Знакомство с циклом, как и обычно, начала не с начала. Попалось мне в руки "Крещение огнем", а оказалось, что это середина приключений Геральда. Как же я потом искала все остальные! Не люблю за это книги-циклы (пусть даже неплохие) и обожаю за это книги-циклы (если они отличные). Теперь у меня книги разных издательств, разных форматов и шрифтов. И любовно в одном ряду они не смотрятся. А хочется. Вот чтобы глянуть мимоходом и на душе сразу: "Мое, любимое, могу взять и почитать".
Сказать, что Сапковский нравится, значит не сказать ничего. Интерпретация детских сказок в его исполнении сначала удивляет: "Зачем он так со сказками-то", а потом затягивает своей житейской философией. Реальной, жестокой, но с внутреннем светом.
"- В каждой сказке есть крупица истины. Любовь и кровь. В них могучая сила. Маги и ученые не первый год ломают себе над этим головы, но поняли только одно...
- Что, Геральд? Что?
- Любовь должна быть истинной."
У Сапковского все встает с ног на голову. Эльфы прекрасны, но страшны, дриады величавы, но жестоки, краснолюды грязны и добры, люди... люди как всегда, борются за свою жизнь и кошелек, и ищут себя, свое место в окружающем мире. И только дракон такой, как и должен быть. Самый красивый. И девочка Цири, маленькое Дитя Предназначения, как и положено быть маленькой девочке, взрослеющая и познающая мир. Только вот познает она мир с кровью. Как своей, так и чужой.
Книги жестоки, но на грани. Эта грань не позволяет отторгнуть повествование, а только добавляет сюжету реальности жизни, так, как и должно быть.
А речь?! Мне нравятся у Сапковского диалоги и не воспринимаемая в реальной жизни ругань в устах героев. Не однообразно правильные или притворно народные. Красочные обороты, их многообразие и виртуозность. Они реальны в устах Геральда и Йеннифэр, Калантэ и Лютика, Цири и краснолюдов, особенно у последних.
Конец потряс. Прямо таки сразил, вверг в отчаянье, хотелось забросить книгу подальше. Не забросила. Начала читать сначала. Может быть я чего-то не поняла, где-то скрылась разгадка, а я ее пропустила, перелистнув по привычку какую-либо из батальных сцен. Что мне красивые слова о правильном хэппиэнде. Никогда я еще не была так расстроена окончанием книги. Конец меня однозначно не устраивал.
Через время, не скажу, что остынув, я раскрыла рассказы Сапковского, не ища ничего и не надеясь, а просто отдавая дань автору. И наткнулась на рассказ "Что-то кончится, что-то начнется". Бальзам на рану. Охлаждающий и благотворный. И пусть не дан ответ, что это - все-таки жизнь или конец, сон или реальность? Но это то завершение, которое я принимаю. Принимаю с благодарностью к автору за его Творение.
"Башня шутов"
О, новая книга Сапковского в нашем магазине! О, да это же "Башня шутов", та самая, которую так ждали, которая в Архивах в рейтинге читаемости. О, да она первая из цикла! Такая удача выпадает не часто. Так рассуждала я два месяца назад. Два месяца назад я начала ее читать. Сегодня дочитала. Или домучила. Скорее второе.
Первая глава - и сразу шок. Это история или фэнтези? Или это латино-немецко-польско-французск-русский словарь? Или пособие по теологии? И не религиозный ли это вообще-то трактат? Зачем это? Да, читая, я вспоминаю замечания Васильева, вспоминаю его слова об аналитическом взгляде критика. Вслед за Дж.Мартином в Мире Семи Королевств я не рассмотрела за жестокостью фэнтезийного Мира, так похожего на наш, средневековый, Мира Просвещения. И здесь, в "Башне шутов" как раз есть и то и другое. И книга - это встречи весьма просвещенных людей. Герои книги - школяр и епископ, узник и инквизитор - они образованны. И не только теология - главный предмет их бесед и споров. Тут и астрономия с математикой, и алхимия с медициной. Да и поэтов здесь знают и чтят. А чего стоит изобретение нового способа печатания книг. И вслед за этим взгляд через века и обрисовка будущего книгоиздания. А уж сколько языков тут звучит, в самом центре Европы - и не передать.
И в тоже время эта книга - противостояние, борьба очень жестоких людей. Да, они все по своему умны, эти персонажи. И как они воют за свои убеждения. Каждый по своему, у каждого своя правда. "Все на этом свете творится под лозунгом борьбы за правду. И хоть обычно о разных правдах идет речь, выигрывает на этом только одна - истинная".
Одна правда - католиков. Другая - папистов. И для одних - это способ сделать карьеру, для других награбить и уйти. И вопрос веры тут только на словах. Кому какое до нее есть дело. "Крестовый поход - это большая война. А на большой войне люди шибче богатеют". Вот и вся мораль. И идти сражаться не за веру, а с тем, кто больше платит. Как сражаться? Да как угодно. Извечное: цель оправдывает средства. Кто не со мной, тот против меня. Все равно конец один. Что с той стороны, что с другой - убийство, пытки и костер. Убить человека? Да нечего делать. А если невиновного? А там уж Бог с ним разберется сам.
Эх, вымышленный Мир Геральда и Цири был интереснее, чем реальный исторический мир Рейневана. Да, это красиво, литературно красиво, но на мой взгляд, на мой вкус, Сапковский переступил ту грань, на которой держалась красота и своеобразие Мира Геральда. В "Башне шутов" все опошлилось, стало отталкивать.
Что все-таки заставило дочитать? Дань уважения к Автору? Или все же стремление узнать до конца, как же выпутается главный герой из очередной передряги. А передрягам не видно конца. Герой знает, что попадется в руки к врагам. Но упорно лезет в пасть ко львам. Что это? Тупость, прикрытая красивыми фразами, о том, что отвратительна мысль ему о подлости и ничтожестве духа? И если нет, то что же тогда?
А дело в Любви. У Сапковского, как и цикле о Геральде, среди всего ужаса бытия опять звучит эта тема. Да, она порой опошлена в устах героев. Но среди всего этого проскальзывает: "У любви много имен. Любовь. Спасет жизнь, когда ты даже знать не будешь, что это сделала именно она. Ибо много имен у Богини. А еще больше - обличий"
И в этом мире не все негодяи и фанатики. Есть друг Шарлей. Впрочем, не друг он, нет. Так, сопровождает Рейневана он по поручению. Но если не друг, то почему не может бросить его, сославшись на ослиное упрямство подопечного. А он упорно вытаскивает его из всех его злоключений, где хитростью, ведь этот герой откровенно плутоват, а где и немалой силой и боевыми умениями. И не смотри, что он монах.
Жестока книга, но нет-нет, да и появится в повествовании человек, как будто и не от мира сего. Человечный. "Почему я, добрый христианин и католическое духовное лицо, должен взять на телегу жида? Проститутку? И бродягу? Потому что я был бы последним чулем, если б вас не взял"
И все же, фэнтези это или нет? Ведь магическое здесь определенно есть. Но это не приближает книгу к фэнтези. Кажется наоборот, история приближается к фэнтези. Почему бы этого не могло быть? "Сущее - не только substantia, Сущее - это одновременно accidens, нечто происходящее непреднамеренно... Порой магически... Магическое же в человеке стремится к слиянию с магическим во вселенной."
Читать? Что ж можно. Вдумавшись, серьезно подготовившись. Быть может, да нет, скорее всего, и знания языков совсем не повредит. Но я не хочу. Будет продолжение цикла? Увольте, уже без меня.