Ровно в шесть утра сонную тишину двора нарушил звонкий петушиный крик. Петух орал самозабвенно, громко и все никак не мог успокоиться. Наверное, представлял себя в деревне, в окружении большого куриного гарема, как и полагается всякому уважающему себя петуху. Но, поскольку он жил в клетке на балконе панельной пятиэтажки никакого гарема у него не было и в помине.
Под истошные звонкие крики на балконе показался владелец: бывший агроном, а ныне преподаватель сельхозтехникума - Федор.
Петух заметил хозяина и заголосил еще старательнее, возвещая о том, что наступает новый прекрасный день.
- Доброе утро! - закричал хозяин, перегнувшись через перила и обращаясь ко всему миру сразу.
- Уйми петуха! - заорала в ответ Сати со своего балкона. Пятиэтажки во дворе стояли так близко, что жильцы частенько переговаривались и обсуждали новости, не покидая собственных квартир. - Он мне спать мешает! Выключи проклятую птицу!
- Как же я его выключу? Петух по утрам должен кукарекать - это закон природы, - рассудительно сказал бывший агроном. Он выкатил из-за клетки гантели и принялся проделывать комплекс упражнений атлетической гимнастики: с некоторых пор Федор делал зарядку на свежем воздухе, надеясь произвести впечатление на симпатичную продавщицу универмага, что жила в доме напротив. - Скажи, теть Том? Закон природы же?
- На родину его депортируй! В деревню Гадюкино! Пусть там поет! Откуда ты его привез?!
- Скажешь тоже, "Гадюкино"! - обиделся Федор, широко разводя в стороны руки с гантелями и поглядывая на задернутое шторой окно, за которым почивала продавщица. - Деревня наша Верхняя Загребуха называется.
- Вот! - торжествующе выкрикнула Сати и стукнула кулаком по перилам. - Именно! Загребуха какая-то! Хорошую деревню так не назовут! Скажи, теть Том?
И она, как и Федор, выжидающе уставилась на сидевшую во дворе под старым тополем невысокую пожилую женщину с раскосыми узкими глазами-щелками и гладкими черными волосами.
Это была Тамара - дама, широко известная не только в своем дворе, так и во многих соседних. Когда-то она трудилась в национальной общине при рыбоводческом совхозе, но потом совхоз приказал долго жить и Тамара перебралась в город. Здесь она весьма неплохо зарабатывала на жизнь, расшивая национальными узорами тапочки и халаты, которые продавались потом за валюту в сувенирном магазине гостиницы "Интурист". Рукоделием Тамар любила заниматься сидя на скамейке под тополем, знала в лицо решительно всех жильцов близлежащих пятиэтажек и принимала в жизни двора самое живое участие.
- Ночью кто-то песни распевал под окнами, спать не давал, а утром - нате вам, петух! - не унималась Сати.
- Кто это пел песни? - тут же подняла голову Тамара. В свободное от рукоделия время она на добровольных началах следила за порядком и искореняла хулиганство железной рукой, без особого труда утихомиривая окрестных буянов. Едва только выпивающие в другом конце двора граждане начинали шумно выяснять отношения, Тамара откладывала шитье и направлялась к ним, для пущей убедительности прихватив с собой клюшку для гольфа, которая всегда стояла наготове.
- Мы - народ мирный, - многозначительно начинала она, постукивая металлической клюшкой по спинке скамейки. - Живем себе в городе, никого не трогаем. А вот раньше...
И Тамара норовила подробно изложить историю своего рода, особенно напирая на тот факт, что когда "мирному народу" все-таки приходилось воевать, его шаманы вели войско в бой под грохот бубнов, на которые была натянута человеческая кожа.
После такого вступления самые отъявленные хулиганы стушевывались и убрались из двора подобру-поздорову, поэтому полного рассказа про "мирный народ" никто никогда не слышал.
- Доброе слово и пистолет вразумляет гораздо убедительней, чем просто доброе слово! - назидательно говорил со своего балкона отец Сергий, настоятель одного из городских храмов, завидев Тамару, которая возвращалась к рукоделию, небрежно помахивая клюшкой.
Клюшку Тамара любила: это был подарок одного из жильцов с первого этажа. Ему довелось как-то побывать по делам своей фирмы в Японии и вернулся он оттуда не с пустыми руками: в первый же день после приезда, с гордостью продемонстрировал собравшимся во дворе соседям приобретение - подержанное японское авто. Соседи, как и полагается, шумно восхищались: лазили в салон, крутили зеркала, пинали, с видом знатоков, колеса, потом, наконец, открыли багажник и обнаружили там странные предметы. После долгих размышлений, новоиспеченный автовладелец позвал на помощь жильца с третьего этажа - капитана дальнего плавания.
Тот спустился во двор в спортивном костюме и шлепанцах, держа в одной руке вилку с наколотым куском селедки, а в другой - горячую вареную картошку в мундире.
- Клюшки это, - объявил он, откусывая половину картофелины прямо со шкуркой. - Для гольфа.
- Для какого еще гольфа? - удивился Федор. - Ты, Иннокентьич, популярно объясни, попонятней!
Капитан отправил в рот кусок селедки.
- Игра такая, буржуйская, - проговорил он с полным ртом. - Я в Англии видел. Мячики по полю гоняют и в лунки закатывают.
Бывший агроном презрительно хмыкнул.
- На поле картошку сажать надо, а не мячики гонять. Делать людям нечего...
- Тебе можно подумать, есть чего, - тут же встряла Сати. - Петуха своего воспитывай, а то он орет ни свет ни заря. Живем как на птицефабрике!
- Петух поет строго по закону природы, - наставительно объяснил ей Федор. - Как положено.
- Удобная вещь, - задумчиво повертел в руках клюшку Женька, прошлогодний выпускник, закончивший физико-математическую школу с золотой медалью. Среди жильцов ходили слухи, что ныне бывший медалист делает успешную карьеру в какой-то бандитской бригаде. - На разборки удобно брать. Можно в рукав спрятать, - он деловито прикинул длину клюшки. - И прочная! Руку или ногу сломать такой штукой - раз плюнуть...
- Ох, Женька! - хозяин авто отобрал у него клюшку и отвесил медалисту легкий подзатыльник. - Не той дорогой идешь, товарищ! В институт бы лучше поступил. Ведь в школе учился хорошо. Доиграешься, попадешь к Кириллу!
Кирилл, главврач центральной больницы, небрежно забросил клюшку в багажник.
- Ну, если с огнестрельным ранением, то ко мне. А если с ножевым, то могут в четвертую городскую направить. Вот ты как думаешь, Корлеоне, - обратился он к Женьке. - Тебя зарежут или застрелят?
- Да ну вас, дядя Кирилл, - обиделся "Корлеоне" и отошел. - Умный человек, а глупости говорите!
- Классику читай, - посоветовал главврач. - Не глупости это, а художественная литература.
Женька остановился.
- О! Классику! А то мы Марио Пьюзо не читаем! Да у нас, если хотите знать, эта книга к обязательному прочтению рекомендована!
- Подарю-ка я одну клюшку Тамаре, - задумчиво сказал хозяин машины. - Пусть использует в воспитательных, так сказать, целях...
Тамара подарок оценила, и с тех пор ее борьба с хулиганами перешла на качественно новый уровень.
Петух, наконец, утих. Сати ушла с балкона, со звоном захлопнув за собой стеклянную дверь. Федор еще немного покрутился, поглядывая на заветное окно, но продавщица так и не выглянула. Бывший агроном вздохнул и тоже покинул балкон.
После яркого солнечного утра, коридор первого этажа редакции показался темным, точно склеп. Сати с размаху налетела на скамейку, отскочила, ударилась боком о тумбочку и зашипела от злости.
- Что за бардак вы тут устроили?! - заорала она, адресуясь к двери рекламной службы. - Рекламщики, ваших рук дело?!
- Ихних, не сомневайся даже! - отозвался вахтер дед Илья, старейший и известнейший в городе бард, не отрывая глаз от нотных листов, разложенных на столе. - Они вчера почти до ночи тут бегали! Еле домой выпроводил...
Он разгладил окладистую, белоснежную, как у деда Мороза бороду, и потянулся за гитарой. Выглядел знаменитый бард весьма живописно: в кожаной жилетке поверх свободной клетчатой рубахи, в ковбойских остроносых сапогах и в шляпе с загнутыми полями. Шляпой дед Илья особенно гордился: это был настоящий "стетсон", который, как известно, носят все ковбои дикого Запада. Поэтому, шляпу он не снимал, даже являясь в кабинет шефа, чтобы побеседовать с ним о повышении жалованья. Однако, шеф был стреляный воробей: завидев на пороге вахтера, расцветал улыбкой и тут же переводил разговор в другое русло, искусно втягивая городскую знаменитость в увлекательную беседу о творчестве бардов. Дед Илья, человек доверчивый и бесхитростный, на второй же минуте визита начисто забывал, зачем он вообще явился к начальству. Кажется, поговорить о музыке?
Потирая ушибленный бок, Сати сердито набросилась на рекламных менеджеров, которые тащили на верхний этаж скамейку.
- Вы что, совсем одурели? Зачем это старье выволокли?
- Захламляем, - деловито отозвался один из них. - Чтоб тесно везде было. Сейчас вот к вам на четвертый этаж еще и столы старые потащим!
- Ах, захламляете, - понимающе протянула Сати. - А, ну, хорошо... я и забыла! Это они столичное начальство ждут, - сообщила она деду Илье.
- Ясен пень, - согласился бард и снова принялся черкать что-то в нотной тетради. - Ждут-дожидаются!
Рекламные агенты, получив приказ от своего грозного начальника, с раннего утра хлопотливо сновали по всему зданию, словно муравьи. Вначале они вытащили из углов обшарпанные стулья-ветераны и сломанные тумбочки, затем извлекли из подвала полуразвалившиеся древние столы и со всеми предосторожностями перенесли в рекламный отдел. Начальник собственноручно притащил из кладовки толстые пыльные подшивки газет, скопившиеся за последние годы и разложил на столах и полу. После этого рекламный отдел вздохнул с облегчением: работать стало действительно невозможно.
- Переключайтесь на другие отделы! - велел начальник рекламы подчиненным. - До обеда чтоб редакцию захламили! У них там места много, так что тащите туда всякого барахла побольше. Вечером лично проверю!
Сати поглядела на менеджеров, затаскивающих вверх по лестнице какой-то древний шкаф, покачала головой, и, поминутно натыкаясь на сломанные стулья и столы, пробралась в редакцию.
- Из Центра "Ведун" тебе звонили, - сообщил Хамер, листая ежедневник. - Где ж у меня номер городского морга? Записывал же...
- О, опять этот "специалист по внеземным цивилизациям", - Сати швырнула сумку на стол. - Он не сказал, чего ему надо?
Криминальный корреспондент пожал плечами.
- Вроде, добавить что-то хотел к своему рассказу. Да ты позвони ему, вот и узнаешь.
- "Позвони", - недовольно проворчала Сати. - Скажешь тоже... И без того дел навалом. А, кстати, зачем тебе морг?
- Да так, с ребятами потолковать хотел, - уклончиво ответил Хамер. - Оч-чень интересное убийство позавчера произошло, надо подробности узнать.
- С какими ребятами? - удивилась Сати. - С покойниками, что ли?
- С патологоанатомами, - пояснил криминальный корреспондент. - С покойниками-то о чем говорить? Покойники - народ неразговорчивый.
- А... - Сати отыскала на столе листок с текстом. - Слушай, Игорек, а к ответственному секретарю ты еще не ходил? Что за изречение он сегодня откопал?
Хамер оживился.
- Забыл! Пойдем, глянем!
Он прихватил пачку сигарет и вслед за Сати направился к выходу.
Через пару минут они уже стояли перед запертой дверью секретаря.
- "Второй закон Чизхолма, - прочитал криминальный корреспондент. - Когда дела идут хорошо, что-то должно случиться в самом ближайшем будущем".
- Ч-черт! - в сердцах выругалась Сати и пнула дверь. - Вот, чувствую, прямо про меня это! Вот увидишь, так все и будет! Пакость какая-нибудь или неприятное приключение произойдет!
Хамер засмеялся.
- Да ладно тебе! Что, много у тебя неприятных приключений было?
Сати припомнила события, связанные с появлением в ее жизни великого мага и Вечного Странника и тяжело вздохнула.
- Ну... - неуверенно проговорила она. - Не так, чтобы очень, конечно... Вообще, самое крутое приключение - это когда текст заказчику пишешь-пишешь, а он, гад, его принимать отказывается.
- Это да, - согласился криминальный корреспондент, щелкнул зажигалкой, прикуривая сигарету и легко сбежал вниз по лестнице.
Сати постояла еще немного, разглядывая белый листок с изречением, потом вздохнула и направилась в рекламный отдел.
.
- Текст принесла? - набросился на нее начальник рекламного отдела, едва Сати переступила порог.
- Принесла, принесла, - пробурчала она. - Имей в виду, скоро ты мне за срочность доплачивать будешь.
- Шефу это скажи, - посоветовал начальник, пробегая глазами строчки. - Обрадуй его, как приедет.
- А шеф тут при чем? За рекламу-то мне не он платит, а заказчики.
Менеджер по объявлениям Светлана закончила разговор и положила телефонную трубку.
- Точно! - воскликнула она. - В Центр планирования семьи. При Центре - служба знакомств, вот они-то рекламу и заказали. А Аверченко давно заходил?
- Минут десять назад. А что?
Сати схватила телефон и поспешно набрала номер компьютерного отдела.
- Ты, Света, как Аверченко сюда забежит, скажи ему, что я его искала-искала повсюду, но не нашла. И пришлось мне поэтому с Никитой на выезд отправляться. Ладно?
И, не дожидаясь согласия, она затараторила в трубку.
- Никита! Ты помнишь, что выезд у нас? Куда-куда... в Центр планирования семьи! Да ну тебя, не смешно, а пошло и глупо! Сам планируй, я лучше чего другое планировать буду... Когда ехать? Да мы там вообще-то уже минут десять назад быть должны. Да ладно! Скажем, что задержались по уважительной причине... Быстрее, я в рекламном отделе прячусь. Только так, чтобы Аверченко тебя не увидел, понял?
Вообще-то, ехать на рекламную съемку должен был штатный фотокорреспондент, но Сати под любыми предлогами от этого сотрудничества увиливала. Она предпочитала брать на выезд сисадмина, который умел хорошо фотографировать и иной раз подменял на репортажах Аверченко.
- Служба знакомств? - Светлана вздохнула. - Кто б со мной познакомился, что ли... Ты как вернешься, расскажи все подробно.
- Расскажу, - пообещала Сати. - А насчет знакомств... Тут творчески подходить нужно. С выдумкой! Вот у меня подруга есть, она на радио работает. Так ездила она недавно на автомобильную выставку, репортаж делать. Сфотографировалась рядом с Порше, а потом снимок на городском автофоруме вывесила. Как мужики сразу к ней повалили-и-и-и...
Она пощелкала мышкой, открывая на мониторе страницу.
- А вот глянь-ка, пока не уехала. Я все-таки убедилась, что это не сам актер, а его дублер. Надеялась, конечно, это у него такая ... такие... а это и не его вовсе! Правду ты говорила: заменял его кто-то в откровенных сценах. Вот сравни! Я тут такие фотографии нашла...
- Конечно, - Сати плюхнулась на стул и принялась раскачиваться, балансируя на задних ножках, одновременно изучая разнообразные части загорелого мужского тела на снимке. - Я в Интернете читала, что он сам в "обнаженке" никогда не снимается. А почему, спрашивается? Зачем такую... э... фигуру прятать? Красота должно принадлежать народу. А народ - это мы!
- Да, да! А фильм хороший, правда? Я так плакала, когда он расстался с этой... как ее?
.- Неважно. Да, стыдно, стыдно, господин киноартист морочить голову бедным девушкам! - укоризненно воскликнула Сати, не отрываясь от пристального изучения фотографии на мониторе.
Начальник рекламы скосил глаза на экран компьютера и презрительно фыркнул
- Сплошной обман и надувательство, - не унималась Сати, раскачиваясь на стуле так рискованно, что Светлана всерьез опасалась, что подруга вот-вот грохнется на пол.
Начальнику рекламы эта дискуссия порядком надоела, и он сунул под нос Сати большой лист макета
- Ты лучше вот это посмотри, - посоветовал он. - Полюбуйся, как твой текст разместили!
Сати тут же забыла про киноартиста и принялась разглядывать рекламную полосу.
- Это что, новый дизайнер сделал? - кисло поинтересовалась она. - И что я сказать должна?! Я Никите пожалуюсь. Пусть переделывают: ни один заказчик такой макет не примет. Это ж порнография какая-то...
Начальник рекламы хлопнул себя по лбу.
- Хорошо, что напомнила, - он повернулся к подчиненным. - У кого диски? Их возвращать пора, я у приятеля брал.
- Ты чем неприличные фильмы глядеть, делом бы лучше занялся, - недовольно проговорила Сати, возвращая макет. - Опять макаронная фабрика платеж задержала? Опять я без денег останусь? А я, к твоему сведению, завтра в кино хотела сходить. Отличный фильм в "Иллюзионе" идет.
- Что за фильм? - поинтересовался он. - Я боевики люблю, с хорошим сюжетом.
- Сюжет - это ерунда, - отмахнулась Сати. - Самое важное в фильме - это красивый главный герой. Он должен быть... - она положила ноги на стол и мечтательно возвела глаза к потолку. - Во-первых, рост. Росту чтоб не меньше ста восьмидесяти пяти. Не меньше! Понимаешь?
Начальник рекламы пренебрежительно хмыкнул.
- Во-вторых, чтоб он блондин был, - продолжала Сати. - Натуральный только. Чтоб безо всяких апгрейдов при помощи краски для волос.
- Еще и блондин? А в-третьих?
- В-третьих, пусть он очки носит. В очках мужчина как-то умнее выглядит. Интеллигентнее! - она помолчала, представляя себе высокого блондина, и вздохнула:
- Вот это я понимаю, экземпляр... Красавец-неотразимец!
- Очки? - ядовито переспросил начальник рекламы. - Ага... И много таких встретила? Высоких интеллигентных блондинов в очках?
- Пока ни одного, - честно призналась Сати. Она вылезла из-за стола и направилась к двери. - Но надежды не теряю. Ладно, пойду, Никиту потороплю...
- А текст мебельному салону написала?
- Написала-написала, - проворчала она, роясь в груде бумаг на столе начальника. - Где заявка от магазина "Ткани"? А, вот она. Сейчас к заказчику съезжу, вернусь - и будет тебе текст про мебельный салон.
Она вышла в коридор, медленно пошла по лестнице, поминутно натыкаясь на старые тумбочки и какие-то ящики, но вдруг остановилась, припоминая что-то, и с топотом понеслась обратно. Добежав от отдела рекламы, Сати просунула голову в дверь и отыскала взглядом начальника.
- Эй! Слушай, забыла совсем! Это еще не все! В-четвертых, глаза, глаза чтоб голубые были! Если такого встретишь случайно, сразу мне звони, понял?!
- Понял, - ледяным голосом отозвался начальник рекламы. Настроение у него испортилось окончательно. - Позвоню, как же, жди!
Иномарка Никиты, старая битая японка с облупившейся краской, была засыпанная целым ворохом багряной осенней листвы. Сисадмин смахнул листья, а потом, как и полагается солидному автовладельцу, важно обошел машину кругом и с озабоченным видом попинал передние колеса.
Сати нетерпеливо дернула ручку дверцы.
- Открывай быстрей! Ехать пора! Чего она не открывается? Опять заклинило, что ли?!
Никита вздрогнул.
- Не дергай так! Ручка отвалится. Она и так уже...
- Слушай, ты быстрей можешь?! Дел у меня сегодня - навалом. Центр "Ведун" уже звонил, чтоб ему... Потом - магазин "Ткани", потом еще что-то... Но сначала химчистке "Золушка" текст допишу... слышал о такой? Возле дендрария недавно появилась. Хамер говорил, бандиты какие-то ее открыли, ну те, что сеть автомастерских держат, где машины угнанные разбирают. У них много чего: и химчистка "Золушка", и автосалоны "Белоснежка", и частный морг "Спящая красавица", - Сати пожала плечами. - То ли они сказки читать любят, то ли у них чувство юмора такое?
Машина затарахтела, забренчала, дернулась и неторопливо покатила по бульвару. Осталось позади высокое четырехэтажное здание редакции, с серым шиферным навесом над гаражами и типографией. Сати вспомнила, как совсем недавно ей довелось прыгать с этого навеса, и она с досадой хмыкнула. Воспоминание было не из приятных: мало того, что пришлось сигать со второго этажа, так после этого еще последовало ограбление художественного музея! И хотя искусствоведы не вспоминали о пропаже экспоната, Сати до сих чувствовала себя неловко.
- М-да... - неопределенным тоном неожиданно проговорил Никита. - Вот и я то же самое вспомнил... Смешно было, правда?
- Обхохочешься. Действительно смешно: своровали экспонат из музея, с кем не бывает... Нет, даже вспоминать об этом не хочу, - мрачным голосом сказала бывшая подельница. - В тюрьму запросто посадить могли... Не знаю, как у тебя, а у меня на ближайшие несколько лет совсем другие планы.
- Планы-шманы... - проворчал сисадмин. - Чем это ты в ближайшие годы заниматься собралась?
Сати вытащила из кармана какой-то листок, развернула и вздохнула.
- Что это? - покосился он.
- Вот это мой план и есть. Ну, не на несколько лет, конечно... так, до зарплаты. Целых десять пунктов! И каждый начинается словами "Найти деньги..."!
Никита хмыкнул.
- Да-да! Сама удивляюсь. Вот слушай. Пункт первый. "Найти деньги, чтоб заплатить за сотовый". - Сати задумчиво поглядела в окно машины: мимо проплывал осенний бульвар. - Вроде, я откладывала тугрики, чтоб за мобилку плату внести, но куда они делись - ума не приложу, - она пожала плечами.
- Пункт второй "Найти деньги, чтоб купить туфли, как у Ленки с телевидения". Вот это очень важно, кстати...
Никита понимающе кивнул.
- Непременно, как у Ленки. Понимаю!
- Зря смеешься, - укоризненно сказала Сати. - Отличные туфли. Как бы только узнать, где она их купила?
- Позвони да спроси, - посоветовал он.
- Не скажет, Никита. Я б на ее месте тоже не сказала... Есть вещи, которые женщины ни за что никому не скажут. Особенно - другой женщине.
Сисадмин захохотал.
- Не соскучишься с вами... А дальше что в твоем списке?
- Ну, и так далее. И последний пункт - " Найти немного денег вообще".
Она сложила листок и убрала в карман.
- Даже не знаю, что делать. Хоть ограбление банка устраивай. Там ведь сам знаешь - не счесть алмазов в каменных лабазах!
- Ну, музей мы уже грабили, - в тон ей отозвался Никита. - Теперь можно и банк. Пора уже расти, совершенствоваться в профессиональном плане!
- Пора, думаешь? - Сати вздохнула. - А вот есть такие люди, Никита, и я сама их видела, так у них финансовые дела всегда в порядке. И денег им хватает до зарплаты и в долги они не залазят!
- Как это им удается, не понимаю, - недовольно пробурчал сисадмин, притормаживая: через дорогу перебегала стайка подростков.
- Я часто думаю, знаешь, как бы ухитриться на зарплату жить? - продолжала она.- Другие же живут? Кого бы умного спросить...
- В гламурных журналах почитай, - невинным тоном предложил Никита.- Там, наверное, есть подходящие статейки?
Сати на мгновение задумалась.
- Нет, - с сожалением сказала она. - Никто не знает, как на зарплату прожить. Это как с дамасской сталью: секрет утерян. Ладно, сейчас со свахой поговорим, развлечемся.
Никита удивился.
- С какой еще свахой?!
- С самой настоящей, - оживилась Сати. - А я разве не говорила тебе? В этом Центре планирования семьи есть собственная служба знакомств. Там сваха всем заправляет. Современная такая тетка, все у нее на научную основу поставлено! База данных в компьютере на всех холостых граждан и все такое. Понимаешь?
Сисадмин покрутил головой.
- Так-таки на всех?!
Сати порылась в кармане, вытащила мятый и рваный билет в кино.
- Конечно! Каждый холостяк на учете, имей в виду. Да тебе-то что волноваться, ты человек женатый... - она вздохнула. - Вот гляди, тут у меня все записано.
Она принялась разбирать обрывки слов.
- Так... Зин-чен-ко... это, стало быть, фамилия ее, свахи. А как же ее зовут? Гм... неудобно же по фамилии обращаться... Вот буковка какая-то... Вроде "М"? Мария, наверное.
- А, может, Марина?
- Все может быть, - Сати убрала билет. - Ну, неважно, на месте разберемся. Сворачивай сюда, в Волочаевский переулок. Да фотоаппарат не забудь, заказчик пару снимков просил сделать!
Они припарковали машину и направились к помпезному зданию с белыми колоннами.
- Опять ты, наверное, адрес перепутала? - недовольно проворчал сисадмин, изучив мраморную табличку на стене рядом с входом. - Это ж Комитет по делам молодежи.
- Он самый. И Центр планирования семьи где-то здесь, - Сати отыскала в кармане пиджака квитанцию об оплате телефона, вкривь и вкось исписанную буквами и цифрами.
- Вот смотри, я тут адрес записала.
Никита взял квитанцию, пригляделся и хмыкнул.
- "Дойти до пальмы в кадке и повернуть налево, - прочитал он. - Около портрета губернатора подняться по лестнице"... Это адрес? Или игра "В поисках спрятанного сокровища"?
- Какая еще игра? - Сати выхватила у него бумажку. - Что тут непонятного? За мной иди!
Они вошли в пустой коридор и предъявили строгому старичку-вахтеру удостоверения.
- Вот, кадка с пальмой! - обрадовалась Сати, указывая в конец коридора, в то время, как вахтер придирчиво изучал их документы. - Теперь идем по переходу и глядим на стены. Ищем портрет губернатора!
- Ну и ориентиры у тебя, - проворчал сисадмин. - Портрет губернатора...
- Не придирайся, Никита... Теперь по лестнице на второй этаж. Видишь?
В пустынном гулком коридоре Сати быстро отыскала нужный кабинет и решительно забарабанила в дверь.
- Да ты подожди, - попытался остановить ее приятель. - Вдруг не туда мы ломимся? Спросить бы у кого...
На пороге показался мужчина средних лет в очках. Он был похожий на строго преподавателя, который не только видит насквозь любого нерадивого студента, но и прекрасно знает, куда тот спрятал шпаргалки.
- Доигралась? - пробормотал сисадмин, покосившись на Сати. - Это уж точно не сва...
"Преподаватель" строго взглянул на пришедших и осведомился неласковым голосом:
- По какому вопросу, граждане?
- Здравствуйте, - не обращая внимания на суровый взгляд, начала Сати. - Нам бы Зинченко увидеть. Марию. Ну, сваху из службы знакомств. Мы из газеты: журналист и фотокорреспондент.
- Я - Зинченко, - сухо отрекомендовался мужчина. - Вы по поводу рекламы?
Сати и Никита переглянулись
- А вы - сваха? - недоверчиво спросила Сати, рассматривая его.
- А вы - журналист? - не остался в долгу "преподаватель", оглядывая ее с головы до ног. - Ну, сваха, сваха. Что вас удивляет?
- Да, собственно говоря, ничего, - заторопилась она и оглянулась на Никиту в поисках поддержки. Сисадмин, расстегивая кофр фотоаппарата, с готовностью закивал головой.
- Что нас может удивить, Никита? Совершенно ничего. Верно?
- Проходите, - коротко сказал сваха, прерывая ее невнятное бормотание.
Они вошли в просторный кабинет. Сваха устроился за огромным, как футбольное поле столом и жестом пригласил гостей садиться. Сати опустилась на краешек стула и мгновенно почувствовала себя нерадивой студенткой, в пятый раз явившейся пересдавать экзамен. Сисадмин садиться не стал: он вытащил фотоаппарат и для начала полыхнул вспышкой, так, что Сати зажмурилась.
- Аспект знакомства поставлен у нас на научную основу, - начал сваха. - Лучше объяснить это на наглядном примере. Вот вы, к примеру, - он проницательно глянул на Сати поверх очков. - Не замужем.
- А как вы догадались? - встрепенулась она, оторвавшись от изучения цветных графиков на стенах.
- Мне, девушка, догадываться не нужно, - сухо ответил сваха, передвигая по столу мраморный письменный прибор с разноцветными ручками и фломастерами. - Я не гадалка. Я оперирую фактами!
- Какими еще фактами? - насторожилась Сати и снова оглянулась на Никиту. Тот пожал плечами.
- Об этом чуть позже, - остановил ее сваха, разворачивая свернутые в трубку листы, испещренные цифрами и диаграммами. - Вот объясните, к примеру, как вы знакомитесь?
Сати на мгновение задумалась, затем оживилась.
- Ну-у... - с готовностью начала она. - По-разному, конечно. Если встретишь симпатичного молчела прямо на улице, то можно просто окликнуть...
- Кого?
- Молчела... ну, молодого человека, - поправилась она. - Это так говорят сейчас.
- Дальше, - строго сказал сваха, постукивая карандашом по столу.
- Дальше он оглянется. Тут надо смутиться слегка и сказать: "Ой, извините, я вас со своим знакомым перепутала!".
- Гм... дилетантский подход! - сваха презрительно блеснул стеклами очков, пододвинул к себе большую тетрадь и раскрыл на чистой странице.
- Ну что ж, что дилетантский, - принялась оправдываться Сати. - Зато срабатывает почти всегда.
Сваха принялся сосредоточенно строчить в тетради.
- Как поступаете в том случае, если объект не идет на контакт? - спросил он, не поднимая головы.
- Ну... я, значит, после того, как окликнула, говорю ему: "Ой, извините, я вас со своим знакомым перепутала!". А он говорит: "Ничего-ничего, бывает!" И вот тут-то я добавляю: "Вы на него похожи, только вы, оказывается, красивее!". И после этого уже каждый идет на контакт, буквально каждый первый!
Сати торжествующе оглянулась на изнемогающего от смеха сисадмина.
- А, что?! По-моему, неплохо!
- Какое-то рациональное зерно в этом есть... - признал сваха. Он захлопнул тетрадь и перевел взгляд на графики и таблицы, развешанные на стене. - Но метод требует большой доработки. Очень большой! Об этом мы сейчас и поговорим.
...Когда они покинули Службу знакомств, настроение у Сати было испорчено окончательно.
- Да чего ты глупостями голову забиваешь? Мало ли что этот свах тебе наплести мог? - снисходительно говорил сисадмин. - Хочешь, в кофейню после работы съездим? Ты ж сама говорила как-то, что шоколадный торт настроение улучшает.
- Съездим... Но хорошо тебе рассуждать! У него ж там все на научной основе, - расстроено отвечала Сати, на ходу изучая индивидуальную распечатку, подготовленную свахой. - А что, если это не глупости, если это правда?! И что мне делать тогда?
- Не бери в голову... - Никита покосился на столбики цифр.
- Не бери? Я б поглядела на тебя, если б ты на моем месте был. Полюбуйся-ка результатами теста, - она сердито ткнула пальцем с распечатку. - Почитай!
- Не собираюсь я чушь всякую читать, - наотрез оказался Никита. - И тебе не советую.
- Тьфу! - не слушая его, кипятилась Сати. - Ладно, поехали в контору.
- Значит, в Амстердаме начальство наше... - задумчиво проговорил начальник рекламы. Он поднял глаза и увидел на пороге Сати.
- А, Сати! Съездила в службу знакомств?
- Съездила, съездила... - проворчала та, усаживаясь в кресло. - Лучше б не ездила...Что, опять митинг у вас?
- А мы обсуждаем, когда начальство из Голландии ждать, - пояснила Светлана. - Вопрос, сама понимаешь, не праздный.
- Сколько же дней он может в Амстердаме прогостить? - начальник рекламы прошелся по кабинету, поглядывая на карту Европы, точно полководец перед битвой.
- Он, конечно же, достопримечательности осмотреть захочет. Дадим ему на это пару дней, - Светлана вытащила заранее приготовленные буклеты туристической компании и развернула. - Вот слушайте, что там есть, в Амстердаме-то этом: "Королевский дворец. Здание построено в 17 веке, в залах стоит мебель имперского стиля и висят картины художников школы Рембранта"...
- Рембранта? - пренебрежительно отозвался Хамер, вальяжно развалившись в шикарном кожаном кресле начальника отдела. - Что тут удивительного, не понимаю. В нашем художественном музее тоже висит картина школы Рембранта. Получше, чем в каком-то королевском дворце!
- Погоди, Игорек, не перебивай.... Так, на осмотр дворца дадим ему один день. Хватит, как думаете? Потом, вот еще. "Самая высокая и красивая башня в Амстердаме, место погребения Рембранта"...
- Снова Рембрант? - удивился начальник рекламы. - А кроме него в Амстердаме еще что-то есть?
- Есть, есть, - Светлана пробежала глазами текст буклета и оживилась. - Вот, глядите. Это почище Рембрантов будет! Музей марихуаны и гашиша!
- Точно, - подхватила Сати, отвлекаясь от изучения таблицы, составленной для нее свахой. - Вы думаете, этот проверяющий пойдет Рембранта глядеть? Не-е-ет! Он прямиком в другие места... в музей марихуаны и гашиша!
- Что, правда? - встрепенулся Хамер. - Есть такой музей? Ну-ка, дай сюда, - он выхватил из рук Светланы глянцевый листок и прочитал вслух. - "В экспозиции представлены разные виды марихуаны"... Гм... разные виды, надо же! "А так же рассказывается о том, как выращивается это растение"... - криминальный корреспондент обвел собравшихся недоуменным взглядом. - Что, прямо вот так и рассказывается?! Трудно поверить... а у нас в крае как раз спецоперация скоро пройдет, посевы конопли искать будут. С наркоманией бороться. А тут, - он ткнул пальцем в листок. - Стало быть, пособие для садоводов-огородников? "Вот как вырастить пятьдесят кустов конопли на своем подоконнике"?!
- Да ладно тебе, - начальник рекламы забрал у него буклет.- Интересно, сколько дней проверяющий по музею марихуаны ходить будет?
- А косяки на входе в этот музей не продают? - продолжал удивляться криминальный корреспондент.
- Конечно, продают... - рассеянно сказала Светлана, продолжая изучать очередной журнал о достопримечательностях Амстердама. - Вот, слушай: "Неподалеку находятся многочисленные кофешопы, предлагающие легально легкие наркотики".
- О, Господи! - простонал Хамер и рухнул в кресло. - Легально? Что, у них там даже Управления по борьбе с наркотиками нет?!
- Какое Управление, ты что, спятил, что ли? - проворчала Сати. Она еще раз пробежала глазами рекомендации свахи, отпечатанные ровными столбиками, с досадой скомкала лист и отправила в мусорную корзину. - Слышал же - легально наркоту продают! Для туристов.
- Докатились, - мрачно произнес криминальный корреспондент и надолго умолк.
- Легально предлагают, стало быть, - задумчиво промолвил начальник рекламного отдела. - Что ж, накинем еще пару дней на дегустацию...
- Подсчитываете? - горько произнес ответственный секретарь, появляясь на пороге. - А озоновая дыра меж тем растет и растет! Страшная угроза всему живому, - он раскрыл папку и вынул лист бумаги. - Игорь, я за тобой. В твоем материале, что ты в текущий номер сдал, вот такая фраза обнаружилась: "Сотрудники лесной охраны заблудились в дебрях тайги и блудили три дня". Что ты хотел этим сказать?
- Погоди ты с материалом, - остановил его начальник рекламы. Он хотел добавить еще что-то, но не успел: дверь распахнулась и в отдел ворвалась разъяренная Люся.
- Где каталог фотоархивов? - зловещим голосом поинтересовалась она у начальника рекламы, - Куда твои подчиненные его дели? Завалили хламом? По твоему приказу?! Кто?!
В кабинете тут же установилась гробовая тишина: когда Люся выходила из себя, даже шеф старался не попадаться ей на глаза.
Не испугался только начальник рекламного отдела: он работал в газете всего два года, еще не успел досконально изучить характер старейшего журналиста города и не подозревал, что находится в смертельной опасности.
- Хорошо, Люсенька, очень хорошо, - одобряюще произнес он и посмотрел на разгневанную Люсю с гордостью: так театральный режиссер взирал бы на взращенный лично им талант.- Можно сказать, даже гениально! Сцена по тебе плачет. Вот так и нужно себя вести, когда начальство приедет! Так и нужно! Запомните все! И будет у нас новый...
- Я его на самом деле потеряла! - рявкнула Люся и с размаху врезала ножкой стула по комплектам газет на подоконнике. Над газетами зависло серое пыльное облако. - И если вы, молодежь, его к завтрашнему утру не найдете, то сами заплачете! Целым отделом!
- Думаешь, отыщут? - отважился печально поинтересоваться секретарь, оглядывая заставленную рухлядью комнату. - И не надейся. Зачем тебе каталог?
- Иллюстрации подобрать, - Люся раздраженно сунула в рот папиросу.- Без иллюстраций, Никита сказал, верстать они не будут. Как тут можно работать? В таких условиях?! Сидим на головах друг у друга!
- Отлично, - просиял начальник, по-прежнему не догадываясь, что жизнь его висит на волоске, и орлом глянул на притихших рекламщиков и корреспондентов. - Берите все пример с Люси! Можно считать, что новый офис у нас в кармане!
Глава-4.
Репетиция оперетты была в самом разгаре, когда в театральный сквер влетела рыжая Альма. Собака очень торопилась.