Исаева Анастасия Владимировна: другие произведения.

Всё хорошо, что хорошо кончается

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-21
Поиск утраченного смысла. Загадка Лукоморья
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Это история произошла на рубеже 18 и 19 века, в период правления Павла 1. Когда на пороге поместья приемного отца Марии появился его родной сын - Михаил, девушка сразу же поняла, что этот загадочный человек принесет не мало бед их семье. Пытаясь оградить больного отца от переживаний, Мария старается держать "братца" на расстоянии от него. Попутно Мария узнает шокирующие факты из жизни Михаила и почему же он не общался с отцом более десяти лет. Но, чтобы узнать всю правду Марии придется столкнуться и со своим прошлым, которое хочет проверить ее на прочность. Михаил привез с собой в её жизнь приключения, новые знакомства, интриги и загадки, ждущие, когда их раскроют. Уходящий 18 век принес Марии много страданий, но несмотря ни на что девушка не потеряла доброту и веру в лучшее. Она готова бороться за свое долго и счастливо.

Друзья, это произведение есть еще на сайте Продаман и там я выкладываю чуть чаще, чем здесь!
    []
  Я бежала так быстро, как только могла, пытаясь обогнать время. Сегодня нельзя было опаздывать, но я, как обычно, пренебрегла здравым смыслом и решила действовать по своему. Мокрые волосы липли к спине и жутко нервировали, но времени остановиться и собрать их в косу у меня не было. Босые ноги бежали по траве покрытой росой и платье надето невпопад, но меня это ничуть не тревожило. Очень скоро в усадьбе уже все проснуться и если служанка не найдёт меня в постели, то мне серьёзно влетит от папеньки. Я обещала ему, что сегодня всё будет идеально и сама себе не прощу, если так не будет. Солнце неумолимо вставало из-за горизонта, а я опаздывала.
  Впереди, между кронов деревьев, показались очертания нашей усадьбы и послышались голоса проснувшихся мужиков. Я выскочила из леса и бросилась прямиком по тропинке между домишками. Тропинка была вся в грязи, но времени перейти на вымощенную камнем дорогу у меня не было и мне пришлось игнорировать осознание того, что подол моего платья безнадежно испорчен, а босые ноги покрыты слоем грязи. Увидев бегущую меня мужики сначало удивились, но быстро вспомнили о приличиях и, сняв шапки, начали кланяться мне вслед. У порога в дом меня уже встречала испуганная и взволнованная Марфа.
  -Ох, барыня, когда-нибудь вы меня своими выходками в могилу вгоните!
  Я фыркнула. Марфа как обычно всё драматизирует. Не такая уж она и старая, чтобы от моих выходок в могилу сойти, ей всего лишь сорок лет стукнуло. Подобрав подол испачканного платья я взбежала по ступенькам на крыльцо.
  -Папенька еще спит?
  -Спит, спит, барыня. - успокоила меня Марфа - Но это ненадолго, скоро уже будить пойдут.
  Я вбежала в дом, а Марфа припустилась следом. По лестнице на второй этаж я взлетела, как ураган, ещё чуть-чуть и я буду в своей комнате. Мимо двери в комнату папеньки я прошла на цыпочках и вот уже моя дверь. Я взялась за ручку и оглянулась посмотреть, где Марфа. Она ещё только поднялась по лестнице, я решила не ждать и повернула ручку двери.
  -Где ты была? Мы же договорились, что ты не будешь по утрам никуда убегать, это не безопасно.
  Папенька сидел на моей кровати скрестив руки на груди, но когда я вошла в комнату, он вскочил.
  -Где ты была!? Ты похожа на свинюшку! - папенька начал ходить вокруг меня, постукивая тростью - Подол весь в грязи! Волосы в разные стороны! Они ещё и мокрые! Ты опять ходила купаться в лес!? Сколько раз тебе говорить, что это очень опасно! Ты могла утонуть!
  Я опустила голову.
  -Прости...
  Я извинилась не из-за своего поведения, а потому что я снова заставила папеньку волноваться. Ему нельзя волноваться...
  Марфа вошла в комнату.
  -Приведите эту свинюшку в подобающий вид и как можно быстрее.
  - Да, барин.
  Папенька, опираясь на трость, ковыляя вышел из комнаты. Я не сдержалась.
  -Позволь помочь тебе спуститься по лестнице.
  Спина его тут же напряглась, плечи расправились.
  -Мне не нужна помощь. - он повернулся ко мне - Знай своё место.
  Я опустила голову. Я задела мужское достоинство, теперь папенька чувствует себя слабым и беспомощным. Почему он просто не может принять мою помощь? Он ведь понимает, что я хочу лишь только ему помочь и желаю только добра.
  Папенька вышел из комнаты, хлопнув дверью. Марфа принялась за работу. Она придирчиво меня осмотрела.
  -Трудная мне предстоит работенка, как не глянь. В кратчайшие сроки мне нужно сделать из поросенка изящную лань.
  С меня сняли всю одежду и отправили мыться. После водных процедур мне высушили волосы и заплели в косу. Платье я выбрала себе сама, простая черная юбка с белой рубашкой вполне подойдёт. Сегодня особенный день для папеньки, но у меня такое предчувствие, что ничего хорошего он для нашей семьи не принесёт.
  К завтраку я спустилась, когда папенька приступил к чаю и утренней газете. Приступая к овсяной каше я решила чуть-чуть разрядить обстановку.
  -Он должен был уже приехать. - начала я аккуратно - Видимо, где-то задержался.
  Ноль внимания. Как будто его это вообще не интересует, но я то знаю правду. Папенька очень волнуется, он не видел сына больше десяти лет и совершенно не знает, что же из него выросло. На самом деле папенька не особо хочет видеть своего сына, но другого выхода нет. Солнце его жизни склоняется к горизонту, а меня назначить своей наследницей папенька не может потому что я, во первых, женщина, во вторых, приемная дочь. Единственный сын - вот кто сможет удержать усадьбу. Но и меня папенька не оставил одной, он подобрал мне богатого мужа и дал большое приданое. Конечно же меня никто не спрашивал, хочу ли я за него замуж, но выбирать не приходится.
  В столовую вбежал Иван, наш лакей.
  -Приехал, барин! Приехал! Папенька тут же бросил газету и так быстро, как только мог бросился встречать гостя. Я тоже бросила завтрак и пошла посмотреть на "братца". Подбежав к папеньке, я взяла его под руку, он был слишком занят своими мыслями чтобы заметить. Я помогла ему выйти на крыльцо и, не отпустив, встала рядом. Он приехал верхом. Конь был породисто-черный. Хозяин ничем не уступал в породе своему коню. Черные волосы приглажены, армейский костюм сидит безукоризненно, карие, почти черные глаза выражали полное презрение ко всем окружающим без разбора. Он спрыгнул с коня и начал медленно подниматься по ступеням к нам, рассматривая толпу собравшихся зевак. Наконец-то он встал с нами на одном уровне. Я видела, как папеньке тяжело начать разговор. Он открыл рот, чтобы начать, но сынок остановил папеньку жестом руки.
  -Не утруждайся. Мне будет противно любое слово вылетевшее из твоих уст. Папенька напрягся пуще прежнего и я, в порыве, погладила его по плечу, чтобы успокоить. Цепкий взгляд переместился на меня.
  -А ты, видимо, моя 'сестра'. Или мой папочка завел себе новую жену и, тогда ты моя 'матушка'. В любом случае я очень не рад встрече. Я отпустила папенькину руку и встала перед 'братцем'.
   -Как вы смеете! Ваш отец болен и потому решил оказать вам величайшую честь стать его преемником, а вы ведете себя, как неблагодарная свинья! Вы...
   -Мария!
   Отрезвляюще-жесткий голос папеньки заставил меня замолчать на полуслове, но было уже поздно, он обратил на меня внимание. Его цепкий взгляд черных глаз, как будто проникал в самый центр души, исследовал самые дальние уголки сознания и выискивал самые потаенные страхи. Страх перед ним захватил контроль над телом, но отступать было поздно, я осталась стоять перед ним высоко задрав голову.
   -Не часто такое увидишь: женщина, которая смеет вставать между мужчинами. - он наклонился, чтобы наши лица были на одном уровне - Вы или смелы, или глупы, чтобы так поступать. Я склоняюсь ко второму. А сейчас я бы попросил вас не вмешиваться не в ваше дело.
   -Мария, - я повернулась к папеньке, он был в ярости - иди в дом.
   Поверженная, я ушла в дом... И сразу же ринулась в свою комнату и прилипла к окну, потому что из него открывался чудесный вид на крыльцо. Они разговаривали. Все разошлись по своим делам и они стояли на крыльце вдвоём. Вдруг, их разговор перерос в спор. Папенька обильно жестикулировал, собеседник же напротив был спокоен, как скала. Я испугалась, папеньке нельзя волноваться, еще одного приступа он не переживет.
   -Марфа!!!
   В комнату тут же ворвалась моя служанка, перепуганная моим криком.
   -Что случилось, барыня?
   Марфа была встревожена не на шутку. Я подбежала к Марфе и схватила её за руки.
   -Скорей, нужно торопиться! Беги вниз и всеми силами отвлеки папеньку от разговора с ним!
   -Но как, барыня?
   -Не знаю, придумай что-нибудь! Скажи, что что-то требует его немедленного вмешательства! Всё, что угодно, хоть выбор блюда на обед! Беги же скорей! Я отпустила марфины руки и она, спешно поклонившись, побежала вниз. Я снова прилипла к окну.
   Марфа быстрым шагом подошла к папеньке и что-то шепнула ему на ухо. Папенька удивлённо посмотрел на Марфу, но всё равно пошел за ней в дом. Сейчас, когда он стоял совсем один на крыльце, я отчетливо понимала, что имя данное при рождении совершенно ему не подходит. Михаил - равный Богу. Этот человек не считает себя равным кому-либо, он считает себя Богом.
   Он поднял свой взгляд и посмотрел прямо на окно за которым я стояла. Он прекрасно знал, что я там стою и фокус с марфиным приходом ни чуточку его не удивил.
  Лукавая улыбка озарила лицо Михаила, эта улыбка напугала меня не меньше взгляда цепких глаз. Испуганная, я отшатнулась от окна. Когда, взяв себя в руки, я смогла снова подойти к окну он всё ещё стоял и смотрел, ожидая меня. Отсалютовав мне рукой, он вошёл в дом.
   Я не выходила из комнаты до обеда, раздумывая, как оградить папеньку от общения с Михаилом и, следовательно, от переживаний. Совсем недавно привезти вещи Михаила и я понадеялась, что он будет слишком занят разбором вещей и обустройством комнаты, чтобы выйти к обеду, а потому, когда Марфа пригласила меня спуститься в столовую, я не посчитала нужным как-либо прихорашиваться: надела простое белое платье с высокой талией и голубым поясом под грудью, а сверху накинула голубую шаль. Спускаясь по лестнице я позволила себе небольшую шалость: пока никто не видит я съехала вниз по перилам. Но внизу меня встречала большая неожиданность, огромная черная собака спала на ковре у лестницы. Когда я спрыгнула с перил, она открыла глаза и зарычала на нарушительницу спокойствия, то есть меня. Испуганная, я вскрикнула и попыталась обойти собаку, но только я сделала шаг, как она вскочила на лапы и оскалилась. Я попыталась сделать рывок к двери, но это не увенчалось успехом, собака отрезала мне пусть и своим рывком я смогла лишь добиться потери туфли соскользнувшей с ноги. Мне оставалось лишь отступать, пока спина не наткнулась на стену, рычащая собака подбиралась все ближе и, вдруг, помощь пришла, откуда не ждали.
   -Эльза!
   Послышался голос с лестницы. Собака тут же отступила и вернулась на свое место, как ни в чем не бывало, а я посмотрела на своего спасителя. Михаил спустился с лестницы и поднял мою туфельку.
   -Она бы не напала. Новая обстановка испугала Эльзу и она начала вести себя агрессивно. Это пройдет через несколько дней.
   Он подошел ко мне и протянул туфельку. Я всё ещё никак не могла отойти от шока и это вполне можно понять, меня чуть не растерзала огромная собака. Видимо, со стороны я выглядела очень жалко, раз Михаил снизошел до милости отозвать свою собаку. Он встал на одно колено и протянул туфельку.
   -Вы позволите?
   Он хотел надеть туфельку мне на ногу. Мне бы очень хотелось отказаться, но правила приличия не дали это сделать. Я протянула ногу и он надел туфельку.
   По правилам нужно было поблагодарить моего спасителя, но он этого не заслужил, поэтому я, молча горделивой походкой ушла в столовую. Папенька уже сидел за столом. Когда я вошла в комнату, он удивлённо посмотрел мне за спину, я обернулась и наткнулась на камзол Михаила.
   -Моя собака голодна. - он обратился к Марфе - Принесите ей кусок говядины с костью и побыстрее.
   Марфа молча поклонилась и побежала исполнять приказ. Мне было неприятно такое отношение к Марфе, но я промолчала, на сегодня скандалов хватит. Я подошла к своему стулу и уже собиралась сесть, как вдруг, Михаил подошёл ко мне и отодвинул для меня стул. Видимо, удивление отразилось на моем лице и он снизошел, чтобы объяснить свой поступок глупым людишкам.
   -Неприязнь к вашей семье не позволяет мне пренебрегать этикетом и, тем самым, принижать свою дворянскую честь.
   Он просто не хочет запятнать свою честь, а я уж испугалась и подумала, что здесь скрыт какой-то подвох. Теперь я была спокойна и наконец-то села на стул, а Михаил задвинул его. Обойдя стол, он сел на место напротив меня. Вскоре вернулась Марфа с миской, на которой лежал обед Эльзы. Марфа хотела отнести миску собаке, но Михаил приказал ей поставить миску здесь и позвал Эльзу. Когда она вошла в комнату, я наконец-то заметила, что она встревожена, ей действительно неуютно на новом месте и чтобы собаке было чуточку спокойней Михаил держит ее рядом с собой. Эльза быстро разделалась с куском мяса и, скучая, начала вертеться. Собака была совсем молодой, где-то год от роду, энергия бурлила в ней и рвалась наружу. Вдруг, Эльза заметила, что я за ней наблюдаю, любопытство взяло верх, и она начала тихонечко ко мне подползать, когда думала, что хозяин её не видит. Вскоре она уже сидела рядом и задумчиво изучала каждое мое движение. Сейчас она не казалась мне огромным чудовищем, она была самой обыкновенной любопытной собакой, не представляющей опасности. Папенька не был охотником, потому у нас не было псарни, и я не имела возможность общаться с собаками. В конце концов, я не удержалась и протянула руку, чтобы погладить Эльзу. Оказывается, гладить собаку по голове очень проблематично, она двигала головой в такт движениям моей руки, пытаясь её обнюхать. Я решила испробовать другую тактику: отрезала кусочек мяса из своей тарелки и бросила его Эльзе, она тут же принялась его есть и я смогла погладить её по спине.
   -Что это за порода? - я посмотрела на Михаила - Никогда таких раньше не видела.
   -Ротвейлер. Ново выведенная порода собак-пастухов.
   -То есть это не охотничья собака?
   Я была потрясена до глубины души. Никогда раньше не видела не охотничьих собак, у дворян такие не водятся.
   -Я не любитель охоты.
   Признаюсь, я не ожидала такого ответа. Михаил чуть-чуть повысился в моих глазах, не каждый дворянин может отказаться от общепринятых правил, даже если это правила заключаются в проведении досуга.
   Я ставила Эльзу и продолжила трапезу. Тишину нарушил папенька.
   -Скоро коронация императора... - эти слова дались ему очень тяжело - Чтобы успеть подготовиться к ней нужно отправиться в Москву завтра. Я... - папенька сочувственно посмотрел на меня - не смогу поехать. Прости меня, Мария... Я знаю, как ты хотела поехать, но... я не могу...
   Я улыбнулась.
   -Не страшно, папенька. Немного обидно, но не страшно. Не переживай, не так уж сильно я и хотела поехать.
   Конечно, я очень хотела поехать на коронацию, но здоровье папеньки для меня дороже. Я была расстроена, разочарована, но утешало то, что Михаил уедет на коронацию. Нельзя допустить еще одного приступа у папеньки, врач сказал, что он будет последним. Первый случился шестого ноября прошлого года, когда пришло известие о смерти матушки императрицы. Папенька боготворил императрицу, он участвовал во многих сражениях на ее веку. Раньше папенька часто рассказывал мне про восстановление под предводительством Емельяна Пугачева в подавлениикоторого он участвовал. Он служил в Царицыне и участвовал в его обороне. Я не столько любила слушать папенькины рассказы о былой юности, сколько смотреть на него в это время, он как будто молодел лет на десять, улыбка не покидала его лица, во время своих рассказов он забывал о возрасте и всех своих бедах. Папеньке довелось служить и под началом Елизаветы Петровны. На годы ее правления пришлась лихая юность папеньки, но божественный трепет исходил из его уст лишь, когда он рассказывал о Екатерине. Я папенькиной слепой верности императрице не разделяла, не могла женщина столь низкая и бесчестная быть спасительницей России. Конечно же, так говорить нельзя о покойных, но я считаю некоторые ее поступки непростительными. Нельзя убивать человека, каким бы плохим он не был, а она убила, не своими руками, но убила своего мужа. Она должна была отдать трон своему сыну, когда он стал совершеннолетним, но она этого не сделала, следовательно, она узурпировала трон. Все годы своего правления она говорила, что стремиться освободить крестьян, но я считаю, если бы она действительно к этому стремилась, крестьяне уже давно были бы свободны. Конечно же, я никогда и никому не говорила своего мнения, никто и не спрашивал, я ведь женщина, а, следовательно, по мнению мужчин, не способна на мыслительную деятельность и собственное мнение. И все равно, что папеньки дали мне академическое образование, которым далеко не каждый мужчина владеет.
   -Мария может поехать со мной.
   Как бы невзначай сообщил Михаил. У меня был шок, папенька уронил ложку. Что он задумал? Я откашлялась и слегка хрипловато спросила.
   -Правда?
   -Конечно. - он даже не смотрел на меня, употребление пищи было важнее - Мы же почти семья. Он лукаво улыбнулся мне. Он точно что-то задумал.
   -В чём подвох?
   Папенька как будто прочитал мои мысли.
   -Подвох? - лицо Михаила выражало нескрываемое удивление - Нет, нет, никакого подвоха. Мария просто очень хочет поехать на коронацию, и я решил, по-братски, взять ее с собой.
   Он пожал плечами, как будто это само собой разумеется. Я очень хочу поехать, но Михаил явно что-то задумал, может, если я поеду, то смогу выведать его планы, а может я просто ищу повод поехать на коронацию. Когда мы уедем папеньке вряд ли будет что-то угрожать, а может Михаил хочет разлучить нас, чтобы я не смогла оградить папеньку от бед и волнения. Все очень запутанно, я не знаю, как поступить. Я посмотрела на папеньку, он улыбнулся и взял меня за руку.
   -Ты не сможешь вечно быть рядом, чтобы оберегать меня. Ты должна поехать, повеселиться.
   -Спасибо...
   Прошептала я, улыбнувшись. Он поцеловал мою руку.
   -Как трогательно. Меня сейчас вырвет.
   Ну наконец-то гадость, а я уже начала волноваться.
   -Выезжаем завтра утром.
   Ночью я никак не могла уснуть. Я очень волновалась за папеньку, как он будет без меня, он ведь даже не знает, где лежат его травы для успокоения. За себя мне тоже было слегка страшновато, мы с папенькой не часто выезжали из поместья, а с незнакомцем я вообще буду путешествовать впервые. Правда, мы едем в Москву, а она совсем недалеко, всего лишь часа четыре верхом. Я вышла на крылечко и вздохнула полной грудью морозного воздуха. Запах ночи великолепен, ночь пахнет тишиной и спокойствием. Жизнь вокруг все еще жива, но она безмятежно спит, ей снятся сны.
   -Не спиться.
   Я была так погружена в свои мысли, что не услышала шагов. Я подпрыгнула и обернулась на голос. Михаил стоял у меня за спиной в расстегнутой рубашке. Я смутилась и отвернулась. Он видимо не заметил моего состояния и встал по правую сторону от меня.
   -Сегодняшняя ночь прекрасна.
   Он вздохнул полной грудью и шумно выдохнул. Мне было неуютно стоять ночью в обществе полуголого мужчины. Подул ветерок с севера, и я поежилась.
   -Вы замерзли?
   Не дожидаясь моего ответа, он снял с себя рубашку и укутал меня в нее. Я смущенно, едва слышно, пробормотала 'спасибо' и незаметно отодвинулась на шаг от странно ставшего добрым мужчины. Его присутствие нервировало меня, даме не положено ночью находится рядом с мужчиной без сопровождения, тем более, когда мужчина наполовину голый. Даже в рубашке ночной ветер морозил, я передернула плечами.
   -Может, зайдете в дом? Не хватало заболеть перед поездкой.
   Он обнял меня, согревая. Этого я вытерпеть уже не могла.
   -Не стоит этого делать.
   Я мягко, но уверенно высвободилась из объятий Михаила.
   -Вы меня боитесь?
   Он действительно не понимает, почему я отстранилась или притворяется?
   -Дело в том, что - я смущенно начала заламывать руки - это непристойно девушке находится рядом с мужчиной на таком близком расстоянии...
   -Простите мне мои армейские манеры. Я совсем забыл, где нахожусь. - он взял мою руку и поцеловал - Простите меня, мне правда жаль.
   Чем дольше я знаю этого мужчину, тем тяжелее мне его понять. Он груб, эгоистичен и хитер, но в нем есть и любовь, и стремление к познанию, и какая-то волшебная красота души.
   -Идите спать, завтра рано вставать. Если вы не встанете вовремя, то я прикажу вылить на вас ведро ледяной воды.
   Нет, все-таки он гадкий человек, не знающий ничего кроме армии. Я гордо вскинула голову, швырнула в Михаила его рубашку и, не прощаясь, ушла в свою комнату.
   Рано утром меня разбудила Марфа и начала собирать мои вещи. Завтракали мы в абсолютной тишине, папенька был задумчив, видимо он жалел, что разрешил мне поехать с Михаилом. На пороге я всё никак не могла разомкнуть его крепких объятий.
   -Может, хватит этих нежностей. Вы расстаетесь всего лишь на несколько дней.
   Михаил вырвал меня из папенькиных объятий и швырнул в коляску. Он собирался сесть в коляску, но папенька остановил его, схватив за руку.
   -Береги ее. Она все, что у меня есть.
   Михаил кивнул и залез в коляску. Мы тронулись и я рассматривала пейзажи, которые мы проезжали. Какое-то время мы ехали молча. Тишину прервал Михаил.
   -Если честно, я немного знаю о вашем прошлом. Мне просто пришло письмо, сообщающее о том, что мой отец удочерил дочь своего армейского друга, умершего от пьянства.
   -Это очень плоское описание ситуации.
   -Так может вы расскажите мне в подробностях?
   Я повернулась к Михаилу.
   -Почему это вдруг вас заинтересовало?
   Он пожал плечами.
   -Просто хочу скоротать время.
   Кто он? Просто незнакомец. Тогда почему я это делаю?
   -Моя мама - княгиня Анна Павловна Шорина.
   -Не может быть!
   -Да, я ее внебрачная ночь. Вы ее знаете?
   Что за глупый вопрос? Конечно, он ее знает. Она очень известная в дворянских кругах, все ее знают, все кроме меня...
   -Мы виделись мельком несколько раз. Разве она не бесплодна?
   -Роды были очень тяжелыми. Я её первая и единственная дочь. Дочь, которая никогда не видела свою мать... Папенька очень её любил...
   -Папенька? Мой отец?
   -Нет, мой настоящий отец.
   -Почему же вы зовете моего отца тоже 'папенькой'?
   -Когда он удочерил меня, я спросила, как мне его называть, и он сказал, чтобы я называла его так же, как и отца.
   -Так, как же это случилось?
   -Когда я родилась, меня сразу же отдали отцу. Князю Шорину сказали, что ребенок умер. После моего рождения мама разорвала все связи с папенькой. Мы жили в Царицыно, папенька очень много пил из-за расставания с мамой, его сердце было разбито. Но не думайте, что из-за пьянства он забыл обо мне: у меня были лучшие частные учителя, какие только могли быть, если папенька приходил домой, то всегда приговорил кучу подарков. Он любил меня, просто горе не давало ему быть настоящим отцом. Но я не была одна, со мной всегда был ваш отец, он растил меня, воспитывал, он заменял мне отца, когда того не было дома. А потом... папенька умер, мне было десять... Я думала, что останусь одна, но ваш отец - я взяла руку Михаила - удочерил меня. Через полгода пришло письмо о том, что старший брат моего нового папеньки умер бездетным, все наследство досталось папеньке, и мы переехали из Царицына сюда. Папенька не говорил, что у него есть сын, я узнала о вашем существовании только перед вашим приездом. Вот и вся моя история.
   -Довольно печальная история.
   -Почему вы с папенькой враждуете? Что же могло такое случиться, из-за чего отец отвернулся от родного сына?
   Михаил вырвал свою руку из моей.
   -Не ваше дело! Мужские разногласия - это мужские разногласия и женщине нечего в них разбираться.
   -То есть, если я женщина, то не имею таких же прав, как и мужчина!?
   -Да! Женщины - это тупые клуши, которые созданы лишь только для одного...
   Я не выдержала. Пощечина быстро заткнула этот сквернословный рот. Михаил как будто оцепенел. Вряд ли ему было больно, он застыл от удивления. Но смотрел он на меня с каким-то странным благоговением и, кажется, уважением.
   -Остановите коляску! Я сойду! Общество этого человека мне противно.
   Возница остановил коляску, я слезла с нее и пошла в обратную сторону.
   -Стойте! - окликнул меня Михаил - Куда вы?
   -Домой.
   -Пешком идти далеко. Садитесь в коляску, я отвезу вас домой.
   Я подумала и решила согласиться. Когда я села в коляску, Михаил схватил меня за руку и скомандовал вознице ехать вперед, не обращая внимания на мои вопли.
   -Ах, вы мерзкий таракан!
   Я попыталась вырвать руку, но хватка была очень сильна.
   -Вы мне потом еще спасибо скажете, вот увидите.
   -Ненавижу!
   Михаил притащил меня за руку в свою квартиру и только тогда наконец-то отпустил.
   -Теперь у меня наверняка будут синяки на запястье!
   -Ничего, прикроете каким-нибудь браслетиком.
   -Вы не разрешили мне брать много вещей, только самое необходимое, поэтому я не брала никаких украшений.
   -Купите всё, что нужно за мой счет завтра.
   -А сегодня?
   Михаил достал бутылку вина из серванта и завалившись на диван с ногами сказал:
   -А сегодня я хочу выпить. Будешь?
   Я огляделась. Квартира в престижном районе, многокомнатная, богато обставлена.
   -Вы богаты?
   -Только сейчас заметила? Что меня выдало?
   -Но откуда? Не на армейское ведь жалованье?
   -С чего ты взяла? Я верно служу своему императору и получаю за свою преданность соразмерное жалование. - он лежа вытащил пробку и взял со стола бокал - Так, что выпьешь со мной?
   -Послезавтра коронация. Разве не нужно к ней готовиться?
   -Сегодня? - он налил вино в бокал и протянул мне - Мы же только что приехали.
   -У меня нет ни платья, - я начала загибать пальцы - ни украшений, ни...
   -Спокойно, спокойно! - он опустошил бокал и поставил его на столик - Я понял! Сейчас все будет.
   Михаил сделал еще пару глотков из горла и встал.
   -Пошли.
   Он взял меня под локоть и потащил на выход.
   -Куда вы меня тащите?
   Я вырвалась и отошла от этого пьянчужки на несколько шагов.
   -Покупать все, что тебе нужно. Но с условием: вечером ты не будешь мешать мне веселиться. Согласна?
   -Согласна.
   Михаил поставил бутылку вина на стол и, снова взяв меня под локоть, вывел из квартиры.
   Где мы только не были за целый день, сколько всего накупали. В квартиру я вернулась возбужденная и взволнованная новыми покупками, когда Михаил был полностью вымотан нашим небольшим путешествием. Он сразу же завалился на злополучный диван и схватил открытую бутылку вина со стола.
   -Вот поэтому я до сих пор не женат. Я просто бы не выдержал этого изо дня в день, из года в год... Никогда не женюсь!
   Он припал к бутылке, как бы закрепляя свою клятву. Я не знала, куда себя деть и села в кресло стоящее рядом с диваном, на котором лежал Михаил. Квартира была темной, как берлога, но просторной. Настоящая холостяцкая конура, в которой практически никто не жил: повсюду пыль, серванты с выпивкой и ощущение одиночества. Я посмотрела на Михаила. Сейчас, с бутылкой в руках, он выглядел не просто одиноким, я видела в его глазах пустоту, которую не заполнит ни одно вино, я видела мальчика, брошенного отцом, всеми забытого и ненужного. Заметив, что я его рассматриваю, Михаил лукаво улыбнулся.
   -Нравлюсь?
   Я фыркнула.
   -У меня, между прочим, жених есть.
   -Да? И кто же он? Хотя, нет, не говори! - он поставил бутылку на стол - Я сам догадаюсь.
   Он, подперев голову ладонью, начал строить предположения.
   -Зная моего отца, я могу с точностью сказать, что твой жених богат. Хотя, видя его любовь к тебе... Он очень богат. Молод, моложе меня, твой ровесник. Сколько тебе там лет?
   -Семнадцать.
   -Готов поспорить на что угодно, что отец ждет твоего восемнадцатилетия. Он слишком сильно тебя любит, и будет тянуть до последнего с расставанием.
   -Откуда такие выводы? Может мы с возлюбленным просто проверяем наши чувства друг к другу, прежде чем совершить такой важный поступок, как женитьба.
   -Во-первых, я очень хорошо разбираюсь в людях. Во-вторых, ты вряд ли видела своего жениха больше четырех раз. Скорее всего, вы впервые встретились на празднике в честь твоего четырнадцатилетия. Потом вы встречались на всех твоих днях рождения.
   Я поджала губы. Он прав, нигде не ошибся.
   -Откуда вы все это знаете? Вам папенька рассказал?
   Михаил рассмеялся и снова схватился за бутылку.
   -Мы с отцом не очень-то ладим, как ты наверняка заметила. Он вряд ли вообще бы со мной заговорил, если бы не болезнь.
   Он припал к горлышку бутылки, но она оказалась пуста. Михаил удивленно встряхнул бутылку, как будто не понимая, куда делось вино.
   -Пекло, вино закончилось! - он повернулся ко мне и, улыбнувшись, промурлыкал - Будь хорошей девочкой, принеси мне еще бутылочку.
   -Может вам хватит уже вина.
   -А-а-а... - он погрозил мне пальцем - кое-кто обещал, что даст мне расслабиться, если мы купим всё, что тебе нужно. А теперь принеси мне еще вина.
   -Я вам не подавальщица. Уговор заключался в том, что я не буду мешать вам расслабляться, а не прислуживать.
   Михаил откинулся на спинку дивана и издал звук похожий на вой умирающего животного. Потом он произнес что-то невнятное и, кряхтя, начал выбираться с насиженного места.
   -Помяни мое слово: от такой жены сбежит даже самый терпеливый муж.
   Он потянулся и, подойдя к серванту, начал придирчиво выбирать жертву в виде бутылки.
   -Что лучше: белое сухое или красное полусладкое?
   -Никакое.
   Михаил повернулся ко мне и покачал головой.
   -Язва.
   Михаил снова отвернулся к серванту, а я, воспользовавшись случаем, показала его спине язык.
   -Пусть будет виски.
   Вдруг, в дверь постучались. От неожиданности я вскочила с кресла.
   -Кто это?
   Я подбежала к Михаилу и взяла его под руку. Он сначала удивился моему поведению, но потом быстро все понял.
   -Боишься? - спросил он ехидно и, не дожидаясь моего ответа, успокоил, махнув рукой - Это мои друзья.
   -Друзья?
   Переспросила я, удивленно выгнув бровь.
   -Представь себе. - он развел руками - У такого мерзкого создания, как я, есть друзья. А у тебя готов поспорить - нет.
   -Чего нет? - не поняла я.
   -Друзей.
   Я уже хотела ответить какой-нибудь колкостью на его реплику, но меня опередили. Послышался хохот за дверью и один из пришедших гостей начал орать.
   -Михаил! Ты там умер?! Если ты там в компрометирующей позе с какой-нибудь красоткой, то хотя бы впусти нас, мы тихо посидим в уголочке с твоим вином и посмотрим.
   Михаил отпустил мою руку и погнал, как собачонку.
   -Так, кыш в свою комнату спать. Сейчас здесь будет не место для воспитанной девушки.
   Он подтолкнул меня в спину и пошел открывать дверь гостям. У меня был выбор: уйти в свою комнату и, заперев дверь, лечь спать накрыв голову подушкой или остаться и скорее всего пожелать об этом. Мой выбор был очевиден. Я разгладила складки на платье и принялась ждать гостей.
   Я встала так, чтобы видеть прихожую. Михаил открыл дверь и внутрь вошел первый человек. Это был высокий и худой мужчина со светлой кожей и рыжими волосами.
   -Михаил! Дружище!
   Он обнял Михаила.
   -Эй! Впустите меня наконец!
   Рыжика отодвинул смуглый блондин, чуть ниже первого, но более мускулистый.
   -Ну ты и засранец! Столько ждать меня не заставляет даже жена!
   -Потому что это ее супружеской долг. - в прихожую вошел еще один мужчина - Если я был твоей женой, я бы тоже делал все быстро и с закрытыми глазами. Как говорится, быстрее сядешь, быстрее встанешь.
   Третий гость был брат-близнец второго гостя в прямом смысле этого слова.
   -К счастью ты не моя жена.
   -Я хуже, я твой брат. Если с женой можно развестись, то без меня ты прожить не сможешь.
   -Это еще почему?
   -А с кем ты пить будешь, братишка? - он положил руки своему брату на плечо.
   Они все дружно засмеялись, а я посчитала, что еще есть шанс улизнуть в свою комнату незамеченной и сделать вид, что меня тут нет. Через мгновение деваться уже было некуда, мужчины один за другим начали проходить в гостиную. Первым был рыжик, он застыл на входе с открытым ртом. Братья последовали его примеру.
   -Что вы там застряли? Не так уж у меня и грязно.
   Михаил раздвинул друзей и, увидев меня, ударил себя по лбу пробормотав что-то себе под нос. Потом он закрыл меня спиной и, подталкивая к моей комнате, начал объясняться с друзьями.
   -Ребята, это приемная дочь моего отца - Мария. И она уже уходит спать.
   -Ну уж нет. - один из братьев-близнецов схватил меня за руку и вывел из-за спины Михаила - Останьтесь хоть на час. Вы сделаете нас очень счастливыми, если останетесь.
   Он поцеловал мою руку.
   -Александр, ты женат. - напомнил ему брат.
   -Какой же ты всё-таки зануда.
   Александр закатил глаза и отпустил меня. Свободной я была недолго, мою руку тут же перехватил другой брат-близнец.
   -Милая, я точно такой же, как и мой брат, только лучше - я не женат. Так, что - он поклонился - я весь ваш.
   Меня вырвали из цепких лап и заключили в объятия. К сожалению это был не Михаил, а рыжик.
   -Друзья мои, будьте аккуратней, вы чуть не порвали ее.
   Меня закрутили на месте.
   -Не плохо, слегка полновата, но это компенсируется размером груди. Раньше ты предпочитал худых. Волосы каштановые, но на свету отдают рыжим. Если мне не изменяет память, ты раньше предпочитал черноволосых. Я не сказал бы, что она утонченная аристократка. Ты изменил своим вкусам? Раньше ты на такую бы даже не взглянул. - меня перестали кружить и начали рассматривать мои руки - Не чурается ходить без перчаток. Вымирающий экземпляр. Где ты такую нашел?
   Рыжик повернулся к Михаилу.
   -Повторяю: это приемная дочь моего отца.
   -Чудно! Значит она не занята. - рыжик поцеловал мою руку и представился - Сергей. Очень рад нашему знакомству.
   -Что здесь вообще происходит!
   Я вырвала свою руку и отошла от мужчин. Я была возмущена до предела! Меня тискали, крутили и рассматривали, как какой-то скот перед покупкой.
   -Мария, успокойся. - Михаил взял меня под руку - Мои друзья просто очень удивились, увидев тебя здесь.
   -Прошу прощения, если вызвали своим поведением ваше негодование. Наш друг ведет крайне замкнутый образ жизни и увидеть его с кем-то для нас равносильно празднику. - Сергей поклонился - Давайте начнем с начала. - он протянул мне руку - Князь Сергей Павлович Адонск.
   Так то лучше, я вложила свою ладонь в его и позволила поцеловать.
   -Мария Дмитриевна Самойлова.
   Ко мне подошёл один из братьев-близнецов.
   -А мы братья Карамазовы. Олег - беспечный холостяк - он указал на себя - и Александр - женатый зануда.
   Олег указал на своего брата, тот фыркнул и сложил руки на груди.
   -Я просто забочусь о чести нашей семьи и продолжении рода в отличии от всех вас. Мне есть, кому передать наследство, у меня есть сын. А вы? Рано или поздно придется жениться, чтобы ваши фамилии не исчезли с лица земли.
   -Не будем думать о плохом. - Олег прошёл к серванту и, распахнув его настежь, достал бутылку вина. - Выпьем за здоровье императора!
   Все мужчины тут же повеселели, хотя я не знала, что можно быть в еще большем расположении духа, и уселись на диван и кресла вокруг стола. Я, не зная, куда себя деть, осталась стоять на месте. Михаил достал из другого серванта бокалы и начал раздавать их гостям.
   -Миша, где у тебя штопор?
   Олег рылся по полкам в поисках заветной вещи открывающей бутылку с вином.
   -Он здесь. Лови!
   Сергей взял штопор со стола и кинул его Олегу, тот поймал. Пробка выскочила из бутылки и все мужчины разразились аплодисментами. Михаил впихнул мне в руки бокал, я удивлённо на него уставилась. Михаил сразу же заметил мое поведение.
   -Ты не будешь пить?
   -Я...
   Что сказать? Нельзя говорить правду, иначе меня поднимут на смех. Я приняла невозмутимый вид и как можно беззаботней ответила.
   -Нет, не хочется.
   Троица сразу же надулась.
   -Ну Мария...
   -Как так можно!?
   -Грешно не пить за здоровье императора.
   Я опустила голову и начала вертеть бокал в руках.
   -Что случилось?
   Я посмотрела сквозь опущенные ресницы на Михаила. Он стоял рядом и пытался разглядеть мое лицо.
   -Не может быть...
   Он приподнял мое лицо.
   -Ты никогда раньше не пила?
   Я ничего не могла вымолвить от смущения и потому просто покачала головой. Михаил развернулся к троице.
   -Друзья, у нас тут новичок!
   -Оооо! - гости подняли бокалы - Чего ты там стоишь? Иди сюда! Сейчас будем это исправлять!
   Михаил усадил меня на диван рядом с собой и налил мне вина.
   -За императора Павла Петровича! - Сергей встал, чтобы произнести тост - Долгих лет ему жизни!
   -Долгих лет ему жизни!
   Все подняли бокалы, а потом начали пить.
   -Пей по чуть-чуть. - Михаил тронул меня за плечо - Не спеши.
   Я осушила свой бокал только после седьмого тоста. Мужчины уже осушили пять бутылок и уже подумывали уложить меня спать и пойти гулять по ночному городу. Я насторожилась.
   -Может не стоит? Уже поздно и вы в таком состоянии...
   -Так! - Михаил погрозил мне пальцем - Сейчас не самый лучший момент, чтобы возражать. Брысь спать!
   Такого отношения к себе я не могла потерпеть. Я скрестила руки на груди и отодвинулась от этого грубияна.
   -Михаил, - Сергей обратился к другу - я думаю, что выражу мнение всех собравшихся, если скажу тебе, что ты не прав. Мария просто проявила заботу и участие...
   -Сам знаю! - рявкнул он на друга и, тронув меня за плечо, промурлыкал - Ну прости меня, я не хотел ругаться...
   -И все таки мы поругались!
   -Я знаю, я грубиян...
   -Вот именно!
   -Ну не обижайся. Хочешь я завтра тебе что-нибудь куплю?
   Я вскочила и закричала на него во все горло.
   -Ты думаешь, что все можно купить, но это не так! Любовь людей, дружбу, уважение нельзя купить!
   И прежде чем он успел ответить, я ушла в свою комнату, громко хлопнув дверью. Дальше я переоделась и легла спать, накрыв голову подушкой. Надо было поступить так с самого начала!
   Проснувшись утром, я первое дело прислушалась, за дверью было тихо, и я пришла к выводу, что или Михаил все еще спит, или его нет дома. Аккуратно и как можно тише я встала с кровати, накинула халат и вышла из комнаты проверять свою догадку. Подойдя к двери в комнату Михаила, я прислушалась и не услышала ни звука. Набравшись смелости, я чуть-чуть приоткрыла дверь и заглянула внутрь. Никого. Как порядочная девушка я должна была сразу же закрыть дверь и забыть об это безнравственном поступке, но, к счастью, я никогда не была благовоспитанной девушкой. Я вошла в пустую комнату Михаила и закрыла за собой дверь. Обстановка была холодной, сразу видно владелец почти не спал в этой комнате. Большое окно было раскрыто нараспашку, и холодный весенний воздух беспрепятственно проникал в комнату. Я поежилась, или Михаил очень сильно любит свежий воздух, или он просто забыл закрыть окно перед уходом, в комнате стоял собачий холод, так и заболеть недолго. Я закрыла окно, поставив себе на заметку, что нужно будет его снова открыть, когда я уйду. С чего бы начать осмотр? Такой человек, как Михаил вряд ли хранит ценные вещи в комоде, но я, на всякий случай, решила проверить и его. Комод был покрашен в белый цвет и стоял около кровати. В верхнем ящике комода были письма, в среднем лежали чернила и перья, а вот нижний был закрыт на замок. Ключ наверняка спрятан в этой комнате, но где? На комоде лежала книга и стояла масляная лампа, ничего ценного. Где же он мог спрятать ключ? Я вытащила склянку с чернилами и перья на комод и начала исследовать ящик. Второго дна нет, это самый обыкновенный ящик, а вот верхний ящик оказался с сюрпризом, под письмами лежал миниатюрный ключик, но он никак не мог подходить к замку в нижнем комоде, этот ключик был от чего-то другого. Значит, где-то в комнате есть тайник с секретом, и я его найду. Так, где мужчина армейского воспитания может прятать ценности? Ответ прост - в кровати. Я начала рыться в пастели Михаила в поисках потайного отделения. Я была права, в матрасе было вырезанное ножом отделение, а в нем ключ и вот этот ключ уже вполне мог подойти к замку в ящике комода. Я вставила ключ в замок и повернула, ящик открылся, внутри он был обит железом. Я почувствовала себя искателем приключений, который нашел клад.Там были бумаги на владение недвижимостью, золотой крест, покрытый красной эмалью, с двуглавыми орлами между концов креста, пистолет, кошель с деньгами, фамильный перстень и серебряная цепочка с изумрудным кулоном. Я взяла в руки золотой крест. Меня обучали различать ордена и награды, но я в этом не очень преуспела, поэтому крест был положен на место так и не узнанным. Этот ящик предназначался для хранения вещей, которые необходимы повсеместно, скорее всего, Михаил таскает эти вещи с собой во время любой поездки. Я посмотрела на ключик, который я нашла. Где-то в доме должен быть замок, к которому подходит этот ключик, и я его найду. Вряд ли в этой комнате есть еще какой-нибудь тайник. Я положила ключик в карман халата и покинула спальню Михаила, в поисках тайника. Однако, как только я вошла в гостевую комнату, то услышала скрип ключа вставленного в замок из прихожей. Кто-то хотел войти в квартиру.
   Несколько мгновений я просто стояла, как вкопанная, и смотрела на прихожую. Дальше меня как будто поразил удар молнии, я сорвалась с места и помчалась в свою комнату. Ворвавшись в комнату, я тут же закрыла за собой дверь на замок и прижалась к ней ухом, прислушиваясь. Входная дверь открылась, и кто-то вошел в квартиру, закрыв за собой дверь. Его поступь была слегка неуверенной, но целенаправленной, он шел в сторону моей комнаты. Я задержала дыхание, надеясь, что вошедший не услышит его и пройдет мимо. Но сегодня удача решила повернуться ко мне спиной, вошедший в квартиру встал напротив двери в мою комнату и прислонился к ней, видимо прислушиваясь, я слышала его дыхание.
   -Мария, я знаю, что ты там, твоя тень проникает в щель под дверью.
   Я облегченно выдохнула, это был Михаил.
   -Открой дверь, пожалуйста, нам нужно поговорить.
   Я даже не шелохнулась, а наоборот, прижалась к двери спиной. Михаил робко постучался в дверь, я, естественно, не открыла.
   -Ну и прекрасно! Сиди там!
   Он пнул дверь и ушел. Вскоре хлопнула дверь его комнаты, а я опустилась на пол, все еще опираясь спиной к двери. Ключик все еще лежал в кармане моего халата и если он заметит его пропажу, то мне не поздоровится. Оставалось лишь уповать на надежду, что Михаил пошел в комнату отсыпаться после бурной ночи и, позже, я смогу положить ключик на место незамеченной. Я встала с деревянного пола и начала ходить взад-вперед по комнате, обдумывая план возвращения ключика на место. Криков и бранных слов из комнаты Михаила не доносилось, значит, он пока не заметил пропажи ключика. Скорее всего, он лег спать, но войти в его комнату пока он спит и подбросить ключик я не решусь даже, если от этого будет зависеть моя жизнь. Нужно куда-нибудь его спровадить и, тогда я смогу беспрепятственно вернуть украденное. Попробую притвориться, что у меня болит живот, Михаил пойдет за доктором, а пока он ходит, я верну ключик на место. Достаточно неплохая идея, мне кажется, так и поступлю. Я снова села на пол у двери, дожидаясь, когда Михаил выйдет из своей комнаты, и я смогу сообщить эту 'печальную' новость. Но Михаил все не выходил и не выходил из своей комнаты, от бездействия меня начало клонить в сон и я прикрыла глаза.
   Наверное, я задремала, потому что, проснувшись, я видела, что солнце садиться за горизонт, наступил вечер. Я выглянула из-за двери, никого, но в гостевой комнате точно кто-то был, я это чувствовала. Решив не переодеваться и остаться в халате, я робко вышла из комнаты, бесшумно закрыв дверь. В гостевой комнате стоял полумрак, горела лишь одна свеча стоявшая на столе, но я все равно увидела Михаила, вальяжно устроившегося в кресле с бокалом вина. Он отсалютовал мне бокалом.
   -Проходи, не стой в дверях.
   Я робко вошла в гостевую комнату, держа руки за спиной, как нашкодившая девчонка.
   -Присаживайся.
   Михаил указал мне на диван рядом с креслом. Повинуясь какой-то неведомой силе исходившей от него, я села на указанное место. Я молча сидела на диване, пока Михаил любовался отблесками свечи на красноватой жидкости налитой в бокал.
   -Вина? - спросил он, не отрываясь от созерцания своего бокала.
   -Не стоит, я чувствую себя не очень хорошо.
   -Что-то болит? - он наконец-то повернул голову в мою сторону.
   -Живот побаливает... - я положила руки на живот, для большей убедительности.
   -Странно... - он снова посмотрел на свой бокал - А совесть у тебя не болит?
   На мгновение я ошеломленно замерла, но быстро взяла себя в руки и как можно удивленно спросила:
   -Что? Я не понимаю...
   В тоже мгновение бокал с вином полетел в стену, а поза Михаила изменилась, стала напряженной.
   -Не ври мне! - он ударил кулаком об стол - Где ключ?
   Я как можно недоуменней посмотрела на Михаила. Он никогда в жизни не сможет доказать, что это была я, а, следовательно, мне нечего бояться.
   -Я не понимаю, о чем идет речь.
   В мгновение ока он оказался передо мной, его дыхание щекотало мне щеку. Я вжалась в спинку дивана, но деваться было некуда, его руки были с обеих сторон от моего лица.
   -Знаешь, что тебя выдало?
   Он смотрел мне прямо в глаза, его черные глаза видели меня насквозь. Я закрыла глаза, чтобы не выдать своего страха. Его дыхание переместилось на мое ухо.
   -Окно. - прошептал он - Ты закрыла окно. Вору никогда бы в голову не пришло закрывать окно, но тот, кто закрыл окно чувствовал себя на своем месте, следовательно, он живет в этой квартире. В этой квартире живем лишь ты и я. Так как я не мог обокрасть сам себя, то значит, что это была ты!
   Последнее слово он прокричал прямо мне в ухо. Я вжалась в диван еще сильнее, хотя даже не думала, что это возможно.
   -В шпионов решила поиграть - он снова шептал, но уже не зло, а скорее весело, я чувствовала, как он улыбается - Ты ничего на меня не найдешь и не сможешь убедить папочку не передавать наследство мне. - он провел тыльной стороной ладони по моей щеке - Знаешь, мне и не нужно его наследство, у меня есть своя усадьба рядом со столицей, но я бы отдал все это лишь за то, чтобы увидеть, как все, что он создавал непосильным трудом - рушится, как исчезает память о нем, как горит последнее упоминание о его существовании в этом мире!
   Он снова кричал. Не открывая глаз, я попыталась повернуть лицо вбок. Михаил схватил мой подбородок, вынуждая снова повернуть лицо на него.
   -Посмотри на меня.
   Если я открою глаза, то точно заплачу. Я не могу доставить ему такое удовольствие. Он снова прикоснулся к моей щеке, если бы я не была так напугана, то я бы обязательно брезгливо скривилась. Но сейчас не до этого, нужно найти способ убежать в свою комнату и запереться в ней на замок.
   -Открой глазки. - он почти мурлыкал - Я хочу увидеть твои испуганные зеленые глазки.
   Он убрал руки от моего лица и чуть-чуть отодвинулся. Это мой шанс! Все еще не открывая глаз, я наугад ударила кулаком в Михаила и, кажется, попала ему в глаз. Послышался крик, Михаил не ожидал такого развития событий и не успел прикрыться. Но радоваться было некогда, я вскочила с дивана, открыла глаза, и со всех ног припустилась в сторону своей комнаты. Я была свободна не более двух секунд. Он схватил меня за руку на бегу и потянул на себя. Я не успела затормозить и упала в тиски Михаила. Я смогла лишь увернуться от его второй руки, но первая все еще продолжала удерживать мою руку, бежать было некуда. Свободной рукой я пыталась освободить вторую руку от хватки Михаила.
   -Пустите, мне больно!
   Я посмотрела на него, пелена слез уже начала застилать глаза. Свободной рукой Михаил потирал ушибленный глаз.
   -Мне тоже. Может и синяк выскочить, а завтра коронация. Дрянная девчонка!
   Он замахнулся, и я вся сжалась. Всего пара ударов его кулаком и я мертва. Но он не ударил, рука Михаила опустилась и потянулась к моей щеке.
   -Не плачь... - его рука была у самого моего лица, я отшатнулась - Я бы никогда в жизни не ударил бы тебя...
   Он отпустил мою руку и отошел на несколько шагов. Несколько секунд я не понимала, что происходит и просто ошеломленно стояла. А потом до меня дошло, что я свободна и я, не раздумывая, бросилась к своей комнате. Вбежав, я быстро заперлась на замок и забилась в угол комнаты, как израненный зверь. Так я и уснула сидя на полу в углу комнаты.
   Прода от 19.09
   Проснулась я от шума за окном. С чего это, вдруг, сегодня стало так шумно на улице? Было раннее утро, я хотела спать и решила, что отвечу на этот вопрос после того, как высплюсь. Я закрыла глаза и уже была готова снова провалиться в мир сновидений, как мне осенило. Коронация! Сегодня коронация! Сон, как рукой сняло, я вскочила с места полная энергии. В шкафу уже весело мое новое платье, которое я собиралась надеть на коронацию. Вот-вот должна прийти служанка и помочь мне с ним. Открыв шкаф, я потянулась за платьем и отдернула руку, увидев на ней синяк. Воспоминания вчерашнего вечера нахлынули с новой силой, сегодняшний праздник уже не казался таким радужным и прекрасным, ведь мне придется на него идти с Михаилом. Я начала судорожно рыться в шкатулке с украшениями, ища браслет, который сможет закрыть синяк на руке. Браслетик был очень красивым, его украшали жемчужины и разнообразные завитки, а сам он был сделан из серебра. Я отбросила украшение от себя, всего лишь два дня назад этот браслет мне купил Михаил. Я вздохнула и посмотрела на платье, его мне купили тоже два дня назад. Все в этой комнате принадлежало Михаилу и меня это пугало, я здесь одна, совсем одна. Выходить из комнаты расхотелось, одеваться на коронацию тоже. Я села на пол и обняла колени руками. Что же мне делать? Я должна одеться и выйти навстречу новому дню, но сердце умоляло меня остаться в комнате и не совершать ошибок. Все тело сопротивлялось моему решению, но я заставила себя встать с пола и снова подойти к шкафу. Мне не особо нравилось это платье, но по регламенту, введенному императором, я должна была надеть именно его. Платье было голубого цвета в стиле 'Роба' - это пышное платье на каркасе из ивовых прутьев, талия которого кончалась сразу под грудью, сзади платье заканчивалось большим шлейфом. Рукава платья заканчивались на уровне груди так, что они не могли прикрыть моего синяка, мне все же придется надеть тот браслет. Я огляделась в поисках оного, бедняга валялся на полу. Вздохнув, я подняла браслет и нацепила на руку. В дверь постучались.
  -Здравствуйте, - пропищал тоненький голосочек за дверью - меня прислали помочь вам одеться.
  -Входи.
  В комнату вошла миниатюрная блондинка с большими голубыми глазами и детской фигуркой. 'Это ангел!' - подумала я - 'Ангел на Яву!'. Она поклонилась мне и прошла к шкафу за платьем. По правилам приличия я не должна была помогать служанке достать платье из шкафа, но оно было таким огромным и тяжелым, а девушка была такой худенькой и хрупкой... Я не могла не пожалеть ее. Достав платье, девушка жестом предложила мне сесть за туалетный столик, а сама начала доставать из шкафа атрибутику к платью.
  -Как тебя зовут?
  -Ольга.
  Девушка начала одевать меня в корсет. Когда она затягивала узлы, я могла лишь поражаться ее скрытой силе, Ольга затянула на мне корсет так, что я еле могла вздохнуть.
  -И сколько же тебе лет, Ольга?
  -Семнадцать.
  Хорошо, что я сидела, иначе бы я, забыв про все манеры, упала прямо на пол. Семнадцать лет! Мы с ней одного года рождения! Я почувствовала себя неимоверно толстой, по сравнению с этой пушинкой я была бегемотом, причем не очень то и красивым. Раньше мне никогда не приходилось страдать каким-либо комплексом, но после такого удара в моей душе поселился червячок сомнения - а не уродина ли я? Ольга начала надевать платье на ошеломленную меня, это платье висело бы на ней, как мешок, а я едва в него втискивалась с затянутым корсетом. Чтобы уйти от грустных мыслей, я решила поговорить.
  -А где все остальные слуги?За три дня пребывания здесь, ты первая служанка, попавшаяся мне на глаза. Ольга достала из коробочки в шкафу туфельки. Красивые и удобные туфельки на невысоком каблуке, обитые шелком и с серебряной застежкой.
  -Прислуге запрещено находиться на этом этаже в присутствии барина, он очень не любит когда ему мешают.
  Она надела на мои ноги туфельки и начала воевать с серебряной застежкой.
  -Как это так? Кто тогда убирается на этом этаже, приносит пищу, моет окна и прочее?
  Ольга закончила меня обувать и приступила к волосам.
  -Какую вы хотите прическу?
  -Просто собери волосы в кичку и укрась цветами.
  Я положила руку на шкатулку с искусственными цветами, показывая, откуда их брать. Ольга начала творить, попутно отвечая на мои вопросы.
  -Прислуга убирается на этаже ночью, когда барин спит или днем, когда он уезжает по делам. Но эта квартира почти все время пустует, барин всегда с неохотой приезжает в Москву и только по делам. Перед приездом барина определенное количество слуг из имения в Петербурге приезжают сюда раньше барина, и прибирается к его приезду.
  -Значит, здесь никто не живет... - протянула я задумчиво -И какие же слуги путешествуют вместе с барином?
  -Любые, барин сам выбирает тех, кто ему нужен.
  Я ойкнула, Ольга во время ответа слишком сильно потянула мои волосы. Я посмотрела на ее отражение в зеркале. Светлые волосы, голубые глаза, стройная фигурка... Идеально для Михаила, если исходить из его вкуса, описанного Сергеем. Я не дура, два плюс два сложить могу.
  -И ты постоянно ездишь туда же, куда и он.
  Ольга покраснела, но кивнула, хотя этого можно было не делать, я утверждала, а не спрашивала. Бедняжка, она любит этого подонка, я вижу это в ее глазах. Они сияли, когда Ольга говорила о нем. Когда он ее отвергнет, бедные голубые глазки потухнут навсегда, а сердце разобьется на части и больше никогда не сможет любить. Я это точно знаю, я это вижу в каждом жесте, в каждом взгляде, в каждом вздохе, во всех ее действиях. На меня накатила невероятная тоска, я ничем не могу помочь бедняжке, никак не смогу остановить неизбежное.
  -Вы погрустнели. Я что-то не так сделала? Вам нехорошо?
  Ольга взволнованно положила руку мне на плечо. Я вымученно улыбнулась Ольгиному отражению в зеркале и положила руку на ее руку.
  -Все в порядке.
  Она улыбнулась мне и продолжила сооружать прическу. Теперь настала очередь искусственных цветов. Я не смогла сдержаться, скупая слеза жалости к этому ангелу побежала по моей щеке.
  -Вы плачете! - вскрикнула она испуганно - Я сделала вам больно!?
  -Нет... - я вытерла слезинку и улыбнулась - Просто... Жаль, что папенька не видит меня такой красивой. Ты просто волшебница, такой красивой прически у меня ни разу в жизни еще не было.
  Ольга смущенно улыбнулась и продолжила вплетать цветы в мою прическу.
  -А где ваш папенька? - я уже хотела ответить, но Ольга перебила меня - Извините, если спрашиваю лишнее.
  -Он остался дома, у него очень больное сердце.
  -А моего папеньки уже давно нет на свете, он умер, когда мне было шесть. Он был воспитателем барина, учил его грамоте. - она убрала руки от моих волос и отступила на шаг - Все готово.
  Я встала со стула и отошла от зеркала на столько, чтобы увидеть себя в нем во весь рост. Без лишних слов, я была великолепна. В зеркале отражалась уверенная в себе, сильная и гордая леди. Ольга подала мне голубого цвета сумочку, украшенную жемчугом и веер, кремового оттенка. Я расправила плечи и приподняла голову, в этом наряде я чувствовала себя не просто собой, а чем-то большим, участником великого события, которое изменит мир.
  Прода от 21.09
  Ольга, поклонившись, покинула меня. Я прикусила губу, больше не было смысла сидеть в комнате, но я все равно продолжала стоять на месте и смотреть на дверь. Мой родной папенька всегда говорил мне, что страх - это барьер, который мы сами и соорудили, он мешает нам видеть и познавать весь этот мир. Он говорил, что барьер рухнет, лишь только ты прикоснешься к нему, но большинство людей настолько бояться выстроенного барьера, что даже и не пробуют его разрушить. Мой отец умер от пьянства, но он любил этот мир, эту жизнь, он любил меня. Просто он ни разу так и не попытался разрушить барьер страха, который сам и построил. Я не повторю его ошибку. Никогда. Глубоко вздохнув, я вышла из комнаты. Ольга бесшумно шагала по коридору к гостевой комнате, я уже хотела ее догнать, как из гостевой комнаты в коридор вышел Михаил. Ольга поклонилась и уже хотела обойти его по дуге, как Михаил остановил ее, схватив за руку.
  -Степка снова просил у меня твоей руки, и я снова отказал.
  Ольга кивнула и уже хотела уйти, как Михаил снова остановил ее.
  -Может, все-таки примешь его предложение? Степка вполне достойный человек, который любит тебя.
  Она снова поклонилась и убежала, не оглядываясь. Михаил тоже не смотрел ей в след, только сейчас он увидел, что у их с Ольгой разговора был зритель. Я все еще стояла у своей двери, а он смотрел на меня и не шевелился, то ли от удивления, то ли от еще какого-то чувства. Сейчас меня это не волновало, я была возмущена до предела. Разъяренной фурией я подошла к Михаилу и, не дав ему вставить даже слова, заговорила:
  -Как вы смеете играть чувствами этой несчастной девушки! Ольга не вещь, она - человек, а вы играете ей, как будто она ваша собственность! Ольге уже семнадцать лет, а она все в девках ходит и, вот, когда появляется претендент на ее руку, вы отказываете ему, хотя прекрасно знаете, что может быть это ее последний шанс обзавестись семьей! Она любит вас, а вы используете это в своих целях! Это низко и бесчеловечно!
  Мою тираду прервали, банально закрыв мне рот рукой.
  -Во-первых, я хотел бы сказать, что сегодня вы особенно прекрасны, Мария. Во-вторых, Ольга является моей крепостной и имею право делать с ней все, что захочу. - возмущенная до глубины души, я начала отрывать его руку от своего рати, чтобы высказать Михаилу все, что я о нем думаю - В третьих, Я никогда не принуждал Ольгу, но и не собирался отказываться от услуг, которые она мне предоставляет. В четвертых, если бы вы более внимательно слушали наш разговор, то уяснили бы, что Ольга по личной инициативе просит меня отказывать ее женихам, т.к. я сказал ей, что после свадьбы все наши интимные отношения прекратятся. И последнее, но не по значению: это не ваше дело!
  Михаил убрал руку с моего рта и, отдышавшись, я продолжила дискуссию.
  -Вы разбиваете ей сердце! Это должно прекратиться! Вы должны немедленно выдать ее замуж, Ольга не должна питать иллюзий, они разрушают ее изнутри! Вы бессердечно играете ее чувствами!
  -Я играю ее телом, а никак не чувствами, своими чувствами она играет сама. Знайте разницу, Мария.
  Я уже хотела ответить, как Михаил перебил меня.
  -Не желаю больше ничего слышать на этот счет. - он подал мне локоть - Тем более, нам уже пора идти.
  Прода от 25.09
  Когда мы вышли из дома, было около восьми часов утра. Венчание будет проходить в Успенском соборе Кремля, скорее всего процессия уже тронулась, но до собора они доберутся не раньше чем через час, у нас с Михаилом была уйма времени. Я посмотрела на Михаила в немом вопросе, что нам делать целый час, он улыбнулся мне и спросил:
  -Прогуляемся?
  Я пожала плечами и он, видимо, растолковал мой жест, как согласие.
  Сегодня было Пасхальное воскресенье, выходной, несмотря на раннее утро, улицы были забиты людьми, все жители Москвы хотели хоть краем глаза увидеть своего монарха. Мы не спеша двигались в сторону собора, нам спешить было некуда, еще сегодня насмотримся на императора. На самом деле я очень удивлена, что нашу семью пригласили принять участие в коронации, мы не настолько богаты и влиятельны, как большинство гостей. Папенька вообще ведет отшельнический образ жизни, я уже и не вспомню, когда в нашем поместье в последний раз были гости. Скорее всего, нашу семью пригласили из-за того, что папенька был достаточно любим покойной императрицей, благодаря своим достижениям во время крестьянской войны. Хотя... Я посмотрела на Михаила. 'Я верно служу своему императору и получаю за свою преданность соразмерное жалование' - он не так прост, как хочет казаться. Скорее всего, они с императором близки, но пока, что у меня нет доказательств этой теории.
  -Почему ты так на меня смотришь?
  Я даже не заметила, что откровенно пялюсь на Михаила, зато он это прекрасно заметил. Я молча отвела взгляд и начала рассматривать прохожих. Улицы были переполнены людьми, складывалось такое впечатление, что все жители империи приехали в Москву на коронацию императора. Город был переполнен всеми цветами, звуками и запахами этого мира. Прекрасные леди шествовали по улочкам, шурша юбками всех цветов, их духи заглушили зловония, исходившие из дворов ремесленников, лорды красовались друг перед другом красотой своих спутниц, не забывая и похвастаться шелковой рубашкой, украшенной жемчугом или золотым кольцом с алмазом. На нашем пути попадались и простые люди, они тоже радовались празднику, но завидев на пути какого-нибудь дворянина, нут же кланялись, пряча улыбки, и ожидая, когда высокий гость города пройдет. Они были простыми тружениками, надевшими свой лучший костюм, по случаю праздника, они были живыми людьми, а окружающие смотрели на них, как на грязь под ногами. Они кланялись мне, хотя даже не знаю, кому из нас нужно кланяться на самом деле, я никогда бы не смогла так жить, как жили они, никогда бы не смогла овладеть ремеслом, которым владели они. Мне было невероятно стыдно участвовать в этом театре абсурда. Оба отца всегда учили меня уважать любого человека, кем бы он ни был: свободным или крепостным. Я жила в семье, в которой крепостные были частью большой семьи, о которой мы должны заботиться, а не унижать. Сейчас, я как будто попала в другой мир, пошлый мир тщеславных людей, управляющих этой страной.
  Михаил помахал кому-то в толпе и повел меня туда. Я начала упираться, мне не хотелось разговаривать с этими испорченными дворянами, но, как и всегда, моего мнения никто не спрашивал.
  -Михаил, душенька, приветствую. - Оказывается, нам махала черноволосая женщина, лет тридцати пяти в изысканном платье, серебряного цвета - Кто твоя замечательная спутница? - промурлыкала она.
  -Здравствуй, Анна, радость очей моих. С каждой нашей встречей ты становишься все моложе и элегантней.
  Женщина смущенно махнула рукой.
  -Льстец. Вот поэтому император и держит тебя при дворе, потому что ты бессовестный лжец.
  -Вот теперь ты вгоняешь меня в краску своими комплиментами. Я лишь простой генерал-лейтенант.
  Они рассмеялись какой-то непонятной мне шутке, которая только что была ими разыграна. Анна утерла не существующую слезинку и снова посмотрела на меня, лучше бы они продолжали обмениваться любезностями.
  -Так кто эта ослепительная куколка?
  Я возмущенно огрызнулась, отпустив локоть Михаила.
  -Никакая я вам не куколка! Меня зовут Мария!
  -Извини, - она слегка наклонилась, чтобы наши лица стали на одном уровне - для меня все милашки, как ты - куколки. Я просто их так называю, это не означает, что я как-то пренебрежительно к тебе отношусь, наоборот это такой знак моего к тебе доверия. Не обижайся, куколка.
  Анна потрепала меня за щеку и, выпрямившись, снова повторила свой вопрос Михаилу:
  -Так кем Мария тебе приходится?
  Мне очень не понравилась двусмысленность этого вопроса, но я промолчала, потирая щеку.
  -Мария - приемная дочь моего отца, так как он болен, я решил взять ее с собой.
  Глаза Анны странно блеснули, но она быстро взяла свои эмоции по контроль.
  -Какое благородство. - Она цокнула языком - Тебе нравится в нашей компании, Мария?
  Я не смогла сдержать свои эмоции и сморщила нос. Анна, увидев это, рассмеялась, хлопнув в ладоши.
  -Она просто чудо! - Анна снова потрепала меня по щеке - Не забудь представить ее императору, он будет в восторге!
  Анна ушла, быстро смешавшись с толпой дворян. Я посмотрел на Михаила, общение с этой женщиной подняло ему настроение. Улыбаясь, он взял меня под локоть и повел к собору, в той же стороне скрылась Анна.
  -Пренеприятнейшая женщина. - Сказала я сама себе, потирая потрепанную щеку.
  -А ты ей понравилась.
  Михаил посмотрел на меня, все еще улыбаясь. Я фыркнула.
  -Ты напомнила ей дочь. Она умерла.
  -Я не знала... - мне стало жалко эту несчастную женщину, пытающуюся скрыть боль за фальшивыми улыбками и шутками - Сколько было ее дочери?
  -Три дня.
  Младенец. Анна потеряла младенца.
  -Это был ее первый и единственный ребенок. Анна чуть сама не умерла во время родов, - он вздохнул - больше детей она иметь не может, хотя еще долго пыталась их завести. Все дети рождались мертвыми.
  Я даже не могла представить боль этой женщины. Она вынашивала девять месяцев своих детей, лелея надежду, что они выживут и, вот, после долгих и мучительных родов, она не слышала криков своих малышей, они были мертвы. Эта боль никогда не покинет ее, она умрет с этой болью и не будет ей спокойствия даже после смерти.
  -Это ужасно... - все, что я смогла выдавить из себя - Никогда не быть мамой... Быть одинокой...
  -Она не одинока. - Михаил улыбнулся мне - Анна воспитывает дочь своей покойной сестры, она никогда не будет одинока.
  Мне стало чуть полегче, но моя жалость к Анне и ее мертвым младенцам никуда не делась. Несмотря на приемную дочь, боль Анны к своим мертвым никуда не делась, она все еще скорбела по ним, и будет скорбеть до конца своих дней.
  -Эй, - Михаил чуть встряхнул меня - повеселей! Сегодня же праздник!
  Я улыбнулась. Мы приблизились к Успенскому собору. Это монолитное суровое здание, смотрящееся, как будто оно было высечено из одного камня, гладь стен, которого подчеркивают узкие щелевидные окна. Вокруг собора уже столпилась куча народа, но император еще не приехал. Войдя в собор, я ахнула: архитектура и стенопись храма создают образ космоса, где своды символизируют небо, несомое столпами собора. Внутри собор оказался намного просторнее, чем мне показалось на улице. Михаил повел меня поближе к месту, где будет проходить коронация, мне было все равно, я безостановочно крутила головой, рассматривая архитектуру собора. Меня отвели на сидячие места, установленные специально для дам, усадили на одно из мест и дали наказ:
  -Сиди здесь, как только церемония закончится, я приду сюда за тобой. Мария! Посмотри на меня!
  Я с неохотой оторвалась от разглядывания фресок и посмотрела на Михаила.
  -Ты все поняла? - спросил он строго.
  Я вздохнула.
  -Да.
  Михаил взял меня за руку и сказал:
  -Никуда не уходи, хорошо?
  Я снова вздохнула. Он разговаривает со мной, как с маленькой.
  -Хорошо.
  Михаил кивнул и ушел, растворившись в толпе.
  Прода от 28.09
   Только через несколько минут до меня дошло, что Михаил говорил мне о чем-то важном, но я была так занята рассматриванием собора, что не запомнила, ни слова. Насупившись, я начала вспоминать, о чем же мне говорили, но память категорически отказывалась идти мне на встречу. Когда гул на улице начал нарастать, а в соборе стихать, я поняла, что процессия уже очень близко. Выкинув из головы мысли о забытом наказе Михаила, я начала всматриваться вперед, пытаясь увидеть императора. Как оказалось, мне и не нужно никуда всматриваться, Михаил усадил меня на место, откуда прекрасно будет видно всю коронацию. Император был в военном мундире, в высоких сапогах и со шпагой, а императрица в серебристом платье. Рядом с императором стояли великие князья Александр и Константин. Константин показался мне человеком слегка пухленьким и не самой приятной внешности, а вот Александр притягивал внимание всех и каждого в соборе: красивый молодой мужчина излучал величественность и статность, черты его лица были приятными и, в целом, он производил впечатление человека порядочного и достойного. Как будто почувствовав мой взгляд, Александр обернулся и посмотрел прямо на меня. Я испуганно кивнула великому князю, выражая свое почтение, он же в свою очередь слегка улыбнулся мне и почти незаметно кивнул. Я отвела взгляд, обрывая наш безмолвный разговор.
  Церемония коронации началась, и... длилась бесконечно долго, но ничего не поделаешь, пришлось терпеть. После возложения царских венцов, помазания миром и причащения святых тайн, я уже вся извелась на своем месте и не знала, куда себя деть. После всех этих действий коронация должна была закончиться, и я уже готовилась вскочить со своего места, но не тут то было. Коронованный император решил еще подольше испытывать выдержку своих подданных. Он, со ступеней трона, зачитал документ именуемый 'Указом о престолонаследии', в котором великий князь Александр Павлович назначался наследником русского престола. Потом, к моей величайшей радости, церемония закончилась. Император ушел в Грановитую палату раздавать царские милости, а я наконец-то встала со своего места, потянулась, и, выйдя из собора, остановилась, ожидая Михаила. Так я простояла достаточно долго, ища взглядом знакомое лицо, а в голове все крутилась мысль, что зря я не осталась на своем месте.
  -Мария!
  Я скривилась, ко мне из толпы прорывалась Анна, махая рукой. Она быстро оказалась рядом, взяла меня под руку и куда-то медленно повела.
  -Что же ты стоишь здесь, куколка? Ты не собираешься на банкет?
  -Я жду Михаила - я попыталась мягко высвободиться из ее цепких рук - Мне бы лучше домой, не люблю банкеты...
  -Ни в коем случае нельзя покидать празднество так рано! - перебила она меня - Идем со мной, Михаил наверняка уже там.
  И меня безапелляционно повели на обед под балдахином.
  За что же мне такое наказание! Анна таскала меня за собой, как собачонку, знакомя со всеми своими знакомыми, которыми оказались все гости. У меня уже болело лицо от нескончаемых улыбок и любезностей. Мне нужен был свежий воздух и немедленно!
  -Анна, - я тронула женщину за плечо - я пойду, освежусь.
  -Конечно, иди, куколка. - Улыбнулась мне она - Но потом обязательно возвращайся, тебя нужно передать Михаилу прямо в руки, иначе я просто не смогу спокойно спать. Улыбнувшись этой ничуть не смешной шутке,я пошла к столику с напитками. Я же почти пробралась через толпу к столику, как, вдруг, кто-то больно схватил меня за руку и дернул назад. Это был Михаил, я поняла это сразу же, как только налетела на его камзол. Проглотив комок, подступивший к горлу, я подняла голову и посмотрела на мужчину. Он был не просто зол, он был в ярости, глаза, как будто метали молнии, брови опущены и сведены вместе, губы сужены. Михаил, успокаиваясь, сделал глубокий вдох через нос и выдохнул через рот.
  -Я жду объяснений.
  Он говорил тихо, почти шепотом, видимо, чтобы не сорваться на крик.
  -Я... я просто пошла за водой...
  -Ты думаешь, я злюсь из-за этого? - его голос стал чуть громче.
  -Нет...
  -А из-за чего же я злюсь?
  -Не знаю, вам виднее.
  Михаил закрыл глаза и сделал глубокий вдох.
  -Я злюсь - он открыл глаза - потому что ты меня не послушалась и не осталась ждать меня на своем месте после окончания коронации.
  И вот сейчас я наконец-то вспомнила, о чем же мне говорил Михаил перед уходом.
  -Ой...
  -Ой? И это все, что ты скажешь!? Я обещал отцу, что буду беречь тебя. А если бы что-нибудь случилось?
  Я опустила голову и попробовала использовать свой последний козырь.
  -Но ничего же не случилось...
  -Твое счастье...
  Михаил, вдруг, повернул голову в сторону, я тоже так сделала, чтобы узнать, на что же он смотрит. Император вместе со своей свитой пришли на банкет и больше ничего.
  -Где ключ?
  Спросил Михаил, даже не смотря на меня. Сегодня я уже не была настроена так рьяно отрицать отсутствие у меня этого чертового ключа, вчера он принес мне достаточно боли и страха. Я посмотрела на свою руку, украшенную ожерельем, чтобы скрыть синяк. Ключ лежал в моей сумочке, я положила его туда перед уходом на всякий случай.
  -Я жду.
  Михаил чуть сжал мое плечо, намекая, что его терпение на исходе. Я испуганно начала рыться в сумочке, ключ был там, я вытащила его и протянула Михаилу.
  -Умница. - Он принял ключ и начал его рассматривать - А теперь иди, веселись, но не переусердствуй, я буду за тобой следить.
  Он положил ключ в карман и ушел в сторону пришедших императора и свиты.
  Ха, будет он за мной следить! Напугал! Я расправила плечи и, высоко задрав голову, ушла в противоположную сторону, ставя перед собой задачу, затеряться в толпе на столько, чтобы меня ни одна ищейка не нашла.
  ***
  Император выпивал и веселился в компании своей свиты, не сразу заметив, как в его сторону направляется Михаил.
  -Ваше величество.
  Михаил подошел к императору и поклонился. Сегодня Павел Петрович был в прекрасном расположении духа, коронация прошла в точности, как он планировал. Особенно сильно тешило его самолюбие воспоминание об удивленных лицах его подданных, когда он, никого не предупреждая, начал читать 'Указ о престолонаследии'.
  -А, Михаил, друг мой! - император отсалютовал ему бокалом - Выпей с нами за здоровье императорской фамилии!
  Сразу же после этих слов перед Михаилом появился разносчик с бокалом шампанского. Отказывать императору было нельзя и Михаил, с неохотой, принял бокал и выпил его. Естественно, от императора не укрылось скрытая неприязнь Михаила к этому тосту.
  -Ваше величество, я хотел бы с вами поговорить о делах, если вас это не затруднит.
  Улыбку императора, как рукой сняло, ей на место пришла сосредоточенность. Веселого и добродушного человека заменил серьезный правитель.
  -Оставьте нас.
  Павел махнул рукой и всю свиту, как будто ветром сдуло, они остались одни.
  -От меня не укрылась твое скрытое нежелание пить за здоровье императорской фамилии. Этот тост относится и к тебе. С каких это пор ты не хочешь пить за свое же здоровье?
  -Ваше величество, я не хотел бы акцентировать ваше внимание на этом, вас не должно это волновать.
  -Я сам буду решать, что должно меня волновать, а, что - нет. Ты мой сын, пусть ты не носишь мою фамилию, но в тебе моя кровь, ты должен гордиться этим, а не стыдиться самого себя.
  Михаил терпеть не мог эти краткие и редкие приливы отцовской заботы. Он не хотел, чтобы император во всеуслышание твердил, что он его сын, сам не зная почему. Может быть, чтобы не пятнать честь покойной матушки, может быть, чтобы на него не смотрели косо придворные, может быть, из-за какой-нибудь другой причины, которую он никак не мог найти. Но факт оставался фактом, как бы Михаил не хотел его скрыть. Чтобы закрыть эту тему, Михаил решил перейти к делам.
  -Мы раскрыли группу заговорщиков, все имена и доказательства уже лежат у вас в кабинете, в сейфе. - Михаил вытащил ключ из кармана и протянул императору - Вот ключ.
  Павел принял ключ и спрятал его в своем кармане.
  -Тайная канцелярия, как всегда, на высоте. Вот за это я вас и уважаю, вы все делаете оперативно и тихо.
  -Благодарю, ваше величество.
  Михаил уже хотел покинуть императора, но у того были свои планы.
  -Ты чем-то недоволен. Что тебя не устраивает, скажи мне, и я тут же исправлю. Работа главы тайной канцелярии? Поместий? Душ? Положение в обществе?
  -Вы ошибаетесь, ваше величество, меня все устраивает.
  -Может мне тебя женить.
  Начал рассуждать император вслух.
  -Не стоит утруждаться, ваше величество.
  -А может ты уже нашел даму своего сердца? Может эта та девушка, которую ты на протяжении всего нашего разговора высматриваешь в толпе? - Павел лукаво улыбнулся - Ты так часто смотрел на нее, что было не сложно догадаться, на кого ты смотришь.
  Придворные не замечали, но Михаил был очень похож на своего отца, но не внешне, а внутренне. Такая же лукавая улыбка, острый ум и хитрость. Михаил был больше всех сыновей похож на императора. Манеры, поведение, грань безумности, все кричало о принадлежности Михаила к императорской фамилии, но люди, будучи существами самовлюбленными, не видели этих явных намеков.
  -Я хочу с ней познакомиться.
  -Она просто приемная дочь отца. - Михаил придал своему голосу как можно больше безразличия.
  -Раз так, думаю, ты не будешь против, если Александр займется ей. Твой брат как раз подыскивает себе новую любовницу.
  Император кивком головы указал Михаилу на Марию, разговаривающую с великим князем. Михаил передернул плечом.
  -Вы позволите, я отлучусь на минутку.
  Павел рассмеялся и кивнул.
  -Как только вырвешь ее из хватки Александра, приведи ко мне, я извожусь от желания познакомиться с этой прекрасной юной леди, которая покорила сердца аж двух моих сыновей.
  ***
  Я хаотично двигалась, все еще пытаясь сделать так, чтобы Михаил меня не видел. Во мне взыграла вредность, желание утереть нос этому прохвосту. Как я не оглядывалась, самого виновника моей вредности найти не могла, но прекрасно чувствовала на себе его взгляд. Из-за того, что я не смотрела куда иду, я налетела на кого-то и чуть не упала. К счастью, незнакомец не дал мне упасть, поддержав.
  -Благодарю вас... - я подняла взгляд, чтобы посмотреть, на кого налетела и, чуть снова не упала - Ваше высочество...
  Я налетела на великого князя Александра, сегодня явно не мой день. Я уже хотела присесть в реверансе, как меня остановили.
  -Не стоит формальностей. От кого же вы так рьяно убегали?
  -Не от кого, я просто гуляла...
  -Не смотря по сторонам.
  Он улыбнулся. У Александра была замечательная улыбка, так и тянуло улыбнуться в ответ.
  -Примите мои извинения, что налетела на вас.
  -Не беда. Я даже рад, что вы на меня налетели, иначе я, скорее всего, никогда бы с вами не познакомился. Так, как ваше имя, прекрасная леди?
  Я уже хотела ответить, как, вдруг, чьи-то тяжелые руки легли на мои плечи. Улыбка Александра слетела в то же мгновенье, как будто ее никогда и не было.
  -Ваше высочество. - послышался холодный голос Михаила над моей головой.
  Он кивнул наследнику престола.
  -Михаил.
  В той же манере ответил Александр.
  -Огромное спасибо, что составили компанию моей спутнице, а теперь, позвольте я украду ее.
  Александр неохотно кивнул. Михаил взял меня под локоть и куда-то повел. Повисло неловкое молчание, Михаил опять из-за чего-то злился, а я никак не могла понять, в чем я снова виновата. Чтобы разрядить напряженную обстановку, я решила поговорить на отвлеченную тему.
  -Как вы меня нашли?
  Прода от 08.10.
   Молчание.
  -Куда мы идем?
  Молчание. Ладно, попробуем зайти с другой стороны.
  -В чем я опять виновата?
  Михаил напрягся, хоть какой-то прогресс.
  -Ты ни в чем не виновата. - Ответил он сухо.
  -Тогда почему вы на меня сердитесь?
  -Разве я сказал, что сержусь на тебя?
  Я проанализировала весь наш разговор.
  -Вроде, нет.
  -Тогда с чего такие выводы? - он приподнял одну бровь, посмотрев на меня.
  -На кого же вы тогда сердитесь?
  -На себя. Я не должен был оставлять тебя одну.
  -Но ведь ничего не случилось...
  -Случилось, просто ты этого не поняла.
  Спрашивать, что же случилось, было бессмысленно, все равно не ответит. Я начала строить предположения, куда же мы идем.
  -Мы идем домой?
  Михаил улыбнулся одними губами и прошептал:
  -Если бы... Если бы...
  -Мне там не понравится? - построила я еще одну догадку.
  Он качнул головой, отвечая на мой вопрос положительно.
  -Можно я не пойду?
  Он снова едва улыбнулся.
  -Мне бы очень хотелось, но нет...
  -Михаил, а вот и ты!
  За этими расспросами я даже не заметила, как мы подошли к императору. Я тут же присела в реверансе, а Михаил поклонился.
  -Ты представишь мне свою спутницу, Михаил?
  -Ваше величество, представляю вам Марию Дмитриевну Самойлову, воспитанницу моего отца - графа Алексея Евгеньевича Мещерского.
  Император поцеловал мою руку.
  -Очень рад встрече. Как вам празднество?
  -Все просто замечательно! - соврала я - А общество такое утонченное и изысканное! Мне еще никогда ранее не доводилось принимать участие в столь великолепном торжестве!
  -И вас не смущает столь шумная компания? Если мне не изменяет память, ваш опекун славится в обществе своей нелюдимостью.
  -Да, он действительно не часто выезжает из поместья, но этому есть своя причина - он безнадежно болен. Именно по этой причине он сейчас не здесь, а дома под неусыпным надзором врачей.
  -Какая трагедия. Надеюсь, на следующее празднество он будет достаточно здоров, чтобы присутствовать.
  -Непременно.
  Он кивнул головой, прерывая нашу весьма бессмысленную беседу, я кивнула в ответ и отошла к Михаилу.
  -Иди, повеселись, я сейчас приду.
  Я кивнула и, как можно медленней пошла. Мне было безумно интересно узнать, о чем они будут говорить. К моему величайшему сожалению, вокруг было так громко, что сумела услышать лишь часть их разговора.
  -Не понимаю, что вы все в ней нашли. На мой взгляд, она такая же врушка и пустышка, как и все остальные леди здесь присутствующие.
  -Ваше величество, смею заметить, что я не говорил вам, что что-то питаю к Марии, это предположение сделали вы сами. Если позволите мне сказать, такой типаж дам вообще не в моем вкусе: слишком толстая, слишком смуглая, не утонченная и совершенно не умеет держать свои эмоции под контролем, совсем, как деревенская простушка.
  Эти слова задели мою душу. Да, они были ожидаемы из уст Михаила, но я не думала, что он способен так оскорбить меня в разговоре с императором. Может быть, я и жила в изоляции вместе с папенькой, но это не значит, что я простушка. Я родилась дворянкой и всегда продолжала ей быть, несмотря на некоторые отклонения в поведении. Никто не смеет говорить мне, что я лишена благородства, оно у меня в крови, мои предки были дворянами, и это ничто не изменит.
  Я расправила плечи и гордо ушла, не смея больше слушать оскорбления в свой адрес.
  ***
  -Нет смысла врать мне, - император посмотрел на Михаила - ты несдержан, твои эмоции выдают тебя. Перечисленные качества не отталкивают тебя, а наоборот привлекают. Ее открытость и искренность тебя не забавляют, а пробуждают желание защитить. Вокруг столько утонченных дам, как будто высеченных из мрамора, - он обвел рукой гостей - но они холодны и не могут тебя согреть.
  -Нет, это не так...
  -Ты хочешь ее получить, но знаешь, что потерпишь отказ?
  -Она никогда в жизни не согласиться...
  -Ты размяк! Разве этому я тебя учил! - император толкнул рукой Михаила в плечо - Чему я тебя учил?
  -У каждого есть слабое место.
  -Вот именно! Как только ты найдешь ее слабое место, она сразу же из тигрицы превратится в дрессированную собачонку.
  -Это бесчестно...
  -С каких это пор тебя заботит честь? Ты всегда отличался тем, что выбирал вместо нее власть.
  -Да, наверное, вы правы, ваше высочество.
  -Я всегда прав, иначе, я никогда бы не стал императором.
  Михаил поклонился императору, поблагодарил за совет, и ушел искать Марию. Не успел он и десяти шагов пройти, как на его плече повисла Анна. Сейчас она уже совершенно не напоминала веселую и легкомысленную особу, которой являлась не более нескольких минут назад, ее заменила мудрая и рассудительная женщина.
  -Что сказал тебе император?
  -Он поблагодарил нас за хорошую работу, думаю, в скором времени ты получишь свои деньги.
  -Ты прекрасно знаешь, что деньги меня не волнуют, я работаю в канцелярии, потому что это весело. - Анна улыбнулась - Вы говорили о Марии?
  -Возможно. - Ответил Михаил уклончиво.
  Анна серьезно посмотрела на Михаила и слегка взволнованно проговорила.
  -Ты не должен его слушать, что бы он ни сказал.
  -Это еще почему?
  Они остановились, Анна взяла Михаила за руку.
  -Слова императора, это лишь советы, а не жесткие указания. Когда же ты поймешь, что твое родство с императором не вынуждает тебя быть не него похожим.
  Михаил вырвал свою руку, но Анна погладила его по щеке, этот жест всегда успокаивал его.
  -Я знаю тебя уже много лет и могу со всей ответственностью заявить, что ты совершенно не него не похож. Ты чувствуешь перед собой обязанность быть, как император, но, на самом деле, это не так, ты должен быть самим собой и не слушать советы отца.
  -Если бы я не слушал его советы, я никогда бы не достиг такого высокого положения.
  -А оно тебе нужно?
  Михаил замолчал и задумался.
  -Научись слушать свое сердце, и ты поймешь, что люди не так плохи, как тебе всегда внушали.
  Михаил отошел от Анны на несколько шагов. Слова Анны пугали его, они рушили до сего времени незыблемые устои, которые Михаил возвел еще в детстве.
  -Докажи всему миру и в первую очередь себе, что ты не плохой человек, что ты способен завоевать любовь, а не внушить ее.
  -Не желаю слушать этот романтический бред.
  Михаил махнул рукой и, развернувшись, быстрым шагом пошел, как можно дальше от Анны, но, не смотря на его скорость и желание не слышать, он все равно услышал ее последние слова, которые пробили брешь в душе Михаила.
  -Загляни внутрь себя, ты не твой отец и никогда им не был.
  Михаил остановился. Слова, произнесенные Анной, зажгли в его душе маленький огонек надежды, надежды на то, что он не монстр. В этот момент он впервые за всю свою жизнь решил не следовать совету отца, а попробовать завоевать расположение Марии другими способами, он решил попробовать быть таким, какой он есть, попробовать сорвать с себя маску безразличия. Ему вдруг подумалось, раз Мария может быть искренней, то почему же не может он.
  ***
  Я вклинилась в разговор двух леди, чьи имена забыла через минуту после знакомства, и беззаботно сплетничала с ними, по поводу красоты сегодняшнего платья императрицы, когда к нам подошел Михаил. Мне было безмерно скучно разговаривать с этими особами, но видеть Михаила мне было еще противней, если бы я могла выбирать, я бы лучше весь день шушукалась с этими напыщенными клушами вместо минутного разговора с этим жалчайшим человеком.
  -Дамы. - Поприветствовал нас Михаил.
  Леди тут же захихикали и присели в реверансе, я же ограничилась кивком головы, слишком много чести будет ему, если еще и я присяду перед ним в реверансе.
  -Вы позволите мне побеседовать с Марией - и после секундного молчания добавил - наедине.
  Девушки слегка расстроились тому, что внимание джентльмена обращено не к ним, но быстро снова захихикали, когда до них дошло, что они только что получили прекрасную пищу для новых сплетен. Леди поспешили как можно быстрее скрыться и рассказать кому-нибудь о том, что Михаил сейчас разговаривает со мной наедине. Я вздохнула. Эти клуши могут такого наговорить, что все с их слов будет выглядеть, как интимная беседа возлюбленных.
  -Что вы хотели? - без лишних приветствий я начала наш весьма неприятный разговор.
  Михаил слегка замялся, удивленный моей бестактностью, но быстро взял себя в руки.
  -Позвольте заметить, что вы сегодня особенно прекрасны...
  -Не думала, что склероз может проявиться в столь раннем возрасте. - Я обреченно вздохнула - Вы сегодня уже делали мне этот комплимент.
  -Поверьте мне, Мария, ваша красота достойна повторного восхваления.
  Его лживая лесть вызвала во мне новую волну презрения. Как же мне все это надоело! Я хочу вернуться домой, к папеньке, в тишину и покой, я хочу забыть эти ужасные три дня!
  -Раз я настолько прекрасна, как вы говорите, то, может быть, вы будете настолько добры, что исполните мою волю. - Я жалобно похлопала ресницами.
  -Все, что угодно.
  -Я бы очень хотела вернуться домой.
  Мое заявление шокировало Михаила, но, так как он человек чести, он обязан был выполнить мою просьбу.
  -Если вы настаиваете, мы можем прямо сейчас вернуться в квартиру...
  -К сожалению, вы меня неправильно поняли. Я не хочу возвращаться в вашу квартиру, я хочу домой, в поместье папеньки.
  -Я... - лицо Михаила выражало всю гамму непонимания моего желания - К сожалению, сегодня уже поздно возвращаться в поместье, но завтра утром, я обещаю, мы туда отправимся.
  -Правда?
  Я не верила своим ушам. Почему это, вдруг, Михаил решил уступить мне!?
  -Конечно. - Он подал мне руку - Желаете сейчас же покинуть этот банкет и вернуться в квартиру, чтобы готовиться к завтрашнему отъезду?
  Я робко приняла его руку.
  К удивлению, Михаил сдержал свое слово, утром, когда я проснулась, нас уже ждал экипаж, а письмо папеньке, сообщающее о том, что я возвращаюсь в поместье, было отправлен Михаилом еще вчера, когда мы вернулись с торжества. Новый Михаил пугал меня даже больше старого, от него непонятно было, что ждать. Он был галантен, тих и учтив, от нового Михаила так и веяло учтивостью и теплом и... это безмерно меня раздражало. Еще вчера он оскорблял и унижал меня в разговоре с императором, а сегодня он осыпает меня комплиментами и чуть ли не ежеминутно целует руки. Когда мы сели в коляску, я уже вся была на взводе.
  -Мария, вам удобно? Может подушечку подстелить?
  Это было последней каплей.
  -Михаил, может, вы хотите проехаться верхом? Я знаю, как мужчины любят это занятие, и не хочу, чтобы из-за меня вы лишались всех прелестей верховой езды.
  Михаил нахмурился.
  -Я, конечно же, исполню вашу просьбу, Мария, но, в следующий раз, если вам вдруг станет в тягость мое общество, просто скажите, не нужно ничего придумывать.
  Скорее всего, я смущенно покраснела, а Михаил зря времени не терял и, поцеловав вою руку, вышел из коляски, приказав подать ему коня.
  Всю дорогу я старалась не смотреть на Михаила, все еще несколько смущенная тем, что он сразу же разгадал мою уловку. Но, как только показались знакомые места, я тут же забыла об этом недоразумении, меня ждал дом.
  Прода от 16.10.
  Когда коляска въехала во двор, папенька уже стоял на крыльце, ожидая нас. Мы не виделись, как будто целую вечность, он снова опирался на свою трость, а обычно его поддерживала я. Глаза заслонила пелена слез, он выглядел сейчас таким беззащитным и слабым. Не дожидаясь остановки коляски, я выбежала из нее и бросилась к папеньке. В его объятиях было так спокойно и тепло, так хорошо мне не будет нигде и никогда, как здесь, дома. Я тихонько всхлипывала на папенькином плече, пока не подошел Михаил, он не должен видеть моих слез. Даже не посмотрев на Михаила, я взяла папеньку под руку и повела его в дом. Мы устроились в гостиной. Папенька сел в свое кресло, я устроилась на диване вместе с Михаилом. Только все мы расселись, как в комнату вбежала Эльза и, запрыгнув на Михаила, начала облизывать его лицо.
  -Привет, красавица, я тоже очень скучал.
  Эта сцена могла бы вполне растрогать меня, если бы речь шла не о Михаиле, так что я решила перевести тему на папеньку.
  -Ты сегодня завтракал?
  Папенька улыбнулся мне.
  -Ты не представляешь, как мне не хватало этих слов.
  Все ясно, пытается перевести тему, значит, не завтракал.
  -Марфа.
  Служанка тут же оказалась рядом, выскочив из ниоткуда, впрочем, как и всегда. Я взяла ее за руку.
  -Постарайся как можно быстрее накрыть на стол не три персоны.
  Она улыбнулась.
  -С возвращением, барыня.
  Через несколько секунд ее уже не было в гостиной. Чтобы заполнить молчание папенька начал расспрашивать нас о поездке, хотя она совершенно его не интересовала. Я отвечала на его вопросы без энтузиазма, а вот Михаил посчитал своим долгом во всех подробностях описать коронацию и людей присутствующих на ней. Эльза, когда хозяин перестал уделять ей должного внимания, переместилась с его колен на мои, я не смогла устоять перед ее жалобными глазками и принялась чесать ее за ушком. Наша беседа продолжалась пока Марфа не пригласила всех к столу. Завтрак проходил в относительной тишине, лишь изредка кто-нибудь вставлял слова относительно прекрасной погоды или обстоятельства дел в государстве. Михаил был самой приветливостью и добродетелью, что не мог не заметить папенька. После завтрака, когда Михаил удалился на прогулку с Эльзой, он поделился со мной своей обеспокоенностью.
  -Что за эти три дня приключилось с моим сыном? Он изменился...
  -Но ведь Михаил изменился в лучшую сторону. - Я попыталась развеять его беспокойство - Разве это не хорошо?
  Папенька поджал губы.
  -Это пугающе. Такие люди, как он никогда не меняются. - Он взял меня за руку - Будь осторожна и не поворачивайся к нему спиной.
  Я попыталась пошутить и развеять мрачную обстановку.
  -Ты говоришь так, как будто он не твой сын, а какой-то монстр.
  Эта шутка не взбодрила папеньку, а наоборот, вогнала его в еще большую тоску.
  -Возможно, так и есть...
  На это мне не чего было сказать.
  -Я, пожалуй, пойду, прогуляюсь.
  Оставив папеньку с его мыслями, я вышла из дома и пошла, куда глаза глядят.
  Я старалась держаться парка, домов, цивилизации, но ноги сами несли меня в лес, моя душа рвалась на свободу, в девственную чистоту и тишину диких земель. Чтобы чувствовать траву под ногами я сняла туфли и, оставив их под дикой яблоней, пошла босыми ногами к моему секретному месту. Когда-то давным-давно, когда я только приехала сюда, я точно так же бродила по лесу, пытаясь убежать от моего прошлого, от воспоминаний, которые причиняли мне боль и, пытаясь спрятаться от назойливых нянек вечно пытавшихся затащить меня в дом, спряталась в густых прядях плакучей ивы. Может быть, мои няньки и были женщинами образованными, но, к моему счастью, они были безнадежно глупы. Им даже в голову не пришло задуматься, когда они проходили мимо моего укрытия, что же ива делает в лесу. Если бы хотя бы одна из них призадумалась, остановившись у дерева, то они непременно нашли бы меня. А вот я задумалась, когда няньки ушли, я начала исследовать дерево. Ивы водятся рядом с водой или на болотах, но здесь не было, ни того, ни другого. Когда я обходила дерево, моя нога наступила во влажную почву, это подтвердило мою догадку - где-то здесь есть источник воды. Когда я вылезла из под ивы я увидела маленькое озерцо, видимо питаемое подземным источником. Тогда я была маленькой девочкой, и обнаружение этого места было для меня настоящим открытием, это озеро стало моим тайным местом. Со временем папенька, видя мои мокрые волосы, догадался, что рядом с усадьбой есть озерцо и запретил мне туда ходить, но разве его запреты меня когда-нибудь останавливали.
  Впереди показалась моя старая подруга, моя спасительница, та самая плакучая ива. Так же, как и в детстве, она кажется мне гигантским стражем леса, оберегающим это озеро от недостойных, только сейчас, когда я выросла, ива как будто стала чуть меньше, хотя на самом деле это просто я стала выше. Отодвинув побеги моей защитницы, я вошла в закрытый рай. В этом году кувшинки начнут цвести чуть раньше и некоторые скоро уже откроются, являя миру свою красоту. Я очень люблю это время, это период перед рождением новой жизни, природа скидывает с себя оковы зимнего сна. До пробуждения остаются считанные дни, и все вокруг ждет этого дня, как манны небесной. Я опустила большой палец ноги в вечно холодную и никогда не замерзающую воду. Холод пробрал меня до костей, купаться в такой холодной воде практически невозможно, но я все равно хожу сюда по утрам и окунаюсь с головой. Эта вода очищает душу и бодрит тело, но сегодня я пришла сюда не для купания, мне нужна тишина и безмятежность этого места. Я чувствую, что грядет что-то плохое, но никак не могу понять, кто же в опасности. С таким мрачным предчувствием я и уснула прямо на траве у озера.
  ***
  Михаил, вернувшись с прогулки, вошел в дом, поднялся на второй этаж и уже хотел войти в свою комнату, как услышал приглушенные голоса в комнате хозяина дома. Бесшумно подойдя к приоткрытой двери, он прислушался к разговору. Собеседников было двое: Марфа и его отец.
  -Она не уедет, не оставит вас одного.
  -Время пришло, Марфа, она уже взрослая и незачем ей видеть, как я умираю.
  -Вы не можете отослать ее, как ненужную вещь!
  -Пока что я здесь главный и мое слово - закон или ты забыла об этом, Марфа.
  -Вы просто боитесь, боитесь своего сына, я это вижу.
  -Вон!
  Михаил едва успел скрыться за углом, как дверь распахнулась и из комнаты выскочила полная ярости Марфа. Прежде чем уйти, она обернулась к хозяину дома и прокричала:
  -Я и не думала, что вы такой трус! Она ведь ваша дочь!
  И не дождавшись ответа, Марфа сбежала вниз по лестнице и выбежала на улицу.
  -Вот поэтому я и должен ее защитить...
  Михаил, в тени угла улыбнулся, все складывается просто замечательно. В его голове созрел план, как заполучить желаемое, не прилагая никаких усилий и заодно расстроить планы отца.
  ***
  Сегодня мне особенно не хотелось покидать этот как будто застывший мир и возвращаться в мирскую суету полную зла и разочарования. Смеркалось, папенька наверняка уже начинает волноваться обо мне, нужно спешить домой. Поднявшись, я отряхнула платье и пошла по направлению к усадьбе.
  Прода от 09.11
   В доме было особенно тихо, это было затишье перед бурей в прямом и переносном смысле. Облака у меня над головой сгущались, и скоро на землю прольется первый весенний дождь. Из гостиной лился тусклый свет свечи, папенька ждет моего возвращения, скорее всего, читая книгу в своем кресле. Войдя в комнату, я поняла, что ошиблась, папенька не читал, а просто сидел в полу спящем состоянии. Увидев меня, он встрепенулся, отогнав от себя сон.
  -Нам нужно поговорить.
  Моё сердце остановилось. В папенькином голосе я слышала тревогу, сейчас случится что-то ужасное.
  Я тяжело опустилась в соседнее кресло. Папенька не смотрел на меня, он теребил рукав своего камзола.
  -Мария, без тебя, твоей заботы меня давно бы уже не было на этом свете, но...
  Папенька прижал руку к груди, я тут же вскочила со своего места и подбежала к нему.
  -Марфа! Врача!
  Неожиданно папенька оттолкнул мою руку, как будто я вдруг стала ему чужой.
  -Мне не нужна помощь!
  Я замотала головой, отходя от него.
  -Что...
  Папенька потер висок и прошептал.
  -Сядь на место, мы не договорили.
  Ошеломленная, я подчинилась.
  -Ты должна начать жить своей жизнью, а не моей. Я старый человек, часы моей жизни почти остановились, и я принял решение, что ты не должна видеть меня спящим в деревянном ящике.
  -Нет! - я вскочила со своего места, прекрасно поняв, к чему он клонит - Я никуда не уеду! Здесь мой дом, моя семья! Мы же договорились, что я уеду после вступление в права Михаила!
  -Все уже решено, ты уезжаешь через три дня, гонец с письмом князю Агишеву уже отправлен.
  -Ты не можешь так со мной поступить!
  -Пока что я главный в этом доме! - он вскочил со своего места, но сразу же схватился за грудь и упал в свое кресло - Уйди.
  Я замотала головой, прижав руку ко рту, из моей груди рвался крик, но я из последних сил сдерживала эмоции.
  Не в силах находиться в этом доме, я выбежала на улицу. Грозовой фронт был все ближе и ближе, вот-вот первые капли дождя упадут на землю. Я обратила взор на небо, к просыпающимся звездам, которых еще не закрыло тучей. Они висят в небе уже миллионы лет, и смотрит на нас свысока. Моя жизнь для звезд лишь мгновенье и, вряд ли до них долетают молитвы человечества, но я все равно снова и снова поднимаю свой взгляд в небо, в надежде, что звездам не чужды страдания простых смертных и они снизойдут до помощи.
  -Помогите... - шепчу я - Что же мне делать...
  Никогда раньше мне так не нужна была их помощь, как сейчас, но они все равно молчат. Я разочарованно опустила голову, звезды не помогут, я осталась одна.
  Что-то коснулось плеч, и я обернулась, Михаил укутал меня в свой камзол.
  -Благодарю.
  Я вымученно улыбнулась на его улыбку.
  -К сожалению, я стал невольным свидетелем вашей ссоры с отцом... - он улыбнулся одними губами - Вы достаточно громко кричали...
  -Я приношу вам сои извинения, за то, что вы слышали мои столь экспрессивные выпады при нашей дискуссии с папенькой.
  -Я мог бы вам помочь.
  -Нет, - я выдавила из себя смешок - думаю, здесь уже ничем нельзя помочь.
  -Почему же? Всегда есть выход.
  Зная, что наш разговор ничего хорошего не сулит, я все равно заинтересованно спросила:
  -И какой же вы ведите выход из сложившейся ситуации?
  -На что вы готовы, ради того чтобы остаться с отцом до последнего его дня?
  Не колеблясь, я ответила:
  -На все.
  В глазах Михаила проскользнул лукавый блеск, но внешне он оставался совершенно спокойным и, я поняла, что угодила в расставленную им ловушку. Михаил взял меня за руку.
  -Если бы вы были женой наследника имения, никто бы не посмел отослать вас, даже нынешний хозяин.
  -Но наследник имения... - я поняла, я все поняла - Нет...
  Я вырвала свою руку из его хватки.
  -Нет! Никогда!
  И не дожидаясь его ответа, я побежала, сама не зная куда, но точно зная, что как можно дальше. Я бежала не только от Михаила, сколько от его предложения, которое поселило во мне семя сомнения в правильности своего ответа.
  Боль заполняла все мое существо, разрывая душу на кусочки, я бежала от невыносимых мучений, преследовавших меня. В конце концов, я полностью выбилась из сил и, оступившись, упала на землю. Сил подняться не было, боль и страх лишили меня последних крупиц сил. Над головой грянул гром, и я подняла голову, чтобы посмотреть на небо. В этот момент тучи закрыли собой последние звезды и, с небес полился первый весенний дождь. Сил сдерживать слезы больше не было и я, воспользовавшись тем, что мое лицо намокло от дождя, позволила слезам смешаться с каплями дождя. Дождь быстро перешел в ливень, и вся моя одежда промокла насквозь, я была как будто голой перед всем миром. Моя беззаботная жизнь закончилась именно в этот момент, теперь я была предоставлена сама себе и никто не придет на помощь. Теперь у меня было два выбора пути: или прогнуться под обстоятельства и плыть по течению, или бороться за себя и свое будущее. Я должна принять решение прямо сейчас или молчать вовек и весь этот мир будет свидетелем моего выбора. Я попыталась встать, но земля под моими ногами уже успела превратиться в грязь и, поскользнувшись, я снова упала, полностью извазюкавшись в грязи.
  Может быть, все вокруг действительно правы и я просто простушка, которой не дано решать свою судьбу?
  Я посмотрела на свои руки, все в грязи, но капли дождя медленно, но верно смывают ее.
  Хватит ли мне сил выступить против всех? Хватит ли мне сил доказать, что женщина тоже человек?
  Я сжала руки в кулаки.
  Может быт и не хватит, но попробовать стоит!
  Я воткнула кулаки прямо в грязь и попыталась встать, опершись на них. Мне удалось встать на ноги, но руки застряли в грязи и, когда я попыталась их вытащить, снова упала. Я слишком ослабла, чтобы встать, тогда, как же я собираюсь противостоять всему миру? Нужно попробовать еще раз. 'А если не получится?' - прошептал голос в голове. Значит, будем пробовать еще и еще, пока не получится!
  Я сняла туфли и отбросила их, так будет легче подняться. Зарыв ноги в грязь, я руками оттолкнула свое тело от земли. Тяжелее всего было удержать равновесие и не дать телу снова упасть в грязь, но я справилась. Дальше я медленно вынула ноги из грязи и все! Я свободна!
  Поверить не могу, я справилась! Я закричала что есть мочи и запрыгала на месте. Я не слабачка! Теперь все будет по-другому, я сделала выбор.
  -Мария!
  -Барыня!
  Вдалеке послышались голоса, меня искали. Отвечать на оклики совершенно не хотелось, тем более среди них слышался голос Михаила, поэтому я решила просто ждать. Чего? Не знаю. Наверное, возвращения на небосвод звезд.Мне очень хотелось, чтобы они увидели мой триумф, мою маленькую, но победу, к которой они не имеют никакого отношения. К сожалению, дождь не хотел прекращаться и открывать моему взору сияющих жителей небес. Я стояла под дождем, смотря на хмурое небо и раскинув руки в разные стороны, не скрывая своего ликования. Не знаю, сколько я еще так простояла, пока над моей головой не появился зонтик, закрывший небо.
  -Вы сума сошли! - Михаил развернул меня лицом к себе - Хотите заболеть и умереть! Отец места себе не находит от волнения, отправил на ваши поиски несколько десятков людей! - он посмотрел на мой наряд грязь, с которого еще не полностью смыл дождь - Вы упали? Где-нибудь болит?
  -Благодарю, со мной все в порядке.
  Я сделала реверанс и, обойдя Михаила, двинулась по направлению к дому гордой походкой. Вскоре Михаил нагнал меня и снова закрыл небо зонтом.
  -Вскоре Михаил нагнал меня и снова закрыл небо зонтом.
  -Немедленно прекратите вести себя так безрассудно! Будет величайшим чудом, если завтра вы не сляжете с простудой!
  Он снял с себя плащ и укутал меня в него.
  -Благодарю за заботу, но - я сняла с плеч плащ - я достаточно отдаю отчет в своих действиях и мне не нужна ваша помощь, а даже, если бы была нужна, я бы не попросила о помощи у столь нравственно низкого человека.
  -Ради бога, прекратите вести себя безрассудно! - он не принял свой плащ обратно - Примите мою помощь хотя бы ради отца, его сердце не выдержит вашего нездоровья!
  Я с неохотой снова укуталась в плащ и молча пошла в обществе Михаила домой. Пока мы шли, дождь начал медленно затихать и, под конец нашего возвращения домой, вообще перестал идти, тучи начали уступать место звездному небу. У крыльца я замедлила шаг, чтобы посмотреть на безмолвные шары горячего газа в миллионах километрах от Земли. Михаил поднялся на крыльцо и стал ожидать меня, но я не торопилась идти домой.
  -Идите, а я еще немного постою здесь.
  -Ну уж нет! Чтобы вы снова сбежали! - он сошел с крыльца и подошел ко мне - Я войду в дом только после вас!
  -В таком случае, вам придется провести какое-то время на свежем воздухе.
  Я невинно улыбнулась и, отойдя от Михаила, снова уставилась на звезды, они были прекрасны. Да, они предали меня, но от этого их молчаливая красота ни на дольку не убавилась в моих глазах. Папенька всегда гордился тем, что я умела ценить прекрасное и видеть свет даже в самой непроглядной тьме. Пока я буду видеть звезды над головой, я буду знать, что в мире существует добро, свет во мраке.
  -Что же вы так усердно пытаетесь высмотреть в небе?
  Михаил подошел ко мне и тоже посмотрел наверх.
  -Я наслаждаюсь.
  -Чем?
  Я вздохнула полной грудью.
  -Равновесием.
  Мы посмотрели друг на друга, во взгляде читалось удивление и недоумение. Я, сама не зная почему, улыбнулась ему и сразу же снова подняла взор на ночное небо.
  -Мне, наверное, никогда не понять вас.
  Продолжая смотреть на звезды, я улыбнулась.
  -От чего же?
  -В вашей жизни сейчас черная полоса, а вы улыбаетесь, как будто вам и не больно.
  -Полоса становится черной только, если я признаю, что она черная. - Я посмотрела на него - Скажите Михаил, что вы считаете черной полосой?
  Он, не задумываясь, ответил:
  -Неисполнение моих планов.
  -Будьте проще. - Я указала на звезды - Жизнь, это не чей-то план.Мы сами решаем, какая у нас будет жизнь: хорошая или плохая. Вот скажите мне, дождь это хорошо или плохо?
  -Дождь, это плохая погода.
  -Но ведь он несет жизнь, он питает всю зелень на планете, а зелень питает нас своими плодами. Значит, дождь не может быть плохим. Так же и с жизнью, как она может быть плохой, если несет в себе множество прекрасных моментов?
  -Я... - он сглотнул - я не знаю, что на это сказать.
  -Скажите, что поняли меня, это будет самой лучшей наградой.
  -Я понимаю вашу философию, но не считаю ее верной.
  -Какой же философии придерживаетесь вы?
  -Самая лучшая жизнь, это жизнь в которой исполняются планы и желания.
  -Но ведь планы не могут всегда исполняться.
  -Если план не исполнился, то значит, ты сделал недостаточно для его исполнения.
  -Вам не кажется, что эта философия слишком жесткая?
  -Нет, она скорее проще, нежели жестче. В моей философии нет такой витиеватости, как в вашей, но и подводные камни в ней так же отсутствуют, что я не могу сказать о вашем мировоззрении. Ведь, если мы возьмем, например, огонь, то будет совершенно другая картина: он несет с собой смерть и разрушение, но ведь пепел от уничтоженного огнем становится весьма плодородной почвой, на которой возродится жизнь даже лучше и обильней прежней.
  -Вот об этом я вам и толкую, не существует ни зла, ни добра, в том понятии, которое мы все знаем. В нашем мире нет ни абсолютно черного, ни абсолютно белого, существует лишь равновесие, которое и дарует нам жизнь. - Я развела руками - По сути, равновесие, это и есть жизнь.
  -Мария!
  Я обернулась на крик папеньки. Он спускался крыльца, пытаясь как можно быстрее добраться до меня.
  -Папенька...
  Не успела я ничего сказать, как оказалась в его крепких объятиях.
  -Где ты была? Я чуть не умер от страха! - папенька чуть отстранил меня, чтобы посмотреть в глаза - Больше никогда не исчезай - он погладил меня по щеке - Обещаешь?
  Я улыбнулась.
  -Обещаю.
  Папенька снова заключил меня в свои объятия, но его сила изрядно ослабла, он истратил всю свою энергию на волнения. Я, ловко выкрутившись из его объятий, взяла папеньку под руку.
  -Пойдем домой.
  Он был слишком слаб, чтобы отвергать мою помощь и позволил повести себя. Дома, я поднялась вместе с папенькой на второй этаж, и, отведя его в спальню, усадила на кровать. Тут же появился паж, который начал помогать папеньке приготовится ко сну, а точнее, переодел его, так как сам папенька сейчас был не в состоянии сам это сделать. Я вежливо отвернулась к окну, пока папенька переодевался. Когда паж закончил с переодеванием и уложил папеньку в постель, я села на стул рядом с кроватью, чтобы подождать, когда папенька заснет. Сегодня ему было особенно плохо, и я просто не могла оставить больного человека одного.
  -Тебе не обязательно стеречь меня, - папенька вымученно улыбнулся - можешь позвать Марфу, а сама идти спать.
  -Шшшш... - я погладила его по голове - Обязательно.
  В комнату вошла Марфа.
  -Принеси папеньке вечерний отвар.
  Молча поклонившись, она пошла, выполнять мою просьбу. Я снова начала гладить папеньку по голове.
  -Не засыпай пока, сейчас Марфа принесет отвар, чтобы тебе лучше спалось.
  Он взял меня за руку.
  -Я не достоин твоей заботы и тепла, никто в мире никогда не будет тебя достоин.
  -Ты вырастил меня, хотя мог этого не делать. Я никогда не смогу отплатить этот долг.
  Он поцеловал мою руку.
  -Ты всегда была и будешь моей дочерью, несмотря ни на что и, если бы я мог, я бы оставил все тебе.
  Марфа вернулась с кружкой дымящегося напитка, и комнату сразу наполнил запах разнообразных успокаивающих трав. Папенька приподнялся и, приняв у Марфы кружку, медленно опустошил ее. Забрав кружку, Марфа ушла, оставив нас с папенькой наедине.
  -Почему ты не уходишь?
  Я улыбнулась и погладила папеньку по голове.
  -Подожду, пока ты не уснешь, а потом уйду.
  -Я не про то, - он уклонился от моей руки - почему ты не уходишь из моей жизни? Пойми наконец, я не жилец, очень скоро я уйду и разобью твое сердце.
  -Мое сердце уже давно разбито, не волнуйся за него, - а прижала ладонь к груди - оно уже давно привыкло терять тех, кого любит.
  -Упрямая девчонка. - Отвар начал действовать, глаза папеньки начали закрываться - Сколько бы ты не пыталась меня переубедить, я останусь стоять на своем, все уже решено, послезавтра ты покинешь поместье. А сейчас иди спать, завтра будет долгий день...
  На последних словах папенька уже не мог держать глаза открытыми, он уснул. Бедный, он стар и измучен этой жизнью. Я смахнула набежавшую слезу и, наклонившись, поцеловала его в лоб.
  -Он уже уснул?
  Я вскочила со стула, напуганная неожиданным появлением Михаила.
  -Да...
  Я посмотрела на спящего папеньку, а потом с мольбой на Михаила.
  -Пожалуйста, не будите его, он так устал...
  -Успокойся, не буду я его будить. - Он подошел к кровати и с некоторым отвращение посмотрел на спящего - Я не изверг. Хотя я считаю, что человек не способный решать дела дома не может быть его главой.
  -Как вам не стыдно. - Прошептала я - Он болен.
  -Что-то не сильно он похож на больного, скорей на симулянта.
  -У него больное сердце, любое волнение или перенапряжение может вызвать приступ, и... - Я смахнула слезу - он умрет...
  -Сочувствую, но дела это не меняет. Он не может быть главой дома, так как даже самостоятельно стоять не в силах.
  -А вам лишь бы поскорее завладеть поместьем и уничтожить нашу жизнь. Убирайтесь. Пока что папенька глава этой семьи, и я не позволю вам нарушить его ночной покой.
  Михаил было хотел что-то сказать, даже чуть приподнял руку, чтобы выглядеть более убедительней, но передумал и, опустив руку, поклонился мне и ушел. Я в последний раз погладила папеньку по голове и тоже решила покинуть его покои, перейдя в свои.
  Когда я вышла, то поняла, что в свою комнату я попаду только с боем, Михаил стоял около моей двери, облокотившись на стену около нее и скрестив руки на груди. Расстояние между моей и папенькиной комнатами небольшое, но я никогда раньше не растягивала этот путь на столь долгое время. Подойдя к своей двери, я взялась за ручку и уже хотела открыть дверь, как Михаил молча прижал руку к двери, не давая мне ее открыть. Я вздохнула и повернулась к нему.
  -Дайте мне пройти.
  Его лицо не выражало не единой эмоции, но чувствовала внутреннюю ярость, которая была готова сорваться с цепи в любой момент.
  -Ты обдумала мое предложение? - я отвернулась - Тебе не обязательно уезжать, просто скажи 'да'.
  -Дайте пройти.
  -Я дам тебе еще времени подумать до утра.
  Прода от 21.11
   Михаил убрал руку от двери и ушел. Его шаги еще долго раздавались в моем мозгу, пока я не поняла, что он уже давно ушел в свою комнату. Страх парализовал все тело, я не могла заставить себя повернуть ручку двери и войти в комнату.
  Почему я такая слабая? Всего час назад я чувствовала силу внутри себя, а сейчас... Ничего, только страх за отца, за себя, за будущее, за прошлое...
  -Иди уже в свою комнату.
  Я вздрогнула от неожиданности и повернулась в сторону Михаила. Он выглядывал из-за двери в свою комнату с полупустой бутылкой вина в руке. Когда он только успел ее выпить?
  -Твои всхлипы мешают мне спать.
  Только сейчас я поняла, что уже давно плачу. Вытерев слезы тыльной стороной ладони, я наконец-то вошла в комнату и закрыла за собой дверь. Послышался хлопок закрываемой двери Михаила и я, отойдя от своей двери, с разбегу плюхнулась в свою кровать лицом вперед и, обняв подушку, заплакала в нее.
  Спала я тревожно, часто просыпаясь от любого шороха за дверью. Поэтому, когда лучи солнца коснулись моего лица, я тут же проснулась. Было ранее утро, все в поместье еще спали, и я решила пойти в единственно место, где мне не будет тревожно.
  Одевшись без посторонней помощи, я тихо, как мышка, вышла из комнаты. Деревянная половица скрипнула под ногой, и я поморщилась, сейчас весь дом перебужу из-за этой чертовой половицы. Сняв туфли и взяв их в руки, дальше я пошла босиком до самой лестницы.
  Спустившись, я решила, что на пустой желудок идти не стоит, ведь не известно, когда сегодня я вернусь домой. По дороге на кухню у меня возникла огромная проблема в виде спящей Эльзы, закрывающей проход не кухню, которую я сначала не заметила, а когда заметила, было уже поздно, она проснулась. Завидев меня, Эльза тут же подняла голову и приготовилась в любой момент вскочить с места. Это была бы катастрофа, если бы она это сделала, потому что тогда кто-нибудь да проснулся от ее ходьбы и лая.
  -Шшшшш - начала я успокаивать собаку - Лежать.
  Эльза насторожилась, но не встала.
  -Хорошо...
  Я медленно подошла к Эльзе и попыталась как-нибудь ее обойти, но собака как будто специально легла поперек дороги так, что никак не пройти. Тогда я решилась пройти над ней. Эльза, внимательно следившая за моими действиями, начала шевелиться, когда подняла над ней ногу.
  -Хорошая девочка...Лежать.
  Но было поздно, Эльза поднялась на ноги как раз в тот момент, когда одна моя нога уже была за собакой, а вторая еще нет. Я оказалась в неприятном положении, ведь Эльза стояла между моих ног, и любой ее шаг в бок мог с легкостью опрокинуть меня на пол и тогда можно считать мой побег провальным.
  -Лежать, Эльза, лежать.
  Она смотрела на меня такими не понимающими глазами, что я бы подумала, что она действительно не понимает, что я ей говорю, если бы она не была собакой Михаила. Этой проказнице что-то нужно от меня, иначе бы она не стала устраивать это представление. Так, Мария, думая, что ей нужно от тебя и быстрее, пока она не зашевелилась.
  -Хочешь гулять? - никакой реакции - Играть? Кушать?
  На последнем вопросе Эльза повернула голову чуть в бок, выражая свою заинтересованность моим предложением.
  -Кушать. Идем кушать.
  Наконец-то я была освобождена из плена и Эльза даже благородно уступила мне дорогу к кухне. Как только я вошла в кухню, собака вошла следом, ожидая своей награды. Порывшись в закромах повара, я нашла, что искала, копченый кусок мяса. Мясо тут же полетело в пасть Эльзы, и мой долг был выплачен, собака устроилась в углу у выхода из кухни и приступила к трапезе. Я же решила ограничиться парой пирожков, которые предназначались для крестьян, но я не брезглива и люблю пирожки, хоть и знаю, что нельзя.
  Перекусив, я вышла на улицу. Солнце еще только восходило, немногочисленные облака были окрашены в разнообразные оттенки розового и на голубом небе смотрелись сказочно. Еще не прогревшийся утренний воздух ударил в легкие. Холод пробрал мое вышедшее из тепла тело до костей, и я поежилась, но уверено спустилась вниз по ступенькам. Птицы уже проснулись, и всюду слышалось их веселое щебетание, для них новый день - новая жизнь.
  Ну почему люди так не могут? Мы погрязли в своих мыслях и заботах, совершенно забыв, как же на самом деле прекрасен этот мир. Мы отделились от природы и перестали слышать ее зов, а потому перестали чувствовать истинную красоту. Оболочка - вот, что волнует нас теперь, а не душа и сердце. Мы преклоняемся перед красотой попугая, совершенно забыв о том, что он не умеет петь, а даже если бы умел, вряд ли смог бы сравнится голосом с соловьем. Как это все печально...
  С такими мыслями я дошла до моего тайного убежища, спрятанного за подругой-ивой. Трава была еще мокрой от росы, но это меня не остановило, я села на нее, не заботясь о том, что одежда намокнет. Проснувшееся солнце уже начало греть, не еще не пекло, великолепное время для того, чтобы понежиться в его лучах, но у меня были несколько другие планы.
  Мне нужно очищение, дни, проведенные в городе, принесли в мой разум много печали и тревог, я хочу от них освободиться.
  Мои ноги освободились от туфлей.
  Я хочу быть как те птицы, хочу, чтобы каждый восход солнца нес лишь радость, хочу быть единой с природой.
  Распущенные волосы упали каскадом на мои плечи.
  Я жажду избавления от боли, которая не покидала мою душу с раннего детства, со дня, когда мой отец покинул этот мир.
  Платье упало к ногам, оставив меня в одной сорочке.
  Вода была ледяной, но за многие годы практик я уже к этому привыкла. Я погружалась в воду медленно, чтобы каждой клеточкой тела ощутить чистоту этого озера. Наконец-то я окунулась с головой, и вода очистила мою голову от всех мыслей, я была свободна. К сожалению, моя свобода длиться лишь, пока мне хватает воздуха, чтобы находиться под водой. Быстро выплыв и вобрав полную грудь воздуха, я снова погрузилась под воду, но уже, чтобы поплавать. Доплыв до того места, где я едва стою, я снова вынырнула, чтобы поплыть к берегу и... Я чуть не подавилась водой, на берегу около брошенной мной одежды сидел Михаил и, как ни в чем не бывало, разглядывал обстановку вокруг себя. Подплыв к берегу, но не вылезая из воды, я возмущенно спросила:
  -Что вы здесь делаете?
  Он вздохнул и, продолжая рассматривать иву, совершенно спокойным голосом спросил:
  -Скажи мне, Мария, ты хочешь умереть?
  -Что за вздор! Конечно же, нет!
  Он вдруг вскочил с места и закричал:
  -Тогда я не понимаю, откуда у тебя это желание любым способом заболеть! Немедленно вылезай из воды, дура! Ты хочешь получить переохлаждение!
  -Не указывайте мне, что делать! И не смейте кричать на меня! - крикнула я в ответ.
  -Вылезай из воды!
  Я сложила руки на груди и отвернулась.
  -И не подумаю!
  Он схватил меня за руку и силой вытащил из воды.
  -Что вы себе позволяете! Когда папенька узнает...
  -Что я спас вас от переохлаждения. Думаю, ему ничего не останется, как первый раз в жизни поблагодарить меня.
  Я начала поспешно надевать на себя платье.
  -Очень в этом сомневаюсь. Бога ради, отвернитесь, наконец!
  Михаил наконец-то вспомнил о правилах приличия и отвернулся.
  -Мне почему-то кажется, что вы просите меня отвернуться не, потому что вам стыдно, а потому что вы снова хотите сбежать от меня. Если честно, я жутко устал постоянно за вами бегать и спасать от необдуманных поступков.
  -Так не бегайте, - я начала завязывать ленточки на платье - никто не заставляет вас это делать.
  -Меня вынуждает спасать вас моя бескорыстная доброта и незапятнанная честь.
  -Пустые отговорки. - Я никак не могла справиться с последней ленточкой на поясе из-за дрожащих рук - Вы просто хотите, чтобы папенька проявил к вам хоть каплю внимания, все дети хотят этого от своих родителей, не отрицайте.
  Он обернулся и намного суровее сказал:
  -Вас это не касается.
  Увидев мои тщетные попытки завязать ленточку на поясе, Михаил подошел, повернул меня спиной к себе, и сам завязал этот несчастный пояс.
  -Благодарю, но не стояло.
  -Ах, да, я совсем забыл, вы же строите из себя независимую особу.
  Теперь я вернула Михаилу его же слова:
  -Вас это не касается.
  Гордо задрав голову, я пошла за своими туфлями, но не успела я и двух шагов ступить, как меня схватили за руку.
  -Вы приняли решение?
  -Да, - я повернулась к нему - я обдумала ваше предложение и приняла решения вам отказать.
  Если Михаил и испытал какие-то эмоции, то тщательно их скрыл.
  -На каком основании?
  Это вопрос был произнесен спокойно, казалось, что он ожидал этого ответа. Это спокойствие и взбесило меня больше всего.
  -На основании того, что вы самый низкий, жестокий и горделивый человек из всех, что довелось мне встретить на своем жизненном пути. Будь вы хоть единственным претендентом на мою руку, я бы все равно не вышла за вас замуж.
  Михаил наигранно тяжело вздохнул.
  -Как громко. Но позвольте сказать, что если вы хотели причинить мне вред своими помпезными речами, то спешу вас огорчить, ваши слова ничуть меня не задели. Наоборот, зажгли во мне азарт игрока. Как вы там сказали? Будь я хоть единственным претендентом на вашу руку, вы бы все рано не вышли за меня... - его глаза загорелись - Чтож, я принимаю ваш вызов.
  Михаил потянул мою руку на себя и я, не способная сопротивляться, попала в его тесные объятия. Единственной преградой между нами были мои руку, упертые в его грудь. Михаил наклонился к самому моему уху и нежно прошептал:
  -Я не просто сломлю твою волю, я тебя унижу, сделаю так, что ни один уважающий себя человек к тебе не подойдет. И вот тогда, когда ты действительно окажешься одна на самом дне и ты будешь вынуждена молить меня о милосердии, я протяну тебе руку, - он улыбнулся - а может быть, и нет.
  -Не надейся...
  Я попыталась ударить Михаила кулаком по лицу, но он перехватил ее.
  -Этот трюк со мной больше не пройдет, - он поцеловал мою руку - я быстро учусь.
  Прода от 08.12
  -Я намного сильнее, чем ты думаешь.
  -Посмотрим, какой сильной ты будешь, когда от тебя все отвернуться, когда на тебя будут смотреть, как на грязь, когда жених разорвет помолвку...
  -Андрей человек чести, он никогда не разорвет помолвку, так как он дал слово папеньке, что женится на мне.
  -О, поверь моему слову, он тот час же разорвет помолвку, когда узнает о твоей неверности.
  -О чем вы говорите...
  Больше ничего сказать я не успела, меня повалили на траву и закрыли рот поцелуем. Я начала извиваться под Михаилом, бить кулаками в грудь, но он схватил мои руки и завел над головой. Эти действия вынудили его прервать поцелуй, и я тут же закричала во все горло, зовя на помощь.
  -Можешь кричать сколько угодно, здесь тебя никто не услышит. - свободной рукой Михаил погладил меня по щеке - Ты все еще можешь согласиться выйти за меня...
  Я вцепилась зубами его палец, оказавшийся непростительно близко к моему рту.Михаил зашипел, убрав от меня окровавленную руку. Я, воспользовавшись его замешательством, согнула ногу и ударила Михаила в пах. Тот согнулся от боли и схватился за свое достоинство, отпустив мои руки. Я спихнула его с себя и вскочила на ноги, во рту стоял металлический привкус крови Михаила, которую я вкусила, когда вцепилась в его палец. Стерев его кровь с губ, я решила еще раз ударить скорчившегося на земле Михаила в живот ногой и, пока он не опомнился, убежать домой. С величайшей радостью я задрала подол платья и со всей силы ударила Михаила в живот.
  -Когда я расскажу все папеньке...
  Он едва слышно рассмеялся, шипя от любого телодвижения.
  -Он тут же отошлет тебя, а мне ничего не сделает, ведь я его наследник. А знаешь, что будет дальше? Гарантирую тебе, что в течение нескольких дней вся империя будет знать о том, что ты не чиста, жених от тебя откажется и ты, опозоренная, вернешься обратно, вот только папенька тебе ни чем не сможет помочь. Я в любом случае выиграю.
  Я снова заехала ему ногой в живот, наслаждаясь тем, как он корчится от боли, а потом, оставив его упиваться своим триумфом, вперемешку с болью, побежала босыми ногами в сторону поместья.
  Дом уже не спал, когда я вбежала и, не отвечая на обеспокоенные вопросы папеньки и Марфы, которых встретила на лестнице, забежала в свою комнату и, подперев дверь стулом, забилась в углу, как загнанный в ловушку дикий зверь.
  Михаил прав, он победил, в любом случае привычная жизнь разрушится, и никто меня не спасет.
  Я уткнулась лицом в колени и горько заплакала.
  Сейчас, как никогда, я нуждаюсь в моем настоящем отце, дубом и мудром мужчине, который бы нашел способ выбраться из любой ситуации, а даже, если бы не смог, все равно бы ни за что не уныл, не потерял бы жажду жизнь и любить.
  Мои воспоминания вернулись в детство, когда папенька всегда был рядом, даже, когда нас разделяли километры...
  Маленькая девочка сидит у окна и, вдруг, вскакивает и кричит мужчине, читающему книгу в кресле:
  -Он здесь! Он вернулся!
  Она, как была босой, спрыгивает со стульчика и вольным ветерком сбегает вниз по ступенькам и мчится к двери. Мужчина закрывает книгу, встает с кресла, потягивается и медленно идет вниз. Пока он спускается, девочка уже открывает дверь и бежит навстречу мужчине на улице. Увидев девочку, мужчина приседает и раскрывает руки для объятия. Девочка подбегает к отцу и крепко обнимает за шею, тот поднимет ее на руки, встает и начинает кружиться на месте вместе с ней.
  -Я так скучала...
  -Поверь, мое счастье, стучит мое сердце лишь только для тебя. - Он поцеловал дочку в макушку - Идем домой.
  Мужчина пошел к дому с девочкой на руках. Из дома вышел второй мужчина.
  -Мария, сколько раз тебе говорить, чтобы ты носила обувь.
  -Оставь ее, Петр, ты же знаешь, что Мария дитя природы, а обувь не дает чувствовать землю под ногами.
  -А по мне, так она просто нахваталась от тебя дурных привычек, Николай. - Он сложил руки на груди и пропустил Петра с дочкой на руках - Рад видеть тебя, дружище.
  -Не представляешь, как я рад вас видеть. Как Мария себя вела?
  -Как всегда безобразно, - Николай улыбнулся - под стать отцу.
  -Мария унаследовала очень много от матери, но от меня она унаследовала самое важное - он погладил дочь по волосам - сердце. У нас с ней одинаковые сердца, которые стучат в унисон. Наше счастье и горе - наше сердце...
  Я вытерла слезы. Папенька бы не хотел, чтобы я плакала. Что же мне делать? Рассказать о том, что произошло между нами с Михаилом, я не могла, он незамедлительно начнет воплощать свои угрозы в жизнь, но и просто сидеть и чего-то ждать нельзя.
  Я встала и снова села. Есть только один выход - уехать, но я не могу, не могу бросить последнего человека на этом свете, кто искренне и бескорыстно меня любит, кто растил меня и воспитывал, кто подарил мне тепло, когда ушел папенька.
  Я должна поговорить с папенькой, должна рассказать ему о шантаже Михаила, должна пролить свет на его бесчинства.
  Встав, я глянула в окно и увидела, что уже вечер, солнце клонилось к закату.
  Папенька, скорее всего, сейчас занимается делами поместья в своем кабинете, смежным со спальней. Нужно пробраться к папеньке так, чтобы Михаил меня не заметил, иначе, он придумает что-нибудь, чтобы меня остановить или опорочить мои слова.
  Выйдя из комнаты и тихонько закрыв за собой дверь, я подошла к папенькиной комнате и постучалась в дверь. Тишина. Моя решительность таяла на глазах, я не была уверена, что смогу еще раз постучать в дверь и, потому, без разрешения, вошла в папенькину комнату. В спальне было темно, а вот из кабинета лился тусклый свет.
  -Извини, что вошла без разрешения, - я вошла в кабинет - но нам нужно поговорить...
  В кабинете было пусто, лишь одинокая свеча догорала на столе. Я мысленно посмеялась над тем, что я разговаривала с пустотой, и обругала папеньку за то, что он постоянно оставляет непогашенной свечу, хотя я уже сотню раз говорила ему, что это небезопасная привычка, ведь может вспыхнуть пожар. Сев за стол, при свете догорающей свечи, я начала размышлять, что же мне делать: пойти искать папеньку или остаться ждать его возвращения. Если я останусь здесь, то вряд ли встречусь с Михаилом, но потеряю драгоценное время, может быть, именно сейчас Михаил настраивает папеньку против меня. Нет, папенька никогда не поверит Михаилу, что бы он не говорил обо мне!
  Я расслабилась и тут же снова напряглась. Как же тяжело будет папеньке слушать клевету Михаила, его слабое сердце может не выдержать.
  Нельзя сидеть здесь! Нельзя этого допустить!
  Загасив свечу, я покинула папенькины комнаты. Нужно найти папеньку, но где же он может быть?
  Я медленно, едва дыша, продвигалась вдоль стены, касаясь ее кончиками пальцев, и постоянно оглядываясь. Я боялась, боялась, что земля уйдет из-под ног, боялась, что упаду во тьму, боялась, что опоздаю и не сумею защитить последнего дорогого для меня человека на этом свете. Оглядывалась я, не потому что боялась тьмы, а потому что источник всех моих страхов - Михаил - может быть где угодно. Подавить мою волю ему расплюснуть, но он пока что вряд ли об этом догадывается. Я показала свой характер в нашу последнюю встречу, и только я сама знаю, каких трудов мне тогда это стоило, только я знаю, что вряд ли еще раз смогу повторить такое. Все мое существо противится ярости и насилию, которым я дала волю утром, моя стихия, это защита и поддержание мира, а не атака.
  Мне почудился какой-то звук сзади, и я обернулась, продолжая идти вперед.
  -От меня прячешься?
  Не успела я повернуть голову вперед, как попала в кольцо рук Михаила. Он, зажав мне рот рукой, втащил меня в первую попавшуюся гостевую комнату и зажал в углу.
  -Знаешь, - шептал он - когда ты выглядишь беззащитной, ты становишься наиболее опасной.
  Я очень бы хотела сказать какую-нибудь гадость, но, к сожалению, мой рот все еще был зажат рукой.
  -Когда я уже думаю, что победил, ты, вдруг, выпускаешь когти и бросаешься на меня с невероятной силой и яростью. Вот, даже сейчас ты кажешься такой беззащитной, но я вижу, как ты постепенно встаешь в позу, благоприятную для удара.
  Так как я ничего не могла сказать, я просто промычала.
  -Мне даже интересно узнать, что ты на это скажешь.
  Наконец-то мой рот освободили, и я смогла сказать все, что думаю.
  -А что мне еще делать? Сдаться? Дать волю страху?
  -Да! Ты должна была сдаться еще в нашу первую встречу! Ты должна была молчать, а не бросать мне вызов, так все женщины поступают.
  -Ну, уж нет! Я не собираюсь поступать так, как принято, я поступаю лишь так, как считаю нужным.
  -Когда ты бросила мне вызов, ты совершила роковую для себя ошибку.
  -Пусть так! Но, если бы я смогла вернуться обратно в тот момент, я бы поступила точно так же. А теперь, - я посмотрела на него с таким презрением, на которое только была способна - немедленно отпустите меня! Я вам не какая-нибудь девка, чтобы зажимать меня по углам!
  Михаил, к моему удивлению, отпустил меня и отошел на несколько шагов.
  -Конечно, - он шутливо мне поклонился - ваше сиятельство.
  Это был удар ниже пояса. Мой настоящий отец был обнищавшим дворянином, все, что у него было - его жалование в армии. Мой приемный отец же герцог, человек, рангом намного превышающий моего родного отца, но я, как бы он не хотел присвоить мне свой титул, не смотря на всю роскошь, в которой живу, остаюсь дочерью своего родного отца - простого подполковника. Следовательно, ко мне нужно обращаться 'ваше благородие', а Михаил, обратившись ко мне, присвоил мне титул приемного отца, повысив рангом и унизив, напомнив, кем я на самом деле являюсь. Я не могу претендовать на наследство, я никогда бы не нашла бы себе такую превосходную партию, которую мне предоставил папенька, я вообще никто и не должна здесь находиться, не должна жить в таком богатом доме и одеваться по последней моде. А Михаил может, он герцог, законный наследник, человек благородных кровей, 'ваше сиятельство'.
  Я, не показывая боль, которую он причинил мне этими словами, присела в реверансе и уже повернулась, чтобы гордо уйти, но слова Михаила остановили меня:
  -И ты не хочешь узнать, какую сделку я хочу тебе предложить?
  Он прекрасно знает, что ради благополучия моей семьи я готова на все и, потому играет на моих нервах, выдерживая бессмысленные паузы.
  Не оборачиваясь, я спросила:
  -Что ты хочешь?
  -В этом мире есть лишь одна весомая вещь, управляющая все миром: власть. На данный момент, я имею над тобой власть, но я могу отказаться от нее и, даже более, уеду далеко и надолго за...
  -Что? - я обернулась, не в силах больше ждать конца этой паузы - Что ты хочешь?
  -Ночь.
  Во мне вскипела невиданная ранее ярость.
  -Забудь об этом! - я взмахнула рукой, разрезая пространство между нами - Если мой жених узнает, что я нечиста, то свадьбе конец!
  -Только не смеши меня. Как будто ты не знаешь, как легко и просто решается такая проблема: пронести на ложе сердце животного и в нужный момент раздавить. Если бы женщины так не делали, то мы бы в скором времени вымерли, так как просто не на ком было бы жениться.
  -Ты мерзкий слизняк! Твой разум развращен до основания, ты погряз во тьме и злости! Мне больше не о чем с тобой разговаривать!
  Я завернулась и уже подошла к двери, когда Михаил снова меня остановил.
  -Подумай хорошенько. - я взялась за ручку, но не повернула ее, чтобы открыть дверь - Завтра ты уедешь, а я останусь здесь, не кому больше будет защитить твоего ненаглядного 'папеньку' от меня... - я снова повернулась к Михаилу, не убирая руку с ручки - Как думаешь, сколько он протянет? - он шутливо задумался - Думаю, месяц, самый большой срок.
  У меня нет выбора, нет лазейки, которая смогла бы спасти и меня и папеньку одновременно.
  -За что? - прошептала я - За что ты так его ненавидишь?...
  -Поверь мне, у меня есть причины. - Михаил сложил руки на груди - Всей его никчемной жизни не хватит, чтобы искупить грехи прошлого.
  -Я тебе не верю.
  -Мне не нужно, чтобы ты верила, мне нужно, чтобы ты дала свой ответ на мое предложение. Взамен, я обещаю, что уеду и вернусь после смерти отца, обещаю, что позволю тебе приехать на его могилу и никогда никому не скажу и слова дурного о тебе, что бы ни случилось.
  Я отпустила ручку двери и подошла к нему.
  -И не уничтожишь папенькино наследие, ничто из его вещей не будет уничтожено и память о нем будет сохранена.
  -А могилы тебе не достаточно? Это тоже память о нем.
  -Нет, ты не уничтожишь его вещи и точка.
  -Договорились, я приду сегодня ночью.
  Михаил тут же ушел, оставив меня одну.
  Что же я делаю? Я ведь только что продала себя как доступная женщина. Я не смогу сама себя уважать, если позволю ему ко мне притронуться, но другого выхода нет. Я должна так сделать, я должна защитить тех, кого люблю...Нет, так нельзя...Это ужасно, отвратительно, я не могу...
  В полу бредовом состоянии, шатаясь, я вышла из комнаты и побрела к своим покоям.
  Тьма. Вот, что ждет меня после этой ночи. Я погружусь во тьму, ложь и предательство. Прошлая я исчезнет, останется лишь ее осколок, без души, без любви, без света.
  -Милая, с тобой все хорошо?
  В своих размышлениях, я даже не заметила папеньку, шедшего мне не встречу. Он подошел ко мне и взял за руку.
  -Ты выглядишь разбитой.
  Какая точная характеристика состояния моей души на данный момент. Я, через силу, улыбнулась.
  -Все хорошо, просто чувствую себя не очень хорошо.
  -Мария, я знаю тебя почти с самого твоего рождения и прекрасно знаю, что сейчас ты мне врешь. Что случилось, не таи? Что бы ни случилось, я уверен, что все решу, просто расскажи.
  Мои глаза наполнились слезами.
  -Все хорошо, - я обняла папеньку - просто я очень тебя люблю.
  -А я тебя больше. - Он обнял меня в ответ - Не плачь, я не стою твоих слез.
  -Ты стоишь всего, что я делаю.
  Я приняла решение и все равно, что после этого моя душа умрет, я должна принести ее в жертву.
  Отстранившись, я уже хотела уйти, но папенька, в последний момент, схватил меня за руку. Я обернулась и увидела его взгляд: немой вопрос вперемешку с отчаянием читался во взгляде самого дорого моему сердцу человека. Такое вытерпеть я не могла, вырвав руку, я быстрыми шагами пошла в свою комнату, не оборачиваясь. Папенька так и не окликнул меня.
  Весь вечер я простояла у окна, наблюдая, как садится солнце, как тьма медленно заполняет комнату и мою душу. Так я простояла, пока последние лучи не скрылись за горизонтом. Медленно, словно во сне, я зажгла свечу и поставила ее на подоконник, вернувшись к своему месту у окна.
  Как я к этому пришла? Когда дорога ушла из-под моих ног? Когда все вокруг заполонила паутина лжи и интриг Михаила? Почему я раньше этого не заметила?
  На эти вопросы у меня не было точного ответа. Процесс запустился с нашей первой встречи, а когда я перестала его контролировать, я не знаю. Может, с самого первого слова, а может, и нет...
  -О чем думаешь?
  Михаил приобнял меня сзади. Со своими размышлениями я даже не заметила, когда он зашел.
  -Как? Как тебе удалось все это провернуть? Когда ты продумал этот многоходовый план?
  Он отпустил меня и встал по правую сторону от меня, тоже уставившись в окно.
  -Странно.
  Я посмотрела на него.
  -Что странно?
  Не отрывая взгляд от окна, он сказал:
  -Странно, что ты спрашиваешь. Ты должна молить о том, чтобы я ушел... - он резко повернулся ко мне - В конец концов, должна попросить о гарантиях, что я уйду. А ты... - он запустил руку в черные волосы - Ты... спрашиваешь меня о том, как я все это провернул... Ты не должна спрашивать... - он вытащил руку из волос и сделал шаг ко мне - Никто раньше не спрашивал...
  -Значит, ты не скажешь?
  Михаил прорычал что-то невразумительное и начал резкими шагами мерить комнату. Потом он, вдруг, остановился и набросился на меня:
  -Что ты хочешь!? - он потряс меня за плечи - Хочешь, чтобы я сказал, когда продумал план, как затащить тебя в пастель!? Или ты хочешь узнать, когда у меня появился к тебе интерес!? Не молчи, скажи хоть что-нибудь...
  -Я... я не понимаю, чем вызвала твою злость... Ты должен ликовать, твой план удался, а ты ведешь себя так, будто я своими вопросами все испортила.
  Он вдруг прижал меня к себе.
  -Что ты такое?... Откуда в тебе этот нескончаемый поток жизни? Ты должна быть разбита и сломлена... - он погладил меня по волосам, а потом, вдруг, остановился - Нет, ты не победишь.
  14.01
  Михаил толкнул меня так сильно, что я отлетела на несколько шагов и, споткнувшись об кровать, не удержала равновесие и упала на нее. Не успела я и шевельнуться, как Михаил навис сверху. Меня охватила паника, какой я ранее никогда не испытывала, все, что я могла, это отвернуться от него, чтобы полностью не потерять над собой контроль.
  -Смотри на меня!
  Это была последняя капля, мое равновесие пало в пропасть, внизу разбившись на куски. Первая слезинка покатилась по моей щеке, знаменуя начало конца, конца для моей души.
  -Я сказал: смотри на меня!
  Он схватил меня за подбородок и силой заставил повернуть голову. Я закрыла глаза, посмотреть на него означает сдаться, позволить ему выиграть, а я еще не сдалась, маленькая искра надежды все еще светила в моей душе, пусть и едва заметно.
  -Смирись... - шептал он - Никто не придет на помощь...
  Эти слова, как яд, проникали в мою душу, впитывались в каждую клеточку моего существа, прожигая все, чего касались. Мое сердце было беззащитно перед шепотом Михаила, перед ядом его уст.
  Глаза сами собой открылись и я встретилась взглядом со своим злейшим врагом и... не испугалась... В его глазах я увидела отражение себя, такой же маленький огонек во тьме. Боль, смерть, разочарование... Он чувствовал то же, что и я... Свет в его глазах едва горел, искра надежды почти погасла...
  Мы молча смотрели друг другу в глаза, изучая души друг друга. Как будто мы всю жизнь носили маски и наконец-то их сняли. Я оказалась не такой жизнерадостной и сильной, а Михаил вдруг открыл боль и одиночество, прячущиеся за жестокостью и презрением. Это было лишь мгновение, но в это мгновение наши буши были одним целым, а сердца бились в унисон.
  -Сомневаюсь. - Послышался голос над нами.
  Этот голос заставил меня вздрогнуть, ведь именно ради этого человека я пошла на сделку со своей совестью, ради этого человека пожертвовала своей душой. Над нами что-то просвистела и Михаил скривился от боли. Папенькина трость попала точно в цель, Михаил отпустил меня, и я смогла вылезти из-под него. Теперь папенька мог ударять врага, не боясь задеть меня и его удары стали сильнее. Удар тростью пришелся вбок.
  -Я впустил тебя в свой дом! - еще удар - Назвал наследником, а тебе все мало! Избалованный прохиндей!
  Михаил поднялся с кровати и, остановив очередной удар тростью, закричал:
  -Избалованный!? Да как у тебя язык повернулся такое сказать!? Когда мама умерла, ты выкинул меня из дома, как собаку! Ты ненавидел меня не за что-то, а просто за мое существование! С трех лет я не видел дома, ни разу не был на могиле матери, не знал любви!
  -Я дал тебе все, что было нужно!
  -Нет, - Михаил горько улыбнулся - не все...
  Он отпустил папенькину трость и молча вышел из комнаты. Как только дверь за ним закрылась, папенька устало опустился на кровать. Я медленно подползла к нему и села рядом.
  -Ложись спать, - он тяжело вздохнул - сегодня я буду сторожить твой сон.
  Не было ни вопросов, ни упреков, он понял все без слов. Папенька осуждал мой выбор, осуждал мой поступок, но не сказал ни слова, за что я была ему благодарна.
  -Когда ты понял?
  -Что ты готова на все что угодно, чтобы уберечь меня? Давно, еще до приезда Михаила. - Он посмотрел на меня - Ты слишком привязана к семье, когда-нибудь это тебя погубит. Когда же ты уже поймешь, что эта жизнь принадлежит тебе и только тебе, а не семье.
  -Тебе не понять, с детства я заботилась о своей семье, пытаясь сохранить ее остатки, пытаясь продлить папенькину жизнь... Когда он умер... - я взяла его за руку - Ты стал моей семьей и я была обязана ее сохранить, сохранить тебя.
  Папенька обнял меня.
  -Глупая, глупая девчонка, я всегда буду с тобой, мое сердце...
  Я заплакала, так называл меня мой родной папа. Пусть, у меня никогда не было мамы, но зато было два папы, самые лучшие папы, каких мне только мог послать Бог.
  Сегодня я спала спокойно, зная, что папенька рядом и мне нечего бояться.
  Утром, когда я проснулась, папеньки не было, но уже была хлопочущая Марфа, собирающая мои вещи для отъезда. Я приподнялась с кровати.
  -Тебе помочь?
  Марфа повернулась ко мне и, как всегда, когда я говорю, по ее мнению ахинею, закатила глаза и едва заметно покачала головой.
  -Полежи еще, я сейчас позову служанок, которые помогут тебе приготовиться к отъезду.
  Я раскрылась и села на кровати.
  -Мне сегодня не хочется никого видеть. - Марфа положила очередную стопку моих вещей в один из чемоданов и недоуменно посмотрела на меня.
  -Мне уйти?
  Я улыбнулась и поспешно исправилась:
  -Никого, кроме тебя.
  Она улыбнулась и продолжила собирать остатки моих вещей, бросив:
  -Тяжёлая была ночь?
  Встав с постели, я попыталась придать своему лицу удивление, но вопрос все равно получился настороженным, как бы я не пыталась это скрыть:
  -С чего ты решила так?
  Марфа рассмеялась.
  -Потому что ты уснула не переодеваясь.
  Я посмотрела на себя и тоже рассмеялась, на мне была моя вчерашняя одежда, я забыла переодеться перед сном.
  -Да, бессонница мучила.
  -Сходила бы ко мне, я бы приготовила отвар.
  Марфа посмотрела на меня обиженно, и я поспешила оправдаться.
  -Не хотела тебя будить.
  Как я и предполагала, Марфа не только еще больше обиделась, но еще и разозлилась.
  -Вот почему ты такая!? - она скомкала мой шарфик и бросила его в чемодан - Я служу этой семье всю свою жизнь и никто, - она угрожающе помахала пальцем - никто не относился ко мне с таким пренебрежением, как ты! Все всегда обращались ко мне за советом или помощью, но не ты. Неужели ты думаешь, что если я старая, то не на что не годная?
  -Нет, - я замахала руками - нет, естественно, я так не считаю. Я очень ценю тебя и просто хочу облегчить твою жизнь, стараясь как можно меньше надоедать тебе. Марфа обреченно покачала головой.
  -Ты неисправима.
  -А разве это плохо?
  Прода от 18.01
  Она по-доброму мне улыбнулась и прошептала:
  -Нет... Никогда не смей меняться. - Марфа подошла ко мне и взяла за руку - Слышишь меня? Никогда не меняйся ни ради кого угодно. Ты такая одна на всем свете, ты уникальна. Большинство людей будут называть тебя чудачкой иди сумасшедшей, но не вздумай слушать их, ты не сумасшедшая, ты просто видишь мир по-другому, лучше чем он есть. - Она прикоснулась к моей щеке кончиками пальцев - Будь доброй и сильной, удержи в себе этот свет души, который повергает окружающих в шок. Обещаешь?
  Сглотнув, я кивнула и прошептала:
  -Я постараюсь.
  Марфа кивнула, удовлетворенная моим ответом, и пошла, складывать скомканный ей шарфик. Я очень хотела удержаться от вопроса, но он уже давно крутился в голове и сейчас, пробудившись от нашего разговора, снова начал тревожить меня:
  -А разве не все люди уникальны?
  Она грустно вздохнула.
  -Когда-то были, но сейчас...Люди рождаются уникальными, но, взрослея, большинство детей хотят быть как все и отказываются от своей индивидуальности, чтобы не выделяться из толпы.
  -Почему же тогда я не изменилась?
  -Оглянись вокруг, - она развела руками - наша семья живет обособлено от общества, гости извне невероятно редки в наших краях. Ты просто не знала, как выглядит большинство людей, поэтому и не думала, что чем-то отличаешься от них.
  -Но разве это плохо?
  -Нет, конечно. Империя настолько погрязла в разврате, а люди стали настолько избалованными, что перестали различать добро и зло, границы их сознания размылись. - Марфа взяла меня за руку - Ты умна, сильна, добра и, самое главное, не разучилась мечтать. Не многие могут похвастаться таким списком положительных качеств.
  Марфа отпустила мою руку и снова пошла собирать мои вещи.
  -Если честно, я не вижу в этом ничего хорошего. - Марфа повернулась в мою сторону - Я выросла в тепличных условиях, - я махнула рукой - совсем не знаю жизни, не могу противостоять злу. В чем же тогда мое преимущество перед остальными? По-моему, из-за моих 'положительных' качеств, я становлюсь еще более уязвимой, чем какой либо другой человек, не видящий разницы между добром и злом.
  -Думаешь, барин этого не знал? Почему же ты думаешь тогда мы и отрешились от мира? Почему ты никуда никогда не выезжала? Ты не приспособлена к жизни в этом мире, поэтому барин создал для тебя собственный мир, где ты всегда будешь в безопасности.
  -Почему же тогда сейчас я должна уехать?
  -А почему птенцы покидают гнезда? Чтобы увидеть весь этот мир, чтобы создать свою семью, - Марфа пожала плечами - у каждого свои приоритеты и мечты. Ее слова потрясли меня до глубины души, я всего лишь выращенная в искусственных условиях фарфоровая кукла. Да, Марфа не это имела ввиду, но я поняла все именно так, я слаба и не приспособлена к жизни. Михаил, как истинный охотник, сразу же почуял мою слабость и принялся преследовать легкую добычу, вот почему я никак не могла от него отвязаться. Наша связь была на уровне инстинктов, я - добыча за которой охотится голодный хищник.
  Марфа закрыла очередной и последний чемодан, хлопнула в ладоши и сказала:
  -Ты готова.
  Нет, я не готова, я никогда не буду готова, мое место здесь, в тепле и уюте, под давлением мирских будней я просто-напросто развалюсь, рассыплюсь, превращусь в прах...
  Расправив плечи и вздернув голову, я уверенно ответила:
  -Я готова.
  Завтрак прошел в молчаливой обстановке, несмотря на то, что присутствовали все члены семьи. Мы с папенькой пытались делать вид, что ничего не случилось, а вот Михаил вел себя совершенно не как виновник вчерашнего происшествия, он всячески пытался развить разговор с кем-то из нас. Я стойко выносила его фривольное поведение, но когда Михаил обратился ко мне с вопросом о том, как мне сегодняшняя погода и как бы невзначай положил свою руку поверх моей, я не выдержала. Вырвав свою руку, я вскочила со своего места и резкими шагами двинулась к выходу из столовой. Эльза, трапезничающая около стола, оторвалась от еды и недоуменно посмотрела мне в след.
  -Мария, постойте. Почему вы уходите? Что я не так сделал?
  Я остановилась у входа и сделала глубокий вдох. Спокойно, он просто пытается вывести меня из себя и заставить вступить с ним в дискуссию. Не поддавайся на его провокацию, ты выше этого. Успокойся. Я выдохнула и снова пошла на выход.
  -Не может быть. - Я не должна была этого делать, но я обернулась - Неужели ты научилась контролировать свои эмоции всего за одну ночь? - Михаил удивленно выгнул бровь - Или ты просто поняла, кто здесь главный и споры бесполезны?
  Я вскинула руку с указательным пальцем уже готовая дать этому нахалу словесный отпор, но взгляд случайно упал на папеньку, сидящего за столом. Он был таким измученным, таким старым, только сейчас я поняла, насколько он все-таки слаб. Только сейчас я поняла, что он действительно умирает, и это не остановить и не замедлить...
  Я убрала руку и закрыла рот. Михаил этого не стоит. Повернувшись, я медленно пересекла арку входа в столовую.
  -Не...
  -Хватит!
  Услышав папин крик и стук по столу, я вернулась в столовую. На входе в арку я встретила выбегающую Эльзу. Может мне лучше последовать ее примеру? Нет уж! Папенька стоял около стола, а его кулак покоился на нем. Михаил тоже стоял, облокотившись руками на тот же стол.
  -Я пока что здесь главный, и я сказал 'хватит'!
  -Не смей указывать мне! А ты! - Михаил посмотрел на меня - Не смей больше никогда поворачиваться ко мне спиной!
  Я перевела взгляд на папеньку. Под давлением обстановки он совсем загнулся и едва стоял на ногах.
  -Пошел вон! - я топнула ногой - Немедленно!
  -О, наша кошечка выпустила когти и зашипела. - Он стряхнул несуществующую пылинку с плеча и, отвесив мне поклон, двинулся к выходу - У меня есть одно достоинство, которое не раз спасало мне жизнь: я умею выбирать соперников и знаю, когда нахожусь в не выигрыше. Так что сейчас я предпочту отклониться.
  Присвистывая, Михаил вышел из столовой, а я бросилась поддержать папеньку.
  -Как ты себя чувствуешь?
  Я усадила папеньку на его стул. Сев, он тяжело выдохнул и тихо рассмеявшись, сказал:
  -Еще бы чуть-чуть и я бы, клянусь Богом, упал. Как же я все-таки стал слаб, даже не могу дать ему отпор. А когда-то я был...
  Папенька погрузился в пучину воспоминаний, а я, воспользовавшись случаем, позвала Марфу и попросила ее принести ему отвар. Вернувшись, я поцеловала папеньку в лоб и спросила:
  -Ты выйдешь меня проводить?
  Его взгляд тут же погрустнел, папенька взял меня за руку и прошептал:
  -Конечно, выйду, мое сердце, вот только...дай мне пару минут.
  Я кивнула и вышла из столовой. В прихожей уже стояли мои чемоданы, а кучер заносил их в карету. Я тяжело вздохнула. Неужели это конец? Неужели я больше никогда не увижу этот дом?
  Подойдя к зеркалу, я посмотрела на все отражение. Совсем на себя не похожа в этом дорожном платье, оно сковывало движения, обычно дома я носила свободные и яркие платья, а это платье, как предвестник беды, было темным и грубым.
  Пода от 20.02
  -Как насчет последней перепалки напоследок?
  В отражении зеркала за моей спиной появился Михаил. Я вздохнула и обернулась.
  -Неужели нельзя было уйти и не появляться до моего отъезда!
  Он выставил руки в защитном жесте.
  -Эй, эй, успокойся. Я просто пришел проводить тебя и подарить прощальный подарок.
  -Мне ничего от тебя не нужно!
  -Я прошу тебя принять мой подарок. - Он встал передо мной на одно колено - Это просто маленькая безделушка, она ничего плохого тебе не сделает.
  С неохотой я кивнула, принимая его подарок, каким бы он ни был.
  -Отлично! - Михаил тут же вскочил с колен - Повернись ко мне спиной.
  Я сложила руки на груди и решила позлорадствовать.
  -Ты же сказал, чтобы я никогда не поворачивалась к тебе спиной...
  -Без моего разрешения. Я забыл добавить это условие.
  Все еще со сложенными руками, я отвернулась от Михаила и посмотрела на наше отражение в зеркале. Михаил убрал волосы с моей спины, перекинув их вперед, и достал из кармана какой-то предмет. Это оказалась та самая цепочка с изумрудным кулоном, которую я нашла в ящике Михаила на его квартире. Цепочка была переброшена через мою шею и закреплена Михаилом.
  -Тебе очень идет.
  Я взяла в руку кулон и начала его рассматривать. Красивый, но абсолютно обыкновенный изумруд, для людей из высшего общества этот камешек ничего не значит, но мне он, почему-то, очень понравился. Было в этом кулоне нечто теплое и мудрое.
  -Это кулон моей матери. - Михаил пожал плечами - Семейная реликвия, передающаяся по женской линии в нашем роду.
  -Он просто прекрасен, но я не могу его принять. - Я повернулась к Михаилу - По правилам, ты должен подарить его своей избраннице...
  -Этот кулон мать отдала мне, и я имею право распоряжаться им так, как захочу, а я захотел подарить его тебе.
  -Что здесь происходит?
  В прихожую вошел папенька, и я повернулась к нему. Когда он увидел кулон на мне, то чуть не упал и удержался только, схватившись за стену.
  -Откуда он у тебя?
  -Я подарил его Марии.
  Михаил сделал шаг вперед.
  -Ты не имеешь право распоряжаться этой вещью, она не твоя! Это семейная реликвия!
  -Мама перед смертью отдала его мне, значит кулон мой.
  -Она не имела право так поступать! - папенька снова встал ровно и перестал держаться за стену - Она не заслужила этот кулон!
  -Не смей так говорить о моей матери! - Михаил сделал еще один шаг вперед - Она была твоей женой и получила этот кулон на законных основаниях!
  -Ни твоя мать, ни ты не имеете никаких прав на семейную реликвию! Она передается только членам семьи!
  -Я часть этой семьи хочешь ты этого или нет!
  Я сняла кулон и протянула его Михаилу.
  -Забери его, от кулона одни беды.
  -Проблема не в том, что кулон у тебя, а в том, у кого он должен был храниться до этого дня. Уверен, что если бы он был у отца, он бы тоже сейчас подарил его тебе. - Михаил обратился к папеньке - Ведь так?
  Папенька кивнул.
  -Так.
  -Хоть в чем-то мы согласны.
  Я снова надела кулон.
  -Я обещаю, что буду его беречь.
  В прихожую вошел кучер.
  -Экипаж готов.
  Я кивнула и пошла на выход, но у самой двери вернулась, чтобы в последний раз обнять папеньку.
  -Прощай, мое сердце.
  Попрощавшись с папенькой, я подошла к Михаилу.
  -Прощайте.
  Он фыркнул.
  -Не будь такой пессимистичной. - Он поцеловал мою руку и подмигнул - До скорой встречи.
  -Я не опоздала?
  В прихожую вошла Марфа.
  -А я думала, ты не придешь.
  Я заключила Марфу в свои объятия.
  -С твоим отъездом все изменится.
  -Ты же сама говорила, что перемен не избежать.
  -Да, но их всегда можно отсрочить.
  -Не в моем случае.
  Я выпустила Марфу из объятий и, не оборачиваясь, вышла из дома.
  Уже четыре дня я провела в пути, останавливаясь поздним вечером на постоялых дворах, чтобы передохнуть, а утром снова отправлялась дальше. До усадьбы моего будущего мужа еще три дня пути. Четвертый день подходил к концу, солнце заходило за горизонт, и моя карета приехала на очередной постоялый двор. Выйдя из кареты, я осмотрелась. Все, как всегда, это место отдыха для путников ни чем не отличалось от остальных трех, на которых я побывала за свое путешествие.
  Оплатив за комнату, я тут же отправилась отдыхать. Я точно не создана для долгих переездов, все тело болит и ноет. Некоторым нравится путешествовать, чувствовать скорость, им кажется, что так они не стоят на месте, живут. Но, по мне, так жизнь это не обязательно путешествия и разъезды, для меня жить - это быть единым с природой, создавать гармонию в мире.
  Зайдя в свою комнату, я сразу же завалилась на кровать. Как же я устала... Закрою на секундочку глаза, а потом переоденусь ко сну...
  Я проснулась от настойчивого стука в дверь. Кого могло принести в мою комнату?
  Встав с кровати и потянувшись, я спросила:
  -Кто там?
  -Госпожа, только что приехал ганец с важным письмом для вас.
  Я удивленно открыла дверь. На пороге стоял лакей с письмом, которое он тут же передал мне.
  -Благодарю... - я уже хотела открыть письмо, но задумалась - Вам не сообщили от кого письмо?
  Лакей кивнул.
  -Сообщили, это письмо пришло от главы вашей семьи.
  Я прижала письмо к груди. Что же могло случиться, раз папенька погнал гонца вдогонку за мной? Случилось что-то ужасное. Я поджала губы.
  -А вам случайно не сообщили, что написано в этом письме?
  -Госпожа, это конфиденциальная информация, которую я не вправе знать.
  -Да, конечно... Благодарю...
  Лакей поклонился не и ушел, а я медленно закрыла за ним дверь. Открыть письмо было невероятно страшно, у меня даже не было предположения, что в нем написано. Подойдя к столу, я зажгла свечу, и комнату озарил ее тусклый свет. Тянуть нельзя, в этом письме содержалась очень важная для меня информация, но я чувствовала, что она изменит мою судьбу и я была не уверена, что хочу этого. Я поднесла письмо к свече. Может сжечь его? Нет, это глупо, от судьбы не убежать. А может все-таки можно? Но хочу ли я этого? Нет, я должна открыть письмо.
  Дрожащими руками, я открыла конверт и достала из него письмо. Сделав глубокий вздох, я развернула письмо и начала читать. С первой строчки я поняла, что все мои худшие предположения сбываются, случилось нечто ужасное и папенька не может сообщить мне об этом в письме. Он просит меня как можно быстрее вернуться в поместье, где я буду в безопасности, и он сможет объяснить мне, что же случилось.
  Скомкав листок в руках, я выскочила из комнаты и побежала вниз по лестнице, чтобы отдать приказ готовить мою карету к отъезду. Случилось нечто ужасное, и я должна как можно быстрее добраться домой.
  Меньше чем за полчаса я уже тряслась в своей карете, на полной скорости, мчавшейся в обратную сторону. Это будет тяжелая ночь и не менее тяжелый день, но останавливаться, чтобы передохнуть, нельзя, каждая минута на счету. Смотря из окна кареты на ночное небо, я размышляла, что же могло случиться и каждая мысль, посещающая мою голову, была ужасней предыдущей. Я так и сжимала письмо в руках, не в силах его отпустить или снова прочесть. Звезды снова молчали, не желая помогать мне в очередной беде, но, нужно отдать должное, их мягкий свет успокаивал мое больное сердце. Они как будто шептали 'все хорошо, пока мы светим на небе, мир не разрушится'. Я не особо им верила, но лучше такое успокоение, чем ничего. Я вздохнула. Все будет хорошо, не нужно волноваться. По щеке покатилась одинокая слеза. Не нужно волноваться... Я выглянула из окна.
  -Быстрей, пожалуйста!
  -Госпожа, ехать быстрее сейчас опасно, слишком темно.
  Я задумалась.
  -Вы правы, моя смерть не принесет никакой пользы моей семье, гоните лошадей с такой скоростью, с которой считаете возможной.
  Что же я делаю? Нужно успокоиться, ничего пока что не случилось. Тогда почему же я паникую? Нужно перечитать письмо, вдруг, я при прочтении упустила что-то важное. Я снова посмотрела на сжатое в руках письмо. Это просто бумажка, ее не нужно бояться. А я и не боюсь бумажки, я боюсь ее содержания. Я вздохнула, развернула письмо и перечитала его. Нет, я ничего не упустила, папенька действительно не объясняет, почему так важно, чтобы я немедленно вернулась домой. Это так на него не похоже, папенька всегда отличался своей правильностью и логичностью, а это письмо совсем не в его стиле и подчерк какой-то не такой, не его, буквы слишком размашисты, но стиль тот же. Здесь что-то не так. Я посмотрела на звезды в немом вопросе, но они все так же молчали, упрямо не желая мне помогать...
  ***
  Михаил сидел в кабинете отца и размышлял о том, что же ему делать, когда Мария вернется домой. Скорее всего, она не успеет застать отца живым, он слишком болен и счет его жизни идет на минуты. После ее отъезда, отец совсем загнулся и в тот же день слег с больным сердцем. Врач, которого вызвал Михаил, не мог его вылечить, а лишь слегка уменьшить мучения больного. Теперь вся власть принадлежит ему и никто не посмеет ему прекословить, не смотря на то, что хозяин дома умирает в соседней комнате. Как только врач сообщил, что ничего не может предпринять, чтобы спасти жизнь больного, Михаил тут же взял командование в свои руки и написал от имени главы семьи письмо Марии с требованием вернуться в поместье. Теперь он распоряжается ее судьбой, и помолвка девушки будет разорвана в ближайшее время, а сама Мария останется здесь навсегда. Такой поступок Михаил оправдывал своей заботой о ней, тем, что он окружит ее такой любовью и заботой, что она сама не захочет уйти, но душа Михаила все равно была не на месте. Он чувствовал, что так поступать нельзя, нельзя лишать живого человека права выбора, но ничего не мог с собой поделать, его привязанность к девушке была слишком сильна.
  В кабинет вошла Марфа.
  -Врач сказал, что барин не доживет до утра.
  Михаил махнул рукой, прогоняя из комнаты.
  -Прекрасно.
  -Вы не хотите с ним проститься?
  Михаил встал из-за стола и, подойдя к большому окну, сложил руки за спиной.
  -Не имею ни малейшего желания.
  -Откуда в вас столько злобы? Куда делся тот добрый маленький мальчик, читающий матери сказки перед сном и по утрам играющий на пианино?
  -Он умер и уже давно.
  -Значит, ты считаешь, что ты лишь его призрак. Хочешь, открою тебе один секрет? Ты не призрак, ты все еще остался тем мальчиком, просто не хочешь этого признавать. Да, твоя мать умерла, но ты не умер с ее смертью, ты все еще жив.
  -Убирайся.
  Марфа развернулась, чтобы уйти, но на выходе бросила:
  -Если ты сейчас не поговоришь с отцом, то потом будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
  -Думаешь, я об этом не знаю! - он обернулся - Вот только он мне не отец!
  Марфа вздохнула.
  -Просто ты никогда не хотел, чтобы он стал твоим отцом.
  Она вышла из комнаты, бесшумно закрыв за собой дверь.
  Марфа сидела у постели умирающего и молилась, когда в комнату вошел Михаил.
  -Оставь нас.
  Марфа вопросительно посмотрела на Петра и после его кивка, вышла из комнаты.
  -Ты пришел проститься со мной?
  Михаил сел на марфино место.
  -Можно и так сказать.
  -Честно сказать, я весьма удивлен. - Петр изогнул бровь.
  -Я тоже.
  Михаилу было весьма неуютно находиться здесь сейчас, он не знал, с чего начать разговор.
  -Михаил, я, может быть, и умираю, но это не значит, что я резко поглупел. Что тебе нужно?
  -Я хочу поговорить с тобой.
  -О чем же?
  Михаил неловко потер шею.
  -О маме...
  -Она... - Петр задумался - она любила тебя, больше я ничего о ней не знаю, мы не были близки.
  -А ты? Ты когда-нибудь меня любил?
  -Нет. Никогда. - Его ответ был уверенным и твердым - Я пытался, поверь, но не смог и мне очень жаль. И, поверь мне, я считаю это самым ужасным поступком в своей жизни - невозможность и нежелание полюбить ни в чем неповинного ребенка. Прости меня, если сможешь.
  -Никогда.
  -Я понимаю. Но сейчас дело не в нашей взаимной ненависти, сейчас дело в нашем роде. - Петр взял Михаила за руку - Ты последний в нашем роду и только тебе решать, возрождать наше былое величие и обратить все в прах. И перед смертью, я хочу узнать твой выбор. Мне все равно, какой он будет, главное, это знать его.
  Перед Михаилом встал тяжелый выбор между местью и доводами разума. Создавать что-то намного тяжелей, чем разрушать, но действительно ли ему это надо. Ради мимолетного чувства удовлетворения разрушать память о предках, о матери...
  -Я принял решение сделать наш род самым могущественным в империи, но я делаю это не ради тебя и твоих предков, я делаю это ради моей матери и ее семейного древа, закончившегося на ней, и ради Марии, которая никогда мне не простит обветшание нашего гнезда.
  Петр облегченно выдохнул. Они сидели какое-то время в неловком молчании, пока умирающий не спросил:
  -Она ведь едет сюда?
  Они оба знали, о ком идет речь.
  -Да.
  -И ты ее не отпустишь?
  -Не отпущу.
  -Зачем ты это делаешь? Зачем портишь ей жизнь?
  -Я не порчу ее жизнь, со мной ей будет хорошо, она будет дома.
  -Ты этого точно не знаешь.
  Михаил вспылил и, повысив голос, сказал:
  -Я люблю ее.
  -Никогда не бросайся таким словами. - Петр пригрозил Михаилу - Если бы ты действительно любил Марию, ты бы дал ей шанс выбирать свою жизнь, а не решал бы все за нее.
  -Я просто ускорил процесс прихода к окончательному исходу событий.
  -Нет, ты просто эгоист и все.
  -Не отрицаю.
  Петр вздохнул.
  -Ты можешь пообещать мне, что будешь заботиться о Марии и никогда не оставишь ее в беде?
  Михаил вздернул бровь.
  -Ты хочешь, чтобы я дал клятву? Разве ты доверяешь моим словам?
  -Я доверяю твоей чести и достоинству. Тебя воспитали так, что ты никогда не сможешь нарушить данное слово.
  -Вот по этой причине я и не даю клятв. - Михаил сложил руки на груди - Что мне будет за это обещание?
  -Тогда я умру спокойно.
  -И ты действительно думаешь, что я соглашусь?
  Повисло молчание: Михаил молча ждал ответа, а Петр прикрыл глаза, о чем-то раздумывая. Внезапно, умирающий, не открывая глаз, прошептал:
  -Знаешь, то, что я никогда не любил тебя не значит, что я не любил твою мать. Катерина... - он открыл глаза - Твоя мать была невероятной... Мария очень на нее похожа.
  -Да, я заметил. - Михаил расслабился - Иногда, когда я смотрю на Марию, я вижу ее, такую добрую и наивную... Но все-таки они и очень разные: мама была слабой, она не смогла справиться с грузом нависших проблем, Мария не такая, она упрямая, самоотверженная и, до безумия, легкомысленная, в ней присутствует сила, которой не было у мамы.
  -Как же ты заблуждаешься, Михаил. - Петр укоризненно покачал головой - Мария настолько хорошо притворяется сильной, что уже сама начала в это верить, но, на самом деле, она совершенно не такая. Ее сила, как луч солнца - в темные времена исчезает.
  -Значит, я буду защищать ее от тьмы до последнего вздоха.
  Петр выдохнул и прикрыл глаза.
  -Это как раз то, что я хотел услышать перед смертью.
  Михаил приподнялся со стула и неуверенно посмотрел на больного, а затем на дверь.
  -Что-нибудь передать Марии, когда она приедет?
  Петр с трудом разлепил веки.
  -Нет, ничего. Все, что я хотел ей сказать, я уже давно сказал.
  Михаил кивнул и вышел из комнаты.
  ***
  Моя карета прибыла домой к вечеру следующего дня. Я едва смогла усидеть на месте и не выпрыгнуть из кареты, пока кучер останавливал ее у входа в поместье. Не дожидаясь, когда кучер откроет мне дверь, я сама ее открыла и выбежала из кареты. На крыльце меня никто не встречал, кроме Марфы.
  -Зря ты вернулась.
  Не обращая на недружелюбную встречу, я спросила:
  -Где папенька?
  Марфа, как то замедленно и нехотя, открыла мне дверь в дом и сказала:
  -Барин ожидает тебя в своем кабинете. - Я резво переступила порог, но дальше пройти не успела, меня за руку схватила Марфа, останавливая. - Но я не советую тебе туда подниматься. - Я вырвала свою руку из ее хватки. - Развернись и езжай своей дорогой, пока не поздно.
  Я заколебалась. Марфа несла какую-то околесицу, я не могу уехать, мне же пришло от папеньки письмо, что я должна вернуться, а сейчас, когда я преодолела такой долгий путь, она выставляет меня. Я встряхнула головой, прогоняя сомнения, и побежала вверх по лестнице. Дверь в кабинет была слегка приоткрыта, так чтобы был виден свет свечи, освещающей комнату, но не было видно больше ничего, кроме этой узкой полоски света. Я медленно вошла в комнату, но вместо папеньки увидела за столом Михаила. Он сидел слегка сгорбленно и смотрел на меня усталыми глазами.
  -Присаживайся.
  Он указал мне на стул около стола.
  -Где папенька? Марфа сказала, что он здесь... - Михаил потер переносицу. - Где он? Что ты с ним сделал?
  -Прошу тебя, не волнуйся, присядь.
  Михаил снова указал мне на стул. Проигнорировав его, я пошла по направлению в папенькину спальню.
  -Нет, - Михаил подскочил с места. - не ходи туда.
  Но я его не слушала, я уже вбежала в комнату и... замерла на месте, при виде папеньки... Он лежал на столе посреди комнаты и... спал, а вокруг него стояли подсвечники с горящими свечами. Я прижала руку ко рту и затрясла головой.
  -Нет... - Я упала на колени. - Нет...
  Пелена слез закрыла глаза и я упала на ковер. Я плакала и плакала, не веря в то, что увидела. Кто-то бережно взял меня на руки и куда-то понес.
  -Оставьте меня... - Я из последних сил упиралась. - Нет...
  Боль была настолько невыносимой, что я начала рвать на себе кожу, чтобы избавиться от источника боли внутри меня.
  -Держите ей руки, пока она не навредила себе!
  Кажется, это кричала Марфа. Кто-то схватил мои руки, не давая мне ими шевелить. Боль внутри меня не утихала, а наоборот возросла и с еще большей силой обрушилась на меня. Я кричала, кричала, надрывая горло, вырывалась, и кричала, пытаясь приглушить боль криками.
  -Сделайте же что-нибудь, пока она себя не покалечила!
  -А что я могу!? Это ты не уследил за ней и дал ей войти в комнату!
  -Бога ради, дайте ей какой-нибудь отвар!
  Мне начали совать в рот какую-то жидкость, но я отплевывалась и не глотала ее. Мне закрыли нос, и пришлось выпить то, что давали. Накатила невероятная усталость, и я медленно начала терять хватку, успокоение начало медленно закрадываться в мою душу. Руки и ноги стали как свинцовые, а мысли превратились в вату, я забыла, где нахожусь и о чем горевала. Кто-то держал меня за руку и пел колыбельную. Расслабившись, я провалилась сон, наполненный воспоминаниями детства, когда папенька пел мне такие же колыбельные перед сном.
  ***
  Михаил уже сутки не отходил от постели Марии, у нее поднялась температура, и изредка начинались галлюцинации, где она не могла отличить бред от яви. Под утро, когда действие марфиного отвара начало спадать, Мария снова начала кричать во сне и Михаилу снова пришлось силой вливать отвар в девушку, чтобы она успокоилась.
  Сейчас солнце клонилось к закату, и скора нужно будет снова поить больную, но Михаил так утомился за прошлую ночь и день, что задремал в кресле. В комнату бесшумно вошла Марфа. Вначале она подошла к спящей Марии и потрогала ее лоб, проверяя температуру, потом она подошла к спящему в кресле Михаилу и тронула его за плечо. От прикосновения он тут же проснулся.
  -Что случилось? Мария проснулась?
  Он привстал со своего места и заглянул за спину Марфы, проверяя спящую девушку и шумно выдохнул, увидев, что она все еще спит. Встав с кресла, Михаил пошел менять компресс на лбу Марии.
  Марфе стало невольно жалко барина: он не спал уже более суток, лицо было бледным, а глаза впалыми, от усталости он едва мог твердо стоять на ногах.
  -Вы устали. Идите, отдохните, а я посижу с Марией.
  Михаил поменял компресс и, взяв руку девушки, начал мерить ее пульс.
  -Нет, я останусь здесь. Ты можешь подежурить у ее постели, но я останусь здесь и посплю на диване.
  -Как скажете.
  Марфа села на стул, поставленный около кровати, а Михаил, поправив одеяло на больной, сел в свое кресло и почти тут же уснул тревожным сном.
  Под утро Марфа ушла готовиться к похоронам, а Михаил, кое-как поспав, снова принялся ухаживать за Марией. Температура у больной не спадала, а без отваров она все еще не могла спокойно спать.
  Днем Марфа, в траурной одежде, снова вернулась в комнату.
  -Вы не можете днями и ночами сидеть здесь. - Михаил поцеловал руку Марии. - С ней ничего не случится, если вы на пару часов отлучитесь на похороны.
  -Убирайся.
  Марфа не выдержала и громче, чем хотела, сказала:
  -Сегодня хоронят вашего отца, вы должны там присутствовать.
  -Я сказал - Михаил повернулся к Марфе - убирайся.
  Вдруг, Мария открыла глаза и осипшим голосом прошептала 'папа'.
  -Ты ее разбудила.
  Михаил махнул Марфе, чтобы она немедленно ушла. Мария попыталась встать с кровати, но Михаил удержал ее.
  -Лежи, ты еще очень слаба.
  Михаил попытался погладить ее по голове, но Мария оттолкнула его руку и прошептала:
  -Я должна увидеть папу... Где он? - Она пустыми глазами посмотрела на него. - С ним все хорошо?
  Михаил поцеловал ее руку и прошептал:
  -С ним все хорошо.
  -Ты врешь. - Мария снова попыталась встать. - Где он?
  Марфа подошла к кровати и сказала:
  -У нее снова бред.
  Михаил взял со стола подготовленную кружку с отваром и попытался напоить им Марию.
  -Выпей и все будет хорошо.
  Мария резко оттолкнула его руку так, что кружка упала, и все ее содержимое пролилось на пол.
  -Хватит заставлять меня пить это!
  -Но этот отвар помогает тебе успокоиться.
  -Я сама справлюсь.
  Михаил смиренно кивнул, и Мария устало уронила голову на подушку, снова уснув. Марфа положила руку на плечо Михаила.
  -Оставьте ее.
  Михаил молча скинул ее руку со своего плеча. Марфа вздохнула и ушла из комнаты.
  Прода от 11.07
  Из-за того, что Мария больше не пила отвары, ее кошмары усилились, она почти не спала, а мучилась, плакала и кричала. Михаил уже не мог сам с ней справиться, он и сам был не в лучшей форме, поэтому Марфа стала постоянным гостем в комнате больной. Через пару дней, когда Мария наконец-то успокоилась и уснула, Михаил отпустил Марфу отдохнуть, а сам устроился в своем кресле.
  Стояла глубокая ночь, когда Михаил проснулся от едва слышных всхлипов. Он тут же подбежал к Марии, она лежала под одеялом, свернувшись, как кошка, клубочком.
  -Что случилось?
  Он отодвинул одеяло с лица. Глаза Марии были закрыты, она находилась в полусонном состоянии.
  -Мне приснился кошмар.
  Вдруг, она, все еще не открывая глаз, обхватила его шею и прошептала:
  -Обними меня.
  Это произошло так неожиданно, что Михаил, под тяжестью хватки девушки, упал на кровать, но после, поудобней сев, выполнил ее просьбу и, взяв Марию на руки, обнял ее. Девушка, не открывая глаз, устроила свою голову на его плече и перестала всхлипывать. Михаил начал тихо петь колыбельную и укачивать Марию, чтобы она побыстрее уснула. Через какое-то время дыхание девушки выровнялось, а хватка ослабла, и Михаил аккуратно положил ее на кровать и заботливо укрыл одеялом. Он уже хотел встать с кровати, когда Мария прошептала:
  -Спасибо, папа.
  Михаил тяжело вздохнул, разум Марии не прояснился, она все еще в бреду. Но на ее лице спустя столько дней появилась улыбка, а разум не был сломлен горем, что Михаил не решился сказать ей правду.
  -Не за что. - Он улыбнулся, наклонился и поцеловал ее в лоб. - Ты вся дрожишь.
  -Мне холодно.
  -Я принесу тебе еще одно одеяло.
  Михаил уже хотел пойти за одеялом, но Мария остановила его, взяв за руку.
  -Не надо... - Она обняла его руку. - Ляг со мной...
  От такого предложения Михаил чуть не упал, но, взяв себя в руки и убедив себя, что это просто бред больного человека, спросил:
  -Ты, правда, этого хочешь?
  -Да... - Мария еще плотнее прижала свою щеку к его руке. - Ты теплый...
  -Хорошо... - Он попытался вырвать руку из ее хватки. - Прямо в одежде?
  Она захныкала и подтянула его за руку к себе поближе. Михаилу ничего не оставалось, как лечь радом с больной поверх одеяла. Мария тут же вылезла из-под одеяла и обеими руками обняла Михаила.
  -Не раскрывайся. - Михаил снова укрыл ее одеялом. - Иначе уйду.
  Она улыбнулась, так ни разу не открыв глаз, и положила голову на его плечо.
  -Ты ведь не папа?
  Михаил вздохнул и поцеловал ее в макушку.
  -Нет.
  -Папа ведь больше никогда не придет ко мне?
  -Нет, мне очень жаль.
  -Значит, я теперь осталась одна...
  Она всхлипнула и уткнулась лицом в плечо Михаила. Он обнял ее и погладил по голове.
  -Меня все бросили... У меня снова нет семьи...
  -Я не бросил тебя и никогда не брошу.
  -Папа говорил точно так же, ты врешь.
  Рубашка Михаила намокла от слез в том месте, где прислонилась Мария.
  -Нет, я даю слово, что никогда тебя не брошу. - Мария перестала всхлипывать. - Хочешь, я буду твоей семьей?
  Она кивнула и переложила голову на сухое место, на грудь Михаила, и через какое-то время уснула. Михаил поцеловал ее в макушку, укутал в одеяло посильнее, и тоже уснул вместе с ней, не в силах подняться с кровати.
  ***
  Я проснулась, когда солнце стояло в зените и ярко освещало комнату через окно. Все тело ломило и требовало меня подняться с кровати. Я перевернулась на бок и столкнулась с Михаилом, крепко спящего на соседней подушке. И что он здесь делает? Что я вообще здесь делаю? Голову пронзили воспоминания, и я едва смогла удержать себя от крика. Папеньки больше нет, я осталась одна... Я села на кровати, обхватив голову руками и опустив босые ноги на пол. Нет, этого не может быть, это сон. Я встала с кровати и тут же снова упала, ноги стали как будто из ваты и не могли выдержать вес моего тела. Сколько же времени я провела в кровати? Я снова попыталась встать, но в этот раз, схватившись за тумбочку. Встав, я попыталась сделать шаг, но как только отпустила тумбочку, я рухнула на пол. Михаил пробурчал что-то во сне и повернулся на другой бок. Я выдохнула. Еще бы чуть-чуть и он проснулся. Встать я не могла, так как рядом не было точки опоры и, потому, я тихонько поползла к туалетному столику, стоящему в углу. Когда я приблизилась к нему, то тут же схватилась за край стола руками и, подтягиваясь на них, попыталась встать. Я уже почти стояла на ногах, когда Михаил вскочил с кровати и крикнул:
  -Что ты делаешь!?
  От неожиданности, я не удержалась на ногах и, отпустив столик, снова упала на пол. Досада и страх душили мою грудь, выпуская на волю моих демонов, я едва могла держать себя в руках. Михаил подбежал ко мне и присев на корточки спросил:
  -Что случилось?
  Это было последней каплей, слезы покатились по моим щекам и я начала поспешно их вытирать.
  -Почему я не могу встать? - Он обнял меня. - Что сучилось?
  -Все хорошо, ты просто еще слишком слаба, чтобы вставать с кровати.
  -Нет, - Я оттолкнула его - я сейчас встану.
  Я встала на корточки, держась руками за пол, но когда попыталась встать во весь рост и убрала руки с пола, то сразу же не удержала равновесие и упала. Михаил поймал меня и взял на руки.
  -Все, хватит на сегодня. Тебе пора возвращаться в кровать.
  -Но я не хочу!
  Я толкнула его и попыталась вырваться, но Михаил сумел удержать меня на руках.
  -Сума сошла!? А если бы я уронил тебя!?
  -Это были бы уже мои проблемы.
  Михаил уложил меня в кровать и попытался укрыть одеялом, но я увернулась и, перевернувшись к раю кровати, кубарем скатилась с нее. Михаил вздохнул.
  -Ты мне больше нравилась, когда кричала во сне. Тогда ты, по крайней мере, не могла убежать от меня.
  -А мне ты больше нравился, когда я не знала о твоем существовании! - Огрызнулась я и попыталась отползти от него.
  Но далеко мне было не уползти, Михаил снова схватил меня и уложил на кровать, в этот раз, запеленав в одеяло и крепко обвязав его шарфом.
  -Так-то лучше.
  -Вот погоди, когда я выберусь отсюда!
  -Это вряд ли, ты очень скоро выбьешься из сил и крепко уснешь.
  Он сел в кресло и прикрыл глаза. Я начала пытаться выпутаться из одеяла, но чем больше я пыталась, тем сильнее мне хотелось оставить эту затею и чуть-чуть поспать. Михаил был прав, я действительно слишком слаба и мне нужен отдых. В одеяле было так тепло и уютно, как в коконе. Ладно, прикрою ненадолго глаза, но это совершенно не значит, что я согласна с Михаилом... Когда я проснулась в следующий раз, было раннее утро, солнце еще не взошло. Я уже не была закутана в одеяло и могла спокойно сесть на кровати.
  -Как спалось?
  Михаил все так же сидел в своем кресле, но до моего пробуждения, он читал книгу. Я промолчала.
  -Сейчас я скажу Марфе, чтобы она принесла поесть. Я ненадолго.
  Он встал с кресла и вышел из комнаты. Я решила использовать свой шанс и попробовала встать. Было сложно, но в этот раз я смогла. Подойдя к окну, я выглянула из него. Какой же сегодня прекрасный день... Я подставила лицо легкому ветерку.
  -Зачем ты встала с кровати?
  Я обернулась. Михаил вошел в комнату, с открытой бутылкой вина в руках, а за ней Марфа с подносом наполненным едой.
  -Мне стало намного лучше.
  Я расправила плечи и требовательно сказала:
  -Я хочу выйти на улицу.
  Михаил уселся в кресло и, сделав глоток из бутылки, сказал:
  -Это исключено. То, что ты встала на ноги не значит, что ты выздоровела и готова вернуться в мир. В любой момент у тебя может случиться обострение, и ты снова сляжешь.
  -Но я здорова!
  -Нет, ты пошла на поправку, а не здорова. - Он отсалютовал мне бутылкой. - Так давай отпразднуем то, что ты идешь на поправку.
  Михаил сделал еще пару глотков из бутылки. Такое поведение взбесило меня и я, топнув ногой, сказала:
  -Я не собираюсь больше сидеть здесь! Я ухожу!
  Гордо задрав голову, я пошла на выход, но у двери меня остановила бутылка, брошенная Михаилом в стену рядом с дверью. Марфа взвизгнула и обронила поднос с едой.
  -Стоять!
  Оцепеневшая от страха, я повернулась к Михаилу. Марфа начала спешно собирать то, что уронила.
  -Марфа, - он махнул рукой - оставь это и уходи.
  Я умоляюще посмотрела на поднимающуюся Марфу, глазами прося ее не уходить, но мои мольбы были не услышаны. Марфа отряхнула подол платья и, поклонившись, молча ушла. Михаил, жестом руки приказал мне присесть на кровать. Когда я села, он наконец-то расслабился и выдохнул.
  -Не смей, никогда не смей мне перечить. Если я что-то говорю тебе делать, то ты должна безукоризненно подчиняться и, возможно, однажды это спасет тебе жизнь.
  Михаил встал с кресла и, сложив руки за спиной, начал ходить взад-вперед по комнате.
  -Ты не понимаешь, я забочусь о тебе...
  Он вдруг остановился, подошел ко мне и, сев на корточки, посмотрел мне прямо в глаза.
  -Просто поверь мне, я никогда не запрещу тебе ничто, если это не будет тебе грозить.
  -Я...я не понимаю, о чем ты говоришь...
  -Тебе не нужно понимать, просто поверь.
  -Нет! - Я встал с кровати. - Ты не заслуживаешь моего доверия! - Я указала ему на дверь. - Немедленно убирайся из моей комнаты!
  Михаил поднялся и хмыкнул.
  -Значит, ты хочешь войны... - Он медленно пошел на выход. - Будет тебе война.
  Он вышел, но прежде чем закрыть дверь сказал:
  -Посмотрим, сколько ты протянешь взаперти.
  -Ха! Ты не сможешь удержать меня в этой комнате!
  Он хитро улыбнулся и покачал головой.
  -Я, может быть, и нет, а вот замок на твоей двери вполне справится с этой задачей.
  Михаил с силой хлопнул дверью, закрывая ее. Прежде чем я успела что-либо осознать, послышался щелчок с другой стороны двери. Не веря в происходящее, я подошла к двери и попыталась открыть ее, но та не поддалась.
  -Нет... - Я начала яростно дергать за ручку. - Нет! - Забыв про чувство собственного достоинства, я начала до крови раздирать кулаки об дверь, безуспешно пытаясь ее выломать. - Нет! Выпусти меня!
  Когда бить руками стало невыносимо больно, я перешла на ноги и начала колотить ими, крича разнообразные ругательства в адрес Михаила. Когда я совсем выбилась из сил, то медленно осела на пол и, прислонившись к двери, тихо заплакала, уткнувшись лицом в колени.
  ***
  Михаил запер дверь на ключ и, не обращая внимания на осуждающий взгляд Марфы и крики с другой стороны двери, потянулся, вытянув вверх руки.
  -Наконец-то спустя столько дней я буду спать спокойно.
  Он положил ключ в карман и, обойдя Марфу, сказал:
  -Я пошел спать.
  -А как же Мария!?
  Михаил посмотрел на женщину недоуменно.
  -А что с ней не так?
  -Вы оставите ее в таком состоянии!?
  Марфа махнула на запертую дверь. Михаил в ответ лишь махнул рукой.
  -Поскребется в дверь пару часов, выдохнется и успокоится.
  -А если не успокоится?
  -Успокоится, она все еще слишком слаба, чтобы не выдыхаться.
  -Вы ведете себя бесчеловечно, - закричала Марфа в сердцах - она же...
  Михаил резко сократил расстояние, разделявшее их, и прошипел Марфе в лицо, как змея:
  -Не смей говорить мне, что бесчеловечно, а что - нет. Я, по крайней мере, не травил ни в чем неповинную девушку, пытаясь загнать ее в могилу, чтобы она не мучилась на этом свете. - Марфа вся застыла от ужаса и негодования. - А ты думала, я не заметил, что после твоих отваров Марии становилось только хуже? Думала, что я не пойму, что ты что-то мешаешь в него, чтобы Мария дольше не поправлялась? На что ты надеялась? Думала, что выиграешь для нее время? Но с чего ты решила, что кто-то приедет забрать ее?
  Марфа совладала со своим страхом и, дрожащим голосом, проблеяла:
  -Я бы никогда намеренно не стала причинять вред Марии...
  Михаил со всей силы ударил кулаком в стену, радом с головой Марфы.
  -Тогда найди мне того, кто это делал!
  Марфа быстро поклонилась и посеменила подальше от разъяренного человека. Михаил бросил ей вслед:
  -Это последнее мое проявление милосердия к тебе, больше терпением я отличаться не буду.
  Марфа застыла на мгновение, но тут же взяла себя в руки и скрылась, спустившись по лестнице. Михаил же передернул плечами, пытаясь утихомирить проснувшегося в себе зверя, похлопал себя по карману, где лежал ключ и пошел в свою комнату отдыхать от переживаний, которые терзали его все время, что Мария была не в себе.
  Вечером, отоспавшийся и в приподнятом настроении, Михаил спустился на ужин в столовую. Марфа встретила его неодобрительным взглядом, но тот был настолько счастлив, что как будто не замечал ее. Тогда Марфа, на свой страх и риск, решила полюбопытствовать:
  -Давненько я не видела вас таким счастливым. - Она начала раскладывать тарелки с едой на стол перед Михаилом. - Что это на вас нашло?
  -А с чего это мне не быть счастливым? - Он хлопнул в ладоши. - Все идет в точности по моему плану.
  -И в чем же заключается ваш план?
  -Если опустить детали - жить долго и счастливо.
  Марфа прыснула.
  -Не думала, что горе бедной девочки может принести вам столько удовольствия.
  -Поверь мне, я к горю Марии не имею никакого отношения. Не радует меня и ее печаль, но я, к сожалению, не в силах здесь ничего сделать.
  -Никакого отношения!? Ничего не можете сделать!? Вы заперли ее в комнате, морите голодом...
  Михаил жестом прервал ее тираду и спокойно ответил.
  -Я не морю ее голодом.
  -Тогда дайте мне ключ, чтобы я могла принести ей еду!
  Михаил достал из кармана ключ и протянул его Марфе, но прежде чем она успела его взять, он предупредил ее:
  -Только поесть и ничего больше. Зашла, поставила поднос с едой и вышла, никаких разговоров. Если вдруг она сбежит, клянусь, ты пожалеешь о содеянном. Ясно?
  Марфа уверенно кивнула и взяла ключ.
  -Я буду ждать тебя здесь. - Он положил руки на колени. - И не вздумай куда-либо сворачивать, у меня везде здесь глаза и уши.
  -Не все в этом доме так верны вам, как вы думаете.
  -О, - Михаил поддался чуть вперед и ироничным шепотом спросил - Неужели ты нашла того, кто портил твои отвары?
  Пыл Марфы от этого не угас, а, наоборот, зажегся с еще большей силой. Она гордо, с вызовом, ответила, смотря Михаилу прямо в глаза.
  -Нет.
  -В таком случае, - он облокотился на спинку стула, подложив руки под голову - ты все еще остаешься главной подозреваемой.
  -Тогда почему вы доверили мне ключ?
  -Видишь ли, парадокс заключается в том, - он снова поддался вперед и задумчиво улыбнулся - что только тебе в этом доме я действительно доверяю.
  ***
  Когда я услышала, что кто-то отпирает замок на двери, то тут же обернулась. Я проснулась всего несколько часов назад, но по ощущениям, как будто целую вечность. Замкнутое пространство медленно и мучительно убивало мою и без того израненную душу. Первое, что я сделала, когда очнулась, подошла к окну и распахнула его настежь. Холодный, освежающий ветер ворвался в комнату и спас меня от очередной истерики. Паника мне не поможет, а только усугубит положение. Единственное, что я могу сейчас сделать - ждать, ждать подходящего момента для удара, и я ждала.
  В комнату вошла Марфа с подносом, и я тут же расслабилась. Она закрыла за собой дверь и поставила поднос с едой на тол. Я подошла к Марфе, и она тут же схватила меня за руки.
  -У нас мало времени. Он сидит внизу, видимо, чтобы, если я, вдруг, тебя выпущу, чтобы ты не смогла выйти из дома незамеченной. Уходи через служебное помещение и тут же беги к конюшне, тогда, на коне, у тебя появится шанс скрыться от его ищеек.
  -А ты?
  Марфа усмехнулась.
  -Ты же знаешь, что я сейчас сделаю: спущусь вниз и скажу ему, что я тебя выпустила.
  -Ты сума сошла! Он не простит тебе предательства! Ты должна убежать со мной!
  Марфа положила руку на грудь и прошептала:
  -Я не могу... Не могу смотреть на твои мучения и не могу предать его...
  -Да, прости, - я опомнилась - я вынуждаю тебя предать род, которому ты служила всю свою жизнь.
  Я отпустила ее руки и отошла к окну. Солнце садилось, скоро наступят сумерки, идеальное время, чтобы сбежать. Даже самые лучшие ищейки не видят в темноте, а к утру следы затеряются.
  -Чего же ты не бежишь?
  Марфа недоуменно на меня смотрела, а я улыбнулась ей и отвернулась к окну.
  -Я ценю твою жертву, Марфа, но не принимаю ее. Уходи, ты и так задержалась здесь.
  -А как же ты?
  Я вздохнула и как можно уверенней ответила:
  -Я найду способ выбраться отсюда без жертв.
  Сказанное мной было чистым бредом, и Марфа прекрасно это понимала, но все равно ушла. Возможно, это был мой единственный шанс на побег, но я не могла позволить невиновному расплачиваться за мои поступки. Я не оборачивалась, но знала, что Марфы уже нет в комнате, по звуку щелчка замка. Постояв еще пару минут у окна, я не выдержала и начала ходить взад-вперед по комнате, пытаясь унять нарастающие во мне ненависть и отчаяние. Под руку попался поднос с едой, и я, с криком, скинула его на пол. Это действие ничуть мне не помогло успокоиться, а, наоборот, подкинуло дров в пламя. Я уже не могла сдерживать свои эмоции и, крича во все горло, начала скидывать на пол все, что попадалось на глаза. Вдруг, мой взгляд упал на зеркало у туалетного столика, на котором сбоку висел кулон. Подойдя и сняв с зеркала кулон, я поняла, что это тот самый кулон с изумрудом, который мне подарил Михаил перед моим отъездом. Кулон оказал на меня странное успокаивающее воздействие, что сейчас мне было и нужно. Я легла на кровать и, вертя кулон в руках, начала размышлять.
  Этот кулон очень много значил как для Михаила, так и для папеньки. Это была их семейная реликвия. Единственное напоминание о женщине, которую они оба когда-то любили. Можно даже сказать, что этот кулон связывал их друг с другом. Теперь же я его хранительница и, получается, что ниточка, связывающая Михаила с его предками. Покуда я жива, память о них будет жить в памяти Михаила. Я усмехнулась. Получается, что я, своего рода, проводник с миром мертвых. Я резко села на кровати, прижимая кулон к груди. Эти размышления привели в мой разум идею, проскочившую на долю секунды, но я успела за нее зацепиться. Проводник... Связаться... Точно! Я вскочила с кровати и начала нарезать круги по комнате. Я могу связаться с кем-нибудь, написав письмо, и попросить о помощи! Но кому же написать? Кто сможет мне помочь? Единственный человек, который пришел мне на ум был князь Агишев, мой жених. Только он мог что-либо сделать. Михаил, скорее всего, уже написал ему письмо, расторгающее нашу помолвку, но если я напишу князю письмо, прося о помощи, я уверена, он не откажет. В тот же момент я села за стол, зажгла свечу, и начала писать письмо моей последней надежде.
  Утром, как я и предполагала, пришла Марфа с завтраком в руках. Скептически оглядев перевернутую вверх ногами комнату, она покачала головой, поставила поднос на стол и начала собирать вчерашнюю еду с пола. Я подошла к Марфе и начала помогать ей прибираться, незаметно подбираясь поближе.
  -Отправь это письмо по адресу. - прошептала я, протягивая Марфе письмо.
  Она взяла его и шустро засунула в карман где-то в складках своей юбки.
  -Отправлю письмо тот час же. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
  Я вздохнула.
  -Я тоже.
  После уборки, Марфа ушла, оставив меня наедине с идеальным порядком, от которого хотелось кричать. Так и чесались руки что-нибудь снова разбить, чтобы не ощущать той пустоты, которая закрадывалась в душу. Я решила не отказывать себе в маленькой шалости и, пройдя мимо стола, как бы невзначай, столкнула поднос с едой на пол. Все равно не собиралась ничего есть. Из окна послышался лай и я выглянула. Михаил вышел прогуляться с Эльзой и та, видимо, услышав шум, доносившийся из моей комнаты, залаяла. Михаил поднял голову и посмотрел прямо на меня.
  -Замечательный день, не правда ли? - я скривилась, а Михаил сделал шумный вдох. - А воздух-то какой свежий.
  -Ах, воздух у него свежий...
  Я оглядела комнату, примеряя, чем бы запустить в этого мерзавца. К сожалению, все, что было не жалко, я уже вчера разбила. Скрепя сердцем, я потянулась к книгам, мирно стоявшим на полке и не подозревавшим, что их сейчас ждет. Набрав стопку книг, я подошла к окну и начала прицельно кидать их в Михаила. Эльза, как собака разумная сразу же убежала в дом, спасаясь от моей ярости.
  -Эй! - он ловко укорачивался от моих снарядов - Нельзя так обращаться с книгами!
  -А со мной можно так обращаться!?
  Я перестала кидать книги и Михаил, видимо решив, что у меня закончились снаряды, начал собирать упавшие книги с земли. Но парочку я еще сохранила и, прицелившись, бросила еще одну книгу, попав Михаилу в спину. Он вскрикнул, схватился за спину и спрятался под крыльцом.
  -Больно, между прочим. - послышалось из под крыльца.
  -А мне не больно!?
  -Если я не ошибаюсь, я не кидал в вас книги.
  -Верно, вы сделали вещь куда более ужасную!
  Закрыв окно так, что стекло жалобно зазвенело, я с разбегу упала на кровать, лицом в подушку.
  Через несколько минут в дверь робко постучались. Оторвав лицо от подушки, я начала пристально гипнотизировать дверь.
  -Я принес твои книжки...
  Я завыла и снова накрыла голову подушкой. Михаил, видимо, не понял мое настроение или просто не желал уходить.
  -Можно войти?
  Серьезно!? Зачем ему спрашивать, можно ли войти, если я все равно заперта в этой комнате, а ключ только у него. В более абсурдной ситуации я никогда ранее не принимала участие.
  Михаил снова поскребся в дверь и сказал:
  -Мария, если ты сейчас не ответишь, то я буду вынужден решить, что с тобой что-то не так и войти в комнату без разрешения, чтобы предотвратить, так сказать, плачевного исхода событий.
  Я вытащила голову из-под подушки и прокричала:
  -Убирайся!
  -А книги?
  -Оставь их себе!
  На какое-то время за дверью повисло молчание, но вскоре послышался звон ключей, а после, щелчок отпираемого замка. Я вылезла из-под подушки и начала буравить ненавидящим взглядом вошедшего Михаила. Он критически осмотрел беспорядок в комнате и поставил стопку принесенных книг на пустой стол. Потом, переступая мусор под ногами, он подошел ко мне и присел на кровать.
  -Не смотри на меня так... - он отвернулся от моего презрительного взгляда и уставился на окно. - Нам нужно поговорить.
  Я сложила руки на груди, всем своим видом показывая, что очень внимательно его слушаю.
  -Ты ведь понимаешь, что я не могу всю оставшуюся жизнь проводить здесь, отдалено от двора и столицы. У меня есть работа, обязанности, которые я должен выполнять. На данный момент я нахожусь в отпуске, но в связи со сложной ситуацией во Франции, в любой момент мне может прийти письмо с требованием вернуться в столицу.
  Я фыркнула.
  -Что-то не улавливаю я связь между тобой и нестабильной обстановкой во Франции.
  -Война первой коалиции почти закончилась, осталась лишь пара формальностей. Революция во Франции зажгла искры мятежа во всех державах и наша не исключение. Император всерьез опасается о зреющих в империи, пока что подпольных, революционных движениях, а моя задача, как главы канцелярии по выявлению и отлову революционеров, делать свою работу. Здесь же, - он обвел рукой комнату - вдалеке от двора, у меня нет возможности продуктивно работать.
  -Так уезжай, тебя никто здесь не держит!
  Михаил улыбнулся и покачал головой.
  -Не прикидывайся дурочкой, тебе не идет. Ты прекрасно знаешь, что если я уеду, то только вместе с тобой.
  -Низа что! Я не покину родовое поместье!
  Михаил попытался прикоснуться ко мне, но я отпрянула.
  -Мы будем приезжать сюда летом. Этот дом станет нашей летней резиденцией, а мое поместье в Петербурге станет родовым поместьем.
  -Как ты можешь так поступить с этим домом!? В нем родилось и выросло не одно поколение твоих предков, и ты так легко собираешься бросить его, лишить заслуженного статуса. Я остаюсь здесь! И точка!
  Михаил глухо зарычал.
  -Как же ты не понимаешь, я не могу здесь жить, не могу отказаться от должности! - он вскочил с кровати - Я никогда не смогу жить затворником в старом поместье и довольствоваться малым! Я ни за что и никогда не откажусь от власти, почета, уважения и денег, которые мне предоставляются.
  Я тоже вскочила с кровати и закричала на него:
  -Тогда у нас с тобой разные пути!
  -О, нет, дорогая моя, - он схватил меня за руку - тебе придется привыкнуть к моему образу жизни и довольствоваться летними поездками в эту глушь, если я дам на то свое благословение.
  -Я повторяю! - я вырвала свою руку из его хватки - Я никуда не поеду! И ты не сможешь меня заставить покинуть поместье!
  Михаил зарычал, как дикий зверь, но как-то быстро успокоился, сделав глубокий вдох. После он говорил совершенно спокойно и как-то непринужденно:
  -У тебя нет выбора. Советую тебе как можно быстрее смериться с вынужденным переездом и принять его.
  Развернувшись, он пошел не выход, пиная ногами все, что попадалось на пути. Я отвернулась к окну и дала своим слезам волю лишь когда услышала щелчок запираемой двери.
  На следующий день Михаил пришел под вечер. Он мялся у двери, держа руки в карманах, пытаясь не показывать своей почему-то смущенности. Поверх одежды было накинуто пальто, из чего я сделала вывод, что он собирается на вечернюю прогулку.
  -Не хочешь прогуляться?
  Я тут же встрепенулась, но Михаил остановил меня движением руки.
  -Не обольщайся, после прогулки ты снова вернешься сюда.
  Он протянул мне руку, но я не спешила ее принимать. Я не настолько глупа, чтобы не понять, что Михаил что-то задумал и эта прогулка вряд ли принесет мне что-нибудь хорошее.
  -Идешь?
  Я отошла на шаг от него и задумалась. Стоят ли несколько минут под заходящим солнцем той боли, которую он непременно мне причинит?
  Михаил пожал плечами и начал медленно убирать руку.
  -Как хочешь...
  -Стой!
  Я схватила его за руку. Михаил усмехнулся и переплел свою руку с моей. Внизу, у выхода, он остановился и задумался.
  -Не хочешь перед уходом выпить?
  Я отрицательно замотала головой.
  -И зря. А я хочу.
  Он быстро пошел в сторону кухни, бросив мне:
  -Одевайся, я скоро приду.
  Находясь в небольшом шоке, я надела свое пальто, весящее у выхода. Через несколько минут Михаил вернулся и, взяв меня под руку, вывел меня из поместья.
  -А Эльза с нами не пойдет?
  -Думаю, туда, куда мы идем ей не место.
  Солнце еще не село, но воздух уже ощутимо остыл и ветер, пробиравшись под пальто, холодил руки. Мы шли не спеша и молча, солнце село, от чего температура воздуха еще больше понизилась. Я смотрела на розовый кусочек неба, где совсем недавно скрылось солнце, пытаясь унять дрожь. Михаил был весь в своих мыслях и даже не удосужился сообщить мне, куда же мы идем, поэтому я решилась сама спросить у него.
  -Так куда мы идем?
  Михаил слегка вздрогнул, видимо я вырвала его из очень глубоких воспоминаний и своим вопросом слишком резко вернула в реальность.
  -Какие у тебя руки холодные.
  Он развернул меня к себе, взяв за руки. Потом он снял свое пальто и накинул поверх моего.
  -Наверное, лучше вернуться обратно.
  Михаил снова взял меня под руку и повел в сторону поместья.
  -Стой. - Я вырвалась и отошла от него на шаг. - Ты так и не ответил, куда мы шли.
  -Это уже не важно, я передумал.
  Он попытался снова взять меня под руку, но я увернулась.
  -Я хочу знать.
  -Ты действительно хочешь знать?
  Что же он хотел мне показать? Неужели это настолько важно? Почему он боится того места, куда мы шли?
  -Да.
  Михаил нервно потер шею.
  -Хорошо, ты узнаешь, но завтра. Сегодня уже слишком поздно и холодно.
  Я не спала почти всю ночь, гадая, что же это за место, которое Михаил должен мне показать, но не хочет. Лишь только солнечные лучи проникли через окно в мою комнату, я вылезла из кровати и начала, сгорая от нетерпения, мерить шагами комнату. Я была как дикий зверь, загнанный в клетку, мне физически не хватало свободы, бескрайних лесных просторов.
  Михаил снова не торопился и пришел за мной перед завтраком.
  -Я предлагаю сначала перекусить, а потом прогуляться. Согласна?
  Я фыркнула.
  -Как будто у меня есть выбор.
  -Прекрати язвить. - Он нервно поправил рукав. - Я сегодня не настроен спорить с тобой.
  Что-то явно было не так, но Михаил упорно не хотел показывать мне, что волнуется. Он никогда раньше не упускал шанса вступить со мной в агрессивные переговоры.
  -Что случилось?
  Михаил как-то грустно усмехнулся.
  -Пока что ничего.
  За завтраком Михаил ничего не ел, только пил. Пока я оперативно опустошала свою тарелку, он успел опустошить полбутылки вина.
  У выхода Михаил снова взял меня под руку и в последний раз спросил:
  -Ты действительно хочешь увидеть то, что я тебе покажу?
  Я кивнула, так как не могла сказать это вслух. Михаил горько вздохнул.
  -Ты ведь знаешь, что эта прогулка причинит тебе боль, и все равно идешь. Зачем?
  Я пожала плечами. Я сама не знаю ответ на этот вопрос.
  -Так нужно. - Я задумалась. - А зачем ты целенаправленно ведешь меня туда, где мне будет плохо? Я ведь вижу, что ты всеми силами пытаешься препятствовать этой прогулке, но все рано, через силу, заставляешь себя вести меня.
  -Так нужно.
  -Я не понимаю... Зачем?
  -Ты должна понять... Понять, что это место - он обвел руками пространство вокруг нас - не твой дом. И здание, которое стоит на этой земле тоже не твой дом.
  -И чей же это, по твоему мнению, дом?
  -Предков. Это место - дом предков. Сюда представители нашего рода приезжают умирать, но никогда не жить. Ты еще слишком молода, чтобы жить здесь затворницей... Мы пришли.
  Я так глубоко погрузилась в свои мысли, осмысляя слова Михаила, что не заметила, куда пришла. Перед нами раскинулась огромная ель, а в ее тени стояли рядышком два камня. Вот только, приглядевшись, я поняла, что это не просто камни. Это надгробия. От падения меня спасла рука Михаила, но вот от мыслей моих, вихрем кружившихся в голове, не было спасения.
  -Что...что это?
  -Могилы.
  -Но почему здесь?
  -Мама очень любила это место и перед смертью попросила, чтобы ее похоронили здесь. - Михаил вздохнул. - Раньше здесь стояла скамейка, и она часто приходила сюда читать, вместе со мной... Я не был здесь с тех пор, как ее не стало... - Он горько улыбнулся. - Не думал, что найду дорогу сюда.
  -Но почему я раньше не видела это место, ведь я живу здесь с самого детства и исходила эти земли вдоль и поперек?
  Михаил пожал плечами.
  -Потому что ты не искала.
  Что-то было не так. Михаил рассказал мне об одной могиле, о своей матери, но ничего не сказал о втором усопшем... Мое сознание пронзила ужасная догадка.
  -Вторая могила, это...
  Я не смогла больше сказать ни слова, но Михаил и без слов все понял.
  -Да, это он.
  Медленно, как будто боясь спугнуть тишину, окутавшую нас, я подошла к надгробию папеньки и присев, провела рукой по нему. Камень был холодным. Здесь, под ветвями массивного дерева, солнечные лучи почти не касались его. Как же давно мы виделись в последний раз, это была совсем другая жизнь. В той жизни я была девочкой, пытавшейся оттянуть неизбежное взросление, а он был живым человеком, пытавшимся защитить дочь от надвигающегося будущего.
  -Частичка моего сердца всегда будет с тобой...
  Поцеловав несколько пальцев, я приложила дрожащую руку к влажному и холодному камню. Слез не было. Та часть меня, которая отвечала за боль, была выведена из меня в лихорадке, стараниями Михаила. Теперь осталась только скорбь. Я, молча и как-то отстраненно гладила рукой камень, тщетно пытаясь передать ему свое тепло.
  -Перед смертью мама очень много говорила со мной, пытаясь, видимо, хоть как-то восполнить сое отсутствие в будущем в моей жизни.
  Я повернулась к Михаилу. Он стоял чуть поодаль от меня и задумчиво улыбался, видимо вспоминая мать. В руках его была открытая фляга, которую он, видимо, достал из кармана. Сделав глоток из фляги, он посмотрел мне прямо в глаза.
  -Что ты чувствуешь?
  -Ничего.
  Михаил снова сделал глоток.
  -Вот и я тоже. - Снова глоток. - Пустота.
  -Но ведь так не должно быть! - Я вскочила. - Я любила его, а ты ее! - Теперь место пустоте уступила всепоглощающая ярость. - Мы должны чувствовать боль от того, что теперь их нет с нами!
  Я была зла. Зла на саму себя, на Михаила, на весь этот жестокий и несправедливый мир, отнимающий у нас тех, кого мы любим.
  Михаил пожал плечами.
  -Они умерли и никто не может это изменить. Так зачем тогда мучится?
  Я не знала ответ на этот вопрос. Опустив голову, я решила покинуть это место, не желая больше ненавидеть себя за безразличие к смерти дорогого мне человека. Когда я проходила мимо Михаила, он схватил меня за руку. Я подняла голову и посмотрела на него, чтобы потребовать отпустить меня. Мои глаза встретились с его и меня пронзила та же искра, что открыла наши души в ту давнюю ночь, в ту ночь, что была в прошлой жизни. Тогда от всепоглощающих глаз Михаила меня спас папенька, но сейчас он мертв и никто не придет мне на помощь. Боль. Он соврал мне. Михаил не ощущает пустоту, он чувствует боль. Снова и снова на него накатывает боль от осознания, что ее больше нет рядом, что он больше никогда не увидит свою мать. Он не приходил сюда не, потому что не помнил дорогу, он жаждал забыть сюда дорогу.
  -Все начинается с взгляда. Всегда. Ты тоже вспоминаешь ту ночь сейчас? Именно тогда все началось, в ту ночь, с того взгляда.
  -Нет, много раньше...
  Я вспомнила нашу первую встречу. Уже тогда его цепкие глаза начали медленно пробираться внутрь моей души, приоткрывать запертую дверь, но я тогда отвела взгляд, не дав ему закончить начатое. Тогда я бросила ему вызов, и он принял его. Тогда, своей гордостью и заносчивостью, я собственноручно начала рыть себе могилу.
  Вырвав руку, я отвела взгляд и быстрым шагом направилась в сторону поместья.
  ***
  Михаил смотрел вслед Марии, пока ее силуэт не скрылся за кустами и ветвями деревьев. Сделав еще один глоток из фляги, он подошел к могиле матери.
  -Знаю, знаю, я плохой сын. - Он пнул ногой камешек. - И отец, скорее всего, буду неважнецкий... - Подняв взгляд на надгробие, он сорвался на крик. - Но в этом нет моей вины! Это ты ушла так рано, бросив меня!
  Сейчас, когда Мария ушла, он наконец-то смог дать волю своим эмоциям, своей боли. Михаил припал губами к фляге, но она оказалась пустой. В ярости, он с криком бросил флягу в кусты и снова обратился к покойной матери:
  -Ты не можешь осуждать меня! Ты даже представить себе не можешь, как тяжело мне было, когда ты бросила меня одного! Я был еще ребенком... - Он опустился на колени перед надгробием. - Без тебя я не знал как быть... Никто не стал учить меня, как быть человеком, меня учили быть солдатом, верным слугой моего императора.
  Михаил положил руку на холодный камень и согнулся, припав лбом к земле, пытаясь совладать с болью, раздирающей его сердце на куски.
  -Я не знаю как быть человеком... Прости меня, мама, я не смог стать тем, кем ты хотела меня видеть. - Он поднял голову и пожал плечами. - Я не герой.
  Он встал с колен и начал расхаживать взад-вперед, продолжая говорить.
  -Я не приходил навещать тебя, потому что мне было стыдно. Стыдно за то, кем я стал. Я жесток, бесчувственен, высокомерен и горд. Я собрал в себе все те недостатки, от которых ты пыталась меня уберечь, но, к твоему сожалению, я слишком похож на него. - Он гордо расправил плечи. - У нас с ним одна кровь, как это не скрывай. - Михаил усмехнулся. - Ты говорила, что даже в самой жестокой душе сохраняется крупица добра, а в самом совершенном человеке присутствует тьма. Видимо, к нашей семье это не относится, даже маленькая толика голубой крови лишает человеческую душу света.
  ***
  Придя в поместье, я тут же поймала одну из служанок и, через нее, вызвала Марфу в гостиную. Ожидая Марфу, я мерила шагами комнату, заламывая пальцы, чтобы хоть чуть-чуть успокоится.
  -Вы посылали за мной, барышня?
  Я подбежала к Марфе, взяла ее за руки и прошептала:
  -Ты отправила мое письмо?
  Она молча кивнула. Отпустив ее, я снова начала ходить взад-вперед по гостиной, кусая ноготь указательного пальца.
  -Почему же так долго...
  -Имейте терпение. Князь не может просто так забрать вас из-под опеки барина, ему нужны весомые доказательства, что здесь с вами обращаются не должным образом.
  -А моего слова мало!?
  -Боюсь, что да. Не забывайтесь, вы женщина, живущая в мире, где правят мужчины.
  -Это невыносимо! - Я развела руками. - Мне приходится оставаться здесь, когда я свободно могу уйти.
  -И что же вас удерживает, позвольте спросить?
  Я сломала ноготь на пальце.
  -Мне некуда идти. Как вы и сказали, я женщина и ничего своего у меня нет. - Я щелкнула пальцами. - Принеси мне вина!
  Марфа осталась стоять, ни единый мускул на ее лице даже не дрогнул. Я остановилась, недоуменно уставившись на нее.
  -Позвольте заметить, что хозяин сменился не только у вас и теперь я обладаю не такими же полномочиями, которыми обладала при жизни покойного барина...
  Все ясно. Я больше имею прав ничем распоряжаться в этом доме, даже вином. Теперь все за меня решает Михаил и без его позволения мне служанка даже стакан воды не принесет, не то, что вино. То-то тон Марфы так изменился, ее тоже обязали следовать новым правилам. Во мне вскипела злость. Пускай папенька умер, но я все еще остаюсь его дочерью и второй наследницей. Никто не смеет мне перечить!
  -Я сказала 'вина'!
  Марфа заколебалась, но посмотрев на мою решимость, сдалась. Поклонившись, она покинула гостиную. Вскоре она вернулась с подносом, на котором стоял бокал и кувшин, наполненный бордовой жидкостью, которая сейчас была мне так необходима. Наполнив бокал, Марфа протянула его мне. Схватив бокал, я тут же отпила из него, продолжая нарезать круги по гостиной.
  -Нужно что-то делать. - Я сделала еще один глоток из бокала. - Еще несколько дней и князь уже ничем не сможет мне помочь. Михаил настроен очень серьезно на то, чтобы я навсегда осталась под его опекой, и ради этого вряд ли будет гнушаться жестоких методов.
  Прода од 14.07
  -Думаете, он вызовет князя на дуэль?
  -Вряд ли. - Я усмехнулась и залпом опустошила бокал. - Ему это и не понадобится, если он сможет доказать, что я не невинна.
  Я протянула Марфе бокал, и она снова наполнила его.
  -Он на такое не пойдет.
  Сделав глоток, я прошептала:
  -Не уверена в этом.
  Я хотела снова сделать глоток из бокала, но Марфа уверенно вырвала его из моих рук и поставила недопитый бокал на поднос.
  -Мне кажется, вам хватит. - Она взяла поднос в руки. - Ступайте к себе, так будет лучше для всех нас.
  С подносом в руках, Марфа спешно ушла из гостиной, опасаясь, видимо, прихода Михаила. Я решила последовать ее совету и поднялась на второй этаж. Войдя в комнату, я подумала, и прислонила стул к двери так, чтобы никто не смог войти в мои покои. После этого, на душе стало чуть легче и я, взяв книгу, села у окна.
  Михаил вернулся в поместье через пару часов, я заметила его приближение из окна. Где же он так долго пропадал? Неужели, он все это время пробыл там? Отложив книгу, я решила прислушаться, чтобы узнать, что Михаил сейчас собирается делать. Из окна было плохо слышно, но, кажется, он разговаривал с Марфой. Видимо, спрашивал, вернулась ли я домой. Вскоре после того, как голоса затихли, послышался стук в дверь моей комнаты.
  -Мария, все хорошо? Я сейчас войду.
  Я усмехнулась и ответила:
  -Я очень в этом сомневаюсь.
  Михаил, естественно, не понял моего намека и попытался открыть дверь.
  -Что за...
  Дальше, в дверь начали колотиться, а через минуту выламывать, требуя, чтобы я открыла дверь.
  -Ха, теперь мы квиты. Ни я не смогу выйти из этой комнаты, ни вы не сможете в нее войти.
  -Мерзкая девчонка, открой немедленно!
  Не скрывая торжества, я отложила книгу и встала со стула, расправив плечи.
  -С чего это я должна поступать так опрометчиво?
  -С того, милая моя, что ты не получишь ни еды, ни воды, пока не откроешь дверь!
  Моя решимость тут же сдулась. Если без еды я и смогу протянуть какое-то время, то вода просто необходима. Михаил это прекрасно знает, всего несколько дней и я приползу к нему на коленях, моля о милости. Я сглотнула и дрогнувшим голосом ответила:
  -Значит, так тому и быть.
  Единственной моей надеждой стал князь Агишев, который должен вскоре приехать. У меня в запасе было всего пара дней, если он не успеет, то никто не знает, что меня ждет. Михаил поскребся еще немного в дверь, потом чертыхнулся и ушел, а я снова села за книгу. Впервые за долгое время я легла спать спокойно.
  Я проснулась от зудящего ощущения, что нахожусь в комнате не одна. Открыв глаза, я огляделась. Стояла глубокая ночь, комнату освящал лишь лунный свет, струившийся из окна. Ночью все кажется иным, как будто я никогда и не видела эту комнату и не знала в ней каждый дюйм. По стене скользнула тень, и я испуганно села на кровати, прижав одеяло. Прежде чем я успела что-либо сказать или закричать, тень метнулась в мою сторону и, повалив на кровать, закрыла рот рукой.
  -Не кричи, это я.
  Не веря своим ушам, я прищурилась, чтобы получше разглядеть незваного гостя. Как только глаза привыкли к кромешной тьме, я выдохнула, но ничуть не облегченно. Легко убрав руку Михаила со своего рта, я раздраженно спросила:
  -Что вы здесь делаете?
  Михаил сел на край кровати, освобождая мне место.
  -Я пришел поговорить.
  -Ночью!? - спросила я возмущенно - Зачем же тогда попросили меня не кричать, если просто пришли поговорить?
  Скрестив руки, я посмотрела на дверь. Стул все так же стоял прислоненным к двери.
  -И как вы вообще сюда попали!?
  Михаил кивнул на распахнутое окно.
  -Через окно.
  -Возмутительно! Немедленно убирайтесь из моей комнаты тем же путем, которым и проникли! - Я выразительно указала на окно. - Иначе я буду кричать!
  Михаил встал и, я уже думала, что он направится к окну, но он пошел к двери. Молча, он убрал стул и открыл дверь. Я заинтересованно за ним наблюдала, надеясь, что незваный гость покинет мои покои. Но этого, к сожалению не случилось. Михаил наклонился и взял с пола за дверью поднос. Я вытянула шею, пытаясь разглядеть, что же лежит на подносе, но было слишком темно, чтобы я могла хоть что-нибудь разглядеть. Михаил, закрыв дверь, вернулся ко мне, сев на кровать и положив между нами поднос.
  -Я подумал, что ты будешь не против позднего ужина, ведь, по воле случая, сегодня ты легла спать голодной.
  Во мне вскипела ярость и я шепотом, чтобы не сорваться процедила:
  -Уходите сейчас же, иначе я закричу.
  Михаил сделал милостивый жест рукой и сказал:
  -Кричи. Тебя все равно никто не услышит.
  -Как не услышит!? - Пискнула я.
  -А вот так. - Михаил взял с подноса яблоко и начал крутить его в руках. - Дом пуст.
  -Пуст!? - Я замотала головой. - Не может этого быть... Марфа бы...
  -Теперь я здесь хозяин. - Михаил посмотрел на меня с нескрываемым превосходством. - И я считаю, что прислуга не должна спать со мной под одной крышей.
  -Вы прогнали ее!? - Я стукнула по подносу и, не скрывая своей ярости, начала кричать. - Как вы могли!? Марфа...
  -Отправилась туда, где ей и место: к своей семье. Поверь мне, о ней есть, кому позаботиться. - Михаил посмотрел на яблоко. - Пришло время им всем напомнить, кто здесь хозяин.
  -Почему вы не терпите людей рядом с собой!? Что они вам сделали!? Чего вы так боитесь!?
  Михаил так сильно сжал яблоко, что по его руке начал струиться сок.
  -Я ничего не боюсь. - Яблоко в его руке превратилось в кашу. - Просто, предпочитаю тишину, а ее невозможно добиться, когда знаешь, что всякий сброд спит у тебя под боком.
  -Как я?
  Михаил улыбнулся и замотал головой.
  -Не коверкай слова. Ты не доставляешь мне никакого неудобства...
  -Естественно! - Я швырнула в эту самодовольную рожу подушку. - Как может доставлять неудобство тот, кто заперт в замкнутом пространстве! Михаил поймал подушку и лег на нее. Теперь его лицо было в опасной близости от моих ног, но я решила проигнорировать этот факт.
  -Поверь, мне не доставляет никакого удовольствия держать тебя взаперти, но я так поступаю ради твоей же безопасности. - Он лег на спину, заложив руки за голову. - Если я выпущу тебя, то ты же тот час сбежишь.
  Я усмехнулась и спросила с нескрываемым сарказмом:
  -А что не должна?
  -Конечно, нет, тебе же хорошо со мной, но ты это пока не понимаешь.
  -И когда же, по твоему мнению, я это пойму?
  Михаил повернул голову в мою сторону и сузил глаза.
  -Ты выйдешь за меня замуж?
  -Нет. - Даже не задумываясь, ответила я.
  Михаил пожал плечами и снова уставился в потолок.
  -Не сегодня.
  -И это твой план!? Неужели ты действительно думаешь, что я отвечу согласием на твой вопрос!?
  Михаил снова пожал плечами.
  -Рано или поздно тебе осточертеет сидеть взаперти и, тогда ты пересмотришь свою позицию. А до тех пор я буду ждать. - Он встал с кровати. - Доброй ночи.
  Михаил попытался поцеловать меня в щеку, но я увернулась. Молча, он подошел к окну и вылез из него. Я не удержалась и, подойдя к окну, выглянула из него. Михаил спустился на землю по деревянной лестнице, которую я понятия не имею, где взял. Помахав мне на прощание, но скрылся в доме, не удосужившись убрать лестницу. Тогда я сама толкнула ее и та, с глухим звуком, упала на землю.
  Я не дура и понимала, что это была проверка. Михаил стоял вне поля моего видения и ждал, как же я поступлю: попытаюсь сбежать или нет. Если бы я сейчас попыталась бежать, то, скорее всего, больше никогда он не позволил бы мне выйти из комнаты. Поэтому я поступила так, как было нужно, показала, что я смерилась с судьбой. Естественно, это не так, но моя покорность даст мне шанс выбраться от сюда позже, когда представится возможность, когда Михаил повернется ко мне спиной.
  ***
  Жизнь в поместье начала идти своим чередом. Дни сменяли недели, и обитатели поместья начали привыкать к новому хозяину. О Марии же все старались забыть, лишь изредка она выходила из своей комнаты на прогулку и всегда в сопровождении Михаила. Не вооруженным взглядом было заметно, что она побледнела и набрала вес, так как замкнутое пространство не располагает достаточным количеством света и площадью для разминки. Никто, кроме Марфы не делал попыток намекнуть Михаилу, который как будто ничего не замечал, что неволя медленно убивает Марию, лишает ее сил и воли. Но Михаил именно этого и желал, он хотел, чтобы Мария лишилась воли и больше никогда даже не помышляла о том, чтобы его покинуть. И все бы удалось, если в один из вечеров поместье не посетил один неожиданный гость...
  Михаил сидел в своем кресле и читал. Если бы у него было бы хоть какое-то дело, то он незамедлительно им занялся, лишь бы не читать. Если честно сказать, Михаил никогда не любил читать, но не хотел признаваться в этом даже самому себе. Не любовь к чтению всегда угнетала Михаила и он бы рад полюбить книги, но, к сожалению, человеку, который давно перестал мечтать, не дано увидеть волшебство, спрятанное на страницах книг. Почему же тогда Михаил через силу заставлял себя читать, спросите вы? Он пытался понять, что же в книге заставляет людей испытывать те эмоции, которые они испытывают, когда читают. Михаил часто видел читающих людей. Когда люди читают, их лица преображаются, становятся мягче, добрее, живее, искреннее. Он часто видел, как девушки, читая книгу, вдруг начинают плакать от переполняющих их эмоций. Михаила всегда это удивляло, он никогда не испытывал эмоций, когда читал и потому еще больше хотел читать, чувствовать. Именно жажда чувствовать толкала его руку к книжной полке.
  В этот вечер он чувствовал умиротворение, но не книга даровала это чувство Михаилу. Он уже давно не был так спокоен, ничто вокруг не было враждебно с ним: бокал вина на столике у кресла, спящая собака в ногах, горящий камин рядом. Возможно, Михаил был даже счастлив в этот вечер, но, естественно, никогда бы в этом не признался.
  В гостиную, как ураган, ворвалась Марфа. Эльза тут же проснулась и замахала хвостом, видимо надеясь, что принесли поесть. Михаил тяжело вздохнул, оторвался от прочтения книги и раздраженно бросил через плечо:
  -Я же велел меня не беспокоить...
  -Во двор въехала карета.
  Михаил тут же вскочил, небрежно бросив книгу на стол, и, побежал по направлению к выходу из дома, спросив:
  -Чья карета?
  -Не знаю... - Марфа припустилась за ним, подобрав юбки - Выглядит богато.
  -Вот клуша! - раздраженно прикрикнул на нее Михаил - Герб! Кто на гербе кареты изображен!?
  -Я не знаю, не посмотрела.
  Михаил махнул рукой и вышел на крыльцо встречать незваного гостя, за ним из дома выбежала Эльза, а потом и Марфа, тяжело дыша. Увидев карету, Михаил тихо выругался и, повернувшись к Марфе, погрозил ей пальцем.
  -Только попробуй хоть пискнуть о Марии...
  Марфа поджала губы, но покорно кивнула. Михаил дал Эльзе команду сидеть, и та покорно устроилась у ног хозяина, хотя на карету поглядывала настороженно, готовая в любой момент, по команде, набросится на неприятеля.
  Дверца кареты распахнулась, и незваный гость открыл свое лицо, которое было скрыто шторами на окне кареты. Увидев отца, Михаил словно окаменел, а Эльза зарычала. Павел улыбнулся, увидев какое впечатление произвело его появление.
  -И здесь ты обосновался? - Павел оглядел дом и скривился. - Жалкое зрелище. - Взгляд его переместился на недвусмысленно скалящуюся Эльзу. - Эта шафка все еще жива? Я же говорил тебе: научи ее хорошим манерам или избавься.
  Михаил отмер и поклонился.
  -Рад видеть вас в нашей скромной обители. - Он указал на вход. - Позвольте пригласить вас войти.
  -Так-то лучше. - Павел довольно улыбнулся. - Но не обольщайся, я заскочил сюда, так как мне было по пути и ненадолго.
  Михаил погладил Эльзу по голове, и та перестала рычать, но продолжала обеспокоенно мяться на месте и поглядывать на Павла. Марфа взглядом спросила Михаила, может ли она идти распоряжаться об угощении для гостя и он кивнул, желая чтобы она как можно быстрее скрылась с глаз. Марфа юркнула в дом и засеменила в сторону кухни, провожаемая цепким, как у сына, взглядом Павла.
  -Ты доверяешь этой женщине? Она никому не скажет о том, что видела меня?
  Михаил кивнул.
  -Она верна мне до гроба.
  Павел вошел в дом, а за ним Михаил с жавшейся к его ноге Эльзой.
  Они устроились в гостиной: Михаил в своем кресле, Павел в кресле напротив, а Эльза у камина.
  -По какой причине вы решили лично навестить меня, Ваше Величество?
  Император достал из внутреннего кармана вскрытый конверт и небрежно бросил его на стол.
  -Прочти.
  Михаил неуверенно взял конверт, вытащил из него письмо и начал молча читать. С каждым новым прочитанным Михаилом предложением, лицо его становилось все мрачнее. Закончив читать, Михаил скомкал письмо и процедил сквозь стиснутые зубы:
  -Вот чертовка.
  Павел взял из рук Михаила скомканное письмо и снисходительно, как ребенку, начал говорить с взбешенным Михаилом:
  -В этом письме, присланном от князя Агишева моему старшему сыну, говориться, что существует некая Мария - приемная дочь твоего отца и, что ты держишь ее в данном поместье без ее воли и, что она пишет князю моля о помощи. - Павел усмехнулся. - Князь Агишев даже любезно предоставляет Александру письмо, написанное Марией... - Он достал из внутреннего кармана сложенный листок и покрутил им перед лицом Михаила. - Вот оно. Дать тебе прочитать?
  -Не нужно. - Буркнул Михаил.
  -Тогда я сам тебе прочитаю. - Павел развернул письмо и начал пробегаться по нему глазами. - Вот, это моя любимая часть: '...меня содержат в ужасающих условиях, единственный источник света - окно, на ночь приходится баррикадировать дверь мебелью, так как я не без причины опасаюсь за свою честь...'. Не думал, что ты падешь так низко.
  -Все ложь! - Михаил вскочил со своего места. - Она все...
  -Я хочу ее видеть. - Холодно перебил его император.
  Михаил поджал губы, рука сжалась в кулак, а глаза забегали. Он колебался всего несколько секунд, но императору было достаточно и их, чтобы усомнится в безукоризненной преданности Михаила, что могло бы серьезно его оскорбить, если бы в этот момент не был полностью поглощен своими мыслями. В конце концов, хозяин дома сдался, разжал кулак и, улыбнувшись, сказал:
  -Конечно.
  Когда они уже начали подниматься по лестнице на второй этаж, Михаил замедлился и начал оправдываться:
  -Мария недавно перенесла нервный срыв, ее состояние все еще нестабильное, она может говорить все, что угодно про меня, даже не осознавая...
  Император прервал его тираду поднятой вверх ладонью и пошел дальше.
  Уже перед дверью в комнату Михаил решился на еще более рискованный шаг.
  -Мы женаты.
  -А вот сейчас ты нагло мне лжешь. - Павел посмотрел на него свысока. - Ты бы никогда на ней не женился. Эта девушка - он указал на дверь - всю жизнь бы была твоей игрушкой, а женился бы ты на какой-нибудь породистой леди, чтобы быть как можно ближе к власти. Мы ведь оба это знаем, знаем, что власть ты любишь больше, чем что-либо другое.
  Михаил молча все выдержал и, достав ключ, отпер дверь. Император медленно вошел в комнату, оставив Михаила за дверью.
  Мария стояла к двери спиной и смотрела в окно. Она была не одета для приема гостей: ночную сорочку прикрывала лишь длинная шаль, наброшенная на плечи и прикрывающая сорочку чуть выше колен. Не оборачиваясь, она казала:
  -Я сейчас не в настроении принимать тебя, Михаил.
  Император сделал еще один шаг и встал.
  -Боюсь, я не тот за кого вы меня приняли, сударыня.
  Мария обернулась и испуганно уставилась на гостя, посильней закутавшись в шаль.
  -Прошу простить меня, Ваше Высочество, - она наспех сделала реверанс - я подумала, что это...
  Павел жестом остановил ее оправдания.
  -Я знаю, что вы подумали.
  Император начал разгуливать по комнате, рассматривая ее содержимое, иногда беря какие-то вещи в руки, чтобы получше рассмотреть.
  -Извините, я не одета для принятия гостей...
  Павел обернулся на почти писк Марии, которая так и продолжала стоять на месте, не шевелясь от страха, и улыбнулся.
  -Не волнуйтесь, я уже ухожу, нам с Михаилом нужно еще о многом поговорить.
  Это было сказано таким тоном, что Мария не смогла удержаться от улыбки, предвкушая скорую расплату для Михаила и свою свободу. Император поклонился и ушел из комнаты, а Мария тут же подошла к двери и приоткрыла ее. За дверью, скрестив руки на груди, стоял Михаил.
  -Даже не думай, голубушка.
  Мария разочарованно закрыла дверь, но щелчка замка так и не услышала. Подумав, она решила переодеться и выйти из комнаты, зная, что пока в доме гостит император, Михаил не посмеет снова запереть ее.
  Михаил с Павлом снова устроились в гостиной. Император потер переносицу и, посмотрев на Михаила, сказал:
  -Не думал, что ты настолько глуп. Ты знаешь, что тебе грозило, если бы это - он покрутил перед лицом Михаила письмом - попало не в те руки? Я тебе скажу: лишение всех прав состояния, - он начал загибать пальцы - наказанию кнутом и ссылке. Ты знаешь, что это значит? Тебя лишат дворянства и отправят на каторгу и, даже, если ты с этой каторги вернешься, ты не будешь дворянином, твои дети не будут дворянами и даже твои внуки не будут дворянами, весь твой род будет прозябать в нищете до самого его конца! Ты этого хочешь!?
  Михаил сидел спокойно, ни один мускул не дрогнул, и так же спокойно ответил, хоть вопрос и был риторическим:
  -Я знал, на что иду.
  -Это письмо - Павел поднял письмо - предназначалось моему старшему сыну...
  -Я заметил. - Едва слышно буркнул Михаил.
  -Не смей перебивать меня, щенок! Тебе несказанно повезло, что почту моего сына тщательно проверяют и, потому это письмо до него не дошло. - Он протянул два листка бумаги Михаилу и тот забрал их. - Надеюсь, ты усвоил урок.
  Михаил кивнул и спрятал письма князя Агишева и Марии во внутреннем кармане фрака.
  -Но вы ведь сбились с маршрута своего пути не для того чтобы припадать мне урок?
  -Ты прав - Павел кивнул - это была второстепенная причина. Я приехал сюда, потому что ты нужен в столице: Франция оказывает все большее влияние на умы людей, формируются тайные общества, жаждущие свергнуть меня.
  -И откуда такая уверенность, Ваше Величество?
  -Не смотря на то, что глава канцелярии не управляет ей, канцелярия продолжает функционировать. - Павел встал и начал поправлять свой костюм - Накопилась куча дел, которыми нужно заняться, так что надеюсь по прибытии в Петербург увидеть, что члены тайных обществ разоблачены и преданы суду.
  -Завтра же утром я отправлюсь в столицу.
  -На том и закончим.
  Михаил тоже встал, чтобы проводить императора к карете. Уже на выходе из дома Павел обернулся к нему и, погрозив пальцем, сказал:
  -Учти, Марию ты берешь с собой и только посмей проглядеть ее шалости. В следующий раз я уже не буду так снисходителен.
  -Тогда, может мне лучше оставить ее здесь.
  -Не будь идиотом, она сбежит. - Павел сел в карету - Тем более, ты взял за нее ответственность, так заботься о ней.
  -Она не хочет принимать мое покровительство.
  -Так сделай так, чтобы захотела. Для начала, не держи ее взаперти и скорее всего она слегка оттает.
  -Но...
  Павел прервал его жестом руки и закрыл дверь кареты.
  -Разговор окончен.
  Михаил склонился в поклоне и отошел, пропуская экипаж.
  Прода от 02.09.
  Марфа вышла на крыльцо, ожидая распоряжений, когда Михаил пронесся мимо, даже не заметив ее. Прежде чем, он успел войти в дом, Марфа откашлялась, привлекая внимание и спросила:
  -Будут какие-нибудь распоряжения?
  -А? - Михаил остановился и повернулся к ней - Да... - Он потер висок, прикрыв глаза. - Мы уезжаем.
  -Когда?
  Михаил махнул рукой и заходя в дом, бросил:
  -Завтра...
  -На долго?
  Он остановился и, не оборачиваясь, раздраженно ответил:
  -Не твое дело.
  ***
  Я спустилась на первый этаж и тихонько заглянула в гостиную. Никого, только Эльза мирно дремала у камина. Войдя в гостиную, я начала крутиться на месте, решая, куда идти дальше. У меня совершенно не было никакого плана и, более того, я даже не знала, зачем и куда иду. Я просто бездумно бродила по дому, в надежде, что ни на кого не натолкнусь. Войдя в прихожую, я увидела Михаила, входящего в дом. Он практически бежал, опустив голову и ничего не замечая на своем пути. Я замялась, не зная, куда себя деть, а Михаил шел слишком быстро, чтобы я успела опомниться и отскочить с дороги. Скорее всего, он бы не заметил меня и прошел мимо, если бы не натолкнулся на меня, когда я не успела уйти с его пути. Врезавшись в меня, он как будто отмер и замотал головой. Удивленно оглядев меня с ног до головы, как будто в первый раз увидев, Михаил поднял указательный палец и уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но в последний момент передумал. Убрав руки за спину, он кивнул толи мне, толи своим мыслям и ушел, снова опустив голову, а мне осталось лишь недоуменно смотреть ему вслед. Марфа вошла в дом почти за Михаилом, и я сразу же набросилась на нее с вопросами:
  -Зачем приезжал император? Что они обсуждали?
  Марфа грустно вздохнула.
  -Я не присутствовала при их встрече и решила не рисковать, подслушивая.
  -Ну, хоть что-нибудь тебе удалось разузнать?
  Она покачала головой.
  -Лишь только то, что мы уезжаем.
  Прежде чем я успела осознать сказанное, Марфа убежала, прикрывшись важными делами, сопутствующими переезду. Не веря своим ушам, я решила услышать эти слова из первых уст. Все еще находясь в шоке, на ватных ногах, я медленно поднялась по лестнице и подошла к двери в комнату Михаила. Прежде чем я успела постучать в дверь, из нее вышла Марфа.
  -Лучше сейчас туда не заходить.
  Марфа преградила мне путь к двери и за плечи подвинула к стене.
  -Что ты там делала?
  -Пыталась уточнить детали подготовки к переезду.
  -Пыталась?
  Марфа вздохнула.
  -Он послал меня самой со всем разбираться и не беспокоить его.
  Я отодвинула ее со своего пути.
  -Нет, так не пойдет. - Я подошла к двери и взялась за ручку - Что он там делает?
  Марфа неопределенно пожала плечами и сказала:
  -Барин занят.
  -И чем же?
  -Бьется головой о стену.
  Она сказала эти слова таким обыденным тоном, как будто погоду обсудила, видимо, чтобы убедить меня, что все в норме. Но меня одним только тоном не сбить с толку. Сделав глубокий вдох, я вошла в комнату.
  Благодаря Марфе, я знала, какая картина передо мной откроется, но все равно была несколько шокирована. Михаил действительно стоял лицом к стене и бился об нее головой.
  -Я бы хотела поговорить...
  -Убирайся!
  Он даже не взглянул на меня, продолжая биться головой. Несмотря на резкий тон, я не ушла, а продолжила стоять, расправив плечи и вскинув подбородок.
  -Можете жалеть себя сколько хотите, но только после того, как ответите на мои вопросы.
  Облокотившись головой на стену, он вздохнул.
  -Только побыстрее.
  -Куда мы переезжаем?
  Михаил прикрыл глаза и снова вздохнул.
  -Я же уже говорил с тобой об этом. Мы едем домой.
  К глазам начали подступать слезы, но я удержала себя в руках и твердо ответила:
  -Мой дом здесь.
  -Твой дом будет там, где я скажу.
  -Я не какая-то мебель, чтобы перевозить меня по своему усмотрению!
  -А вот здесь ты не права. - Он развернулся к стене спиной, все еще продолжая облокачиваться на нее - Ты женщина, следовательно, вещь, моя вещь, а я сказал, что завтра мы уезжаем.
  -Я не потерплю...
  Он стукнул кулаком по стене, напугав меня.
  -Это я не потерплю, чтобы какая-то девка у меня за спиной устраивала заговоры против меня! - Михаил достал из камзола два листа бумаги - Не узнаешь? Так подойти поближе, посмотри.
  Он швырнул в мою сторону листы. Подобрав их и разглядев на одном из них свой подчерк, я все поняла не читая.
  -И что же ты скажешь в свое оправдание, голубушка?
  -Мне не из-за чего оправдываться. - Я вскинула подбородок - Я поступила так, как поступил бы любой на моем месте. Я не сдалась, не приняла свою участь, а продолжила бороться даже взаперти.
  -Какие дерзкие слова. - Михаил отошел о стены и начал ходить вокруг меня, как акула - Но одна бы ты не справилась. У тебя был сообщник. - Он остановился и улыбнулся, оскалив зубы - А точнее, сообщница. Да?
  Я отвела взгляд, не в силах вынести его изучающий взгляд.
  -Вот ты и сдала мне ее. Пойдем-ка.
  Михаил схватил меня за руку и, не смотря не все мои протесты, потащил из комнаты. Марфа встретилась нам на первом этаже. Она раздавала слугам указание по поводу переезда. Не отпуская моей руки, Михаил указал пальцем на Марфу и рявкнул ни к кому конкретно не обращаясь:
  -Схватить эту предательницу и вывести во двор!
  Двое незнакомых мне мужчин вышли из толпы и, взяв недоумевающую Марфу под руки, повели на выход из дома. У меня чуть челюсть не отвисла, настолько я была удивлена происходящим. Раньше никто даже пальцем не смел прикоснуться к Марфе, даже, если бы папенька приказал, ведь она стольким людям помогла своими снадобьями, а теперь ее схватили как воровку какую-то. Неужели все вокруг настолько боятся Михаила, что пошли на сделку с собственной совестью.
  -Что вы делаете!? Отпустите ее!
  Я снова попыталась вырвать руку и бросится на помощь Марфе, но ничего не вышло.
  -Ты больше не имеешь власти ни над кем тут. Я единственный хозяин.
  Михаил потащил меня на выход, вслед за Марфой. За нами, на улицу вышли все остальные, кто были на первом этаже. Михаил остался стоять на крыльца и, следовательно, я тоже, а остальные сформировали полукруг с Марфой в центре. Ее бросили прямо на землю. Никогда еще я не видела, чтобы с человеком обращались настолько жестоко. Михаил наконец-то отпустил мою начинающую онеметь руку, и я начала растирать ее, продолжая смотреть на Марфу, стоящую на коленях и с мольбой смотрящую на Михаила.
  -За то, что ты передавала без моего разрешения письма, я приговариваю тебя к пяти ударам плетью. Принести плеть.
  -Нет!
  Я обеими руками схватилась за руку Михаилу, как за спасительную соломинку. Марфа ничего не сказала на приговор, лишь только склонила голову, принимая наказание. Не в силах смотреть на это, я затрясла руку Михаила:
  -Не делай этого, прошу...
  Он даже не посмотрел на меня, лишь продолжал во все глаза смотреть на Марфу. Конюх принес плеть и, чтобы не видеть ее, я спрятала лицо на плече Михаила, продолжая шептать ему мольбы о помиловании Марфы.
  -Я сам исполню приговор. - Михаил стряхнул меня с себя и начал пускаться по ступенькам - Подать плеть.
  Я побежала за ним и преградила дорогу, упершись руками ему в грудь.
  -Я все сделаю, только не делай этого.
  Михаил, снова не посмотрев мне в глаза, оттолкнул меня и взял плеть, но я не собиралась сдаваться. Я снова преградила ему дорогу и взяла его лицо в руки, чтобы он наконец-то посмотрел на меня. Наши взгляды встретились и прошептала:
  -Не делай этого.
  Сколько злобы полыхало в его глазах. Меня обдало волной этой неприкрытой ненависти, но за этой стеной было нечто другое, куда более весомое. Разочарование. Михаил был разочарован и жаждал наказать ту, что предала его доверие. Михаил вздохнул.
  -Когда я смотрю на тебя, мое сердце смягчается.
  Он опустил плеть и, продолжая смотреть на меня, сказал:
  -Ты прощена, можешь встать. - Он оглядел людей вокруг себя - Чего встали? Живо за работу!
  Марфе тут же помогла подняться, и все разбежались по делам. Я тоже хотела уйти в дом, но Михаил накрыл мои руки на лице своими.
  -Из-за тебя я нарушил свое слово.
  -Из-за меня ты не совершил ужасную ошибку. Если кого-то и нужно наказывать в этой ситуации, то меня.
  -Какая самоотверженность. Но не стоит ее выгораживать. - Он отпустил мои руки и пошел к входу. - Кто-то пытался отравить тебя, пока ты лежала без сознания и пока что она единственная подозреваемая.
  От этого признания я чуть не упала на месте. Догнав Михаила на пороге и приложив руку к груди, я переспросила:
  -Отравить?
  Михаил вздохнул.
  -Я не хотел тебе говорить, надеясь, что это не так, но, подумав, я все же решил предупредить тебя: не ешь и не пей у незнакомцев, тем более, если меня нет рядом. Поняла?
  Я растерянно кивнула, но все же решила указать свою позицию.
  -Марфа никогда не причинит мне вреда. Я знаю ее с детства и она не такая.
  -А я знаю ее с рождения и готов с уверенностью сказать, что я ее совершенно не знаю. Она всегда придерживалась своих негласных правил и совершала хаотичные поступки.
  -Я тебе не верю. - Я замотала головой. - Ты хочешь напугать меня, чтобы я была послушной.
  -Думай, что хочешь, но знай: детство закончилось. - Мы вошли в дом, и Михаил направился к лестнице на второй этаж. - Место, куда мы едем кишит акулами, готовыми разорвать тебя веселья ради.
  Я преградила ему дорогу.
  -Так давай не поедем.
  Он обошел меня.
  -Тема закрыта.
  Весь дом уже давно спал, утомленный сборами в дальнюю дорогу, а я все крутилась в кровати без сна. К Марфе за настойкой для сна я идти не могла, она больше не ночевала в доме, а сама я не знаю, как она выглядит, и могу спутать с чем-нибудь другим. Я села на кровати, свесив ноги. Из окна лился лунный свет, маня на улицу погулять под его сиянием. Закусив губу, я приняла решение и слезла с кровати. Нужно вести себя как можно тише, чтобы не разбудить Михаила. Накинув шаль и взяв туфли в руки, я тихонечко открыла дверь и выглянула наружу. К моему удивлению, из-за двери в комнату Михаила лился тусклый свет свечи. Чего это ему не спится так поздно? Я встала в коридоре, размышляя, как мне поступить: пойти гулять под лунным светом или не рисковать и вернуться в комнату. В конце концов, я приняла одно из самых глупых решений. Подойдя к двери в комнату Михаила, я постучалась и заглянула внутрь.
  Он сидел за столом, сгорбившись и подперев голову руками. По всему столу были разбросаны разные бумаги и стоял подсвечник с тремя горящими свечами. Он зевнул и сквозь зевок спросил:
  -Чего не спишь?
  Я вошла в комнату, закрыв за собой дверь.
  -Не спится. А ты почему не спишь?
  -Работаю.
  Я не поверила и подошла чуть ближе, убрав руки за спину, но все еще держась у двери.
  -Так поздно?
  Михаил прикрыл очередной зевок рукой.
  -Накопилось очень много работы и нужно как можно быстрее влиться в эту сумятицу. Тем более, завтра нас ждет дальняя дорога вот в пути и отосплюсь.
  Он взял в руки какую-то бумагу и начал ее читать. Меня начало одолевать любопытство и я подошла к столу еще поближе и, вытянув шею, начала пытаться издалека разобрать, что написано на листе. Михаил, видимо почувствовав мой взгляд, обернулся и улыбнулся мне.
  -Хочешь посмотреть?
  Я кивнула и уже хотела подойти к столу, но осеклась, вспомнив, зачем я пришла.
  -Вообще-то я пришла сказать, что я хочу пойти погулять.
  Михаил удивленно изогнул бровь.
  -Ночью?
  Я робко кивнула и улыбнулась.
  -Ночь всегда манила меня своей свободой.
  Михаил о чем-то задумался, постукивая пальцами по столу.
  -Помнится, когда ты ранее сбегала из дома, то ни у кого не спрашивала дозволения.
  Я пожала плечами.
  -Раньше я не боялась тьмы.
  Михаил перестал задумчиво стучать пальцами по столу.
  -Ладно. Сейчас я закончу с работой и схожу с тобой на прогулку перед сном.
  Он потянулся и снова взялся за чтение листа в руке. Я, не зная, куда себя деть, осталась топтаться на одном месте. Михаил недоуменно на меня посмотрел, заметив, что я не сдвинулась с места.
  -Ты можешь присесть, - он указал на место рядом с собой - не обязательно топтаться в дверях, потому что: - он начал загибать пальцы - во-первых, это не вежливо, во-вторых, меня это нервирует, в-третьих, - он улыбнулся, обнажив зубы - я не кусаюсь. Нууу - он изобразил задумчивость на лице - по крайней мере, сегодня.
  Я осторожно пододвинула еще один стул к столу и не менее осторожно присела на его краешек, сложив руки на коленях. По всему столу были разбросаны листы с записями, которые мне хотелось прочитать до зуда в руках, но я осмелилась лишь смотреть на них.
  -Хочешь почитать?
  Я посмотрела на Михаила и, улыбнувшись, активно закивала головой. Михаил милостиво указал на стол, разрешая мне брать с него все, что захочу. Я недоверчиво спросила:
  -А можно?
  -Конечно. Ты все равно никому ничего не скажешь.
  Проигнорировав язвительное замечание Михаила, я схватила ближайший лист и в предвкушении начала читать. Мне было безумно интересно узнать, какая же работа у Михаила и вот, я наконец-то все узнаю.
  Мой порыв начал угасать на середине листа. Это был лист доходов какого-то барона и ничего интересного я в нем отыскать не смогла. С надеждой я взяла еще одну бумагу со стола, но и там меня поджидало разочарование, это было подробное описание родственных связей между разными семьями.
  Увидев мое погрустневшее лицо, Михаил улыбнулся.
  -Не самое интересное чтиво, не правда ли?
  Я отложила бумагу.
  -Я думала, что прочитаю здесь доклады шпионов о том, как проходит выполнение их секретного задания, а то, какой доход в год у неизвестного мне человека и кто двоюродный брат его жены.
  Михаил рассмеялся, но не с издевкой, а по-доброму, так, как он никогда раньше при мне не смеялся.
  -Быть шпионом не всегда так захватывающе, как ты себе представляешь. Большую часть времени шпионы, так же как и я, копаются в документах и ищут основания для слежки за тем или иным человеком.
  -А ты когда-нибудь следил за людьми?
  Михаил пожал плечами.
  -Не совсем.
  Я подперла голову руками, давая тем самым знак Михаилу, что готова внимательно его слушать.
  -Я всегда слежу за людьми, но не на улице, а за своим рабочим местом. Мой стол всегда завален доказательствами моих подчиненных в виновности или невиновности всех людей, которых мы считаем подозреваемыми в измене. Я рассматриваю доклады моих подчиненных и выношу решение продолжить слежку или остановить ее, арестовать обвиняемого или снять с него все подозрения.
  -И все это ты делаешь на основе листа доходов? - недоверчиво спросила я.
  -Я сравниваю доходы и расходы подозреваемого и делаю выводы. Например, если расходы превышают доходы, значит, у этого человека есть незаконный бизнес или его спонсируют из-за границы. - Он беззаботно пожал плечами - Я назначаю слежку, и мои люди выясняют, откуда у этого человека дополнительный доход.
  Я положила руки на стол, а на них голову.
  -Как же это скучно.
  -Многие делают и более скучную работу.
  Михаил снова взял лист бумаги и начал задумчиво его читать. Я тоже взяла лист, но, после нескольких прочитанных строчек, отложила его.
  -И тебе не жалко их?
  Михаил оторвался от листа и недоуменно посмотрел на меня.
  -Кого?
  -Тех, кого ты приказываешь арестовать и обвиняешь в измене. У них же наверняка есть семьи, люди, которые их любят, и будут скорбеть, а ты фактически приговариваешь из любимых к смерти. Неужели ты ни разу не сочувствовал им?
  Михаил вздохнул.
  -Поначалу, да, я сочувствовал этим людям, сочувствовал людям, которых отправлял на смерть, сочувствовал детям, оставшимся без отцов, сестрам, оставшимся без братьев. Я просыпался по ночам в холодном поту и проклинал себя и весь этот мир за такую жестокость. В такие моменты я представлял себе, что случилось, если бы я не выполнял свои обязанности, отпускал бы этих людей. Тогда, однажды, они бы захватили власть и погрузили страну в пучину хаоса. Невинные люди бы гибли тысячами. Понимаешь? Что стоит одна жизнь, против тысячи. Я готов пожертвовать этими людьми ради мира.
  -Значит, теперь тебе их не жаль?
  Михаил мотнул головой и взял лист.
  -Нисколько.
  -И Марфу тебе сегодня тоже не было жаль?
  Он напрягся и положил лист на стол.
  -Она предала меня, а за предательство должно следовать наказание.
  Я подняла голову.
  -И ты бы сделал это? Ударил бы ее, если бы я тебя не остановила?
  -В детстве меня наказывали и за меньший проступок.
  -Так смог бы?
  Михаил сжал руки в кулаки.
  -Нет. - Он разжал кулаки - Я не смог бы и в душе надеялся, что ты меня остановишь. Довольна?
  Я снова положила голову на сложенные на столе руки.
  -Более чем. Это значит, что ты не такой монстр, каким хочешь казаться.
  Сон начал медленно захватывать власть надо мной. Сначала это были редкие зевки, затем глаза начали сами собой закрываться, но я никак не могла заставить себя уйти. Мне казалось, что если я уйду, то на утро Михаил забудет о хрупком мире, который мы негласно заключили. Я боялась, что проснувшись утром я пойму, что это был всего лишь сон и эти откровения мне только приснились.
  В конце концов, прикрыв ненадолго глаза, я уже не смогла их открыть, как бы мне этого не хотелось. Михаил, видимо, был слишком занят своей работой, чтобы заметить, что я уснула, так как пока мой разум находился еще в сознании, никто не пытался растолкать меня, а потом стало слишком поздно.
  Проснулась я утром в своей комнате от того, что Марфа раздвинула занавески на окне, впуская солнечные лучи.
  -Я оттягивала твое пробуждение, сколько могла, но завтрак уже подан и если ты не поторопишься, то он остынет.
  Потянувшись, я села на кровати и вздохнула. Видимо, мне все-таки приснился полуночный разговор, но я все равно проверю, сон это был или явь.
  -Твои вещи уже собраны. Я приготовила тебе одежду для отъезда.
  Я вздохнула. Переезд мне точно не приснился.
  Быстро одевшись, я спустилась к завтраку. Михаил уже сидел за столом и доедал кашу.
  -Доброе утро. - Кивнул он мне - Как спалось?
  Сев на свое место, я кивнула.
  -Немного не выспалась.
  -А я говорил, что лучше было идти спать, а не затевать полуночные прогулки.
  -Значит, мне это не приснилось.
  Михаил загадочно мне улыбнулся.
  -Зависит от того, что ты считаешь сном.
  Какое-то время мы завтракали молча, но потом я не выдержала.
  -Вы перенесли меня в мою комнату?
  Михаил молча кивнул. Я удивилась, но все же решила не задавать лишних вопросов, чтобы не испортить, безусловно, хорошее настроение Михаила.
  -Спасибо.
  Больше мы не сказали друг другу ни слова. После завтрака я поднялась в свою комнату, чтобы проверить, все ли вещи собраны. Марфа накрывала мебель в комнате чехлами и, увидев меня, сказала:
  -Ты сегодня само спокойствие. Не хочешь объяснить, почему это ты так быстро приняла отъезд?
  -Я решила испробовать новую тактику: не нападение, а иллюзию подчинения.
  Марфа усмехнулась.
  -Неужели ты думаешь, что он поверит в твой спектакль.
  Я улыбнулась.
  -Он уже верит. Даже капля доброты с моей стороны развязала ему язык. Представь, чего я смогу добиться со временем. Я смогу им управлять.
  Марфа покачала головой.
  -Не обнадеживай себя раньше времени.
  -А я и не обнадеживаю, я вижу результат. Напомни, кто вчера спас тебя от наказания.
  Как бы Марфе не хотелось продолжить спор, она была вынуждена прикусить язык, хотя бы частично признавая мою правоту.
  Подойдя к туалетному столику, я взяла кулон с изумрудом, подаренный Михаилом и надела его. Поймав на себе осуждающий взгляд Марфы, я фыркнула.
  -Что? Ему будет приятно увидеть на мне этот кулон.
  -Не могу поверить, что ты так быстро изменила своим принципам. Барин бы никогда...
  -Его больше нет. Мне было невероятно больно это говорить, но факт отмается фактом. Сдержав слезы и расправив плечи, я продолжила:
  -И я не смогу сберечь его наследие, если буду в немилости.
  Марфа ничего не сказала и по лицу я не смогла понять поддерживает ли она меня или нет. Вскоре, она ушла, оставив меня наедине со своими мыслями. Тишина начала давить на меня и, не в силах больше находится в этой во всех смыслах пустой комнате, я ушла, даже не закрыв за собой дверь.
  Идя по коридору, я заглянула в комнату Михаила через распахнутую настежь дверь. Как и у меня, мебель в комнате Михаила была накрыта чехлами, от чего комната перестала казаться жилой.
  Боль сковала мое сердце: дом как будто умер вместе с нашим отъездом. Все мои страхи стали явью. Комната, в которой жил самый дорогой моему сердцу человек, утратила ту теплоту, которой была наполнена при его жизни. Теперь это просто пустая, мертвая комната, ожидающая, когда кто-то снова вдохнет в нее жизнь. Но этим человеком никогда не будет уже мой папенька.
  -А вот ты где!
  Я обернулась на оклик Михаила. Он, улыбаясь, шел ко мне. Я улыбнулась ему в ответ, не потому что хотела, а потому что так было нужно. Он так искренне и бескорыстно улыбался, что мне стало даже совестно за мою лицемерную улыбку. Не могу вспомнить, когда в последний раз видела его таким счастливым, если вообще видела.
  Подойдя, он на секунду приобнял меня и отстранился на почтительное расстояние.
  -Сколько можно тебя ждать? Все уже собрано и ждем только тебя.
  -Я просто прощалась с домом.
  Я погладила стену.
  -Не устраивай такую трагедию из простого переезда. Мы будем сюда приезжать летом. - Он наклонился ко мне - Будем привозить сюда нашего наследника на охоту. Здесь замечательные леса полные дичи. Я, правда, не любитель подобных забав, но ради сына готов пересмотреть пристрастия.
  Из меня как будто одним ударом вышибли весь воздух. И, начиная задыхаться, я переспросила:
  -Сына?
  -Или дочери. Будем гулять с нашей маленькой девочкой по саду, отведем на пруд.
  Мне совсем стало нехорошо. Ноги начали подкашиваться, и я схватилась за стену.
  -Вижу, я тебя шокировал. Наверное, я еще слишком рано поднял эту тему, просто я хочу чтобы ты знала: я хочу завести семью и когда ты будешь готова мы поженимся.
  -А если я никогда не буду готова?
  -Значит, моему желанию никогда не будет суждено сбыться, и я никогда не буду учить своего сына ездить верхом, а свою дочь музыке.
  Я не могла больше это слышать и побежала на свежий воздух. Выбежав во двор, я начала глубоко дышать.
  Я его ненавижу. Как могут такие прекрасные слова исходить изо рта такого ужасного человека. Никогда я не сочетаюсь с ним узами брака и не рожу ни единого ребенка, такие как он не должны плодится. Он убил моего отца, пленил меня и еще смеет говорить о браке. Нужно успокоиться. Как только выпадет возможность, я сбегу от этого чудовища, но сейчас я должна казаться покорной, чтобы получить чуть больше свободы. Улыбайся и все получится.
  Михаил вышел из дома как нив чем не бывало. Проводив меня до коляски и усадив нее, он сел на своего коня и ужаснейший из моих кошмаров сбылся.
  
  Дом Михаила оказался достаточно хорош, чтобы мне он понравился, но недостаточно обжит, чтобы я прониклась к нему душевной теплотой.
  Я стояла в бальном зале и любовалась резьбой на потолке.
  -Я никогда не планировал жить в этом доме, он был построен как место для званых вечеров: первый этаж - место для развлечений, второй - комнаты для гостей, третий - место для всякого хлама.
  Михаил вошел в зал, снимая на ходу перчатки для верховой езды.
  -Раз этот дом был построен не для того, чтобы ты в нем жил, то где же ты тогда жил?
  Мне был абсолютно не интересен ответ на данный вопрос, просто хотелось заполнить уста Михаила бесполезной болтовней и не дать ему перевести тему.
  -Мне вполне хватает и моей квартиры рядом с работой.
  -Тогда почему мы не переехали туда?
  -Потому что это моя квартира и в ней не будет жить никто кроме меня.
  Повисло молчание. Я не желала более с ним разговаривать, а Михаил подумал, что его слова меня обидели. Он откашлялся.
  -Можешь выбрать себе любую комнату на втором этаже, они все никем не заняты.
  Я пожала плечами, показывая свое абсолютное безразличие к выбору комнаты.
  -Тебе помочь с выбором?
  -Не стоит. - Я направилась к лестнице - Уверена у тебя и без этого полно важных дел.
  Поднявшись на второй этаж, я начала поочередно заглядывать в каждую комнату. Все они были на одно лицо, какими и положено быть гостевым комнатам. Я вздохнула. Глупость какая-то. Зачем выбирать из близнецов? Может на третьем этаже есть комнаты поживее?
  Поднявшись на третий этаж, я наугад попыталась открыть дверь в комнату. Заперто. Странно. Зачем запирать комнаты в доме без жильцов? Это очередной тайник Михаила? Нет, вряд ли. Зачем иметь тайник в доме, в котором не живешь. Я попыталась открыть другую дверь. Та поддалась. Комната была жутко пыльной и захламленной всякой всячиной: мебель, ковры, посуда, зеркала. Наверное, Михаил делал кардинальную перестановку в доме и это вещи, которые не подошли новому интерьеру.
  -Что ты здесь делаешь?
  Михаил был очень зол и встревожен, как будто я проникла туда, куда лезть нельзя.
  -Я не знала, что мне нельзя подниматься на третий этаж.
  Михаил закрыл дверь в пыльную комнату прямо перед моим носом.
  -Дело не в том, что тебе нельзя, а что не стоит делать. Эти комнаты заставлены всяким хламом, в них никто не прибирается. А вдруг бы на тебя что-нибудь упало.
  Очень непродуманное оправдание. Он точно что-то скрывает.
  Я улыбнулась.
  -Как скажешь.
  Обойдя его, я пошла к лестнице. Не хочет говорить - не надо, мне не впервой добиваться правды втихаря.
  В следующий раз мы с Михаилом встретились за ужином. Он явно хотел мне что-то сказать, но все никак не решался. Тогда я решила сама проявить инициативу. Отложив столовые приборы, я напрямую спросила:
  -Что-то случилось?
  -Да... - Он сцепил руки перед собой - Меня...нас пригласили на званый вечер. У князя Шорина именины...
  Я удивленно изогнула бровь и переспросила, в надежде, что ослышалась:
  -Князь Шорин?
  Михаил потер шею.
  -Да...На самом деле, князь пригласил только меня, но лишь только потому что еще не знает о твоем существовании. Он будет рад еще одной гостье, если ты, конечно, хочешь поехать со мной...
  -Стой. - Я попыталась переварить то, что только что услышала - Ты спрашиваешь меня, хочу ли я поехать с тобой?
  Он кивнул. Усмехнувшись, я честно спросила:
  -В чем подвох?
  Михаил загадочно улыбнулся.
  -Есть несколько причин, по которым я хотел бы взять тебя с собой, но сейчас я могу озвучить лишь одну причину.
  Я вздохнула.
  -Я вся во внимании.
  -Ты не пленница. - Он развел руками. - Хватит уже держать тебя взаперти. Я хочу показать всем, что ты жива, здорова и счастлива.
  Я покачала головой.
  -Но это ведь не так.
  Михаил снова улыбнулся своей загадочной улыбкой.
  -Но никто об этом не узнает.
  Еще никогда я не чувствовала себя так гадко. Мной открыто манипулируют, а я вынуждена улыбаться и безропотно подчиняться. Моя кровь противится каждому мгновению, провиденному в его обществе. Молча, я вышла из-за стола и отправилась в свою комнату.
  К счастью, Михаил более меня не беспокоил своим присутствием. На следующий день пришла будить меня, к моему удивлению, не Марфа, а Ольга. Увидев ее, я чуть не открыла рот от удивления. Боже, как же может измениться человек всего за пару месяцев. В первую нашу встречу она казалась мне такой чистой и невинной, как ангел, а сейчас я видела перед собой женщину полную силы и величия. Такой девушка обычно становится после того, как ей безжалостно разбивают сердце. Прекрасные золотые волосы спрятаны под шарф так, что ни одна прядь из под него не выбивается. Голубые глаза слегка сужены, а нос вздернут. И я бы даже пожалела ее, если бы все это высокомерие не было направлено в мою сторону.
  -Мне приказано снять с вас мерки, чтобы мы смогли сшить вам новое платье.
  Я слезла с кровати.
  -А где же Марфа?
  -Ей нашлась другая работа.
  Ее высокомерный тон разозлил меня. Я пожала плечами. Нужно показать, кто здесь хозяйка.
  -Перед замером расчеши и заплети мне волосы.
  Обычно я это делаю по утрам сама, но Ольга испортила мне настроение.
  Я села за туалетный столик. Ольга взяла расческу и начала меня расчесывать. К моему глубочайшему сожалению, она делала это так нежно, что у меня не было причины отругать ее.
  Тогда я решила завести разговор.
  -Как твоя жизнь? Вижу, ты изменилась с нашей последней встречи.
  Она молчала так долго, что я решила, будто она не услышала меня и уже хотела повторить свой вопрос, как она заговорила.
  -Барин был настолько добр, что позволил мне выйти замуж за человека, который меня любит. - Заглянув ей в глаза через зеркало, я не увидела в них ни тени радости от этого события. - Я счастлива, что мы вернулись сюда и я смогла воссоединиться с любимым, который оставался здесь.
  -Воссоединится? В каком смысле?
  -Часть слуг барина всегда ездит вместе с ним, куда бы он не переезжал. Я все еще вхожу в их число.
  У меня в голове не укладывались ее слова.
  -То есть ты была в поместье моего отца?
  Она улыбнулась мне через зеркало.
  -Конечно. - Ольга бесшумно положила расческу на стол. - Ваши волосы заплетены. Я даже не успела заметить, когда она успела это сделать.
  Вздохнув, я взяла свои мысли под контроль.
  -Хорошо. Давай как можно быстрее с этим закончим.
  
  -Прекрасно.
  Михаил отсалютовал мне бокалом.
  Я примеряла сшитое для бала платье. Голубое. Не самый любимый мною цвет, но готова признаться, что этот оттенок мне очень даже понравился.
  -Покрутись еще.
  Я вздохнула. У меня уже голова кружилась от топтания на одном месте, но я все равно снова сделала несколько поворотов на месте.
  -Прекрасно. Думаю, она будет в восторге, увидев какой ты стала, а это платье усилит эффект.
  Я удивленно склонила голову на бок.
  -Кто?
  Михаил улыбнулся и отпил из бокала.
  -Это сюрприз.
  Я решила поиграть в угадайку.
  -Мы с ней знакомы?
  Он снова улыбнулся.
  -Можно и так сказать. Вы с ней виделись много лет назад, ты уже и не вспомнишь ее лицо.
  -Я заинтригована.
  Я устало опустилась на кресло рядом с Михаилом.
  -Я устала. Можно я уже наконец-то сниму это платье?
  Он протянул мне свой бокал.
  -Пей.
  Я замотала головой.
  -Я не хочу.
  Михаил удивленно приподнял бровь.
  -Не надейся, что завтра на балу ты сможешь усыпить мою бдительность. Я с тебя глаз не спущу, так что без глупостей. Понятно?
  Я кивнула.
  -Отлично. Пей.
  -Зачем?
  -Я хочу тебе доверять, а у меня не вызывают доверия люди, которые отказываются пить со мной. Извини, - он пожал плечами - старый предрассудок.
  Я взяла бокал и отпила из него. Вино. Ничего страшного. Я должна была это сделать, чтобы усыпить его бдительность хоть на чуть-чуть. Мне много и не надо.
  Михаил умно выдохнул.
  -Теперь мне полегчало. Можешь идти, если хочешь.
  Я молча встала и направилась в свою комнату.
  Прода от 22.10
  ***
  Я позволила Михаилу помочь мне выбраться из кареты, не смотря на то, что его помощь нисколько не была мне нужна. Как бы сильно мне бы не хотелось к нему прикасаться, пренебрежения правилами могло бы дать ему почву для не нужных мне размышлений о моей покорности. Я даже с улыбкой приняла руку Михаила и позволила себя вести.
  У входа в дом нас встречал мужчина лет сорока с ухоженной каштановой бородой, на которой уже начала проступать седина. Он улыбнулся мне теплой улыбкой и обнял Михаила, похлопав по спине.
  -Как я рад, что ты приехал, старый друг.
  -Судя по тому, у кого сегодня именины, ты у нас старый друг.
  Князь рассмеялся и хлопнул Михаила по плечу.
  -Проучил бы тебя, да жаль портить такой прямой нос.
  Я смотрела на словесную перепалку этих двух людей и никак не могла поверить в то, что Михаила так всюду любят. Может, его боятся?
  Я присмотрелась к князю. Нет, его глаза не врут, он действительно очень рад видеть Михаила.
  -А кто же эта прекрасная девушка?
  -Ах, да. - Михаил наконец-то вспомнил, что я все еще здесь - У меня не было времени рассказать тебе. Представляю тебе любовь всей моей жизни - Мария Дмитриевна Самойлова - Я едва смогла удержать гримасу отвращения к словам Михаила - Мария - это мой давний друг - Семен Шорин.
  Князь поцеловал мою руку.
  -Очень рад познакомится.
  Этот человек как будто излучал тепло и доброту души. Его улыбка была искренней, а глаза молодыми. Он умел расположить к себе одним взглядом.
  -Взаимно.
  -Я уже где-то слышал вашу фамилию. - Его лоб покрыли морщины - Мы не встречались с вами раньше?
  Не успела я и рта раскрыть, как Михаил взял меня под руку.
  -Вряд ли, друг мой. Насколько я знаю, Мария последняя из своего рода.
  -Как и ты, друг мой. - Он рассмеялся - Нынче благородные дома исчезают с лица земли в невероятно большом количестве.
  Михаил пожал плечами.
  -Что поделать. Войны и болезни не щадят никого.
  -Это очень странно... - князь задумчиво потер переносицу - Готов поклясться, что где-то уже слышал эту фамилию... Хотя, - Он улыбнулся - наверное, просто память подводит. Проходите.
  Он указал нам рукой на вход, и Михаил спешно повел меня внутрь.
  В бальном зале уже было много людей. Почти все сбились в кучки знакомых и обсуждали всякую всячину. Конечно же, оставались и те, кто не относился ни к какой компании и были сами по себе. Такими стали и мы с Михаилом. Скорее всего, Михаил мог прибиться к любой группе, но не захотел этого делать. Я была не довольна его выбором, ведь, если бы он обсуждал что-нибудь с другими людьми, то у меня было бы больше шансов улизнуть незамеченной.
  Разговор с князем, навел меня на вопрос.
  -Он знал моего отца?
  Михаил передернул плечами.
  -Не то, чтобы знал... Скорее слышал о нем и, возможно, виде пару раз.
  -Я не понимаю...
  Михаил вдруг вспылил и весьма резко ответил.
  -Что тут непонятного? Твой отец спал с его женой. Нам еще повезло, что он не удосужился запомнить фамилию этого мерзавца.
  -Мой отец не был мерзавцем!
  Михаил отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.
  -Твой отец был прелюбодеем, хочешь ты этого или нет. А твой род по материнской линии всегда отличался своей не плодовитостью и я совершенно не удивлен, что княжна не смогла более родить ребенка, что привело к прерыванию рода Шориных. Так же нам несказанно повезло, что князь думает, будто ты умерла, иначе месть его будет жестокой. Из-за твоего отца его род потерял возможность на продолжение.
  Мне стало стыдно за то, в чем я совершенно не виновата. Князь показался мне хорошим человеком и мне очень жаль, что судьба так сложилась для него, но отношения к его беде я никакого не имею.
  -Ты так говоришь, как будто это я виновата. Может, ты меня еще прилюдно бастардом назовешь?
  Он улыбнулся мне и взял за руку.
  -Нет, нет, я никогда не стану делать то, что навредит тебе. Да, мои принципы не позволяют одобрять подобные союзы, но я никогда и словом не оскверню твоих родителей. Я искренне рад, что твоя мать не смогла, как порядочная женщина, хранить верность своему мужу и поддалась своим чувствам, ведь, в итоге, на свет появилась ты.
  -Теперь ты говоришь так, как будто во всем виновата моя мама.
  Я вырвала свою руку из его хватки.
  -Вы, женщины, не способны думать, и делаете все, руководствуясь исключительно удовольствием, так что я не виню твою мать в том, что она женщина. Хотя, стоило.
  Я уже хотела закричать на него, но остановилась, увидев, улыбку и едва сдерживаемый смех со стороны Михаила.
  -Ты пытался вывести меня из себя.
  Он рассмеялся.
  -Я просто пошутил. С недавнего времени я пересмотрел свое отношение к женскому роду.
  Я сложила руки на груди, показывая, что его шутка была совершенно не смешной. Он снова взял меня за руку.
  -Извини, что ответил резко на твой вопрос. Я просто очень волновался, когда узнал, что Семен все еще помнит твою фамилию.
  -И потому ты решил разбавить атмосферу не смешной шуткой, из-за которой я чуть не влепила тебе пощечину?
  Он пожал плечами.
  -Это первое, что пришло мне в голову. Зато теперь у тебя румяное лицо.
  -От злости.
  -Признаюсь, мой план был не идеален.
  -Какой план?
  Я испуганно вздрогнула и обернулась. Анна стояла прямо у меня за спиной.
  -Анна, - Михаил поцеловал ее руку - как я рад, что ты тоже здесь.
  -Как я могла пропустить такой замечательный бал. - Она улыбнулась - Люблю танцевать.
  -Так, может быть, потанцуешь со мной?
  К нам подошел один из близнецов Карамазовых.
  -Рада видеть, что хоть один из красавцев-близнецов смог выбраться на волю.
  -К сожалению, мой брат, скорее всего, валяется пьяным в какой-нибудь канаве вместе с Сергеем.
  -А где же твоя жена, Александр?
  -Беседует со своими подругами.
  Анна подала Александру руку для поцелуя.
  -Тогда пойду, поздороваюсь с ней.
  Он закатил глаза.
  -Ты же знаешь, как она тебя не жалует.
  Анна коварно улыбнулась.
  -Вот поэтому я пойду и поздороваюсь.
  Анна скрылась между людьми, как будто ее здесь и не было. Александр простоял с нами не долго. Он тяжело вздохнул и тоже пошел туда, куда ушла Анна, сказав:
  -Пойду спасать жену от этой кровопийцы.
  И вот мы снова остались вдвоем. Я не выдержала и с улыбкой сказала:
  -Сумасшедшая компания.
  -Полностью с тобой согласен.
  Я посмотрела на Михаила. Он тепло улыбался, смотря вслед своим друзьям. Видя его улыбку, я не смогла себя сдержать и спросила:
  -Как вы познакомились?
  Михаил посмотрел на меня и рассмеялся.
  -Ну, мы вместе работаем.
  Моему удивлению не было предела.
  -Не может быть! Они - я изумленно махнула рукой туда, куда все ушли - шпионы!?
  -И причем лучшие из лучших. Признайся, ты бы никогда не заподозрила их, если бы я не сказал. Они очень хорошо умеют маскироваться. Правда, сейчас практикующий шпион только Анна и то, потому что ей это нравится.
  -Нравится? Нравится постоянно подвергать свою жизнь опасности?
  -Что-то типа того. Для нее это как игра, в которой она может быть кем угодно. Она всегда была самой безрассудной в нашей компании.
  -Значит, вы все познакомились на работе?
  -С Сергеем мы познакомились в Риге.
  -В Риге? Что ты там делал?
  Михаил безразлично пожал плечами.
  -Учился. Мы с Сергеем вместе учились в лицее в Риге. До нас обоих никому не было дела и поэтому мы оба бездарно проматывали свою молодость. По лицу Михаила пробежала тень воспоминаний, но он быстро отогнал ее и улыбнулся мне.
  -Как-нибудь в следующий раз расскажу тебе эту историю. А сейчас - он подал мне руку - не хочешь потанцевать?
  Я замялась.
  -Я никогда еще не танцевала перед столькими людьми...
  -Не волнуйся, - он схватил меня за руку и потащил в центр зала - я ужасный танцор, так что все будут смотреть на меня и мои движения невпопад.
  Я подавила смешок ладонью. Михаил сегодня такой веселый и беззаботный, как подросток. Я посмотрела на него. Сколько ему лет? Выглядит на двадцать пять, хотя сейчас, когда он улыбается и дурачится, ему не дашь и двадцати. Странно, что я никогда не интересовалась, сколько ему на самом деле лет. Нужно будет спросить, но не сейчас, не когда он так счастлив. Как бы сильно я его не ненавидела, я не монстр.
  Мы встали в стойку, готовясь начать танец с первым аккордом. Когда начала играть музыка мы молча начали танцевать вальс, не смотря на то, что Михаил явно не очень хорошо умел танцевать этот танец. Вскоре Михаил начал подавлять смешки, что несколько мешало мне сосредоточится на мелодии.
  -Что случилось? - прошептала я.
  -Вальс. - Михаил вздохнул - Недолго же он был в запрете. Знаешь, почему этот танец был в запрете?
  -И почему же?
  -Однажды наш император, - Михаил едва сдерживал смех - воплощение величия и грации, упал, танцуя этот танец.
  Я хихикнула.
  -Не может этого быть.
  -Уверяю тебя, эта информация взята из надежного источника. Только никому не говори, это государственная тайна.
  Я кивнула, не в силах сдержать улыбку. А потом мой взгляд упал на хозяина вечера и его спутницу, танцующих неподалеку от нас. Присмотревшись к женщине, я чуть не упала: это княгиня Шорина. Моя мама. Я никогда раньше ее не видела, но фамильное сходство можно разглядеть, если знать, куда смотреть. Папа всегда хвастался тем, что я точная его копия, но, все же, у меня мамины волосы и вздернутый нос.
  Я смогла удержать себя в руках и даже не сбилась с шага, но отвести взгляд от мамы не смогла. Она была эталоном грации и утонченности, мне никогда такой не стать, но даже ее годы не пощадили: морщины медленно, но верно начали покрывать это прекрасное лицо. Интересно, она вообще вспоминает обо мне, о моем существовании или ей все равно где я и с кем.
  -Куда ты все время смотришь?
  Михаил проследил за моим взглядом и все без слов понял. Когда танец закончился, он отвел меня в пустующий угол. Я продолжала взглядом искать маму.
  -Слушай меня внимательно...
  Я его не слушала, меня совершенно не интересовали его слова. Мама стояла у арки, ведущей в другую комнату, и смотрела прямо на меня. В руке она держала угол шторы, украшавшей арку. У мамы были серые и печальные глаза. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а потом она отвернулась и вошла в арку, задернув за собой штору.
  -Ты меня слышишь?
  Голос Михаила вернул меня в реальность.
  -Мне нужно идти.
  Я попыталась обойти его, но он преградил мне дорогу.
  -Не вздумай. Ты останешься здесь и будешь ждать меня. Ты поняла?
  - Там - я указала на вход в другой зал - женщина, которая меня родила. Я должна знать, помнит она меня или нет, любит ли меня. Я должна знать, достойна ли она того, чтобы я звала ее своей мамой.
  -Нет, я сказал, что ты будешь ждать меня здесь, а я пойду и отвлеку князя. Потом мы вместе встретимся с княгиней.
  Подумав, я ответила:
  -Ладно.
  Михаил недоверчиво смерил меня взглядом.
  -Точно?
  -Да. - Я кивнула - Я буду стоять здесь и ждать тебя. Ты прав, следовать твоему плану будет намного разумней.
  Все еще не веря мне, он кивнул и медленно, оглядываясь на меня, начал искать князя Шорина. Я дождалась, когда он скроется в толпе и тут же рванула к арке. Ждать его. Ха! Не дождется. Я должна сама встретится со своей матерью, и поговорить с ней без чьего-либо присутствия.
  Проскользнув через арку, я попала в темный зал, освещенный только лунным светом. Она стояла у большого окна и смотрела на небо, прислонив одну руку к стеклу. Из-за лунных лучей ее кожа как будто светилась белым сиянием. В этой полутьме ее легко можно было принять за призрака, ищущего покоя в стенах этого дома. Я подошла к ней на расстояние десяти шагов, боясь подойти ближе. Руки тряслись от страха, поэтому я спрятала их в складках платья. Я безумно боялась. Боялась, что она сейчас обернется, и я не увижу ничего в ее глазах. Боялась, что она пройдет мимо, сделав вид, что не видит меня. Что я тогда сделаю? Окликну ее или промолчу? Это будет ее выбор, и я должна с ним считаться. Если она не захочет со мной разговаривать, то я должна буду отступить. Так будет правильно.
  Она обернулась. Лунный свет теперь светил ей в спину, от чего я поежилась. Что если это призрак моей матери? Что если моя мама давно уже умерла, а эта женщина всего лишь оболочка? Едва стоя на ногах, я посмотрела в лицо одному из моих самых больших страхов. Она улыбнулась мне и, подойдя ближе, раскрыла руки для объятий. Я посмотрела ей в глаза. В этих серых печальных глазах стояли слезы. В глазах моей мамы.
  В одно мгновение меня переполнила великая радость и не менее великая печаль. У меня есть мама, но и все это время она у меня тоже была, а я не могла быть с ней.
  Я улыбнулась и, пока пелена слез полностью не закрыла обзор, кинулась маме в объятия. Мы обе сели на пол, не разрывая объятий. Ее руки были холодными, но я все равно чувствовала, как тепло переполняет мое сердце. Она гладила меня, убаюкивая, а я все никак не могла перестать плакать.
  Когда я, наконец, успокоилась и подняла лицо с ее плеча, то увидела Михаила, стоящего у входа в арку. Он не был зол за то, что я его не послушалась, но все равно сложил руки на груди, показывая, что недоволен. Мама обернулась, чтобы увидеть, куда я смотрю. Увидев Михаила, она почтенно кивнула.
  -Спасибо. - Прошептала она.
  Михаил улыбнулся и кивнул ей в ответ.
  -У вас десять минут. Я отвлеку Семена.
  Он вышел из зала, плотно задернув штору.
  -Тебе так повезло со спутником. - Мама погладила меня по щеке - Никогда не думала, что увижу тебя...Ты стала такой большой. Подумать только, моя девочка, ты стала такой красивой. Как твой отец...
  Она убрала руку с моей щеки и опустила голову. Мы поднялись с пола и сели на скамью у стены.
  -Михаил мне все рассказал. Мне так жаль, ты осиротела такой маленькой. Я...- она посмотрела на меня, в ее глазах стояли слезы - я не знала. Я думала, что живешь со своим отцом где-то далеко и даже не знаешь о моем существовании.
  Я взяла ее за руку и улыбнулась.
  -Я не осиротела. У меня был еще один отец. И теперь у меня есть ты.
  Она вытерла слезы.
  -Как умер твой отец?
  -Я не знаю. - Я пожала плечами - Он вдруг заболел и за одну ночь умер. Они - На глаза начали наворачиваться слезы - наговаривали на него, говорили, что он умер от горячки, но это не правда! Мой папа не был пьяницей! Да, он выпивал, но никогда не напивался. Ты мне веришь?
  Мама обняла меня и начала убаюкивать, как маленькую.
  -Конечно, верю. Твой отец был замечательным и добрым, я никогда не встречала человека с таким большим сердцем. Да, у него были проблемы с алкоголем, но это никогда ему не мешало жить полной жизнью. Он просто не мог вынести все то зло, что творится в мире и потому заглушал боль алкоголем.
  -Они просто не понимают...
  Я вцепилась в маму как в спасательный трос. Папины пристрастия всегда были моей больной темой. Люди осуждали его, даже не узнав, что творилось у него на душе.
  -Расскажи мне, как вы встретились?
  Мама улыбнулась, окунувшись в воспоминания своей юности.
  -Это был день первого снега. Двадцать седьмое ноября. Я гуляла по крепости, в которой служил твой отец. Мы с мужем приехали туда на несколько месяцев по делам мужа. Он подошел ко мне сам и спросил, почему такой прекрасный цветок цветет в конце осени и начал умолять меня позволить ему составить мне компанию, чтобы защитить меня от морозов. - Она рассмеялась. - Твой отец умел осыпать комплиментами и заговаривать зубы. Мне было скучно в крепости, я только что вышла замуж за мужчину, которого не любила и была молода. Конечно, я согласилась. Мы гуляли, - она улыбнулась - играли в снежки, дурачились. Но сказка не может длиться вечно... Мы с мужем вернулись домой и, вскоре, я узнала, что наша сказка оставила мне дар, как напоминание о том, чему никогда не быть.
  -Но откуда ты знала, что я не ребенок твоего мужа?
  Мама улыбнулась и приобняла меня.
  -Я просто знала.
  -Но почему ты не оставила меня?
  -Не я одна знала, что ты не ребенок Семена. Он тоже знал и сказал, что не хочет тебя видеть. Я написала твоему отцу, и он решил все проблемы: ты родилась в браке твоего отца с какой-то женщиной, которая якобы умерла в родах. Но Семен всегда был очень амбициозным и непримиримым. Я беспокоилась о вашей безопасности, и мы решили сказать Семену, что ты умерла, чтобы он не преследовал вас. На всякий случай, твой отец сменил место проживания и мне не сказал, куда уехал.
  -Вы неплохо замели все следы. - Я вздохнула - Никто бы никогда не догадался, даже я, если бы папа все мне не рассказал.
  -Он обещал, что ничего тебе не расскажет.
  -А он ничего и не рассказывал. Я просто была ребенком, который не понимал, почему у нее нет мамы, как у других детей. Папа поделился своей тайной с моим опекуном, моим вторым папой, а тот уже рассказал мне, кто моя мать, когда я подросла.
  -Милая, мне так жаль...
  Я лишь покачала головой, борясь со слезами. Я всегда жила в семье, но она никогда не была полной. У меня никогда не было мамы, которая бы читала мне сказки перед сном, водила бы на балы и обсуждала всякую ерунду. Но не смотря на всю ту боль, которую причинила эта встреча, я чувствую легкость на душе. Теперь я знаю, что не сирота, что у меня есть мама, пусть мы и не можем быть вместе.
  Чья-то рука легла мне на плечо. Я вздрогнула и испуганно подняла глаза. Михаил, стоящий рядом со мной, грустно улыбнулся мне. Я даже не заметила его приближение.
  -Нужно идти.
  Мама быстро придала лицу безразличный вид, разгладила невидимые складки на платье, и вышла из зала. Я хотела последовать за ней, но Михаил остановил меня, схватив за руку.
  -И куда ты собралась в таком виде.
  Он достал из кармана платок и начал вытирать мое лицо. Вряд ли это поможет, скорее сделает только хуже. Я не видела себя в зеркало, но у меня точно красные глаза и нос от пролитых слез.
  Я убрала руку Михаила со своего лица и прошептала:
  -Не надо.
  -Что же мне с тобой делать? - спросил он, ни к кому не обращаясь - Ты выглядишь очень помято.
  -Всем все равно.
  -Мне не все равно. - Он улыбнулся мне, но быстро спохватился - Люди начнут задавать лишние вопросы.
  В секундном порыве я обняла Михаила. Да, он ужасный человек, который разрушил мою жизнь, но если бы не он, я бы сейчас не чувствовала облегчения от того, что у меня есть мама. Если бы не он, я бы сейчас не была окрылена нахлынувшим счастьем. Он несколько секунд колебался, а потом неловко обнял меня в ответ. На долго его не хватило. Через несколько секунд Михаил откашлялся и сам отодвинул меня.
  -Пойдем.
  После полутьмы зала, в котором я была, бальный зал настолько обжег мне глаза, что пришлось прикрыть их.
  -И что теперь?
  Михаил отвел меня как можно дальше от людей и отпустил.
  -Ты будешь стоять здесь и ждать меня.
  Я закатила глаза.
  -Опять?
  -Да. И в этот раз ты послушаешься меня.
  Я решила поддразнить его.
  -Не уверена в этом.
  Он взял меня за плечи.
  -Послушай, это очень важно. У меня есть здесь дела. И чтобы все прошло как надо, мне нужно, чтобы ты хотя бы пять минут постоять на месте. Ты поняла меня?
  -Но мы же только что приехали. Что-то случилось?
  Михаил задумался. Видимо, взвешивал все за и против.
  -Здесь есть человек, с которым, для нашего общего блага, тебе лучше не встречаться.
  -Кто это? Я его знаю?
  Михаил поджал губы и покачал головой. Больше он ничего мне не скажет.
  -Просто стой здесь.
  Он отпустил мои плечи и спиной вперед начал медленно от меня отходить, выставив руки перед собой. Я закатила глаза и, сложив руки на груди, облокотилась на стену. В конце концов, Михаил не смог долго идти спиной вперед и, бросив в мою сторону последний взгляд, пошел как нормальный человек.
  Итак, кого же он имел ввиду? Я осталась стоять на месте, но глазами выискивала знакомые лица в толпе. Человек, которого Михаил не смог очаровать. Как интересно. Я должна встретиться с ним, уверена, мы найдем много общего.
  -Мария?
  Обернувшись на голос, я не поверила своим глазам. Ко мне приближался мой бывший жених, Андрей Агишев. Так вот, кто спутал все карты Михаилу. Вот это удача! Это мой шанс!
  А он совсем не изменился с нашей последней встречи. Все такой же худощавый рыжеволосый мальчишка с излишне завышенным чувством долга. Он, очевидно, не был рожден для битв: слишком слаб и честен. Зато дипломат из него когда-нибудь выйдет отменный, в этом я уверена. Никто, так как он до тошнотворности не соблюдает все правила этикета. Как мне помнится, он всегда приравнивал себя к рыцарям, видимо в детстве начитался про них книжек. Уж кто-кто, а он не сможет оставить даму в беде.
  Сделав реверанс, я сказала, пытаясь придать своему голосу как можно больше грусти:
  -Ах, князь Агишев, как я рада вас видеть, но боюсь нам нельзя встречаться.
  Я испуганно оглянулась. Андрей, правильно растолковал мои слова и взгляды.
  -Не волнуйтесь, его здесь нет. Я специально ждал, когда он отойдет от вас.
  Возможно, мой план сработает и уже сегодня я буду свободна, нужно только все правильно разыграть.
  В груде кольнула иголка стыда. Он очень хороший человек и мне не хочется использовать его в своих целях, но возможно второго шанса у меня не будет. Он должен спасти меня, как и полагается рыцарю, коим он себя считает.
  Андрей нахмурился и начал рассматривать мое лицо.
  -Вы плакали? Он вас обидел?
  Я едва заметно кивнула и отвернулась, изображая смущение.
  Я не должна так поступать, использовать человека, который доверяет мне, чтобы прикрыться им как щитом. Нужно быстрее переходить к делу, пока моя совесть не заставила меня передумать. Взяв свою совесть под контроль, я спросила:
  -Вы мне поможете?
  -Конечно, скажите как.
  Я снова повернулась к нему.
  -Заберите меня отсюда прямо сейчас.
  Какую-то долю секунды я видела в его глазах сомнение, но оно быстро сменилось уверенностью. Он кивнул и подал мне руку.
  Сработало. Теперь у меня есть щит, который примет на себя Михаила, пока я не выберусь отсюда.
  Я приняла его руку и позволила себя вести. Мы успели пройти большую часть зала, прежде чем перед нами выросла фигура Михаила.
  -И куда это вы собрались?
  Андрей закрыл меня своим телом и, расправив плечи, чтобы казаться выше, сказал:
  -Я забираю Марию Дмитриевну Самойлову под свою опеку, и мы сейчас же уезжаем.
  -Как странно. - Михаил изобразил задумчивость на лице и потер подбородок - Если мне не изменяет память, то секунду назад я был законным опекуном девушки, носившей данное имя, отчество и фамилию.
  Андрей весь покраснел, настолько его разозлило острое замечание Михаила.
  -Вы не оправдали возложенных на вас полномочий и злоупотребляли ими.
  -Звучит как обвинение. Вы бросаете мне вызов? - Андрей несколько замялся, и Михаил воспользовался этой паузой в свою пользу - Вижу, что вы отказываетесь от своих слов. Тогда мы пойдет.
  Он попытался схватить меня за руку, но Андрей преградил ему дорогу.
  -Да, я предъявляю вам обвинение и предлагаю разрешить наш спор прямо сейчас.
  Андрей сорвал с руки перчатку и бросил ее под ноги Михаилу.
  Я прижала ладонь ко рту. Что я наделала!?
  Михаил усмехнулся.
  -Я сделаю вид, что не видел этого.
  -Это не шутка! Я встаю на защиту Марии!
  Михаил посмотрел на перчатку, а потом снова на Андрея.
  -Видимо никто не учил тебя выбирать соперников, так что я считаю своим долгом просветить тебя: не стоит бросать вызов, зная, что шансов на победу нет. Я старше, сильнее и опытнее тебя, не говоря уже о том, что хитрее. Не стоит вот так пренебрегать своей жизнью, бросая мне вызов.
  -На моей стороне праведный гнев и справедливость. - Он выпятил грудь - Я не боюсь умереть, защищая беззащитных.
  Михаил грозно посмотрел на меня. В его взгляде явно читалось, что мне конец.
  -Да-уж, беззащитных. - Он вновь посмотрел на Андрея - Даю тебе последний шанс.
  Андрей даже не пошевелился. Михаил пожал плечами и, медленно наклонившись, поднял перчатку. Я выглянула из-за плеча Андрея и снова попала под грозный взгляд Михаила.
  -Посмотри, что ты натворила. Его кровь будет на твоих руках. - Михаил посмотрел на Андрея - Пошли, одолжим у именинника шпаги. Или ты предпочитаешь пистолеты? Эх, какой праздник испорчен.
  Прежде чем Андрей успел ответить, я испуганно крикнула:
  -Стойте! Сейчас?
  -Естественно. - Раздраженно ответил Михаил - Мы же должны знать, с кем ты сегодня покинешь этот дом.
  -Но... - прошептала я, но на меня уже не обращали внимания - Стойте...
  Что же я наделала... Михаил прав, если Андрей сегодня умрет, то его кровь будет на моих руках. Нужно что-то сделать, остановить это безумие.
  Что же делать? Андрей точно не станет меня слушать, он слишком юн и горд, а вот Михаил, возможно, найдет какую-нибудь лазейку, чтобы предотвратить кровопролитие, если на него правильно надавить. Но нужно найти его, прежде чем известие о дуэли разнесется по всему дому. Подобрав подол платья, я помчалась вслед за Михаилом. Как же быстро он ходит! Я начала оглядываться, в его поисках, и нашла, разговаривающим с князем Шориным. Бесцеремонно я вклинилась между ними и, вцепившись в руку Михаила, сказала:
  -Нам нужно поговорить.
  Михаил посмотрел на меня, сощурив глаза, но все же кивнул.
  -Не оставите нас на минутку, друг мой?
  -Конечно.
  Семен в последний раз оглядел нас и ушел. Я, все еще держалась обеими руками за руку Михаила, боясь, что если отпущу, то он уйдет, не выслушав меня.
  -Я так понимаю, ты пришла не для того, чтобы пожелать мне удачи, а чтобы просить за своего друга. Чтож, тогда начинай.
  -Это я виновата...
  -Я знаю. - перебил он меня - Что-нибудь еще?
  -Он молод и не ведает, в какой он опасности. Останови это безумие, мы вернемся домой, и забудем об этом.
  -Но другие не забудут. Я не могу проявить такую слабость на глазах у всех.
  У меня остался лишь один козырь, и мне пришлось им воспользоваться. Я крепко обняла Михаила и прошептала:
  -Пожалуйста.
  Он вздохнул.
  -Я не убью его. Это все, что я могу тебе пообещать.
  Я отступила. Хоть чего-то я смогла добиться.
  Я уже хотела уйти, как Михаил схватил меня за руку.
  -Ты не пожелаешь мне удачи? А, вдруг, он окажется сильнее меня и победит. Будешь ли ты просить за меня, если он победит?
  Подумав, я решила сказать правду.
  -Тебе не нужна удача, на твоей стороне опыт, но если ты хочешь, то я желаю тебе и ее, но просить за тебя не стану.
  Михаил поджал губы, но кивнул и отпустил мою руку. Мне нужен был свежий воздух, и потому я медленно направилась на выход из зала. На улице я просто бездумно бродила по тропинкам сада, нигде не останавливаясь. Когда я устала, то села на скамью, стоящую вдоль тропинки.
  Зачем я вообще устроила эту дурацкую игру? Чего я добиваюсь? Свободы? Переход из рук одного опекуна в руки другого не особо похож на освобождение. Свободу я смогу получить, лишь, если в моем распоряжении будут капиталы. Обычно женщины становятся свободными после смерти супруга, но я не захотела ждать так долго. Из-за моих амбиций совершенно невинный человек подверг себя смертельной опасности.
  Я легла на скамью и уставилась на звезды надо мной. Когда я стала ставить свое удобство превыше жизни другого человека? Когда я стала такой расчетливой? Неужели, я заблуждаюсь и не я влияю на Михаила, а он на меня. Неужели, я становлюсь похожей на него. Когда-то я считала звезд своими друзьями, а теперь для меня это просто светящиеся точки в небе. Когда-то ночь была миом самым главным другом и союзником, а сейчас я до дрожи боюсь тьмы, которую она с собой приносит. Кажется, люди называют это взрослением, хотя мне кажется, что это больше напоминает умирание.
  -Вот куда ты пропала!
  Я безразлично повернула голову сторону Анны. Какая же она все-таки громкая, распугала всю тьму.
  -Только посмотрите на нее! Мужчины из-за нее головы склоняют, а она даже не идет та это посмотреть.
  Я пожала плечами.
  -Не хочу.
  -Нет уж, сударыня, ты это устроила, значит, тебе и быть там до конца.
  Анна схватила меня за руку и рывком подняла со скамьи.
  -Тем более Михаил обыскался тебя.
  Она попыталась заставить меня идти, но я уперлась как баран.
  -Не хочу.
  Анна вздохнула.
  -И что же ты тогда хочешь, голубушка?
  Я развела руками.
  -Хочу быть свободной.
  -Но ты ведь свободна. Тебе не нужно каждый день нацеплять на себя маску, которую на тебе хотят видеть, тебя любят такой, какая ты есть. Никто не пытается изменить тебя. Это и есть свобода, голубушка.
  -Я не могу выбирать...
  Она перебила меня, даже не дослушав.
  -А кто может? Поверь моему горькому опыту, наши желания никого не волнуют. В миро множество людей, которые живут намного хуже, чем ты. Научись ценить то, что имеешь, пока у тебя даже это не отняли.
  Я удивленно уставилась на Анну. В ее словах было столько горечи. Неужели она мечтает о другой жизни. Неужели самая свободная на вид женщина на самом деле связана по рукам и ногам.
  -Он причинил мне очень много боли. - я попыталась оправдаться.
  -А кто не причиняет? Мы часто причиняем боль другим, даже если не хотим этого. Особенно, когда не хотим. - она качает головой - Какая же ты все-таки молодая.
  Я не верю ее словам. Она пытается расположить меня к Михаилу, но я просто так не поддамся. Она пытается убедить меня, что хлеб это мясо, но я не настолько глупа, чтобы не видеть всей правды. Одной организованной встречи с матерью мало, чтобы закрыть глаза на все его прошлые прегрешения.
  Я качаю головой, но все равно позволяю Анне увести меня. Она привела меня на задний двор, где уже собралась небольшая толпа, образуя полукруг вокруг Михаила и Андрея. Анна привела меня за руку к Михаилу.
  -Вот видишь, я нашла ее. Может хоть Мария сможет уговорить тебя простить этого милого мальчугана.
  Михаил покачал головой.
  -Она уже пыталась.
  Анна, сощурив глаза, посмотрела на Михаила и отошла от нас. Михаил осматривал шпагу, которую ему любезно предоставил князь Шорин, а я молча стояла, не желая что-либо говорить. Первым не выдержал Михаил:
  -Так и будешь молчать? - спросил он, не поднимая взгляд со шпаги.
  Я сложила руки на груди и вздернула подбородок, отвечая на его вопрос.
  -Это ты виновата, а не я. Я лишь пытаюсь сделать так, чтобы ситуация не вышла из-под контроля.
  -Ты поступаешь жестоко и эгоистично.
  -Нет, это ты так поступаешь! - он ткнул в меня шпагой - Что ты хочешь от меня!?
  -Я хочу быть свободной!
  -А что потом? - он приподнял брови, ожидая ответа - Допустим, ты станешь свободной, а что потом? Куда ты пойдешь без гроша в кармане? Ты об этом подумала? Как долго ты проживешь без денег и защиты, но зато свободной?
  Я не отвела взгляд и не поджала губы, но он был прав. Как бы тяжело мне не было это признавать, но он был прав. Без денег я недолго протяну. Этот раунд он выиграл. Но это лишь отсрочка, я найду деньги и уеду туда, где смогу начать новую жизнь.
  -Если мне не изменяет память, когда ты умрешь, все твое имущество перейдет мне.
  Поставив точку в нашем разговоре, я ушла, не дожидаясь реакции Михаила на мои слова. Найдя Анну, я встала рядом с ней, так как она была единственным знакомым мне здесь человеком.
  Только кода дуэль начался, я дала волю своим эмоциям. Все мы знали, кто будет победителем, но я волновалась за проигравшего. Михаил пообещал мне, что Андрей не умрет, но это совершенно не значит, что с ним все будет хорошо. Михаил танцевал вокруг Андрея, легко уходил от его выпадов, но не предпринимал попытки самому нанести удар. В конце концов, это раздражает Андрея, и он решает вывести Михаила из равновесия.
  -Прекрати уклоняться и сразись со мной как мужчина, трус.
  Это была фатальная ошибка с его стороны. В глазах Михаила вспыхивают искры ненависти, и он начинает атаковать. Андрей пытается сдержать град выпадов Михаила. Но надолго его не хватает, Андрей оступается, и Михаил пронзает его плечо шпагой. Андрей вскрикивает и падает на землю, из его плеча хлещет кровь, заливая землю под ним. Кто-то кричит, и я не сразу понимаю, что это я. Это я виновата во всем, на моих руках кровь Андрея. Я вырываюсь из толпы, подбегаю к Михаилу и начинаю неистово колотить его в грудь.
  -Ты обещал! Ты обещал, что с ним ничего не случится!
  Я снова смотрю на Андрея. Лужа крови под ним все больше разрастается, а сам он лежит без сознания.
  Михаил разворачивает меня к себе.
  -Я обещал, что он не умрет и - он смотрит поверх меня - если ему сейчас остановят кровотечение, то он не умрет.
  Я слышу топот ног и хочу обернуться, чтобы посмотреть, что будут делать с Андреем, но Михаил не дает мне обернуться.
  -Мы немедленно уезжаем. Надеюсь, сегодняшний день послужит тебе уроком.
  Всю дорогу мы ехали молча и только в доме, сидя в кресле напротив Михаила, я спросила:
  -А если он умрет?
  Михаил сидит в кресле напротив меня и пьет вино прямо из бутылки. Когда мы приехали, первое, что он сделал, это хорошенько прижался к горлышку бутылки. Я же просто сидела и пыталась осмыслить то, что только что произошло. Для меня все это было страшным сном, но Михаил, сидящий рядом, напоминал, что все, что произошло - не сон.
  Михаил сразу же понял, о чем я говорю. Мне страшно. Я боюсь, что Андрей умрет, ведь тогда я стану его убийцей. Это очень эгоистичные мысли, но ни о чем другом я сейчас думать н могу.
  -Он не умрет. - уверенно заверяет он меня - Я лишь слегка задел его. Ничего страшного. Слегка подлатают, и будет как новенький.
  -А если нет? Если он потерял слишком много крови?
  Михаил протянул мне бутылку и я, не задумываясь, приняла ее. Сделав пару глотков, я вернула бутылку Михаилу.
  -Послушай меня, с ним все будет хорошо. Эта потасовка ему даже на пользу: будет лучше выбирать себе соперников.
  -Но...
  -Никаких 'но'. - Михаил встает со своего кресла - Уже поздно. Я пойду спать и тебе бы тоже стоило идти в свою комнату.
  Я киваю, но даже не думаю подниматься. Я сижу в кресле, как парализованная, не в силах даже пальцем пошевелить. К моему удивлению, я не виню Михаила в том, что он ранил Андрея, я виню в этом себя. Если бы не я, то ничего бы не случилось, Андрей бы не бросил бы вызов Михаилу и не был бы ранен. Это я запустила цепную реакцию, которая привела к подобному развитию событий.
  В размышленьях, я провела все оставшееся до утра время, даже не шевелясь. О том, что настало утро мне сообщила Марфа, нашедшая меня в гостиной. Я кивнула, принимая ее информацию, но все равно не встала с кресла. Марфа озабоченно на меня посмотрела и ушла. Естественно, через какое-то время она вернулась с подмогой, а точнее, Михаилом. Он присел передо мной на корточки и заглянул в глаза.
  -Ты меня слышишь?
  Я кивнула.
  -Ты в прядке?
  Я замотала головой.
  -Уходите. - я не узнала свой голос: он был такой измученный и тихий - Оставьте меня.
  Михаил покачал головой.
  -Тебе нужно в кровать.
  Он попытался взять меня на руки, но я впилась ногтями ему в руку, оставляя кровавые полосы.
  -Я сама пойду.
  Я вылезла из кресла и медленно поплелась в свою комнату.
  Войдя в комнату, я не переодеваясь завалилась в кровать поверх одеяла. Вслед за мной вошел Михаил и сел на краешек кровати.
  -Давай заключим сделку: я напишу в дом Агишевых и узнаю, как поживает их ненаглядный наследник, а ты взамен сегодня полежишь в постели и попытаешься уснуть?
  Я киваю.
  Мне нужно знать наверняка, что жизни Андрея ничто не угрожает. Слов Михаила мне определенно мало.
  Михаил уходит, и Марфа укладывает меня в кровать и подтыкает одеяло, как маленькой. Я быстро засыпаю. Все-таки сутки без сна это достаточно большой срок.
  Проснувшись под вечер, я чувствую себя намного лучше. Сейчас заверения Михаила в том, что жизни Андрея ничего не угрожает, кажутся мне более убедительными, но абсолютно спокойно я буду себя чувствовать, как только придет письмо от отца Андрея. Переодевшись, я вышла из комнаты, намереваясь поужинать, но заглянув в окно на первом этаже, увидела Михаила, гуляющего с Эльзой на улице. Увидев, как смешно Эльза прыгает вокруг Михаила, я поняла, что хочу на улицу сильнее, чем поесть.
  Выйдя на крыльцо, я вздохнула полной грудью. Заходящее солнце последними лучами освещало мое лицо. Я улыбнулась. Все будет хорошо. Андрей не умрет и все будет забыто. Михаил увидел меня и помахал рукой, а Эльза побежала мне на встречу. Подбежав, она набросилась на меня с такой силой, что я едва устояла на ногах, и принялась облизывать мои руки. Я трепала Эльзу по голове и смеялась. Вся боль и страх пропадали, когда я была рядом с такой чистой душой собаки, которая верила, что мы ее лучшие друзья.
  -Эльза ко мне! - Михаил затряс перед собой палкой и кинул ее - Апорт!
  Естественно, Эльза тут же меня оставила и весело побежала искать палку. Как же мало собакам нужно для счастья.
  Я подошла к Михаилу и взяла его под руку, которую он любезно мне предоставил. Сейчас мне хотелось забыть обо всем плохом на свете, хотелось просто попрощаться с сегодняшним днем, гуляя под руку с Михаилом и играя с Эльзой. На сегодняшний вечер я забыла обо всем и стала чистым листом. Но только на сегодня.
  -Письмо еще не пришло, думаю, завтра или послезавтра...
  Я закрыла ему рот.
  -Не желаю ничего слышать сегодня. Пожалуйста, помолчи до конца нашей прогулки.
  Михаил кивнул, и я убрала руку с его рта. К нам подбежала довольная собой Эльза, держащая в зубах палку. Я расхохоталась и, взяв у нее палку, начал бегать вместе с ней. Эльза с радостью принялась прыгать вокруг меня, пытаясь поймать палку.
  -Осторожно! - крикнул Михаил, но было уже поздно: я запнулась об Эльзу, прыгающую вокруг меня, и упала на траву вперед лицом.
  Михаил быстро оказался рядом и перевернул меня на спину. Я не удержалась и поставила ему подножку. Вот мы уже оба валяемся на земле, и я не могу сдержать смех. Эльза забрала у меня палку и начала играть с ней. Я посмотрела на закатное небо. Оно было, как будто охвачено затухающим пламенем и с другой стороны уже проступали звезды. Еще несколько минут, пламя полностью затухнет, и ночь вступит в свои права.
  -Как красиво. - выдохнула я.
  Михаил лежал совсем рядом и тоже смотрел на небо.
  -Да...
  Я поворачиваю голову в его сторону. Сейчас он совершенно не кажется мне монстром, даже наоборот, когда он так улыбается, я проникаюсь к нему и мне легко представить, что он мой ровесник. Человек, который потерял родных людей и был, по большей степени, всем безразличен. Такой же, как я.
  Наши пальцы почти соприкасаются. Я беру его за руку и смотрю на небо, хотя чувствую, как напрягся Михаил. Мы молча смотрим на небо, удивленные и смущенные моим поступком. Последний лучик света скрывается за горизонтом и на землю опускается ночь. Небо стало черным, как чернила, через которые, как светлячки, проступают звезды, разгоняя мрак. Все еще не зная, как разрулить неловкую ситуацию, которую я сама создала, я спрашиваю:
  -Ты изучал астрономию?
  Михаил кивает.
  -Я пробовал себя почти во всем.
  -А вот мне астрономия никогда не давалась, никак не могла найти среди стольких звезд созвездия.
  -Ну, вот та - он поднимает руку и указывает на самую яркую звезду - полярная звезда.
  Я хихикаю.
  -Я не настолько плохо знаю астрономию, чтобы не знать, как выглядит полярная звезда.
  Михаил пожал плечами.
  -Если ты знаешь, как выглядит полярная звезда, значит, ты найдешь все, что тебе нужно. Полярная звезда входит в созвездие малой медведицы, а проведя вот так - он проводит пальцем от одной звезды к другой - находишь начало большой медведицы. А вот там - он проводит в небе линию, соединяя звезды - созвездие дракона. В него входят несколько звезд из созвездия большой медведицы. И так далее. Все созвездия связаны между собой, а чтобы не путаться, ищи вначале полярную звезду.
  Я не могу сдержать улыбку.
  -Буду знать.
  Вдруг, меня как молнией поражает. Я отдергиваю руку и резко сажусь. Мгновение счастья прошло, день закончился, будто ничего и не было.
  -Что-то случилось?
  Михаил тоже садится и недоуменно на меня смотрит, видимо, пытаясь понять, что он сделал не так.
  Я киваю. Что-то действительно случилось: день, в котором я позволила себе стать чистым листом, прошел и я снова я. А значит он тоже снова стал самим собой. Но почему я не вижу, чтобы Михаил хоть как-то изменился. Неужели, это он настоящий и все это время был настоящим. Нет, это не так. Он просто притворяется человеком, к которому я чувствую симпатию. Завтра я проснусь, и все снова будет как раньше.
  Я молча встаю и иду домой. Михаил не пытается остановить меня, за что я ему безмерно благодарна. Войдя в свою комнату, я переоделась и легла в свою кровать, накрывшись с головой одеялом. Я хочу забыть этот вечер. Хочу забыть, что была счастлива с милым парнем, который лежал вместе со мной на траве и рассказывал о звездах.
  Встала с кровати я уже к обеду, так как всю ночь проворочалась без сна и только под утро заснула. Марфа сидела в кресле у моей кровати и вязала.
  -Наконец-то ты проснулась, я уже начала волноваться. Михаил сказал дать тебе поспать столько, сколько ты хочешь, но я не думала, что столько проспишь.
  Я потерла глаза и зевнула.
  -Всю ночь не могла глаз сомкнуть.
  -Пару часов назад примчался ганец с каким-то письмом.
  Я сразу же позабыла о сне и села на кровати.
  -Ты знаешь, о чем письмо?
  Марфа покачала головой.
  Я слезла с кровати и начала лихорадочно приводить себя в порядок.
  -Мне нужно срочно поговорить с Михаилом! Где эта чертова туфля!?
  Я начала ползать по полу, ища вторую туфлю. Она оказалась под кроватью. Быстро надев ее, я накинула халат и выбежала из комнаты. Испуганная моим поведением Марфа так и осталась сидеть в кресле, прижимая свое рукоделие к груди.
  Михаила я нашла в его комнате, стоящим у окна и комкающим бумажку. Я сразу же догадалась, что это письмо. Завидев меня, Михаил спрятал бумажку за спину.
  -Это письмо от Агишевых? Как Андрей? Ему лучше?
  Михаил не смотрел мне в глаза и медлил. Вот тогда я и заподозрила неладное.
  -Все хорошо? - испуганно спросила я.
  Я подошла поближе, но Михаил отстранился от меня, как от чумы.
  -Прошу, скажи хоть что-нибудь. - жалобно начала умолять я.
  Михаил покачал головой.
  -Он умер.
  В меня как будто воткнули нож. Я схватилась одной рукой за угол стола, а другой за живот и согнулась.
  -Это невозможно. Он должен был жить... - бормотала я себе под нос.
  -В тот же вечер у него появился сильный жар и за одну ночь он сгорел.
  -Я убила его. - шепчу я - Убила.
  Я потрясенно смотрю на свои руки и вижу на них кровь. Я пытаюсь стереть ее, но кровь лишь больше расползается вверх по рукам. Я кричу и ногтями царапаю себе кожу, пытаясь содрать ее вместе с кровью на ней.
  Михаил хватает меня за руки и заставляет посмотреть на себя.
  -Ты не виновата, не ты его убила, его убил жар.
  Я качаю головой, из глаз льются слезы.
  -Я убила его. Его кровь на моих руках.
  -Нет, нет, нет. - Михаил обнимает меня и убаюкивает как маленькую - Это я его убил, я во всем виноват, вини меня.
  Я качаю головой. В этот раз во всем виновата я. Я убила человека. Я монстр.
  -Теперь мы одинаковые.
  Я обнимаю Михаила в ответ и утыкаюсь лицом ему в плечо. Он убаюкивает меня, пытаясь успокоить, но я спокойна. Я была готова к этому. Я знала, что так все закончится.
  Знала, но все равно надеялась на чудо, но чудо не случилось, в этот раз никто не смог спасти меня от самой себя. Михаил отвел меня в мою комнату и вместе с Марфой попытался уложить в кровать.
  -Мне надоело постоянно лежать, - я вырвалась - я хочу выйти на улицу.
  Они переглянулись, Михаил кивнул и, взяв меня под куру, вывел на крыльцо.
  -Ты хорошо себя чувствуешь? Может быть, хочешь сесть?
   Я кивнула, и Михаил распорядился принести мне кресло. Я села в кресло и начала размышлять. Я размышляла о многом: о своем детстве, о людях, которых я знала и об Андрее. Мы не так ужи и плохо друг друга знали, но друзьями не были. Он был хорошим человеком, слишком хорошим, человеком чести и именно это его погубило. Жизнь научила меня изгибаться, а он не желал этого делать и, в конце концов, жизнь его сломала. Нет, я просто оправдываю себя, это я его убила. Может быть, он прожил бы долгую и счастливую жизнь, если бы не встретил меня. А может, и нет.
  Когда я была маленькой, то все вокруг было чудом и тайной, которую стоит разгадать, а сейчас я сдалась. Неужели, это моя судьба: жить тихо и мирно, ни во что не совать свой нос и быть счастливой от того, что все в моей жизни спокойно. Большинство людей так и живут, но я всегда думала, что предназначена для чего-то другого. Ни большего и ни меньшего, просто другого. А может, и нет.
  У меня было два отца, но мне всегда было их мало. Они всю моб жизнь оберегали меня, как какую-то очень хрупкую куклу и, в конце концов, я сама поверила в то, что могу разбиться. Может, если бы у меня была мама, то она бы научилась использовать мою хрупкость в своих целях, но мужчинам никогда не понять такие тонкости женской политики, поэтому я, дожив до стольких лет, их не знала. Я никогда раньше никем не манипулировала и не просчитывала свои ходы наперед. Из-за моей неопытности погиб человек.
  Михаил сел передо мной на корточки.
  -Я, конечно, все понимаю, у тебя траур, но ты сидишь здесь уже целый день, даже не шевелясь. Я волнуюсь.
  Он накрыл мою руку своей.
  -Не знаю, что теперь делать.
  Михаил задумчиво погладил мою руку.
  -Тебе нужно развеется, забыть об этом досадном недоразумении.
  -Недоразумении!? - я вырвала свою руку - Для тебя смерть человека недоразумение!?
  Он пожимает плечами.
  -Этот юнец не должен был умереть, но умер. Ты не должна была винить в его смерти себя, но винишь. Да, я думаю, что случившееся - недоразумение, о котором мы должны забыть.
  Я никогда вслух это не признаю, но я согласна с Михаилом и очень хочу забыться.
  Михаил щелкает пальцами.
  -Охота. Мы поедем на охоту.
  Я изучающе смотрю на него.
  -Ты же говорил, что ненавидишь охоту.
  -Я говорил, что не поклонник такого времяпрепровождения, но бродить по лесам с друзьями мне очень даже нравится, а убивать кого-то во время этой прогулки на самом деле не так уж и обязательно. - он хватает мои руки - Тебе понравится. Обещаю, никто не заставит тебя охотиться на самом деле, можешь просто гулять.
  Идея провести несколько дней в лесу кажется мне весьма заманчивой, но я не подаю вида, что так легко сдаюсь.
  -Ты хочешь вытащить меня из воспоминаний о насилии, окуная меня в несколько дней насилия. Тебе не кажется. Что немного не эффективная стратегия?
  Михаил прыскает.
  -Никакого насилия. Только ты, я, лес, собаки, кони и несколько моих друзей.
  -Каких друзей?
  -Кого захочешь, того и возьмем.
  Я закусываю губу. Я хочу верить Михаилу, но все равно понимаю, что поступаю неправильно, едя развлекаться, когда еще вчера умер человек. Я должна поверить, что не причастна к смерти Андрея, но никак не могу себя убедить. Может быть, эта поездка выветрит все мысли из моей головы и заставит поверить, что эта смерть действительно досадное недоразумение. Он умер не по моей вине. Не по моей вине.
  -Хорошо.
  ***
  Михаил сначала хотел поехать в охотничьи угодья под Москвой, так как это одно из лучших мест, и он очень хотел их мне показать, но я была категорически против долгих передвижений. Смерившись с моим решением, мы решили отправиться в охотничьи угодья рядом со столицей. На счет того, что я смогу взять с собой кого угодно Михаил несколько слукавил. Да, я выбирала спутников, но из тех, кого он мне предлагал. Паршивец. Я, скрипя зубами, согласилась с тем, что Анна, Сергей и братья Карамазовы - залог хорошо проведенного времени. Естественно, я бы выбрала кого-нибудь менее непостоянного, чем Анна, менее безрассудного, чем Сергей и Олег, и менее высокомерного, чем Александр. Но нельзя не признать, что в их компании мне еще ни разу не приходилось скучать.
  Все приглашенные нами гости прибыли за день до отъезда и принялись разграблять домашние запасы вина. Я решила не принимать участие подобном мероприятии, а вот Михаил с энтузиазмом присоединился к гостям.
  На следующий день, Марфа разбудила меня до рассвета и одела в костюм для верховой езды. Как же сильно я ненавижу женские костюмы для верховой езды! Они такие неудобные! Меня одели в амазонку из прочного твида, чтобы мне было удобней скакать по лесу и не опасаться шипов и колючих веток. Приталенный корсаж мешал дышать полной грудью, но больше всего меня злила длинная юбка, в которой легко было запутаться, так как с правой стороны находился длинный шлейф, чтобы при езде в седле ноги были прикрыты. Естественно, сейчас шлейф был закреплен над коленом, но он все равно неимоверно раздражал.
  Когда я вышла к завтраку, Михаил с гостями уже сидели за столом. Почему мужчинам всегда достается все самое лучшее? Им не нужно носить длинные неудобные юбки и корсет. Я думала, что Анна тоже наденет амазонку, но она сидела за столом в мужском костюме. Так не честно! Почему Анне можно не соблюдать правила приличия, а мне нельзя!? Видимо, моя ярость была написана на лице, потому что Михаил ни слова мне не сказал за все время трапезы. А жаль, мне так хотелось на ком-нибудь отыграться за мою неудобную одежду, и Михаил для этих целей подходил лучше всех.
  Когда мы вышли на крыльцо, моя ярость тут же улетучилась, ведь там меня ждал подарок.
  Михаил подошел к рыжей лошади с черной гривой и темной полосой вдоль спины. Он взял поводья в руки и погладил лошадь между глаз.
  -Эта лошадь породы 'Вятская'. Они отличаются выносливостью, неприхотливостью и добрым нравом. Эта лошадь будет любить тебя, и служить достойно. Подойди.
  Я неуверенно подошла к лошади. Всегда любила и одновременно боялась лошадей. Чтобы совладать с ними, нужно проявить стойкость, настойчивость и силу духа, поэтому ни одна лошадь, идущая подо мной, никогда не слушалась меня.
  -Я специально выбрал для тебя эту породу. Может быть, она не такая уж красивая и элегантная, зато я буду уверен, что, сидя на ней, ты будешь в безопасности.
  Михаил взял мою руку и положил ее на нос лошади. Теплое дыхание согрело мою руку и заставило восторженно улыбнуться.
  -Как ее зовут?
  Михаил вложил мне в руки поводья и отошел на несколько шагов. Моя уверенность тут же улетучилась, будто ее и не было.
  -Это твоя лошадь и ты сама можешь выбрать ей имя.
  Я снова погладила лошадь и заглянула в ее черные глаза. Любовь. Ее переполняло это чувство. Эта лошадь еще даже не знала меня, а уже любила, я видела это в ее глазах. Ум и доброта. Вот главные составляющие ее души. Да, это имя как нельзя лучше подходит этой лошади. Моей лошади.
  -Ее зовут Любовь.
  Пока я гладила Любовь по носу, Михаил вывел из конюшни своего черного жеребца.
  -А как зовут твоего коня?
  Михаил легко запрыгнул на коня и, похлопав его по боку, сказал:
  -Снежок.
  Я подавила смешок рукой.
  Из дома выбежала Эльза и, весело лая, начала прыгать вокруг лошадей. Видимо, она очень была рада перспективе поохотиться.
  -Ему очень идет. Но почему именно это имя?
  Михаил подъехал ко мне. Любовь со Снежком начали обнюхивать морды друг друга, видимо, знакомясь.
  -Он очень гордый конь, от него все время исходит ледяная волна презрения к другим, вот я и решил дать ему такое ироничное имя.
  Я залезла на свою лошадь, и мы тронулись. Мы с Михаилом возглавляли процессию, поэтому все веселье происходило у меня за спиной. Михаил частенько оборачивался и весело смотрел на друзей, но бросить меня и присоединится к друзьям, ему не позволяла совесть. Михаил подобрал для меня идеальную лошадь: любовь шла спокойно и даже без моих команд знала, куда идти. Снежок же постоянно пытался вырваться вперед, и Михаилу приходилось заставлять его подстраиваться под темп ходьбы Любви. Моя лошадь была спокойна, как удав, и игнорировала попытки Снежка показать ей, кто здесь главный. Люблю мою лошадь.
  Когда мы прибыли в охотничьи угодья, я вздохнула полной грудью. Лес - моя стихия. Когда я в лесу, все мои боли и печали улетучиваются, будто их не было. Только здесь я чувствую себя по-настоящему свободной.
  Я посмотрела на Михаила в немом вопросе, куда ехать. Он улыбнулся и, жестом руки, пропустил меня вперед. Мне решать, куда мы поедем.
  Друзья Михаила действительно охотились, но выходило это у них из рук вон плохо, хотя Анна и смогла подстрелить несколько лесных птиц. В общем, пойманного за целый день нам едва хватило на ужин.
  Я сидела на поваленном дереве и ковыряла ложкой свой суп, Эльза примостилась у моих ног. Михаил подсел ко мне.
  -Не понравился суп? Только не говори об этом Сергею, иначе он объявит твоему роду кровную вражду.
  Я улыбнулась.
  -Нет, суп очень вкусный. Не знала, что Сергей такой знатный кулинар.
  -Приятель, ты слышал это? - крикнул Михаил - Можешь выдохнуть, Мария не из-за еды грустит.
  Сергей прижал руку к сердцу и наигранно выдохнул.
  Я рассмеялась. Я не знаю, как столь взрослые люди умудрились не потерять чувство юмора в этом жестоком мире.
  -Если дело не в еде, то, что же тогда не так?
  Я положила ложку в миску.
  -Мне здесь очень нравится, лес - я положила руку на сердце - это моя стихия.
  -Но?
  -Я должна скорбеть.
  Михаил закатил глаза.
  -Я так и знал. Не ты убила его и не я, хотя, - он потер шею - из нас двоих, скорее я, но, как видишь, совесть меня не мучает. Знаешь почему? Потому что мы его совсем не знали, для меня он как был, так и остался чужим человеком, а скорбеть о незнакомце - высшая степень маразма.
  -Но я его знала.
  -Несколько раз не считаются. Вы совершенно друг друга не знали. Вот скажи мне, ты знаешь, что он любил, что ненавидел?
  Я покачала головой.
  -И я готов поспорить на что угодно, что он тоже не знал тебя.
  -Но он же живой человек. - попыталась возразить я.
  Михаил пожал плечами.
  -Люди постоянно умирают, но ты же не плачешь о каждом. Ты слишком чувствительная, научись быть тверже.
  -Как ты?
  Михаил покачал головой.
  -Никогда не бери пример с меня. - Его плечи поникли, а голова опустилась - Я настолько прогнил, что даже когда хочу сделать что-то хорошее, все оборачивается болью и слезами.
  Я взяла его за руку.
  -Пока ты пытаешь, не все потеряно.
  Он улыбнулся и переплел наши пальцы.
  Михаил прав: нужно двигаться дальше. Мы с Андреем действительно были почти чужие люди, и мне очень жаль, что он умер таким молодым, но моя жизнь на этом не заканчивается.
  Я положила голову на плече Михаила.
  -Только не при нас, пожалуйста. Меня сейчас вырвет.
  Я отшатнулась от Михаила, как от чумного. Эльза недовольно на меня посмотрела, потянулась, и отошла к огню, чтобы там снова завалится спать.
  Александр сложил руки на груди и с укором на нас смотрел. Анна пихнула его локтем в бок.
  -Замолчи. Такой трогательный момент испортил.
  -Согласен, ты - козел. - Сергей махнул на нас рукой - Они только начали проникаться друг к другу, а ты взял и всю малину обломал.
  Олег порылся в своей сумке и достал бутылку вина.
  -Давайте же помянем испорченный моим братцем момент.
  -Ого! - Сергей тут же переключился с нас на сумку Олега - Сколько там их у тебя еще?
  Олег гордо выпятил грудь.
  -Вся сумка. Я больше ничего и не брал.
  -Так что же ты молчал!? - Сергей начал рыться в сумке Олега - Мы тут уже целый день торчим, а ты только сейчас соизволил сказать, какой клад спрятан в твоей сумке.
  Олег пожал плечами.
  -Ждал подходящий момент. - повисла небольшая пауза - И еще мне бы хотелось хоть раз в жизни на самом деле поохотится, а нетрезвым, я бы точно ничто не смог бы поймать.
  -Ты и так ничего не поймал. - поддела его Анна.
  Олег пожал плечами.
  -Мне не понравилась эта идея уже через несколько минут после начала охоты.
  Все рассмеялись и я в том числе.
  На нас с Михаилом снова перестали обращать внимание.
  -Не обращай внимание на их беспардонное поведение. - Михаил улыбнулся и посмотрел на друзей - Они очень хорошие люди и никогда не пожелают никому зла, просто у каждого столько опыта за плечами, что начинаешь забывать о манерах.
  -О, я ни капельки не злюсь. - я заправила за ухо выбившийся локон - Они очень веселые и жизнерадостные. Мне хорошо в их компании. - я опомнилась - И в твоей тоже.
  Михаил отмахнулся от меня, как от назойливой мухи.
  -Не обязательно льстить мне.
  Лес явно влияет на меня, пробуждает мою человечность. Еще несколько дней назад, мне было бы все равно, если бы я задела чувства Михаила, а сейчас я чувствовала почти физическую боль от содеянного.
  -Не хочешь ли прогуляться со мной?
  Михаил посмотрел на меня настороженно, и я уже успела заволноваться, когда он наконец-то кивнул и подал мне руку. Наши спутники были слишком заняты своими разборками, чтобы заметить наше исчезновение, а вот Эльза подняла голову и навострила уши, но за нами не пошла. Мы решили пройтись пешком. За целый день езды на лошади, я была рада размять ноги. Когда мы достаточно отошли от лагеря, Михаил не выдержал и подал голос:
  -Я все никак не могу понять: наша прогулка это какая-то уловка или в ней нет никакого смысла.
  Повиснув на Михаиле, я сняла сапоги и отдала их ему. Как только мои босые ноги коснулись земли, я облегченно вздохнула.
  -Я так давно не ходила босиком, что уже забыла, как это прекрасно.
  Зарывшись пальцами ног в мох, я хихикнула. Михаил закатил глаза и обхватил поудобней мои сапоги одной рукой, а другой взял меня под руку.
  -Ведешь себя как ребенок.
  Я фыркнула.
  -Кто бы говорил. - я толкнула его локтем в бок - Не будь таким занудой.
  Михаил поморщился. И раздраженно на меня посмотрел.
  -Ты толкнула меня? Лесной воздух явно пагубно влияет на твой мозг.
  Я толкнула его снова.
  -А вот ты явно не дитя природы.
  -Предпочитаю, когда земля под моими ногами твердая и не портит обувь. Посмотри на свои ноги, они уже все в грязи.
  Я вытянула вперед сначала одну ногу, потом другую, чтобы рассмотреть их и прожала плечами.
  -Это не страшно. От грязи на ногах еще никто не умирал.
  Михаил вдруг остановился и стал оглядываться. Я тоже оглянулась по сторонам, но ничего странного не заметила.
  -Что-то случилось? - шепотом спросила я.
  Михаил прижал палец к губам и начал медленно отступать, ведя меня за собой.
  Я испуганно вжала голову в плечи. Никогда еще я не видела Михаила таким сосредоточенным: глаза бегают в разные стороны, подмечая любую мелочь, а поступь тихая как у кота на охоте. Он явно увидел или услышал что-то страшное. Я напрягла слух, но ничего не услышала.
  Вдруг, из кустов выпрыгнули мужчины нелицеприятной наружности с дубинами наперевес. Разбойники. Я начала оглядываться, ища куда бежать, но они окружили нас. Михаил бросил мои сапоги, спрятал меня себе за спину и инстинктивно потянулся за оружием, которого у него не было. Прежде чем он спрятал меня, я успела сощипать бандитов. Восемь. Каким бы Михаил ни был прекрасным борцом, без оружия, да и с ним, у него не было шансов победить.
  -Выворачивайте карманы. - сказал один из разбойников.
  -Друзья, - Михаил сдавленно улыбнулся и наигранно бодро продолжил - я выполню все ваши требования, но от дамы вам нет никакого проку, отпустите ее.
  -Извини, друг, - бандит как будто выплюнул эти слова - но нам было приказано, чтобы вы не выбрались из леса живыми. - он взмахнул увесистой дубиной, и я испуганно вцепилась в руку Михаила.
  Кто-то заказал наше убийство. Кому мы с Михаилом могли так не угодить?
  Сейчас было не время раздумывать на данную тему, но если меня сегодня убьют, я уже никогда не разгадаю эту тайну.
  -Не волнуйся, друг, - бандит улыбнулся, обнажив гнилые зубы - ты умрешь быстро, а вот с твоей дамой мы еще повеселимся. - он жадно осмотрел меня с ног до головы.
  Я поморщилась и спряталась за спину Михаила от цепких взглядов.
  -Только троньте ее хоть пальцем, и я вырву вам руки.
  Разбойники рассмеялись.
  -Ты не в том положении, друг, чтобы угрожать нам.
  -Правда?
  Михаил резко вытащил из внутреннего кармана камзола пистолет.
  -А так?
  Не успели разбойники опомниться, как раздался выстрел и их главарь упал со снесенной выстрелом головой.
  -Бежим!
  Я даже не успела осознать, что это сказали мне, как Михаил схватил меня за руку и куда-то потащил, вынудив бежать за ним. Оглянувшись, я увидела, что разбойники еще не опомнились от произошедшего и это дает нам фору. Хорошо, что я сняла сапоги, в них я бы точно не смогла поспевать за Михаилом. Не знаю, сколько мы пробежали, но когда Михаил вдруг остановился у огромного дуба, я не успела сориентироваться и налетела на него.
  -Ты умеешь лазить по деревьям?
  -Умею, если от этого зависит моя жизнь.
  -Поверь мне, зависит.
  Михаил собирает руки, чтобы я смогла на них встать. Я неумело залезаю на его руки и Михаил, кряхтя, поднимет меня над собой. Вцепившись в ветку дерева над собой, я подтягиваюсь и залезаю на нее. На радость о том, что я забралась наверх, нет времени, нужно помочь подняться Михаилу. Обвив ногами и рукой ветку, я протянула ему вторую руку. Михаил схватился за мою руку одной рукой, а другой схватился за ветку дерева и, подтянувшись, залез на нее.
  -Карабкайся дальше. Я подстрахую.
  Тяжело вздохнув, я полезла на ветку повыше и вскрикнула, когда она подо мной хрустнула. Михаил тут же схватил меня за ноги, не давая потерять равновесие. Я испуганно посмотрела вниз, а после на Михаила.
  -Мне страшно.
  Он улыбнулся мне.
  -Не бойся, я держу.
  Удивительно, но его слова придали мне уверенности и я, собрав волю в кулак, полезла выше. Михаил лез за мной. Когда, наконец-то, ветви деревьев скрыли нас из виду, Михаил дернул меня за подол и жестом показал, что выше лезть не надо. Я села на своей ветке, подобрав ноги, а Михаил устроился на ветке подо мной, прислонившись спиной к дереву.
  Я боялась лишний раз вздохнуть, только бы ветка, на которой я сижу, не хрустнула. Я конечно не настолько толстая, но и пушинкой меня назвать вряд ли язык повернется, не смотря на то, что за последние несколько месяцем я похудела. Посмотрев вниз, на Михаила, я увидела, что ему все равно насколько ненадежна ветка, на которой он сидит. Его больше волнует то, что разворачивается под нами. Я не видела, но слышала голоса тех бандитов где-то внизу. Бранясь, они пытались решить в какую сторону мы побежали. Вскоре их голоса становились все тише и тише, они отдалялись от нашего убежища. Позволив себе громко выдохнуть, я уже хотела начать спускаться с дерева, как Михаил, жестами рук, велел мне вернуться на место и сидеть тихо. Так как я совершенно не разбираюсь в искусстве скрываться, то решила довериться профессионалу и снова сжалась в комочек на своей ветке, даже не заметив как уснула.
  Проснулась я от того, что Михаил, молча и аккуратно, чтобы я не упала, дергал меня за подол платья. Протерев глаза, я села и, вспомнив, что нахожусь на большой высоте, вцепилась руками в ветку. Как я могла уснуть в столь неподходящей обстановке? Видимо, стресс от произошедшего был слишком сильным и мой организм не смог справится с ним, а потому вырубил меня на время.
  -Медленно спускайся. - прошептал он.
  Кивнув, я, дрожа от страха, начала спускаться. Ветки тревожно хрустели подо мной, но я так сильно хотела поскорее оказаться на земле, что игнорировала любые препятствия. Земля была все ближе и ближе, я ускорила темп.
  -Не торопись. - прошептал Михаил, но я его не слышала.
  Я обогнала его и совершенно перестала проверять надежность веток, на которые ступала. Земля была так близко, я была почти внизу.
  Вдруг, ветка сломалась подо мной. Я не успела даже вскрикнуть, как полетела вниз. Михаил попытался схватить меня, но не успел. На невыносимое долгое мгновение, я оказалась в невесомости. Сердце замерло. А потом я упала на землю, приземлившись на ноги. Правая нога подвернулась, и я упала на землю. Не успела я и упасть, как лодыжку пронзила нестерпимая боль. Не успев даже осознать, что я повредила ногу, я схватилась за нее, прикусив губу, чтобы сдержать крик. Из глаз брызнули слезы, которые я не могла контролировать.
  Михаил быстро спустился с дерева, спрыгнув с последних веток, и подбежал ко мне.
  -Где болит?
  Я хотела ответить, но голос меня не слушался. Испугавшись, что я могу не выдержать и закричать, я указала рукой на лодыжку. Аккуратно взяв мою правую ногу в свои руки, Михаил начал вертеть ее и ощупывать. Я не могла терпеть эту боль, поэтому легла на землю и, вцепившись руками в землю, молча плакала.
  -Нога не сломана. Ты ее подвернула.
  Он положил мою ногу и обнял меня.
  -Все будет хорошо. Кости целы, ты быстро поправишься.
  Идиот. Мне было нестерпимо больно, а он еще и говорил мне под ухо, выводя из себя. Хотелось стукнуть его чем-то тяжелым, чтобы заставить заткнуться.
  -Не трогай меня. - прошептала я и оттолкнула его.
  Снова схватившись за лодыжку, я начала тихо подвывать, пытаясь угомонить боль. Боль пробуждает в нас самые ужасные пороки, которые мы держим в себе. Но боль заставляет нас отвлечься от самоконтроля и тогда демоны выходят на свет. Агрессия, жестокость, злоба, ненависть - именно эти эмоции бушевали во мне, пока я пыталась обуздать свою боль. Не знаю, сколько прошло времени, но мне наконец-то стало легче. Боль не прошла, но я теперь могла ее подавлять. Я вздохнула полной грудью и посмотрела на Михаила. Он сидел рядом, но на таком расстоянии, чтобы мы не могли прикоснуться друг к другу.
  -Нам нужно идти. - тихо сказал он - Они все еще где-то поблизости. Нужно найти наш лагерь.
  -Я не могу идти.
  Михаил кивнул. Встав, но подошел ко мне, повернулся спиной и опустился на корточки.
  -Хватайся за мои плечи.
  Когда я схватилась за него, Михаил поддел под меня руки и встал, слегка сгорбившись. Мне было неудобно из-за положения, в котором я нахожусь и неуютно от того, что руки Михаил поддерживают меня за попу. Но я терпела, понимая, что Михаилу еще тяжелее, ведь он несет меня на своей спине. Чтобы ему было легче, я обвилась ногами вокруг него. Утешало, что наш лагерь должен был находиться где-то неподалеку, и я надеялась, что мы скоро до него доберемся.
  Стремительно темнело. Мы шли уже больше часа, а огней костра так и не было нигде видно. Михаил начал тяжело дышать, все-таки лишняя ноша сказывалась на его выносливости. Он начал все чаше оглядываться, будто пытался вспомнить места, которые мы проходим.
  -Не хочешь передохнуть? - шепнула я ему на ухо - Ты устал.
  -Нет, - он поправил меня на спине - нужно идти, еще чуть-чуть и совсем стемнеет. Нужно найти лагерь.
  Я неуверенно пробубнила 'Ну, ладно' и замолчала, не желая нервировать Михаила еще больше. А он явно нервничал: голова крутилась из стороны в сторону, как будто на сильном ветру.
  Стало настолько темно, что мне приходилось щуриться, чтобы хоть что-нибудь разглядеть. Михаил начал спотыкаться о корни деревьев и камни под ногами. Он не просто тяжело дышал, он хрипел, будто болен бронхитом.
  -Так, все, хватит. Поставь меня на землю.
  Михаил проигнорировал мои слова.
  -Я сказала: поставь меня на землю. Немедленно.
  -Мы должны быть рядом с лагерем, нужно только...
  -Хватит. - я стукнула его кулаком в спину - Стало слишком темно, чтобы идти. Нужно отдохнуть.
  Михаил тяжело вздохнул, но все-таки посадил меня и сам мешком упал на землю. Я подползла к Михаилу и положила его голову себе на колени.
  -Отдохни. - я погладила его по голове - Ты выспишься и мы снова продолжим путь.
  Он что-то невнятно прошептал, закрыв глаза.
  -Что ты сказал?
  -Я сказал, что мы потерялись. - он открыл глаза.
  Я улыбнулась.
  -Я знаю.
  -Я должен был запомнить путь, но эти деревья сбили меня с толку, - он положил руку на лоб - они все на одно лицо.
  -Ты не виноват. - попыталась я его оправдать.
  -Нет, виноват. - он приподнялся, чтобы наши лица были на одном уровне - Думаешь, эти разбойники сами на нас напоролись? Нет, их кто-то послал убить меня и тебя в придачу. Я виноват перед тобой за то, что ты оказалась во все это вовлечена, за то, что ты теперь тоже мишень.
  -Ты не можешь точно знать. - я опустила руки ему на плечи и успокаивающе улыбнулась - Спи, а я посторожу.
  -Нет, - он встал на ноги - мы найдем такое место, где сможем оба отдохнуть.
  Михаил начал оглядываться в поисках укрытия. Неподалеку рола группа кустов дикой малины, но она сейчас была еще не спелая, так что можно было не бояться диких животных. Михаил отнес меня вглубь кустов и усадил на землю. Тесновато, но терпимо. По крайней мере, нас здесь никто не увидит.
  Свернувшись клубочком и обвив больную ногу, я начала засыпать. Но я не могла уснуть, пока не обижусь, что Михаил внял доводам разума и тоже лег спать. Не больше пространство между кустами не позволяло нам сидеть на расстоянии друг от друга. Михаил сидел настолько близко, что его бок соприкасался с моей спиной.
  -Ложись спать. - пробурчала я.
  -Не командуй мной. - пробурчал он в ответ.
  Тогда я решила применить другую тактику.
  -Мне так холодно. - я потянула его вниз - Нужно обняться, чтобы согреться.
  Михаил рассмеялся.
  -Такого я от тебя не ожидал. Ты решила использовать излюбленную стратегию любой женщины, но не так, как обычно они ее используют.
  -Молчи. - я наконец-то заставила его лечь на землю - Спи. Завтра можешь жалеть себя, сколько хочешь, но сегодня ты должен отдохнуть, чтобы смочь нести меня.
  Он приобнял меня.
  -Неужели, эта единственная цель, которую ты преследовала?
  -Руку от меня убрал.
  Не дожидаясь, когда Михаил уберет свою руку, я сама ее убрала.
  -Какая жестокость.
  Михаил отвернулся от меня. Теперь наши спины полностью соприкасались, но не более. Я успокоилась и начала засыпать, убаюкиваемая шелестом листьев на деревьях. Почему люди перестали жить в лесах? Как могли они променять города, на деревья. Даже ночью лес жил своей жизнью: деревья шептались друг с другом, рассказывая истории, ночные животные рыскали всюду в поисках завтрака, звезды бесцеремонно смотрели на все это и, я уверена, подслушивали, о чем шушукаются деревья. Как бы мне хотелось стать частью этого мира, другого мира, более простого и сложного одновременно.
  Михаил все не переставал шевелиться. Очевидно, атмосфера ночного леса ничуть не успокаивала его, а наоборот.
  -Бред какой-то. - прошептал он и сел - Как ты можешь здесь спать? Земля такая твердая и как бы я не лег, какой-нибудь камешек обязательно будет мешаться.
  -А ты попробуй сосредоточиться на чем-нибудь другом. - сказала я, не открывая глаз.
  -Я попытался вспомнить, где находится лагерь, но это еще больше мешает мне заснуть.
  Я тяжело вздохнула, открыла глаза и легла на спину.
  -Ты невыносим. - я потянула его за руку - Ляг.
  К моему удивлению, Михаил подчинился с первого раза.
  -Посмотри наверх и скажи, что ты видишь.
  Я решила использовать один действенный способ, который использовала Марфа, когда никак не могла уложить меня спать. Не уверена, что это сработает на взрослом человеке, но попробовать стоит.
  -Ничего, темно же.
  Я ударила его кулаком в грудь.
  -Сосредоточься. Контролируй дыхание. Дыши глубоко и медленно, никаких лишних движений.
  -Знаешь, я передумал...
  Я снова ударила его кулаком, но только теперь в бок.
  -Поздно. Ты не дал меня поспать, значит, я не усну, пока ты не захрапишь.
  -Я не храплю. - обиженно заметил Михаил - А вот ты посапываешь во сне.
  Я пихнула его.
  -Мы сейчас не обо мне говорим.
  -Ладно, ладно, только хватит меня бить.
  Михаил положил руки на живот и начал глубоко дышать.
  -Я вижу листья на деревьях. Между ними небольшая полоска неба с несколькими звездочками.
  -Расскажи, с чем у тебя это ассоциируется. Есть ли у тебя какие-то приятные воспоминания, связанные с тем, что ты видишь?
  Он задумчиво помычал.
  -Помню, когда я учился в лицее, то напился и гулял с какой-то девкой по Риге. Ночь была такой теплой, меня разморило, и я ненадолго прилег на скамейку в парке. Собирался дождь и лишь маленький кусочек неба еще не заволокли тучи. Я лежал на скамейке, смотрел на этот маленький кусочек неба со звездами и вспоминал детство. Точнее, маму. У нее были прекрасные чернильные волосы и зеленые глаза, как у тебя. Мама учила меня играть на фортепиано. От нее всегда пахло старинными книгами. Когда она заболела, я сидел на кровати и держал ее за руку. Тогда она перестала пахнуть книгами, от нее неестественно сильно несло травами. У нее был туберкулез. Мне было шесть лет. После смерти мамы отец уехал, оставив меня своему старшему брату, чтобы только больше никогда не видеть меня. Дядя был еще тем садистом, только Марфа хоть как-то разбавляла это ужасное взросление. - он ненадолго замолк - Прости, я должен был говорить только хорошее, а не пересказывать вкратце всю свою жизнь.
  Я даже не заметила, когда успела взять его за руку.
  -Это ты меня прости, плохая была идея.
  -А что вспоминаешь ты, когда смотришь наверх?
  Я усмехнулась.
  -Не буду я ничего тебе рассказывать, у меня нет проблем со сном.
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Н.Любимка "Долг феникса. Академия Хилт"(Любовное фэнтези) В.Чернованова "Попала, или Жена для тирана - 2"(Любовное фэнтези) А.Завадская "Рейд на Селену"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность-2"(ЛитРПГ) И.Головань "Десять тысяч стилей. Книга третья"(Уся (Wuxia)) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) В.Кретов "Легенда 5, Война богов"(ЛитРПГ) А.Кутищев "Мультикласс "Турнир""(ЛитРПГ) Т.Май "Светлая для тёмного"(Любовное фэнтези) С.Эл "Телохранитель для убийцы"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Твой последний шазам" С.Лыжина "Последние дни Константинополя.Ромеи и турки" С.Бакшеев "Предвидящая"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"