совершенно беспомощна... Ее охватило чувство полного отчаяния. Она предпочла бы стать утопленницей самой, нежели смотреть на мертвое тело и с дикой горечью понимать, что она ничем не может помочь, ведь у нее нет ни полыни, чтобы отпугнуть русалок, ни мертвой воды, которая бы оживила утонувшего человека...
   С ужасом в глазах Алена стала отплывать назад. Русалки решили ее трогать и, хихикая, поплыли в свое царство.
   На берегу тем временем возникла паника.
   -- Сашенька, Сашенька! -- причитала женщина, стоя на коленях. Кто-то из друзей или родственников пытался ее успокоить, предположив, что ее муж не утонул, а просто куда-то отлучился.
   -- Я видела, как папа поплыл далеко туда! -- упорствовала маленькая девочка, указывая пальцем в ту сторону, откуда только что приплыла Алена.
   -- Дети могут фантазировать, -- сказала какая-то посторонняя женщина из толпы.
   -- Но я тоже видел мужчину, который заплыл за буйки, -- подтвердил парень. -- Десять минут назад я плавал там рядом и видел его.
   -- Это мог быть другой мужчина, -- сказала все та же женщина.
   -- Вызовите спасателей и скорую! -- закричал кто-то из толпы.
   -- Если он утонул, то уже поздно, -- махнул рукой седовласый дед и вернулся к своей лежанке.
   Алена смотрела на эту толпу безумным взглядом, и голоса в ее голове сливались в один шумный гул. Она хотела сказать этой рыдающей женщине, что она последняя, кто видел ее мужа, но язык не повернулся.
   -- Говорила я ему, не заплывай далеко, так нет же... У него была астма и больное сердце. Говорила я ему... Может, сердце прихватило, может, задыхаться стал... Ох, Господи, за что же мне такое горе? За какие грехи?
   Алена отошла в сторону. К ней подошел парень и, закурив сигарету, сказал задумчиво:
   -- Вот я не понимаю, как человек мог утонуть, если он умел плавать?
   -- Его русалки утопили, я не смогла спасти, -- ответила Алена, продолжая смотреть в одну точку.
   -- Ненормальная! -- брякнул парень и, бросив сигарету, ушел.
   Алена возвратилась в комнату. Сестры уже вернулись с уроков и отчитывали барабашку, но она не вслушивалась в их разговор. Медленно, словно больной после операции, подойдя к кровати, Алена легла на нее ничком и пролежала неподвижно несколько минут, но этих минут для нее не существовало, как и не существовали цвета, запахи и звуки.
   -- Ален, тебе все еще плохо? -- спросила Василина.
   Алена не ответила. Василина подошла к ней и погладила по голове.
   -- Аленочка, ты спишь? Что с тобой?
   Послышались приглушенные подушкой рыдания.
   -- Ален, ты чего? -- удивилась Маня и тоже подошла к Алениной кровати.
   Алена села на колени и хотела все рассказать, но не могла остановить слезы, голос срывался на каждой букве. Проплакавшись, она, наконец, смогла выдавить из себя:
   -- Я была на море... мужчина утонул... я не смогла спасти...
   -- Ты о чем это? -- не поняла Маня. -- Какой мужчина, какое море?
   -- Тарелка показала мне, как тонет человек... Я перенеслась туда... но у меня не было полыни под рукой... а справиться с русалками голыми руками я не рискнула, трусиха... Они сказали, что он уже мертв... Я сама видела тело... Это было ужасно... Никогда не забуду...
   -- Зачем же ты отправилась без нас, дурочка, -- промолвила Василина, обнимая сестру.
   -- Зачем ты вообще в тарелку заглядывала, -- с досадой сказала Маня.
   -- Я думала, я смогу... а я не смогла... я испугалась...
   -- Ты ни в чем не виновата. Это нелепая случайность, -- Василина обняла сестру.
   -- Я не смогу с этим жить, -- глотая слезы, прошептала Алена.
   -- Сестренка, в следующий раз ты спасешь десятки и сотни других жизней! Не плачь, пожалуйста...Что было, то было. Нужно жить дальше.
   Алена о чем-то глубоко задумалась, вздыхая, и решительно вытерла слезы.
   -- Завтра я пойду к его родственникам и признаюсь во всем. Буду помогать им на поминках.
   Василина опустилась на колени перед Аленой.
   -- Аленочка, не надо никуда ходить. Ты уже не вернешь этого человека... И твое присутствие не поможет этим людям... Это их личное горе. Ты для них - чужой человек. Послушай меня...
  
   12. Алена пропала!
  
   Все утро и до середины дня Алена была погружена в свои мысли, ее глаза со вчерашнего вечера потускнели еще больше. В скорбном одиночестве она бродила одна по коридорам.
   -- Мань, лучше этого не делай, -- строго предупредила Василина, видя, что Маня собирается покатить яблоко по тарелке.
   -- Ну а вдруг кому-то именно сейчас нужна наша помощь?
   -- Без Алены мы не будем никого спасать.
   -- Она сказала, что сейчас вернется.
   Воспротивясь сестре, Маня катнула яблоко по тарелочке. На этот раз тарелка показала владивостокский лес и заблудившегося в нем человека. Бросив виноватый взгляд на Василину, Маня ринулась в коридор звать Алену, но та не объявилась.
   -- Что я тебе говорила! Не нужно было этого делать! -- рассержено сверкая черными глазами, сказала Василина.
   Маня резво схватила со стола бутылечки с живой и мертвой водой и, вскочив в сапоги, сказала:
   -- Мы не можем оставить человека в лесу!
   Пришлось шагнуть в лес без Алены. Оказавшись в лесу, Маня с Аленой оцепенели от ужаса: на парня, рыча и скаля злую пасть, накинулся волк. Страх происходящего сковал Василину по всем телу - она не могла сделать и шага.
   Волк вцепился парню в ногу и яростно терзал свежую плоть своей беззащитной жертвы. Сквозь разорванные джинсы проступали алые пятна крови, раззадорившие волка еще больше. На секунду он отвлекся на вновь прибывших гостей и, повернув голову, посмотрел Василине в глаза, словно размышляя, не заняться ли ему новой жертвой. Оценив, что парень сильно ранен и уже никуда не убежит, волк стал осторожно подступать к сестрам, тихо рыча.
   "Нельзя смотреть собакам в глаза", -- вспомнилось Василине еще из детства, когда воспитательница водила их группу гулять. Василина так сильно зажмурила глаза, что на секунду закружилась голова. И именно в этот миг она успела понять, что ничего не знает о волках.
   "Будь, что будет", -- сказала она себе.
   Волк зарычал еще громче, приготовясь наброситься на Василину, но что-то ему помешало это сделать... Василина открыла глаза: с ловкостью и смелостью воина Маня подскочила к волку, отбросив бутылечки с водой, и с силой разжала ему пасть. Из пальцев, наткнувшихся на острые клыки, хлынула кровь. Волк заскулил и стал метаться на месте.
   -- Заклятье! -- крикнула Маня, обернувшись к Василине. Напрягшись изо всех сил, она продолжала удерживать волчью пасть открытой.
   Василина затараторила пришедшие в голову строки:
  
   Нас тебе не победить,
   Будешь ты страдать и выть
   Мы вдвоем сильнее волка,
   Так умри же ты надолго.
  
   Предсказание заклинания не исполнилось, волк не умер, но перестал метаться, успокоился и с покорным видом прилег на землю. Маня отпустила его пасть, но все же держала руки, на всякий случай, на готове, не обращая внимания на их окровавленный вид.
   -- Без Алены заклинание не действует, -- сказала Василина, с опаской глядя на волка. Опасение оказалось напрасным - на полусогнутых ногах волк попятился назад и, развернувшись, трусцой убежал в лес.
   Василина подобрала бутылечки и подбежала к парню, корчившемуся от невыносимой боли. Она облила ему ногу мертвой водой и дала глотнуть оставшуюся на дне бутылечка каплю. Рана на ноге стала затягиваться. Через минуту парень полностью пришел в себя, но в глазах его еще остался страх.
   -- Мань, я... я забыла про твои руки... -- огорченно сказала Василина, глядя на Манины пальцы, из которых продолжала сочиться кровь. -- Я использовала весь бутылек с мертвой водой...
   -- А бутылек с живой водой? -- спросила Маня.
   -- Живая вода воскрешает мертвых, а мертвая залечивает раны, -- разъяснила Василина.
   -- Я перевяжу, -- вдруг произнес парень, поднявшись с земли и неся в руках оторванный от своей майки кусок ткани. Разорвав ткань, он умело обмотал Мане руки.
   -- Подожди... ты нас видишь? -- медленно и с удивлением произнесла Василина.
   -- Как так? -- спохватилась Маня. -- Ты же не должен нас видеть, мы невидимки!
   Парень с глупым выражением лица уставился на Маню и перевел взгляд на Василину.
   -- Я не понял, вы меня разыгрываете? Я всех прекрасно вижу и слышу.
   -- Но ты не можешь нас видеть, так как на нас одеты сапоги, которые делают нас невидимыми для людей, -- сказала Василина.
   Парень поглядел на их сапоги.
   -- Я и сапоги вижу. Они большие и красные.
   -- Ладно, не важно, -- мотнула головой Маня. -- Как ты заблудился? И, кстати, как тебя зовут?
   -- Руслан. Я хочу сказать вам огромное спасибо, если бы не вы... знаете, у меня вся жизнь перед глазами промелькнула. Вы... вы просто волшебницы!
   Маня с Василиной посмотрели друг на друга, улыбнувшись.
   -- А что за напиток ты мне дала? -- спросил Руслан, обращаясь к Василине. -- Раны как будто и не было.
   -- Это... -- замялась Василина, не зная, что ответить, -- это... волшебный напиток.
   Руслан засмеялся.
   -- Ну я так и подумал.
   -- Так от какой группы ты отбился? -- спросила Маня. -- Мы должны доставить тебя на место.
   -- Должны? -- переспросил Руслан, несколько удивившись.
   -- Да, считай, что это наша работа - спасать людей и возвращать заблудившихся в лесу на место.
   Руслан снова засмеялся, но когда перестал смеяться, пришел в уныние.
   -- Я поссорился со своей девушкой... Мы приехали сюда, в заповедник, с друзьями погулять, отдохнуть, и я повздорил с Инной. Она меня так взбесила, что я развернулся и ушел. Пошел куда-то в глубь леса и даже не заметил как заблудился. Когда очнулся от своих мыслей, понял, что не знаю дороги обратно, а позвонить не мог - телефон в этих местах не ловит.
   -- Так ты хочешь вернуться к своей девушке или как?
   -- Я... я даже не знаю...
   Маня издала глубокий вздох.
   -- Слушай, твои друзья и твоя девушка чуть не лишились тебя. Конечно, они не видели всего этого ужаса и понятия не имеют, что тебе пришлось пережить, но они должны знать о том, что произошло. И если в ссоре виновата девушка, она поймет, что из-за нее ты мог погибнуть и... короче вы больше не будете ссориться.
   Руслан грустно улыбнулся.
   -- Но если ты все же не хочешь возвращаться к друзьям, пошли с нами, -- неожиданно произнесла Василина.
   -- Куда? -- в один голос спросили Руслан с Маней. Маня покрутила у виска.
   -- К нам в Юдо, -- беззаботно ответила Василина.
   -- Зачем ты это говоришь? -- зашикала сестре Маня.
   -- Потому что он видит нас, а не должен видеть. Значит, он обладает уникальной способностью. И значит, его нужно показать Марье Ца... Царевне...
   -- Может быть, действие сапог закончилось, и теперь нас видят все? -- предположила Маня.
   -- Не хочу вас обидеть, но вы крайне странные девочки, -- изрек Руслан, вмешиваясь в разговор сестер. Пока сестры говорили, он смотрел на них с нескрываемым любопытством, как на чудных зверьков. -- Я не знаю где находится Юдо. Это какой-то поселок?
   -- Я вернусь за Алениными сапогами, -- сказала Василина, считая своим долгом привести в Юдо Руслана, ведь он же настоящая находка.
   -- Да, мы волшебницы, Руслан, и живем в волшебном мире, -- призналась Маня, сдаваясь перед Василиной. -- На нас надеты в сапоги-скороходы, которые должны делать нас невидимыми, пока мы спасаем мир, но ты почему-то нас видишь, так что, наверное, ты тоже волшебник и поэтому тебя нужно показать нашей правительнице Марье Царевне. Василина принесет тебе сейчас скороходы, и ты сможешь перенестись в наш мир.
   Закончив свою торжественную речь, Маня ожидала увидеть на лице Андрея как минимум удивление, но, казалось, что услышанное если и удивило его, то всего на каплю.
   -- Вот это да... -- проговорил он с удовольствием, как будто съел любимую конфетку, -- я всегда верил в высшие силы и был уверен, что существует другой мир...
   Василина произнесла: "В Юдо", сделала шаг и исчезла.
   -- Скороходы переносят вас на любые расстояния? -- спросил Руслан.
   -- Точно, -- кивнула Маня.
   -- Круто! -- восхищенно произнес Руслан. -- Я знал, я знал, что волшебство есть! Но все меня считали идиотом... В том числе и моя девушка... Когда я сказал ей, что могу видеть сквозь стены, она обсмеяла меня и назвала дураком. Ну, точнее не дураком, а кое-чем похуже...
   -- О, ты можешь видеть сквозь стены? -- заинтересованно спросила Маня.
   -- Да, когда я сосредоточенно смотрю на стену, она словно исчезает, и я вижу все, что происходит внутри, -- воодушевленно сказал Руслан, радуясь тому, что, наконец, его понимают и ему верят.
   -- И давно это у тебя?
   -- С самого детства.
   Рядом с ними возникла Василина с сапогами в руках. Отдав сапоги Руслану, она сказала беспокойным голосом:
   -- Алены нигде нет, и никто ее не видел.
   -- Наверное, она все-таки пошла искать семью утонувшего мужчины, -- нахмурилась Маня.
   Повертев сапоги в руках, Руслан одел их и сказал:
   -- Ну, я готов!
   Ребята взялись за руки и перенеслись в Юдо. С этого момента для Руслана началась новая жизнь.
  
   ***
   Был уже поздний вечер. Николашка притащил откуда-то молоток и простукивал им стены.
   -- Как ты нас напугала! -- воскликнула Маня, когда дверь в комнате скрипнула и в нее вошла Алена. Она соскочила с кровати и обняла сестру.
   -- Что у тебя с руками? -- спросила Алена, осторожно дотронувшись до Маниных рук.
   -- Пока ты где-то там гуляла, мы спасали одного парнишку. Этот парень, кстати, обладает уникальной способностью видеть сквозь стены! Представляешь? Мы привели его в Юдо.
   -- Простите меня... я должна была быть с вами...
   -- Ничего, все нормально. Главное, что ты нашлась.
   -- Ален, никогда так больше не делай, -- назидательно сказала Василина. -- Мы не знали где тебя искать...
   -- А тарелкой воспользоваться не рискнули, -- добавила Маня, -- так как не хотелось, чтобы у нас отобрали сапоги или Мойдодыра... Я к нему уже привыкла, хоть он меня и бесит.
   -- Простите меня, сестренки... -- опустила голову Алена, -- все хорошо...
   -- Ты была у семьи... погибшего мужчины? -- спросила Василина, хотя знала ответ.
   -- Да... они не приняли меня. Его жена сказала: "Ты такая же как и все отдыхающие, видела как тонет Сашенька и ничего не предприняла"...
   -- Но ты же знаешь, что это не так! -- сказала Маня. -- Ты ведь пыталась спасти его, ты... ты не побоялась поплыть к русалкам одна, просто так получилось...
   -- Тебе нужно поспать, -- сказала Василина, расстилая Алене постель.
   Алена разделась и легла, отвернувшись к стенке.
   -- Только пообещай, что больше никуда не уйдешь без нас, -- попросила Василина.
   -- Обещаю, -- раздался уставший, сонный голос.
   -- Кто-то не умы-ы-ылся перед сно-о-ом, -- сердито запел Мойдодыр из ванной.
   Маня зашла к нему и пригрозила, что выставит на улицу, если он еще раз запоет.
   -- Алене плохо, ей нужно поспать, понимаешь?
  
   ***
   Подходил к концу девятый час вечера. За окном было еще довольно светло, чего не сказать о состоянии души двух сестер, Мани и Василины. Их души заволокло темной пеленой. А причиной тому была пропажа Алены. Они не видели ее с самого утра, она как сквозь землю провалилась. Мойдодыр сказал, что она не объявлялась в ванной. Значит... значит, она не умывалась, значит, она исчезла еще до утра. Но как такое может быть! Ведь Алена ложилась спать при девочках. И ничего подозрительного они не слышали ночью. Правда на Василину надеяться было нельзя, она всегда спала как убитая, но Маня-то не могла не услышать, не почувствовать, как в комнате происходит возня!
   Не могла же Алена вот так взять и бесследно исчезнуть ночью? Первым предположением Василины было то, что Алена снова отправилась во Владивосток к семье утонувшего мужчины. Но ее скороходы стояли на месте. Как бы она туда перенеслась? Не на поезде же она поехала! Это абсурд.
   Маня с Василиной поспрашивали у одноклассников и соседей по интернату не видел ли кто Алену - все, как один, отрицательно качали головами. Некоторые из девочек тихо злорадствовали, мол, наконец, первая красавица интерната пропала - теперь их парни не будут на нее заглядываться. "Хоть бы ее машина сбила, хоть бы она не вернулась", -- перешептывались злые подружки.
   Алена не оставила ни записки, не дала никакого намека. Не вытерпев, сестры решили воспользоваться волшебной тарелкой.
   -- Почему эта тарелка ничего не показывает? -- раздраженно промолвила Маня, в сотый раз катая яблоко по блюдцу и повторяя одни и те же слова: "Катись яблочко по блюдечку, покажи где находится наша сестра Алена".
   -- Я, правда, не знаю, -- с огорчением ответила Василина. -- Не понимаю, почему тарелка не работает. Я пойду погуляю, может мне что и придет на ум...
   Василина всегда так делала, когда ей нужно было подумать - шла на улицу. Свежий воздух как-то помогал думать лучше. Она вернулась через полчаса с осенившей ее мыслью:
   -- Тарелка показывает только того, кто находится на земле, то есть на человеческой земле, среди людей. Значит, она не показывает того, кто находится в царстве нечисти и того, кто мертв...
   Маня испуганно округлила глаза.
   -- Ты уверена в этом? -- она получила утвердительный кивок в ответ. -- Нет, нет, нет... я не хочу думать о том, что с ней случилось что-то страшное... Только не это... Василина, нужно собрать всех и прочесать все леса, моря и болота.
   -- Нет, Мань... ты представляешь, сколько на земле этих лесов и болот? Мы не найдем так много людей, да и займет это слишком много времени, а мы не можем терять время...
   -- И что ты предлагаешь?
   -- Я не знаю пока, нужно подумать...
   Маня застонала.
   -- Думать мы тоже не можем, нужно действовать.
   Она выскочила из комнаты и побежала к Ивану Ивановичу с просьбой завести мотор и мчаться скорей в Юдо.
  
   ***
   -- Я вам говорил, говорил, что они еще слишком юны для таких авантюр! -- причитал Иван Иваныч, нервно вышагивая по кабинету Марьи Царевны.
   Марья ничего на это не ответила и повернулась к наставникам сестер.
   -- Вам, Илья, следовало бы усердней учить девочек боевым искусствам, -- сухо сказала она. -- С русалками можно было бы справиться и без полыни.
   -- Без полыни и в одиночку даже взрослый человек не справится, не говоря уже о хрупкой девочке, -- возразил Иван Иваныч.
   -- А вам, Елена Прекрасная, нужно было хорошо обучить Алену искусству обольщения, -- продолжала Марья, игнорируя старичка. -- При ее красоте любого гада можно очаровать и обезоружить в два счета.
   -- На мой взгляд, Алене еще рано давать такие уроки, -- робко произнесла Елена Прекрасная.
   -- Вы пытаетесь зазря обвинить наших учителей в том, в чем они не виноваты, --подметил Иван Иваныч, -- вместо того, чтобы корить себя...
   -- Иван Иванович, занимайтесь своим делом, -- отрезала Марья Царевна. -- Читайте детям сказки на ночь.
   Старик покачал головой.
   -- Зря вы так.
   -- Я ничего никогда не делаю зря, -- сказала Марья Царевна и испарилась.
   Правительница Юдо объявилась рядом с Маней и Василиной в тот момент, когда они рассказывали о своей беде Кате с Таней в прихожей их дома.
   -- Девчата, простите меня, родненькие мои, за то, что не уберегла Аленушку от напасти, -- сокрушаясь, произнесла Марья Царевна. -- Иван Иванович мне все рассказал... Я не чувствую Алениной смерти, значит она жива. Ее схватила какая-то нечисть.
   -- Зачем они забрали ее с собой? -- спросила Маня, ища в мудрых глазах Марьи Царевны ответ на свой вопрос.
   -- Без Алены вы не так сильны. Подозреваю, теперь вся нечисть будет пытаться разъединить вас, поэтому вам везде и всегда нужно быть вместе. Мне нужно улететь по делам, девочки, на несколько дней. Держитесь! Я буду молиться за Алену.
   Марья Царевна улетучилась, и сестры стеклянными глазами посмотрели на место, где она только что стояла. Таня с Катей решили не утешать сестер, зная, что эти слова пусты, и они не помогут найти Алену.
   -- Прекрасно! Марья Царевна исчезла в самый подходящий момент, -- буркнула Маня.
   Девочки вышли из цветочного двора. Издалека им помахал Руслан. Вид у него был очень довольный. Но сейчас любая улыбка на чужом лице вызывала раздражение, и они не помахали ему в ответ. Как можно улыбаться, когда пропал человек?
   Руслан подбежал к ним и спросил:
   -- Почему у всех такие кислые мины? Представляете, оказывается, я могу проходить сквозь стены! Я и не подозревал об этом. Мой наставник сказал: "Попробуй пройти сквозь стену в тот момент, когда она растворяется перед твоими глазами". Я так и сделал, и прошел сквозь дерево! Потом пробовал через бетон и тоже прошел!
   -- У нас беда случилась, -- прервала Руслана Василина. -- Пропала наша сестра.
   Руслан сразу же стал серьезным. Он был в долгу перед девочками за свое спасение и решил помочь им, во что бы то ни стало.
   -- Я соберу бригаду, и мы тут же отправимся на поиски, -- решительно сказал он. -- Есть какие-нибудь ориентиры, догадки?
   -- Это проделки нечисти, как мы думаем... Мы не видели Алену с самого утра, -- сказала Маня.
   Василина рассказала о последних событиях, связанных с Аленой, и о своем предположении, что она могла отправиться во Владивосток.
   -- Ладно, как-нибудь да найдем. Вы знаете юдов больше, чем я, -- Руслан обратился к Тане с Катей. -- Скажите на кого можно надеяться, кто сейчас на месте, и мы сходим за ними.
   Уже через полчаса бригада, собранная ребятами, разбрелась по разным уголкам острова. Но все было тщетно - никто из людей и волшебных существ не видел Алену. Руслан наказал всем проверять тарелки каждые десять минут - вдруг Алена где-то объявится? Кто-то должен увидеть в тарелке ее первым и прийти на помощь!
  
   ***
   День, второй, третий. Темные круги под глазами Мани и Василины свидетельствовали о недосыпаниях и переживаниях. Не успели они обрести сестру, как вот уже ее потеряли. Что с ней? Где она? Как ее найти?
   Василина сидела на кровати, поджав под себя ноги. Глубоко задумавшись, она теребила кончики волос.
   -- У меня в голове каша какая-то, -- произнесла она, вздохнув. -- Куда она могла деться, ну куда? Если бы она снова отправилась во Владивосток, чтобы попытаться утешить семью того погибшего, то здесь бы не стояли ее скороходы.
   -- Лучше б все-таки сапоги здесь не стояли - так мы хотя бы знали, что она сама шагнула куда-то, -- сказала Маня, разглядывая пол.
   Барабашка посапывал на Алениной кровати, часто дергаясь во сне и прерывая размышления девочек возгласами: "Надо побуянить!", "Дайте мне гонг!".
   Вдруг прямо из двери вылезла чья-то рука с зонтиком. Сестры вскрикнули. Вслед за рукой сквозь дверь пролезло и все туловище. Оказалось, это был Руслан, причем в одних плавках. У Василины отлегло от сердца.
   -- Ты чего так нас так пугаешь! -- возмутилась Маня. -- Тяжело дверь открыть?
   -- Ну извините, извините. Просто я тренируюсь, -- сказал Андрей и попытался вытащить вторую руку, которая не успела проскользнуть вслед за туловищем. Рука безнадежно застряла в двери. Руслан выругался и стал дергать руку. Вместе с рукой дергалась и дверь.
   -- Вот спасибо вам! Не нужно было меня отвлекать! -- рассерженно произнес он. -- Я же говорю, что я еще тренируюсь. Могу проходить сквозь стену только тогда, когда я полностью сосредоточен на ней, когда она исчезает у меня перед глазами. Но стоит только моей голове подумать о чем-то другом, как преграда снова вырастает.
   -- Нечего лазить сквозь стены без спроса, -- заметила Маня. -- А ты зачем пришел-то? Есть новости? И, кстати, почему ты полуголый?
   -- На зонтике прилетел, хотел срочно вас увидеть. Я кое-что разузнал, -- сказал Руслан, продолжая безуспешные попытки по выдергиванию руки из двери. -- А полуголый я потому, что мою одежду спалила Мила прямо на мне. Не знаете Милу? Это такая девушка-огонь. Она в нашей команде по поиску Алены. Если разозлится и метнет взгляд, тут же огонь вспыхивает. Жуткий дар, если честно! Не хотел бы я быть ее парнем - вдруг цветочек не подаришь, так и сгоришь заживо. Слушайте, у меня рука уже затекла!
   Руслан принялся пробивать правым кулаком дыру в том месте, где торчала рука. Парень он был не хиленький, и после нескольких ударов вокруг руки образовалась довольно приличная вмятина.
   -- Еще не хватало, чтобы тебя услышали и увидели застрявшим в двери! -- пришикнула Василина. -- Сосредоточься на стене, представь, что ее нет.
   Не успел Руслан последовать совету Василины, как дверь сурово распахнулась, стукнув его по лбу и чуть не сломав ему руку, и в комнате возникла грозная фигура Галины Николаевны. Заметив Руслана в столь нелепом виде - в плавках и с застрявшей в двери рукой - воспитательница тупо уставилась на него, забыв спросить: "Что здесь происходит?".
   Через несколько секунд она все-таки выдавила:
   -- Что... что здесь происходит?!
   -- Ничего, -- с невинным видом ответил Руслан.
   Маня прыснула.
   -- Почему ваша рука торчит в двери?
   -- Потому что я проходил сквозь стену и застрял, -- все с тем же невинным, невозмутимым видом сказал Руслан.
   Маня снова прыснула.
   -- Простите, что вы делали? -- прищурилась Галина Николаевна так, как будто плохо видела и слышала. -- Что вы себе позволяете! Кто вообще вы такой и что делаете в таком виде в комнате девочек? Вы посмели сломать дверь, а теперь еще и разыгрываете меня? Убирайтесь ВОН!
   -- Я не могу, -- спокойно сказал Руслан, терпеливо выслушав гневную тираду. -- Вы же видите, я застрял.
   -- Как вы втолкнули руку в дверь, так и высовывайте!
   -- Для этого мне нужно, чтобы вы ушли или хотя бы замолчали.
   -- ЧТО?!
   -- Мне нужно сосредоточиться, а вы мне мешаете, -- все так же невозмутимо пояснил Руслан. -- Если вы не перестанете кричать, вам придется выпиливать эту дверь вместе с моей рукой. Так что лучше помолчите, и я сам вытащу руку.
   От такого хамства глаза Галины Николаевны норовили выпрыгнуть из глазниц. Они бешено вращались, оглядывая то дверь, то Руслана, то всю комнату и остановились на Мане.
   -- Какие же вы дряни! Притащили сюда бог знает кого и устраиваете тут оргии! Вот расскажу Ивану Ивановичу, и он сразу же перестанет вас защищать. А ведь он думает, что вы такие чистые и невинные. Куда там! Уже на мальчиков потянуло! Да еще каких, вандалов!
   -- Ваши обвинения абсолютно ложны, -- произнесла Василина, смело глядя Галине Николаевне в бешеные глаза. -- Руслан не хотел ломать дверь, так случайно вышло. А без одежды он потому, что она у него сгорела. Руслан пришел просить у нас помощи. Это чистая правда.
   Галина Николаевна пристально смотрела Василине в глаза, пытаясь разглядеть там вранье, но ничего подобного не заметила, и была вынуждена сдаться.
   -- Чинить дверь вы будете сами! -- строго сказала она Руслану. -- И чтобы через пять минут вас здесь уже не было! Или я вызову полицию!
   -- Но как же я починю дверь, если через пять минут мне придется покинуть комнату? -- беззаботно поинтересовался Руслан.
   -- Вы не слышали, что я сказала? Я вызову полицию!
   Кинув на Руслана злостный взгляд, Галина Николаевна ушла. Наконец, Руслану удалось сосредоточиться в тишине. Несколько секунд он стоял, вперившись в дверь каким-то отрешенным, туманным взглядом и, наконец, ему удалось освободить руку.
   -- Так вот, -- продолжил он, погладив подошедшего к нему Николашку по голове. -- Кто из вас уже успел родить? А, так это барабашка, а не ребенок? Какой хорошенький! Все, все, рассказываю дальше. Сегодня Карина - молоденькая и очень симпатичненькая наставница - сказала, что видела Алену в последний раз в половину двенадцатого ночи, она была вместе с Андреем, и они куда-то испарились. Это была та самая ночь, когда Алена пропала! Я почти уверен, что это Андрей забрал ее ночью из интерната, потому что она не могла попасть на остров одна, без скороходов, зонтика, которым из вас никто не пользуется, и Иваныча. Моя уверенность окрепла, когда я спросил у него сегодня, где он был в тот раз около двенадцати ночи? Он и бровью не повел, ответил, что лег спать у себя в Тереме. Странно, правда? Больше он ничего не сказал, как я не допытывался. Попросил отстать со своими расспросами.
   После услышанного сестры сидели в ступоре несколько минут.
   -- То есть ты думаешь, что Андрей украл Алену? -- на высоких нотках произнесла Маня, пораженная этим выводом.
   Руслан кивнул.
   -- Куда это он дел нашу сестру? -- озадаченно проговорила Василина.
   -- Откуда я знаю. Я думаю, что вам лучше удастся разговорить Андрея, чем мне. Вы все-таки девчонки...
   -- Это чушь какая-то, -- пробормотала Маня.
   Василина хоть и знала, что рыскать по чужим вещам - полная низость, но сейчас была не та ситуация, чтобы думать о морали. Она принялась обыскивать Аленину тумбочку, сумку и кровать с целью найти хоть какую-то зацепку, объясняющую почему Алена сбежала с Андреем ночью из интерната? И она эту зацепку нашла в виде вышитой волшебными нитками картины, с которой улыбался Андрей.
   -- Они встречались, -- сделала вывод Василина, показав ребятам картину.
   -- ЧТО? -- воскликнула Маня. -- Алена бы нам об этом сказала!
   -- Мы знакомы друг с другом не так давно. И тот факт, что мы сестры, еще не означает, что Алена будет рассказывать нам о своих романтических похождениях.
   -- Вы сейчас напоминаете женский сериал с кучей интриг, -- вставил Руслан, усмехнувшись.
   -- Ага, и главная интрига в том, что нашу сестру украли.
  
  

13. Тремя днями ранее

   Алена прошлась неспешно по берегу, глубоко вдохнула в себя свежий морской ветер и посмотрела на небо, блестевшее россыпью звезд. Луна поливала море серебряным светом.
   Эта ночь была загадочно-красивой.
   Кто бы знал, как ей было тяжело, как разрывалось сердце, как мучила совесть. Невозможность повернуть время вспять - вот что было самое удручающее. Если б можно было что-то изменить, она не раздумывая, отдала все, только бы мужчина остался жив. Но увы, увы, увы...
   Просидев неподвижно на пляже два часа, а может, и больше, Алена очнулась от своего забытия. У нее появилось жгучее желание окунуться в воду. Вода под вечер была прохладная, успела остыть без палящего солнца. Девочка зашла в воду по пояс, на удивление ни страха, ни холода она не ощущала. Ей понравилось это новое состояние безмятежья и абсолютного комфорта, и она поплыла. В голове мелькнула странная мысль: "А что, если заплыть далеко-далеко?". И тут, словно в подтверждение своих слов Алена услышала, как море зовет и манит, манит ее. "Ты совершила большую ошибку, так плыви сюда, исправь ее!" -- шумно напевали синие воды. "Стань нашей сестрой и ты спасешь утопленника. Ведь это ты убила его. Ты убила его! Здесь твое спасение".
   В глазах резко потемнело, Алена перестала ощущать свое тело, оно как будто стало совсем невесомым. Последнее, что она почувствовала: как ее стремительно засасывает в морскую пучину...
   Алена проснулась от чьих-то нежных прикосновений. Это сестры поглаживали ее по щекам и перебирали спутавшиеся волосы. Она улыбнулась и приподнялась. Нет, это были не сестры: на нее ласково и по-сестрински заботливо смотрели три прекрасных русалки с блестящими хвостами.
   -- Как хорошо, что ты очнулась! -- обрадовалась русалка с белоснежными и длинными волосами. У нее были большие, чересчур светлые глаза. У людей Алена не встречала глаз с таким необыкновенным цветом. -- Морской царь Велийвод ждет тебя.
   -- Я... я утонула? -- испугалась Алена и почувствовала как комок, сопровождаемый учащенными биением сердца, подкатывается к горлу.
   Русалки захихикали.
   -- Какая глупышка! Если ты разговариваешь и видишь нас, значит, ты жива, -- сказала русалка с пышными, огненно-рыжими волосами. Ее глаза были будто под цвет волос, ярко-оранжевые. Она взяла Алену за руку. -- Пойдем к царю, и ничего не бойся. У нас тебе понравится.
   -- Мы любим веселиться, -- подхватила третья русалка с желтыми волосами. У нее были веселые, карие глаза. -- С нами будет весело.
   -- Я обязана вам своим спасением, но мне нужно домой, -- извиняющимся тоном произнесла Алена. -- Уже утро? Меня, наверное, ищут сестры.
   Рыжая русалка чмокнула ее в щеку и, ничего не сказав, загадочно улыбнулась.
   Подводный мир был неописуемо красив и восхитителен. Повсюду раскинулись коралловые сады, где собирались потолковать о том, о сем русалки, водяные и водяницы. Кораллы пестрили разнообразием цветов: серебристо-перламутровые, розовые, красные, фиолетовые. Среди необычных ярких цветов сновали такие же необычные, яркие рыбы и всевозможные существа морского царства.
   Хоромы Велийвода поражали блеском и великолепием: стены и колонны, сделанные из белого коралла, слепили своей белизной, вокруг все было украшено нитями жемчуга. Кресла и диванчики напоминали тех причудливых рыб, которые встретились Алене по дороге в царские хоромы. В огромной белоснежной раковине стоял трон царя. Рядом с троном, в углу невзрачная, замученная русалка перебирала жемчуг.
   -- А вот и наша земная гостья пожаловала, -- радостно произнес Велийвод. Это был скрюченный в три погибели старик с зеленоватым лицом, державший в дряблой руке с перепонками между пальцев золотой жезл, осыпанный драгоценными камнями. Вместо ног у него, как и русалок, был хвост. На голове блестела корона, украшенная жемчужинами. -- Рыбки отведать не желаешь? У нас самые искусные повара. Вам на земле такая вкуснятина и не снилась.
   -- Я бы с радостью, но отпустите меня лучше домой, -- умоляюще произнесла Алена.
   -- Отпустить, говоришь... Я хочу тебе кое-что показать для начала. -- Велийвод щелкнул пальцами и скомандовал кому-то: -- Заносите сюда.
   Позади него из-за жемчужной шторы слуги (две огромные, уродливые рыбины) вынесли и бросили на пол... бездыханное тело того самого утонувшего мужчины... На его каменном лице с остекленевшими глазами застыл ужас. Алена, прикрикнув, отпрянула назад.
   Царь ухмыльнулся:
   -- Это грешок твой.
   Алена не могла вымолвить ни слова, она прижалась к близстоящей колонне и прошептала:
   -- Зачем... зачем этот спектакль...
   Морской царь подплыл к ней.
   -- Ты хочешь, чтобы мужчина оказался сейчас жив? Хочешь, чтобы его семья не убивалась от горя?
   Алена отчаянно закивала головой.
   -- Будет сделано! -- Велийвод воодушевленно хлопнул в ладоши три раза. -- Уведите парня из царства, подбросьте к поверхности воды. Как только он окажется на воздухе, оживет.
   Слуги подхватили Александра и вынесли из хором.
   -- Ну что, ты довольна, дорогая моя? -- Велийвод хитро прищурился.
   -- Что мне за это нужно сделать? -- пролепетала Алена.
   -- А все уже сделано, -- царь разразился злым смехом.
   Неожиданно Алена осознала, что не чувствует ног, они словно стянуты чем-то тугим, а сама она не стоит, а будто парит в воде. Алена оглядела свое тело, и из ее уст раздался визг: вместо ног у нее образовался русалочий хвост. В испуге она стала метаться по всему залу, ударяясь об стены, точно рыбка, внезапно попавшая в аквариум.
   -- Отведите ее в комнату, -- сказал русалкам Велийвод, -- и сделайте все, чтобы она чувствовала себя здесь так прекрасно, что ей и думать о своей земле не захотелось.
   Напевая себе что-то под нос, морской царь отправился почивать в свою спальню. Русалки утихомирили Алену и повели в отведенную специально для нее комнату. Там они представились новоиспеченной русалке по именам, напоили снотворным зельем и уложили спать. Кроватью ее была открытая раковина, устеленная мягкими водорослями.
   Проснувшись, Алена выплыла из своей комнаты и остановила первую попавшуюся на пути русалку.
   -- Как мне выбраться отсюда? -- зашептала она.
   -- Это совершенно невозможно, -- ответила русалка.
   -- Не может такого быть! -- замотала головой Алена, не желая верить в безысходность. Заплакав, она потрясала русалку за плечи. -- Скажи мне, как выбраться отсюда? Ты ведь знаешь!
   К Алене подплыли уже знакомые ей русалки - Мора, Машора и Шама - и оттащили ее в сторону.
   -- Бедненькая, ты так переволновалась, что накинулась на Русю, -- сказала белесая Мора, поглаживая Алену по голове.
   -- Как мне вернуться на сушу? -- с отчаяньем в глазах спросила Алена.
   -- Какая же ты дурочка! Зачем тебе возвращаться на сушу, ведь в нашем царстве так прекрасно!
   -- Я человек и я должна жить на земле! Ведь я даже не умерла... А как же мои сестры? Как я буду без них?
   -- Такова твоя судьба. Теперь мы - твои сестры, -- отвечали ей русалки.
   -- Нет! -- сипло закричала Алена. Ее горло уже болело от долгих рыданий. -- Моя судьба - жить на земле среди людей.
   -- Ты скоро привыкнешь ко всему и полюбишь нас. Только подумай. Оказавшись здесь, ты спасла чью-то жизнь. Разве ты не хотела этого?
  
   ***
   Слезы катились из Алениных глаз несколько дней подряд, пока она не задумалась о своей новой жизни. Жизнь в подводном царстве на самом деле была неплохой, Алена стала привыкать к ней. И, правда, разве плохо было получать завтрак в постель в виде потрясающе-вкусного супчика и салатика из разнообразных водорослей? Еду разносила та невзрачная, молчаливая русалка, которая каждый день перебирала жемчуг в углу царского зала. На обед и ужин готовили рыбку и кальмары в различных видах: жареных, вяленых, вареных, тушеных. Каждый день русалки причесывали Алену, вплетая в волосы жемчужинки и невероятно красивые цветы, одевали ее в красивые наряды, раскрашивали хвост узорами и блестками.
   А ведь действительно, она так сильно скорбела по Александру, так сильно желала, чтобы он был жив, что это действительно исполнилось. А вот какой ценой - это... это уже не важно. В конце концов, и в подводном царстве можно жить и творить добро.
   Белянка принесла Алене обед из устриц и раков.
   -- Ваш обед, пожалуйста.
   -- Здесь все так добры ко мне, -- произнесла Алена, чуть улыбнувшись. -- Вот, например, ты. Ты подаешь мне еду, словно я какая-нибудь королева.
   -- Просто Царь хочет, чтобы тебе здесь нравилось.
   -- Это как-то странно, да? -- задумалась Алена.
   -- На самом деле это делается для того, чтобы тебе расхотелось возвращаться на сушу... -- зашептала Белянка.
   -- Неужели?.. Я думала это просто гостеприимство морского мира... вашего мира...
   -- Нет, -- Белянка замотала головой. -- Царю нужно, чтобы ты навсегда осталась здесь. Он очень жестокий правитель. Ты всего не знаешь... Тебя не заставляют топить людей лишь для того, чтобы ты не испугалась этого и не принялась искать путь наверх. Царь даже приказал не проносить утопленников мимо твоей комнаты, чтобы ты их не видела и крепко спала по ночам...
   Алена выронила из рук тарелку с устрицами.
   -- Но зачем ему надо, чтобы я была здесь, если от меня никакого толка? -- сказала она, собирая устриц, плавающих в воде, которых есть уже расхотела.
   -- Чтобы ослабить вашу сестринскую силу! Царь прознал, что когда вы вместе, можете истребить любую нечисть одним только словом... А уж таких врагов ему не надо. Вы представляете угрозу для всего нашего царства.
   -- Вот оно что! -- воскликнула Алена. -- Теперь я все поняла. И как я раньше об этом не додумалась...
   Алена замолчала и через несколько секунд сказала, встрепенувшись:
   -- Ты сказала про путь наверх... значит, он существует? Как отсюда можно выбраться? И как превратится обратно в человека?
   Белянка опасливо посмотрела по сторонам, хотя в комнате никого другого и не было.
   -- Я знаю только один способ... тебя должен поцеловать юноша. Но поцелуй обретет тебя в человека в том случае, если он будет по взаимной любви...
   -- Спасибо тебе, Беляночка, за подсказку! Слушай, а не в вашем ли царстве живет старая русалка по имени Водяниха?
   -- В нашем! Это бабка Велийвода. Они с ним уже давно в ссоре и не разговаривают. Из-за этой ссоры он-то и выгнал ее из своего царства. Она много всего знает и может дать ответ на любой вопрос. Но знай, свою молодость и красоту именно этими советами она и поддерживает.
   -- Мне нужно к ней! -- сказала Алена с горящими глазами.
   -- Подумай хорошенько, так ли уж нужен тебе ее ответ и если надумаешь, сегодня ночью, когда слуги уснут, я провожу тебя к ней, -- шепотом сказала Белянка, словно боясь, что ее кто-то услышит.
   Алена хотела было спросить, почему стоит быть осторожной с вопросами, как Беляниху позвал царь, и она ни секунды не медля, рванула в его хоромы.
   Алена все-таки решила выбраться ночью к старухе, хотя лучше ей было сделать это днем, так как дневная жизнь подводного царства кипит и бушует - никто бы не заметил куда направляются в сонный час две русалки, а ночная жизнь как раз и опасна теми редкими неспящими рыбами, которые снуют туда-сюда и то ли от опаски, то ли от нечего делать примечают все вокруг.
   -- Новенькая, что ли? -- прищурилась Водяниха, выглянув из окошка, когда Белянка и Алена подплыли к ее домику, сделанному из ракушек. Для трехсотлетней старухи Водяниха выглядела слишком молодо.
   -- У меня к вам один вопрос... -- начала Алена, поглядывая то на Белянку, то на Водяниху.
   Водяниха подплыла к Алене, черезчур пристально осмотрела ее с хвоста до головы и тоном кассирши, выбивающей чек, заявила:
   -- За этот вопрос я заберу твою красоту.
   Алена опешила. За всего каких-то пару слов она хочет забрать ее красоту?
   -- Нет, это нечестно. Я могу помочь вам по дому, например... но я не буду отдавать свою красоту.
   -- Тогда проваливай отсюда, -- грубо бросила Водяниха.
   Алена развернулась, чтобы отплыть обратно в царство, но вдруг передумала и сказала:
   -- Хорошо, я согласна.
   Белянка испуганно глянула на Алену и отчаянно замотала головой.
   -- Лучше не спрашивай ничего, Аленушка, уродство будет необратимо!
   Русалка подплыла к Алене и взяла ее за руки, пытаясь тем самым заставить девушку задуматься.
   -- Мне нужно кое-что узнать, -- упрямо сказала Алена. -- Пускай я превращусь в уродца, какая теперь разница?
   Белянка тяжело вздохнула и отплыла в сторону. Собравшись с духом, Алена задала волнующий ее вопрос:
   -- Умерла ли моя мать?
   -- Она жива. И зовут ее Ольга Карбова.
   -- Где она? -- спросила Алена, задыхаясь от нахлынувшего радостного возбуждения.
   -- Я не ясно сказала? -- возмутилась Водяниха. -- Ее зовут Ольга Карбова и она до сих пор жива.
   Больше ведьма ничего не сказала, а только скривила рот в недоброй, но довольной улыбке. Белянка смотрела на Алену и с каждой секундой все больше бледнела от ужаса: Алена старела на глазах, ее прекрасное лицо покрылось глубокими морщинами, старческие веки тяжело нависали над глазами, кожа на шее, груди и руках стала дряблой.
   -- Что ты наделала... -- прошептала Белянка.
   Алена посмотрела на свои руки, вскрикнула, вздохнула и смахнула слезы.
   -- Поплыли отсюда, -- сказала она своим прежним юным, звонким голосом.
   По пути обратно в царство Белянка и Алена молчали. Молчание было тяжелым. Доплыв до своей комнаты, Алена сказала:
   -- Беляночка, спасибо тебе за все... Теперь тебе нужно быть очень осторожной... Если Царь прознает, что это ты отвела меня к Водянихе, то тебе будет худо... Молчи и не выдавай себя ничем. Даже если он будет настойчиво спрашивать, не отвечай.
   Белянка закивала головой.
   -- Спокойной ночи, Аленушка!
   -- Спокойной ночи...
   Алена прилегла на постель и в этот же миг подскочила как ошпаренная. В голове одна за одной проносились мысли с вопросительными знаками. "Какая еще Ольга Карбова? Нашу мать звали Анастасия. Неужели эта старая чертиха меня обманула?! Сказала, наверное, от балды первое пришедшее в голову имя, а сама забрала мою молодость... Но ведь про Водяниху говорила мне баба Яга, а она-то не могла мне плохого посоветовать...".
   Утром Царь был зол и хмур. И было из-за чего: подчиненные донесли ему, что видели Белянку и Алену, плывущих к дому Водянихи.
   -- Зачем ты повела ночью Алену к старухе? -- рявкнул он.
   -- Ее здоровье беспокоит, -- соврала Белянка.
   -- Для этого у нас есть лекарь. Еще раз я узнаю, что ты помогаешь девке, зарежу тебя на обед. Русалочье мясо самое вкусное. -- Царь, брезгливо сморщившись, махнул рукой, обращаясь к слугам. -- Заприте ее в комнате наказаний, пусть поголодает пару дней.
  
   14. Поиски пропавшей сестры
  
   -- Я кое-что вспомнил! -- воскликнул Николашка, завидев Маню, возвращавшуюся из школьной столовой с сахарными булками в руках. После разговора с Русланом ей жутко захотелось есть. Вообще, в эти дни, дни пропажи сестры, она с неимоверной быстротой стала наполнять свой желудок всем, что давали в столовой, даже противной запеканкой. -- Пойдем со мной.
   Барабашка, таща Маню за джинсы, потопал в их комнату. Руслана там уже не было - он пошел к Ивану Ивановичу, а Василина вышла подумать во двор.
   В комнате Николашка стал усердно к чему-то принюхиваться возле Алениной кровати.
   -- Что ты тут вынюхиваешь?
   -- А ты ничего не чувствуешь?
   Маня принюхалась. Ничего необычного она не почувствовала.
   -- Меня учили, что хоть человека, хоть животного можно найти по запаху, -- пояснил Николашка. -- Здесь пахнет морем. Разве не ощущаешь? А хотя да, ты же обычный человек.
   -- И что ты хочешь этим сказать?
   -- То, что Алена сейчас в море! -- Николашка запрыгал, хлопая в ладоши, обрадовался своей догадливости.
   В Маниных глазах промелькнула искорка радости, но быстро потухла.
   -- А как мы ее там найдем? Морей ведь много...
   -- Расспросите русалок и водяных. Самых главных, -- посоветовал барабашка.
   -- Спасибо тебе, зайчик мой! -- Маня чмокнула Николашку и побежала искать Василину.
   -- Зайчик? -- обиделся барабашка, гладя поцелованную щеку.
   Маня наткнулась на сестру в коридоре.
   -- Василина, сужаем поиски! -- крикнула Маня. -- Алена где-то в море...
   -- Чего кричишь-то на весь коридор? -- шикнула Василина. -- В интернате не должны знать, что Алена пропала.
   -- Как найти самых главных водяных и русалок? -- взволнованно зашептала Маня.
   Василина развела руками.
   -- Надо спросить это у того, кто знает больше, чем я.
   -- Больше тебя может знать только Марья Царевна и Андрей.
   -- Марьи Царевны нет, а с Андреем пока не все ясно.
   -- Вот хороша Марья Царевна! Ее воспитанница пропала, а она по делам мотается как ни в чем не бывало. И Андрей тоже хорош.
   -- Знаешь, что... Давай пока не будем налетать к Андрею с расспросами про его встречу с Аленой. Просто попросим помочь в поисках - посмотрим, как он будет себя вести. Тут нужно копать очень деликатно, незаметно.
   Девочки заскочили в свою комнату, надели сапоги и перенеслись в Юдо. Они нашли Андрея в столовой.
   -- Не знаю, кто у них там главный, но знаю, где обитает самый старый водяной из всех ныне живущих, -- сказал Андрей, неторопливо доедая остатки супа. -- Его, правда, выгнали из одного водяного царства, сейчас он не при делах, поэтому вряд ли он что-то знает.
   -- Я поражаюсь! -- взбеленилась Маня. -- Алена пропала, а ты сидишь тут, ешь спокойненько супчик!
   Андрей молча встал из-за стола и только после того, как домовой унес его тарелку, произнес:
   -- Во-первых, Марья Царевна улетела по делам, и на мне остался целый город, представляете какая это ответственность? Во-вторых, со своими трудностями вы должны справляться сами.
   Маню возмутило это его спокойствие до глубины души, ей нестерпимо захотелось вылить на Андрея бочку гнева ("Если и не ты похитил мою сестру, так хотя бы пошевели своим задом, найди ее!"). Но, вспомнив разговор с Василиной, которая просила не нападать на Андрея, Маня с трудом сдержала себя.
   Сегодня Андрей был не таким, каким привыкли его видеть сестры: добродушным, улыбающимся. У него был отрешенный взгляд, хмурое лицо, спокойный, равнодушный голос. Такая разительная перемена не понравилась и Василине, но пока она решила не выдавать свои подозрения.
   По приказу Андрея семимильные сапоги отнесли девчат в какой-то дремучий лес. Они оказались у противного, вязкого болота.
   Андрей свистнул.
   -- Потапыч, вылезай! По делу к тебе пришли.
   Потапыч - толстый, брюхатый водяной, сплошь и рядом покрытый большими зелеными бородавками,- нехотя вылез из болота и, зевая, спросил за чем пожаловали.
   -- Да вот у девчонок сестра пропала. В море, говорят. Не слыхал чего?
   Водяной хмыкнул:
   -- Нашли у кого спрашивать. Я такими вещами больше не занимаюсь.
   -- Я знаю, что ты не виноват. Просто подумал, что ты как самый старый и самый мудрый должен знать все.
   В Андрея полетела вонючая болотная грязь, обляпав и девочек заодно.
   -- Это тебе за старого, -- пробурчал Потапыч. -- Нет, не знаю я ничего. Оставьте меня в покое.
   Водяной развернулся и начал медленно погружаться обратно в болото. Когда на поверхности осталась одна голова, он произнес:
   -- Я теперь хорошие дела творю, молодежь добру учу. Мой подопечный находит утонувших мертвецов и вытаскивает их на берег. Ну, чтобы родные могли опознать, да поплакать над телом. Так вот как раз сегодня он вытащил мужика. Думал, мертвый, а он взял и ожил. Так Водяник испугался и мотанул обратно в воду. Найти мужичка нужно, а то без памяти он, домой не доберется сам.
   Голова скрылась в болоте, оставив после себя напоминание в виде булькающих пузырей.
   -- Знаю я этого подопечного, -- сказал Андрей. -- Тоже тут недалеко обитает.
   Ребята застали Водяника за трапезой. Вокруг него, хихикая и обчмокивая его, вились полуголые водяные девы. Сестры удивились тому, что и у водяных, оказывается, бывают приватные вечеринки. Сам водяной был молодой и не такой толстый, как Потапыч, но животиком тоже обладал (видимо, все дело было в любви к пиву). Увидев Андрея, он подскочил, опрокинув банки с пивом, и затараторил:
   -- Андрюш, мое дело - вылавливать мертвецов. А что с ними делать, если они оказываются живыми - я не знаю. Это уже не в моей компетенции.
   -- Да я не ругать тебя пришел, -- заверил его Андрей. -- Покажи нам, где оживший утопленник.
   Водяной шикнул на своих подружек, они тут же скрылись в болоте.
   -- Тогда нам нужно отправиться во Владивосток. Я борозжу моря по всей России. Вот и заплыл туда.
   Василина странным взором посмотрела на Водяника, потом на Маню. В ее голове эхом отдавалось: "Владивосток, Владивосток, Владивосток"...
   -- Андрей, тебя недавно во Владивостоке видели, кстати, -- cказала Василина, как бы невзначай.
   На долю секунды Андрей сконфузился, что-то нервное проскочило сквозь его лицо. Такую реакцию Василина вполне ожидала и, можно сказать, она была ею удовлетворена.
   -- Может быть, я сам уже и не помню. В каких городах мне только не приходится бывать.
   Теперь Василина не сомневалась: Андрей был во Владивостоке.
   -- Давайте поскорее отправимся во Владик и приведем в чувство того мужика, -- нетерпеливо сказала Маня. -- Нам еще сестру искать.
   Андрей взял девочек за руки, попросил Водяника назвать точное место, и через несколько секунд они были уже там. Песчаный берег был к обеду уже многолюден, отдыхающие плескались в синей водичке, пеклись на солнце, жевали чипсы и жарили шашлыки. Запах дыма разносился по всему пляжу.
   -- Ну и как мы найдем ожившего утопленника? -- поинтересовалась Маня, критически оглядывая большие скопления людей.
   -- Водяник подскажет, -- сказал Андрей, завидев как водяной выходит из воды.
   -- Хм, под водой у меня получилось добраться чуть дольше вас, -- к своему неудовольствию заметил Водяник. -- А вон и утопленник!
   Водяник махнул рукой, указывая на мужчину, сидевшего на песке поодаль от шумных компаний. Он был в отчаянии. Маня с Аленой кинулись к нему, на пути снимая сапоги, чтобы он мог их увидеть. Мужчина поднял голову только тогда, когда Андрей и сестры подошли к нему вплотную. Он рассеянно посмотрел на них и не проявил ровно никаких эмоций.
   -- Кажется, я потерял сознание, -- пробормотал он, не обращаясь ни к кому. -- Я помню, что купался в воде, а потом ничего не помню. И даже не помню своего адреса.
   -- А как вас зовут, помните? -- с надеждой спросила Василина.
   -- Не помню...
   Василина поникла.
   -- Я верну вам память, -- сказал Андрей и, подойдя к мужчине, крепко сжал его голову в своих ладонях. С минуту Андрей стоял так, закрыв глаза. Когда он открыл глаза и опустил руки, мужчина встал и радостно воскликнул:
   -- Я все помню! Зовут меня Александр. А вас? Очень приятно! Вы настоящий волшебник! -- Он по-братски обнял Андрея. -- Каким-то чудом вы вернули мне память! Я даже квартиру свою вспомнил. Но как же я доберусь до дома? У меня ни копейки в кармане... Какие странные сапоги у вас в руках, девочки. Такие огромные.
   -- Александр? -- медленно переспросила Василина.
   -- Добраться до дома не беда, -- сказал Андрей и, взяв Александра за локоть, спросил адрес.
   Не надевая сапог, сестры взялись за рубашку Андрея. Поскольку до квартиры Водяной не смог бы добраться по воде, он тоже схватился за Андрея. Александр назвал адрес своей квартиры, и вся честная компания испарились в воздухе. Отдыхающие, которые увидели исчезающих в воздухе людей, решили, что перегрелись на солнце.
   Оказавшись у квартиры Александра, Маня ткнула пальцем в кнопку звонка.
   -- Как я здесь оказался? -- ошеломленно спросил Александр, закрутившись на месте волчком.
   -- Мы подвезли вас на своей машине, разве не помните? -- невинно и фальшиво-театрально сказала Василина.
   -- Спрячьтесь за дверь! Пусть для вашей жены будет сюрприз! -- затараторила Маня, подталкивая Александра к стене.
   Дверь открылась на ширину локтя, и в проеме показалось недоверчивое лицо кудрявой женщины.
   -- Что вам нужно? -- брезгливо спросила она, приняв гостей за побирушек или впаривателей всякого товара.
   -- Помните, к вам приходила девушка, светловолосая такая? Насчет вашего мужа... -- начала Василина, но женщина ее резко перебила.
   -- Хватит сюда приходить! -- разозлилась она и хотела захлопнуть дверь, но Маня быстро заговорила.
   -- Вы только в обморок сейчас не падайте, пожалуйста, -- живо сказала Маня. -- Ваш муж жив. Он здесь.
   Из-за двери вышел Александр и кинулся обнимать-целовать опешившую жену, которая была близка к обмороку, но удержалась на ногах.
   -- Я не совсем понимаю, как это могло произойти, -- сказал Водяник, глядя на дверь, которая только что захлопнулась перед ними. Жена Александра, заметно подобревшая, предложила ребятам зайти на чай, но они вежливо отказались. -- Русалки не могли так оплошать. Ну а человек не мог выжить, пробыв столько времени под водой. Стоп! Они могли оживить и вернуть Александра только в обмен на чью-то жизнь.
   Раз, и Андрей оказался прижатым Василиной к стенке. Маня удивленно уставилась на эту картину, она явно не ожидала от вечно спокойной и рассудительной сестры такой дерзости и прыткости.
   -- А теперь рассказывай, каким образом ты оказался причастен к исчезновению нашей сестры? -- сухо спросила Василина, глядя Андрею в глаза прямо и уверенно.
   -- Я не понимаю...
   -- Понимаешь! Я уверена, что Алену русалки забрали в свое царство в обмен на жизнь Александра. Думается, моя сестрица сама пошла на это. Но подозреваю, что это ты перенес Алену в ночь ее исчезновения во Владивосток и там ее бросил. Ты последний, кого видели рядом с Аленой около одиннадцати вечера, потом вы испарились. А утром нашей сестры уже не было в кровати.
   -- Интересное умозаключение, -- вяло усмехнулся Андрей. -- С чего ты все это взяла?
   -- Догадки, что оживший утопленник - тот самый, которого не успела спасти Алена, посетили меня еще у болота Водяника. А когда Александр назвал свое имя, я окончательно убедилась, что это тот самый мужчина. Алена говорила, что утопленника звали Саша. Ты не хотел отвечать на вопросы Руслана по поводу той вечерней встречи с Аленой, и у меня возникло предположение, что тебе есть что скрывать.
   -- Ну хорошо, -- сдался Андрей, опустив голову. -- У меня и правда была причина скрывать ту нашу встречу... Мы с Аленой не хотели, чтобы о наших встречах кто-либо знал.
   -- Чушь! -- вставила Маня. -- Алена наша сестра, и она поделилась бы с нами.
   -- Видимо, вы еще плохо ее знаете, -- едва улыбнувшись, сказал Андрей. -- В этом плане она очень стеснительная.
   -- Получается, вы встречаетесь уже не первый раз? -- спросила Василина, отойдя от Андрея.
   -- Да, не первый.
   -- Я так и думала. Она бы не сбежала из интерната так поздно, будь то первая встреча с тобой...
   -- Алене было плохо на душе, и она захотела прогуляться по берегу Шаморы, подумать. Алена не хотела, чтобы вы заметили, что она вновь отправилась во Владивосток, поэтому попросила меня перенести ее туда ночью. Только мы сделали шаг на песок, она стала умолять, чтобы я оставил ее одну. Я так и сделал.
   -- Если ты влюблен в Алену, то почему ты не ринулся ее искать?
   -- Вот именно, что ринулся! -- с вызовом ответил Андрей. -- К поиску я подключил животных и волшебных существ, но до сих пор от них никаких вестей.
   -- Думаю, что помощь животных уже не понадобится. Я уверена, что Алену нужно искать в том самом море, в котором утонул Александр. Перенеси нас, Андрей.
   Андрей взял девочек под руки, подождал, пока Водяник перестанет со скуки отколупывать краску от стены, и перенес всех на тот берег, на котором они были полчаса назад.
   Маня собралась нырять прямо в одежде, но Василина остановила ее, тронув за плечо.
   -- Мы не можем туда нырнуть... нельзя рисковать своими жизнями. Мы не знаем, что скрывается на глубине и как нам вытащить оттуда Алену...
   -- Вам слишком опасно нырять туда, -- подтвердил Водяник. -- Я могу сам спуститься на дно и что-нибудь выяснить, но даже я побоюсь проникнуть в само царство...
   -- Давайте лучше я, -- сказал Андрей.
   -- Пусть Водяник отправится на разведку первым, -- твердо произнесла Василина. Она все еще не доверяла Андрею. Что, если это он затащил Алену на дно и отправь его в воду сейчас, он солжет, скажет, что не нашел там Алену?
   -- Познакомься с какой-нибудь русалкой под видом влюбленного ухажера, -- посоветовала Маня Водянику.
   Водяник кивнул и побрел в море. Когда он плюхнулся в воду и скрылся в ней, Василина почувствовала сильное напряжение. Судя по беспокойному лицу Мани, она чувствовала тоже самое. В головы обеих сестер, как подговоренные, лезли плохие мысли, одна хуже другой: сейчас Водяник вылезет и скажет, что не нашел Алену и вообще ничего не выяснил; если Алена в морском царстве, то вернуть ее на землю можно будет только в обмен на другую жизнь (а на какую другую? кто пойдет на такую жертву?); а вдруг Алена мертва и с этим ничего уже не поделаешь? Нет, нет, только не последнее...
   Сестрам казалось, что они ждут возвращения Водяника уже целую вечность, а прошло всего десять минут. Людской гомон доносился откуда-то издалека. Когда Василина вернулась в состояние реальности и стала отчетливо слышать голоса, смех и плескания в море, ей захотелось одним взмахом руки вышвырнуть всех отдыхающих с пляжа. Как они могут наслаждаться отдыхом, когда у сестер беда? Разве все эти улыбающиеся лица не видят, как им плохо? Да чтоб они тоже все разом утонули! Василина изгнала из сознания последнюю мысль. "Нельзя даже в крайне эмоциональном состоянии желать людям зла, -- сказала она себе с укором. -- Лучше бы мы ни во что не ввязывались и вообще не знали о существовании другого мира. Здесь очень рискованно и опасно. Интересно, о чем сейчас думает Маня?". Василина взглянула на сестру, ее глаза, устремленные на море, блеснули. Еще секунда, и она подскочила, как будто ее обдали кипятком. Василина перевела взгляд на море и, увидев, шлепающего по мели Водяника, тоже поднялась на ноги.
   -- Ваша сестра в Морском Царстве, -- сообщил водяной, подойдя к девочкам. -- Она стала русалкой и...
   -- Что она говорит? -- затормошила его Маня.
   -- Я видел ее мельком, мы не разговаривали. Она... м-м... превратилась в старуху, -- сказал Водяник, испуганно глядя то на сестер, то на хмурого и взволнованного Андрея.
   -- ЧТО?! -- Маня вскрикнула так громко, что соседи по пляжу обернулись на нее. -- Что это еще за шуточки подводного мира?
   -- Я понятия не имею, что случилось, -- виновато-оправдывающе сказал Водяник.
   Василина помассировала токающие от напряжения виски.
   -- Ты знаешь как ее спасти? -- спросила она у Андрея.
   -- Превратить русалку обратно в человека может только человек с помощью поцелуя...
   -- Ее должен поцеловать возлюбленный? -- уточнила Василина.
   Андрей кивнул.
   -- Ну так плыви и целуй ее! -- с нетерпением выпалила Маня.
   Идея с поцелуем воодушевила и одновременно с этим испугала Андрея, но вслух он этого не сказал. Немедля сняв штаны и футболку, он забежал в море и погрузился под воду.
   Девочки уселись на берегу и принялись ждать, готовые в любую минуту кинуться в море на подмогу.
   Как только Андрей оказался всего на двух метрах от поверхности моря, его мгновенно окружили шестеро соблазнительных русалок.
   -- Вы, девушки, хороши, но я люблю другую, -- обнимая за талию двух премиленьких, светловолосых русалочек и изображая из себя ловеласа, сказал Андрей. -- Ее зовут Алена. Приведите ее ко мне.
   -- Фу, да она уродина, -- сморщилась та русалочка, что была слева от Андрея. -- Здесь красавиц - выбирай не хочу.
   Он поцеловал одну русалку, поцеловал другую, так перецеловал всех шестерых русалок.
   -- А теперь позовете мою Алену, красавицы?
   Опьяненные поцелуями, русалки закружились от радости и, подмигнув Андрею, поплыли за Аленой. Уверив русалок, что даже в старушечьем обличье она соблазнит и уведет юношу на дно, Алена приплыла к Андрею и удивленно-восхищенными глазами уставилась на него.
   Андрей ужаснулся - вместо прежней красавицы Алены перед ним была уродливая старуха, красивым остался только хвост. Не сумев скрыть отвращение, Андрей взял Алену за ее дряблые, морщинистые руки.
   -- Не может быть! Андрей! -- Алена прильнула к нему. Андрей еле сдержался, чтобы не отстраниться от старухи.
   -- Ты такой красивый и молодой, а я...
   -- Я должен спасти тебя. Там на берегу нас ждут твои сестры.
   При упоминании о сестрах Алена встрепенулась.
   -- Но как ты меня спасешь? С минуты на минуту сюда приплывут русалки или еще хуже - водяные стражи. А на берегу я умру...
   -- Нам нужно... -- Андрей запнулся на полуслове, -- нам нужно поцеловаться...
   Юноша произнес эти слова с неуверенностью, ему не хотелось прикасаться к старческому лицу. Тут Алена вспомнила слова Белянки о том, что ей нужно влюбиться, чтобы выбраться отсюда. Не будь она старухой, она бы обрадовалась, но сейчас на ее лице застыла печаль: Андрею будет противно целовать ее, старуху, она уже ощутила его неприязнь к себе.
   -- Спасибо тебе, Андрюш, что пришел ко мне, но боюсь, ничего не выйдет, -- угрюмо сказала Алена. Русалочьим чутьем она почувствовала приближение "подруг". -- Я бы поцеловала тебя с радостью, но знаю, что я тебе противна... Тебе нужно уходить, русалки приближаются. Плыви скорее к берегу!
   Алена стала удаляться от Андрея в невыразимой грусти. Андрей помешкал, вспомнил прежнюю красавицу Алену и, удерживая в голове этот образ, вдруг решительно кинулся к Алене-русалке и прижался своими губами к ее губам. У Алены закружилась голова. Это был первый поцелуй в ее жизни. Она прикрыла глаза в ожидании чуда, но чудо не произошло... Тогда Андрей поцеловал ее, стиснув зубы, еще раз. Русалки появились уже в поле зрения и стремительно придвигались. Оставался последний поцелуй, последняя попытка, последний шанс. Андрей поцеловал Алену в третий раз. Ее окутало слабое сияние и закружило вокруг своей оси. Разъяренные русалки приблизились почти вплотную, и Андрей, не дожидаясь, когда исчезнет сияние, взвалил Алену на плечо и что есть мочи стал грести наверх.
   Маня с Василиной заметили плывущую вдалеке голову. Андрей быстро выплыл на берег, бережно опустив Алену на песок. Она уже не была старухой - поцелуй победил проклятие Водянихи.
   -- Что с ней? Она без сознания? -- беспокойно спросила Маня, опустившись рядом с сестрой на колени.
   Андрей только сейчас, отдышавшись, заметил, что Алена не дышит. Но тут она, закашлявшись, сама пришел в себя и, отряхнувшись, протянула руки к Андрею.
   -- Спасибо тебе, -- чуть слышно сказала Алена.
   -- Аленочка, ты жива! -- с облегчением произнесла Маня и поцеловала сестру в щеку.
   -- Я не могу встать... голова кружится... -- пожаловалась Алена, безуспешно пытаясь приподняться, -- мне плохо...
   Андрей поднял Алену на руки.
   -- Я заберу ее в Юдо и напою мертвой водой, -- сказал он.
   -- Как же мы забыли захватить с собой воду! -- сокрушенно произнесла Василина, коря себя за рассеянность и непредусмотрительность. Как она, Василина, могла забыть такую важную, необходимую вещь?
   "С момента пропажи сестры надо было носить бутылечки в карманах!" -- укоряюще сказала себе она.
   -- Да, конечно, Андрей, забирай, -- согласилась Маня, перестав видеть в Андрее врага. -- А мы вернемся в интернат.
   Андрей хотел было испариться, но Василина поспешно дотронулась до него и, немного смущаясь, произнесла:
   -- Прости меня, пожалуйста... На пустом месте подозревала тебя...
   -- Да ничего, -- кивнул Андрей с улыбкой. -- Главное, что Аленка нашлась!
   Андрей переместился в Юдо, а девочки, обняв скользкого и мокрого Водяника в знак благодарности, засунули ноги в сапоги и перенеслись в интернат.
  
   ***
   Алена очнулась и первое время не могла понять, где находится. Ей показалось, что она все еще в подводном царстве, а сестры с Андреем ей просто напросто приснились. Окинув комнату полусонным взглядом, она осознала, что находится на земле, и слабо улыбнулась. Ей все еще было тяжело двигаться и тяжело говорить. Словно оловянная она лежала прикованной к постели.
   Вокруг все было деревянное: стены из светлого дерева, три деревянных стула, на одном из которых сидел Андрей, деревянный стол.
   -- Проснулась, маленькая моя, -- ласково сказал Андрей, погладив ее по головке.
   -- Где мы? -- сиплым голоском спросила она.
   -- Это мой дом, -- сказал Андрей и уточнил. -- Мой второй дом. Он стоит в лесу недалеко от Терема.
   Алена взяла его руку и прикрыла глаза.
   -- Мне сон снился... черт предлагал забрать мою душу в обмен на здоровье...
   -- У тебя просто горячка, милая. Скажи черту во сне "да", чтобы он отвязался и больше не приходил тебе в кошмарах.
   -- Мне страшно сказать да...
   -- Глупенькая, это всего лишь сон, фантазия, бред болеющего человека, -- улыбнулся Андрей, как если бы улыбался родитель, поучая свое дитя.
   -- Почему мне так плохо?.. Где мертвая вода?..
   -- Я напоил тебя и сбрызнул тело водой, но это не помогло...
  
   ***
   Следующим утром Иван Иванович выловил Маню с Василиной в школьном коридоре.
   -- Я был у Алены, -- сообщил старичок с обеспокоенным лицом, -- она не поправилась... Андрей говорит, что ни живая вода не помогает, ни мертвая...
   -- Как так? -- громко изумилась Маня.
   -- Я и сам не понимаю, -- беспомощно развел руками Иван Иванович.
   -- А что говорит Марья Царевна? -- нахмурилась Василина.
   -- Ее все еще нет в Юдо.
   Василина нахмурилась еще больше.
   -- Иван Иванович, заводите "Жигуль", нужно срочно ехать к Алене.
   Девочки бросились бежать на улицу к машине Ивана Ивановича. По пути в Юдо Василина задавала себе многочисленные вопросы, касающиеся Алены, которые пока оставались без ответа.
   Сестры вломились в домик Андрея. На простой деревянной кровати беспокойно спала Алена. Она была еще бледнее, чем вчера, губы потрескались, кожа на лице стянулась.
   -- Аленочка, как же нам тебя вылечить, -- причитали девочки наперебой, склонясь над сестрой.
   -- Ну и где же этот спаситель? -- сердито спросила Василина, имея в виду отсутствие Андрея.
   -- Если он не вылечит Алену, я его побью! -- заявила Маня, чувствуя как гнев начинает закипать в ее груди.
   Алена с трудом открыла тяжелые веки и, узнав сестер, слабо улыбнулась. В ту же секунду из ее губ вырвался стон боли и отчаяния. У Ивана Ивановича сжалось сердце. Он подскочил к кровати и, приложив ладонь ко лбу Алены, забормотал:
   -- Мы что-нибудь придумаем, Аленушка, только держись. Крепись, милая... Сейчас, сейчас... я придумаю что-нибудь... мы придумаем... все будет хорошо.
   Выдавливая из себя по слову, Алена произнесла:
   -- Ко мне черт приходит... душу мою просит...
   -- Аленка, не отвечай ему! -- вскрикнула Василина. -- Слышишь меня? Не отвечай ему, прогоняй его!
   -- Он... даст мне здоровье... мне так плохо, я больше не могу... пусть забирает душу, иначе я умру...
   -- Нет! -- снова закричала Василина. -- Не соглашайся ни на какие его условия!
   Алена закрыла глаза не в силах больше говорить.
   -- Чего ты раскричалась так? -- сказал, вошедший в дом Андрей. -- Ей снится сон, это всего лишь бред.
   Василина бросила на него пронзительный взгляд.
   -- Надо забрать Алену к нам, -- решительно заявила она. -- В интернате никакие черты к ней не придут.
   Маня поддержала предложение сестры и взяла Алену на руки.
   -- Оставьте Алену здесь, -- настойчиво потребовал Андрей, глядя в глаза то Василине, то Мане. -- Там вы ничего не сможете сделать с ее болезнью. Я знаю как ее вылечить, мне нужно только время.
   -- Если ты знаешь, приходи к нам и лечи, -- брякнула Маня и вынесла Алену из домика, стараясь не задеть ее об дверные косяки. Вслед за ней поспешно вышел Иван Иванович.
   -- Извини, Андрей, -- сказала Василина, стоя в дверях. -- Я понимаю, что ты хочешь побыть с Аленой наедине, но мы вынуждены забрать нашу сестру... Так нам спокойней...
   Андрей кивнул.
   Василина, услышав, что Иван Иванович завел мотор и зовет ее, спохватилась и выбежала на улицу. Андрей посмотрел из маленького окна вслед улетающей машине и безрадостно хмыкнул.
   -- Вам нужно попробовать сварить зелье, -- предложил Иван Иванович на полпути в интернат. -- В моей коморке есть книги по зельеваренью. Если в них ничего не найдете, съезжу обратно в Юдо за другими книгами. И у Яги спрошу, может, у нее найдется чего-нибудь спасительное среди трав.
   -- Я тоже подумала про зелье, -- сказала Василина, оглядываясь с переднего сиденья на сидевшую сзади Маню. Всю дорогу она молчала и прижимала к себе Алену, которая безжизненно лежала у нее на коленях.
   Иван Иванович приземлился на поляне и выехал на трассу. Когда они подъехали к интернату, единственным бурчанием Мани стала фраза: "Не понимаю, как волшебная вода могла не помочь Алене!". Этот вопрос мучил и Василину.
   Весь день девочки пытались варить разные зелья, но ничего не действовало. Когда они отправлялись за нужными ингредиентами, Николашка оставался присматривать за Аленой. Он сидел неподвижно у ее кровати и изредка смахивал слезы, которые накатывались на его добрые, наивные, доверчивые глаза. Такие глаза бывают только у детей.
   Дверь скрипнула. Быстро схватив с кровати покрывало, Маня накинула его на стол, где стояли банки и бутылочки с зельями.
   -- Чем вы тут занимаетесь? -- грозно спросила воспитательница и подошла к кипящей кастрюльке, которую Василина забыла выключить впопыхах. -- Что это у вас там варится? И что одеяло делает на столе?
   -- Я приболела... у меня кашель, -- Маня кашлянула для убедительности, -- кипячу траву от кашля. А одеяло... это я постельное белье хочу поменять.
   Галина Николаевна обвела сестер строгим взглядом.
   -- Пользоваться электроприборами в комнате без моего разрешения запрещено, и вы прекрасно знаете об этом. Заниматься самолечением опасно, Мария, у нас для этого есть медпункт. Пройдем со мной.
   -- Я... сама попозже зайду.
   Угловатые брови Галины Николаевны, делавшие ее и без того неприятное лицо еще более строгим, вопросительно взметнулись вверх.
   -- Мария, в чем дело?
   -- Мне нужно... отлучиться в туалет, -- соврала Маня и сбежала от воспитательницы, оставив ее так и стоять с поднятыми бровями.
   -- А что с Аленой? -- спросила Галина Николаевна, подойдя к Алениной кровати.
   -- Ничего, она просто решила поспать.
   -- Что-то она какая-то совсем худая и бледная. Тоже заболела?
   -- Нет, нет, она всегда такая худая.
   -- Ну ладно, смотрите мне, -- пригрозила указательным пальцем Галина Николаевна.
   Через несколько часов девочек вызвали к директору.
   -- Ну что еще? -- заныла Маня, закинув голову назад. -- Сестра умирает, зелья не получаются, еще и к директору вызывают. Галина Николаевна опять, наверное, настучала.
   Василина с Маней поднялись к Юлии Игоревне.
   -- Мне снова и снова жалуются на вас. Ваше поведение несносно, вы постоянно где-то пропадаете, занимаетесь не понять чем.
   -- Мы... мы ничего не делаем плохого, честное слово, -- стала оправдываться Маня.
   -- Да, мы... мы - волонтеры. Добровольно помогаем людям. Иногда накапливается так много дел, что не успеваем на уроки. Не сердитесь на нас...
   -- То, что вы занимаетесь волонтерством - это хорошо, -- смягчилась Юлия Игоревна, -- но не стоит и делать вид, что вы особенные и лучше других. От вас отвернулись все ребята, меня это тревожит.
   -- По-моему, эти ребята с самого начала не очень-то к нам относились, -- буркнула Маня.
   Выйдя в коридор, Василина сложила руки на груди и, глядя тяжелым, задумчивым взглядом куда-то вдаль, произнесла, обращаясь не то к Мане, не то к кому-то невидимому:
   -- Интересно, мы действительно особенные?
   -- Не думаю, что мы такие уж особенные, -- усомнилась Маня, пожав плечами, -- мы - обычные девчонки, такие же как и все, просто мы знакомы с другим миром...
   -- Сложно разрываться между двумя мирами... И тяжело, когда ты не знаешь, как помочь сестре...
   -- Не знаю чему там тебя учит Василиса Вахрамеевна, но Илья на каждом занятии говорит мне: "Держись до победного конца! Никогда не сдавайся!". Это как раз тот девиз, которому нужно следовать сейчас...
  
   15. Чудесное зелье
  
   Все наши усилия и старания, чего бы они не касались, всегда вознаграждаются. И с большим успехом они вознаграждаются, когда ты искренне веришь в этот успех, надеешься, мечтаешь о чем-то сильно-сильно.
   Иван Иванович зашел к сестрам с очередной стопкой книг по зельеваренью, и, глянув баночки со снадобьями, воскликнул, постучав кулаком себе по лбу:
   -- Как же я забыл! Есть у меня знакомая знахарка. Она в своем деле кудесница, высший класс. Нужно обратиться к ней за зельем. Правда, она дороговато берет... золотом. Мне-то она скидку, поди, не сделает... я давным-давно отверг ее любовь, и она до сих пор мне это припоминает, хоть и видимся с ней редко.
   -- А где ж мы деньги возьмем?
   -- Наскребем уж как-нибудь, -- подбодрил старичок, а сам задумался, где ж им золото раздобыть.
   Вечером старичок снова заглянул к сестрам и, радостный, показал им фарфорового барашка.
   -- Барашек волшебный, он золотые монеты дает. Раздобыл его в кладовой. Все равно он никому не нужен, дай, думаю, возьму без спроса.
   Маня с Василиной встрепенулись.
   -- Барашек, встряхнись! -- произнес Иван Иванович.
   Барашек встряхнулся, и из него посыпались крупные золотые монеты. Они сыпались и сыпались до тех пор, пока старичок не сказал: "Стоп!". На полу образовалась горка по колено. Николашка радостно запрыгал вокруг горки.
   -- Сколько золота!
   Набрав в ладошки столько монет, сколько в них уместилось, барабашка уселся на пол и принялся рассматривать монеты, пробуя их на зуб.
   Маня схватила со стула Аленин рюкзак, вытряхнула из него все содержимое и загребла туда монеты. Наказав Николашке не сводить глаз с Алены, сестры вышли вслед за Иваном Ивановичем и быстрым шагом направились к воротам.
   Старичок подрулил к роскошному коттеджу за городом и остался сидеть в машине, наотрез отказавшись показываться на глаза Розе Васильевне. Во дворе коттеджа за длинным, высоким забором грозно залаяла собака.
   Сестры подошли к забору, и Василина нажала на встроенную в него кнопочку звонка.
   -- Кто ко мне пожаловал? -- радушно спросил женский голос откуда-то из кнопки.
   -- Мы от Ивана Ивановича, -- сказала Василина, -- пришли за зельем.
   -- От Ивана Ивановича... -- помедлил голос, словно раздумывая впускать гостей или нет. -- Ну ладно, заходите.
   Забор разошелся в две стороны, и девочки опасливо шагнули во двор, ожидая, что сейчас на них накинется злая собака, но такой собаки нигде не было, вместо нее по двору гуляли маленькие породистые собачки с хвостиками на головах.
   На крыльцо вышла хозяйка этого дома. Знахарка оказалась женщиной веселой и современной, одета она была роскошно. Она провела девочек в дом.
   -- Как там Иван Иваныч поживает? -- спросила Роза Васильевна, подняв нарисованную бровь. -- Хотя... лучше мне и не знать, а то опять сердце всколыхнется.
   Роза Васильевна усадила девочек в гостиной на черный кожаный диван и, приказав служанке принести чай с клубничными пирожными, спросила:
   -- Так что у вас стряслось?
   Василина вкратце рассказала про подводное царство и более подробно про болезнь Алены, начиная с того момента как Андрей поцеловал ее.
   Роза Васильевна задумалась.
   -- Мертвая вода должна была ее исцелить. Эта вода вылечивает любую болезнь, любую рану. Вы уверены, что Андрей действительно поил ее водой?
   -- Если честно, то я не уверена, -- сказала Василина, -- ведь нас рядом не было.
   -- Ты думаешь, он мог так безответственно поступить? -- спросила Маня, запивая чаем проглоченный кусок пирожного. -- Андрей не может быть жестоким, это исключено... он же помощник Марьи Царевны.
   Василина промолчала.
   -- Я вспомнила кое-что... -- произнесла Роза Васильевна, подняв указательный палец вверх. -- Мертвая вода может не подействовать, если в человека вселился бес. Тогда нужно изгонять беса. Но судя по Алениным симптомам, это вроде как и не бес... Знаете что, я сделаю зелье на основе святой воды. Это должно помочь, даже если к ее болезни приложил руку сам бес. Против них только святая вода и действует. И еще я добавлю осиновую кору и чистое серебро.
   Роза Васильевна встала.
   -- Но вам придется потерпеть... Святой воде нужно дать настояться на моих заговорах три дня, чтобы ее сила выросла, -- пояснила знахарка. -- А лучше семь дней... Но, боюсь, до семи дней ваша сестренка не протянет... И вот еще, что... Зелье будет максимально эффективным, если вы скажите заклинание, когда будете давать мое варево Алене. Заклинание нужно придумать самим, так как оно должно иметь вашу, сестринскую силу, ровно шесть строчек. Так, ну и самое главное, мне нужны ваши волосы, ногти и кровь.
   Услышав про волосы, ногти и кровь, которые придется пить Алене, Маня с отвращением проглотила последний кусок пирожного.
   Роза Васильевна привела напуганных девочек на кухню, взяла ножницы из шкафчика, отрезала у них по клочку волос и по ногтю с большого пальца, положила в маленький пакетик, наклеив на него бирочку с номером заказа. На обеденном столе лежала раскрытая тетрадь с номерами заказов, написанных в столбик - рядом с каждым номером было подписано имя заказчика, его просьба и рецепт зелья. Пока знахарка колола специальным лезвием безымянный палец Мани и выдавливала из него кровь в пробирочку, совсем как в больнице, Василина успела прочитать краем глаза отдельные ингредиенты из рецептов: "кошачий глаз, гной из прыщей, змеиная кожа, птичий помет". Зельеваренье, которым занималась Роза Васильевна, было крайне неприятной штукой.
   Когда операция по выдавливанию крови из Василисиного пальца была закончена, а ногти сострижены, знахарка отпустила сестер домой.
  
   ***
   Эти три дня тянулись мучительно долго. Ожидание растягивает минуту в полчаса, час в полдня, а день в полнедели. Зелье было для сестер если не последней, то самой страстно ожидаемой надеждой.
   Василину беспокоил один вопрос, который она не спешила обсуждать с Маней.
   -- Василиса Вахрамеевна, в Юдо ведь не могут жить плохие люди? -- спросила она, прилетев в Юдо только ради одного этого вопроса.
   -- Не должны во всяком случае, -- улыбнулась Василиса Вахрамеевна.
   -- Юдов сюда отбирают, ведь так? Кого попало сюда не пустят... Да и наставники над новоиспеченными юдами работают, значит, плохих людей здесь быть не может...
   -- Смотря что ты подразумеваешь под словом "плохой". Никто не совершенен. У каждого есть как достоинства, так и недостатки, как высокие духовные качества, так и слабости. А что касается отбора... Ни одна система, будь то учебная, законодательная или какая-либо еще, тоже несовершенна, в ней могут быть дыры.
   -- Значит, вы допускаете?..
   -- Саму себя ты знаешь довольно хорошо, но ты не можешь ручаться за других, верно?
   Василина еле заметно кивнула и попрощалась с наставницей. Сев к Ивану Ивановичу в машину, она напомнила ему, что нужно заехать к Розе Васильевне.
   -- Ну вот, зелье готово! -- радостно сообщила знахарка, проведя Василину на кухню и вручив ей баночку с серебристым варевом.
   Сердце девочки взволнованно и радостно застучало. "Что, если зелье не подействует? -- подумала она вдруг со страхом. -- Что мы будем тогда делать? Нет, нет, не нужно думать о плохом. Все будет хорошо".
   На обратном пути в интернат Василина сосредоточенно думала над заклинанием, которое предстояло произнести во имя выздоровления сестры. Но как назло, ни одна строчка не лезла в голову. Она пыталась склеить отдельно вылетающие из подсознания слова воедино, но ничего не получалось. За напряженным придумыванием заклинания Василина не заметила, как Иван Иванович подъехал к воротам.
   "Заклинание! Заклинание!", -- упорно твердила себе Василина, быстро шагая к интернату и бережно сжимая банку в руках.
   Она открыла дверь комнаты, и ее чуть не сшибла Маня, подскочившая с расспросами: "Ну что? Ну что? Зелье готово?".
   Василина молча кивнула и налила зелье в кружку. Только со дна банки скатилась последняя капля, как вдруг на Василину снизошло озарение, она стала приговаривать слова, сами собой пришедшие в голову, склонившись над кружкой:
  
   Могучая сила трех сестер
   Любой невзгоде даст отпор,
   Болезнь Алены победим
   Как только зелье ей дадим,
   Уйдут хворь и беда
   И не вернутся никогда!
  
   Василина поднесла кружку к губам Алены, а Маня приподняла ее голову.
   -- Проснись, Аленушка, и выпей, -- сказала Василина, с невыразимой болью глядя на иссохшее лицо сестры.
   Алена не открывала глаз. Она находилось в глубоком забытье, близком к коме, и не слышала Василину.
   -- Алена, ты слышишь нас? Проснись! -- громко проговорила Маня, потеребив Алену за щеки. Но сестра не слышала и ее. -- Вливай ей в рот!
   Маня приоткрыла Алене рот, потянув за нижнюю челюсть. Василина влила потихоньку зелье, повторяя заклинание.
   Когда из банки вытекла последняя капля, Николашка, Маня и Василина перестали дышать. За окном щебетали птицы и с криками носились дети, но жизнь в комнате N 300 замерла.
   Одна минута, две минуты, три минуты...
   -- Зелье подействовало! -- закричал барабашка, заметив, что лицо Алены стало приобретать здоровый, розоватый оттенок. Еще через несколько секунд потрескавшаяся кожа на губах и щеках заменилась гладкой кожей.
   Алена открыла глаза, в которых вновь заиграла энергия жизни, и приподнялась с кровати. С каждой секундой она становилась здоровее и здоровее.
   -- Ура, подействовало! -- прокричала Маня, набросившись на сестру с поцелуями.
   Николашка обнял Алену за ногу. Она слезла с кровати, присела на корточки, улыбаясь, и потрепала его за челку.
   -- Наконец-то, болезнь ушла, -- облегченно сказала Василина, обнимая сестру.
   -- Ну и доставила же я вам проблем, -- виновато улыбнувшись, произнесла Алена.
   Она чувствовала себя счастливо и одновременно неловко от того, что сестрам, да и всему Юдо пришлось столько всего совершить ради нее. Но не это самое плохое. Хуже было то, что девочки, потеряв время, не уложились в исполнение недельного задания. Из семи жизней они спасли только три, но Алена не была уверена в том, что воскрешение Александра Совет Учителей сочтет за спасение. Вероятнее всего, сестрам случай с Александром не зачтут.
   -- Ты, наверное, есть хочешь, -- заботливо сказала Маня, -- столько дней не ела... Ужин в столовой уже давно прошел, но у меня есть юдовские фрукты.
   Маня достала из тумбочки ярко-красные яблоки и ярко-желтые груши с бананами.
   -- Знаете, с ними ничего не делается. В смысле, они не гниют даже в жару, хотя я положила их в тумбу сто лет назад.
   -- Ну они же юдовские, значит волшебные! -- с умным видом сказал Николашка, постучав кулачком себе по голове.
   -- Я сейчас тоже кому-то по лбу настучу! -- брякнула Маня, и сестры рассмеялись.
   Наконец, все встало на круги своя, и заливистый смех снова зазвучал в комнате сестер.
  
   ***
   Девочки прибыли в Юдо, чтобы узнать могут ли они наверстать упущенное по спасению людей или их шанс стать полноправными юдами равен нулю. Маня с Василиной пошли искать Марью Царевну, а Алена отправилась к Андрею.
   -- Ты снова на ногах, моя малышка! -- воскликнул он и сдержался, чтобы не обнять Алену на людях. Сестры дали слово, что никому не расскажут об отношениях Алены и Андрея, соответственно, их встречи по-прежнему должны были оставаться невидимыми для чужих глаз.
   Андрей перенес Алену в сад.
   -- Я так рад, что ты вновь полна жизни! -- сказал он, прижимая Алену к себе под яблоневым деревом. -- Я хочу извиниться за то, что все так вышло...
   -- Ты же не виноват в том, что я утонула, а потом еще и заболела, -- с доброй улыбкой на губах сказала Алена. -- Если бы не ты, я бы так и осталась в подводном царстве. Уж лучше быть больной умирающей, но рядом с сестрами, чем старой русалкой в чужом царстве.
   -- Ты прекрасна... -- зашептал Андрей Алене на ушко. -- Я люблю тебя...
   Алена смущенно опустила глаза, потом перевела взгляд куда-то в сторону.
   -- И я тебя люблю...
   -- Честно сказать, тогда в море... это был первый поцелуй в моей жизни... -- вдруг произнесла она. -- Никогда не думала, что все произойдет именно так.
   Они рассмеялись. Совершенно некстати в поле зрения влюбленных возникла идущая к ним Василина.
   -- Я прошу прощения... Андрей, тебя зовет Марья Царевна. Что-то срочное.
   -- Понял, -- кивнул Андрей и ретировался.
   Василина посмотрела на то место, где только что стоял он.
   -- Ален, завтра будем отмечать твое возвращение в Чудо-Юдо городе, соберем всех, кто помогал нам в поисках. Маня договорилась с Марьей Царевной об ужине в Тереме.
   -- Зачем устраивать из этого такой уж праздник, мне как-то неловко...
   -- Ну, знаешь ли, у нас впервые сестра превращается то в русалку, то страдает белой горячкой - это такой стресс.
   Алена рассмеялась.
   -- Знаешь, Ален, хотела посоветовать тебе узнать Андрея получше и не бросаться в омут с головой, -- неожиданно сказала Василина.
   Алена никак не ожидала от сестры таких слов, ужаливших ее, хотя рассудительность и поучительный тон были очень даже свойственны Василине.
   -- Василин, я люблю его... Он спас меня и за это я буду благодарна ему до конца своей жизни... Прости, но я не приму твой совет.
   В напряженном молчании сестры вышли из сада. Во дворе к ним присоединилась сияющая радостью Маня.
   -- Как все классно сложилось: от заданий нас пока освободили, уроки с наставниками возобновлены, праздничный стол будет накрыт! И нас даже не наругали за тарелку и сапоги, которыми мы пользовались вне заданий. Ну оно и понятно, мы же сестру спасали!
   -- Мы больше не будем спасать людей? -- с некоторым огорчением спросила Алена.
   -- Пока не будем, -- уточнила Маня. -- Марья Царевна сказала, что нам следует еще немного подучиться, набраться сил и уверенности.
   -- Это все из-за меня, -- повесила голову Алена. -- Они решили, что мы не способны на такие задания... и все из-за меня.
   -- Так, Ален, давай ты не будешь на себя наговаривать, чтобы опять каких-нибудь делов не понаделать.
   -- Да, Ален, не вини себя, -- сказала Василина. -- То, что случилось, могло случиться с каждым.
   Мимо девочек прошли ребята, говоря что-то про водяных.
   -- Водяниха! -- вдруг воскликнула Алена, вспомнив о Водянихе. Сестры непонимающе уставились на Алену. -- Старая русалка Водяниха сказала мне, что наша мать жива! Водяниха - ведьма, она многое знает. Из-за нее я превратилась в старуху... И как это вылетело у меня из головы! Но... она сказала, что маму зовут Ольга Карбова...
   -- По-моему, эта ведьма тебя надула, -- скептически сказала Маня.
   -- Не знаю... почему-то я уверена в том, что она сказала правду...
   -- Нужно это проверить, -- с порывом произнесла Василина. -- Вдруг это настоящее имя нашей мамы, а в роддоме она лежала под вымышленным? И если она действительно жива, это же... это же просто невероятно!
   Василинины слова взволновали Алену и Маню.
   -- Кстати, ты узнала, что такое... как там это называется... артефакт? -- спросила Маня.
   -- Это искусственно созданная вещь, которая используется в магии и которая не поддается объяснению с точки зрения науки. В компьютерных играх, например, артефакты используются для придания особых свойств героям или их вещам. Я много думала про артефакты в играх... Что-то подсказывает мне, что артефакты, оставшиеся нам, связаны с нашей силой, что это не просто подарок или украшение. Я уверена, они обладают магическими свойствами и должны помочь нам в чем-то... Но сейчас мы это узнаем, если наша мама и правда жива...
   Иван Иванович увез сестер обратно, насвистывая по пути веселую песенку. Добравшись до интерната, девочки кинулись к волшебной тарелке, забыв про всякие штрафы.
   Тарелка показала, где живет Ольга Карбова, и девочки, надев скороходы, перенеслись в деревушку под Москвой, к ветхому маленькому домику с покосившимся забором и заброшенным садом.
   Сестры сняли сапоги и поставили их у забора. Услышав голоса, маленькая, худенькая, жалкого вида женщина вышла во дворик, прищурившись.
   -- Мам?.. -- вылетело из Алениных уст.
   Женщина не расслышала.
   -- Вам что надо, девочки? -- хрипло спросила она, вплотную подойдя к сестрам. Они почувствовали неприятный запах алкоголя. Первое время никто из них троих не мог произнести не слова, но, в конце концов, заговорила Маня.
   -- Вы... Ольга Карбова?
   -- Ну, я, -- ответила женщина.
   -- Вы... наша мама... а мы ваши дети...
   -- Что?! -- женщина странно загоготала. -- Вы ошиблись, девчушки. Своих детей у меня нет и не было.
   Девочки смотрели на нее глазами, полными глубочайшего разочарования и жалости.
   -- Хотя нет, что же я вру вам. Брала я одну кроху из детдома, -- неожиданно сказала Ольга с затаившейся грустью в мутных и тусклых глазах. -- Я взяла крошку, когда ей был почти год, и назвала Аленушкой...
   На этих словах у Алены задрожало сердце, а у женщины выступили слезы.
   -- Но потом случилось несчастье - умер мой муж. Я осталась без денег и без квартиры. Как я могла воспитывать дочь одна, не имея ничего? Мне пришлось вернуть ее обратно в детдом. Но тот год, когда мы с Сереженькой воспитывали малышку, были самым счастливым в моей жизни... А потом все пошло наперекосяк.
   Ольга расплакалась, прикрыв лицо дрожащими руками.
   -- Я давно это не вспоминала. Знаете, я предпочла забыть это как страшный сон, а вы мне напомнили о нем. Видите, как я живу? Совсем не так, как раньше, -- женщина вытерла слезы кофтой. -- Ой, что же я тут расквасилась. Давайте чай вам налью. Проходите.
   Сестры прошли за ней в домик, который внутри оказался еще меньше, чем снаружи, состоял он всего из одной комнаты, где была сразу вся мебель, расставленная невпопад и очень тесно: шкаф, хлипкая кровать, холодильник, умывальник, маленький обеденный стол с горой немытой посуды, два стула на шатких ножках и тумбочка. Неприглядный вид комнаты дополняли разбросанные вещи, помойное ведро в углу, скомканная тряпка у двери и засохший цветок на подоконнике. Повсюду хозяйничали пауки, мухи и жучки.
   -- А что случилось с матерью девочки? -- спросила Василина, с неприязнью оглядывая комнату.
   -- Она умерла, кажется, -- небрежно ответила Ольга.
   Она стала открывать по очереди скрипучие дверцы стареньких кухонных шкафчиков. В них не было продуктов, там хранился разный старый хлам и пустые бутылки из-под дешевой водки.
   -- Ох, чай закончился, -- с сожалением сказала Ольга.
   -- Не надо ничего, -- с комом в горле произнесла Алена. Нам уже пора домой. Извините, что побеспокоили.
   Когда девочки перешли за порог дома, Маня недовольно спросила у Алены полушепотом:
   -- Почему ты не сказала женщине, что ты и есть та приемная малышка?
   -- Потому что сейчас это все уже неважно...
   -- Пусть так, но мы можем помочь ей выбраться из нищеты. Мы вытряхнем из волшебного барана золото и отдадим их ей, и она сможет купить себе хороший дом, одежду и еду.
   -- Скорее она потратит их на водку...
   -- Да разве ты не поняла, что она пьет от безысходности?! Василин, скажи ей...
   -- Маня права, -- сказала Василина, кивнув. -- Наш долг - помогать людям и мы должны помочь женщине, когда-то удочерившей тебя... Не ее вина в том, что она отдала тебя обратно в детский дом, так сложились обстоятельства...
   -- А если она и раньше пила, при муже?
   -- Я так не думаю...
   -- Она даже дом привести в порядок не может, не моет посуду, не убирает вещи! Какая же из нее женщина и зачем ей такой помогать?!
   В этих словах девочки не узнали добрую Аленину натуру. Но Василина молча объяснила себе самой, что этот гнев вызван обидой, непониманием и неоправдавшимися надеждами.
   -- Значит, наша мама и вправду умерла... -- с грустью сказала Маня, надевая сапоги. -- Все только это и говорят... И в записке она писала о скорой смерти...
   -- Водяниха не могла мне соврать... -- задумчиво произнесла Алена.
   -- А она и не врала тебе, -- сказала Василина. -- Она имела в виду твою приемную мать.
   -- Это называется, обхитрила, -- усмехнулась Маня.
   -- Но все равно нужно продолжать поиски... А то так мы ничего о себе и не узнаем.
   В грустном молчании сестры вернулись в интернат.
   -- Надо встряхнуть барашка, -- сказала Маня и направилась к Алениной тумбочке, на которой стоял волшебный денежный барашек. Маня интенсивно потрясла его, но звука монет не раздалось. Она потрясла еще сильнее - снова пустой звук. -- Да что такое! Неужели, Иваныч тогда все вытряхнул? Я думала, из него можно хоть до конца жизни деньги вытряхивать... Ну, то есть не из Иваныча, а из барана.
   -- Волшебство тоже не вечно, -- заметила Василина.
   В комнате возник Николашка. Заметив барашка в Маниных руках, он испуганно округлил глаза.
   -- Где ты был? -- строго спросила Маня.
   -- По делам отлучался, -- тихо ответил Николашка, продолжая таращиться на барашка как провинившийся ребенок, понимающий, что его шалость сейчас раскроют и как минимум поставят за это в угол.
   -- По каким это таким делам ты ходишь? -- напирала Маня.
   -- Ты прям как настоящая строгая мать, -- хихикнула Алена и поспешила крепко сжать губы, поняв, что сморозила глупость.
   -- Кстати о маме... -- сказала Василина с задумчивой пеленой в глазах. -- Если в барашке действительно больше нет золота, то где мы его возьмем?
   -- Это задание для твоей головы, не для моей, -- ответила Маня. -- Николай, а чего ты так подозрительно уставился на барашка?
   -- Ничего я не уставился, -- в страхе пробормотал Николашка.
   -- Та-ак, -- Маня сощурила глаза, уловив, что барабашка что-то утаивает. -- Ты знаешь, куда делись деньги?
   -- Нет, -- судорожно сглотнул Николашка.
   -- Но может быть, ты знаешь, как достать их оттуда, если они там?
   -- Их там нет и никогда больше не будет... -- барабашка стыдливо опустил глаза.
   -- Ты взял монеты? -- удивленно спросила Алена, опередив с этим вопросом Маню.
   К всеобщей неожиданности Николашка разревелся как маленький ребенок, которого наказали за провинность, хотя барабашку пока никто еще не наказывал.
   -- Я хотел... я купил... -- всхлипывал Николашка, протирая глаза кулачками. -- Мне нужен был... я купил... барабанную установку...
   -- ЧТО? -- почти хором воскликнули сестры.
   -- Я купил... барабаны, -- уточнил Николашка, не переставая всхлипывать и громко всасывать в себя сопли. -- Я всегда о них мечтал, но у меня не было возможности их купить... Чтобы бить по ним... бум-бум-бум...
   -- Но ты же мог просто сказать об этом нам и мы бы подарили тебе барабан на Новый Год, -- умиротворяющим тоном произнесла Василина. -- Мы хотели сделать добро одной женщине, а теперь не сможем...
   -- Один барабан - это мало, -- со вздохом сказал Николашка. -- А в установке их много, разных размеров, и еще тарелки всякие.
   -- Что за глупая прихоть?! Ты, оказывается, вор! -- разозлилась Маня и хотела выкрикнуть дальнейшие гневные ругательства, но не стала продолжать, увидев Алену, жестами упрашивающую ее не ругаться. Николашка тоже заметил эти жесты и перестал плакать. -- Ладно, я не буду тебя ругать, потому что так просит моя наидобрейшая сестра... во благо ее эмоционального здоровья. Но я скажу ясно и просто: возвращай деньги обратно. Любыми путями.
   -- Не надо искать деньги, -- сказала Василина, испугавшись, что Николашка, желая искупить вину и подчиняясь Мане, может пойти воровать по соседям, учителям. Мало того, что тогда он окончательно встанет на воровской путь, так еще и сестер заподозрят в кражах - в интернате их мало, кто любит, и обвинения сразу падут на них.
   Маню так и норовило заставить Николашку расплачиваться за содеянное (продать обратно злосчастную барабанную установку, например), но она молчала, посылая гневные взгляды на барабашку, который весь сжался под этими взглядами и стал совсем крохотный.
   -- А где ты хранишь эту установку? -- поинтересовалась Василина у барабашки. Неужели он сделал ее невидимой и прячет в их комнате?
   Николашка боязливо покосился на Маню и ответил:
   -- В подвале.
   -- Хорошо, что не в этой комнате, -- облегченно сказала Алена. -- Если бы он барабанил тут, нам бы точно была крышка. А в подвале, Николай, барабань сколько угодно!
   Маня кинула на Алену сердитый взгляд, говоривший: "Как ты это позволяешь ему, барабаны куплены на ворованные деньги!".
   -- Завтра семнадцатое августа? -- неожиданно спросила Василина.
   -- Я не слежу за числами на каникулах, -- небрежно ответила Маня.
   -- Да, кажется, семнадцатое, -- подтвердила Алена.
   -- У нас завтра День Рождения! -- широко улыбаясь, сообщила Василина.
   -- С чего это ты взяла? -- спросила Маня. -- Лично у меня День Рождения в январе.
   -- А у меня в марте, -- сказала Алена.
   -- Вы что, совсем ничего не понимаете? -- удивленно спросила Василина, покосившись поочередно на Маню и Алену. -- Мы рождены в один день, мы тройняшки! В роддоме семнадцатое августа было зафиксировано как день нашего рождения. А в приютах числа дней рождений нам выдумали.
   -- Ого! Точно! -- воскликнула Маня. -- Так получается, завтра мы и наш общий День Рождения заодно отпразднуем? Вот это классно!
   -- А я-то думала, что мне пятнадцать еще не скоро исполнится, -- рассмеялась Алена.
   -- Вот дурынды! -- улыбнулась Василина.
  
   17. Странное окончание праздника
  
   В столовой Терема собрались все, кто оказывал помощь в поисках Алены: Таня с Катей, их близкие друзья, были здесь и взрослые женщины и мужчины, и даже Олег, который в поисках не участвовал, но решил подключиться к общему празднованию вместе со своими дружками.
   Увидев Алену, стеснительно вошедшую в столовую под радостные хлопки и приветственные выкрики, Руслан восхищенно произнес:
   -- Такую красотку стоило спасать!
   Маня осадила его щелчком по голове, сказав на ухо, чтобы он придерживался выражений в присутствии Андрея.
   -- Так она с ним действительно встречается? -- спросил он полушепотом.
   -- Да, только об этом никому не слова.
   -- Почему? Они по-прежнему делают из этого такой секрет?
   -- Наша сестра очень стеснительная, -- объяснила Маня.
   -- Я вижу, -- хмыкнул Руслан, разглядывая раскрасневшуюся от стеснения Алену. Она нарочно села через два человека от Андрея.
   -- А они по-настоящему любят друг друга? -- спросил Руслан.
   -- Их любовь превратила Алену из русалки обратно в человека и даже сняла заклятье морской колдуньи. А почему ты об этом так выспрашиваешь? -- Маня с подозрением покосилась на приятеля.
   -- Ну... просто... -- замялся Руслан, -- мне понравилась Алена. И не нравится Андрей. Вот так.
   -- Чем он тебе не угодил? -- заинтересованно спросила Василина, сидевшая рядом с Маней.
   -- Да он просто втюрился в нашу Алену, -- насмешливо сказала Маня, тыча вилкой в Руслана.
   Внимание неожиданно стихших собравшихся переключилось на вход в столовую. Подталкивая невидимой магией большую барабанную установку, в зал вошел Николашка, а за ним другой барабашка, тоже молодой, но чуть постарше.
   Установка опустилась на пол, и за нее сел Николашкин друг.
   -- Прошу минуточку внимания! -- пролепетал барабашка как можно громче. -- Представляю вам Никифора, лучшего барабанщика на свете! Сейчас он сыграет в честь Дня Рождения моих любимых сестер-хозяек!
   Никифор начал отбивать палочками тук-тук-тук, тук-тудудук-тук-тук, бац-бац-тыщ-тыщ-тук-тук, тыщ-тыщ-тук-тук, тыщ-тыщ-тук-тук.
   Темп и мощь постепенно нарастали, пока Никифор не сделался потным и не достиг своего апогея.
   Только что отгромыхавшая столовая наполнилась бурными аплодисментами.
   Маня, позабыв про историю с волшебным барашком, подскочила к Николашке и подняла его на руки, расцеловав в обе щеки. То же самое она проделала и с Никифором.
   Барабашки присоединились к празднику, устроившись на коленях у Мани с Аленой.
   Василина приметила, что ближе к двенадцати часам Андрей занервничал, его лоб покрылся потом. Юды за двумя соседними столиками к тому времени уже разошлись, пожелав всем спокойной ночи.
   -- Я за сегодня очень устал, пойду спать, -- сказал Андрей, фальшиво зевая. Действительно фальшиво или Василине фальшь только показалась?
   Он встал из-за стола, глянул на Алену, с улыбкой посмотревшую на него, и быстро вышел из столовой.
   -- Василин, ты чего такая напряженная? -- поинтересовалась Маня.
   -- Я просто задумалась... Пытаюсь понять, почему после поцелуя с Андреем Алена разболелась и почему ей не помогла юдовская вода... -- тихо сказала Василина.
   -- Может, из-за морской воды произошел сбой в волшебстве? -- предположила Маня.
   -- Нет, тут что-то другое... Я что-то чая много напилась. Мне нужно отлучиться в туалет.
   Выйдя в коридор, Василина отправилась вовсе не в туалет, а к лестнице.
   -- Василин! -- окликнул ее Руслан, выскочивший из столовой. Он подбежал к ней и положил руки на плечи, заглядывая ей в глаза. -- Ты самая умная из всех, кого я знаю. Поэтому хочу сказать это именно тебе... как бы глупо это не звучало... В общем, на месте Алены я бы не доверял Андрею.
   Василина изумленно вскинула брови.
   -- Что ты имеешь в виду?
   -- Когда Андрей принимал меня в Юдо, он сказал, что живет на последнем этаже. Но он не ночует там.
   -- Откуда ты знаешь? Ты что, следил за ним?
   -- Я учился смотреть сквозь стены на большом расстоянии, -- улыбнулся Руслан, убрав руки с Василининых плеч. Как он и ожидал, она отнеслась к его заявлению вполне серьезно и не стала выдавать никаких насмешек. -- Раньше я делал это, стоя почти вплотную к стене. А однажды ночью мне не спалось, и я решил посмотреть сквозь стены Терема из жилого квартала. Расстояние приличное, но у меня получилось. Комната Андрея выходит как раз на лицевую сторону здания. В тот раз в постели никого не было. И все последующие разы тоже.
   -- И что ты об этом думаешь?
   -- Ну, возможно, ему не спится по ночам, и он ходит на прогулку, а может быть, он встречается с какой-нибудь девушкой так же втайне от всех...
   -- Знаешь, в твоих предположениях что-то есть...
   -- Кстати, туалет там, -- Руслан махнул рукой направо.
   -- Да-да, спасибо, -- пробормотала Василина и сделала вид, что направляется в туалет, а сама постояла возле него, подождав, пока Руслан снова скроется в столовой, и побежала в холл, а оттуда - на улицу.
   У Терема в ожидании объедок со стола крутилась черная бродяга.
   -- А, ну-ка, милый, пойдем со мной, -- Василина подозвала к себе пса, окрестив его Барбосом, -- будешь меня охранять. Потом получишь бо-о-ольшую порцию мяса.
   Пес будто бы ее понял, благодарно облизав руки, и они дружно отправились к домику Андрея. Ни в одном окошке свет не горел. Пес прорвался сквозь листву деревьев, окружавших дом, взбежал на крыльцо, принюхался к двери и легонько зарычал. Василина встревожилась.
   -- Что такое, Барбос? -- негромко спросила она, подойдя к крыльцу.
   Пес продолжал тихо рычать, не отходя от двери.
   -- Ладно, пойдем отсюда, -- с опаской поглядывая на дверь, Василина стала отходить назад.
   Неожиданный неистовый лай заставил ее вздрогнуть. Такого отчаянного лая девушка еще не слышала. Что могло так взбудоражить пса? Ответ не заставил себя долго ждать. Дверь резко распахнулась, громко ударившись о стену. Из темноты дома выскочило страшное создание с рогами, копытами и волчьей шерстью. Он был разозлен, его глаза горели как уголь.
   "Черт!" -- догадалась Василина, запаниковав.
   Выполняя просьбу Василины, Барбос кинулся на черта, но тому ничего не стоило поднять его на руки и сдавить глотку. Задыхаясь, Барбос стал брыкаться и изворачиваться, а черт с довольной гримасой на страшном лице смотрел на жалкие попытки пса выбраться из крепкого кольца рук, обхвативших его шею.
   Василина достала из кармана припасенный заранее бутылечек со святой водой и брызнула воду на черта. Этого оказалось недостаточно: черт испытал лишь неприятное чувство жжения по всему телу. Он задушил Барбоса и отбросил его в сторону как ненужную игрушку...
   -- Святая вода, осиновый кол... как это все старо и бездейственно, -- ухмыльнулся черт, заговорив голосом Андрея.
   -- Я была права... -- пролепетала Василина. -- Я чувствовала, что с тобой дело нечисто...
   -- Пойдем-ка в дом, -- хищно скалясь, сказал Андрей. Он схватил Василину так сильно, что она и пошевельнуться не могла, и затолкал в дом. -- Не хочу, чтобы кто-то увидел, как я расправлюсь с одной догадливой девочкой. Читала "Горе от ума"? В твоем случае все гораздо хуже. Разве не обидно будет умереть от собственного интеллекта?
   Андрей запер дверь на замок. Свет в доме он включать не стал - черти прекрасно видят в темноте.
   -- Так как ты догадалась про меня? -- с искренней заинтересованностью спросил он.
   -- Читала книжки про чертей, -- сухо ответила Василина. -- Знахарка, которая делала зелье для Алены, сказала, что мертвая вода не помогает, если в болезни человека замешан бес. Ты - единственный, кто был близок с Аленой, и подозрение сразу пало на тебя. Поначалу я думала, что это ты ее утопил, но когда ты ее спас, я переменила свое мнение, однако ненадолго. С помощью поцелуя ты впустил в нее хворь. Это тебе нужно было для того, чтобы выпросить у Алены ее душу для дьявола. Об этом говорили Аленины сны. И этот дом в лесу... Я подумала, зачем человеку лесной дом, если у него есть шикарная комната в Тереме? Для того, чтобы прятаться здесь от юдов или... прятать свои жертвы. Руслан буквально пять минут назад подтвердил мои догадки, когда сказал, что ты не появляешься ночью в своей комнате. Кстати, я собиралась сейчас в нее заглянуть, но догадалась, что наверняка ты пошел сюда. Ты покинул застолье, когда время подходило к двенадцати - днем черт ходит в человеческом обличье, а после двенадцати превращается в свою истинную сущность.
   -- Ну и что тебе это дало? -- хмыкнул Андрей. Хмык был недобрый, но в нем чувствовалось восхищение логическими умозаключениями Василины. -- От собственного ума ты попала в западню!
   В этот момент Василина осознала, что ей пришел конец. Говорить, продлевая себе жизнь на лишние минуты, больше было не о чем, а Андрей был настроен решительно. В ее жизни уже не раз случались страшные моменты, но еще никогда она не ощущала такого страха и не осознавала свою беспомощность, ведь до этого всегда рядом с ней были сестры.
   Андрей зарычал словно волк, глаза вспыхнули красным огнем. В кромешной темноте это казалось еще более устрашающим - рычание и два глаза, горящих злобой. Намерения черта были предельно ясны. Василине оставалось только сетовать на себя за оплошность со святой водой и за то, что пошла к Андрею в одиночку.
   Вдруг послышались родные голоса: это были Алена с Маней и Руслан. Маня стала неистово стучать в дверь. Василина закричала, дав ребятам понять, что она здесь и она в опасности.
   Черт решил не медлить и бросился на Василину, цепкими лапами стал душить ее, впиваясь длинными когтями в кожу. Девочка схватилась за его лапы, хватая ртом воздух, но ее силы было недостаточно, чтобы освободиться от удушения.
   Вдруг входная дверь распахнулась, и в дом, споткнувшись о порожек, влетела Маня. Загорелась подвесная лампа, осветившая Руслана. Василина поняла, что это он, пройдя сквозь стену, открыл дверь и нашел выключатель. Вслед за Маней в комнату, осторожно ступая, вошла Алена.
   -- Что за чертовщина здесь творится?! -- вскликнула Маня.
   -- Это Андрей... -- сипло сказала Василина, потирая шею.
   -- Андрей? -- ошарашено переспросила Алена.
   На Манином лице тоже отразилось удивление, но через секунду оно сменилось гневом.
   -- Я тебе сейчас глаза повыкалываю, гнида страшная!
   С этими словами она пересекла комнату и собиралась наброситься на Андрея, но он поднял косматые руки вверх и сказал:
   -- Постойте, я сейчас все объясню! Черт, сидящий во мне, делает меня злым, и мне трудно управлять им. Но на самом деле я не желаю вам зла!
   -- Так мы тебе и поверили! -- хмыкнул нахмуренный Руслан, сжимавший кулаки на готове.
   Андрей опустился на колени, заросшие шерстью, и, обращаясь к Алене, произнес:
   -- Аленушка, прости, что не сказал тебе об этой своей сущности... Я не хотел тебя пугать и расстраивать... Веришь или нет, но я люблю тебя! И не хочу причинять зло ни тебе, ни твоим сестрам.
   -- Не верь ему, Ален! -- засипела Василина. -- Он безжалостно задушил пса и пытался задушить меня...
   -- Это делал не я, а черт!
   -- Но ты и есть черт! -- зло сказала Маня. -- И лично я тебе не верю. Ален, не слушай его.
   -- Алена, это он напустил на тебя болезнь, когда поцеловал в море. Хотел выпросить душу для дьявола! -- торопливо сказала Василина. -- Он хотел, чтобы ты сдалась под натиском болезни и согласилась на сделку.
   -- Как так?.. -- произнесла Алена, тараща глаза на Андрея. Ее удивлению не было предела. -- Андрей, это правда?..
   -- Я не хотел причинять тебе зла! Тот поцелуй был вынужденным - нужно было любым способом спасти тебя. А после поцелуя я уже не мог управлять своими чувствами, во мне проснулся черт. Помнишь, я говорил тебе, что не могу тебя поцеловать? Если бы я поцеловал тебя на земле, ты превратилась бы в черта, но я опасался этого, хоть и трудно было пересиливать свою любовь к тебе. Целуя тебя под водой, я знал, что поцелуй не будет иметь своей злой силы, но я не знал, что ты заболеешь... А дальше я уже не мог совладать с собой, я хотел забрать твою душу. Но, поверь, я не мог контролировать свои желания, я не мог остановить себя. Истинный я всегда желал тебе только добра, я не целовался с тобой, остерегая тебя от бесовской участи. Я люблю тебя, Аленушка!
   -- Только не говори про свою доброту... -- поморщилась Василина. -- И не говори про искренность - ты скрывал от всех свою сущность! Алена, не слушай его - черти умеют входить в доверие!
   -- Василин, заклинание! -- крикнула Маня.
  
   Нас тебе не надурить,
   Будешь ты страдать и выть
   Мы втроем тебя сильнее
   Так умри же ты скорее!
  
   С последним словом черт пронзительно завыл от внезапной боли, пронзившей все его тело. Копыта задрожали, и, не удержавшись, он повалился на бок. Из Алениной груди вырвалось что-то наподобие крика, глаза ее были полны ужаса и отчаяния. В мучительных страданиях Андрей стал ерзать по земле, жалобно скуля. Он собрал последние силы и сквозь боль произнес:
   -- Прости меня, Аленушка... В ту ночь, когда ты оказалась в морском царстве, я перенес тебя во Владивосток намеренно, я желал, чтобы русалки утащили тебя к себе... А-а-а! Знаешь, почему? Я боялся, что... когда-нибудь не сдержусь и поцелую тебя... Так сильно было мое влечение к тебе... У-у, как же больно, у-у-у... Тогда мне казалось это выходом из сложившейся ситуации. Так, я оградил тебя от себя. Я не хотел, чтобы ты стала чудовищем, чтобы твоя жизнь превратилась в ад... Но потом я понял, что натворил и решил вызволить тебя из царства во что бы то ни стало. Морской Царь мог причинить тебе боль, а то и вовсе убить, чтобы ослабить вашу сестринскую силу... А-а-а-а... Я всегда искренне любил тебя... Прошу, поверь...
   Через минуту шерсть на теле черта стала исчезать, на ее месте образовались участки светлой, человеческой кожи. Постепенно тело принимало человеческие очертания. И вот, девочки, увидели мертвого Андрея, скрюченного как эмбрион в утробе матери... Василина с Маней брезгливо отвернулись. Алена была разбита, потрясена и обескуражена. Присев на корточки, она коснулась лица юноши, но его тело мигом испарилось.
   -- Не хочу и не могу в это поверить... -- прошептала она.
   -- Я тоже не ожидала такого исхода праздника, -- невесело улыбнулась Маня. -- Только не закатывай истерику, Ален, он мог задушить нас всех.
   -- Мне нужно еще кое-что выяснить, -- сказала Василина, оглядывая пол.
   Она отвернула ковер, лежавший на середине. Под ковром оказалась дверка в полу. Василина открыла ее, потянув за железное кольцо. Погреб дыхнул прохладой, сыростью и гнилью. И все эти запахи перебивал сильный смрад, которым обычно веет от дохлых собак. Погреб оказался слишком глубокий, чтобы лампа, висящая на потолке, могла высветить, что находится там внутри.
   Руслан отыскал в одном из шкафчиков свечу и спички.
   -- Не надо туда лезть! -- испуганно сказала Алена.
   Но Руслан, не слушая ее, зажег свечу и стал осторожно спускаться по лестнице. Спустившись почти до конца, он осветил пол и, закричав, резво вскарабкался наверх.
   -- Что там? -- спросила Алена с ужасом в глазах.
   Василина не стала задавать тот же вопрос, потому что уже знала ответ...
   -- Там... там... вы не поверите... там трупы...
   Алена сжала рот ладошкой, отпрянула от погреба и выбежала на улицу. Скрывшись на улице за распахнутой дверью, она стала производить звуки, характерные для рвотного рефлекса. Василина перевела взгляд на Руслана и по его землистому лицу поняла, что приятеля тоже вот-вот вырвет, и так же испытала тошнотворное ощущение.
   Еще никогда, ни в какой даже самой опасной, трудной или неприятной ситуации Маня не теряла самообладания и железной выдержки, но здесь и сейчас она едва держалась на ногах, губы были белее белого.
   -- Он забирал их души, и они умирали... -- произнесла Василина, растягивая слова.
   -- Уходим отсюда, -- решительно сказала Маня, справившись с приступом тошноты. -- Я хочу домой. Хватит с меня на сегодня этой... этой чертовщины.
   Выйдя из домика и увидев мертвого Барбоса, Василина поникла, удрученно опустив голову.
   -- Он пса убил... я подставила Барбоса, мясо ему обещала...
   -- Ты со страху растеряла все мозги? -- язвительно сказала Маня и улыбнулась своей остроумности. -- А живая вода на что?
   -- Видимо, растеряла, -- устало усмехнулась Василина, хотя ей было не до смеха, особенно при виде Алены, упиравшейся одной рукой об стену домика, а второй приглаживающей растрепавшиеся волосы. -- Можно, ведь, и тех людей оживить!
   Услышав эти обнадеживающие слова, Алена подняла голову, прислушиваясь к внутренним ощущениям и пытаясь выяснить, не будет ли больше рвоты, и отошла назад. Кажется, ей полегчало.
   Ребята стали быстро удаляться от домика, пытаясь успокоить рыдающую Алену. Но утешения были напрасны: у нее случился срыв, и слез было уже не остановить. Руслан поддерживал ее за локоть и поглаживал по голове, но она этого не замечала.
   Всю дорогу до Терема Маня непрерывно тараторила:
   -- Василин, ты какого... черта пошла сюда одна? Хоть бы нас предупредила. Нам всегда и везде нужно держаться вместе - не уяснили еще? Хорошо, что мы решили тебя разыскать. Думаю, что-то долго Василина в туалет ходит. Руслан предположил, что ты пошла за Андреем, поскольку вы о нем говорили и поскольку ты подскочила почти сразу вслед за ним. Вот же подлец этот Андрей, а! Надеюсь, в следующий раз Марья Царевна будет тщательней выбирать себе помощников.
   В Тереме ребята нашли Марью Царевну и рассказали о происходящем. Она тут же собрала домовых, приказала им набрать живой воды и направила их в лесной домик.
   К великому сожалению сестер воскресить мертвых людей не удалось... Живая вода действует на мертвого, в случае если с момента смерти прошло не более часа.
   Почуяв что-то неладное, Таня, Катя и их друзья высыпали на улицу, спрашивая друг у друга и у домовых, что происходит. Увидев стоящих неподалеку сестер и Руслана, они ринулись к ним и, сомкнувшись кольцом, стали расспрашивать о случившемся. Василине такое внимание не понравилось, и она решила отмалчиваться, в то время как Маня с Русланом охотно рассказывали все в ярких подробностях.
   Алена выбралась из толкучки, чтобы успокоиться и вытереть слезы и увидела, как Иван Иванович семенит к ней. Только она открыла рот, чтобы рассказать ему о том, что произошло, как он перебил ее.
   -- Я уже все знаю, -- махнул Иван Иванович рукой и заключил ее в объятья, чмокнув в макушку. -- Бедненькая моя крошка...
   Пробравшись сквозь толпу к сестрам, он сокрушенно сказал, качая головой:
   -- Ох, миленькие вы мои, сколько же вам пришлось пережить за все это время! Поехали домой.
   -- Аленаааа? -- вопросительно - выжидающе спросила Маня.
   -- Вы идите, а мне нужно быть одной. Хочу погулять здесь.
   -- Нет, Ален, одна ты здесь не останешься, -- решительно заявила Маня, взяв сестру за руку и потащив ее за собой.
   -- Мань, я прошу вас, идите... я вас догоню.
   Василина взглядом попросила Маню оставить Алену в покое, и та повиновалась. Вместе они подождали сестру в машине. Они обе молчали, и их молчание сопровождалось тяжелыми вздохами Ивана Ивановича. Когда Алена села в машину, никто не проронил ни слова. Все понимали, что сейчас ей особенно тяжело.
   Когда Алена вошла в комнату, сестры умолкли, и на долгое время воцарила напряженная тишина. Девочки делали вид, что каждая занята своим делом: Василина бездумно листала книгу, Алена намазывала волшебный крем на лицо со взглядом, застывшим на одной точке, Маня растягивала шпагат.
   -- Мне не нравится это молчание, -- сорвала тишину Маня. -- Что не так?
   Алена раздраженно откинула баночку с кремом.
   -- С чего вы взяли, что Андрей плохой и что его нужно... убить?
   -- Ален, это же очевидно! -- взорвалась Маня, вставая со шпагата. -- Он чуть не убил Василину! А убив Василину, принялся бы за нас.
   -- Он же говорил, что становился таким злым только в шкуре черта и ничего не мог с этим поделать...
   Свое слово вставила Василина:
   -- Если он такой хороший, то почему он не сказал тебе, что превращается в черта по ночам? И почему он не признался в этом, когда ты заболела? Даже после твоего выздоровления он никому ничего не поведал. Я подозревала, что с ним что-то не так.
   -- Так почему ты не поделилась этими подозрениями со мной? Мы бы проследили за ним и выяснили, может, ему нужна была помощь, может, его можно было расколдовать, -- в Алениных глазах собирались слезы. -- Почему ты пошла к нему одна, ничего не сказав мне? Хотела блеснуть умом, показать какая ты смелая и умная?
   -- Ален, что за глупости ты несешь? -- холодно произнесла Василина. -- Я всего лишь хотела самостоятельно проверить свои догадки, мне не хотелось тебя огорчать зазря. Тем более, что ты бы мне не поверила. Влюбленные люди часто слепы...
   -- Да ты просто завидовала, что у меня есть такой красавчик, а у тебя нет! -- вспылила Алена. Обида и злость распирали ее изнутри.
   -- Не говори ерунды! -- бросила Маня.
   Василина вскочила с кровати и вышла из комнаты, громко хлопнув дверью.
   -- Как мне все это надоело... -- уныло произнесла Алена. -- Мне прекрасно жилось и без вас, без этого дурацкого мира, где никогда не знаешь какой фокус произойдет с тобой в следующую секунду... А вдруг бы он не убил нас? Ты же слышала, что он говорил! Он не хотел причинять мне зла, наоборот, он пытался оградить себя от меня...
   Маня только хмыкнула и закатила глаза.
  
   18. Страшный сон
  
   Проглядывалась смутная картина, словно она была где-то вдалеке и в серой, расплывчатой дымке.
   -- Я больше не могу... -- раздался сиплый, слабый голос женщины. -- Убей меня... Прошу, убей...
   Из пелены проступила худая женская фигура, немытые, спутанные волосы червяками свисали с головы, еле державшейся на тонкой шее. Женщина была прикована тяжелыми цепями к темно-серой стене, с которой сливалось ее изнеможденное лицо.
   -- Убей меня... убей меня... -- повторяла она.
   Где-то рядом рассмеялся жуткий мужской голос, однако не было видно ни лица, ни фигуры говорившего.
   -- Нет, убить я тебя пока не могу. Они воссоединились. Воссоединились! Это большая угроза всем темным силам. Ты нужна мне как приманка, понимаешь? Но как только они явятся сюда, твои муки закончатся. Можешь быть уверена в этом.
   -- Они не придут... они не знают, где я... они ничего обо мне не знают...
   -- Так сделай так, чтобы они узнали! -- рассердился голос. -- Моли о спасении, думай о них, приди к ним во сне, внедрись в их сознание.
   -- Я не волшебница...
   -- Врешь! Ты умеешь работать с сознанием. Своим и чужим. Ну что ж, если ты не хочешь посодействовать мне, тогда я буду мучить тебя еще сильнее, каждый день велю срывать с тебя по ногтю, затем в ход пойдут отрубленные пальцы и выломанные кости...
   Женщина застонала, и сон на этом кончился.
   Василина вздрогнула и проснулась. "Что за жуть? -- подумала она, переводя дыхание. -- Хорошо, что это всего лишь сон. Неудивительно, что мой мозг зашкаливает после всего, что случилось...".
  
   Все утро сестры пребывали в дурном настроении и не разговаривали друг с другом. Алене было так скверно на душе, что хотелось убежать далеко-далеко туда, где бы ее ни одна живая душа не нашла. Ночью она обливала подушку слезами, и к утру слез не осталось. С высохшими, красными глазами она побрела во двор, в котором она тайком встречалась с Андреем. Там не было ни юдов со своими причудами, ни надоедливых одноклассников, ни сестер, которые упорно не хотели хотя бы попробовать понять ее. Она ощущала тысячи чувств одновременно: от злости к Мане и Василине до жалости к себе, от уныния до разочарования.
   Из-за дома вышел Иван Иванович и направился к Алене. Присев рядом с ней на скамейку, он приобнял ее одной рукой, а другой взял из воздуха чашку с чаем.
   -- Попей, Аленушка, чай тебя успокоит.
   Отрешенно глядя мимо чашки, Алена протянула за ней руку и отпила маленький глоточек.
   -- Я знаю, что тебе сейчас плохо и что ты хочешь побыть одна. Но тебе нельзя оставаться одной, тем более в таком настроении. Это делает тебя уязвимой для злых сил. Как бы ты ни обижалась на сестер, но вы всегда должны быть вместе. Слышишь? Считай, что это приказ. Пей еще.
   -- Вы пришли сюда давать мне наставления?
   -- Я пришел дать тебе чаю. А вообще, если честно, испугался, что ты можешь... что-нибудь с собой сделать... Увидел в окно, что ты уходишь из интерната и пошел за тобой.
   -- Я ничего такого не собиралась с собой делать... Я просто пришла сюда подумать. Подумать о том, как несправедлив этот мир.
   -- Ошибаешься. Допей до конца. Несправедливым мир делают наши мысли и представления о нем. На самом же деле любая ситуация, какой бы ужасной она ни казалась, это урок для нас, некое наставление, из которого мы должны сделать правильный вывод, или же это дорога, ведущая на новый этап жизни. Ты сделала вывод, что мир несправедлив. А подумай-ка хорошенько. Посмотри на ситуацию с разных сторон, покрути ее и так, и эдак. Что было бы, если б вы с Андреем не влюбились друг в друга? Эта влюбленность и все дальнейшие события не привели бы вас в его дом, где выяснилось, кто он такой и чем занимается на самом деле. Он творил страшные дела! Поистине страшные. Как же хорошо, что Василина разоблачила его. Больше никто не пострадает от его рук. Да, с его смертью закончились ваши любовные отношения, и ты страдаешь поэтому, я понимаю. Но вся эта история внедрила в тебя опыт и мудрость. В другой раз ты будешь уже более вдумчивой при выборе молодого человека, и благодаря этому оградишь себя от ошибок и разочарований. Прежде, чем кидаться в омут с головой, надо узнать человека получше.
   -- Но ведь он хотел оградить меня от поцелуя! В тот день он целовал меня в море, потому что хотел спасти...
   -- Мы не знаем, какие чувства управляли им тогда. Может быть, он действительно хотел спасти тебя, мучимый угрызениями совести, а может быть... Может быть он хотел предстать перед вами в лучшем свете. Если бы он не стал помогать Мане с Василиной, когда они пришли к нему, он бы выдал себя этим. Он знал, что девочки уже заподозрили что-то неладное, а ему это было ни к чему. К тому моменту Андрей понял, что не может идти на попятную, ведь его видели с тобой в ночь твоего исчезновения. Но, знаешь, Аленушка, я думаю, что он действительно был влюблен в тебя...
   Поставив локти на колени, Алена прикрыла руками лицо. Она не плакала, нет, лишь вздыхала.
   -- Его можно было превратить обратно в человека?
   -- Увы, нет. Слишком много жертв было на его счету. Слишком поздно было.
   Иван Иванович помолчал какое-то время, предоставив Алене покой.
   -- С сестрами нужно помириться все-таки. Пойдем. Тебе стало полегче?
   -- Да, как будто бы полегче.
   Алена покорно поднялась со скамейки, поставив на нее пустую чашку. Иван Иванович коснулся чашки пальцем, и она исчезла.
   -- Нехорошо оставлять за собой мусор, -- подмигнул он.
   Старичок взял Алену за руку, и они зашагали в сторону интерната. У ворот интерната он усадил девочку в свой "Жигуль" и попросил подождать, пока он сходит за Василиной и Маней. Через пять минут он вернулся с девочками и, сказав, что хочет кое-что показать им, отправился в Юдо.
   В Тереме он зачем-то повел их в подвал.
   Дойдя до конца подвального коридора, Иван Иванович повернул ручку деревянной двери.
   -- Не бойтесь, сестрички, -- улыбнулся он, заметив настороженные лица девочек, -- это не комната страшных пыток.
   И, правда, ничего страшного в комнате не оказалось. Стены были украшены золотистыми узорами, которые то и дело плавно перетекали на потолок и обратно, зависая на пару секунд в воздухе. На главной стене висело большое, совершенно обычное, ничем не украшенное зеркало, которое изредка ярко поблескивало, чем тут же выдавало свою необычность.
   Иван Иванович прикоснулся к зеркалу, и по нему пробежала волнистая рябь. Когда рябь успокоилась, девочки увидели в зеркале самих себя в событиях из прошлого. Вот Маня уходит на занятия, не заправив постель. На стуле, тумбочке и кровати в беспорядке лежат ее вещи, которые она никогда не убирает по местам. А вот она дерется с одноклассниками из-за какого-то пустяка. Далее зеркало показало, как Алена гуляет с Андреем, как влюбленным, одурманенным взором смотрит на него и говорит, что любит. Любит человека, которого совсем не знает... Вот в зеркале показалась Василина, читающая книгу о чертях и идущая после праздничного ужина к домику Андрея одна, подстрекаемая любопытством и вооруженная лишь самым малым. Последней картинкой была сцена с чертом, когда он задушил собаку, а после принялся душить и Василину.
   Картинки прошлого исчезли, зеркало вновь покрылось рябью. Сестры решили, что на этом все, но тут зеркало снова стало показывать. На этот раз оно отразило то, чего не было, но то, что вполне могло бы случиться.
   Покончив с Василиной и забрав ее душу, Андрей, гонимый неуправляемой яростью, принялся за Маню, Алену и Руслана. Расправившись с ними, он скинул их в погреб.
   Зеркало смыло эту сцену и стало рисовать новую картину. Поссорившись, сестры перестали общаться друг с другом. Нечисти только это и надо было: злые духи, оборотни и вурдалаки подстерегали каждую из сестер в неожиданных местах и заставали врасплох. Поодиночке девушки не могли справиться с нечистью, что и привело их к гибели.
   На этом трансляция столь печальных событий закончилась. Сестры стояли в ступоре, пока Иван Иванович не задал вопрос, покосившись на них хитрым глазом:
   -- Ну что, голубушки, посмотрели на себя со стороны?
   -- Ощущение, как будто на меня вылили ведро ледяной воды... -- произнесла Алена.
   -- У меня такое же... -- кивнула Василина.
   -- Я не думала, что я такая неряха и драчунья, -- с пылом произнесла Маня. -- Нет, знала, конечно... но не думала, что со стороны это так ужасно и глупо выглядит.
   -- А я поняла, что зря вспылила и поссорилась с вами... -- удрученно сказала Алена. -- Я думала только о себе, о своих обидах и не понимала, что Андрей действительно мог погубить нас всех...
   -- Ну а я уяснила, что всегда нужно держаться вместе и делиться с вами своими мыслями и догадками, -- твердо сказала Василина. -- Нам ни на шаг нельзя отходить друг от друга - это может плохо кончиться... -- Вдруг ее голос смягчился; она с теплом посмотрела на Алену. -- Прости меня, Ален, я должна была быть с тобой помягче, я должна была понять, что ты чувствуешь...
   -- Не нужно извиняться, сестренка, -- тихо произнесла Алена, борясь с желанием расплакаться. Она обняла Василину, и вопреки силе воли слезы хлынули из ее глаз.
   -- Вот и хорошо, -- подытожил Иван Иванович. -- Мир, дружба, жвачка!
  
   19. И снова кошмары
  
   Занятия с наставниками возобновились, и жизнь вернулась в прежнее русло. А вскоре юная осень, желтившая листву, заняла место лета, и в коридорах интерната стали раздаваться звонки на уроки и переменки.
   -- Кстати, я тут подумала... -- негромко сказала Василина на переменке, чтобы ее не услышали одноклассники. -- Вам нужно научиться придумывать заклинания против нечисти.
   -- Зачем это? -- спросила Маня, калякая кружочки и черточки в учебнике алгебры. -- Ты же у нас это делаешь.
   -- Перестань портить учебник! А вдруг меня не будет рядом? И что вы сможете сделать?
   -- Мы же договорились всегда быть вместе и не идти навстречу опасности в одиночку, -- сказала Алена, обернувшись к сестрам и облокотившись на спинку своего стула.
   -- Но всякое может случиться! Вдруг я не смогу составить вам компанию?
   -- Я надеюсь, что такого не будет...
   -- И все-таки, вам нужно научиться придумывать заклинания, -- настойчиво произнесла Василина.
   -- И как же этому научиться, позвольте узнать? -- недоверчиво спросила Маня, перестав зачеркивать уравнения с неравенствами. -- У нас таких способностей нет. По крайней мере, у меня. Я в жизни ни одного стиха не сочинила, даже двух строчек.
   -- Василин, я помню, ты говорила, что строчки сами возникают в твоей голове, -- сказала Алена. -- Значит, это особая способность. А мы с Маней ею не обладаем.
   -- Вот я и говорю, что вам нужно этому научиться.
   -- Но как?! Как можно научиться таланту? -- непонимающе произнесла Маня. -- Его можно только иметь уже изначально. Ты же никогда не училась рифмовать заклинания, у тебя это получилось само собой. А у нас даже при всем желании так не получится.
   -- Всему можно научиться! -- возразила Василина. -- Да, у меня первый раз получилось выговорить заклинание спонтанно. Однако прежде чем оно пришло мне в голову, я подумала о том, что нужно произнести слова. То есть я сделала мысленное усилие, и тогда заклинание пришло мне на ум. Почему бы и вам не попробовать так? Даже если ничего не получится поначалу, я все равно уверена, что можно натренировать мозг так, чтобы он быстро выдавал рифмы в нужный момент. Да и необязательно рифмы. Можно попробовать нерифмованное заклинание. Вдруг оно тоже подействует?
   -- Хорошо, в следующий раз, когда на нас будет кто-то нападать, мы скажем ему: "Сейчас, подожди с часик, мы тут подумаем какими словами тебя прикончить".
   -- Сегодня потренируемся у себя в комнате, -- невозмутимо сказала Василина.
   Вечером Василина примерила на себя роль учительницы. Для начала она заставила сестер перечитать кучу стихотворений. Авось после такой читки слова сами начнут складываться в рифму? Затем придумывала первую строчку и наказывала девочкам сочинять к ней рифмы. Выходило это у них туговато, но все-таки выходило. Итогом вечера стало неуклюжее Манино четверостишье, гордо представленное на суд Василины. Четверостишьем Маня прогоняла вымышленного врага:
  
   Улепетывай гаденыш такой
   И дверь за собой закрой
   А не то я тебе пинка как дам,
   Что согнешься пополам
  
   -- По-моему, для первого раза очень неплохо, -- сказала Василина, просмеявшись.
   Все последующие вечера сестры занимались рифмоплетством. Каждый раз Василина усложняла им задачу: описывала конкретную ситуацию, в которой нужно было применить заклинание; просила Николашку пошуметь в комнате и покидаться в девочек тапочками, чтобы выработать у них умение сосредотачиваться в непростых ситуациях. Такая практика не прошла даром, в конце второй недели Алена вдруг начала писать стихи, легко и непринужденно слагая слова в рифму. Стихи получались с глубоким смыслом, изысканными фразами, интересными сюжетами и описаниями людей и природы. Вскоре вся ее тетрадь заполнилась стихами про любовь и потери, про жизнь и смерть, и про волшебный мир.
  
   ***
   -- Зови их! Умоляй их! -- надрывался неприятный, скрипучий мужской голос. -- Тебе мало отрезанных пальцев?
   Левая кисть женщины была полностью лишена пальцев, худая, синевато-бледная рука безжизненно свисала из оковы железной цепи.
   -- Если они так нужны тебе... почему бы тебе самому не прийти к ним? Или ты боишься, а?
   За эти слова женщина получила удар ногой в лицо от палача, стоявшего рядом в черном балахоне с длинным ножом в руке. На губе женщины образовалась кровь.
   -- Ни я, ни мои подчиненные не могут сунуться в Юдо, на город наложена сильная защита. Единственный способ выманить девочек оттуда - это твой зов. Умоляй их о спасении!
   Палач приблизился к женщине и одним ловким и резвым движением руки, в которой держал нож, искусно отсек большой палец. Обрубок покатился по полу. Из места, где только что был палец, хлынула кровь. Женщина завыла. Палач рассмеялся.
   -- Умоляй их! -- заревел мужской голос.
   -- Если... они... придут сюда... тебе стоит... заранее проститься... с жизнью... Их сила тебя погубит...
   -- Я бессмертен! -- надменно и величественно сказал мужской голос. -- И никакие мелкие девчонки мне не страшны! Отрежь-ка ей второй палец за такие разговорчики.
   Палач ухмыльнулся и отсек женщине указательный палец. Кисть закровоточила еще сильнее. Женщина завопила и зарыдала от дикой боли.
   Василина проснулась посреди ночи, тяжело дыша. Что за ужасы ей снятся в последнее время? Неужели воображение само рисует такие кошмары? Или это нечто большее, нежели просто сон? Она еще долго не могла уснуть, прокручивая в голове страшную картину, в которой так отчетливо чувствовала страдания женщины, как будто стояла с ней рядом.
   Первым делом, когда после обеда Василина пришла к Василисе Кирбитьевне, она спросила:
   -- Василиса Вахрамеевна, может ли сон, который снится второй раз подряд, быть вещим? Если второй сон как будто продолжение первого...
   -- Сны - очень интересная вещь, -- сказала наставница. -- Он может быть как плодом разыгравшейся фантазии, результатом переживаний, раздумий и страхов, так и вещим. Вещий сон сложно отличить от простой фантазии. Но ты попробуй: перестань думать о том, что тебя тревожит, и перестань думать о самом сне. Если через некоторое время тебе приснится третий сон, как продолжение второго, тогда я могу смело утверждать, что он вещий. Если же ничего похожего не приснится, значит, почти наверняка это было просто воображение, подпитываемое внутренними переживаниями. А пока очисти свое сознание от негативных мыслей. Посмотрим, что будет.
   Василина поступила так, как посоветовала Василиса Кирбитьевна. Она заставила себя позабыть про сон, про поиски матери, так тревожившие ее, перестала вспоминать сцены с кикиморой, русалками, волком и Андреем. И больше ей ничего не снилось. Абсолютно ничего.
  
   ***
   Еще в начале сентября Маня стала осваивать меч. Илья подавал ей тяжелые, длинные мечи, которые и взрослый-то человек мог с трудом удержать, не говоря уже о том, чтобы размахивать двухкилограммовым мечом направо и налево. Но сильные руки Мани с проступившими на них мышцами от частых тренировок выдерживали оружие любой тяжести. К концу месяца она уже свободно разъезжала верхом на коне и рубила головы куклам, расставленным по полю.
   Далее, в послеобеденные часы октября, принесшего холодную, промозглую погоду, Маня училась наделять мечи магией и использовать заклинания в боях. Это не всегда кончалось успехом. Частенько Маня забывала или путала заклинания во время боя, что приводило не просто к проигрышу, а к неожиданным последствиям: меч ни с того ни с сего выскакивал из рук, оставляя Маню беззащитной, или поворачивался острием к ней и колол в ее же сердце, защищенное доспехами.
   -- Что-то мы приостановили поиски мамы, -- вспомнила усталая Маня, вернувшись с поля в холл Терема. Василина уже закончила занятие с Василисой Кирбитьевной, и дожидалась сестер на диванчике, наблюдая за нарисованными зайцами, прыгающими по стенам. -- У тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу?
   -- Если честно, то в последнее время я об этом не думала, -- призналась Василина.
   -- Да? Странно. Уже конец ноября, а ты и не думала об этом. О, а вон и наша сестричка.
   Алена с сияющей улыбкой направлялась к сестрам.
   -- Елена Прекрасная научила меня готовить приворотное зелье, -- сообщила она девочкам, присев на краешек дивана.
   -- Тебе-то оно зачем? -- удивилась Маня. -- Ты и так приворотишь кого хочешь.
   -- Его можно использовать против нечистой силы, -- пояснила Алена. -- Например, можно приворожить какого-нибудь негодяя, если нужно выпытать у него что-то секретное.
   Девочки почувствовали какое-то движение позади дивана, стоявшего почти вплотную к стене. Оглянувшись, они увидели, как из стены показалось полтуловища Руслана.
   -- Упс, не подрасчитал, что здесь стоит диван, -- сказал Руслан, застряв в стене. Неожиданное появление человеческого тела спугнуло стайку птичек, тихонько щебетавших на нарисованном дереве.
   Руслану пришлось сделать мысленное усилие, чтобы исчезнуть за стенкой и снова пройти сквозь нее в двух шагах от дивана.
   -- Так кто там хочет приворожить кого? -- поинтересовался он, облокотившись на спинку дивана.
   -- О, кстати, испытай зелье на Руслане, -- воодушевленно предложила Маня Алене. -- Посмотрим, как оно действует. Вы будете отлично смотреться вместе.
   -- Да я и без зелья к ней приворожусь, -- весело сказал Руслан и зашагал к ребятам, которые окликнули его у входа.
   -- А тебе действительно стоит присмотреться к Руслану, -- серьезным тоном сказала Василина.
   -- Кому, мне? -- спросила изумленно Алена.
   -- Ага.
   -- Я тоже так считаю, -- сказала Маня. -- Он классный парень.
   -- Если ты его считаешь классным, так может это тебе стоит пообщаться с ним поближе? -- улыбнулась Алена. -- Для меня он еще мальчишка.
   -- Ты что, любишь парней намного старше тебя? -- усмехнулась Маня.
   -- Да, наверное, -- смутилась Алена.
   -- Слушайте, я после тренировки жутко голодная. Давайте сходим перекусить?
   Сестры двинулись в столовую. За полдником они снова разговорились о поисках матери, и этой ночью Василина увидела во сне все ту же женщину, скованную в темнице цепями. Ей оторвали ногу...
   Рядом с ней не было палача, не было слышно и мужского голоса. Она была одна и, свесив голову, шептала:
   -- Хоть бы смерть пришла за мной скорее... Не могу я больше... измучилась... не знаю, как в этом искореженном теле еще держится жизнь... Но я не буду молить моих девочек прийти и спасти меня... Здесь их ждет ловушка...
  
   -- Нужно сходить к знахарке, которая делала зелье для Алены... -- задумчиво произнесла Василина утром после резкого пробуждения от сна.
   -- Зачем? -- спросила Маня, заправляя постель.
   -- Если она гадает на чем-нибудь, может быть она сможет увидеть события, связанные с нашей матерью... Мне который раз подряд снится жуткий сон... изнеможденная женщина закована цепями, ей отрезали пальцы, отрубили ногу...
   -- Ты думаешь, этот сон как-то связан с нашей мамой?.. -- с нотками волнения спросила Алена. Она все еще нежилась в теплой постели и наблюдала за стараниями Мани аккуратно застелить кровать. С того дня, как они увидели себя в волшебном зеркале, Маня всегда старательно заправляла свою постель.
   -- Да... по крайней мере мне так кажется... эти сны вызываются моими мыслями о маме. Но это не просто фантазия спящей головы...
   Василина вспомнила про Куб Живой Мысли, подаренный ей Василисой Вахрамеевной за успешное прохождение задания. Она достала его из тумбочки, решив показать сестрам череду своих снов. Держа Куб в руках и неотрывно глядя на него, Василина стала вспоминать свой первый сон. Он помнился уже смутно, но через мысленное усилие Василине удалось воспроизвести картинку в памяти. Куб понемногу начал наполняться дымком. В дымке вырисовывались слабые очертания женщины в цепях.
   -- Смотрите! -- громко зашептала Василина. Девочки подскочили к ней, с любопытством вглядываясь в Куб. -- Это мой сон. Вернее, то, что я помню из сна. Тс-с, Маня, помолчи.
   Все трое прислушались. Из Куба доносились еле слышные голоса по мере Василининых воспоминаний.
  
   -- Убей меня...
   -- Нет, убить я тебя пока не могу. Они воссоединилсь!.. Ты нужна мне как приманка... Думай о них, приди к ним во сне, внедрись в их сознание...
  
   Через несколько секунд женщина, проступавшая в дымке, стала чуть ярче, отчетливо виднелась ее рука, лишенная пальцев.
  
   -- Зови их! Умоляй их! Тебе мало отрезанных пальцев?
  
   Еще через несколько секунд нарисовался палач. Он подошел к женщине и отсек ей палец на другой руке.
   Девочки с ужасом на лицах разглядели кровь, хлынувшую из кисти женщины.
  
   -- Если они придут сюда... их сила тебя погубит...
   -- Я бессмертен!
  
   Палач отрезал женщине второй палец. Девочки услышали вопль и рыдания.
   На этом Василина перестала ворошить воспоминания о сне, и дымок в Кубе рассеялся.
   -- Мне как-то не по себе, -- пролепетала Алена и опустилась на Василинину кровать.
   -- Может, это события из прошлого? -- предположила Маня.
   -- Нет, -- Василина покачала головой. -- Мужской голос говорит о том, что мы воссоединились. Он знает, что мы служим Юдо, но сам он не сунется на остров, потому что он защищен сильной магией. Поэтому он пытается выманить нас за счет этой женщины. Он рассчитывает, что мы узнаем о ее мучениях и придем на помощь. А когда мы придем, тут он нас и схватит...
   -- А ты не видела, как он выглядит?
   -- Нет...
   -- Ты действительно думаешь, что эта женщина... -- Алена запнулась, -- наша мама?
   -- Думаю, да. Он мог бы, конечно, помучить кого угодно в надежде, что мы откликнемся, но он угадал, что именно ее мы захотим спасать в первую очередь...
   -- А если это не мама? Если этой женщины вообще не существует? -- высказала предположение Маня. -- Вдруг этот мужик просто внедряется в твое сознание и создает эти образы специально, чтобы ты думала, что это реальность и что это именно мама?
   -- Это мама, и она существует. Потому что как раз она и говорила о том, что это ловушка. Она не хочет, чтобы мы пришли за ней, потому как там нас ждет большая опасность... Она смиренно терпит эти издевательства и еще ни разу не попросила помощи у нас. Иначе мне бы это приснилось.
   -- Если она не просила помощи, получается она и не пыталась прийти к тебе во сне? -- спросила Маня. -- Тогда как ты видишь эти сны?
   -- Не знаю... Я тоже задавала себе этот вопрос. Наверное, связь между нами возникла случайно.
   -- Я хочу спасти маму, но я так боюсь... -- сокрушенно сказала Алена. -- Мы не знаем, что нас там ждет...
   -- А чего боятся? У нас же есть сила, которая...
   -- Алена права, -- сказала Василина, перебив сестру. -- Мы ничего не знаем о том злодее и о том месте. Вдруг он целое войско приготовил против нас? Да мы даже не знаем, куда идти...
   -- Может быть, у тебя получится войти в сознание мамы как-нибудь?
   -- Василиса Вахрамеевна еще не обучала меня этому. Внедрение в чужое сознание - это очень сложная штука, она требует многих лет подготовки. Но я попробую... попробую связаться с мамой через сон... Попробую заговорить с ней во сне... Но для начала нужно съездить к Розе Васильевне.
   Девочки не стали просить Ивана Ивановича подвезти их до Розы Васильевны и сами поехали к ней на автобусе. Благо, карманных денег, которых государство выплачивало сиротам, хватило на оплату проезда.
   -- Ну и что привело вас на этот раз? -- обрадовавшись приходу гостей, поинтересовалась Роза Васильевна.
   -- Хотели поблагодарить вас за то зелье, оно помогло, -- сказала Василина и указала головой на Алену. -- Вот наша спасенная сестра.
   -- Милое создание! -- широко улыбнулась знахарка.
   -- Роза Васильевна, нам бы хотелось узнать кое-что... это очень важно для нас, -- начала Василина.
   -- Но у нас нет денег, -- вставила Маня.
   -- Ай-ай, надеетесь на мою доброту, бедненькие котятки? -- Роза Васильевна покачала головой.
   -- Мы хотим узнать, жива ли наша мать, если жива, то, что с ней и где она...
   -- Миленькая моя, я ничего не делаю за красивые глазки. Сами понимаете, мне надо на что-то жить.
   -- Мы позже вас обязательно отблагодарим, -- заверила женщину Василина.
   -- Да, Роза Васильевна, обязательно, -- подхватили девочки.
   -- Ну, хорошо, я вам верю. Но и то, только потому, что Иван Иванович ваш наставник. Все-таки я любила ж его когда-то...
   Женщина вынесла в гостиную свечи и тарелку с водой, зажгла свечу и что-то еле пришептывая, провела свечой над тарелкой. Свеча потухла. Роза Васильевна напряглась, взяла другую свечу и повторила ритуал. Эта свеча хоть и не потухла, но горела очень слабо, казалось, огонек вот-вот угаснет. Знахарка пристально вглядывалась в тарелку, вода оставалась в ней неподвижной. Чем дальше шло время, тем больше хмурилось лицо женщины.
   -- Ничего не понимаю, -- пробормотала Роза Васильевна.
   -- Что вы там увидели? -- напряженным голосом спросила Алена.
   -- В том-то и дело, что ничего, -- Роза Васильевна развела руками. -- Как будто кто-то блокирует воду, не дает в нее заглянуть.
   -- Что, совсем ничего? -- снова спросила Алена.
   -- Совсем ничего.
   -- У вас такое часто бывает? -- сдвинула брови Василина.
   -- Честно? Впервые.
   -- Но, может быть, сегодня просто неудачный день и вы увидите что-нибудь в другой раз? -- произнесла Маня с надеждой.
   -- Может быть, может быть...
   -- Все равно спасибо вам, -- поблагодарила Алена.
   Сестры поднялись с дивана.
   -- Вы мне за это, конечно, ничего не должны, -- сказала знахарка, проводив девочек до входной двери. Было видно, что она расстроена неудачей.
   -- Если вы ничего не увидели, это же не означает, что мамы нет в живых?.. -- спросила Василина. -- И как вы сказали: "Кто-то блокирует воду"... значит ли это, что этот кто-то просто не хочет, чтобы мы все узнали?
   -- Скорей всего, так и есть.
   Теперь Василина была уверена, что их мама каким-то образом решила оградить себя от дочерей, она сделала так, чтобы они никаким образом не узнали, где она... Но знает ли мама, что Василина видела ее во сне? Как это получилось? И что такого ужасного ждет их в темнице, раз мама пытается всячески преградить им путь туда? И самый главный и загадочный вопрос: как найти ту самую темницу?
  
   20. Увлекательная зима
  
   Осень закончила властвовать и подготовила природу к приходу зимы. Зима ворвалась слишком рьяно, сковав за раз все воды льдом и насыпав снега по колено. Правление холодами разделял с Зимой ее муж - Мороз, известный у нас в народе как старик в красной шубе, которого зовут Дедом Морозом. Мороз прохаживался по городам и лесам, стуча волшебным посохом: где стукнет, там снежок выпадет или лед образуется.
   Пока Мороз выполнял свою обычную работу, Василина осваивала внедрение в чужое сознание, оставаясь у Василисы Вахрамеевны до самого вечера. В это время Алена и Маня коротали часы у Тани с Катей, наблюдая, как те возятся с цветами и поругиваются с родителями. В безмолвные минуты девочки задумывались, не опоздают ли они к матери? Удастся ли Василине наладить с ней контакт?
   В рекордные сроки Василина научилась входить в чужое сознание, читать мысли и даже видеть чужие сны, она это могла проделать с кем угодно, но только не с матерью.
   "У меня есть три предположения, почему у тебя ничего не получается, -- говорила ей Василиса Вахрамеевна. -- Первое: твоя мама находится слишком далеко, внедряться в сознание на таком расстоянии тебе пока не под силу. Второе: ее образ слишком слабый. Ты видела ее только во снах, но этого может быть не достаточно. И третье: она намеренно блокирует свое сознание, чтобы никто не смог внедриться в него".
   Василина склонялась больше к третьему варианту. Мать не хочет, чтобы дочери узнали ее местонахождение, она оберегает их и поэтому заблокировала все подступы к ней.
   Василине не удавалось вызывать сны по собственному желанию. Они снились как будто невзначай. А когда снились, она не могла выйти на связь с матерью просто потому, что сознание в этот момент дремало, и у Василины никак не получалось управлять своим сном. Василиса Вахрамеевна говорила, что управление собственными и чужими снами наука еще куда более серьезная и сильная, чем чтение мыслей. Овладеть ею в состоянии только очень могущественный человек.
  
   ***
   Был выходной день, когда Дед Мороз вместе со своей дружной семьей примчался в Юдо из Великого Устюга на тройке лошадей. Его пребывание в Юдо давно стало традицией: Мороз приезжал погостить за несколько дней до Нового Года и помогал организовать фееричный праздник.
   Вместе с другими юдами сестры вышли из Терема посмотреть кто ёприехал и своим приездом поднял такой шум; детишки прыгали вокруг лошадей и кричали радостное "Ура!".
   Из кареты, раскрашенной синими узорами, вышел высокий дед в ярко-красной шубе и такой же ярко-красной шапке. Он был очень высок, намного выше всех остальных. Василина прикинула, что его рост метра два с половиной. В руках он держал посох.
   Вслед за ним из кареты спустились три парня в синих дубленках. Их лица были очень бледны. Один из них помог спуститься хрупкой девушке в длинной голубой шубке, подол, рукава и воротник которой были обшиты белым мехом. Шубка больше походила на платье, чем на шубу.
   Затем юноша подал руку женщине с холодным, словно застывшим выражением лица. На ее плечи была накинута белая меховая накидка, расшитая бриллиантами, а на голове красовалась объемная шапка и поверх нее серебряная корона. У женщины были пронзительно-голубые глаза и блестящие ресницы, как будто на них сверху насыпали блесток. В ней чувствовалась власть и королевская статность.
   -- Не холодно ли тебе, девица? Не холодно ли тебе, красная? -- нагнувшись, спросил Дед Мороз у Мани.
   -- Почему это я красная? -- обиделась Маня.
   -- Вы... настоящий вы Дед Мороз? -- спросил кто-то из новичков.
   -- Почему все называют меня дедом, а у меня еще даже внуков нет! -- всплеснув руками, возмутился Мороз.
   -- Потому что ты все время носишь бороду, -- сказала подошедшая к нему девушка и дернула старика за его длинную белую бороду.
   -- Так положено, -- важно сказал Мороз. -- Вы меня простите, меня ждет Марья Царевна. Нужно обсудить с ней как будем отмечать Новый Год.
   Мороз взял под руку жену и направился в Терем, бурча себе в бороду:
   -- Ну да, да, я уже не молод, но еще и не дед... Ишь ты, дед!
   -- Мой папа такой смешной, -- усмехнулась девушка, глядя Морозу вслед. -- Ой, я ведь не представилась вам ребята! Я Снегурочка. Но лучше зовите меня Гурка.
   Девушка лучезарно улыбалась ребятам, окружившим ее.
   -- А я всегда думала, что Снегурочка - это внучка Деда Мороза... -- тихо произнесла Алена сестрам, чтобы Гурка не услышала и не обиделась.
   Но Гурка услышала и повернулась к Алене.
   -- Люди многого не знают, и от незнаний перевирают все истории. Но мне не важно, пусть думают, как хотят, -- махнула рукой она. -- Но вы-то должны знать, что Мороз - мой отец, Зима - мать, а Декабрь, Январь и Февраль - мне братья.
   -- Ничего себе... -- в один голос сказали Маня с Аленой.
   -- Что только обо мне не выдумывают: будто меня сделали из снега (тогда я уже не Снегурочка получается, а какая-то ожившая снежная баба), будто родилась я от брака Мороза с Весной (эта версия больше всего не нравится маме), будто я молодая любовница Мороза и... в общем, вариантов много. Но что я все о себе, да о себе. Мне бы хотелось узнать и о вас.
   Гурка оглядела толпу ребят, среди которых были преимущественно одни малыши, и так как никто не решался рассказать о себе, Василина представила себя и сестер.
   -- Хм, а вы не те ли самые сестры, которые обладают такой магической силой, от которой гибнет вся нечисть? -- прищурилась Гурка.
   -- А вы откуда знаете? -- спросила Маня.
   -- Такие вести доносятся очень быстро, -- лукаво улыбнулась Гурка.
   Внимание собравшихся переключилось на братьев, которые стали развлекать всех фокусами, и Гурка вновь обратилась к сестрам:
   -- Таких необычных девушек следует одарить подарочками.
   Гурка весело хлопнула в ладоши, и в ее руках появились три маленьких синих бархатных коробочки. Сестры взяли себе по коробочке и, открыв их, заахали от восторга: в коробочках оказались серебряные серьги в виде снежинок, ярко блестевших на свету.
   -- К сожалению, эти серьги недолговечны, -- с грустью произнесла Гурка. -- Их можно носить только зимой, с приходом весны они растают...
   -- Кто-то говорил здесь о необычных девушках, -- громко сказал незаметно подошедший паренек, один из братьев Гурки. -- Я хочу на них посмотреть.
   Он был красив, лицо его было нежное, с добрым, ласковым взглядом, но, как и от Гурки, от него веяло холодком, хотя все же он казался не таким бледным, как она.
   -- Фев, -- представился парень и пожал девочкам руки. Ладони у него были теплые.
   При рукопожатии Алена смущенно опустила глаза. Фев заметил это и приподнял ее личико за подбородок:
   -- Ты чего меня стесняешься, красавица?
   -- Не смущай девушку, -- вмешалась Гурка. -- Аленушка, не обращай на него внимание, у него задиристый характер.
   На крыльцо выбежал смугленький домовой и окликнул ребят.
   -- Снегурочка, и все рядом стоящие, вас ждет ужин! Прошу в столовую.
   На ужине сестры познакомились с Декабрем и Февралем, попросившими называть их Деком и Февом. Фев оказался самый хмурый и холодный из братьев, выглядел намного старше и мало улыбался. Дек был поприветливей и с довольным лицом говорил, что скоро его работа по усыплению растительности и загнанию животных в спячку закончится, и он будет вовсю отдыхать, в то время как за дело примется Фев.
   После ужина Мороз и Зима поспешили по делам, Гурка пошла лепить снеговиков с ребятишками, а братья решили проводить сестер. Из Терема они вышли парами, чем тут же вызвали интерес у юд, которые толкали друг друга в боки и кивали в сторону сестер.
   Фев взял Алену за руку.
   -- У тебя ручка ледяная, почему варежки не носишь? -- сказал он, изобразив на лице отцовскую сердитость.
   -- У меня их нет... -- честно ответила Алена, хотя признаться в том, что старые перчатки из-за дырок уже не годны, а на новые денег нет, ей было почему-то стыдно.
   -- И теплой шубки у тебя нет? А у сестричек?
   Алена покачала головой.
   -- Братья, наши девушки мерзнут, нужно их приодеть!
   Парни переглянулись и как по команде хлопнули в ладоши. В их руках оказались изящные меховые шубки, шапки и перчатки.
   Василине досталась короткая полосатая шубка из шиншиллы, Мане - рыжая лисья шубка, Алене - длинная белая шубка из писца. Девочки прямо на месте скинули с себя куртки и надели шубки, в которых почувствовали себя царицами. Братья довольно улыбались.
   Закончив восхищаться щедрыми подарками и благодарить братьев, Маня сказала:
   -- И где этот Иваныч опять пропадает! Нам домой надо. Без него не уедем.
   -- А мы вам на что? -- горделиво улыбаясь, произнес Дек. -- Мы вас перенесем в любое место, куда пожелаете.
   Декабрь закрыл глаза и взмахнул руками. Тут же прилетел снежный вихрь, поднявший в воздух Маню, крутящуюся волчком. Вслед за Маней в воздух поднялся Дек и приказал ветру:
   -- Неси нас туда, куда скажет Маня.
   Маня не растерялась, отчетливо произнесла адрес интерната, и вихрь направился в интернат, то затихая и опуская Маню и Дека ближе к поверхности моря, то выталкивая их высоко вверх.
   Следующими в путешествие по ветру отправились Алена с Февом. Фев призвал февральский ветер, взял Алену за руки и поднялся с ней в воздух.
   -- От тебя веет и холодом, и теплом одновременно... -- сказала Алена.
   -- Это потому что я дружу с Весной, -- отозвался Фев. -- Мои братья Весну не любят, а я по долгу службы близок с ней.
   Они улетели. Василина долго, задумчиво смотрела им вслед и, наконец, задала волнующий ее вопрос Яну:
   -- Что будет, если простая смертная влюбится в месяц?
   -- Ни к чему хорошему это не приведет и, думаю, ты понимаешь почему...
   -- Потому что они не смогут быть все время рядом...
   -- Да. Мы бодрствуем только в отведенное для этого нам время года.
   -- Я боюсь, как бы Алена не влюбилась в Фева... -- высказала свои опасения Василина.
   Ян улыбнулся уголками губ.
   -- Фев охмурит кого угодно, ему это удается гораздо легче, чем нам с Деком, хотя бы потому, что он теплее. У него в природе заложено будить природу, ровно как и человеческие чувства, и этим он успешно пользуется. Мне же, наоборот, трудно влюбить в себя кого-то, ни зверь, ни человек, ни духи меня не любят и даже хуже - все они меня боятся.
   -- Недавно Алена пережила боль в связи с потерей человека, вернее черта, в которого была влюблена... Хорошо, что появился Фев, он отвлечет ее от мыслей об Андрее. Но в тоже время это плохо - придет весна, Фев исчезнет, и это снова принесет ей боль...
   -- Я могу поговорить с ним об этом и даже повлиять на него. Скажу, чтобы он не заигрывался с девочкой.
   Василина с благодарностью взглянула на него.
   -- Ну что, полетели? -- спросил Ян. -- Готова?
   Василина кивнула и тут же почувствовала надвигающийся холод. Ян взял ее за руки, и не успела она опомниться, как колючий морозный ветер оторвал их от земли и погнал от Юдо прочь. Обычно при сильном ветре Василина задыхалась, не успевая вдыхать его вовнутрь, но в вихре дышалось на удивление легко и свободно. Впервые в жизни она ощутила восторг от чего-то экстремального.
  
   ***
   В комнате никого, кроме причесывающееся у зеркала Алены, не было. Сестры отправились на завтрак, подшучивая над Аленой, отказавшейся от еды, что ее скоро сдует при первом же легком ветерочке. Николашка куда-то исчез. В последнее время он частенько стал пропадать, никому ничего не объясняя.
   Форточка распахнулась, и в нее вместе с морозным воздухом влетел конверт, спикировавший на Аленину кровать. Алена, вздрогнув, обернулась и удивленно уставилась на конверт, потом перевела взгляд на окно в поисках отправителя, но за окном никто не стоял.
   В письме нетающими снежинками было выложено:
   Буду ждать тебя во дворе на большой переменке. Влюбленный в прекрасную девушку Фев.
   Аленино сердце волнительно застучало в груди. Когда сестры вернулись с завтрака, чтобы захватить тетрадки и учебники, Алена рассказала им про письмо. В этот раз она решила ничего не утаивать от сестер.
   -- Надеюсь, он не окажется вурдалаком, -- пошутила Маня.
   "Надеюсь, Ян с ним поговорит", -- подумала Василина.
   С нетерпением дождавшись большую переменку, Алена накинула подаренную Февом шубку, и выскочила во двор. Он уже ожидал ее там, скрестив руки на груди.
   -- Ты примерная девушка? -- спросил Фев.
   -- Не знаю, -- растерялась Алена.
   -- А учиться любишь? Прогуливала уроки когда-нибудь? -- снова спросил Фев, с любопытством глядя на Алену.
   -- Ну-у...
   -- В общем, хочу украсть тебя прямо сейчас без возврата на уроки, -- дерзко заявил Фев и, не дожидаясь возражений, подхватил Алену на руки и поднялся в воздух в образовавшемся вихре. Вихрь отнес их в один из заснеженных лесов Петербурга.
   Зимний лес был торжественно прекрасен и величав. Снежная насыпь заботливо обволакивала ветви спящих деревьев. Снег на тропинках игриво серебрился на свету. Кругом стояла умиротворяющая тишина, дышалось легко и свежо.
   Фев уселся в сугроб и усадил Алену к себе на колени.
   -- Я украл девушку, а теперь хочу украсть еще кое-что, -- произнес он, заглядывая Алене в глаза. -- Можно выкраду у тебя поцелуй?
   Алене невольно вспомнились встречи с Андреем, когда она хотела с ним целоваться, а он медлил. Сейчас все было наоборот - первое свидание с Февом и он уже напрашивается на поцелуй. Как ей быть?
   -- Я не знаю, -- пролепетала Алена. -- Я вижу тебя второй раз в жизни и вот так резко не могу...
   -- А я могу!
   Фев чмокнул Алену в губы и заулыбался, наблюдая за ее реакцией. Алена опешила и не знала, что сказать. Его губы оказались такими теплыми, такими мягкими...
   -- Вообще-то, я не целуюсь на первом свидании...
   -- А я целуюсь! -- весело сказал Фев. -- Знаешь, почему? Потому что я оживаю лишь только зимой. У тебя есть впереди множество месяцев, чтобы подумать целоваться тебе с этим мальчиком или нет, ты можешь себе позволить длительные раздумья, а я нет. Если я упущу сейчас какой-то момент, то смогу воспроизвести его только через год. Поэтому я живу здесь и сейчас. Я спешу жить, спешу любить, спешу делать то, что мне хочется, пока не кончилась зима.
   Словно в подтверждение своих слов Фев снова поцеловал Алену, но на этот раз поцелуй длился дольше. Алена перестала ощущать, окружавший ее холод, перестала ощущать время, она была поглощена поцелуям, поглощена этой минутой, сладкой и пьянящей...
   Фев оторвался от ее лица и ласково улыбнулся.
   -- Ты, наверное, замерзла. Давай побродим по лесу.
   -- Нет, я не замерзла. Мне жарко. Но давай побродим.
   Алене действительно стало жарко от поцелуя, взбудоражившего кровь в венах. Они прошлись по лесу, болтая о каких-то милых пустяках, и через час Фев перенес ее в Юдо.
   Алена дожидалась сестер в холле, раздумывая, стоит ли сказать им о поцелуе? Наверняка Василина не одобрит это и сделает лицо кирпичом, а Маня вновь будет шутить насчет вурдалаков и оборотней. Но ведь они договорились ничего не скрывать друг от друга, она не может нарушить обещание... С другой стороны, у любого человека всегда есть что-то очень личное, сокровенное, чего он не может рассказать даже самому близкому другу. И все-таки, факт про поцелуй им знать не стоит. Она скажет, что они просто гуляли по лесу.
  
   ***
   -- У меня для вас классная новость! -- улыбаясь во весь рот, сказал Руслан, подскочив к Мане с Василиной в холле Терема. Их занятия с наставниками еще не начались, и они ждали Алену, отлучившуюся по естественной нужде. Она уже поделилась с сестрами историей о прогулке по лесу, не упомянув, однако, про поцелуи.
   -- Что, теперь ты можешь проходить сквозь стены без трусов? -- гоготнула Маня.
   Руслан посмотрел на нее как на дурочку.
   -- В субботу и воскресенье будут зимние Юдовские игры!
   -- И что это такое? -- поинтересовалась Маня.
   -- Не понятно разве? Зимние игры! Надо будет проходить, вернее, проползать снежные лабиринты, наперегонки кататься с горок, драться на сосульках и еще много всякого интересного. Думаю, что победителем из любого лабиринта всегда выйду я, так как я могу проходить через стены.
   Маня хмыкнула такой наглой самоуверенности.
   -- Проходить сквозь стены, когда никто другой так не умеет - это нечестно.
   -- Никаких особых условий по лабиринту нет. В том-то и суть, что каждый может проявить свои способности и воспользоваться чем угодно, хоть волшебной палочкой, -- важно заявил Руслан.
   -- Откуда ты все это знаешь? -- недоверчиво спросила Маня. Василина, тем временем, отошла в сторонку и вогнала себя в состояние абсолютной прострации - участвовать в играх ей не хотелось, ровно как и слушать болтовню Мани и Руслана.
   -- Я же, как никак, живу в Юдо, -- довольно улыбнулся Руслан. -- Так что я знаю побольше, чем вы.
   -- Что? -- переспросила Маня, округлив глаза.
   Василина вышла из прострации и посмотрела удивленно на Руслана.
   -- Я не знала, что ты живешь здесь...
   -- Я живу здесь практически с самого начала и летаю на зонтике.
   Василина вспомнила тот день, когда Руслан застрял в двери их комнаты с зонтиком в руке. Он сказал, что прилетел на зонтике, и Василина тогда еще удивилась внутри себя, что Руслану зонтик выдали, а им с сестрами нет. А еще он следил ночью за комнатой Андрея издалека. Издалека, то есть из жилого квартала. А что бы он делал ночью в жилом квартале в Юдо, как не жил там? И как она не догадалась сразу!
   -- А почему ты нам об этом не сказал? -- обиженно спросила Маня.
   -- Ну-у... Я не хотел вас расстраивать лишний раз, -- сказал Андрей, честно посмотрев в глаза Мани и Василины. -- Я знал, что вам наверняка не хочется жить в интернате, но в Юдо вы пока попасть не можете. А я попал, даже не пройдя никаких испытаний... Короче говоря, не хотел я вызывать в вас зависть ко мне или что-то в этом роде.
   -- Да брось, какая зависть... Ну а как ты все-таки попал-то сюда? У тебя нет... дома? -- осторожно спросила Маня.
   -- У меня плохие отношения с отцом, -- угрюмо сказал Руслан. Угрюмость сделала его лицо взрослее. -- Он всегда считал меня ненормальным, умственно и психически нездоровым и несколько раз пытался засунуть в психушку, когда я начинал разговор о том, что вижу сквозь стены и все такое. Он никогда не верил мне и даже не старался. У бати всегда был сложный характер, но совсем отвратительным он сделался после того, как умерла мама. Я много раз делал попытки сбежать из дома, но ничем хорошим это, ясное дело, не заканчивалось. Все-таки лучше было терпеть отца, но ходить одетым и сытым, чем жить на улице. Когда вы открыли для меня этот потрясный мир и когда я узнал, что в Юдо можно остаться навсегда и жить в замечательных условиях, я прямо заявил Марье Царевне, что хочу уйти от отца, потому что мне нет жизни с ним, и попросил ее позволить мне остаться на острове. И она разрешила.
   Руслан умолк и, копошась в своих воспоминаниях и глубоких мыслях, водил глазами по стенам и потолку. Девочки молчали, не зная, что сказать. Выдавить из себя примитивные слова сожаления было как-то глупо и совсем не ободряюще, а стоять и рассказывать о своей нелегкой доле им не хотелось, ни к чему это было. Странно, никогда прежде они не задумывались о судьбах людей, попавших в Юдо. Их волновала только их собственная жизнь и жалкие попытки найти родителей, которых они никогда прежде не видели. Но в том-то и оно, что они их не видели и не знали - и это было все-таки лучше, чем пережить смерть кого-то из них на своих глазах или жить под крышей с родным человеком, который тебя совсем не понимает.
   Прежде, чем разговор перетек в другое русло, более оптимистичное, Василина все же нашла нужные слова:
   -- Я надеюсь, что в скором времени твой отец одумается, и вы воссоединитесь. Верь в это.
   -- Ты классный парень и все у тебя будет хорошо! Ты достоин этого, -- с воодушевлением добавила Маня, испытав сильное желание подбодрить приятеля.
   Руслана озарила улыбка, вернувшая его лицу привычную юность и приветливость.
   -- А что, кстати, дают за победу на играх? -- с любопытством поинтересовалась Маня.
   -- Миллион рублей, -- улыбка Руслана расползлась еще шире и стала еще довольней.
   -- Ты шутишь?! -- чуть не задохнулась Маня.
   -- Нет, я серьезно. Спросите у своих наставников. Кстати, они должны вам выдать информацию к играм. Там говорится, что это командные игры. Возьмете к себе в команду?
   -- Зачем ты нам нужен, хвастун болтливый? Возьмем, конечно!
   -- Кого еще возьмем?
   -- Куда и для чего вы хотите кого-то взять? -- спросила Алена, услышавшая кончик разговора. Она подошла к Мане, и та вдохновенно рассказала ей о предстоящих играх.
   -- Нужно взять в команду Таню с Катей, -- сказала Алена как само собой разумеющееся. -- Мы с ними хорошо дружим.
   -- Дело не в дружбе, а в способностях, -- с упреком заметил Руслан. -- Что эти девочки умеют? По-моему, ничего особенного. Кстати, я предлагаю взять Милу, которая костры взглядом разводит. Хороший дар! Можно растопить сосульки противника, например. Или поджечь ему зад. А еще Ритку надо взять - она летать умеет без всяких там транспортных средств. -- Руслан на несколько секунд задумался, прокручивая в голове возможных участников. -- У Анки и Стаса всякие видения, предчувствия, но вряд ли они этим помогут команде выиграть.
   Василина, отрешенно слушавшая Руслана, неожиданно проявила признак участия:
   -- Помните того парня Мишу, который бегает быстрее всех? Вот его нужно взять.
   -- О, вот это отличная кандидатура! В команде должно быть десять человек. Так, у нас уже восемь.
   -- Я не люблю игры подобного рода, поэтому меня не считайте, -- сказала Василина.
   -- Как это? -- всполошилась Маня. -- Василин, ты давай ерунду не говори! Нужно участвовать втроем, у нас же сила тройственности, это поможет нам победить.
   -- Сила действует на нечисть, а не на зимние игры.
   -- Василина, если ты не будешь участвовать, то и мы не будем участвовать, -- угрожающе заявила Алена.
   -- Ладно, не хочет, так не хочет, -- равнодушно сказал Руслан. -- Давайте подумаем кого бы взять...
   Но сестры не хотели мириться с таким решением и принялись наперегонки уговаривать Василину. Наконец, она сдалась и согласилась, сказав, что будет для них исключительно моральной поддержкой и чтобы они не смели сажать ее в сани и все в таком роде.
   -- Не кажется ли вам, что нас уже заждались наставники? -- спросила Василина, взглянув на большие настенные часы.
   Сестры признали этот факт и, попрощавшись с Русланом, разбрелись по наставникам. У них они получили листы бумаги с условиями зимних Юдовских игр. Как только рука касалась бумаги, по ней бежали золотые строчки:
   В играх могут участвовать все желающие. Игроки разбиваются на команды по 10 человек одной возрастной категории (разница в возрасте может составлять до пяти лет максимум). Игры делятся на детские, молодежные и взрослые.
   Детские команды: суббота, 11:00
   Молодежные: суббота, 15:00
   Взрослые: воскресенье, 12:00
   Награждение победителей: воскресенье, 16:00
   Игровые задания зашифрованы в рифмованных строчках, они будут зачитаны непосредственно в начале игр каждой возрастной категории.
   Капитан команды решает кого из участников отправить на то или иное задание. Побеждает команда, чьи участники победили в большинстве испытаний.
   УДАЧИ!
  
   К тому времени, когда занятия с наставниками закончились, Руслан уже призвал в команду всех, кого они с девочками хотели призвать, дополнив список девятым участником Глебом - он виртуозно владел всеми видами оружия, включая волшебный посох и жезл. Руслан предложил назвать команду "Крутяки", никто возражать не стал, если не считать презрительный хмык Василины. Капитаном команды, конечно же, стал Руслан.
  
   21. Зимние Юдовские игры
  
   Мороз и два его сына, Дек и Ян, стояли на лесной поляне, занесенной снегом. Мороз давал указания к подготовке Нового Года.
   -- Дек, ты подготовишь салют, а ты, Ян, научись превращать дерево в лед и обратно. Позже скажу для чего это надо. Сперва пробуй на небольших вещицах, потом на деревьях, затем на домах.
   Вихрь принес Фева.
   -- Прошу прощения, пап!
   -- Куда это ты собрался такой разряженный? -- прищурился Мороз. -- Одеколоном от тебя на весь лес несет.
   -- Да так, никуда, -- отмахнулся Фев.
   -- Ладно, слушай. Отыщи самых лучших фигуристок и танцовщиц. Они должны быть уже 25 декабря на репетиции.
   -- Без проблем, пап.
   -- Ну что ж, приступайте к выполнению моих указаний, а я пойду прогуляюсь по лесу, погляжу все ли тут в порядке, не замерз ли кто.
   Мороз, насвистывая какую-то песенку, удалился за деревья. Дек махнул братьям и улетел в вихре. Фев собрался было полететь вслед за ним, как Ян схватил его за локоть.
   -- Постой. Мне тоже интересно знать, куда ты разрядился так?
   -- Моя личная жизнь тебя не должна волновать, -- усмехнулся Фев, похлопав брата по плечу.
   -- Слушай, не заигрывай с этой девочкой, -- угрожающе сказал Ян. -- Ты ведь к Алене собрался, я прав?
   -- С каких это пор ты даешь мне наставления, братец? -- вызывающе рассмеялся Фев.
   -- С сегодняшнего дня. Алена пережила личную трагедию, не трогай ее, не давай ей надежды зря.
   -- Почему я должен тебя слушаться? -- возмутился Фев. -- Как раз наоборот, девчонке нужно отвлечься от грустных мыслей, и я ей в этом помогу.
   -- Ты сделаешь ей только хуже. Девочке всего четырнадцать лет!
   -- И что? Для меня возраст значения не имеет.
   -- А то, что в таком возрасте девочки все воспринимают слишком близко к сердцу. Отношения сроком в две недели им кажутся любовью до гроба.
   -- Вот уж не думал, что ты так хорошо разбираешься в женской психологии, -- рассмеялся Фев. -- Откуда такие познания? У тебя девушек-то никогда не было.
   Ян разозлился и, вскинув руки, призвал метель. Метель закружилась вокруг Фева, сбив его с ног. Ян развернулся и зашагал прочь, в глубь леса.
  
   ***
   В трепетных чувствах Алена направлялась к Феву, ожидавшему ее во дворе интерната.
   -- Куда вихрь отнесет нас на этот раз? -- спросила она, кокетливо улыбаясь.
   -- Послушай, Аленушка, я не хочу огорчать тебя... -- начал он, взяв ее за руки, и Алена почувствовала, что сейчас он произнесет как раз те слова, которые ее расстроят, -- но и не хочу, чтобы ты питала иллюзии насчет меня. Ты должна понять, что я не человек и приехал сюда всего на две недели, причем одна из них уже почти заканчивается... Я знаю, что ты испытываешь теплые чувства ко мне... но хочу, чтобы ты поборола их, ведь я уеду почти сразу после Нового Года... И даже если бы я не уезжал так скоро, мы бы все равно не смогли видеться после того, как закончится зима... Я не существую, когда на улице весна, лето и осень... Прости за тот поцелуй... Я не должен был этого делать...
   Алена ощутила предательский комок, подкатывающий к горлу, но сдержалась, чтобы не расплакаться. Пора научиться сдерживать себя и быть сильной, в конце концов. Что от нее останется, если она будет рыдать каждый раз, когда парень скажет что-то ранимое, если она узнает о нем страшную правду, или если он покинет ее?
   -- Если честно, я не думала об этом... Не думала о том, что ты... что ты... уйдешь... -- Алена опустила опечаленные глаза. -- Я бы хотела знать одну вещь... Если бы ты был обычным человеком, ты бы встречался со мной по-настоящему, всерьез и надолго?
   Алена посмотрела прямо в прозрачно-голубые глаза Фева.
   -- Да. И я бы целовал тебя каждый день...
   Алена поднялась на цыпочки, мягко поцеловала его в щеку и зашагала обратно в интернат. Едва она переступила порог, как разрыдалась.
   "Все-таки я слабая девчонка, слабая и глупая", -- думала Алена, с ненавистью смахивая слезы.
   К тому моменту, когда она поднялась в свою комнату, рыдания уже прекратились, но настроение было ни к черту.
   -- Лучше не заводить с парнями никаких отношений, -- в расстроенных чувствах произнесла Алена и плюхнулась на кровать лицом вниз. Василина догадалась, что Ян повлиял на Фева и тот поговорил с Аленой о невозможности их отношений.
   -- Почему? -- непонимающе спросила Маня.
   -- Потому что это всегда заканчивается плохо. По крайней мере, у меня.
   -- Да ну, брось Ален! Просто тебе пока еще не попался тот самый...
   -- И когда же он попадется? И как вообще понять, что он тот самый?
   -- Ну-у, не знаю...
   -- Ален, тебе всего четырнадцать лет, а ты уже строишь трагедию по поводу отношений, -- сказала Василина, переписывая задачки по математике из черновика в классную тетрадь. -- Но ведь это не конец жизни, а самое начало. Так что перестань ныть.
   "Легко сказать", -- подумала Алена и закрыла глаза в попытке уснуть. Сейчас сон был необходим как лекарство.
  
   ***
   День, предшествующий Зимним играм был целиком и полностью посвящен поиску последнего игрока для команды "Крутяки", но поиски не увенчались успехом: никто не присоединился к ним по причине своего участия в других командах или вовсе от нежелания участвовать в играх.
   -- Ладно, будем без десятого игрока, -- хмуро сказала Маня в субботу утром.
   Пожертвовав школьными уроками ради миллиона рублей, сестры уже перебрались в Юдо и, нервничая, попивали соки в столовой вместе со своей командой, где кроме них, подкреплялись завтраками дети, решившие участвовать в играх. Взрослые, видимо, еще отсыпались. -- Все равно у нас сильная команда.
   -- Если не брать во внимание Таню с Катей, -- вставил Руслан, третий раз наливая себе томатного сока, от которого тошнило всю команду. Таня с Катей переговаривались и не услышали их капитана.
   -- Но они хорошие девочки! -- возразила Алена.
   -- Хорошие девочки - это не есть хорошие игроки. Но с этим уже ничего не поделаешь. Хотя вдруг в них пробудится какой-нибудь супер-дар прямо во время состязаний...
   -- Слушай, а ты точно знаешь, что в играх будет битва на сосульках? -- спросил Глеб у Руслана. Глеб со скучающим видом переливал апельсиновый сок из одного стакана в другой. -- Никто же не знает, что именно там будет. С чего ты это взял?
   -- Мой наставник по секрету шепнул. Он вообще добрый старичок. Говорит, предупрежден, значит вооружен.
   -- Может быть, твой этот старичок что-то перепутал, это больше смахивает на забаву для детей... -- задумчиво протянул Глеб. Было видно, что он не в восторге от идеи биться на сосульках. Он-то ожидал чего-то более серьезного и мощного.
   В столовую походкой Мисс Вселенной вошла светловолосая девушка, за ней - две ее довольно симпатичные подружки. Они сели за свободный столик, посматривая на "Крутяков".
   -- Тоже, наверное, участвуют, -- сказала рыжеволосая Мила, глянув на девушек.
   Руслан презрительно фыркнул.
   -- И куда Насте участвовать, она же только говорит, что так много всего умеет, но на деле полный ноль.
   -- Так это ж хорошо! -- сказала Алена. -- Значит, она нам не конкурентка.
   -- Она, может быть, и не конкурентка, но в друзья эта девица выбирает себе исключительно даровитых юдов, которые бегают за ней как собачки, -- вставила Таня.
   -- Ага, сама она вряд ли может похвастаться своими собственными успехами, которые гордо предписывает себе, -- подтвердила Катя. -- На самом деле за нее все делают друзья. Да она в жизни ничего существенного для Юдо не сделала! Не спасла ни одного человека.
   -- Родители у нее не бедные, купили ей золотистый Бентли, на котором она в Юдо летает, -- снова фыркнул Руслан, -- поселили ее в шикарном коттедже на берегу моря, хотя этот коттедж изначально предназначался для тех, кто спас много невинных жизней, кто действительно заслужил достойное жилье. А ее определили туда с самых первых дней, это при бездарности-то и при живых родителях с квартирой! Вообще не понимаю за что ее держат в Юдо.
   -- Ну и ладно, пусть ее балуют, и пусть она привирает свои заслуги перед отечеством, -- спокойно сказала Рита, которой было лет восемнадцать, но выглядела она совсем очень юной. -- Хватит обсуждать за глаза. Такое ощущение, что вы завидуете. Давайте лучше займемся чем-нибудь, я уже устала тут сидеть.
   -- Может, ко мне пойдем? -- предложил Руслан. -- У меня комната не особо большая и там бардак, но кто-нибудь может посидеть в комнатах моих сожителей, их до понедельника не будет дома.
   Никто не захотел оставаться на детские игры и все пошли к Руслану. До его дома шагать было недалеко, они зигзагом прошли несколько домов и притормозили у смешного одноэтажного розового домика.
   -- Не знал, что розовый - твой любимый цвет, -- со смешком сказал Глеб, дружески хлопнув Руслана по спине. Рядом засмеялись Миша с Милой.
   Руслан провел их внутрь, пояснив, что дом он делит с сорокалетним холостяком и мужеподобной девицей. Все трое живут в разных комнатах и иногда пересекаются на общей кухне.
   -- Если кто-то захочет в туалет, то... эмм... помочитесь где-нибудь за домом, у нас туалет сломался, -- сказал Руслан, поспешно собирая разбросанную по комнате одежду и комком запихивая ее в шкаф.
   -- Как мило, за вашим домом в десяти шагах другой дом, а рядом еще два, -- заметила Мила.
   -- Ну, если они тебе не нравятся, ты можешь их спалить.
   -- А еще, если ты не заметил, на улице зима, -- сказала Маня.
   -- Мила может растопить снег вокруг тебя, когда ты будешь пи... ладно, давайте о чем-нибудь другом.
   Гости заполонили комнату Руслана, оказавшись в неприличной близости друг к другу. Сев в кресло, Василина почувствовала, что примостилась на завернутые друг в друга грязные носки. Еще одна пара, некогда бывшая чисто-белой, валялась возле кровати, которую продавили своим весом Маня, Миша и Глеб. Рита отошла к окну, Алена присела на подлокотник кресла с сидевшей в нем как сфинкс Василиной, Таня с Катей уселись прямо на ковер, прислонясь спинами к стене, Мила облокотилась на шкаф с одеждой, а Руслан сел на журнальный столик, покрытый целой армией хлебных крошек.
   -- Покажи как ты проходишь сквозь стену, -- попросила Таня, наигранно-кокетливо похлопав ресничками. Так же ресничками захлопала и Катя.
   Руслан продемонстрировал исчезновение в стене под громкие хлопки Таней с Катей, через несколько секунд он вернулся обратно, пройдя сквозь стену, со снежками в руках и опустил их на головы двум подружкам. Парни заржали.
   -- Рит, а покажи как ты летаешь! -- снова попросила Таня, стряхнув снег с головы и плеч.
   Рита вышла на середину комнаты, крутанула головой по кругу, издала боевой клич и поднялась в воздух, ткнувшись головой в потолок. Под восхищенное улюлюканье Мани, Руслана, Миши и Глеба она вылетела в коридор. Раздался глухой шлепок. Оказалось, что упала она не от умения приземляться, а от того, что в дом вошел странного вида мальчик, если его можно было назвать мальчиком - больше он походил на девочку. Он не спеша прошел в комнату, вслед за ним явилась Рита, потирая ушибленный копчик. Желтые волосы мальчика, прямые и ровные, доходили до плеч. Глаза были необычайно синие, такие яркие и магические, что сложно было смотреть в них прямо - всем присутствующим показалось, что он их околдует одним лишь взглядом синих глаз. Таня с Катей зашептали что-то друг другу и хихикнули. Глеб тоже не удержался и прыснул в кулак. Но мальчик не обратил на это внимание. С одухотворенным лицом он оглядел всех, кто находился в комнате и обратился к Руслану:
   -- Я знаю, что вы капитан команды, и что вашей команде недостает еще одного участника. Вот он я. Я явился. Позвольте представиться, Ефрасений, -- он говорил медленно, сопровождая почти каждое слово изящным взмахом руки. -- И я сразу прямо скажу вам в лицо, что название "Крутяки" очень глупое.
   Руслан оторопел и не нашел, что сказать.
   -- И какими же талантами ты обладаешь? -- хмыкнул Глеб.
   -- Я пишу картины. Я художник.
   -- Несомненно, полезный талант, который необходим для победы в зимних играх, -- усмехнулся Руслан. Он оглядел всех присутствующих, как бы спрашивая: "Ну что, берем?" и, не найдя в их глазах однозначного ответа, сказал: -- Ладно уж, раз ты пришел, оставайся в команде. Не выгоним же мы тебя.
   Ефрасений окинул Руслана надменным взглядом: "Ха, неужели ты попытался усомниться во мне?".
   Оставался час до молодежных игр, и "Крутяки" выдвинулись из дома. Когда все вышли на улицу, Руслан неодобрительно покачал головой и обреченно вздохнул:
   -- В нашей команде несколько бесполезных человек. -- Он искоса взглянул на Василину, потом быстро перевел взгляд на Таню с Катей. -- И еще эта странная девушка по имени Ефрасений в придачу. Победа нам обеспечена!
   "Крутяки" дошли до Терема, обогнули его и приостановились, оглядывая заснеженное поле, на котором проходили последние соревнования между детскими командами. Среди зрителей, сидящих на ледяных скамьях, зависших в воздухе, были преимущественно семьи с маленькими детьми, сосущими леденцы, и школьники младших классов. Выше всех, спиной к лесу, лицом к Терему, восседали на ледяных тронах Мороз с женой, справа от них - Марья Царевна, облаченная в шубы, делавшие ее похожей на боярыню из учебника по русской истории, слева - Гурка и три ее красавца брата. Вокруг поля летал по воздуху домовой Свидригайло, внимательно следивший за ходом игры и за честным выполнением ее правил. Благодаря тому, что зрители сидели в метре от земли, а верхние ряды и того выше, "Крутяки" видели все, что происходило на поле. А там разгоряченные, с красными, пылающими щеками игроки пулялись сосульками в домовых, ловко уворачивающихся от бомбардировки. Каждый мальчик и каждая девочка (всего игроков было восемь) стояли в своих квадратах, перегороженных низким снежным барьером. На каждого участника было по двадцать домовых. Задачей ребят было вышибить всех домовых в своем квадрате. Тот, кто справится с этой задачей быстрее, тот и победил. В конечном итоге, победил светловолосый мальчик, и на этом игры закончились, ледяные скамейки медленно опустились на землю, и зрители сошли с них, продолжая возбужденно переговариваться. Домовые, которые только что уворачивались от сосулек, уже разносили горячий чай и дымящиеся плюшки. Свидригайло громогласно сообщил о получасовом перерыве и попросил собраться молодежные команды по истечении тридцати минут. К ледяным скамьям, которые пока спокойно стояли на снегу, уже подваливали новые зрители, постарше, хотя некоторые младшеклассники решили остаться посмотреть и эти игры, и с кружками чая, от которого летел дымок, вновь расселись по своим местам. "Крутяки" рассредоточились по полю, увидев своих приятелей, а сестры остались стоять в компании с Гарольдом и Русланом, который часто махал вновь прибывающим юдам рукой.
   -- Я надеюсь, в нашей команде собраны только лучшие игроки, -- важно изрек Ефрасений.
   -- Не сомневайся, и первый в списке лучших - это ты, -- сказал Руслан.
   К сестрам подошел Олег с ехидной ухмылочкой на лице.
   -- Что, участвуете? -- спросил он. -- О, если с вами Гарольд, вы сто процентов победите!
   -- А ты, участвуешь? -- осведомилась Маня.
   -- Нет... мм... такие глупые забавы не для меня.
   -- Что, боишься в штаны наделать? -- сверкнула Маня глазами.
   Олег что-то пробубнил и предпочел удалиться.
   Из толпы, которая все сгущалась и сгущалась, вынырнули Таня с Катей.
   -- Мы кое-что выяснили, -- начала Таня.
   -- У Насти в команде очень одаренные игроки, -- подхватила Катя.
   -- Это та, которую мы видели в столовой? -- спросила Алена.
   Подружки кивнули.
   -- Ну и, кто бы сомневался, Настя - капитан команды, -- продолжила Таня. -- И она пыталась подлизаться сначала к Марье Царевне, потом к Морозу и всей его семье. Хотела выбить для команды первое место.
   -- Но вряд ли у нее что-то получилось, -- сказала Катя, -- хотя с обаянием у нее все в порядке, в этом спору нет. Но в играх должно быть все по-честному. Кто больше испытаний выиграл, тот и победил. Не думаю, что Марья Царевна и Мороз будут потакать ей.
   -- Но Гурка и братья-месяцы очень добрые и щедрые, -- усомнилась Алена. -- Они могли и уговорить родителей забить для Настиной команды первое место.
   -- Да ладно вам! -- Маня в сердцах махнула рукой. -- Хватит уже обсуждать эту Настю. И так понятно, что она за фрукт, но бояться ее победы - значит, быть неуверенными в самих себе.
   Василина с уважением посмотрела на сестру. Порой Маня выдавала очень мудрые фразы.
   Подошло время для сбора команд. Их оказалось десять. Свидригайло объяснил, что все команды будут изолированы друг от друга снежными стенами, а задания к состязанию появятся в воздухе перед каждой командой в зашифрованном виде. Команда должна догадаться, что же за соревнование их ждет и выбрать одного или нескольких участниц для его исполнения. Решение о выборе участника принимает капитан. Подменивать участника в тот момент, когда Свидригайло раскроет смысл задания, нельзя. Когда стены, ограждающие команды, рухнут, участники, выдвинутые капитаном, уже должны стоять на шаг впереди от команды.
   -- Успех во многом зависит от правильно расшифрованного задания и от правильно выбранных участников, -- сказал Свидригайло и поднялся в воздух, держа в руке палочку с намотанной на нее красной лентой. -- Зрители, поторапливайтесь, занимайте свои места! Игра вот-вот начнется!
   Пока зрители торопливо усаживались на свободные места, Мороз бесшумно стукнул посохом по воздуху, и из снега стали вырастать стены. Плотные снежные стены образовали десять комнаток без крыш, выстроенных в ряд перпендикулярно лесу. Ледяные троны с Марьей Царевной, Морозом и его семьей плавно переместились боком к лесу. Теперь их лица были устремлены на бесконечно длинное прямоугольное поле, заканчивающееся у самого края острова.
   Свидригайло предупредил зрителей, что скамьи сейчас начнут подниматься в воздух. Мороз снова стукнул посохом, и ледяные скамейки стали поднимать визжащих зрителей вверх. Они поднялись чуть выше снежных стен и окружили поле наподобие трибун. Зрителей было так много, что скамьи выстроились вплоть до середины поля.
   Свидригайло, летая по всему полю, огласил название команд и их капитанов. В снежных комнатах образовались проемы, и домовой попросил команды зайти в комнаты. Две команды, "Холодрыги" и "Юды-муды", чуть не подрались из-за комнаты, стоящей в середине комнатного ряда. "Крутяки", особо не раздумывая, выбрали вторую комнату справа. Как только они зашли, проем запорошился снегом.
   -- Итак, первое задание! -- закричал Свидригайло, оглушив зрителей, находящихся в этот момент поблизости к нему.
   В нескольких местах поля, на уровне лиц зрителей появились одинаковые надписи:
  
   Сумей быстро проползти
   До конца извилистого пути
  
   Такие же надписи повисли в воздухе в комнатах команд.
   -- Подозреваю, что это лабиринт, о котором ты говорил, -- сказала Василина Руслану.
   -- Тогда мне и идти, -- ни сколько не колеблясь, произнес Руслан. Весь его вид, источающий непоколебимую уверенность в себе, говорил о том, что он в своем успехе даже и не думает сомневаться.
   -- А почему проползти? -- спросила Рита, обращаясь к Василине.
   -- Скорее всего, по лабиринту придется ползти, -- безмятежно ответила Василина.
   -- А с чего вы взяли, что это лабиринт? -- спросила Катя, но не успела Василина объяснить ей, как стены комнат рухнули, и перед командами предстал огромный снежный лабиринт, тянущийся примерно до середины поля.
   При виде появившихся участников и лабиринта, зрители загудели, стали выкрикивать названия команд и махать своим друзьям-участникам, не успевшим еще понять правильного ли человека они выбрали для исполнения задания. Мороз довольно улыбался себе в бороду.
   Высота извилистых снежных проходов едва достигала сорока сантиметров, так что участникам нужно было не проходить лабиринт, а проползать. Казалось, будто весь лабиринт вырыт кротом.
   Свидригайло поставил участников в известность, что пробивать стенки лабиринта и тупики нельзя, но ускорять себе проход по его коридорчикам можно с помощью любой волшебной силы.
   -- Поползли! -- крикнул Свидригайло, махнув красной лентой.
   Участники тут же упали ничком перед своими заходами и заползли внутрь. Мороз стукнул посохом, и лабиринт стал прозрачным, словно ледяным, чтобы зрители могли наблюдать передвижения ползущих. Но для самих участников лабиринт оставался плотным, снежным и непроницаемым. Над каждым участником появились большие кружочки разных цветов, чтобы тем, кто сидел слишком далеко, было легко наблюдать за передвижениями любимых участников.
   С напряженными лицами "Крутяки" следили за Русланом, который не сдвинулся с места, в то время как другие хоть и с трудом, но все же ползли вперед. На данном этапе лидировал Данил, он был маленьким и юрким. Когда остальные участники уже заворачивали в лабиринте по третьему разу, Руслан по-прежнему неподвижно лежал лицом вниз, пытаясь сосредоточиться и просочиться сквозь стену.
   -- Я не поняла, он там помер что ли? -- громко бурчала Маня, глядя на торчащие ботинки Руслана и зависший над ним красный кружочек.
   Наконец Руслану удалось просочиться через левую стенку, которая оказалось стенкой тупикового коридорчика. Он дополз до его конца и снова застыл на месте. Через полминуты ему удалось оказаться в другом проходе. Пока он пытался сосредоточиться на третьей стенке, ведущей к правильному пути, Данила уже обогнала Оля, вспомнившая заклинание, которое прибавляло ей скорости. Она легко и быстро скользила по лабиринту, словно рыбка, управляемая неведомой силой. Но вот она заплыла в тупик. Выбралась из него и снова оказалась в тупике.
   Все уже были на середине лабиринта, даже самый медленный и неуклюжий Паша, с трудом протискивающийся в коридорчиках по причине своей пухлости, а Руслан все так же с задержкой проскальзывал сквозь стены.
   -- Да давай уже сам ползи! -- кричал разъяренный Глеб.
   -- Хватит зависать! -- вторила ему Маня.
   Когда до конца лабиринта оставалось совсем чуть-чуть (в лидеры опять выбился Данил), толпа зрителей сошла с ума, все орали как резаные, а Мороз сидел себе и посмеивался. Данил был вот-вот уже близок к победе, как в финишу неожиданно прорвалась Ира, участница девчоночьей команды. Она пулей вылетела из лабиринта на волшебных санях, невесть откуда оказавшихся под ней. Зрители взорвались. Девочки из Ириной команды прыгали и визжали как ненормальные. "Крутяки" же выглядели так, как будто у них кто-то умер.
   Мороз не стал дожидаться, пока остальные участники вылезут из лабиринта, и стукнул посохом. Лабиринт тут же исчез. Участники сообразили что к чему, и поднялись на ноги, отряхиваясь от снега. Данил со злости топнул ногой и плюнул, угодив на ботинок. А Руслан продолжал лежать лицом в снег, погруженный в свой астрал и только через минуту он очнулся, обнаружив, что лабиринта нет, а зрители ухахатываются с него. Кто-то даже с тревогой смотрел на него: может, ему плохо?
   Когда Руслан вернулся к своей команде, одна Алена подошла к нему и, тронув за плечо, сказала: "Не расстраивайся". Маня готова была наброситься на своего капитана и выбить зубы, но ограничилась словесным нападением:
   -- Ты подвел нас! Самоуверенный кретин!
   -- Когда я волнуюсь, мне нужно еще больше времени на концентрацию, чем обычно, -- оправдывался Руслан.
   -- Если бы ты догадался поработать руками и ногами, ты мог бы оказаться хотя бы третьим, а не позориться вот так, -- выговорила ему Мила.
   -- Я не думал, что мне будет так трудно, -- упавшим голосом сказал Руслан. -- Я слышал рев толпы и не мог сосредоточиться. А еще оказалось трудно проходить сквозь стены лежа.
   -- Это не стены, а всего лишь снег, легкий и хрупкий.
   -- Закидайте меня камнями! -- огрызнулся Руслан. -- Подумаешь, это всего лишь игра.
   -- Всего лишь игра и миллион рублей!
   Ребята не заметили за перепалкой, как из снега вновь возросли стены и спрятали их от внешнего мира. В воздухе вырисовались слова:
  
   Вот начало, вот конец
   Тот, кто резвый, молодец!
  
   -- По-моему, это задание для Миши, -- многозначительно произнесла Василина.
   Руслан согласился с ней и выбрал Мишу. Миша вышел вперед и встал носом к стенке, взволнованный, но сосредоточенный. Когда стены, ограждавшие "Крутяков" от других команд, рухнули, на лицах участников и зрителей отразилось недоумение: поле было абсолютно пустым.
   -- Кто первым достигнет финишной черты, тот и победил! -- заголосил Свидригайло, махнув рукой куда-то в конец поля. -- Участники, когда стены рушатся, вы должны уже сделать шаг вперед. Встаньте на красную линию. И никаких совещаний, "Крылья ангелов"! Вы должны были уже решить, кто пойдет на задание.
   Выбранные капитанами юды, шагнули вперед на образовавшуюся на снегу красную линию.
   -- Здесь какая-то загвоздка, -- нахмурясь, сказала Василина.
   -- На старт, внимание, побежали!
   Участники рванули вперед, наивно полагая, что им всего-то нужно добежать до конца поля. Но оказалось, бег был с препятствиями. Через десять метров из снега мгновенно выросла стена-преграда в половину человеческого роста. Миша, взявший с первой секунды лидерство, с легкостью перепрыгнул преграду. Не успел он сделать и двух шагов, как перед ним выросла новая стена. Так он преодолел несколько стен, внезапно выраставших прямо перед его лицом, и оставил остальных участников далеко позади.
   Преграды больше не возникали, но зато Миша стал увязать в снеге по колено. Чем дальше он перепрыгивал, тем глубже становился снег. Это сильно тормозило паренька, но он по-прежнему был впереди всех.
   Следующим препятствием стал сильный ветер, сдувавший Мишу назад. Пока он боролся с ветром и пытался удержаться хотя бы на одном месте, с ним поравнялись Петя и Гриша. Теперь их тоже сдувало ветром, но Петя применил магическую силу, образовавшую вокруг него безветренное пространство, и он ринулся вперед. Ярость подхлестнула Мишу и он, собрав все свои силы, пошел навстречу ветру, выставив руки вперед. Он неумолимо шел против ветра, пока ветряное испытание не завершилось, и он не оказался на берегу водоема, в котором плавали большие и маленькие льдины. Петя к тому времени был уже на середине водоема и пытался удержаться на яростно раскачивающейся льдине.
   Миша задумал действовать решительно: он стал перепрыгивать с льдины на льдину без всякого разбора и так быстро, что в два счета догнал и перегнал Петю, который продолжал вдумчиво выбирать себе льдины, отчего подолгу задерживался на каждой из них.
   К водоему подоспел Гриша, и за ним - Женя. Ступнув на первую льдину, Гриша соскользнул с нее и упал в воду. Благо, вода была теплая. Пока Гриша пытался залезть на льдину, с которой только что свалился, барахтаясь и хватаясь за ее край руками, Женя решил последовать примеру Миши и попытался быстро перескочить с одной льдины на другую, но расстояние между ними оказалось слишком велико, и он, не допрыгнув каких-то полшага, плюхнулся в воду.
   Тем временем, Миша стремглав пробежал по твердому снегу метров пятьдесят без препятствий. Он бежал и бежал, будучи уверенным, что ему на пути уже больше ничто не помешает, как неожиданно ветер со снегом поднял его в воздух. Миша беспомощно болтал руками. Впервые за все испытание, он не знал, что ему делать. Как спуститься на землю? Как заставить ветер прекратиться? Вон, впереди уже красная финишная черта... Миша стал перебирать ногами в воздухе, как будто ехал на невидимом велосипеде, и тут обнаружил, что он движется вперед. Миша поднажал еще чуток, заработал ногами быстрее, представив, что бежит по дороге, и ветер лихо понес его дальше. До финиша оставалось всего десять метров. Ветер стих, и Миша шмякнулся лицом в снег, но залеживаться не стал и вскочил на ноги. Его стало заваливать снегом, будто с гор скатилась снежная лавина. Он пытался бежать, прыгать, выбиваться из-под снега, но, в конце концов, его накрыло с головой, и он полностью оказался во власти снега. Миша оставил тщетные попытки выбраться на поверхность и принялся усиленно работать руками, расчищая себе путь вперед.
   Ветер уже нес Петю, который по примеру Миши, бежал по воздуху. Гриша с Женей, перебравшись-таки через водоем, семенили спортивной походкой по полю. Кто-то из участников застрял на водоеме, остальные, преимущественно девочки, сильно отстали. Их все время сдувал ветер, и они никак не могли преодолеть это испытание.
   Петю тоже завалило снегом, и он использовал заклинание, расчистившее ему туннель до красной черты, но со своим чудесным заклинанием он опоздал: Миша вытянул руку вперед, пробив дырку в снегу, и коснулся красной линии. Толпа заревела, ликуя. Победитель выбрался из снега и, поднявшись на ноги, возвел руки к зрителям.
   Мороз расчистил поле, убрав водоем и снежные стенки, и победоносно потряс кулачищем в воздухе, глядя на Мишу. Победитель вернулся к своим.
   -- Это было потрясающе, брат! -- восхищенно сказал Руслан, пожимая Мише руку и прихлопывая его по спине другой рукой.
   Через пару минут, стены снова отгородили команд друг от друга и в воздухе каждой комнаты и над полем зависли слова:
  
   6 раз по снегу кати
   В конец и начало пути
  
   Не успели ребята подумать над зашифрованным смыслом задания, как Василина уже изрекла:
   -- Думаю, это гонки на санях. Шесть раз туда-обратно... Хм, возможно потребуется шесть участников, которые будут передавать друг другу эстафету.
   -- С чего ты взяла, что участников должно быть шесть? -- забеспокоился Руслан. Одного участника для гонок было выбрать довольно просто, а вот целых шесть...
   -- Не просто так в загадке обозначена цифра шесть. Конечно, можно предположить, что только одному человеку потребуется гнать на санках туда-обратно шесть раз, но что-то мне подсказывает, что цифра шесть - это еще и количество участников.
   -- Ладно, -- кивнул Руслан и оглядел свою команду. -- Миша, Маня, Глеб, я, Рита и Мила. Выходите вперед.
   -- А ты уверен, что справишься с заданием? -- ехидно спросила Мила у Руслана. Он бросил в ответ раздраженный взгляд.
   Алена заметила, что Ефросений, стоящий поодаль от всех, что-то быстро и с усердием рисует в блокноте.
   -- А что ты там рисуешь? -- осторожно поинтересовалась она, подойдя к парню чуть ближе. Но он никак на нее не отреагировал и безостановочно продолжать чиркать рукой в блокноте. У остальных тоже проснулся интерес к тому, что делает Ефросений, ведь время и место было не особо подходящим для рисования. Сделав последний штрих, он быстро зашевелил губами, тараторя шепотом какие-то непонятные слова.
   -- Вот, -- сказал он, подойдя к Руслану с вытянутой рукой, в которой держал вырванный из блокнота лист. -- Это поможет победить в гонках.
   Все склонились над листом, оттоптав друг другу ноги. На листике были нарисованы сани. Но до того искусным был рисунок, что казалось, это вовсе не рисунок, а фотография.
   -- Спрячь рисунок или скомкай его в ладони, чтобы не было видно, -- сказал Ефросений. В этот момент все смотрели на него как на полоумного.
   -- Но... -- начал Руслан, однако Ефросений тут же его перебил:
   -- Когда подойдешь к саням, я оживлю рисунок, и сани станут настоящими. На них и садитесь. Они скоростные. А те сани, которые дадут вам для конкурса, я заколдую, и они станут невидимыми. Но проделать это нужно очень быстро, чтобы никто не заметил подмены.
   -- Я... э-э...
   -- Только дойдешь до саней, приготовленных для испытания, будь готов: я начну колдовать. Для этого нужно, чтобы ты незаметно положил рисунок на снег рядом с санями. Ясно тебе?
   -- М-м... -- промычал Руслан, все еще пытающийся переварить наставления Ефросения.
   Никто не узнавал желтоволосого парня. Куда-то подевались его изящные манеры и вся эта странность в движениях и голосе. Теперь он походил на вполне нормального человека, пытающегося помочь своей команде. Да только женственная внешность, синие глаза и длинные волосы выдавали его необычность.
   Стены снежных комнаток рухнули. Василина все угадала верно: ребят ожидали гонки на волшебных санях. Сани были уже выстроены в ряд перед каждой командой. "Крылья ангелов" и "Крутяки" оказались единственными командами, которые догадались выдвинуть от себя по шесть участников. Свидригайло не дал времени остальным капитанам на раздумывание и велел живо отобрать еще пять участников. В это самое время Ефросений нашептывал неразборчивые заклинания. Руслан, Миша, Маня, Глеб, Рита и Мила столпились плотным кружком вокруг саней, чтобы никто не заметил подмены. Деревянные сани, стоящие рядом с Русланом, исчезли, а на их месте образовались новые, разноцветные, они словно вылезли из листка бумаги. Это произошло в считанные секунды, и хотя с воздуха зрителям было все прекрасно видно, никто, похоже, не заметил магических манипуляций.
   Свидригайло переправил по трое участников от каждой команды на другой край поля и объяснил, что они должны будут передавать друг другу эстафету, как и предсказала Василина.
   Ефросеньевы сани оказались такими быстрыми, что не успевали "Крутяки" примоститься в них, как сани срывались с места и мчались к другому концу поля по ровной прямой. Чего не сказать о санях соперников: они так и норовили сбросить с себя седоков, зарулить куда-нибудь в сторону леса, а то и совсем тормозили и никак не хотели ехать дальше. В этом состязании победили "Крутяки", чему были несказанно рады. Однако на этот раз Мороз не радовался победе, а хмуро поглаживал свою бороду.
   -- Молитесь, чтобы нам засчитали эту победу, -- сказала Василина, когда команда собралась в снежной комнатке. -- Мороз все время хмурился и следил за вашими санями. Кажется, он заметил подвох.
   Василинины слова никто не принял близко к сердцу; через секунду все внимание переключилось на новое и в то же время последнее задание, которое состояло в том, чтобы столкнуть специально обученных домовых, волшебным способом увеличенных в росте, с ледяного бревна длинной ледяной палкой.
   Многие падали еще до того как замахивались на домового - устоять на скользкой, круглой перекладине без поддержки волшебства было просто невозможно. Но Глеб превосходно справился с этим заданием, сбив пятерых домовых. Во втором заходе домовых сбивала Маня. Она не применяла никакой магии, но чудесным образом удерживалась на перекладине и тоже не подвела команду. Победа в этом состязании была в кармане у "Крутяков", и они уже мысленно тратили заслуженный миллион.
   -- Кхм, кхм! -- прокашлялся Свидригайло, вылетев на середину поля. -- Настало время подвести итоги. Миллион рублей достается... сразу двум командам! "Крылья ангелов" и "Крутяки", ура! Остальные, пардон, в пролете.
   -- ЧТО? -- возмущенно завопил Руслан. Он не был так громок, как Свидригайло, поэтому его услышали только "Крутяки". -- Что это за дележка? С какой стати "Крылья ангелов" в победоносцы вылезли?
   -- Все-таки, нам не засчитали гонку на санях, -- сказала Василина, не особо расстроившись. -- Победу в том состязании присвоили "Крыльям ангелов", вот и получилось, что и у них две победы, и у нас.
   -- Но это несправедливо! -- продолжал вопить Руслан. -- Всего пятьдесят тысяч!
   -- Если бы кое-кто не тормозил в первом задании... -- протянула Мила и осеклась.
   К "Крутякам" подошел Олег, засунувший руки в карманы куртки. Косая ухмылка не сходила с его губ.
   -- А вы-то могли получить весь миллион, -- сказал он, обращаясь к сестрам, но его слушали не только они - вся команда навострила уши. -- Настя из "Крыльев ангелов" договорилась с братьями-месяцами, чтобы они помогли ее команде пройти некоторые испытания. И они помогли ей в случае с санями и лабиринтом.
   Руслан завыл еще сильнее.
   -- Я готов убить эту Настю!
   -- Да что ты так кипятишься-то? -- не выдержала Маня. -- Ну разделили выигрыш между командами, ну и ладно. Тебе разве и так плохо живется? А ты, Олег, перестань совать везде свой нос, иначе ты его скоро лишишься.
   -- Вообще-то, я хотел заняться летучими машинами, -- сказал Руслан. -- На выигранные деньги - это сто тысяч - я мог бы купить поддержанный автомобиль, наделить его магией и продать. Сейчас у нас по пятьдесят тысяч на каждого. На эти деньги я разве что парочку велосипедов могу купить. Хм... А это идея!
   На этом разговоры были закончены, Руслан получил командные деньги у Свидригайло, разделил их между ребятами, и расстроенный поплелся домой.
   Сестры впервые держали в руках такую крупную сумму и первое время не знали, что и сказать, а что делать с этими деньгами и подавно не знали. Вернувшись в интернат, Василина напомнила девочкам об Алениной приемной матери и ее жалком, почти нищенском существовании. Было решено отдать все деньги ей.
   Когда сестры протянули Ольге Карбовой эти деньги, они почувствовали себя благородными рыцаршами, а женщина - золушкой. Она долго охала, ахала, целовала девочек, плакала и, в конце концов, успокоилась, спрятала деньги в укромное место и поклялась, что прямо с сегодняшнего дня начнет новую жизнь, в которой не будет больше места спиртному. Сестры пригрозились проверить ее через несколько месяцев.
  
  
   22. Новый Год, новые мечты
  
   Подготовка к Новому Году была в самом разгаре. По всему интернату дети и воспитательницы развесили мишуру, снежинки и прочую праздничную атрибутику. В воздухе витала радость.
   Галина Николаевна стала как будто веселее и добрее. Вот, что делает с людьми ожидание самого, пожалуй, главного праздника в году.
   Сестры решили отпроситься на Новый Год в Юдо. Конечно, они не сказали, что это за Юдо такое, соврали, будто бы их приглашает тетя. Галина Николаевна отпустила без лишних вопросов.
   -- Почему у тебя такое лицо, как будто ты собираешься не на праздник, а на похороны? -- поинтересовалась Маня у Василины тридцать первого декабря.
   -- Потому что мне нечего одеть... У меня есть единственное приличное платье, но оно летнее... Если я в нем заявлюсь, это будет нелепо.
   -- Никогда не понимала, почему девчонки так любят наряжаться во всякие там платьишки и строят большую проблему из-за какого-нибудь куска ткани.
   Сестры не замечали, как уже несколько минут Алена довольно улыбается по совершенно непонятной причине и смотрит попеременно то на Маню, то на Василину.
   -- У меня для вас есть подарки! -- радостно сказала она, предвкушая удивление и восторг, с которым девочки будут рассматривать ее подарки. Алена достала из-под своей кровати два свертка и протянула сестрам.
   Это оказались вечерние платья невероятной красоты. Примерив на себя платье, Маня тут же изменила свое мнение по поводу девчачьей страсти к нарядам, казавшейся ей совершенно бессмысленной и глупой. Да и свое отношение к самим нарядам она тоже переменила. Раньше она никогда не носила платьев, считая их неудобными. Сейчас же, стоя перед зеркалом в красном платье она ощущала себя так же комфортно, как и в джинсах. Более того, она никогда не чувствовала себя столь восхитительно. Впервые за четырнадцать лет она обнаружила в себе красоту и женственность. Ей даже показалось, что в платье она выглядит на пару лет взрослее. Оно идеально обволакивало ее фигуру, спускаясь волнами к низу. К талии был пришит золотой пояс.
   -- Я болван! -- сокрушенно сказала Маня. -- Я и не думала о том, чтобы подарить вам подарки... Вы же знаете, у меня нет таких денег... На своих уроках я не шью и не рисую... Разве что, могу подарить вам по дубинке.
   Алена засмеялась и заверила Маню, что она и не ждет ответных подарков.
   Василинино платье из черного шелка выражало самые яркие качества его обладательницы: строгость, изысканность и аристократичность. Оно было более сдержано в оформлении, чем платье Мани, но от этого ничуть не проигрывало. Наоборот, в его сдержанности была какая-то загадочность, что придавало платью и всему виду Василины особый шарм.
   -- У меня никогда не было друзей, и я никогда не дарила никому подарков... -- тихо и стыдливо произнесла Василина. -- Я... я совсем забыла об этой традиции... Простите меня....
   -- Я в таком же промахе как ты, -- усмехнулась Маня.
   -- Да успокойтесь вы! -- рассердилась Алена. -- Это такая ерунда, честное слово!
   Чтобы уйти от темы подарков Алена похвасталась своим собственным платьем. Оно было нежно-розовым, покрытым блестками и переливающимся бисером. Василина с Маней отчетливо заметили, что как только Алена надела свое платье, ее формы как будто укрупнились...
   -- Василин, тебе не кажется, что Аленина грудь как-то разом увеличилась? -- спросила Маня, внимательно разглядывая Аленину фигуру.
   Алена залилась густой краской и смущенно опустила глаза.
   -- Это платье... оно делает фигуру такой, какой пожелаешь... стоит лишь об этом подумать. Ваши платья обладают такой же магией.
   -- Ты сейчас выглядишь лет на двадцать, -- заметила Василина. -- Но зачем тебе это?
   -- Потому что... я слишком худая.
   -- Нашла проблему! -- воскликнула Маня. -- Вот глупая... Да все девочки завидуют твоей фигуре!
   -- Ну если мне так хочется... -- сказала в свою защиту Алена. -- Можно и походить с формами один день...
   Василина не одобрила это странное Аленино желание, но вслух решила ничего не говорить. В конце концов, человек сам волен делать то, что ему хочется, даже если окружающие считают это глупостью.
   -- А еще наши платья могут согревать зимой и остужать летом, и в дождь они не промокают, -- сказала Алена, словно стараясь перевести тему разговора в несколько другое русло. -- Ткань не портится, не рвется и не тускнеет, так что можете носить платья годами. Но таких платьев я вам еще много сошью, поэтому необходимость носить одно и то же платье целую вечность отпадет.
   Сестры горячо обняли Алену и поблагодарили за чудесные подарки, пообещав, что они в долгу не останутся и их подарки уже не за горами.
  
   ***
   В воздухе парили разноцветные огни, всюду были спрятаны подарки-сюрпризы. Среди конфет, шоколадок и леденцов можно было найти подарки и позначительнее. Больше всех нашла такие вещи, конечно же, смекалистая и догадливая Василина, ей попалась скатерть-самобранка, волшебная дудочка и шапка-невидимка.
   -- Ну и подарков ты нахапала! -- присвистнула Маня, восхищенно разглядывая чудо-вещички. -- Теперь можно есть, не выходя из комнаты.
   Она одела шапку-невидимку. Сначала исчезла только голова с довольной улыбкой до ушей, а затем и все тело. Невидимым воришкой Маня пошла незаметно отбирать всякие вкусности из рук юдов, потом взяла волшебную дудочку и, как говорится, задудела во всю мощь. Как ни странно, из дудочки полилась красивая мелодия, хоть на ней играл и не профессиональный флейтист. Чем сильнее флейтист дул в дудочку, тем зажигательнее она пела попсовые хиты, под которые все, включая домовых, павлинов и котов, пустились в пляс против своей воли. Пуще всех отплясывала Баба Яга. Вдоволь навесилившись и вогнав плясунов в пот усталости, Маня заткнула дудочку за пояс и вернулась к сестрам, которые переводили дух.
   -- Кстати, я позаимствовала с учительского банкетного стола клюковку и медовуху,-- гордо заявила Маня, блеснув озорством в глазах.
   -- А что это такое? -- спросила Алена, наблюдая как Маня наливает всем в стаканы какой-то напиток из кувшина.
   -- Это нам для веселья!
   -- Клюковка - это настойка на водке, градусов сорок, если не больше, -- пояснила Василина. В ее голосе отчетливо слышались нотки неодобрения. -- А медовуха - тоже алкогольный напиток, только не такой крепкий. Но подозреваю, что и от медовухи голова может поехать.
   Алена с Маней выпили по глотку, в горле запекло. Заметив пропажу питья, Марья Царевна взмахнула рукой, строго глядя на покрасневшую от стыдливого жара Маню, и кувшины с медовухой и клюковкой полетели обратно к банкетному столу. Маня быстро допила свою медовушку, пока еще и кружки не успели отобрать.
   -- Жаль, клюковку не попробовали.
   Василина укоризненно посмотрела на Маню.
   -- Кстати, я у шапки-невидимки такую особенность обнаружила: если надеть ее на ногу, исчезнет только нога, если на руку - только рука, а если одеть ее только на самую макушку, то исчезнет только голова, -- Маня с азартом показала все эти ужасы без ноги, руки и головы.
   Марья Царевна попросила минутку внимания, и в зале постепенно воцарилась тишина. Свое слово взял Мороз:
   -- Вы знаете, как я люблю творить чудеса! Особенно в Новый Год. И сегодня я приготовил для вас кое-что интересное. Надеюсь, вы оцените мое... мм... шоу!
   Мороз стукнул волшебным посохом, и юды обнаружили, как зал начинает исчезать. Испарились стены, под ногами вместо паркета образовалась снежная площадка. Наконец, все осознали, что находятся на улице, на том месте, где стоит Терем, только Терема уже не было.
   Мороз снова стукнул посохом, и юды оказались выстроенными по кругу, внутри которого образовалась лужица. Лужица росла, росла и превратилась в озеро, которое тут же покрылось льдом. Зазвучала классическая музыка. Василина определила, что это что-то из Чайковского. На озере появились худенькие балерины в белых пачках и пуантах. Они стали танцевать на льду, грациозно выполняя балетные па. Когда балерины закончили танцевать, они исчезли, и на их месте появились фигуристы и фигуристки, выделывающие невероятные трюки на коньках.
   Мороз вновь стукнул посохом, и озера как не бывало. После второго стука посохом вырос ледяной терем. Он был точно такой же, как и настоящий Терем, но только весь изо льда. Где-то лед был прозрачным, где-то переливался всеми цветами радуги. Мороз последний раз стукнул посохом, и на небе заплясали, закружились звезды. Где-то громко пробили часы. Раз, два, три... БОМ!
   -- С НОВЫМ ГОДОМ! -- закричал во весь голос Мороз и устроил грандиозный фейерверк.
   Толпа радостно завопила "У-Р-Р-А-А-А!" и все принялись обниматься и поздравлять друг друга с Новым Годом. Но на этом праздник не закончился. Юдов ждали подарки и новогодняя вечеринка. Терем продолжал оставаться ледяным, на удивление лед был не очень холодный и совсем не скользкий. Дети быстрее всех разобрали подарки под елкой и стали носиться по всему Терему, играя в салки и прятки. А для всех, кто был постарше, Марья Царевна устроила дискотеку. Она щелкнула пальцами: в зале погас свет, включилась заводная музыка - и зал превратился в модный ночной клуб. Самые смелые тут же стали танцевать и зажигать. Через некоторое время к ним присоединились и все остальные, включая Маню. Алена с Василиной предпочли постоять в сторонке. К ним подошла Марья Царевна.
   -- За то, что вы стойко и мужественно прошли испытания, выпавшие на вашу долю, я хочу наградить вас...
   В руках Марьи Царевны появилась коробка в подарочной бумаге. Она протянула ее Василине.
   -- Осторожно, не разбей, -- предупредила Марья Царевна.
   Алене, как и Василине, было жутко любопытно, что же в коробке, но они решили открыть ее позже.
   -- Марья Царевна, можно задать вам один нескромный вопрос? -- спросила Василина.
   -- Конечно.
   -- Почему вы не даете нам новых заданий? Мы очень хотим в Юдо и, кажется, имеем все шансы попасть на остров, но вы как будто не спешите принять нас.
   -- Я знала, что рано или поздно вы спросите об этом, -- слегка улыбнулась Марья Царевна. -- Причина проста: я хочу уберечь вас от злых сил... пока. Да, вам многое уже по силам и вы прекрасно показали себя, но я хочу, чтобы наставники еще поработали с вами какое-то время, прежде, чем мы выпустим вас на поле боя. Понимаете, кому много дано, с того много и спросится. Я хочу сказать, что на вас нечисть будет нападать в два раза чаще, чем на кого бы то ни было из юд, а значит, вы должны быть подготовлены в два раза лучше.
   Василина не стала задавать дальнейших вопросов - и так было все предельно ясно, однако же что-то теребило ее душу. У нее сложилось впечатление, где-то на очень глубоком уровне подсознания и интуиции, будто Марья Царевна что-то недоговаривает.
   Правительница Юдо улыбнулась девочкам и отошла в сторону к другим ребятам.
   -- Ох, у меня есть для вас подарочек, -- заохал Мороз, внезапно появившийся рядом.
   Он порылся в алом, бархатном мешке, таская всюду его с собой и одаривая тех, кому не досталось подарка под елкой. С добродушным, раскрасневшимся лицом он вытащил маленькие, игрушечные санки, дунул на них, и они на глазах стали делаться больше, пока не укрупнились до своего нормального размера. Нормальным размером считались сани, в которых могли уместиться три человека, сидя, естественно.
   -- Вот, -- сказал Мороз, довольно поглаживая бороду, -- это быстроходные сани. Сам мастерил.
   Маня, заметив раздачу подарков, подскочила к Морозу и оценивающе осмотрела деревянные сани с блестящими полозками и изрекла:
   -- Эта громадина займет у нас полкомнаты.
   -- Ну раз вы довольны, расскажите мне за подарок стишок или спойте песенку, -- весело сверкая маленькими глазками из под густых бровей, сказал Мороз.
   -- Ну уж нет, -- запротестовала Василина. -- Мы уже не маленькие, чтобы рассказывать стишки и петь песенки.
   -- Тогда не дам сани, -- обиделся Мороз и сделал вид, будто собирается снова дунуть на сани, чтобы они уменьшились.
   -- Нет, не надо! -- воскликнула Алена, зная, что Мане очень захочется покататься на таких санях, а лишить сестру этого удовольствия из-за своего стеснения ей не позволит совесть. -- Давайте я спою...
   Мороз махнул посохом, чтобы зажечь в зале свет и остановить музыку.
   -- Минуточку внимания! -- произнес он громогласно и уселся на стул, невесть откуда взявшийся под ним.
   Мороз с ожиданием посмотрел на Алену, которая никак не думала, что петь ей придется на виду у всех. Она робко шагнула к нему, оглянувшись на Василину, нашла подбадривание в ее глазах и присела к Морозу на колени, как в детском садике. Алена никогда раньше не пела на публике, ей было страшно, что над ней, над ее пением или внешним видом все будут смеяться. Но как только она примостила свое филейное место на дедушкины коленки и запела первую строчку, волнение, от которого еще секунду назад тряслось все внутри, куда-то пропало. Строчка за строчкой ее голос звучал увереннее и громче. Зрители, очарованные ее пением, замерли на месте, затаив дыхание. Когда Алена закончила петь, раздались бурные аплодисменты, и одна ярая поклонница подскочила к ней с возмущенными воплями:
   -- Почему ты не говорила, что поешь?! -- Это была Маня.
   Довольно улыбаясь, Мороз продолжил дискотеку.
   -- Я брала уроки пения у Василисы Прекрасной, -- сказала Алена. -- Всегда хотела петь и выступать, но как-то стеснялась... даже вам не решалась сказать, что занимаюсь вокалом...
   -- Стеснялась она, у тебя же природный дар! Почему бы нам не устроить выступление как-нибудь? -- загорелась идеей Маня. -- Ты бы пела, я бы исполняла акробатические трюки, а Василина... хм... Василин, тебе мы тоже что-нибудь придумаем, не переживай.
   Василина в общем-то и не переживала, она не особо любила участвовать в творческой самодеятельности, но Манину идею поддержала.
   Танцевальная музыка резко сменилась медленной романтичной песней. Спустя несколько секунд образовались парочки, которые стали исполнять медленные танцы.
   Алена увидела, как Олег пригласил какую-то девушку на танец, но танцевал он так неуклюже, что девушка пожалела о своем согласии потанцевать с ним. В паре с девушкой танцевал неподалеку и Руслан. Маня махнула ему и показала большой палец, что означало ее одобрение. Алена загрустила. Февраль, наигравшийся в снежки с детьми, зашел в зал, огляделся и, заметив грустную Алену, подошел к ней.
   -- Позвольте пригласить вас на танец! -- сказал он, протягивая Алене руку. Она тут же ожила и охотно шагнула к нему.
   -- Ты говорил мне, чтобы я не привязывалась к тебе, а сам пригласил меня на танец...
   -- Потому что не хотел, чтобы ты грустила...
   -- Да поставь ты эту коробку на подоконник! -- сказала Маня Василине, до сих пор продолжавшей держать коробку в руках, от чего выглядела смешно и нелепо.
   Маня забрала подарок и водрузила его на подоконник, попутно придвинув ногой сани к стене, об которые успели запнуться уже несколько человек, включая саму Маню.
   К девочкам подошли Дек и Ян. Дек предложил Мане потанцевать и, услышав ее охотное согласие, взял за руку и повел на середину зала. Оставшись наедине с Яном, Василина испытала неловкость.
   -- Как дела? -- спросил Ян, не найдя сказать ничего более вразумительного.
   -- Да, вот, вещи охраняю...
   -- Может, тоже пойдем потанцуем?
   -- Я... не умею.
   -- То есть это отказ?
   -- Да... то есть нет!
   Ян, смущаясь, положил Василине руки на талию, а она с такой же степенью смущения приобняла его за шею. Они сделали всего пару шагов и покачиваний, как кончилась медленная музыка.
   -- Ну вот, я же говорю, мне не везет с девушками, -- нервно засмеялся Ян.
   -- Все равно спасибо за танец. Эти два шага были незабываемы.
   Они оба рассмеялись, и напряжение разом спало.
   Вечеринка закончилась, все стали выходить из зала. Кто-то уже выдохся и хотел спать, кто-то возбужденно обсуждал праздник. Маня несла сани перед собой, из-за чего не видела никого на своем пути, натыкалась на людей, сбивая их с ног и цепляясь полозьями за кофты. Когда сестры вышли на улицу, Василина задумчиво произнесла:
   -- И все-таки мне кажется странным, что Марья Царевна оттягивает с посвящением нас в Юды...
   Сестры не знали, что сказать на это, поэтому несколько минут они шли молча. К девочкам подскочил Олег.
   -- Странно, что вас до сих пор не взяли в Юдо, вы же такие... могущественные, -- сказал он с издевкой, и Манино лицо тут же приобрело гневные очертания. Никому не нравится, когда посторонний лезет к тебе с замечаниями, в которых ты и сам отдаешь себе отчет.
   -- На это могут быть разные причины, но какой бы ни была причина, это не должно никого волновать, -- сухо сказала Василина.
   -- Я не хотел вас обидеть, наоборот хотел пожалеть... -- фальшиво соврал Олег. -- Вам, наверное, трудно разрываться между интернатом и Юдо...
   -- Поскольку мы могущественные, нам не тяжело, -- фыркнула Маня.
   -- О, кстати, классные сани!
   В Маниной голове тут же загорелась лампочка: "Самое время опробовать эту штуковину!". Маня опустила сани и села в них, подумав о том, как было бы здорово прокатиться с большой скоростью. Сани оказались восприимчивы к желаниям и, мгновенно сорвавшись с места, бешено помчались далеко вперед.
   -- Все, укатила, -- заключил Олег.
  
   ***
   Алена не спеша сняла бант, аккуратно вспорола ножницами коробку.
   -- Пока ты откроешь, мы уже состаримся, -- съязвила Маня.
   Подарком оказался круглый аквариум. В прозрачной водичке, такой прозрачной, что не было видно ни краев, ни ряби, вальяжно плавала Золотая Рыбка, казалось, девочек она совсем не видит.
   -- Ух, ты! Вау! -- почти разом ахнули сестры.
   -- Кажется, она из тех, что выращивает Руслана, -- заметила Василина. -- Насколько я знаю, рыбка исполняет всего три желания. Значит, каждая из нас может загадать только одно желание...
   -- А срок годности у рыбы какой? -- Маня покосилась на Василину. -- Ну что я такого сказала? Рыба она и есть рыба, хоть золотая, хоть простая. А, ты про срок годности. Ну я ж не знаю, прямо сейчас надо загадывать или можно через год. Вдруг ее волшебные свойства ограничены по времени?
   -- Ты еще спроси, прилагается ли к ней инструкция по применению.
   Инструкция по применению действительно прилагалась, в виде надписей, которые стали появляться на аквариуме.
   "Золотая Рыбка-одноневка. Исполнит три любых желания, загадать их нужно сегодня, после чего Рыбка исчезнет".
   -- Как мало времени на придумывание желания, -- огорчилась Василина. -- Я даже и не знаю, чего бы мне хотелось больше всего... Нужно тщательно продумать свое желание, четко его сформулировать и изложить, иначе получишь не совсем то, о чем мечтал.
   -- А ты отключи мозги и включи сердце, -- совершенно искренне посоветовала Маня и, наткнувшись на колючий взгляд Василины, пояснила. -- Чем больше будешь думать, тем больше запутаешься в собственных желаниях. Иногда нужно действовать спонтанно, по зову сердца, без тщательнейших обдумываний.
   -- Я все-таки пойду прогуляюсь, подумаю.
   Василиса ушла думать на улицу. Свежий воздух всегда помогал ей в этом лучше всего.
   Алена встала на колени перед столом, аквариум оказался как раз напротив ее лица. Глядя рыбке в глаза, она загадала свое самое заветное желание, над которым и думать не нужно было, оно давно жило в ее сердце:
   -- Рыбка, прошу тебя, пусть наша мама окажется жива, пусть она найдется.
   Золотая Рыбка кивнула, ярко блеснув золотым опылением. Алена незаметно улыбнулась ей уголками губ. Спустя некоторое время свое желание загадала Маня. Она пожелала, чтобы ее физическая сила увеличилась раза в два. Последней желание загадывала Василина, вернувшаяся с прогулки через час: "Хочу встретить парня своей мечты, хочу познать с ним любовь". Эти слова она произнесла про себя, оставив сестер в неведении.
   Когда девочки проснулись на утро, Золотой Рыбки уже не было, ровно как и Николашки, который, видимо, улетучился по своим шумным делам.
   -- Я так поняла, рыба исполняет желание не сразу, -- нахмуренно разглядывая и общупывая себя в поисках великой силы, произнесла Маня. Ни особых мышц, ни чего-то сверхъестественного она не заметила, не почувствовала.
   В комнате объявился Николашка и к удивлению всех стал складывать свои вещи в пакет.
   -- Николаш, а ты чего нос повесил? -- озабоченно спросила Алена.
   -- Да так... -- он пробормотал что-то невнятное себе под нос.
   -- Я не поняла, ты куда это собрался? -- Маня поставила руки в боки и вопросительно посмотрела на барабашку.
   -- Я вынужден покинуть вас... Теперь у меня будет новый дом... -- с грустью пролепетал Николашка, не поднимая головы, чтобы девочки не увидели его слез.
   -- Это еще почему? Чем наша комната тебя не устраивает? Я, конечно, понимаю... это не хоромы, но...
   -- Вам я больше не нужен. Вы давно стали вести себя очень прилежно, и у меня отпала необходимость буянить. А без буянства, я теряю жизненные силы.
   -- Ты, что, правда, собираешься уйти?.. Может, мы тебя чем-то обидели? -- спросила Алена беспокойным голосом, присев рядом с ним на колени.
   -- Николашка, это твое решение или тебе кто-то приказал? -- поинтересовалась Василина, догадываясь, что здесь что-то нечисто.
   -- Я еще не могу самостоятельно выбирать себе дом, за меня это решают в Союзе Домашних Духов.
   Маня упала на колени и крепко сжала Николашку в объятьях.
   -- Барабашечка, я тебя никуда не пущу! Я обращусь в этот Союз, я... вытрясу из них всю душу!
   Маня смахивала слезы и целовала Николашку с такой горячей любовью, с какой любящие матери целуют своих детей.
   -- Я не могу остаться... И в Союз тебе не попасть, потому что ты человек, в Союз могут пройти только домашние духи...
   -- Тогда я снова буду плохо себя вести, чтобы тебя оставили у нас!
   Николашка ничего на это не ответил, лишь вздохнул и поднял голову.
   -- Я вас никогда не забуду...
   Барабашка несколько раз вздохнул, взял пакет и испарился, оставив девочек тосковать по нему, вытирая слезы из уголков глаз.
   Казалось, что этот день траура уже никто и ничто не изменит. Девочки ходили расстроенные и изредка перекидывались словами на бытовые темы. Маня даже оделась во все черное по случаю ухода Николашки. Но громом грянуло неожиданное известие, которая принесла с собой вечером Роза Васильевна. Вот уж кого-кого, а ее девочки никак не ожидали увидеть в интернате.
   -- Я глядела в тарелку... -- беспокойно сказала Роза Васильевна. -- Глядела, глядела, пока в ней не показалась ваша мать! Она была скована огромными цепями в темнице. Изнеможденная, худая, ужасно замученная, без пальцев на руках и без ног... Я знаю, что это за место... Кощеево подземелье.
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
  
 Ваша оценка:
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Гатаулин "Вирусапиенс" Е.Звездная "Хелл.Обучение наемницы" Е.Малиновская "Демон-хранитель. Сделка" А.Флим "Я - лорд звездной империи" А.Кувайкова "Друзей не выбирают. Эпизод 1" А.Вербицкий "Испытания на прочность" И.Сафина "Принц для роскошной женщины" А.Илларионова "Оборотни Его Величества" М.Князев "Полный набор-5. Бог Дракон" А.Баренберг "Вторым делом самолеты. Выйти из тени Сталина!" В.Гвор "Прорыв выживших. Враждебные земли" Ю.Скуркис "Роковое наследие" А.Радов "Изгой: Начало пути" В.Горъ "Граф-3. Клинок его Величества" В.Хватов "Ядерная осень" А.Валерьев "Объект Родина" В.Коротин "Броненосцы победы" Я.Денисенко "Закон сильного" О.Виноградова "Непристойное предложение" М.Михеев "Путь домой" Е.Никольская "Мой огненный и снежный зверь" О.Шовкуненко "Оружейник-2. Бой без правил" В.Поляков "Чернокнижник" О.Говда "Рыцарь" Ю.Иванович "Лиходеи Апокалипсиса" Н.Кузьмина "Летящая против ветра" В.Поселягин "Я - истребитель"

Как попасть в этoт список

Сайт - "Художники"
Доска об'явлений "Книги"