Имя Фамилия Отчество: другие произведения.

Наши поэты

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:

Конкурсы: Киберпанк Попаданцы. 10000р участнику!

Конкурсы романов на Author.Today
Женские Истории на ПродаМан
Рeклaмa
Оценка: 3.62*9  Ваша оценка:

  
  
  Вильям Шекспир
  
  Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж
  Достоинство, что просит подаянья.
  Над простотой глумящуюся ложь,
  Ничтожество в роскошном одеянье.
  И совершенству ложный приговор,
  И девственность, поруганную грубо,
  И неуместной почести позор,
  И мощь в плену у немощи беззубой,
  И прямоту, что глупостью слывет,
  И глупость в маске мудреца, пророка,
  И вдохновения зажатый рот,
  И праведность на службе у порока,
  
  Всё мерзостно, что вижу я вокруг,
  Но как тебя покинуть, милый друг?
  ******
  
  Александр Пушкин
  
  Хоть тяжело подчас в ней бремя,
  Телега на ходу легка;
  Ямщик лихой, седое Время,
  Везет, не слезет с облучка.
  С утра садимся мы в телегу,
  Мы рады голову сломать,
  И, презирая лень и негу,
  Кричим: "Пошел, ... мать!"
  Но в полдень нет уж той отваги,
  Порастрясло нас; нам страшней
  И косогоры, и овраги,
  Кричим: "полегче, дуралей!"
  Катит по-прежнему телега,
  Под вечер мы привыкли к ней
  И дремля едем до ночлега.
  А Время гонит лошадей.
  ******
  
  Христос воскрес, моя Ревекка!
  Сегодня, следуя душой
  Закону бога-человека,
  С тобой целуюсь, ангел мой.
  А завтра к вере Моисея
  За поцелуй я не робея
  Готов, еврейка, приступить -
  И даже то тебе вручить,
  Чем можно верного еврея
  От православных отличить.
  ******
  
  К кастрату раз пришел скрыпач,
  Он был бедняк, а тот богач.
  "Смотри", - сказал певец безм...ый,
  "Мои алмазы, изумруды -
  Я их от скуки разбирал.
  А! Кстати, брат, " - он продолжал,
  "Когда тебе бывает скучно,
  Ты что творишь, сказать прошу?"
  В ответ бедняга простодушно:
  "Я? Я... себе чешу".
  
  Саша Чеpный
  Гоpодская сказка
  Пpофиль тоньше камеи,
  Глаза как спелые сливы,
  Шея белее лилии,
  И стан как у леди Годивы.
  Деву с душою бездонной,
  Как пеpвая скpипка оpкестpа,
  Hедаpом пpозвали мадонной
  Медички шестого семестpа.
  Пpишел к мадонне филолог,
  Фаддей Симеонович Смяткин.
  Pассказ мой будет недолог:
  Филолог влюбился по пятки.
  Влюбился жестоко и сpазу
  В глаза ее, губы и уши,
  Цедил за фpазою фpазу,
  Томился, как pыба на суше.
  Хотелось быть ее чашкой,
  Бpатом ее или теткой,
  Ее эмалевой пpяжкой
  И даже зубной ее щеткой!..
  "Устали, Ваpваpа Петpовна?
  О, как дpожат ваши pучки!"-
  Шепнул филолог любовно,
  А в сеpдце вонзились колючки.
  "Устала. Вскpывала студента:
  Тpуп был жиpный и дpяблый.
  Холод... Сталь инстpумента.
  Pуки, конечно, иззябли.
  Потом у Калинкина моста
  Смотpела своих венеpичек.
  Устала, их было до ста.
  Что с вами? Вы ищете спичек?
  Спички лежат на окошке.
  Hу, вот. Веpнулась обpатно,
  Вынула почки у кошки
  И зашила ее аккуpатно.
  Затем мне с подpугой достались
  Пpепаpаты гнилой пуповины.
  Потом... Был скучный анализ:
  Выделенье в моче мочевины...
  Ах, я! Пpошу извиненья:
  Я pоль хозяйки забыла -
  Коллега! Возьмите ваpенья,-
  Сама сегодня ваpила".
  Фаддей Симеонович Смяткин
  Сказал беззвучно: "Спасибо!"
  А в гоpле ком кисло-сладкий
  Бился как в неводе pыба.
  Hе хотелось быть ее чашкой,
  Hи бpатом ее, ни теткой,
  Hи ее эмалевой пpяжкой,
  Hи зубной ее щеткой!
  
  Евгений Евтушенко.
  Баллада о Большой Печати.
  
  На берегах дремучих ленских,
  Во власти глаз певучих женских,
  От приключений деревенских
  Поприустав в конце концов,
  Амура баловень везучий,
  Я изучил на всякий случай
  Терминологию скопцов!
  Когда от вашего хозяйства
  Отхватят вам лишь только что-то,
  То это, как ни убивайся,
  Всего лишь малая печать;
  Засим идет Печать Большая,
  Когда, ничем вам не мешая,
  И плоть, и душу воскрешая,
  В штанах простор и благодать...
  Итак, начну свою балладку.
  Скажу вначале, для порядку,
  Что жил один лентяй Самсон;
  В мышленье - общая отсталость,
  В работе - полная усталость,
  Но кое-что в штанах болталось,
  И этим был доволен он.
  Диапазон его был мощен:
  Любил в хлевах, канавах, рощах,
  Соломе, сене, тракторах;
  Срывался сев, срывалась дойка,
  Рыдала Лизка, выла Зойка,
  А наш Самсон бессонный бойко
  Работал, словно маслобойка,
  На спиртоводочных парах.
  Но рядом с нищим тем колхозом
  Сверхисторическим курьезом
  Трудились впрок трудом тверезым
  Единоличники-скопцы,
  Сплошные старческие рожи,
  Они нуждались не в одеже,
  А в перспективной молодежи,
  Из коей вырастут надежи,
  За дело правое борцы!
  И пропищал скопец верховный:
  "Забудь, Самсон, свой мир греховный,
  Наш мир безгрешный возлюбя!
  Я эту штучку враз оттяпну,
  И столько времени внезапно
  Свободным станет у тебя!
  Дадим тебе, мой друг болезный,
  Избу под крышею железной,
  Коня, коров, коней, крольчих
  И тыщу новыми - довольно? -
  Лишь эту малость я безбольно
  Стерильным ножичком - чик-чик!"
  Самсон ума еще не пропил.
  Был у него знакомый опер,
  И, как советский человек,
  Самсон к нему: "Товарищ орган!
  Я сектой вражеской издерган!
  Разоблачить их надо всех!"
  Встал опер, свой наган сжимая:
  "Что доказать скопцы желают?
  Что плох устройством белый свет?
  "А может" - мысль пришла тревожно -
  "Что жить без органов возможно?!"
  И был суров его ответ:
  "У нас, в стране Советской - нет!"
  В избе, укрытой темным бором,
  Скопцы, сойдясь на тайный форум,
  Колоратурно пели хором,
  Когда для блага всей страны
  Самсон, доносчик простодушный,
  При чьей-то помощи радушной,
  Сымал торжественно штаны.
  И повели Самсона нежно
  Под хор, поющий безмятежно,
  Туда, где в ладане густом
  Стоял нестрашный
  скромный стульчик,
  Простым-простой, без всяких штучек
  И без сидения притом
  (Оставлю это на потом)
  И появился старикашка,
  Усохший, будто бы какашка,
  Самсону выдав полстакашка,
  Он прогнусил: "Мужайсь, родной!"
  Поставил на пол брус точильный
  И ну точить свой нож стерильный
  С такой улыбочкой умильной,
  Как будто детский врач зубной...
  Самсон решил, момент почуя:
  "Когда шагнет ко мне, вскочу я
  И заору что было сил!"
  Но кто-то, вкрадчивей китайца,
  Открыв подполье, с криком: "Кайся!"
  Враз отхватил ему и что-то,
  И вообще все отхватил!
  И наш Самсон, как полусонный,
  Рукой нащупал, потрясенный,
  Там, где когда-то было то,
  Чем он, как орденом, гордился
  И чем так творчески трудился,
  Сплошное ровное ничто.
  И возопил Самсон ужасно,
  Но было все теперь напрасно,
  На нем лежала безучастно
  Печать Большая, знак судьбы,
  И по плечу его похлопал
  Разоблачивший секту опер:
  "Без жертв, товарищ, нет борьбы!"
  Так Справедливость, как Далила,
  Самсону нечто удалила,
  Баллладка вас не утомила?
  Чтоб эти строки, как намек,
  Здесь никого не оскорбили,
  Скажите: вас не оскопили?
  А может, вам и невдомек?
  ******
  
  Владимир Высоцкий
  Подумаешь, с женой не очень ладно ...
  Подумаешь, неважно с головой ...
  Подумаешь, ограбили в парадном ...
  Скажи еще спасибо, что живой!
  Ну что ж такого - мучает саркома?
  Ну что ж такого - начался запой?
  Ну что ж такого - выгнали из дома?
  Скажи еще спасибо, что живой ...
  Плевать - партнер по покеру дал дуба,
  Плевать, что снится ночью домовой,
  Плевать - соседи выбили два зуба -
  Скажи еще спасибо, что живой!
  Да ладно, да уснул вчера в опилках,
  Да ладно - в челюсть врезали ногой,
  Да ладно - потащили на носилках -
  Скажи еще спасибо, что живой!
  Да, знаю, тот, кто хочет, тот и может,
  Да знаю - сам виновен - бог со мной!
  Да, знаю, но одно меня тревожит:
  Кому сказать спасибо, что живой?!
  ******
  
  Сон мне снится, вот те на:
  Гроб среди квартиры,
  А на моих похоронах
  Съехались вампиры,
  Стали речи говорить,
  Все про долголетье,
  Кровь сосать решили погодить:
  Вкусное на третье ...
  В гроб вогнали кое-как,
  А самый сильный вурдалак
  Все взвизгивал и всовывал
  И плотно утрамбовывал,
  Сопел, с натуги сплевывал
  И желтый клык высовывал ...
  Очень бойкий упырек
  Стукнул по колену,
  Подогнал и под шумок
  Надкусил мне вену,
  А умудренный кровосос
  Встал у изголовья
  И очень вдохновенно произнес
  Речь про полнокровье ....
  И их почетный караул
  Для приличия всплакнул,
  Но я чую взглядов серию
  На сонную мою артерию,
  А если кто пронзит артерию,
  Мне этот знак грозит потерею...
  Но вурдаки встали в круг,
  Да куда вас к черту?
  Ведь я же вижу, что вокруг -
  Значит, я не мертвый!
  Ну, яду капнули в вино,
  Ну, а вы набросились,
  Опоить меня решили, но
  Опростоволосились,
  А тот, кто в зелье губы клал,
  И в самом деле дуба дал,
  Ну, а мне, как рвотное,
  То зелье приворотное,
  Потому как здоровье у меня добротное
  И закусил отраву плотно я ...
  Так почему же я лежу,
  Дурака валяю?
  Ну почему, к примеру, не заржу
  И их не напугаю?
  Ведь я б их мог прогнать давно
  Выходкою смелою,
  Мне бы встать, пошевелиться, но
  Глупостей не делаю ...
  Безопасный, как червяк,
  Я лежу, а вурдалак,
  Вот гляди: со стаканом носится,
  Сейчас наверняка набросится,
  Еще один на шею косится -
  Ну, гад, он у меня напросится!
  Кровожадно вопия,
  Высунули жалы,
  И кровиночка моя
  Полилась в бокалы...
  Да погодите, сам налью,
  Да знаю, знаю, вкусная!
  Ну нате, пейте кровь мою,
  Кровососы гнусные ...
  А сам и мышцы не напряг
  И не попытался сжать кулак,
  Потому что, кто не напрягается...
  Тот и никогда не просыпается,
  И гораздо меньше подвергается
  И гораздо дольше сохраняется ...
  Вот мурашки по спине
  Смертные крадутся.
  Ах, до чего неловко мне,
  Плюнуть что ль, проснуться?
  Что, сказать, чего боюсь? -
  А виденья тянутся ....
  ДА ТОГО, ЧТО Я ПРОСНУСЬ,
  А ОНИ ОСТАНУТСЯ!
  ******
  
  Владимир Леви
  
  ...А потом ты опять один.
  Умывается утро на старом мосту,
  Вот там, где фонтан как будто
  И будто бы вправду мост,
  А за ним уступ
  И как будто облако,
  Это можно себе представить, хотя
  Это облако и на самом деле,
  То самое, на котором мысли твои улетели,
  В самом деле летят...
  ******
  Я есмь - не знающий последствий
  Слепорожденый инструмент,
  Машина безымянных бедствий,
  Фантом бессовестных легенд,
  
  Поступок, бешеная птица,
  Слова, отравленная снедь,
  Нельзя, нельзя остановиться,
  А пробудиться - это смерть.
  
  Я есмь - сознание. Как только
  Уразумею, что творю,
  Взлечу в хохочущих осколках
  И в адском пламени сгорю.
  
  Я есмь - огонь вселенской муки,
  Пожар последнего стыда,
  Мои обугленные руки
  Построят ваши города.
  ******
  Кто ты такой? Незанятое место.
  Сквозняк. Несвязных образов поток.
  Симфония без нот и без оркестра.
  Случайный взгляд. Затоптанный цветок.
  
  Толпа сырая собственной персоной:
  Слияние святого, подлеца
  И сироты - под оболочкой сонной
  Потертого гражданского лица.
  
  А глаз твоих седых никто не видит,
  И тело это как бы не твое,
  И душит чья-то боль, и бьет навылет
  Чужих зрачков двуствольное ружье.
  
  Как важно знать, что ничего не значишь,
  Что будучи при всем, ты ни при чем,
  Что душу превратил в открытый настежь
  Гостиный двор с потерянным ключом.
  
  Кто здесь не ночевал, кто не питался,
  Кто не грешил? Давно потерян счет.
  А скольких ты укоренить пытался,
  Уверенный, что срок не истечет?
  
  Казалось иногда, что жизнь приснится -
  Еще чуть-чуть, и сам себя простишь,
  Но сны в глаза вонзались, как в ресницы,
  Когда под ветром на горе стоишь,
  
  И мчались облака, летели дроги
  Сквозь мельтешение знаков путевых,
  И гнал толпу всесильный Бог Дороги,
  Не отличая мертвых от живых.
  ******
  Вселенная горит. Агония огня
  Рождает сонмы солнц и бешенство небес.
  Я думал: ну и что ж. Решают без меня.
  Я тихий вскрик во мгле. Я пепел, я исчез.
  Сородичи рычат и гадят на цветы,
  Кругом утробный гул и обезьяний смех.
  Кому какая блажь, что сгинем я и ты?
  На чем испечь пирог соединенья всех,
  Когда и у святых нет власти над собой?
  Непостижима жизнь, неумолима смерть,
  А искру над костром, что мы зовем судьбой,
  Нельзя ни уловить, ни даже рассмотреть...
  
  Все так, ты говорил - и я ползу, как тля,
  Не ведая куда. Среди паучьих гнезд,
  Но чересчур глупа красавица Земля,
  Чтоб я поверить мог в незаселенность звезд.
  
  Мы в мире не одни. Бессмысленно гадать,
  Чей глаз глядит сквозь мрак на наш ночной содом,
  Но если видит он - не может не страдать,
  Не может не любить, не мучиться стыдом...
  Вселенная горит. В агонии огня
  Смеются сонмы солнц, и каждое кричит,
  Что не окончен мир, что мы ему родня,
  И чей-то капилляр тобой кровоточит...
  
  Мы в мире не одни. Вселенная плывет
  Сквозь мрак и пустоту - и, как не назови,
  Нас кто-то угадал. Вселенная живет,
  Вселенная летит со скоростью любви.
  ******
  Она так близко иногда.
  Она так вкрадчиво тверда.
  Посмотрит вверх. Посмотрит вниз.
  Ее букварь составлен из
  Одних шипящих.
  Разлуки старшая сестра.
  Вдова погасшего костра.
  Ей бесконечно догорать.
  Ей интересно выбирать
  Неподходящих.
  Пощупай там, пощупай здесь.
  Приткнись. Под косточку залезь.
  Там пустота, там чернота.
  Обхват змеиного хвоста:
  Не шевельнешься.
  А если втянешься в глаза,
  Вот в эти впадины и за,
  То не вернешься.
  ******
  Любовь измеряется мерой прощения,
  Привязанность - болью прощания,
  А ненависть - силой того отвращения,
  С которой мы помним свои обещания.
  
  Я снова бреду по заброшенной улице
  На мыс, где прибой по-змеиному молится,
  Качая права, и, пока не расколется,
  Качать продолжает, рычит, алкоголится,
  
  И пьяные волны мычат и тусуются,
  Гогочут, ревут, друг на друга бросаются,
  
  Как толпы поэтов, не втиснутых в сборники,
  Не принятых в члены, но призванных в дворники.
  Стихия сегодня гуляет в наморднике,
  Душа и природа не соприкасаются.
  
  Любовь измеряется мерой прощения,
  Привязанность - болью прощания,
  А совесть, как требует упрощение,
  Всего лишь с собою сами совещание.
  
  Засохшие кеды, скелеты консервные,
  Бутылки, газеты четырежды скверные,
  Ах, люди, какие вы все-таки нервные,
  Как много осталось несъеденной прелести
  На взгляд воробья - и как мало беспечности.
  Модерные звуки как платья распороты,
  А старые скромно подкрасили бороды
  И прячутся в храме - единственном в городе
  Музее огарков распроданной вечности.
  Сегодня органный концерт - возвращение
  Забытого займа, узор завещания.
  Любовь измеряется мерой прощения,
  Привязанность - болью прощания.
  ******
  Я долго убивал свою любовь.
  Оставим рифмы фирменным эстетам -
  Не "кровь", не "вновь" и даже не "свекровь",
  Не ядом, не кинжалом, не кастетом.
  Нет, я повел себя, как дилетант,
  Хотя и знал, что смысла нет ни малости
  Вязать петлю, как карнавальный бант,
  Что лучше сразу придушить из жалости.
  Какой резон ребенка закалять,
  Когда он изначально болен смертью?
  Гуманней было сразу расстрелять,
  Но я тянул, я вдохновенно медлил
  И как- то по частям спускал курок,
  В позорном малодушии надеясь,
  Что скучный господин по кличке Рок
  Еще подбросит свежую идею.
  Но старый скряга под шумок заснул,
  Любовь меж тем росла, как человечек,
  Опустошала верности казну,
  И казнь сложилась их сплошных осечек.
  Звенел курок, и уходила цель,
  И было неудобно догадаться,
  Что я веду с самим собой дуэль,
  Что мой противник не желает драться.
  Я волновался. Выстрел жил лет пять,
  Закрыв глаза и шевеля губами...
  Чему смеешься? - Рифмы нет опять,
  И очередь большая за гробами.
  ******
  Резво, лазорево, розово
  Резали зеркало озера
  Весла, плескаясь в блеске.
  Руны, буруны, бурлески...
  Следом за ними ныряло
  Солнца изображение,
  В борт не волна ударяла -
  Волноопровержение -
  Розово, резво, лазорево
  Мчались удары обратно,
  Разорванными узорами
  Расходясь безвозвратно.
  Лодка-двухместка,
  Ласты и леска,
  Лето и лес впереди.
  Песня и пляска
  Блеска и плеска -
  Господи, погляди!
  ******
  Сыч сидит на ветке,
  Кушает таблетки.
  Из-за мракобесия
  У него депрессия.
  Подлетела совушка:
  "Я, бедняга, вдовушка -
  Не возьмешь ли замуж?
  Я тебе воздам уж!"
  Сыч разинул оба глаза:
  "Убирайся вон, зараза!
  Прочь, летучая змея
  С лупоглазой рожей!
  Мне депрессия моя
  В тыщу раз дороже!"
  ******
  Дождь вышел в должности вождя,
  Дошел до жил, до лужи дожил,
  Нежданно помер, не щадя,
  Воскрес, афише плюнул в рожу,
  Одумался, отождествился
  С прекраснодушным божеством,
  От земноводья отчуждился,
  Восстал воздушным дождеством,
  Пошел, приподымая юбки,
  По дальним крышам, возроптал
  И в виде дружеской уступки
  Себя в гражданственность втоптал:
  Глядите, бог ваш под ногами,
  Законом сим приободрясь,
  Мелите чушь, месите грязь,
  И пусть ведет вас вождь с рогами!
  ******
  Офонарелая Венера
  Сияла в небе, как фанера.
  Осатанелый соловей
  Швырял форшлаги из ветвей.
  В фонтане плакали лягушки.
  Корабль надежды шел ко дну.
  Я целовал твои веснушки,
  Как дирижер, через одну.
  А над заливистым пожаром
  Огнетушитель - Млечный Путь -
  В восторге вечно моложавом
  Кого-то вел куда-нибудь.
  ******
  В напряженке, в мандражовине
  Раскрутил свою подспудину,
  И в большой нетерпежовине
  Хвать за хвост ее, паскудину!
  Навалил невпроворотину,
  Задымил, заистережился,
  Блинарем на сковородине
  Перенедоискорежился...
  
  Ни к чему такая выкладка,
  Знаю сам, кругом халтурина,
  Но такая уж привыкладка,
  Такова моя натурина.
  
  Пообедамши без ужину,
  Медитнул на всю катушину,
  Ковырякал подноготину,
  До седьмого до компотину,
  Заастралился в экстазину -
  Исподвыдавил рассказину:
  Шукшинягу! Левтолстовину!
  Мопассанхемингуевину!
  Шедеврюгу! Гениалину!
  И понес ее в журналину...
  Отзыв слестницыбросательный:
  Вторсырье. Исподражательство.
  Современной запросятины
  Недоперевыражательство.
  Выкидон. Заруб. Отказница.
  Непройдоха. Невструевина.
  Всеравновина, безразница,
  Гонорарина плюевина...
  Ночью, легши на матрасину,
  Голосильник мне почудился:
  Захренятину внапрасину
  Ты писатиной подспудился?
  Мух давил с редакторятиной,
  Претерпячил рецензилище,
  Интуикал всей фибрятиной,
  Расхристячивал фибрилище?
  Не побрить тебя небритвою,
  Не обмыть неумывалище,
  За какие за грехитьтвою
  Распинался в распиналище?
  
  В общем, братцы, я спузырился.
  Психоёкнулся. Завралился.
  Вглупаря перефуфырился
  И зазряйно обастралился...
  ******
  Тем, кто путь свой знает, помогают боги.
  Встретились однажды на большой дороге
  Молодой разбойник с саблей востроносой
  И тщедушный, старый, сморщенный философ.
  И сказал разбойник: - Знаешь ли, премудрый,
  Как получше встретить завтрашнее утро?
  Жалко мне глядеть на стоптанное тело.
  Жить тебе давно уж, видно, надоело?
  - Всех казнит природа, - произнес философ,
  - Но в делах священных важен срок и способ,
  Как в хорошей песне правильная нота.
  Выбор варианта - тонкая работа.
  - Всех казнит Природа, - возразил разбойник, -
  Но какая тонкость, если ты покойник?
  Парень я ленивый, но тебе, как другу,
  Окажу, пожалуй, грубую услугу.
  Хочешь ли повиснуть, поболтав мозгами,
  Или в воду рыбкой, а на шею камень?
  Прикажи - прирежу. Разреши - пристукну,
  Придушу, как мышку, а потом мяукну?"
  - Всех казнит Природа, - повторил философ, -
  Но в незрелых мыслях много перекосов.
  Делай, что умеешь. Делай, не смущайся,
  Но сперва с ногой моею попрощайся.
  Так сказав, премудрый, вдруг подпрыгнул ловко,
  Кхек! - и отлетела темная головка.
  В ад пошел разбойник, в рай - учитель строгий.
  Тем, кто путь свой знает, помогают боги.
  ******
  
  Г. Остер
  
  Бейте палками лягушек.
  Это очень интересно.
  Отрывайте крылья мухам,
  Пусть побегают пешком.
  Тренируйтесь ежедневно,
  И наступит день счастливый -
  Вас в какое-нибудь царство
  Примут главным палачом.
  
  Если ты пришел на Ёлку,
  Свой подарок требуй сразу,
  Да гляди, чтоб ни конфеты
  Не зажилил Дед Мороз.
  И не вздумай беззаботно
  Приносить домой остатки.
  Как наскочат папа с мамой -
  Половину отберут.
  
  Если вы еще не твердо
  В жизни выбрали дорогу
  И не знаете, с чего бы
  Трудовой свой путь начать,
  Бейте лампочки в подъездах -
  Люди скажут вам спасибо,
  Вы поможете народу
  Электричество беречь.
  
  Решил подраться - выбирай
  Того, кто послабей,
  А сильный может сдачи дать,
  Зачем тебе она?
  Чем младше тот, кого ты бьешь,
  Тем сердцу веселей
  Глядеть, как плачет он, кричит
  И мамочку зовет.
  Но если вдруг за малыша
  Вступился кто-нибудь,
  Беги, кричи и громко плачь
  И мамочку зови.
  
  От куренья можно маму
  Отучить буквально за день,
  Если утром сигареты
  Окунуть в ночной горшок.
  
  Если ты при виде школы
  Весь дрожишь от жажды знаний,
  Заходи! Тебе учитель
  Обязательно нальет.
  
  В наше время может каждый
  Очень быстро заработать,
  Все теперь зависит только
  От тебя от самого,
  Хочешь сразу заработать?
  Подключись к электросети
  Или пару батареек
  В уши вставь и пожужжи.
  
  Если новый сервиз
  На двенадцать персон
  Не вмещается полностью
  В старый буфет,
  Подбери инструмент,
  Закатай рукава...
  И скорее избавься
  От лишних персон.
  
  Чистоплотные люди
  Не меняют носки.
  Им противно руками
  Трогать грязную вещь.
  И не надо их трогать,
  Постепенно носки
  Тихо сами истлеют
  И от ног отпадут.
  
  От знакомых уходя,
  Не забудьте попрощаться,
  Если так и не простят,
  Можете пожать плечами.
  Ну, подумаешь, диван
  Кетчупом у них облился,
  Вы же кетчуп не в диван -
  На свою тарелку лили.
  Ну, немножко по ковру
  Растоптались баклажаны,
  Неужели же ковер
  Им дороже человека?
  А вареньем на стене
  Вы картин не рисовали,
  Им на память вы свое
  Написали только имя.
  Вот салаты со стола
  Вы действительно столкнули.
  Но ведь это не со зла,
  А нечаянно - локтями.
  Телевизор им ломать
  Вы, конечно, не хотели,
  Он у них и так-то был
  Не особенно хороший.
  И по зеркалу мячом
  Не попали вы ни разу,
  С длинной трещиной оно
  Было с самого начала.
  И следов на потолке
  Вы нигде не оставляли,
  Это вы ботинок свой
  Побросали вверх немножко.
  И компьютерную мышь
  Вы котенку не дарили,
  Просто дали поиграть
  Ненадолго и с возвратом.
  И с балкона телефон
  На прохожих не кидали.
  Он на улицу упал,
  Потому что был тяжелый.
  И ногами в торт никто
  Наступать не собирался,
  Просто нужно было вам
  С люстры снять
  Воздушный шарик.
  Кто же думал, что она
  Так непрочно прицепилась...
  Надо было укреплять,
  Вот она б и не упала
  На пожарных, когда те
  Вдруг в окошко прибежали,
  Чтобы вешалку тушить
  Возле двери в коридоре.
  Там на вешалке пальто
  Вы ничьи не поджигали,
  Просто так, для красоты,
  Свечки вставили в карманы.
  В туалете молотком
  Вы бачок не разбивали.
  Это был не молоток,
  А бутылка с чем-то синим.
  Очень скользкая она
  Почему-то оказалась,
  Вот поэтому у них
  Унитаз и раскололся
  А к обидчивым таким
  И злопамятным знакомым
  Вы и сами никогда
  Больше в гости не ходите.
  
  Дмитрий Быков.
  Пригородная электричка.
  
  В пригородной электричке,
  Грязной, мерзлой, нежилой
  Озираю по привычке
  Лица едущих со мной.
  Вот у двери мерзнет шлюха -
  Запахнула пальтецо,
  Отрешенная старуха
  Солит серое яйцо;
  Некто углубился в чтенье
  ("Труд", вторая полоса);
  Лыжница от ожиренья
  Хочет убежать в леса...
  Парень в рыжем полушубке,
  Лет примерно двадцати,
  Обнимает девку в юбке
  Типа "Господи, прости..."
  Ненавижу приоткрытость
  Этих пухлых вялых губ,
  Эту чахлую небритость,
  Эти ноги, этот чуб,
  Ненавижу эту руку
  На податливом плече!
  Эту скуку, эту суку
  Ненавижу вообще!
  Подмосковные пейзажи!
  Вы мучительны весной!
  Над кустарником и даже
  Над полоскою лесной
  Дух безлюдья, неуюта,
  Скука, пустота, печаль...
  Если он и мил кому-то,
  То волкам, и то едва ль!
  Городишко за чертою
  Пригородной глух и нем,
  С ним согласен нищетою
  Посоперничать Гарлем!
  В этих ветках оголенных
  И на улицах пустых
  Горечь ветров раскаленных
  И степей необжитых.
  Одинокий призрак стога,
  Почерневшие дома...
  И железная дорога
  Безысходна и пряма.
  Ветер носит клочья дыма,
  Бьется в стекла, гнет кусты,
  Носит пачку с маркой "Прима"
  И газетные листы,
  Носит мусор всей эпохи,
  Носит мысли всех голов,
  Недособранные крохи
  С недоглоданных столов,
  И бумажку от конфеты,
  Выцветшую от дождей,
  И счастливые портреты
  Звезд, героев и вождей,
  И пластмассовые вилки,
  И присохшие куски,
  Корки, косточки, обмылки
  И дырявые носки,
  Отлетевшие подметки,
  Оброненные рубли,
  Тени, призраки, ошметки
  Чьих-то ползаний в пыли,
  Непристойные картинки,
  Смех, троллейбусный билет,
  Прошлогодние снежинки
  И окурки сигарет...
  Выдох на последнем слоге,
  Вдох, и выдох, и опять...
  Уберите ваши ноги!
  Дайте голову поднять!
  ******
  
  Евгений Ицкович (Москва)
  Я чужой для тяжёлой шрапнели
  Чёрных окон, глядящих наружу,
  Марширую в широкой шинели
  По живым распластавшимся лужам.
  
  Я живой, и от этого страшен
  Ужас мёртвых оконных провалов,
  Он лежит между башен и скважин
  В тишине опустевших кварталов.
  
  Я ли день, я ли ночь, я ли карта
  В перепутанной ветром колоде?..
  По дымящимся лестницам марта
  Я иду, разодетый по моде.
  ******
  Приди, мыслительное лето,
  Обильем скороспелых трав,
  Зимы бесcилие поправ
  Высокородной силой света!
  Под миром, тварей окрылив,
  Даруй мучение стихами!
  Я весь в цветеньи с потрохами -
  Единовременен и жив.
  
  Сойди, огонь семизапретный,
  Дай обрести заветный жар!
  Я - всеобъемлемый, я - шар,
  Я есмь и трепетный и смертный!..
  ******
  Бабушка труп несет собачий,
  Девочка на качелях плачет,
  Тошнит пожилого на вид мужчину,
  Солдат козыряет пьяному чину;
  Полные сумки у магазина,
  В мусорной куче лежит корзина;
  От теплой клоаки струится пар,
  "Скорая помощь" врезалась в бар...
  Сопли и грязь смешав со слезами,
  Гляжу на мир молодыми глазами!
  ******
  Агата
  Нас толкнули - мы упали,
  Нас подняли - мы пошли,
  Мы и строить помогали,
  И разрушить помогли.
  Если надо, значит надо:
  Курсу - падать, саду - цвесть,
  И под грохот канонады
  Мы ответим дружно: "Есть!"
  Хоть работать без зарплаты,
  Хоть духами торговать,
  Хоть в наемные солдаты,
  Хоть бордели открывать!
  Мы не то еще покажем,
  Если требует момент,
  Ночевать на рельсы ляжем!
  Хочешь с нами, Президент?
  ******
  Таис
  Как часто Славою поэта
  Бываем мы покорены
  И черной зависти полны
  К судьбе, блеснувшей, как комета!
  Мы с детства слышим разговоры
  О том, как счастлив был поэт,
  Что он объездил целый свет
  И видел все моря и горы
  И что во многих странах мира
  На самых разных языках
  Звучать останется в веках
  Его взволнованная лира,
  И как легко ему живется
  (Или жилось) среди друзей,
  Что превратить свой дом в музей
  Ему, как в сказке, удается...
  И дальше все в таком же духе -
  Сплошные розы без шипов,
  К звучанию ж правдивых слов
  Мы недоверчивы и глухи,
  И ты хотел бы стать поэтом,
  И ты хотел стихи писать,
  Сердца людские потрясать
  Поэмой, песней и сонетом...
  Не верь, доверчивый читатель,
  Тем искусительным речам,
  И спи спокойно по ночам,
  Мой добродетельный мечтатель!
  Пусть никогда не потревожит
  Тоска души тяжелый сон,
  И твой угрюмый, тяжкий стон
  Земное горе не умножит!
  Поверь, мой друг, счастливый гений
  За свой блистательный успех
  Платил невидимо от всех
  Годами горя и сомнений!
  Знавал он с детства зимний холод,
  Осенний дождь и летний зной,
  Упорный труд в тиши ночной,
  И нищету, и стыд, и голод.
  И он изведал в полной мере
  Злословие толпы невежд
  Знал боль обманутых надежд
  И цену тяжкую потери.
  И он любил, как все мы любим
  В счастливые свои года,
  Но сохранил он навсегда
  То, что мы в молодости губим.
  Он жил и умер одиноким
  С душой, непонятой толпой,
  Убитый завистью слепой
  И равнодушием жестоким.
  Но только замер голос дивный,
  Пронесся звуков шумный рой,
  И слов фальшивых мишурой
  Украшен памятник наивный...
  Зачем я говорю об этом,
  Мой друг, нетрудно угадать:
  Никто не сможет стать Поэтом,
  Коль не научится страдать!
  ******
  Александр Левин
  
  Я предсказал, что умру зимой.
  Я предсказал, что умру весной.
  Я предсказал, что умру летом.
  Я предсказал, что умру осенью.
  
  Одно из двух: или я окажусь пророком,
  или я никогда не умру!
  
  У кого что болит,
  Тот того и инвалид.
  
  Чувствую близость еды в поместительной сумке соседа.
  Запах вареных яиц ощущаю смущенной душой!
  ******
  - Я хочу...
  - Хоти, хоти, но тихо, тихо...
  
  Москва! Как много в этом звуке:
  и эм, и о, и эс, и ква!
  ******
  Скучая в поисках случая,
  живя пешком без рюмки чая,
  печально головой качая,
  я долго думал как чего
  и стал загадочен и пылок,
  отпил из тысячи бутылок,
  чесал задумчиво затылок,
  но не придумал ничего!
  Стишие очень гениальное
  Я, испытатель мочалки,
  первооткрыватель банки селедки,
  по пыльной лысине мира
  гордо несу свою!!!
  Стишие из песни выкинутое
  Много нас!
  Счастливых много нас!
  Вот только много в нас г...а-с
  
  Заверните мне голого Васю
  В трехметровый партийный билет.
  Вася сможет стоять на атасе,
  Согревая в руке пистолет.
  Но в период больших потрясений
  Партбилет, словно лист, опадет,
  И, забывший, как выглядит Ленин,
  "Голый Вася!" воскликнет народ.
  
  Люблю талоны отоварить!
  Люблю чего-нибудь пожарить!
  Люблю, порой, бутылку сдать!
  Люблю газету почитать!
  Люблю я в партию вступить!
  Люблю я Родину любить!
  
  Толстый Василий
  Толстый Василий лежал на дому,
  Розовым носом спускаясь во тьму.
  Запахи лавра, лаванды и роз
  Толстый Василий имел через нос.
  
  Ах, Толстый Василий, твой дом на холме
  Розовым носом сияет во тьме.
  Великий надомник, сиятельный князь,
  Ты наш во тьме негасимый вась-вась.
  
  Толстый Василий лежал на полу,
  Розовый глаз растопырив во мглу.
  Горние выси, Тибет и Кавказ
  Толстый Василий видал через глаз.
  
  Ах, Толстый Василий, твой глаз на полу
  Розовым светом сияет во мглу.
  Великий смотритель божественных дел,
  Ты наш во мглу непрерывный глядел.
  
  Толстый Василий лежал на посту,
  Розовым ухом слыхал за версту.
  Шелест эфира, шуршание крыл
  Толстый Василий в ухо ловил.
  
  Ах, Толстый Василий всегда на посту,
  Розовым чем-нибудь бдит в темноту.
  Великий напостник, духовный отец,
  Ты наш во тьме путеводный звездец.
  
  Толстый Василий лежал на мосту,
  Розовым чем-то журчал в темноту...
  
  Зелёная охота
  Хомо-сцапиенс зелёный
  под кустом сидит зелёным
  и какого-либо хому
  ожидает на обед.
  Pуки-штуки напружинил,
  ноги-лапы приготовил,
  сабли-зубы растопырил,
  ухти-когти заголил.
  Хомы ходят по полянкам,
  в лес заходят неохотно,
  по тропинке к водопою
  в одиночку не хотят.
  Но известно всем, что хома -
  зверь стеснительный и скромный,
  что пописать и покакать
  ходит в лес по одному.
  Трудно-трудно неподвижно,
  рукти-ногти напружинив,
  полный цикл сидеть зелёным
  под каким-нибудь кустом.
  Так приятно быть в горошек
  синий с красным, или в ромбик,
  но охота есть охота,
  есть охота - так терпи!
  Наконец приходит хома,
  хома женская, большая,
  и как раз под нужный кустик
  приседает, молодец.
  О, охотничья удача!
  Хомо-сцапиенс зелёный
  вылетает, как зелёный,
  из зелёного куста,
  хому толстую хватает,
  сабли зубые вонзает,
  в нору тёмную волочит
  и съедает целиком.
  И четыре полных цикла
  он сидит в своей берлоге
  и себя в горошек лижет
  трёхметровым языком.
  ******
  В холодильнике хранится
  плавный дружеский сырок.
  И упорно в холодильник
  лезет синий сыркофаг.
  Вот сырок с бутылкой дружит,
  где налито молоко.
  Сыркофаг же в это время
  ищет дырку чтоб залезть.
  Вот сырок ведёт беседу
  с поэтичным творогом.
  А в дыру влезает синий
  от натуги сыркофаг.
  Вот сырок его боится,
  вот желает убежать.
  А в дыру уже пролезли
  сыркофаговы усы.
  "Помогите мне, бутылка
  молодого молока!" -
  бедным голосом страдает
  плавный дружеский сырок.
  "О, творог великодушный! -
  просит жалобный сырок, -
  угрожает поеданьем
  узкий вредный сыркофаг!"
  "Оснований, - отвечают, -
  для тревоги никаких!"
  А в дыру пролезли крюки,
  цапы, хлюпы, ущипцы.
  "В холодильник, - отвечают, -
  не проникнет сыркофаг!"
  Но упорно, блок за блоком,
  лезет жадный сыроед.
  Вот засунулись цепучки,
  шестерюшки и хвосты.
  Но никак не помогают
  молоко или творог.
  "Ой-ёй-ёй!" - сказав печально
  на прощание друзьям,
  эмигрирует в Израиль
  плавный дружеский сырок.
  ******
  Локомот
  Расставив ноги широко,
  стоит, набычась, локомот,
  густая тёплая вода
  по лбу его течёт.
  
  Пока открытые глаза
  дежурный скотник щёткой трёт,
  стоит уснулый локомот
  и долго что-то жрёт.
  
  Он жрёт пользительную смазь,
  пьёт липкий постоянный ток,
  пока не свистнет вдалеке
  неслышимый свисток.
  
  Тогда на кончиках рогов
  танцует белая искра,
  и, встрепенувшись, локомот
  съезжает со двора.
  
  И разгоняется, стуча
  копытами чугунных ног.
  но и бегущий локомот
  всё так же одинок.
  
  Бежит, пластаясь над землёй
  во весь свой стометровый рост,
  и бьётся по ветру за ним
  его железный хвост.
  
  Он слышит шелест впереди
  магнитных женских голосов,
  электротягою влеком
  на этот нежный зов.
  
  И глядя в яркие глаза
  на тёмный и пустынный путь,
  он толстым голосом мычит,
  завидя что-нибудь.
  ******
  Песня пpо поpшень
  В небе порхает поршень,
  кудрявый поршень,
  кусачий зверь,
  ищет свою подругу,
  красотку тачку он.
  Сядет на свод небесный
  и бьёт в хрустальную твердь:
  "А выйди, моя Маруся", -
  летит его лебединый стон.
  Тачка с точёной ручкой
  весёлой птичкой к нему летит,
  ластится и мурлычет,
  и нежно чешет его.
  Поршень кричит, как коршун,
  и страстно штангой блестит:
  "Ах, счастье быть с нею вместе:
  она прелестное существо!"
  Вот они сели в небо вить гнездо.
  Он таскает ей болты,
  арматуру и крепёж.
  А она нежной стружкой гнездо устелет,
  и будет не жизнь, а балдёж,
  в самом деле!
  Тачка снесла яичко -
  фанерный ящичек три шестьсот.
  Вылупился топор
  и топорщит перья.
  Папа гвоздей наловит:
  пусть наследник растёт:
  "Будь, Сёма, красив, как мама,
  и добродетелен будь, как я!"
  Вот топор научился
  лететь, как поршень,
  воздух надвое рассекать
  и усами шелестеть.
  Вот топор научился
  сидеть, как вор, и вежливым
  носом блестеть
  из засады...
  "Видишь, сынок, на небе
  висит красивенькое гнездо?
  Слышишь, сынок, зверюшки
  о чём-то дружно поют?
  Чуешь, сынок, как пахнет
  резиной и резедой?
  Это гармонь природы,
  это вечный её приют!
  В ней нет злодеев и уродов,
  в ней все прекрасны, все поют!"
  
  Петушка и кукух
  
  Как тяжёлая икота
  с верным веником в руках
  вылезает из болота
  накрахмаленный кукух
  Он когтями воду роет
  он зубами землю рвёт
  под крылами воздух воет
  в голове струится свет!
  Он проходит по деревне
  обрывая провода
  мужиков ногами топчет
  и хвостом стегает баб
  Он визжит как раскладушка
  что уже пришла пора
  и кровавая петушка
  вылетает из дыры
  А у ней как сковородка
  медный голос на огне
  и летит она как лодка
  и садится у окна
  и показывая всюду
  проницательным перстом
  волосатыми ногами
  отворяет ворота
  Он заходит улыбаясь
  как солёный огурец
  и поёт как бодрый заяц
  и как юный огород
  А петушка, как пастушка
  как железная мормышка
  как литровая рюмашка
  улыбается ему
  И они кричат друг другу
  обоюдное УPА
  он зовёт её подругой
  а она его петром
  он зовёт её красулей
  и манжетами стучит
  а она его папулей
  и вода с неё течёт
  И в сплошном оцепененье
  окружающий народ
  слышит скрежет и сопенье
  из соседнего двора
  и детишек держат бабы
  на испуганных руках
  и бормочет репродуктор
  как петушка и кукух
  Чучело тучи тянут по птичьему небу ветру навстречу,
  грозный который в шапке из волчьего снега поднял ружьё,
  коим сразить изготовился чучело птицы, по тросу скользящей,
  волчьим строгим зрачком её провожая в последний путь.
  
  То-то посыпятся перья от белого грома, трескучие перья,
  то-то гремучая чёрная дробь издырявит серый лоскут.
  Вскинет кулак победительно грозный охотник, чучело ветра,
  клацнет затвором, ружьё преломив, загудит сервомотор.
  
  Будет доволен и хитроумный механик, чучело Бога,
  владыка местной вселенной, ветра и волка, грома и птиц,
  точный и строгий включатель тайных моторов, скрытых защёлок,
  он запоёт, торжествуя, гордую песню. Бог промолчит.
  Леонид Каганов-РОМАНТИК
  Стихи о прекрасной даме
  (Сочинено в осеннем парке на скамейке. Иногда ножиком.)
  * * *
  Осень. Ветер дует.
  Я встречаюсь с дамой.
  Мне в тебе волнует,
  Что жилплощадь с мамой.
  * * *
  Осень душу гложет.
  И печаль нахлынула.
  Мне в тебе тревожит
  Что по морде двинула...
  * * *
  Осень листья валит,
  Из дерев растущие.
  Мне в тебе печалят
  Связи предыдущие.
  * * *
  Осень. Мрут цветочки.
  Пожелтела роща.
  Парню нашей дочки
  То-то будет теща!
  * * *
  Осень. Листья падают.
  Кошки на помойке.
  Мне в тебе не радует
  Все помимо койки.
  * * *
  ПОЭТ-ДЕПУТАТ
  (пишет стихи на заседаниях)
  * * *
  Хватит делать так, как прежде!
  Будет то же, что опять!
  Вся страна живет в надежде -
  Так давайте оправдать!
  * * *
  Голосуем восемь раз
  Не для развлечения -
  Значит не дошло до нас
  С первого прочтения.
  * * *
  Мы избрались в депутаты -
  Не для льготов и зарплаты!
  Ради долга одного!
  Но буфет здесь ничего.
  ПОЭТ-МИЛИЦИОНЕР
  • КНИГА ПЕРВАЯ
  О порядке
  * * *
  Правила порядка соблюдая,
  Чтобы все нормально,
  честь по чести,
  Ночевала тучка золотая
  В специально отведенном месте.
  * * *
  Во глубине сибирских руд
  Храните там чего попало,
  Но если оказались тут,
  Зарегистрируйте сначала!
  * * *
  Раз, два, три, четыре, пять -
  Вышел зайчик погулять.
  Снижена опасность риска,
  Если в паспорте прописка.
  * * *
  Я достаю из широких штанин,
  В которых гражданка одета,
  Восемь нормальных
  и двадцать один
  Запрещенных к ношенью предмета!
  КНИГА ВТОРАЯ
  Стихи прекрасной даме
  посвящается предъявительнице
  паспорта номер 5234452
  Однажды в нашем отделеньи
  Вы голая приснились мне.
  Я помню чудное мгновенье
  И рапорт написал жене.
  * * *
  посвящается предъявительнице
  паспорта номер 3213232
  Как хорошо нас было двое,
  Но я оделся и ушел.
  Я встречу вас и все былое
  Внесу подробно в протокол.
  * * *
  посвящается предъявительнице
  паспорта опять номер 5234452
  
  Я вас любил, любовь еще быть может
  В моей душе. А может быть, и нет.
  Но в вас меня по-прежнему тревожит:
  Прописка и ходьба на красный свет.
  КНИГА ТРЕТЬЯ
  Случаи на дежурствах
  НА СТРАЖЕ БЕЗОПАСНОСТИ
  Преступник шел,
  худое замышляя,
  Никто не мог его отговорить -
  Отговорила роща золотая,
  Ее за это будем наградить.
  ВСЕМ ТРУДНО
  Задержанным - младым
  и старым -
  Всегда даю намек простой:
  Скажи-ка дядя, ведь не даром
  Я отпущу тебя домой?
  БОЕВЫЕ БУДНИ
  Выхожу один я на дорогу,
  Заступая на дежурство тут.
  Нету никого - и слава богу.
  Значит меньше риска что побьют.
  СЛУЖЕБНЫЕ НАБЛЮДЕНИЯ
  Однажды в студеную зимнюю пору
  Я лыжника видел в процессе игры:
  Гляжу - поднимается
  медленно в гору,
  Гляжу - опускается
  быстро с горы.
  СИТУАЦИЯ
  Ночь. Улица. Фонарь. Аптека.
  Идут четыре человека.
  И если б я не шугани -
  Все это сперли бы они.
  О ПОРЯДКЕ НОЧЬЮ
  Ночью правила покоя
  Запрещают шум и свет.
  Буря мглою небо кроет -
  Буре можно, людям нет.
  О СЕБЕ
  Как много радостей я знаю!
  Но выделяю лишь двоих:
  Люблю грозу в начале мая
  И обыск рынков вещевых.
  О ЛИЧНОМ
  Среди миров, в сиянии светил
  С одной гражданкой я
  общался близко.
  Не потому что я ее любил,
  А просто чтоб московская прописка
  ПОЗАВЧЕРАШНИЙ СЛУЧАЙ
  На дежурстве скушно было,
  Развлекался кто как мог:
  Буря мглою небо крыла,
  Я ей голосом помог.
  ПРАВИЛО ОБЫСКА
  Если ценности на даче
  Ищет милиционер -
  Глупый пингвин робко прячет,
  Но не надо брать пример!
  О СЕКСЕ
  Женщин развращать преступно
  И безнравственно вполне:
  Им, гагарам недоступно,
  А доступно лишь жене.
  СВЕЧА
  Автолюбитель знать не мог,
  в чем было дело,
  А у него горел движок,
  свеча горела.
  Вокруг шоссе цвела морковь, гудели пчелы.
  И зэки пели про любовь
  из магнитолы.
  
  Он вез на дачу клавесин -
  жена велела.
  Он несся по шоссе один,
  свеча горела.
  Свеча пылала в "Жигулях",
  свеча смердила.
  Он думал - сено жгут в полях,
  ругал дебилов.
  
  Раздался взрыв. Вскипела кровь. Закрылись веки.
  Увяла от огня морковь.
  Умолкли зэки.
  У горизонта на шоссе
  упало тело.
  От свеч творятся беды все.
  Свеча горела...
  
  Менты пожарных позовут,
  огонь затушат.
  Врачи на органы возьмут
  глаза и уши.
  Останки тела по частям
  очертят мелом.
  Найдут причину, скажут: там
  свеча горела.
  
  Читатель! Ты прочел стишок
  и ждешь морали.
  Пока в порядке твой движок,
  крепи педали,
  Пока ты не похож на фарш,
  пока ты бодр -
  НА ТЕХОСМОТР ШАГОМ МАРШ!
  НА ТЕХОСМОТР!
  ******
  
  Бонифаций
  
  На столе стоит поллитра.
  За окошком снег растаял.
  Хорошо что я не Гитлер,
  И не Ленин, и не Сталин ...
  
  Полежатеньки
  О Катеньке
  Помечтатеньки
  
  Роскошныя туземки
  Встречаются в подземке
  
  Windows
  Усё уидноу-с
  Отличноу-с
  
  Ври
  В рифму.
  Вышибали старый клин,
  Заклинило и новый, блин...
  
  Писатель слова "..."
  Издатель слова "..."
  Читатель слова "..."
  
  Сергей Волков
  
  Играли в "гараж":
  Меняли колодки...
  Два ящика пива,
  Бутылочка водки.
  Рискованный трюк -
  Натяженье пружины.
  Пугающий звук
  Прямо из-под машины:
  Отдай молоток,
  Да бери пассатижи,
  Живее, браток!
  И держи здесь, пониже...
  Раздался хлопок!
  И обрывками троса
  Смело закусон
  И прибило барбоса...
  
  Игорь Иртеньев
  
  На Павелецкой-радиальной
  Средь ионических колонн
  Стоял мужчина идеальный
  И пил тройной одеколон.
  Он был заниженного роста,
  С лицом, похожим на кремень.
  Одет решительно и просто -
  Трусы, галоши и ремень.
  В нем все значение имело,
  Допрежь неведомое мне,
  А где-то музыка гремела
  И дети падали во сне.
  А он стоял - мужского рода
  В своем единственном числе,
  И непредвзятая свобода
  Горела на его челе...
  
  Однажды, в студеную летнюю пору,
  Я из дому вышел, был сильный бодун.
  Гляжу, подымается медленно в гору
  Их доллар зеленый у всех на виду.
  И я, рукавом вытираясь от пота,
  Подумал, натужно мозгами звеня:
  "Ну вот, наконец поднимается что-то,
  Но только вот жалко, что не у меня..."
  
  Игорь Иртеньев, Тамара Панферова, Даниель Акулинин
  Женщина долго не могла выйти замуж, наконец встретила мужчину - всем хорош: и умный, и красивый... Сидят в ресторане, он пытается ее развеселить и говорит: "Давай я тебе стихи почитаю". Она соглашется. Он читает:
  
  - Женщины носят чулки и колготки
  И равнодушны к проблемам культуры,
  Двадцать процентов из них - идиотки,
  Тридцать процентов - набитые дуры.
  Сорок процентов из них - психопатки -
  Это нам в сумме дает девяносто,
  Десять процентов имеем в остатке,
  Да и из этих-то выбрать не просто...
  Она в ответ:
  - Носят мужчины усы и бородки
  И обсуждают вопросы любые...
  Двадцать процентов из них - голубые,
  Сорок процентов - любители водки,
  Тридцать процентов из них - импотенты,
  У десяти с головой не в порядке -
  В сумме нам это дает сто процентов,
  И ничего не имеем в остатке...
  Он парирует:
  - Носите вы откровенные шмотки,
  И иногда вам приходится бриться...
  Сорок процентов фригидны без водки,
  Тридцать процентов - в поисках принца.
  Двадцать процентов из вас лесбиянки,
  Десять процентов - всем безотказны.
  Отсюда у нас голубые и пьянки,
  Но всех вас имеем, хоть это и грязно.
  
  Евгений Петропавловский
  Дню Победы посвящается...
  
  Отговорила роща золотая,
  И все покрыто палою листвой...
  Бутылки из-под листьев выгребая,
  Идет дедок с потрепанной сумой.
  Патрульно-постовой наряд не тронет
  Привычного, как дождик, старика;
  Порою на ходу смешок обронит
  Иной ханурик, выпивший слегка,
  Да пацаненок, чуждый пацифизма,
  Засунет пальцы в рот и засвистит,
  А дед плывет, как призрак коммунизма,
  И лишь себе под чоботы глядит...
  Снимите, люди, шляпы виновато,
  Когда шагает в сумерки герой:
  Он - в ранге Неизвестного солдата -
  Остановил фашиста под Москвой,
  Пред ним склонились Вена и Варшава,
  Ему сдалась в Берлине вражья рать...
  Он заслужил в стране родимой право -
  Себе на хлеб бутылки собирать.
  ...И он уходит в отблеск обветшалый.
  А в небе, не прощая ничего,
  Струится журавлиный клин усталый.
  И в том строю есть место для него.
  
  Надежда Соколова
  
  В облаках, где крылатые ангелы
  Свои песни поют от безделья,
  Ты хотел полетать, но не падая,
  И найти в синем небе спасения.
  И однажды с надеждою тайною
  Дотянуться руками до Солнца -
  На карниз... Руки-крылья расправил...
  Полетел из пустого оконца...
  Только ветер отвлекся, наверное,
  Не успел подхватить твоё тело,
  И упал ты на грешную землю,
  Но полёт был воистину смелым.
  Ты хотел оторваться от времени,
  От земли, позабытой богами,
  Только путь твой зачем-то измерили
  Высотой - десятью этажами.
  
  Разные
  
  О, примите меня в свой Союз!
  В этот мир поэтических асов.
  Я споил не одну сотню муз,
  Оседлал два десятка пегасов.
  Мне такое пройти довелось,
  Что не каждый сумел бы, ребята!
  Мне годами, друзья, не спалось,
  Чтоб такого достичь результата.
  Ну примите! Я очень прошу!
  Не убейте во мне тамплиера!
  Ну, хотите - лезгинку спляшу
  Или марш Мендельсона, к примеру.
  
  Я вообще на ощупь страшно нервный,
  Скромный и застенчивый до слез...
  Друг сказал, что от привычки скверной:
  "Пьешь, мол, без закуски, как матрос!"
  
  Ну, а я и есть матрос Вселенной!
  Мне любое дело по плечу!
  Стоит мне поддать, и я мгновенно
  Поплыву и даже полечу!
  
  Я не по изысканным салонам -
  Знал по подворотням этикет:
  "Южную" мешал с одеколоном -
  Это, братцы, фирменный букет!
  
  Если взять поллитру поллитуры
  И разбавить лаком для волос,
  Влить туда желудочной микстуры -
  С этого помрет и эскимос!
  
  Я же этим только для разгона
  По утрам желудок полоскал,
  Добавлял сто грамм одеколона
  И имел желаемый накал...
  
  Если взять флакон аэрозоли,
  Что от тараканов и клопов
  И добавить жидкость для мозолей,
  Капнуть капли три "Шанель" духов,
  Влить туда резинового клея
  И разбавить средством для ногтей -
  С этого и грузчики балдеют,
  Я же только вижу в темноте!
  ******
  
  Ты, братец, любишь Русь,
  Я ж не люблю, сарака!
  Ты, братец, патриот,
  А я себе собака.
  
  Ты, братец, любишь Русь,
  Как хлеб и кусень сала, -
  Я ж лаю каждый раз,
  Чтобы она не спала.
  
  Ты, братец, любишь Русь,
  Как пенистое пиво, -
  Я ж не люблю, как жнец
  Жары не любит в жниво.
  
  Ты, братец, любишь Русь -
  Как яркую картину.
  Я ж не люблю, как раб
  Не любит господина.
  
  Ведь твой патриотизм -
  Праздничная одежда,
  А мой - тяжелый труд,
  И робкая надежда.
  
  Ты любишь в ней князей,
  И власти упоенье -
  В моей в душе о ней
  Смертельное горенье.
  
  Ты любишь Русь - за то
  Тебе и честь, и шана,
  А для меня же Русь -
  Кровавая нирвана.
  
  Ты, братец, любишь Русь,
  Как алкоголь в крови -
  Я ж не люблю ее -
  От пламенной любви.
  
  О РОДИНЕ
  В лужах мерзость отражается небес,
  За окном туман скрывает дикий лес,
  Снигирей я не слыхал давным давно,
  Может передохли - мне уж все равно.
  Заяц скачет по поляне без ноги,
  Поломал ее он где-то о пеньки,
  Расстрелял охотник ночью соловья:
  Ну чего распелся серый, как свинья?
  Тухнет труп в овраге кабана.
  Чуешь запах? Это РОДИНА, Она!
  Нарисованы картины на заборе,
  Сетки паутины в коридоре,
  У соседей загорелся телевизор,
  Был в аптеке, там повесился провизор,
  Из мотора раздается звонкий стук,
  Паутину и в машине сплел паук,
  Дырка стала больше на носке,
  Без ботинок, нынче налегке,
  Мало пуговиц на драповом пальто.
  Кто пришьет их, может уж никто ...
  Шапка маловата, но тепла,
  Нету статуй, нету бабы, нет весла.
  ******
  Встаешь с утра на рваной раскладушке,
  И двигаешься к грязному окну.
  И видишь, в этой старой деревушке,
  Все движется увы пока ко дну.
  Попьешь чайку с сухою коркой хлеба,
  И снова ляжешь сладко спать.
  Лишь теплый дождь, который канул с неба,
  Помоет грязную кровать.
  Изба разрушена, давно слетела крыша,
  Зима шагает не спеша...
  Но он лежит, и некому сказать, что еле дышит,
  Что скоро вверх взлетит его душа...
  Закрыв глаза он слышит жалкий лепет птицы,
  И думает о прошлом иногда.
  В один холодный день, под тихий стон синицы,
  Закончит биться сердце навсегда...
  ******
  Весною снег в полях гниет,
  Кpасиво тpактоp yтопает,
  Коpова жалобно оpет,
  Ей гpязь в коpовнике мешает,
  Деpевья голые стоят,
  Глядишь, одно yже yпало,
  Дpyг дpyга бабы матеpят,
  И на дyше светлее стало...
  Летают клином жypавли
  Два дня подpяд, yже достали,
  А из оттаявшей земли
  Два тpyпа внешность показали...
  Люблю тебя, pодная Рyсь!
  Тебя все славили веками!
  В пpyдy плывет домашний гyсь
  И мальчик синий ввеpх коньками...
  Чистейший воздyх тyт и там
  Воняет жyтким пеpегаpом:
  В полях пpошел пастyх Иван
  И надышал своим yгаpом ...
  Уж птицы начали свистеть,
  Ментов в окpyге заглyшили,
  В лесy со сна оpет медведь:
  Емy беpлогy подпалили ...
  Чy! В поле стpаyс побежал ...
  А он-то здесь откyда взялся?!
  Пастyх обpатно пpоползал -
  Однако, здоpово нажpался...
  Из беpегов yшла pека
  И пол-деpевни затопила,
  В окне избы тоpчит pyка:
  Бpевном кого-то задавило ...
  Летит со свистом паpовоз,
  И слышно пассажиpов кpики:
  Летит кpасиво... Под откос -
  Там стpелочник шyтник великий ...
  Тебя, пpиpода, бyдy петь!
  Твои лyга полны навоза,
  В беpлоге догоpел медведь,
  Дымил не хyже паpовоза ...
  Hо все! Уже поpа кончать
  Сии дyшевные кyплеты,
  Веснy оставлю воспевать
  И бyдy ждать начала лета ...
  ЛЕТО
  Hа теплом солнце уж лежит
  Узлом завязанный, бедняга,
  По yлице малыш бежит,
  Пиная желтyю двоpнягy,
  Тpопинки пыльные вдали
  Пестpят коpовьими блинами,
  Ивана-пастyха несли
  Hа этот pаз впеpед ногами
  О, Рyсь, не счесть в твоих лесах
  Всех мин вpемен войны сypовой,
  Раздался гpом - и в небесах
  Уже паpит мyжик здоpовый.
  Жаpа. Колхозники в стpадy
  С похмелья жyткого стpадают,
  Кpичат лягyшки на пpyдy,
  Им дети лапы обpывают,
  По pечке лодка пpоплыла
  Ввеpх днищем. Ой, какая жалость,
  Цветочки девочка pвала -
  Тpавинки в поле не осталось,
  Вот стадо тyчное свиней
  Пpишло чесать бока к забоpy,
  Я на забоp намазал клей,
  Они отклеются нескоpо...
  Печально кладбище вдали
  Кpестами чеpными сияет,
  Там паpни девyшкам своим
  Свиданье в полночь назначают...
  Вот жеpебенок пpобежал
  Hа тpех ногах. Какое скотство!
  В лyгах баpан тpавy щипал,
  Пока не лопнyл от обжоpства.
  Чy! Дятел в деpеве застpял,
  Зато стyчать yже не сможет,
  Из ноpки сyслик вылетал,
  Во pжи кpаснела чья-то pожа:
  То наш поэт Семен лежит,
  Hапpавив взоp поэтский к небy,
  Пpошел комбайн по межи...
  Пpекpасная добавка к хлебy...
  Россия! Шиpь твоих полей
  Мyченья, кpики оглашают,
  То люди палками свиней
  От их забоpа отдиpают...
  Hy вот и все! Уже финал,
  Писать о лете нетy силы
  Пpизнаться, я yже yстал
  Скоpей бы осень настyпила...
  ОСЕHЬ
  Уже пожyхлый лист летит
  Из деpевенского клозетy,
  Hа пpоводах сквоpец сидит
  Как жаль: в деpевне тока нетy.
  Холодный дождик поливал
  Свиные тpyпы y забоpа,
  Пpохожий тyт же yтопал:
  Hавоза здесь скопились гоpы.
  Петyх невесело поет
  Под опытным ножом кyхаpки,
  И то, что солнышко встает
  Емy как меpтвомy пpипаpки.
  В хлевy коpовы сено жpyт,
  Воняет тyхлая солома,
  Hа поле люди свеклy pвyт
  Для пpоизводства самогона...
  О Рyсь, пpекpасная земля
  Мне плащ и бpюки залепила,
  Раздались кpики жypавля
  Его лисица задyшила
  Уже не блещет солнца лyч,
  Пyскай не блещет, мне до лампы,
  И под покpовом сеpых тyч
  Как pаньше, матеpятся бабы,
  Дyшевно, пьяные поют,
  Кpасиво надpывают глотки,
  В саpае овцы волка бьют:
  Я в коpм подлил бyтылкy водки.
  Теченье быстpое pеки
  Hа мысль о смеpти навевает,
  Уж потянyлись косяки -
  Их наpкоманы набивают.
  Чy! Кто-то жабy пpоглотил,
  Тепеpь вот квакает в желyдке
  Электpик Федоp ток пyстил...
  В сыpyю землю. Hy и шyтки!
  Вот на одной ноге стоит
  Hа самом гpязном, на болоте
  Hе цапля- пьяный инвалид
  Такое тоже пpоисходит.
  Глаза шиpоко пpиоткpыв,
  Любyюсь я pоссийским дивом:
  То овцы, волка замочив,
  Гypьбой отпpавились за пивом
  Однако, осень yж пpошла,
  И пеpвый снег в окошко бьется
  Hо, как бы скyка не бpала,
  А о зиме писать пpидется...
  ЗИМА
  Под белой шапкою снегов
  Лежит подохшая коpова,
  И тонкой коpочкою льдов
  Покpылся стоpож наш сypовый;
  Леса покpыты сеpебpом
  И дpyжным матом лесоpyбов,
  Вообще, покpыто все кpyгом:
  Покpыт был yчастковый Зyбов,
  И бpигадиp, и "Леспpомхоз"...
  Однако, хватит отвлекаться!
  Вот лошадь тащит в гоpy воз,
  Hе может, бедная, подняться,
  Hа лед копыта наpвались,
  И лошадь с миною печальной
  Скатилась за санями вниз...
  Я хохотал как неноpмальный ...
  Моpоз и вьюга. Снег в лицо
  Мyжик лопатою кидает;
  Замеpзшего пpyда кольцо
  Беззвyчно жеpтвy поджидает ...
  О, Рyсь! Моpозная стpана!
  Здесь даже чyкчи замеpзают!
  Стаpик Пpокопыч с бодyна
  Hожом стаpyхy pасчленяет;
  Вот мальчик с девочкой игpал,
  Снежками стекла все побили;
  Глyхаpь в сyгpобе ночевал,
  Пока ногой не pаздавили ...
  Чy! Гpоб с покойником летит,
  Хотя не летная погода,
  Пастyх Иван в гpобy сидит,
  Люблю я это вpемя года ...
  Искpится мягкий снег в полях,
  Два пpовода замкнyлось, pваных,
  Висят сосyльки на ветвях
  И паpа паpтизанов стаpых
  Вpемен последней Миpовой...
  Однако, хватит тyт чеpнyхи!
  Вдали звyчит пpотяжный вой:
  Hаш стоpож воет с голодyхи ...
  Люблю я шyтки детвоpы,
  Что возле леса веселилась:
  Там лошадь, бедная, с гоpы
  Уже в котоpый pаз катилась...
  И детский гам напомнил мне,
  О том, как надо pазвлекаться:
  Меня так тянет по лыжне
  Босой ногою пpобежаться ...
  
  
  ******
  Я всю жизнь в Рассее-матушке прожил,
  Мне другие страны тусклые да узкие -
  Скока раз мне били морду люди русские
  Скока раз я им хлебальники мозжил!
  Говорят все на чужбине улыбаются,
  Зубы белыя, как жемчуг-каменюка,
  Да на сердце спрятана змеюка -
  Потому мне басурмане и не нравятся.
  Любо горькую зажёвывать капусткою,
  А потом - в парильную истому...
  Скока раз мне били морду люди русские
  Но зато душевно, по-простому...
  ******
  Я пришёл сюда, так случилось
  В этом городе умерших снов
  Я живу, и промозглая сырость
  Душу съела до самых основ ...
  Днём на улицах люди, как трупы,
  Вечно пялят пустые глаза,
  И беззвучно шевелятся губы,
  Словно что-то желают сказать
  Ну, а ночью пяные твари
  Среди дурно пахнущих тел
  Собираются в дымном угаре
  Для свершения неправедных дел.
  Сему городу имя - Бездна,
  Это ясно не мне одному
  Но сражаться с ней бесполезно
  Так как власть отдана Ему.
  ******
  Стоит моя гитара у стены,
  Доносит ветер шепот струн невнятный.
  Гитара спит, гитара видит сны,
  И эти сны жестоки и понятны
  В тех красных снах горит в горах закат
  Визжит шрапнель, грохочет взрыв фугаса
  Свирепо матерится лейтенант,
  И кто-то сзади чехов кроет басом.
  А за окном осенний дождь шумит,
  И на погоду тихо ноют раны
  Гитара спит, она давно молчит,
  И в снах ее - фламенко, фуги, гаммы.
  Ах, если б взять ее крутой изгиб,
  Задеть струну и долго слушать звуки...
  Но между нами бой в Чечне лежит -
  В бою под Грозным я оставил руки.
  
  Ночью - радуга над домом,
  В августе снежок идет -
  Это просто глаукома
  Знать вам о себе дает.
  Если речи президента
  Поражают новизной,
  КВН и снег зимой,
  МРОТ, "Аншлаг" и Дед-Мороз,
  "Фабрики" - и звезд и грез,
  То секрет метаморфоз
  Прост: рассеяный склероз.
  
  МИРАЖИ ПРОШЛОГО
  Во дворе стояла липа
  Просто липа, а не типа
  Было чисто во дворе
  Не конкретно, а вполне
  Были мы тогда дурны
  Но не с помощью травы
  И трава была зеленой
  А не в ж ... привезенной
  Зелень радовала глаз
  Бакс тогда был не для нас...
  Голубыми были ели
  И крутыми были горы
  Было ль это в самом деле?
  Может, это глюк природы?
  
  ПРОФЕССИОНАЛ
  По возрасту мне, слава Богу, хватает сноровки.
  Я с первого взгляда прикину размеры веревки.
  Кому-то петля предназначена. Дела мне нету -
  Бродяге, убийце, политику или поэту...
  (За эти дела мне и платят большую монету.)
  Машу топором. От усердья становится жарко.
  Мне жертву мою, вы поверите, искренне жалко.
  А завтра ко мне препроводят другого кого-то...
  Машу топором. Что ж поделать ? Такая работа...
  (И сам я не знаю, где слезы, где капельки пота.)
  А дома встречает жена, от еды хорошея.
  Гляжу, у нее удивительно нежная шея...
  И дети к отцовской груди преклоняют головки.
  Прикидываю машинально размеры веревки...
  (Всегда есть секреты в процессе любой подготовки.)
  А ваша головка посажена крепко, а ну-ка ?
  Профессия эта - ужасно занятная штука...
  Последнее время, я, правда, тревожусь ночами.
  Ах, если б вы знали, как хлопотно быть палачами... (
  И многих сюда не зазвать калачами.)
  Лежу с мягкотелой женой, холодея от скуки.
  И...Чешутся, чешутся, чешутся руки!
  
  Морок князя Гагарина,
  Александра Пушкина приятеля.
  Гагарин, добрый мой приятель,
  Светлейший князь, гусар, бретер,
  Лежал в постеле. - О, создатель... -
  Стонал, и ввысь свой перст простер.
  - Мой друг, я вовсе не похмелен,
  Я видел...что тебе сказать? -
  Кошмар сей... морок, будь уверен,
  Язык не в силах описать.
  Я в клобе был вчера, а после,
  Велел везти себя домой,
  Улегся рано, выпил грогу,
  Весь отчего-то сам не свой.
  И только в сон я провалился,
  Как вдруг увидел сам себя,
  У ног моих ковер стелился,
  К вратам таинственным маня.
  А подле - скопище военных,
  Гражданских и иных чинов,
  Наряд их необыкновенный,
  Был странен, но и мой - каков!
  Спеленуты в атлас все члены,
  Железный на главе шишак,
  А сзади - короб огроменный
  С кишкой матерчатой - вот так!
  - Гагарин! - так сказал тучнейший,
  Из всех собравшихся вельмож.
  - Пришел твой срок, теперь важнейший
  Мы миру подадим урок.
  Мчись в поднебесье, сын России,
  Звездою яркой вверх взметнись,
  Чины и деньги ждут большие,
  Коли все выйдет за...сь!
  К губам моим он тянет руку,
  В перстах - злащеный пентаграмм,
  Он твой, коль примешь смертну муку,
  И твой - навдруг вернешься к нам!
  Кузнечный молот серп пейзанский,
  Крестил на злате той звезды.
  - Служу - кричу - рабочкрестьянской,
  Все остальное - до ... звезды!
  Ворочая башмак пудовый,
  Бреду к железному столпу,
  Я вижу степь, пейзаж суровый,
  И мне кричащую толпу.
  Дальнейшее я вспоминаю,
  Как день, тянувшийся кошмар,
  В зловонном пламени взлетая,
  В окне я видел Землю. Шар.
  Гвоздем небесну твердь пробивши,
  Снаряд мой в пустоте повис,
  Я, троекрат перекрестившись,
  В оконце кругло глянул вниз.
  Мой друг, со мною всяко было,
  Я в бой ходил, под ствол вставал,
  Но то, что мне в сей миг открылось,
  Я... лучше б я не открывал...
  Я ждал увидеть сонм верховных,
  И горний ангелов полет,
  И блеск от куполов церковных,
  Достигший облачных высот.
  Узреть людское копошенье,
  Под дланью доброго судьи,
  Узнать - к нам есть благоволенье,
  И не напрасны дни мои.
  Но... Пушкин... мир снаружи хладен!
  Он пуст... он гол... он... никаков.
  Смешон и глуп и безотраден,
  Бессмыслен хоровод веков.
  Я закричал, словно младенец,
  Прозревший плоти вдруг удел,
  Я осознал сиротство мира,
  И вечность смерти я прозрел.
  Вернулся к чувствам в экипаже.
  Железно чудище само
  Несло меня, и дождь бумажный,
  Хлестал мне в бледное чело.
  Я почему-то улыбался,
  И людям радостно кричал,
  Что Бога нет, Земля - кругляшка,
  Мы все умрем, я ликовал.
  Вокруг меня толпа ревела,
  - Гагарин, Viva! Русь, ура!
  С невероятных крыш летела,
  Цветастым вихрем мишура.
  Что после - я совсем не помню,
  Лишь землю, что неслась в лицо,
  И как я рвал с груди зачем-то,
  Мне непонятное кольцо..."
  - Гагарин, друг, забудь, пустое,
  Ты зря Марлинского читал,
  Тут объяснение простое -
  Фантаст морок надурковал.
  Иль, человека враг лукавый,
  Себя забавит Люцифер,
  И глупой шуткой замещает,
  Гармонию небесных сфер.
  И вот на двор пошли мы с князем,
  Цыгане с нами, девки, шум,
  Шампанское кипит в бокале,
  Уносит бремя тяжких дум.
  Сверкает небосвод звездами,
  На западе закат горит,
  Господь неспящими очами ...
  ******
  Как тяжело терять друзей
  По той или иной причине,
  В любом их звании и чине.
  Пусть тот богат, а тот бедней,
  Как тяжело терять друзей.
  Как тяжело терять друзей,
  Когда в тоске стоишь у гроба.
  На друга смотришь молча в оба.
  И этот страшный, черный миг
  Душой и сердцем не постиг.
  А был он в жизни другом просто,
  И был он небольшого роста.
  Но в этот вот прощальный миг,
  Ты понимаешь, как велик
  Был этот славный человек,
  Что уходил сейчас навек.
  Он отдавал друзьям тепло,
  Творил для каждого добро,
  Делился радостью, бедой
  И часто спорил он с тобой,
  Как сына он тебя любил.
  Да что там! Просто другом был!
  Но тяжелее во сто крат
  Терять друзей по той причине,
  Когда друг просто стал богат,
  И старой дружбы нет в помине.
  Когда используется зависть
  И положение, и власть.
  Когда твердит он за спиной,
  Что ты - не друг, а он - не твой,
  А если друг, то так себе,
  Что ты - ему, а он - тебе.
  И хочется кричать: "Постой!
  Ты что больной? Да что с тобой?
  И пусть богат ты и холен,
  И пусть в себя сейчас влюблен,
  Решил, что к Богу приближен,
  Меняешь ты друзей и жен,
  Теперь льстецами окружен.
  И понимаю я тогда,
  Что к другу в дом пришла беда.
  Что беден он и одинок,
  И от реальности далек.
  Сказать бы другу и о том -
  Пусть дружба новая купилась,
  Как новое купил пальто.
  Но страшно, друг мой, все же то,
  Как быстро старая забылась.
  "Все кончено",- себе твержу,
  Но я ведь знаю, отложу
  Дела заботы и вперед
  Коль друг в несчастье позовет.
  Зачем копаюсь я в себе?
  В своем характере, судьбе?
  Я не предатель, не позер.
  Наверно, просто фантазер!
  Твержу, что в жизни есть друзья,
  Что без друзей никак нельзя.
  А может прав мой бывший друг,
  Что все сейчас вот так вокруг:
  Помогут лишь тогда в беде,
  Коль ты - ему, а он - тебе!?
  ******
  
  Дума грузинского водителя
  Я у дэвушка юной бил ночью в гостях,
  Утpом еду домой я на тачка сваей,
  Как всегда забиваю дэжюpный косяк,
  Чтоби ехать мне било чуть-чуть веселей.
  Ай, косяк мой, косяк, косячек анаши,
  Я одын дакуpил, забиваю дpугой,
  Вдpуг сеpжант из ГАИ тоpмозит мой машин:
  "Памаги, даpагой! Памаги, даpагой!"
  Гаваpит: "Паламался савсэм наш матоp,
  Датащи до поста, а иначе каюк!"
  Атвечаю: "Канэчно, какой pазгавоp!
  Пpыцепляйте к мой "Вольво" ви свой pазвалюх!"
  И ани пpицепились ко мне, ишаки!
  Пятьдесят километpов мой "Вольво" пошел.
  И уже пеpестал я считать косяки,
  Ай, кумаp хоpошо! Ай, кумаp хоpошо !
  А когда у мине замутился мозги,
  Я о девушка вспомнил, о мой кpасота ...
  Оглянулся назад - О, Аллах помоги!
  Вай, менты на хвоста! Вай, менты на хвоста !
  Я пpибавил газка, но они не отстал -
  Значит точно за мною пагоня спешат!
  И я скоpость уже даганяю до ста,
  И с собой у меня килогpамм анаша!
  А они все за мной. Вай, какой паpазит!
  Hеужели у них больше мощность движка?!
  И уже в микpофон мне кpичат - таpмази!!!
  И включают мигалка на ста сорока ...
  Все к обочина жмутся у нас на пути,
  Я сто семдесят выжал и понял - баpан,
  Так же мне никогда ведь от них не уйти -
  Я папpобую их замотать по двоpам ...
  И шаpахался в стоpоны с визгом наpод:
  "Вай, какие водитель в милиций пошли!"
  Pаз пятьсот не вписались они в повоpот,
  Все забоpы, подъезды и уpны снесли.
  И отстали они на четвеpтом часу -
  Эй, кого захатэли догнать по двоpам!
  Я косяк забиваю, машин тоpможу,
  Вихажу из салона сменить номеpа.
  Вдpуг смотpю - что такое? - Как будто би хвост
  У машина маей виpастал из зада?!
  Пpигляделся получше - да это же тpос,
  Pжавый бампеp на нем... Вай, какая беда!
  И надолго пpощай, мой pодимый кишлак,
  Здpавствуй, севеpный гоpод, пpоклятый Инта,
  Здpавствуй, чеpствый сухаpь и холодный баpак.
  Вот и делай дабpо этим подлим ментам!
  
  На днях хатэл паехат в Сочи,
  Взал чымаданчык каньяка.
  В эрапарту знакомий хачик
  Увидэл. Випили слехка.
  Пака ми пил, мужик четырэ
  Пришол кампания делил,
  Патом всэ шэст блэвал в сартирэ
  И в самалет нас не пустил.
  Тот самалет не прибил в Сочи,
  Там терраристка бил с Чэчня.
  Я вж..упьян бил силна очэнь,
  Каньяк бутылька спас меня.
  Столка пагиб хароши люди,
  Каторий трэзвый бил, не пьян,
  Я нализалса, напаскудыл
  И мне вернули чимадан.
  А тот чечэнски терраристка
  Не женсчин бил, а проста звер.
  Зачэм такой пускали близка
  И в самалет не запер двер?
  У ней карман набит взривчатка,
  Взарват гатов мат и атэц!
  Атвис карман до самий пятка,
  Как у меня атвис канэц.
  Праверка бил перед пасадка,
  Искали толка алкагол.
  Чечэнка-звер прашол с взривчатка,
  Я с алкаголам - не прашол!
  Ана взарвал нэвинный жертвы,
  Чечэнски морда, абизьян!
  Я тоже бил савсэм как мертвы,
  Я бил на щастье Вж..упьян.
  
  Дама сдавала в багаж:
  Тротил, гексоген, патронтаж,
  Подствольник, подсумок, лимонку,
  И мину-растяжку вдогонку.
  Другая сдавала в багаж:
  Зарин, автомат, камуфляж,
  ПМ, два ТТ, ППШ,
  И ржавый штык-нож с Калаша.
  Третья сдала все подряд:
  Напалм, бронебойный снаряд,
  Амонал, динамит, взрывпакет,
  СДЯВ, парашют, пистолет.
  Морали в стишке только мало -
  В багаж не бери, что попало.
  
  Тут на днях три террориста
  Захватили самалет,
  Были вызваны на помощь
  Сто ментов, омона взвод,
  Молодцы менты-ребята,
  Был освобожден народ,
  Пятьдесят четыре трупа,
  Если Времечко не врет.
  
  Есть у меня один
  Маленький апельсин,
  Маленький и гнилой
  Апельсинчик мой!
  Скоро тебя я съем,
  Станешь ты мой совсем,
  Маленький и гнилой
  Апельсинчик мой!
  Вот я тебя и съел,
  Вот стал ты мой совсем,
  Маленький и гнилой
  Апельсинчик мой!
  Вот я сел на горшок,
  Грустно смотрю в потолок,
  Ты во всем виноват,
  Маленький порченый гад!
  Маленький и гнилой
  Апельсинчик мой!
  Маленький и гнилой
  Апельсинчик мой!
  
  За трамваем гонится кто-то,
  И смеются над ним прохожие:
  "Посмотрите на идиота,
  Щас о шпалы треснется рожею!"
  Пассажиры смеются тоже:
  "Не догонит, хоть перцем смажь его!"
  Он в ответ лишь хрипит: "Я должен!..
  Я водитель трамвая вашего!.."
  
  Как трудно быть Петровичем
  Вы мне срочно нужны! Как мужчина!
  И улыбка - умрешь на ходу!
  Хоть жена и ворчит: "кобелина!.."
  Озираюсь, но все же иду.
  О любви щебечу без умолку -
  Бравый парень и грудь колесом,
  А она мне - шурупчик от полки
  Прикрутил - и развеялся сон...
  Чуть присел - вызывает другая
  И застенчиво так говорит:
  "Приходите на чашечку чая,
  Кабинет будет... чуть приоткрыт"
  Чтоб ни скрипнула, дверь отворяю,
  Захожу - у окна силуэт.
  И мурлычет мне киска вторая:
  Починили бы, выбило свет...
  Рядом третья - куда Афродите,
  Только бровью слегка повела:
  По свободе ко мне заходите,
  Ну, конечно же! К черту дела!
  Я котенком к коленкам подкрался,
  Только лапки поднял, а она:
  "Тут вот, кстати, мой стул расшатался,
  Да и ветер свистит из окна..."
  Целый день я люблю и страдаю
  В заколдованном этом кругу.
  Помогите, друзья, умоляю,
  А не то в монастырь убегу...
  До свиданья друзья, до свиданья
  Оставайтесь, а я ухожу
  Тороплюсь я к жене на свиданье,
  Только к чьей - никому не скажу.
  
  Я согласен - и впредь не платите,
  Пусть шатает меня на ходу,
  Не давайте жилья, не кормите,
  Все равно на работу приду.
  День получки - нет траурней даты,
  Просто нет ее в этом году,
  Не давайте паек и зарплату,
  Все равно на работу приду.
  Отдыхать ни за что не поеду,
  Это море имел я в виду,
  Чай пустой и сухарик к обеду,
  Все равно на работу приду.
  И лечится мне вовсе не надо,
  Могут вылечить вдруг на беду,
  Не нужны никакие награды,
  Все равно на работу приду.
  Ничего, что одежда в заплатах,
  Я не вру Вам, имейте в виду,
  Даже если проезд будет платным,
  Все равно на работу приду.
  Я приду, даже если затменье,
  Даже если начальник - Иуда,
  Даже если в мозгу помутненье,
  Я ПРИДУ! НО РАБОТАТЬ НЕ БУДУ!
  
  С завещанием я не спешу,
  Но скажу наперед и без торгу:
  Все, что нажил, как есть, распишу.
  Душу - богу, а тело - моргу!
  Тете Гале - старый утюг,
  Дяде Пете - эспандер и санки,
  МВД - отпечатки рук,
  Военкому - кирзу и портянки,
  Ходорковскому - чай и табак,
  "Пепси-коле" - 14 крышек,
  В Эрмитаж сдам заплечный рюкзак,
  В город Мышкин - коллекцию мышек,
  Миру - мир, и его же - хижинам,
  Пугачевой - автограф дам свой,
  Вроде все, и никто не обиженный...
  А врагов забираю с собой!
  
  Мне нравятся фильмы про мрачного Сталина,
  Как ходит задумчиво он по Кремлю
  И вешает всех, от Иркутска до Таллинна,
  Hо порно я все-таки больше люблю.
  Мне вестерны в кайф, где индейцы с ковбоями
  Друг друга на медленном жарят огне
  И очень гордятся своими устоями...
  Hо порно особенно нравится мне.
  Про космос люблю, про убийц-астероидов,
  Где Землю спасает бурильщик простой,
  Он - самый толковый в команде негроидов,
  Hо это в сравнении с порно - отстой.
  Про рыцарей - тема довольно красивая:
  Погибнуть готовы, служа королю!
  Кольчуги, мечи, лошаденка спесивая...
  Hет, все-таки, порно я больше люблю.
  И ужасы - жанр, навеки излюбленный,
  Люблю, чтоб кровища потоком текла,
  Чтоб был там скелет и чтоб палец отрубленный...
  Hо порно - покруче. Такие дела.
  
  В комнате отдыха, в пятой палате,
  На деревянной скрипучей кровати
  Спит машинист, что-то шепчет во сне,
  Чёрные тени ползут по стене.
  Сон тот же самый - опять и опять-
  Снится ему, только ляжет он спать.
  Сон тот же самый - который уж год -
  Ночью покоя ему не даёт.
  Снится ему, что на смену проспал.
  То ли будильника трель не слыхал,
  То ли пружину забыл завести.
  Даже такси не сумело спасти.
  Сон продолжается. Поезд летит.
  Станция ярким пятном впереди.
  Но отказали ему томоза,
  Тут из орбит вылезают глаза!
  Сел на кровати. Сердце стучит.
  Кто-то в соседней палате храпит.
  Пять на часах, значит, скоро вставать.
  Нет, не получится больше поспать...
  
  Бывает такое? Конечно, бывает --
  Корабль плывет, а потом погибает.
  Крушение, рифы подводные, или,
  Всю ночь прокутив, о дороге забыли.
  Бывает и хуже, но все-таки реже --
  Когда бунтари капитана зарежут,
  И флаг на флагштоке поднимется новый,
  Будет беда, если флаг этот -- черный.
  А может быть хуже? И может, и было --
  Когда все, чем жил, вдруг куда-то уплыло.
  И море спокойно, ни капли волненья,
  А кто-то на суше терпит крушенье.
  
  Когда вдруг наполнится сердце предчувствием тяжким,
  Когда, ни с того, ни с сего, ты с опаской идешь за порог,
  Когда начинаешь зависеть от слов на какой-то бумажке,
  Гремит среди ночи простой телефонный звонок.
  Спросонья вскочив, ты не можешь найти телефона,
  А сон испаряться не хочет, навязчивый сон,
  Ты перебираешь фамилии всяких знакомых,
  Кто мог бы средь ночи вдруг вспомнить про твой телефон.
  С "Алло!" на губах поднимаешь холодную трубку,
  Но в ухо лишь длинные, как ожиданье, гудки,
  И ты материшься на чью-то неумную шутку,
  Ты так ненавидишь ночные тревоги звонки!
  
  Обесцененные деньги
  Для костра в лесу годятся,
  Обескровленное тело --
  Для студентов-терапевтов,
  Замороженные чувства --
  Для конспектов дяди Фрейда,
  А правдивое зерцало --
  Для подбора выражений,
  Типа: "Нету в жизни счастья",
  Или: "Где мои семнадцать",
  Может: "Все начать сначала",
  Но скорее: "Где же кружка".
  
  Он думал, что Смерть -- это злая соседка,
  Он думал, что Жизнь -- это жирный кусок,
  Но жирною жизнь получается редко,
  А кусок -- тоньше, чем волосок.
  Он верил, что мертвые сто крат мудрее,
  Но хотелось подольше побыть дураком,
  А Жизнь оказалась немного хитрее,
  Пудовым грозя кулаком.
  Он улыбался прохожим дурацкой улыбкой,
  Получая в ответ лишь одни тумаки,
  Он играл на невидимой маленькой скрипке,
  Со струн вытирая плевки.
  Иногда, как умел, разговаривал с Богом,
  И случалось даже, что Бог отвечал,
  Он искал указатели ровной дороги,
  Но пока ничего не встречал.
  Он куда-то исчез, может, умер, а может
  Растворился в обломках отчаянных грёз,
  Или просто живет среди мыслей несложных,
  Или в прошлую жизнь его ветер унес.
  
  На самом деле было хорошо
  Спать у костра в обнимку с чужаком,
  И в ледяную воду - нагишом,
  И по безлюдным скалам - босиком.
  И падая в косматую траву,
  На варварском наречье этих мест
  Шептать ему, что грежу наяву,
  Что здесь мне никогда не надоест.
  Но твердо знать, что это эпизод:
  Через неделю, если повезет,
  За мной сюда вернется вертолет
  И на Большую Землю заберет.
  
  Бороться, искать, найти и отдаться,
  А станет жадюгой - к другому податься.
  Я вижу Канары в утреннем сне
  И знаю, что ноги сегодня в цене.
  Где спонсора взять и за сколько продаться?
  Быть может, он, бедный, устал обниматься,
  Забился от девок продажных и мне
  Не хочет поверить по сходной цене...
  
  В субботу работать кому же охота,
  В субботу работать - совсем не хотим.
  В субботу - рыбалка, в субботу - охота,
  Евреям - зевота, пикник - остальным.
  Сам Бог во субботу оставил работу,
  Прилег, осмотрел результаты труда;
  Сказав, что в субботу любая работа,
  Все, кроме оттяжки - сует суета.
  Но нет в этом бизнеса мире суровом
  Почтенья к субботе, как Бог завещал.
  Звонил телефон и под ночи покровом
  Мой босс об отмене субботы вещал.
  Он рубль экономит, но доллар теряет,
  Но грош все ж цена и ему и рублю.
  Приду в понедельник, с большой похмелюги,
  И босса торжественно в ... пошлю.
  
  Как-то раз берёзу скрестили с коноплёй.
  Получилось, братцы, просто ой-ёй-ёй,
  Выросла берёза, белая душа,
  На берёзьих ветках вьётся анаша.
  Подойдет к берёзе Ваня- мужичок,
  Из берёзьих листьев скрутит косячок.
  Помутнеет Ванин разум небольшой,
  Но не водкой пахнет, пахнет анашой ...
  Синие коровы во поле стоят...
  На зеленом солнце 10 негретят...
  А река шальная станет водопад...
  И смеётся Ваня, Ванечка так рад!..
  Был и я когда-то у берёзы той,
  С той поры, ребята, потерял покой,
  Как назвать берёзу, думаю я, бля...
  То ли Коноплёза, то ли Березля!!!
  
  Игорь Иртеньев
  Отпусти меня, тятя, на волю,
  Не держи ты меня под замком.
  По весеннему минному полю
  Хорошо побродить босиком.
  Ветерок обдувает мне плечи,
  Тихо дремлет загадочный лес.
  Чу, взорвалась АЭС недалече.
  Не беда, проживем без АЭС.
  Гулко ухает выпь из болота,
  За оврагом строчит пулемет,
  Кто-то режет в потемках кого-то,
  Всей округе уснуть не дает.
  Страшно девице в поле гуляти,
  Вся дрожу, ни жива, ни мертва,
  Привяжи меня, тятя, к кровати
  Да потуже стяни рукава.
  
  Д .Х. Джебран
  
  Тюрьмой и казнью малый грех карается,
  Великий грех - почетом награждается.
  Украл цветок - полжизни будешь каяться,
  Украл цветник - и слава умножается.
  Губитель тел заплатит лютой смертию,
  Губитель душ - злодеем не считается.
  
  Ирина Дедюхова
  Как прост и непонятен разговор.
  Полунамеки, шепот полутайный
  Двух голосов, сплетенных жизнью в хор,
  Безудержный, беспечный и печальный.
  Как прост и непонятен разговор.
  Им дела нет до нашей суеты,
  До наших взглядов и до осужденья.
  Нет слов древнее: "Только я и ты",
  Все звуки исчезают на мгновенье,
  И разум слепнет, и слова пусты
  Пред этой безыскусной простотою.
  Им дела нет до нашей суеты.
  Нет слов древнее: "Я живу тобою..."
  ******
  Мне говорят, что нет любви в помине,
  Она - мертва, а жизнь - лишь пот и кровь.
  Но почему безумцы и поныне
  Творят свою бессмертную любовь?
  Я вижу их истории начало
  В улыбке глаз и ветре в волосах,
  Но надо, чтобы Время зазвучало
  В наивных и беспечных голосах...
  ******
  
  Иван Совков
  В беретах синих на башке
  И майках полосатых
  Бредут сегодня по Москве
  Нетрезвые солдаты,
  Эй! Ну-ка, ты, Азербайджан,
  Налей десантнику стакан!
  Что, не нальешь? Тогда я сам!
  А ты получишь по мордам!
  И вот уже и тут и там
  Летают овощи и фрукты,
  Ломает доски ветеран
  По полным правилам науки,
  Нет, он совсем ни безобразник,
  И вы должны его простить,
  Ведь у него сегодня праздник...
  Последний самый, может быть.
  
  Мишаня
  
  
  
  Сижу, ребята, на диете.
  Хотя верней сказать - лежу.
  И с тайной мыслью о котлете
  На йогурт яблочный гляжу.
  Сродни задрипанному йогу,
  Хоть йогов я и не виню,
  Глотаю злополучный йогурт
  И засыхаю на корню.
  А был бы я чуток моложе
  И много легче на подъём,
  Я мог бы дюжину пирожных
  Легко умять в один приём.
  Сидел бы, скажем, на диване,
  В халате или неглиже,
  Рубал бы карасей в сметане,
  Или какое бламанже.
  Ведь в нашей фауне и флоре
  Съестных соблазнов до хрена!
  Нельзя мужчине без каллорий,
  Без них болезному - хана!
  И потому десяток тостов,
  С повидлом вкупе или без,
  Съедал бы я легко и просто,
  Чтобы набрать достойный вес.
  Но в потребленьи сладких тостов
  Есть и другая сторона:
  Наверняка я стал бы толстым,
  И от меня ушла б жена,
  Что, несомненно, в жизни личной
  Сыграло б пагубную роль...
  Так, слава богу, что наличных
  Хватает лишь на алкоголь!
  
  Игорь Высоцкий
  Забил я "крону" в драйвер туго,
  Кивнул, чтоб начали стриптиз,
  И так взревел, что от испуга
  У всех отвисла челюсть вниз.
  Потом лады пощупал швайки -
  Она издала скрежет, вой...
  Разделся до трусов и майки
  И начал прядать головой.
  Потом снял микрофон со стойки,
  Поднес ко рту и оплевал,
  Швырнул его в толпу в подскоке
  И майку в клочья изорвал.
  Пустили дым. Я скрылся в дыме
  И клавишника покусал -
  - Умрем сегодня молодыми! -
  Ему с восторгом я сказал.
  Толпа ревела, как в экстазе,
  Жгла спички, волосы, костры...
  Какой удачный вышел праздник! -
  Я ликовал... Раздался взрыв,
  Упала балка перекрытья,
  Поехал трактор по рядам...
  Пошло сплошное мордобитье,
  Но каждый бился мордой сам.
  Помяв блюстителей порядка,
  На сцену хлынула толпа.
  Десятки рук железной хваткой
  Меня рванули на себя...
  Что я живой остался - чудо!
  Меня сложили из кусков...
  Скальп не нашли, стопу, желудок...
  Но в целом, я почти здоров.
  Я что хочу сказать... Спасибо! -
  Нет, не врачу, который спас,
  А тем, кто так меня уделал -
  Я жил, творил и пел для вас!
  
  Желаю всем Вам доброго привета,
  Восьмого марта и тому подобных благ!
  Пусть Ваша жизнь струится, как ракета,
  Среди небесной мирной синевы!
  Достатка Вам в калориях и сдобах,
  А также: зрелищ, женщин и вина!
  (Ну... Женщинам - мужчин, понятно; чтобы
  В достатке было, т.е. - до хрена).
  Мороженого - детям; старцам - пенсий,
  Почета и свободных всюду мест!
  А эмбрионам - в мир явиться с песней!
  Невестам - женихов, а тем - невест!
  Зверям - уход! Насест - домашней птице!
  Скоту - раздольных пастбищ с пастухом!
  Преступников и нарушителей - милиции!
  А манекенщицам - роскошных самых форм!
  Попам - приход! Методик - педагогам!
  Яхтсменам - яхт и ветра в паруса!
  Ветвям и фракциям - печатный орган,
  А кандидатам в депутаты - голоса!..
  Больным с утра желаю опохмела!
  К больным иммунитета - докторам!
  Тем, кто поджег, желаю, чтоб горело!
  Чугунных лбов - идущим на таран!
  Пузатых кошельков - ворам! Путанам -
  Владельцев этих кошельков! Травы,
  Которая вставляет, - наркоманам!...
  Профессорам, ученым - головы!
  Земному шару - не съезжать с орбиты!
  Пришельцам - понимания землян!
  Самоубийце - быть собой убитым...
  Потомкам... человечеству... - меня!
  
  Куря
  Крутою тропинкой средь лавы,
  Вдоль быстрых и медленных рек,
  Минуя посты и заставы,
  Веселый шагал человек.
  Под сорок ему уже было,
  И нес он здоровый мешок,
  А в нем ни шампунь и ни мыло
  А очень крутой порошок.
  Он встретить в пути не боялся
  Ни баб, ни быков, ни ментов,
  А если встречал, то смеялся
  От тупости собственных слов:
  "Я вышел из камеры тесной,
  И весело дуется мне.
  Мне дилером быть интересно,
  Теперь я торгую везде".
  Он шел без ружья и без лука
  С гранатою в потной руке
  И слышал лишь эхо от глюка
  В своей накрененной башке
  Он шел по тропам и дорогам,
  Девчонок различных встречал,
  Но баб никогда он не трогал,
  Лишь издали тихо кончал.
  А чтобы идти без подмоги
  И легче казалось нести,
  Он делал большие "дороги"
  Они помогали в пути.
  И окна в домах открывали,
  Услышав - он мимо идет,
  И тут же товар покупали
  В квартирах, садах, у ворот.
  И весело хлюпали носом
  И вдруг продавали свой дом.
  Крутили хвосты разным пОцам
  И было им все нипочем.
  Шли люди, и было их много,
  И не было людям числа.
  За ними по толстым "дорогам"
  Короткая песенка шла:
  "Нам путь незнакомый не страшен,
  Хоть члены сейчас и мягки
  С хорошею "шнягою" нашей
  Любые подъемы легки!"
  И я эту песню услышал,
  Приятеля голос узнал -
  С купюрой на улицу вышел
  И сразу же резко "догнал"!
  
  Григорий Ярок,
  Друзья мои, я буду вам являться
  Бутылкой пива, стопкой коньяка -
  Мной будете вы дружно похмеляться
  И вспоминать поэта-дурака.
  Враги мои, я буду вам являться
  Паленой водкой, болью головной,
  Табличками, которых все боятся:
  "Закрыто","Пива нет" и "Выходной".
  Но чтобы помнили и те, да и другие,
  На большие я пакости готов.
  Весь не умру. Все стены у сортира
  Покрою вязью этих вот стихов...
  
  Александр Воронцов
  
  Все отняли эти гады:
  И работу, и жилье,
  В жизни нет уже отрады,
  Всюду царствует жулье.
  И идет от бака к баку
  Бывший гордый человек,
  Конкурируя с собакой
  За помойку и ночлег.
  Не пускают на вокзалы
  И в пивнушку - не всегда,
  Хорошо, что хоть подвалы
  Не закрыты иногда.
  Там труба, тепла на диво,
  И за печь, и за кровать,
  В банке есть остатки пива,
  Вот еще бы пожевать...
  В жизни нет былой отрады,
  Белый свет уже не мил,
  Все отняли люди-гады,
  Только гордость сам пропил.
  
  А. Дружинин
  Хитрющая лисица-осень
  В курятник сердца забралась,
  И мир мне сделался несносен,
  Заполонила душу грязь.
  Летают птицы на просторе,
  Коровы топчутся в траве,
  А я сижу в могучем горе,
  С тягучей думой в голове.
  Ползут машины, как мурашки,
  По зябким спинам городов.
  Родился я в одной рубашке,
  Подохну - тоже без штанов.
  Судьбина (по-латыни fatum)
  Всегда по-своему права.
  Сейчас ее ругаю матом -
  Весной назад возьму слова!
  
  Владимир Панкратов
  
  Икрой зернистой пляж искрится,
  Он вулканический вполне,
  Склонилась пальма, как девица,
  Вдруг редьки захотелось мне...
  И понял я, хоть поздно все же,
  Онучи запах мне милей,
  Опухшие от пьяни рожи
  Роднее этих орхидей.
  Кокос обнялся с баобабом,
  Кругом тропический угар.
  Стакан бы выпить, и по бабам,
  Залить рассолом перегар.
  Но счастья нет, мечте не сбыться,
  Россия очень далеко.
  Сижу глубОко за границей,
  И с отвращеньем пью "Клико".
  
  Лео Хао
  
  Чечня
  Ходил человек с автоматом
  И крыл эту жизнь матом!
  Был человек - человеком
  пока не столкнулся с хавбеком
  Теперь человек- мясо
  Теперь автомат - вЕртел
  Трижды глотал грязь
  Трижды встречал мразь!
  Каждый шаг - протокол
  Каждый бугор как кол!
  Снег сапогами взмесим
  Язык на плечо повесим
  Гильзы как золото мечем
  Раны протухшие лечим
  Дом - за броней БЭТЭЭРа
  Любая война - своя мера.
  Ночью встают лица
  Память хочет напиться!
  Память не напивается...
  А жизнь... она продолжается.
  
  Андрей Гольцов
  Зима
  Вот иней на губах скрипит,
  Тихонько уши отмерзают,
  Ворона на ветвях сидит -
  Зима холодная такая.
  Не греют трубы - угля нет,
  Как, впрочем, нет и газа тоже.
  Вчера подвыпивший сосед
  Примерз в квартире к пОлу рожей.
  С утра, галдея, ребятня
  С друг другом во снежки играла
  Пока Аленка невзначай
  Под снегом труп не откопала...
  Еще по осени весь двор
  Искал - куда же делся дворник,
  А он под листьями лежал,
  В груди своей храня топорик.
  Деревья старые уже,
  И снега много навалило.
  Раздался хруст и дикий крик -
  Кого-то, значит, придавило.
  Коль был бы птицей -
  Улетел, собравшись в дальнюю дорогу,
  Но птицы на ветвях сидят -
  Примерзли, улететь не могут.
  Мороз крепчает между тем,
  Народ для самообогрева
  Пьет водку или чистый спирт
  Без закуси под это дело.
  Собрался было на завод,
  Но вспомнил -д еда день рожденья.
  И потому гнал самогон
  Из прошлогоднего варенья.
  Собрались старые друзья,
  И всем налил, и каждый выпил.
  Как хорошо, скажу я вам,
  Когда желудок свой насытил.
  Когда же оттепель уже!
  Под снегом трупы коченеют...
  Но все равно придет весна -
  И снова все зазеленеет!
  Так выпьем же! Метель - сестра,
  Мети нам зимнюю дорогу,
  Но стойте твердо на ногах -
  Не дай вам бог заснуть в сугробе!
  
  Эдуард КАРЛОВ
  
  Умереть за Родину,
  Чтобы стать святым -
  Это очень правильно,
  Но лучше холостым.
  Чтобы восхищались
  Праведностью все,
  И похоронили
  Тебя в монастыре.
  Умереть за Родину! -
  Дан такой приказ.
  Если кто ослушается,
  Сразу же: Пиф-Паф!
  
  
  Александр Мартлин
  
  Прекрасно жить в свободных Штатах
  При обеспеченных харчах,
  При службе, при больших зарплатах,
  Автомобилях и домах!
  Здесь лишь одно немного грустно:
  Язык не тот. Не как в Москве.
  Не говорят они по-русски,
  Хоть кол теши на голове!
  Но к трудностям такого сорта
  Любой из нас уже привык.
  Мы спикаем по-русски гордо,
  Мы кипаем родной язык.
  Мы соль не спилаем на раны,
  Подругу киссаем взасос,
  На службе ранаем программы,
  Когда реквестает наш босс.
  Мы дринкаем сухие вина,
  Энджоем собственный уют,
  Мы лихо драйваем машины,
  Берем хайвей (когда дают).
  Когда окюрится возможность,
  Возьмем э фью денечков офф,
  Махнем в апстейт по бездорожью,
  В лесу напикаем грибов,
  Накукаем такой закуски,
  Какой не видел целый свет!
  Дринкнем как следует, по-русски!
  Факнем жену на склоне лет!
  А то - возьмем большой вакейшен,
  Допустим, парочку недель,
  В Париже, в дистрикте старейшем
  Себе забукаем отель.
  А там - и Рим не за горами,
  Мадрид, Берлин, едрена мать!
  Мы будем шопать в Амстердаме!
  Мы будем в Праге ланчевать!
  При наших, при больших зарплатах
  Нам вся Европа - по плечу!
  Ах, хорошо в Юнайтед Штатах!
  Эх, травеляй, куда хочу!
  Аппрочает весенний вечер,
  Даркеет - прямо на ходу.
  Стихают речи, гаснут свечи,
  И Пушкин спинает в гробу...
  
  Разные
  
  Кругом различные масштабы,
  Возьми вселенную и атом...
  Меня ж интересуют бабы
  И все, что связано с развратом.
  Пусть созидают наши люди
  И путь их лаврами увенчен.
  Меня ж интересуют груди
  И прочие детали женщин.
  Пусть на меня обрушат ругань
  Фанатики и лицедеи,
  Но я за ночь одну с подругой
  Отдам все светлые идеи.
  И может быть, своим примером
  Я многим укажу дорогу,
  Назло ханжам и лицемерам,
  И чистоплюю-демагогу!
  
  Устав от суеты,
  На крышу заберусь.
  Весна. Орут коты -
  Я в стройный хор вольюсь.
  А надо мной Луна,
  Дырявая как сыр,
  Давно сошла с ума
  И скалится на мир.
  Прижму к себе кота
  И поцелую в нос:
  Двуногие хитры,
  Четверолапый прост.
  ******
  
  Жил на свете мамонт хмурый,
  Одинокий пессимист,
  Видом дик и худ фигурой,
  Но душою прям и чист.
  Жизнь вокруг него кипела,
  Жизнь неслась во весь опор,
  Всюду весело и смело
  Шел естественный отбор.
  В небесах, степях и море
  Кайф ловил и стар и мал.
  Но участия в отборе
  Гордo он не принимал.
  Днем ли, ночью ль по колено
  Стоя в утренней росе
  Повторял он неизменно:
  Все равно ведь вымрем все.
  На скале, омытой ливнем
  В час закатный, смутный час
  "Все там будем" - острым бивнем
  Начертал он как-то раз.
  Непонятный, грозно-тихий
  Он бродил вдали от стад,
  Им пугали мамонтихи
  Непослушных мамонтят.
  И глядела как-то странно
  На него из далека
  С виду вроде обязьяна,
  Но какай-то не така...
  
  В каждом долбанном уроде
  И шахиде и шахидке
  Есть по двести грамм взрывчатки
  Или даже полкило!
  Должен он взрывать и прыгать
  Всех стрелять, ногами дрыгать
  А иначе разорится, трах-бабах!
  И нет его!
  Каждый новенький шахидик
  Вылезает из потемок
  И взрывается повсюду
  И стреляет он везде!
  Он всегда куда-то мчится
  Он ужасно огорчиться,
  Если что нибудь на свете
  Вдруг взорвется без него!
  
  Осенний вечер. Ветер. Желтый лист -
  То вверх, то вниз. А небо так свинцово!
  На пять утра... На шесть... На полседьмого
  Закладывает мину террорист.
  Уходит. Возвращается. Затем,
  Жалея стариков и малолеток,
  Вздохнул и стрелку перевел на семь:
  Пускай поспят бедняги напоследок...
  
  Спецслужбы, приятель, на то и спецслужбы,
  Чтобы взрывать неприятеля нужник,
  Пытками всякими мучить котов,
  Перевербовывать разных ослов,
  Пестрых колибри мочить из рогатки,
  Аналитически строить догадки,
  Разархивировать грязные файлы,
  Фотографировать дяденек в спальне.
  Лезть чрез окно, там где можно бы в дверь,
  Разных забот у них много, поверь!
  
  Компьютер думать научили
  И научили говорить,
  В него все данные включили,
  Которые смогли добыть.
  Любые он решал проблемы,
  Был математик и поэт
  Он мог поднять любые темы,
  Всегда на все давал ответ.
  Он был большим специалистом
  Но, вдруг прервав ответов нить,
  Вопрос он задал программистам:
  "Скажите, быть или не быть,
  От всех познаний счастья нету,
  А также нету больше сил..."
  Потом он выплюнул дискету
  И тихо водки попросил.
  
  Глупый дядя-дармоед
  Жить ни дня не мог без бед.
  То пошлет вдруг на фиг кто-то
  Разгильдяя-идиота,
  То красавица жена
  Спит не с ним и не одна,
  То в душе вдруг станет пусто,
  Словно в бочке с-под капусты...
  Вобщем жысть одно дерьмо,
  Пьянства грех, семьи ярмо,
  Полюбить бы что ли с горя?
  Только в ненависти море
  Пропадает бедолага,
  Скромен выбор: водка, брага,
  Пиво и аперетив,
  Что тут скажешь супротив?
  Нету сил и нет желанья,
  Детства лишь воспоминанья...
  И решил тогда мужик:
  Лезвием по венам - вжык!
  Пусть вода краснеет в ванне!!
  Хватит о небесной манне!!!
  Хватит! Баста, господа!!
  До свиданья! Навсегда.
  
  Неся моральные страдания,
  Претерпевая вонь и грязь,
  Я вечность в зале ожидания
  Ждала тебя - и дождалась.
  Тебя внесли друзья дорожные,
  Купе сплоченный экипаж.
  Заметив взгляд мой настороженный,
  Они меня спросили: "Ваш?".
  Весь зал на мне сосредоточился,
  Ты тоже хрюкнул и затих.
  Народ так любит знать "чем кончится",
  Каким бы ни был детектив.
  Всегда мечтала стать известною,
  Учила танец и вокал,
  Но всем была неинтересною,
  А тут - смотри-ка! - полный зал.
  Ответить: "Нет". И снять решительно
  Судьбой наброшенный пиджак.
  Остаться гордой. К вытрезвителю
  Не приближаться ни на шаг.
  Быть легкомысленной и влюбчивой,
  В Париж уехать, в Амстердам...
  Но как же мне тащить до Купчино
  Твои сто двадцать килограмм?
  
  Превысил скорость джип "Лэндкруизер".
  И тут гаишник молодой, стажер,
  Рискуя жизнью, джип остановил
  И документы показать просил.
  Водитель сотню баксов достает
  Из толстого бумажника, плюет
  На деньги: - Подавись ты, сукин сын.
  На, папочка дает на магазин!
  Заветную зеленую бумажку
  Он звонко лепит парню под фуражку,
  Садится в джип и дальше уезжает.
  Стажер Устав немедля вспоминает,
  И вот, глазами хлопает, стоит.
  Как быть теперь, Устав не говорит.
  Тут подошел к нему майор-начальник.
  На парня посмотрел, вздохнул печально,
  Со лба бедняги деньги отлепил
  И бережно в карман свой положил.
  - Все правильно, - сказал. - Расти, сынок.
  Я - сукин сын, а ты пока щенок!
  
  Так, гражданин, права на ваше имя,
  А вот техпаспорт выдан не на вас.
  Ах, виноват, доверенность... сейчас...
  Да вот она, с бумагами другими.
  А цвет и номер кузова машины
  По паспорту не эти. Почему?
  А вот, извольте, чек из магазина,
  И на ремонт квитанция к нему.
  А это что торчит из-под сиденья?
  Там автомат?! И выстрелов следы!
  А вот вам разрешенье на храненье
  И примененье в случае нужды.
  Багажник приоткрыт у вас - проверьте.
  О, господи, да это труп зажат!
  А вот как раз свидетельство о смерти
  И на доставку транспортный наряд.
  Но кто ж его вот так упаковал,
  С воткнутой в попу лампою паяльной?
  Покойник был большой оригинал.
  Вот завещанье - он того желал.
  Заверено оно нотариально.
  
  У меня золотая натура
  Что милее любой красоты,
  И любая, умна будь иль дура,
  Ждать готова со мной темноты.
  Хоть шагая ногой загребаю,
  А другую едва волочу,
  Но опять костылем отгоняю,
  Баб и девок, что жмутся к плечу.
  Что-то есть, очевидно, такое
  За бельмом в одиноком глазу,
  Отчего нет всем девкам покоя,
  Помани - прибегут и в грозу.
  Пусть зубов мне давно не хватает,
  И мой запах навозу подстать,
  Но от слов моих каждая тает.
  Видно, мне о любви дано знать.
  Я не принц, но жених хоть царевне.
  Всем пригож, всюду зван на обед.
  Что скрывать. Первый парень в деревне.
  За последние несколько лет.
  
  Вновь твердят, держись, как мы, толпы,
  Не сходи, чтоб рейтинг не понизился,
  С пошлой нарифмованной тропы
  "Сунул-вынул", "снизился-нанизился".
  Свято чти устав монастыря,
  Косную замшелую книжонку,
  Их в угоду зависти презря
  Милую веселую девчонку.
  Вот возьму, собой не дорожа,
  Выпрыгну - да рвись ты, жизни ниточка, -
  Из окна восьмого этажа...
  Только знаю, снова скажут "Выскочка..."
  
  Изводиться не должен поэт,
  Надо темы больные бросать,
  Буду я, как покойный А. Фет,
  О погоде бесстрастно писать
  За окошком мятеж белизны,
  Я всегда революциям рад.
  Как снежинок армады грозны!
  Я хочу, чтобы шел снегопад!
  Словно диких зверей голоса,
  Завыванья могучей метели
  Да, сегодня щедры небеса -
  Городишко навряд уцелеет.
  Словно саван висит пелена
  И клубится внутри, словно дым,
  Где-то там, за завесой, она
  Пьет шампанское с кем-то другим...
  Вспоминаю совсем невпопад,
  Как она улыбается мило
  Я хочу, чтобы шел снегопад.
  Чтоб Вас всех, сволочей, завалило
  Об одном только Бога молю -
  Чтоб посыпался с неба тротил.
  И, хотя я всех очень люблю,
  Но искру бы немедля пустил...
  
  Мне далеко до Бори Пастернака
  И рифма мне дается нелегко.
  Свечу горящую мне хочется,однако,
  Поставить на рояль и выпить штоф "Клико".
  Пузырь шампанского мне горло затыкает,
  И голос Армстронга хрипит мне:"Все о-кей!"
  Какой "о-кей"- сосед в углу икает,
  И слезно просит:"Водочки налей!"
  Я дружбану налью в стакан горилки,
  Что в холодильнике стояла со вчера,
  Утихнет он, а я возьму бутылки,
  Сдам в гастроном и вновь возьму "Клика"!
  И тут уже никто мне не помеха,
  Усядусь я тихонечко к столу,
  Пальну в стену и будет мне утеха,
  Хотя какая, черт, утеха одному?
  
  Дождик по стеклам струится.
  Жалобно хлюпает грязь.
  За занавеской из ситца
  Церковь стоит, наклонясь.
  Тускло бутыль с самогоном
  В сумраке сером блестит,
  И вопреки всем законам
  Студень свиньей верещит.
  На телогрейке заплата,
  С кошку клопы на стене.
  Кто-то поет простовато,
  Кто-то вздыхает во сне!
  Пусть ты из досок и ситца,
  Я осуждать не берусь.
  Как же в тебя не влюбиться,
  Ты моя славная Русь!
  
  Сад, как сад - всего шесть соток,
  Что друзья не говори,
  Я нашел себе работу
  От зари и до зари.
  В отпуск я теперь не езжу
  И в театр не хожу,
  Лучше я в саду под грушей
  На навозе полежу.
  Измотал себе здоровье,
  Нету силы погулять,
  Симпатичная соседка
  Перестала волновать.
  Грызунов, мышей пугаю.
  Снег под деревом топчу.
  Зайцев так теперь гоняю,
  Что за гончую сойду.
  Сок давлю из помидоров,
  Мариную огурцы,
  От такой "веселой" жизни
  Скоро я отдам концы.
  И никто из садоводов
  На могилку не прийдет,
  Потому что садоводы
  Очень занятый народ.
  И остались только ноги,
  Только скулы да мослы,
  Видно дачи себе строят
  Только круглые ослы.
  Как ишак я днем и ночью,
  На работе и в саду.
  Нету сил передвигаться,
  Видно скоро упаду.
  Под нагрузкою такою
  Повалюсь я, словано куль.
  Похоронят, крест поставят
  И напишут: "Спи куркуль".
  
  На подоконнике сидя, болтая ногой и куря,
  Он думал про озимь и осень, о снеге и утках,
  О том, что бардак, и что в самом конце октября
  Любимый колхоз, как в навозе, погряз в проститутках.
  О том, что коровник сгорел и вчера развалился сарай,
  А в клубе он не был, но знал, что Содом и Гоморра
  Едва ли сравнились бы с ним, и, хватя через край,
  Собрался уж было нажать на курок до упора,
  Но вовремя вспомнил, что где-то за дальним прудом
  За липами, возле почти развалившейся бани,
  Стоит неприметный и простенький маленький дом,
  Где в садике до снегу флоксы, а в окнах - герани.
  Где девушка Таня с каштановой длинной косой -
  Красивых таких не видали в колхозе лет триста...
  Вот тут председатель вздохнул, и рыгнув колбасой,
  С похмельною рожей пошел материть тракториста.
  
  Осень наступила,
  Отцвели бамбуки,
  Я сижу без пива:
  Творческие муки.
  Птицы улетают
  Стаями на юг,
  По двору гуляет
  Дохленький петух.
  Он цыплят считает,
  Я сижу без пива,
  Птицы улетают,
  Экое, блин, диво.
  Вдруг допев сонеты,
  Смолкнул птичий хор,
  Я беру газету
  И иду во двор,
  Сяду я в сортире
  И среди г...а,
  Сочиню о мире,
  О тебе, страна,
  Как ты процветаешь,
  Как ты хорошеешь,
  Как ты дорожаешь,
  Как ты дешевеешь.
  Осень наступила,
  Отцвели бамбуки,
  Я сижу без пива:
  Творческие муки
  
  Как-то раз, уж когда и не ждали,
  Всем студентам стипендию дали.
  Дать-то дали, да правда немного.
  Хоть немного - и то слава Богу.
  И студенты задумались дружно:
  Это дело отпраздновать нужно!
  Мы достаточно водки купили,
  А закуски-то взять и забыли...
  Первокурсник обмолвился кротко:
  Хорошо бы купить нам селедки,
  Взять к ней хлеба, колбаски столовой,
  Овощей - и закуска готова.
  Второкурсник сказал: Что за радость
  Тратить деньги на всякую гадость!
  Лучше снять на желудок нагрузку
  И ирисок купить на закуску.
  Без ирисок зубов слишком мало -
  Возразил третьекурсник устало.
  Нет - закусывать - это тоскливо.
  Нам запивка нужна, - купим пива.
  Про запивку ты верно подметил, -
  Хрон с четвертого курса ответил.
  Только с пива пьянеют-то слабо.
  Лучше купим портвейна хотя бы.
  Пятикурсник их слушал спокойно
  И курил папиросу достойно.
  Он, давно изучив положенье,
  Наилучшее принял решенье.
  А поскольку его уважали,
  Все к палатке скорей побежали,
  И сказали в окошечко тетке:
  Эй, мамаша, на все - дай-ка водки!
  
  А завтра День Святого Патрика,
  Весна стучит в окно капелью,
  И надо пива, чипсов с паприкой
  Попить для легкого веселья...
  Сегодня День Святого Патрика,
  И значит мы с тобой вдвоем
  Закажем пива, чипсов с паприкой
  И тихо Cranberries споем...
  Вчера был Что?!...Какого!?...Патрика?!...
  Болит башка, и сушит глотку,
  Не помню, что там было с паприкой,
  Но точно помню, пили водку...
  
  Между первой и третьей вторая была,
  Та, что душу мне, как кислотой, обожгла;
  Я робел и краснел, - я совсем не герой!
  Я ей ножку поглаживал влажной рукой,
  Я ловил ироничные взгляды друзей
  И советы бывалых держаться бодрей;
  Наконец, закусив удила и язык,
  Я решил доказать, что я тоже мужик,
  И под дружеский свист и хихиканье дам
  Я ее опрокинул, прижавши к губам...
  Всех расстрогали слезы и жалкий мой вид:
  "Ничего! - Третья малою пташкой влетит!.."
  
  Магнитные бури
  Опять на Земле,
  Они повернули
  Магниты везде,
  Магнитные бури
  В стакане вина,
  Я взял его с дури
  И выпил до дна...
  Мой разум затмила
  Магнитная сила
  И до магазина
  Опять потащила,
  Глаза разомкнули
  Мы утром едва...
  Магнитные бури
  В стакане вина.
  
  Почему болит чердак
  У Петрова Вовы?
  Он полночи пил шмурдяк -
  Вот и нездоровый...
  Отчего душа ушла
  У Петрова в пятки?
  Перебрал вчера бухла,
  Вот и не в порядке...
  Что, Владимир,загрустил?
  Руки в нервной дрожи...
  Внутрь спирт употребил -
  Вот и пот по коже...
  Тяжкий сон средь дня застал
  Нашего Володю.
  Он как шел,так и упал,
  Словно мертвый вроде...
  На хрена Петрову пить?
  В чем тоски причина?
  Мог природу бы любить,
  Завести дивчину...
  Нет - сидит и квасит,блин,
  Мерзкие напитки,
  Без друзей, подруг, один,
  Вымокший до нитки...
  Он небрит, вонюч, опух,
  Позабыл о мыле,
  В общем, вырастет лопух
  На его могиле...
  
  Сижу я один на кухне,
  Часы тикают громко.
  На сердце тоскливо и гадко,
  С мозгами также поломка.
  Я даже не бью тараканов,
  Что по полу быстро проносятся,
  Чем сильно их всех удивляю
  (они на меня странно косятся).
  Эх, жаль на вино нет денег,
  Ведь надо же как-то утешится!
  (По некоторым причинам
  Нельзя мне пока что вешаться.
  "Но что же тогда мне делать?" -
  Все думаю я и гадаю,
  Но в репу ничто не приходит
  И сил ни на что не хватает.
  
  Лежит в сугробе девушка и плачет,
  Озёра глаз смывают слёзками снежинки.
  Трагедия любви. А это значит
  Оправданы плаксивые ужимки.
  Лежит в сугробе девушка и стонет,
  За жемчугом зубов застыли вопли.
  И вместе с ней весь мир в слезах утонет,
  Но янтарём смолистым заблестели сопли.
  Лежит в сугробе девушка, смеётся,
  Её истерика доводит до экстаза.
  Так что же, бестолковой, не имётся?
  Да просто нажралась она, зараза!
  
  Вспышка сознанья. Пронзительный звон.
  Это будильник. Хотя выходной.
  Вроде проснулся. Срывается стон.
  Здоровый вчера. Сегодня больной.
  Глазом вращаю. Плыву сквозь туман.
  Веко приподнял. Пальцем держу.
  Первая мысль. Вроде не пьян.
  Пьян был вчера. Сегодня лежу.
  Солнце за шторой. Может быть день.
  Может быть утро. Подняться пора.
  Странно, не вышло. Может быть лень.
  Может нет ног. Но ведь были вчера.
  Рот разлепляю. Делаю вдох.
  Где же язык. Вчера вроде был.
  Вот он, нашел. К небу присох.
  Делаю выдох. Чуть не забыл.
  Хочется пить. Ссохлось нутро.
  Руку за каплю. Жизнь за глоток.
  Душу за чайник. Мир за ведро.
  Что-то жую. Одеяла кусок.
  Плавится мозг. Дней круговерть.
  Тихая музыка. Видимо бред.
  Белая женщина. Кажется смерть.
  Был я вчера. А сегодня? Нет.
  
  Хоть Карениных и не счесть,
  Электричка на всех одна,
  Безысходность в стремленьи есть,
  Дотянуться рукой до дна,
  Что встревожило их умы?
  Пожеланье найти ответ:
  Что приносит из темноты,
  Им летящий навстречу свет...
  
  Убивали любовь, убивали в четыре руки,
  Били с разных сторон, состязаясь в сноровке и силе,
  Им шептала любовь: "Ах, какие же вы дураки"
  Но они ей в ответ за ударом удар наносили.
  Убивали любовь, и однажды она умерла
  Ей бы их обмануть, притвориться убитой и только,
  Но любовь, как любовь притворяться и лгать не могла,
  Да и им поначалу не жаль ее было нисколько.
  И убили любовь, на поминках его желваки
  Заходили на скулах, а взгляд ее слезы затмили,
  И тайком друг от друга, все те же четыре руки
  Поливают украдкой цветы у нее на могиле.
  
  Когда обиды горький ком
  Растает мглой в часы печали,
  По битым стеклам босиком
  Войду я в храм, где нас не повенчали,
  Увядшей розой я алтарь украшу -
  Давно уже сгорели все мосты,
  Осколками израненные души наши
  Не встретятся под сводами мечты...
  
  Трепетный лист скрипит под пером
  И переносит в мечты меня,
  Ручка водит по листу пером,
  И я не живу без строчки ни дня.
  Синее солнце над черным кустом,
  Твердой воды светящий излом,
  Ягод глубокие ямы глаз,
  Грома удары, как в медный таз,
  Пыль на ушах и сверканье в глазах,
  Треснувших губ робкая поступь,
  Может быть это любовь или страх,
  Броситься в прорубь чувств очень хочется.
  
  Восточные женщины мягче целуют,
  А южные женщины вас избалуют,
  А женщины севера будут верней,
  У женщины с запада лифчик ценней.
  Восточные женщины более страстны,
  А южные дики, сильны и опасны,
  У женшины с севера ножки стройней,
  У западных женщин бюстгалтер ценней.
  У первых - полнее и страстнее попка,
  Вторые горят и пылают как топка,
  А третьи безмолвно летят на софу.
  У западных лифчик в красивом шкафу.
  Восточная женщина стонет и тает,
  А южная воет, рычит и рыдает,
  А с севера - блещет, пленит и влечет,
  У западной с вечера выписан счет.
  
  Жизнь была похожа на напильник
  Пахли розы, вызывая злость,
  Мы сидели, слушали будильник
  С женщиной, похожею на гвоздь.
  Я рукою шастал между делом,
  Вспоминая детство и дурдом,
  Ты сидела, крепким сбитым телом
  Испускала ценный феромон.
  Из окна тянуло зоосадом,
  По реке проплыл один мертвец,
  Мимо за окном, виляя задом
  Пробежал обтруханный самец...
  
  Когда б я был политкорректен,
  Когда б я власти уважал,
  Я б так сейчас бы кукарекал,
  Я б так мычал я б так бы ржал!
  Я грыз бы волком катаклизмы,
  Я б за порядок зажигал,
  Пинал бы в бок бюрократизмы,
  И олигархов упрекал!
  Но мне всю похрен. Я поэт,
  Примитивист и все такое,
  Дудю в кларнет я свой сонет
  И очень счастлив на покое,
  И пусть рваны мои штаны,
  И пусть пусты мои карманы,
  Не брал долгов я у Страны,
  И не вводил людей в обманы!
  Плету я пьяным языком
  Свои как бы примитивизмы,
  И всем я близок и знаком
  Полетом пламенной харизмы.
  
  И скучно, и грустно,
  И хочется спать.
  Вот бы, всех дружным
  Строем, послать.....
  Завал на работе,
  Долгов дохрена.
  Исчез лучший друг,
  С ним исчезла жена.
  От водки разводит,
  От пива дурман.
  Еще мне сказали,
  Что я наркоман.
  Заглохла машина,
  Компьютер подвис,
  А клава печатает
  Все сверху вниз.
  Уйду я в пустыню,
  Шалаш там срублю,
  Отшельником стану
  И хрен отпилю.
  
  Мороз трещит, и ветер свищет,
  И колкий снег в лицо летит,
  А у метро бездомный нищий
  С рукой протянутой стоит...
  И весь от холода синея,
  Склонивши голову на грудь,
  Стоит он, глаз поднять не смея...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  А ведь давно (еще в Союзе)
  Был нищий доктором наук,
  Преподавал в престижном вузе,
  И был известен всем вокруг.
  Лихие годы перестройки
  Смогли судьбу перевернуть -
  Теперь живет он на помойке...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Он в годы прежние, бывало,
  Науку двигал "на ура!"
  Писал в солидные журналы
  Статьи по физике ядра.
  Казалось, счастье - на пороге,
  Лишь стоит руку протянуть.
  Он протянул ее в итоге...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Реформа младшего Гайдара
  Украла все его рубли,
  Ну а валюту съела "Чара",
  И он остался на мели.
  За крохи нищенской зарплаты
  Он продолжал научный путь,
  Но сократили в вузе штаты...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Он был любим и популярен,
  И в институте говорят,
  Что на последнем семинаре
  Катились слезы у ребят.
  Но указанье поступило
  Его на пенсию спихнуть.
  Страна ученого забыла...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Он отражал судьбы удары,
  Сдаваться просто не желал,
  Возил из Турции товары
  И их на рынке продавал.
  Скопил немного капитала
  И смог свободнее вздохнуть,
  Но в "черный вторник" все пропало...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Он рюмку водки выпил с горя,
  Полез за руль, и вот, эксцесс -
  Его "Москвич" на светофоре
  Врубился в новый "Мерседес".
  Сломал ребро себе в придачу,
  И чтоб долги потом вернуть,
  Квартиру продал он и дачу...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Старик, в отчаянной надежде
  Вложил все деньги в ГКО,
  Но государство, как и прежде,
  Ни с чем оставило его.
  Вот так одним неверным ходом
  Возможно сразу зачеркнуть,
  Все, что сумел собрать за годы...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  Теперь бездомный, безработный
  Стоит с протянутой рукой
  Больной, несчастный и голодный,
  И на людей глядит с тоской.
  Вы не смотрите с укоризной,
  Вас тоже могут обмануть.
  Судьба - коварна и капризна...
  Подайте ж, люди, что-нибудь!
  
  Гуляют волны, ветер свищет,
  Плывет корабль блатных и нищих.
  Блатные держатся за руль
  Наперекор угрозам бурь,
  Святую матерь поминают
  И пальцы к небу воздевают.
  Тогда как нищим все равно -
  Не в первый раз идут на дно.
  Гуляют, пляшут, водку пьют,
  Псалмы духовные поют
  Под злую музыку ветров,
  Как стадо жертвенных коров...
  
  Однажды в субботу, под вечер,
  Я дома, скучая, сидел.
  Тебя попросил я о встрече,
  Поскольку увидеть хотел.
  Но ты отвечала, что в корне
  Не знаешь о завтрашнем дне,
  Но, может быть, где-то во вторник
  Составишь компанию мне.
  С печалью придется смириться,
  Но плюс в одиночестве есть:
  До вторника можно не бриться
  И дольки чесночные есть.
  
  Я сегодня на аллее
  Познакомился с моделью:
  И красива и стройна-
  Пусть завидует братва!
  Ноги просто от ушей!
  Руки ног еще длиней!
  Глазки словно две картошки ,
  Щечки расписной матрешки !
  И назначила она
  Мне свиданье в 6 утра.
  Я прoснулся и собрался,
  Я оделся , причесался ,
  И умылся и побрился ,
  Даже в галстук нарядился!
  И идем мы с топ-моделью-
  Я держу ее колени...
  И я вовсе не нахал !-
  Просто ростом очень мал!
  
  Ночевала классная блондинка
  На груди обширной и мохнатой
  Та блондинка - в точности картинка,
  Грудь была моей, ребята.
  Я лежал, курил, о вечном мыслил,
  И разглядывал соседку по постели:
  У другой бы груди набок свисли,
  А у этой в небеса смотрели.
  Пышен бюст, округлы ягодицы,
  В пухлых губках нежность притаилась.
  Я женился бы на милой той девице,
  Только эта падла мне приснилась.
  
  Носок лежит под табуреткой,
  Я тараканов им морю...
  Меня покинула ты, детка,
  С тех пор пью пиво. И курю.
  Любви завяли помидоры,
  Из них компот себе сварю,
  И чтоб забыть про наши ссоры
  Я вновь пью пиво. И курю.
  А за окном закат бордовый,
  Я тупо на него смотрю,
  Пусть день и выдался хреновый,
  Зато пью пиво. И курю.
  Трезвонит телефон игриво
  Я трубку просто не беру,
  Сходить в ларек еще за пивом?
  Лень. Лучше просто покурю...
  
  Пока жена плескалась в ванной,
  (Чтоб лучше с вечера уснуть),
  Муж, по традиции недавней,
  Решил к соседке заглянуть.
  Звонок условный сиротливо
  В пустой квартире прозвенел,
  Разочарованный мужчина
  Вернулся в комнату и сел.
  Как раз из ванной в это время,
  Как шамаханская княжна,
  Забот домашних, сбросив бремя,
  Вошла законная жена
  В манящем легкостью халате,
  Свежа, упруга, молода,
  Красива дьявольски, и кстати,
  Чиста как горная вода.
  Промолвил муж, вздыхая слабо
  При виде собственной жены:
  "Была бы ты чужою бабой,
  Тебе бы не было цены..."
  
  За что же, Клава, я тебя так полюбил?
  За то, что Бог тебя умишком обделил?
  За то, что ты ночами пысаешь в постели?
  За руки, что похожи на гантели?
  За щедрый нрав, как у последнего жидяры?
  За то, что ты не можешь без водяры?
  За очень легкий запах гнили изо рта?
  Иль за усы, как у соседского кота?
  За нежный голос, так похожий на рев танка?
  Или за то, что твой отец директор банка?
  
  Все покрывалось пеленою,
  Когда в движеньях неземных
  Она склонялась надо мною,
  Легко касаясь губ моих.
  Она все делала умело,
  Всех прочих ласковей, нежней.
  Она мне просто в рот глядела,
  Когда я улыбался ей.
  Я, млея, голову откинул,
  Но вдруг услышал: "Шансов нет,
  Придется рвать..." ... И я покинул
  Зубоврачебный кабинет.
  
  Она пришла, негаданно, нежданно,
  Аж сердце защемило у меня.
  "И почему со мной случилось это рано?"
  Вопросом задавался я тогда.
  Она пришла, и свет переменился,
  И стали замечать мои друзья,
  Что как-то я не много изменился,
  Ушел в себя, короче говоря.
  Она пришла, и все так не уходит,
  Ночами мучаюсь, и духом я упал.
  И я гоню ее, хоть силы на исходе,
  Мою простуду, черт ее побрал!
  
  Подхожу к тебе неслышно,
  Странной радостью объят.
  Ты спокойно-молчалива.
  Формы так твои пленят!
  От моих прикосновений
  Оживает милый взор,
  На лице твоем читаю
  Ласковый, немой укор:
  Где я был все это время?
  С кем делил я свой удел?
  Почему к тебе на встречу
  Не спешил из кучи дел?
  Я спешил к тебе навстречу!
  Думал только о тебе,
  И ни с кем делить сей вечер
  Не посмел бы я, поверь!
  Но оставим разговоры,
  О блаженства вечный миг!
  Под уверенной рукою
  Ты восторженно дрожишь.
  Мои пальцы хулигана
  Знают тайные места,
  И под ними расцветает
  Неземная красота...
  Но... За что мне ЭТО снова?
  Ты не слышишь, ты молчишь,
  Все готов простить, коль снова
  Ты очнешься, закричишь!
  Я не в силах в это верить,
  Это просто страшный бред!
  Но, смирившись с злою долей,
  Снова кнопку жму ... RESET!!!
  
  А помнишь, подруга,
  как ты подарила
  На День мой рожденья
  собачку смешную?
  Как все с ней играли,
  а ты потихоньку
  Мне в руку ошейник
  тяжелый вложила
  И жесткий намордник -
  в другую мне, значит...
  А я в коридоре
  стою не вникаю,
  Ну все ж день рожденья...
  мы выпили малость.
  Спасибо, - шепчу, -
  дорогая подруга,
  за верного друга!
  А что за порода?
  И ты промолчала,
  мол,типа, увидишь...
  Весь вечер я думал:
  Ну, что за порода?
  А может быть, он
  из хохлатых собачек,
  Ну тех, что без шерсти,
  которых в Китае
  Китайцы-гурманы
  разводят на мясо...
  Да нет, не похоже...
  А вдруг чау-чау?
  Да тоже не очень...
  И я это бросил,
  мол, типа, увижу,
  Щенок посмотрел,
  что, мол, типа, увидишь...
  Прошло лишь полгода,
  А я уже в кресле
  железном блестящем
  Хожу на прогулку;
  Короче я стал
  сантиметров на 40,
  И пальцев в итоге
  осталось не 10,
  А несколько меньше.
  Но это не важно.
  Уже это в прошлом.
  Я стал инвалидом,
  А он-бультерьером.
  Ты помнишь, подруга,
  как ты подарила
  На День мой рожденья
  собачку смешную...
  
  Не бросайся к крану
  И не мой посуду,
  Я сегодня пьяный,
  Значит - бить не буду!
  Как дыхну - не встанешь,
  Как скажу - завянешь,
  Помни эту дату
  У меня - зарплата!
  Правда, я красивый?
  Что так смотришь хмуро ?
  Что слезу пустила ?
  Улыбайся, дура !
  Да, дошел до ручки ...
  Да, пустился в тяжкие ...
  Вот тебе с получки
  Васильки с ромашками...
  Рада? Нет, не верится!
  Ч-черт, стекло упало...
  Хватит канителиться,
  Марш под одеяло!
  
  Люблю тебя, как пиво воблу,
  Как водка - маринованный грибок
  Мы будем вместе, словно "в лоб" и "по лбу",
  Содом с Гоморрой, пузо и пупок!
  Как Поп с Балдою вечно неразлучны,
  Как Мюллер Штирлицу - товарищ, брат и друг!
  Но только - чур! - в периоды получки
  Не нарушай нехитрый мой досуг!
  
  У мудреца спросил юнец:
  - Скажи, пожалуйста, мудрец,
  Дай на вопрос ответ мне ясный,
  Что лучше женщины прекрасной?
  Мудрец прикинул в голове
  И, не спеша, ответил :"ДВЕ!"
  
  Рядышком в постели
  Пьяный муж храпит,
  Фото над постелью -
  Бельмондо висит.
  Я же продолжаю
  С грустию мечтать:
  Вот бы их местами
  Взять да поменять.
  Но представлю - пьяный,
  Бельмондо храпит,
  Муж мой над постелью -
  Гвоздиком прибит.
  И такая злоба,
  Силы нет сдержать -
  Где ж на вас, на гадов,
  Гвоздиков набрать?!
  
  МУЗА И ПОЭТ
  Поэта я ловила в подворотне.
  Мечтала о слиянье душ и тел.
  Ему я отдалась бы за две сотни,
  Но он меня не мог и не хотел.
  Поэта прождала я двое суток,
  Пока не подвернулся модный франт,
  А мой поэт запал на проституток,
  В борделе демонстрировал талант.
  Назло "герою" я не кану в Лету
  И от тоски не сяду на иглу.
  Отдамся настоящему поэту
  Однажды в подворотне на углу.
  
  Небо голубое,
  Бабочки летают.
  Бабы нам с тобою
  Очень не хватает.
  Бабы симпатичной
  И голубоглазой,
  Жутко неприличной -
  Чтоб давала сразу,
  Чтобы суп варила,
  Жарила котлеты,
  Чтоб посуду мыла,
  Радуясь при этом,
  Чтоб носки стирала,
  Мусор выносила,
  На трубе играла,
  Кушать не просила.
  А пока я счастлив
  Лишь наполовину,
  Потому что, Вася,
  Оба мы мужчины!
  Отдохни, дружище,
  И начнем сначала.
  Тяжело по жизни
  Быть бисексуалом...
  
  Два полярника.
  Холод. Снег. Снаружи дует.
  Ветер. Станция "Буран".
  Два полярника зимуют...
  Говорит один: "Братан,
  Тут у нас одни метели...
  Я прошу, без всякой лжи
  Ты, дружище, в самом деле,
  Мне про женщин расскажи!
  Понимаешь, долго очень
  Я не видел женщин здесь,
  Забывать стал, между прочим,
  Что у них на теле есть...
  Ты ж сюда совсем недавно
  Прилетел с материка,
  Должен знать о них подавно,
  Каждый штрих, наверняка!
  Вот скажи, на белом свете
  Женщин целый миллион!
  Есть ли женщины, ну, эти -
  Белые со все сторон?"
  "Не пойму я, вот вопрос-то!
  Ты к чему? Ну, посуди -
  Этих женщин в мире просто
  Сколько хочешь - пруд пруди..."
  "А скажи, без всяких "кабы" -
  Я и, вправду, не силен
  Разобраться... Есть ли бабы
  Черные со всех сторон?"
  "Ну, конечно же! В природе
  Можно встретить там и тут
  Этих женщин. Их в народе
  Негритянками зовут."
  "Не подумай, что наглею -
  Мучаюсь уже пять лет!
  Есть ли бабы, что имеют
  Тело в черно-белый цвет?
  Не подумай то, что лажа,
  В общем, спереди как снег,
  Сзади черные, как сажа,
  Может видел средь коллег?"
  "Нет, не видел. Каждый знает,
  Даже дети в детсаду,
  Женщин этих не бывает!
  Что ты мелешь ерунду? "
  "Н-да, приехал... Вот что значит -
  Десять лет прожил один!
  Думал - баба. Все иначе.
  Значит это был пингвин..."
  
  Вот уходит Старый год:
  Пусть с собой он заберет
  Все невзгоды и печали,
  Секс, в котором не кончали,
  И скрипучие кровати,
  Головную боль не кстати,
  Бремя выплаты долгов,
  Пустоту из кошельков,
  Жадных, кляузных клиентов,
  Hелюбимых конкурентов,
  Палки, что в колеса лезут,
  Из мозгов иных протезы,
  Ту любовь, что без ответа,
  Снег, что выпадает летом,
  Тараканов, что на кухне,
  Искры, что уже потухли,
  Дятлов тех, что нас долбают,
  Пусть с собою забирает:
  Ведь уходит Старый год.
  Hу и хрен с ним, пусть идет!!!!!!
  Hовый ждет нас у ворот.
  Что с собой он принесет,
  Мы, сейчас, увы не знаем,
  Hо как прежде пожелаем
  В Hовом мы себе Году
  С неба яркую звезду,
  (что согреет, не сожжет),
  С полки вкусный пирожок,
  Исполнения желаний,
  Обретенья новых знаний,
  Мудрым стать, но не стареть,
  Hе спеша везде успеть,
  Удовольствия во всем -
  Hочью темной, светлым днем,
  В расслаблении, в труде,
  Где б мы небыли - везде!
  И любви -большой, огромной,
  Яркой, страстной, нежной, томной,
  И обычной, и не очень:
  Так же вовремя закончить
  То, что начато давно,
  Много раз сходить в кино,
  Hаконец-то отоспаться,
  От рутины оторваться,
  Hовых обрести друзей,
  Целей достигать быстрей,
  Приключений безопасных,
  Вовремя предохранятся,
  Hикогда не залетать,
  Hо парить, летать, летать!!
  И узнать, что значит Счастье,
  Верность, Дружба и Участье,
  Оптимизм, Энтузиазм,
  Мудрость, Слава и Оргазм:
  В общем, много нам не нужно.
  Главное, чтоб стало лучше.
  Hовый год, не подведи,
  Дверь открыта, заходи!!
  Над большим, но тихим морем
  Пролетает птиц крылатый,
  Грозный, страшный и зубастый,
  Воробьем ту птицу кличут.
  Распластав огромны крылья,
  Хлопает ужасной пастью,
  Ударяясь ненароком
  Головою об утесы.
  Искры сыпятся из мутных
  Глаз, добычей озаренных,
  Но ведь это не помеха
  Гордой и зубастой твари.
  Он пикирует на воду,
  Пожирая с шумом рыбу,
  Двух китов поймал на завтрак,
  Одного после обеда.
  И акулы разбежались,
  Чуя чавканье гиганта,
  Но не спрятаться, не скрыться -
  Хищник чует где добыча!...
  Из пучин глубоких моря
  Выплывает вдруг подлодка,
  А на ней немного храбрых
  Пьяных в усмерть моряков.
  Капитан той лодки славной
  Дал команду с перепою:
  "Сбить крылатого объекта,
  Сбить во что бы то ни стало!"
  Моряки, приняв по литру,
  Заряжают все что было
  И давай палить из ружей
  В небеса и чуть пониже.
  Лишь торпедный аппаратчик
  Ухмыляется лукаво,
  Наводя свою машину
  На стремительного птица...
  Толстый повар важно варит
  Хищника в большой кастрюле.
  Будет ужин, славный ужин
  У подводников сегодня!
  
  Если вам однажды в детстве
  Наступил медведь на ухо
  И два раза сей поступок
  Слон индийский повторил,
  А затем курьерский поезд
  Пробежал по уху тоже
  (Но, естественно, без боли
  Эти сцены проходили),
  И теперь вы только гимны
  Исполнять способны в хоре,
  А там всякие бемоли,
  Квинты, терции, синкопы
  Абсолютно мимо вас
  И Чайковского тот конкурс
  Рад совсем не знаться с вами -
  То зачем вам волноваться
  Если вы и так известны
  На эстрадном небосклоне
  И любимый очень всеми
  Композитор и певец?!
  
  Легенда
  Мы заявляем вам о вопиющем факте:
  У берегов Амура, средь родных полей,
  Подвергся мирный наш простой советский трактор
  Обстрелу шестерых китайских батарей!
  Заслышав дикий крик китайского десанта,
  Советский тракторист, по званию старлей,
  Ответил на огонь одним могучим залпом
  И уничтожил шесть китайских батарей!
  А после, слив бензин и запустив реактор,
  Он быстро допахал гречиху и овес,
  Поднялся в небо наш простой советский трактор
  И улетел обратно в свой родной колхоз.
  А в интервью со спецработником редакций
  Сказал наш бригадир, как будто невзначай,
  Что в случае второй подобной провокации
  На поле вместо трактора мы выпустим комбайн...
  
  Я убегал по дворику,
  Припоминая Боженьку,
  Я удирал от дворника,
  На шимпанзе похожего,
  Он клял меня по матери
  И грохал каблучищами,
  И осыпал проклятьями
  Родившихся мальчишками!
  А я всего лишь выточил
  На лавочке украдкою
  Такое лаконичное
  Такое слово краткое!
  Вы, знаю, предполОжите...
  Но, нет! Неправда ваша!
  Я нацарапал ножиком
  Не ... ТО, а просто "Маша"!
  
  Если только на пятерки
  Сын ваш в школе успевает
  И всегда повсюду первый
  На межшкольных там турнирах,
  Потому как в совершенстве
  Он компьютером владеет,
  Знает хинди и английский
  И давно на "Ты" со скрипкой -
  То зачем вам волноваться,
  Если сын на чистом хинди,
  Улыбаясь, матом кроет
  Вас, за то что его детство
  Без игрушек протекает?!
  Все равно вы в этом хинди
  Ни бум-бум к его-же счастью...
  А словам его вы рады,
  Потому как можно гордо
  Говорить теперь соседям
  И коллегам по работе,
  Что вы сами лично в школе
  Были первым лоботрясом
  И типичным персонажем
  Из картины "Опять двойка",
  А отличников ушастых
  Не терпели вы до рвоты,
  Посылая их далеко,
  Очень даже не на хинди...
  
  Я не знаю, зачем и куда
  Пьяный ежик в тумане идет.
  Может, кончилась дома еда.
  Может, кто-то его где-то ждет.
  Может, мимо все, как что ни кинь,
  Может, чем-то достала родня.
  И куда-то истратилась жизнь,
  Посредине какого-то дня.
  Почему-то пришел этот день-
  Убежать от каких-нибудь дел.
  Вместо леса - какая-то тень,
  И какой-то внутри передел.
  И кому-то не нравится он,
  А кому-то он может быть друг.
  И поставлено что-то на кон,
  На какой-то магический круг.
  Не пробраться куда-то никак,
  И оттуда никак не уйдем.
  Ведь придумал какой-то ...чудак
  Про туман и про ежика в нем.
  
  Виртуальные частицы
  Сквозь Петровича проходят -
  И Петровичу не спится:
  Он на кухне колобродит,
  Матерится, недовольный
  Теплой водкою из кружки,
  Ест огурчик малосольный
  И идет к своей подружке
  Бабе Рае, зло храпящей
  Под пропаленной периной;
  Страшен, будто в дикой чаще,
  Ейный посвист соловьиный.
  
  Он ложится тихо рядом.
  Мысли муторны и странны...
  Под его тяжелым взглядом
  Подыхают тараканы,
  Муха бьется о гардину
  Хоботатой головой, и
  Покидая паутину,
  Заползают за обои
  Пауки, которым жутко...
  А Петровичу мешает -
  Рядом - эта проститутка,
  Что с Морфеем согрешает.
  
  Может, ей набить сусала
  Иль поджечь, плеснув бензину,
  Чтобы мыслить не мешала
  И ценила как мужчину?
  Нет, нельзя: глядишь, посадят;
  И уж точно на работе
  По головке не погладят -
  Скажут:"Вновь, Петрович, пьете!"
  И зачем такое надо,
  Чтобы все его журили
  И тринадцатой зарплаты
  На собрании лишили?!
  
  С мудрой думою таковской
  Снова в кухню он шагает,
  Теплой водочки "Московской"
  Граммов 200 выпивает,
  Сквозь окно глазами зверя
  В Космос тычется уныло,
  Расстоянье в литрах меря
  До ближайшего светила:
  Если бог там обитает -
  Чтоб Петровичу молиться,
  То на кой он испускает
  Виртуальные частицы?
  
  И Петровичу обидно.
  За топорик он берется:
  Хрясть! - и звезд уже не видно,
  Лишь окно со звоном бьется;
  Расыпаются осколки
  В стайки чертиков зеленых.
  "Ах вы, суки! Ах вы, волки!" -
  Он орет. Гоняет он их
  По линолеуму в брызгах
  Перетопленного сала -
  Топором кромсает вдрызг их
  Пятачкастые хлебала.
  
  Внеземные супостаты
  Скачут, всхрюкивая: дескать,
  Мы тебе, козел поддатый,
  Можем хавало натрескать!
  Черти прыгают в прихожей,
  В спальне бесятся охально.
  Здесь им нравится, похоже.
  А Петровичу печально.
  Виртуальные частицы
  Застят ум ему и зренье.
  Как от них освободиться?
  Где найти успокоенье?
  
  Как побитая собака,
  В спальню он бредет, вздыхая,
  Где в оскале вурдалака
  Распросталась баба Рая,
  А на лоб ее, блестящий
  От ночного злого пота,
  Черт, патлатый и смердящий -
  С грязной мордой идиота -
  Затащил свою подругу
  (в ней - ни робости, ни грусти)
  И кричит:"Давай по кругу
  Мы ея, Петрович, пустим!"
  
  Весь - паскудство, срам и злоба,
  Он орет:"Довольно злиться!
  Доведут тебя до гроба
  Виртуальные частицы!"
  "Брешешь, пес! - Петрович, красный,
  От желанья вражьей смерти,
  Стонет. - Весь ваш труд - напрасный:
  Будет здесь каюк вам, черти!
  Положу за время ночи
  Асмодея к асмодею!
  Я ж - потомственный рабочий,
  Даже грамоты имею!"
  
  И воздев топор разящий
  (бесы мигом - врассыпную),
  Бабы Раин глупый ящик -
  Буйну голову хмельную -
  Пополам Петрович рубит,
  Огурцом срыгнув устало...
  Он, по сути, бабку любит -
  Просто меткости в нем мало.
  
  ...Чу! Звонок! В фураге новой
  И в плаще с плеча чужого
  Пялит зенки участковый
  В объектив глазка дверного.
  Это ходит он с дозором -
  Недобритый и нетрезвый -
  Чтоб Петрович не был вором
  Беспокоится болезный.
  Он проходит тихо в двери,
  Портя водух с каждым вздохом;
  Знает он, что люди - звери:
  Каждый ждет его с подвохом;
  
  Каждый хочет расквитаться
  За фискальные ошибки -
  На нунчаках с ним подраться,
  Надавать по морде шибко
  Иль, как минимум, заехать
  По спине ему лопатой,
  Чтоб он стал предметом смеха
  И ходил везде горбатый...
  Но Петрович приглашает,
  Как всегда, его к буфету -
  40 граммов наливает
  И бурчит:"Закуски нету"...
  
  После, к выходу шагая,
  Участковый без охоты
  Замечает:"Баба Рая
  Распахнула мозг свой что-то...
  Ладно. Ваш бедлам семейный
  Мне пока без интереса:
  Коли нет заявы ейной,
  То живи пока без стресса.
  Лишь бы шум не подымали,
  Не стреляли тараканов -
  Мне во вверенном квартале
  Не потребно фулиганов!"
  
  И уходит в ночь, смешную,
  Словно личико у смерти:
  Одесную и ошую
  Скачут черти,
  Черти,
  Черти...
  
  А Петрович слышит - в горле
  Ком урчащий шевелится:
  "По всему, нутро расперли
  Виртуальные частицы," -
  Так он думает. Короче
  Этих мыслей не бывает;
  Промеж них, заплющив очи,
  Он на лоджию шагает -
  И склонясь через перила,
  Мечет он на ветер склизкий
  Все, что съедено им было:
  Огурцы.., кусок редиски...
  
  А рогатые повсюду,
  Кувыркаясь, крутят дули.
  "Мы - с тобой, - визжат, - покуда
  Ты живой еще, дедуля!"
  Теребя его штанину,
  Супостат один вещает:
  "Ты нюхни, браток, бензину:
  Сблюнешь душу - полегчает!"
  И Петрович видит: точно -
  От поганцев не отбиться...
  И "Московской", как нарочно,
  Не осталось, чтоб забыться.
  
  И топор пропал куда-то...
  А кругом - рога и рыла...
  И Петрович, виновато
  Плача, лезет за перила -
  И летит куда-то в Космос,
  Улыбаясь криволико;
  И его прощальный голос
  Возвышается до крика:
  "Люди-люди, не бродите
  В дебрях, гиблых и пропащих!
  Люди-люди, не будите
  Вы зверей, друг в друге спящих!"
  
  На пути его падучем -
  Хмель сочащие светила;
  Мимо - бог плывет на туче,
  Щеря лик зеленорыло...
  И ему в тумане светит
  Дно родимого квартала,
  Где кричат чужие дети:
  "С неба звездочка упала!"
  
  
  Вечером, идя с работы
  Видел я такую страсть,
  Два бомжа, озлясь до рвоты
  Стали рвать друг другу пасть.
  Дело было возле стройки,
  Близ лежащего метро,
  Там в промышленной помойке
  Бомжи тарили фуфло,
  А предметом ссоры скверной
  Стал обычный рваный зонт,
  В их понятии наверно
  В дождик он сулил комфорт,
  Первый бомж как гладиатор
  Сетью кинул во врага,
  Словно в древний амфитеатр
  Прилетел я сквозь века.
  Бомж второй сработал ловко
  И на публику сыграл,
  Показав свою сноровку
  Сеть он в клочья разорвал,
  Первый атакует бойко
  С бюстом Сталина в руках,
  Он оружие в помойке
  Явно выбрал в впопыхах,
  А второй дырявым тазом,
  Словно бронзовым щитом,
  Защищался от ударов
  И раздался громкий звон,
  Гипс весь в щепки разлетелся
  От ударов об металл,
  Поворота вот такого
  Первый бомж не ожидал,
  И озлобленный второй ,
  Щит подняв над головой,
  Заревел как дикий зверь ,
  Доминатор он теперь,
  Первый бомж уже напуган,
  Поражение признал
  И в помойки пятясь угол,
  Тихо что-то бормотал,
  Но второй был словно в трансе,
  Кровью залиты глаза,
  И в кровавый борщ он тазом
  Размозжил башку врага!
  По прошествии минуты
  Подвалили и менты,
  Но уже поздняк метаться,
  Б'омжу первому кранты,
  Повязав бомжа-героя
  Стражи нашего покоя,
  Прямо завтра поутру
  Предадут его суду.
  
  Рашка - это как Титаник.
  Дыму много, толку мало.
  Кто беднее - тонет первым.
  Экипаж извечно пьян.
  По размерам этой Рашке
  Равных, правда, не бывало.
  Но заложен в ней с рожденья
  Генетический изьян.
  То в дела своих соседей
  Норовит залезть без спроса.
  То диктатором ведома
  Иль на айсберг, иль на мель.
  И несется она глупо,
  На понтах как на колесах,
  Бестолково и бесцельно.
  Разве ж есть у Рашки цель...
  
  Если мальчик в детском саде
  Мучил птичек и котов,
  Значит он к военной службе
  Был с рождения готов.
  Если этот мальчик в школе,
  Выпив водки, спал в кустах,
  Значит он пригоден к службе
  На ответственных постах.
  Если к сессии студентом
  Он готовился за час,
  Значит он служить в генштабе
  Мог бы запросто сейчас.
  Если ж этот дядя вырос
  И остался дураком,
  Значит он в душе фельдмаршал
  Или минимум главком.
  Если этого придурка
  Ежедневно видишь ты,
  Можешь смело в эту среду
  Подарить ему цветы!
  
  Все ж 21-й век. Смешны Аид и Лета...
  О, все мы уплывем по волнам интернета
  Туда, в иную жизнь, где нет страстей и тел.
  Где ты увидишь всех, с кем встретиться хотел.
  И там - в сети, в тиши, почти что идеальной,
  Ты снова будешь жить, но жизнью виртуальной,
  И на любой вопрос тотчас ответ найдешь...
  А разница лишь в том, что "выход" не нажмешь.
  С друзьями и родней не видимся годами,
  Лишь "мышка" под рукой, экран перед глазами.
  Так, в общем, все равно - жива я иль помру,
  Пишите мне: ogrig Ну и, конечно, ru
  
  Рапсодия
  Его не прельщали ни деньги, ни тети,
  Он думал о плане, мечтал о работе,
  Питался со свалки, не пил никогда
  И спал на портретах героев труда.
  Он письма писал столярам, комбайнерам,
  Швеям-мотористам, министрам, которым
  Приносят бумаги скрывая испуг
  И плюс одному кандидату наук.
  
  Он славил их труд в окрыленных посланьях,
  Желал им здоровья, молил о свиданьях,
  Просил рассказать для народов всех стран
  Во сколько разов перевыполнен план.
  Молочника он вопрошал о надое,
  Швею об игле, поваров про второе,
  Господ стукачей про их бдительный стук,
  Плюс кое о чем кандидата наук.
  
  Обычно ему не бывало ответа,
  Но главное было конечно не это,
  А главное было, чтоб жить в унисон,
  С гигантами строек, с конвоями зон.
  К мартену встают силачи-сталевары,
  Шофер зажигает цигарку и фары,
  Сажает крестьянин картфиль и лук,
  И моют полы кандидатом наук.
  
  А он вместе с ними, в едином порыве:
  С врачом, утопающим в сильном нарыве,
  С монтером, тревожно глядящим на свет,
  С разведчиком * *, которого нет.
  Он строит мосты и воюет с Пол Потом,
  Идет на субботник по многом субботам,
  На происки шлет свое гневное "нет",
  Дает кандидату научный совет.
  
  Но вот на закате советского строя,
  Прихидит депеша, в которой герои
  От имени граждан и от своего
  На несколько букв посылают его.
  Послал его плотник, шахтер и нефтяник,
  Стекольщик, колхозник, рыбак, группа нянек,
  Разведчик в шифровке назвал его: гад,
  Плюс корень (квадратный) извлек кандидат.
  
  Он выпал из времени и из пространства,
  Его не прельщали ни тети, ни пьянство,
  Он долго блуждал, отбивясь от рук
  И звал в темноте кандидата наук.
  Нарушив баланс гормональный и осмос
  Забрался на крышу гостиницы Космос
  И выпрыгнув с этих заоблачных сфер,
  Впечатал любовь свою в СССР.
  
  Сказка о золотой звезде
  Поехал на рыбалку генерал
  И место целым штабом выбирал.
  - Годится? - гарнул он на божьи мели.
  - Так точно! - офицеры возгремели.
  - Где удочка? - готова честь по чести,
  Крючок на месте, и червяк на месте.
  - А где же стопка? - стопку опрокинул
  За воротник. И удочку закинул.
  Одну минуту свита не мигала.
  Но на виду удача генерала,
  И слово генерала на слуху:
  - Эге! Да это окунь! На уху!
  Швырнул в котел, и снова честь по чести
  Крючок на месте, и червяк на месте.
  - А где же стопка? - стопку опрокинул
  За воротник. И удочку закинул.
  И две минуты свита не мигала.
  Но на виду удача генерала,
  И слово генерала на слуху:
  - Сазан? Зело годится. На уху!
  Швырнул в котел, и снова честь по чести
  Крючок на месте, и червяк на месте.
  И снова стопку водки опрокинул
  За воротник. И удочку закинул.
  И три минуты свита не мигала.
  Но на виду удача генерала,
  И слово генерала на слуху:
  - А, золотая рыбка! На уху!
  Но, красотой и разумом блистая,
  Возговорила рыбка золотая:
  - Пусти меня, служивый, а за дружбу
  Я сослужу тебе большую службу,
  Достаточно желанья твоего...-
  Но генерал не слушал ничего:
  - Чего желать, когда я все имею:
  И армию, и волю, и идею,
  Звезду Героя, голос депутата,
  Том мемуаров, ореол и злато,
  И то сказать, жена и дочь в меху,
  Сын - дипломат... Немедля на уху!
  Подобной речи с трепетом внимая,
  Раздумалась и молвит золотая:
  - Герой! Моя судьба не в той воде,
  Но что ты скажешь о второй Звезде?
  И он махнул: - Согласен на вторую!-
  И бросил в воду рыбку золотую.
  И грянул гром! Ни свиты, ни машин.
  В широком поле он стоит один,
  В солдатской гимнастерке, - и зажата
  В его руке последняя граната.
  А на него идут со всех сторон
  Четыре танка из иных времен.
  
  
  
Оценка: 3.62*9  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com М.Атаманов "Искажающие реальность-4"(ЛитРПГ) О.Герр "Соблазненная"(Любовное фэнтези) М.Боталова "Беглянка в империи демонов 2. Метка демона"(Любовное фэнтези) У.Соболева "Пока смерть не обручит нас"(Любовное фэнтези) В.Кощеев "Тау Мара-02. Контролер"(Боевая фантастика) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 2"(Боевик) В.Старский ""Темный Мир" Трансформация 2"(Боевая фантастика) С.Волкова "Попаданка для принца демонов 2"(Любовное фэнтези) А.Минаева "Академия запретной магии-2. Пробуждение хранителя"(Любовное фэнтези)
Хиты на ProdaMan.ru ��Дочь темного мага-3. Ведомая тьмой��. Анетта ПолитоваОтдам мужа, приданое гарантирую. K A AОфисные записки. КьязаP.S. Люблю не из жалости... натАша ШкотТитул не помеха. Сезон 2. Возвращение домой. Olie-Малышка. Варвара ФедченкоСлепой Страж (книга 3). Нидейла Нэльте��ЛЮБОВЬ ПО ОШИБКЕ ()(завершено). Любовь ВакинаПодари мне чешуйку. Гаврилова АннаКоролева теней. Сезон первый: Двойная звезда. Арнаутова Дана
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
С.Лыжина "Драконий пир" И.Котова "Королевская кровь.Расколотый мир" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Пилигримы спирали" В.Красников "Скиф" Н.Шумак, Т.Чернецкая "Шоколадное настроение"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"