Исаченко Виталий Ильич: другие произведения.

Из воспоминаний не убитого

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
Оценка: 7.21*6  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    "...Машина заглохла и встала как вкопанная........ Не промазал он ни по второй, ни по третьей, ни по двенадцатой. Столько их и осталось на той дороге..."

  
   Виталий ИСАЧЕНКО (Ильич)
  
   ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ НЕ УБИТОГО
  
   Когда я дорос до какой-никакой сообразительности, отец, уложив меня рядышком с собой в кровать, рассказывал на сон грядущий о неправильной (на тогдашний мой взгляд) войне. Таких вечеров было несколько, и всякий раз по одному и тому же сценарию. Практически слово в слово. "Раз одинаково, - делал вывод я, - значит взаправду"... Было интересно. Но смущало то, что не по-киношному - сплошь и рядом героическому, для врагов дюже губительному, а для советских бойцов практически не смертельно опасному.
   В глубине души мне было горьковато. Оттого, что отец, повоевав, не заработал уймищу наград, а имел всего-то-навсего одну-одинешенькую боевую медаль. Правда, "За отвагу", но... Все равно казалось, что маловато... Игрался я медалькой, игрался, да и... потерял безвозвратно. Полагаю: в подполье через междосочную щель канула. Родитель почему-то по поводу пропажи даже и не ругнулся.
   Я помню ту войну. Очень даже неплохо. По отцовским рассказам. Они для меня до скончания моего века нечто живое и драгоценное... Он умер, оставив мне в наследство обрывки своих воспоминаний. Есть желание оставить их и после себя. Менее всего - во имя славы, более всего - во торжество реализма. Итак, с его слов своим манером:
  =============================================================================
   Тогда в армию призывали в семнадцать. К исполнению восемнадцати солдат уже оканчивал учебный курс, и... на фронт совершеннолетним...
   В учебке тоже погибали. И у нас было... Один минометчик в суматохе мину вверх тормашками в ствол опустил. Та-ак(!) рвануло, что весь расчет перебило-искалечило. Не попали на войну ребята.
  ***
   Когда ехали на передовую (летом сорок четвертого), я на остановке спрыгнул из кузова "Студебеккера" (грузовика американского). И погодись же встречный грузовик. Меж бортов зажало, и давай крутить и сдавливать. Будто пластилин между ладошек. Больно сделалось. Казалось, кости вот-вот с треском полопаются... Но... остался цел.
   Ротный, лейтенант Бойко, посчитав, что я специально пытался покалечиться, чтобы увильнуть от фронта, здорово осерчал: "Если бы тебя помяло, никакого бы тебе медсанбата. Лично бы пристрелил! Учти, безо вся-якого(!) трибунала."
  ***
   Под вечер заняли оборону. На ничейной полосе убитые. И наши, и ихние. Много...
   На рассвете пополз за трофеями...
   Вернулся с немецкой фляжкой и губной гармошкой. За самовольство получил от командира нагоняй и пинок под зад.
  ***
   Попал под обстрел немецкого шестиствольного миномета, прозванного нашими "скрипачом". Мины легли россыпью вокруг. Взрывными волнами покидало из стороны в сторону. Как мячик.
   Скатился в воронку. Отлежался. Цап за автомат, а его приклад в щепки расколот. На самом же ни царапины.
  ***
   С самолетов иногда сбрасывались "свистульки". Так шутили немецкие летчики: напробивают дыр в железных бочках из-под горючего и сыпят их из бомболюков на наши позиции. И несется эта тара к земле с ди-иким(!) свистом. Аж мороз по коже от таковской "музыки".
  ***
   Оборудовали артиллерийсты соседней с нами батареи ячейку (окопчик в форме яйца). Для своего командира расстарались... И то-олько(!) он туда шмыгнул, за ним мина. Тютелька в тютельку по центру лаза. Не пришлось и могилу для комбата копать... Вот такое новоселье.
  ***
   Утром в атаку. Приказано оставить шинели в траншее. Понятно, чтобы бежать легче... Я не снял. Только поднялись, ожгло шею. Будто паяльником. Осколок (тонюсенькая жестинка) как бритвой пропорол ворот шинели, ворот гимнастерки и застрял. Выдернул его сам... Спасло сукно шинельное. А шрамик так и остался на всю жизнь.
  ***
   Наткнулся на пулеметный расчет, в который по пути на фронт уговаривал перейти их командир взвода. Оба лежат мертвые.
  ***
   В офицерском пайке, в отличие от солдатского, печенье. Наш лейтенант всегда угощал им бойцов. Мог бы и не делиться... Но, по-видимому, не из таких.
  ***
   Немецкая пехота поднялась в атаку. До них еще далеко. Из автоматов не достать. Приказано открыть огонь только из винтовок и пулеметов. У меня автомат. Лежу - жду.
   Рядом боец с дальнобойной трехлинейкой. Огня не открывает. Спрашиваю:
   - Почему не стреляешь?
   - Нельзя, - говорит, - Когда матушка на войну провожала, наказала: "Ни в кого не пуляй, иначе самого убьют".
   Я выслушал и промолчал. Решил, что ненормальный или баптист.
  ***
   Ночью сопровождал через лес командира связистов. Еще днем там были немецкие позиции.
   Возвращался в одиночку. Немцы, разбежавшиеся после нашего наступления, перекликаются. Изредка похлопывают выстрелы.
   На опушке встретился с лейтенантом. Обеими руками зажал обожженное лицо и матом орет да воет... Оказывается, какой-то бродячий немецкий вояка, столкнувшись с ним, выстрелил из ракетницы и... попал.
  ***
   Шли по болоту. Несли с напарником на плечах противотанковое ружье. Я - впереди, он - сзади...
   Засвистели пули. Приклад ружья вдруг плюхнулся в топь. Подумалось, что он его выронил. Оборачиваюсь, а напарник лежит и дергается. Я ему: "Чего зазапинался? Вставай"... Молчит и головы не подымает...
   В глаз ему пуля вошла. Наповал.
  ***
   Затишье. Сидим в окопах. Немец изредка постреливает. На ничейке наш раненый. Кричит: "Ребя-я-ята! Ребя-ята, помоги-и-ите!"
   Один из наших пополз на выручку. Добрался удачно. Приподнялся над раненым и тут же навалился на него уже мертвым. Половину головы ему пулеметной очередью снесло.
   Следующим пополз я. Оставив в траншее вещмешок. Немец меня сразу же заметил. Засвистели пули. Сзади кричат: "Прижмись! Прижима-айся!! Башку-у не подыма-ай, жо-опу не выпя-я-ячива-ай!!!"
   Добрался. Стащил с бойца убитого. Сделал перевязку. Тот умоляет: "Браток, вынеси. Я многих спасал." Прикинул я: мужик грузный - не дотащить под обстрелом. Оставил ему фляжку с водой, пообещал, что скоро наша атака. Вернулся благополучно.
   Через несколько часов противника выбили с позиций. Выжил ли тот раненый, нет ли... Не знаю. Может и стоило попробовать его выволочь?
  ***
   Видел убитую немку. Молодая, красивая, волосы белые. Китель в грязнющие лохмотья, все кишки наружу. Страшно. Отвоевалась...
   Чуть дальше ихние мертвые солдаты. Двое. Какой-то шутник ширинки порасстегивал и их мужицкие хозяйства на посмешище наружу выложил. Зачем издеваться над покойниками?!
  ***
   Шли долго. На обочинах там и сям бинокли, новехонькие пистолеты, портсигары, другие вещицы... Подымать строго-настрого запрещено. Опасно: потянешь какую-нибудь находку и... через прицепленную к ней проволочку выдернешь предохранительную чеку из замаскированной тут же противопехотной мины. И все - амба(!) - и тебе, и ближайшим к тебе.
  ***
   Противник отступает. Мы переброшены в прорыв. Не понять, где свои, а где чужие... В этой суматохе посылают нас с сержантом (расчет ПэТээРа - противотанкового ружья) вперед. С нами пара автоматчиков...
   Прошли прилично, залегли на верный выстрел от какой-то дороги. Автоматчики прикрыли с флангов...
   Слышим: мотор урчит. Грузовик порожний ползет по дороге. Когда поравнялся с нами, сержант ударил из ПэТээРа по двигателю. Машина заглохла и встала как вкопанная...
   Не промазал он ни по второй, ни по третьей, ни по двенадцатой. Столько их и осталось на той дороге. Шоферы ползают, головами крутят, горланят, откуда одиночные выстрелы - понять не могут...
   Отстрелявшись, собрались мы обратно. Давай искать автоматчиков, а они как в воду канули. Пропали. Пошли к своим без них...
   Оказывается, узнав о вылазке, прибывший на передовую высокий начальник устроил разнос и приказал немедленно отозвать группу. Опасался, что в плен попадем и выдадим все о своей свежей на этом участке фронта воинской части...
   Посыльные предупредили автоматчиков об отходе, те и ушли. А о нас с сержантом будто и забыли.
   За подбитые автомашины он получил орден Красной Звезды, я - медаль "За отвагу".
  ***
   Шли колонной по большаку. Налетели самолеты. По команде "Воздух!" основная масса рванула к лесу. Я прикинул, что далековато - не успеть добежать. Самолеты-то уже пикируют... Один из наших стоит посреди дороги и базлает в панике будто сумасшедший. Я его в канаву с ног сбил, сам же бухнулся на бугор.
   Основной удар летчики нанесли по бегущей к лесу толпе. Многие наши тогда полегли. Мне осколок от бомбы помял саперную лопатку. А тому паникеру угодило в живот. Не повезло ему. Думаю, не выжил.
  ***
   Подняли в разведку боем. Под городом Опочка Псковской области было. Мы в атаку, немец по нам бьет, а наши пушкари его огневые точки засекают. Тогда и меня тяжело ранило.
   Помнится, лежали на соломе в душном сарае. Пи-ить(!) хотелось невмоготу. А санитары не позволяют: мол, при ранениях в живот разрешается только губы смочить...
   Пять операций под общим наркозом потом перенес. Еле выкарабкался...
  ==============================================================================
   Весной сорок четвертого отцу исполнилось восемнадцать, а летом он стал инвалидом... Последствия ранения долго давали о себе знать. Но в конце-концов организм переборол и победил.
   Отец никогда не выказывал ненависти к неизвестному вражескому стрелку, уложившему его на операционный стол. Более того, говаривал: "А в чем разница между нами и немцами? Мы - люди, они - люди. Никто никого не хуже-лучше."
   Он ни разу не заикнулся об собственноручно убитых врагах. И я никогда об этом не спрашивал, опасаясь узнать, что ни единого. Возможно, так оно и было.
   По мере взросления мое осмысление его устных мемуаров претерпевало кардинальные изменения, в итоге чего его война стала для меня как бы своей и самой из самых правдишной.
   Иногда он говаривал: "Я живу, а ребята давным-давно сгнили". Интонация произнесения наводила на мысль, что ему отчасти стыдно перед миллионами павших за свой "вынутый из барабана Фортуны лотерейный билет с надписью "Жизнь!". Перед ними, коим выпали "пустые бумажки".
   Миллионы и миллионы не совершили подвигов.
   Миллионы выполняли грязную, смертельно опаснейшую, невыносимую работу, испокон веков именовавшуюся ратным делом.
   Им в те тяжкие годы менее всего было до почестей и славы.
   Они на грани выносливости изнурительно созидали Победу...
Оценка: 7.21*6  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com О.Коротаева "Моя очаровательная экономка"(Любовное фэнтези) И.Головань "Десять тысяч стилей"(Уся (Wuxia)) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик) В.Коломеец "Колонизация"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) Л.Маре "Менталистка. Отступница"(Боевое фэнтези) Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) К.Воронова "Апокалиптические рассказы"(Антиутопия) А.Тополян "Механист"(Боевик) А.Субботина "Проклятие для Обреченного"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"