Иторр Кайл: другие произведения.

Истинный герой

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Галлия, времена славных королей, могучих магов и великих героев. Как раз об одном из таких героев, Ниале Длинноруком, здесь и повествуется.О герое, вышедшему на битву с армиями Королевы Моря, о его краткой юностии великой доблести, о любви и предательстве, о разуме и хитрости, аглавное - об извечной борьбе бобра с ослом :)Смесь классического приключенческого фэнтези с пародией на него же.


                           КАЙЛ ИТОРР

                         ИСТИННЫЙ ГЕРОЙ





                                         Между нами будет мир,
                                       пока каждый живет на своей
                                        стороне, на своей земле.
                                            Гарри Гаррисон
                                          "К западу от Эдема"

                            ЗАВЯЗКА

     Семь долгих лет, семь коротких лет
     и столько же зим пройдет,
     покуда слово "Да будет свет!"
     в туман обращает лед.
     Семь долгих зим, семь коротких зим
     и лет два раза по семь -
     покуда не явится он, один,
     достойный царить над всем.

  ...Эти слова старый друид повторял с  ритмичностью  заклинания,
каковым они не были, да и быть не могли. Ну разве что  действите-
льно твердить их на протяжении четырнадцати лет подряд, изо дня в
день, не зная отдыха, - после такого можно будет движением бровей
гору сдвинуть. Да гора сама на край света убежит, если перед  ней
столько времени бубнить одно и то же! Воистину счастье, что не  в
силах человеческих такое, а то жадные до славы  любители  похвас-
тать своими магическими силами меняли бы лицо матери-Земли трижды
на день.
  Друид магическими силами обладал, но все-таки был человеком.  И
слова пророчества повторял только последние минут пятнадцать. По-
ка следил, как герой этого самого пророчества раз за разом тычет-
ся разбитым носом в пыль, поскольку схватился с тремя противника-
ми, каждый из которых старше его и массивнее раза в полтора.
  По окончании экзекуции победители с чувством выполненного долга
отправились восвояси, а великий герой дополз до ближайшей лужи  и
с грехом пополам умылся.
  - Ничего, вы еще у меня попляшете, - пообещал он.
  - А как же, - согласился друид, появляясь на сцене.
  И пока великий герой неполных четырнадцати лет от роду  возвра-
щал отвисшую челюсть на место, старик в ярких красках расписывал,
с какими опасностями ему, герою, вскоре предстоит  столкнуться  и
какими силами для этого нужно обладать. Недавняя драка сразу ста-
ла казаться возней детишек в песочнице, чего друид и добивался.
  - Ибо, - выдержав паузу, завершил он, - с меньшими силами и во-
оружением тебе не выступить против Владычицы Моря.
  Последние слова старик специально выделил большими буквами, да-
бы даже до великого героя дошло, что сражаться предстоит не абы с
кем.
  Прежде чем тот, нервно сглотнув, задал  сакраментальный  вопрос
"почему я?", друид добавил:
  - Разумеется, в должный час я помогу тебе советом, но -  только
советом. Знания мои обширны, однако те, кто сочли знание  могуще-
ством, строго воспретили мне применять оное могущество  непосред-
ственно. Geas.
  Что такое геас (или гейс, на диалекте северо-восточных  гэлов),
знал каждый младенец. Ну хорошо, пускай не младенец, но уж  трех-
летнему это точно было известно.
  Geas - обет, точнее, запрет, нарушившего который ждет  незамед-
лительное возмездие всех высших сил сразу, оканчивающееся гибелью
преступившего, причем такой гибелью, о которой потом три  поколе-
ния подряд рассказывают в страшных сказках, а последующие считают
частью великого мифа о борьбе зла с еще большим злом. Сей  запрет
налагался упомянутыми высшими силами не на первых встречных-попе-
речных, а только на имеющих собственную мощь. На родовых  вождей,
вершащих дела всего рода, или на знаменитых бардов, песни которых
имели власть над тканью реальности. Или - на кудесников, чье  мо-
гущество превосходило отпущенные простым смертным пределы.
  Узнав, что на друиде лежит геас, великий герой сообразил, с кем
имеет дело, вспомнил сразу все предания о великих битвах древнос-
ти с карликами и гигантами, вообразил себя на месте тех,  прежних
героев, восхитился сотворенной собственным воображением  картиной
и поспешно вытер расквашенный нос.
  - Здесь тебе оставаться нельзя. - сказал старик. - Дома  попро-
щаешься, встречаемся после полуночи около трех кривых дубов. Если
меня вдруг там не будет - не вздумай ждать. Немедленно  иди  вниз
по течению Гаронны, к Шепчущему Ручью: там обитает Ивин-Колесо: в
первой фразе надо упомянуть "кречет" и "охота" - поможет.
  - Но...
  - Соберись. Ты сможешь сделать это, я знаю.
  И ведь верно, подумал великий герой, уж если я не способен даже
на такой пустяк, куда мне на подвиги!
  А друид, скрывая ухмылку в косматой накладной бороде из оленье-
го мха и волчьего меха, доподлинно знал, что в  назначенный  срок
его у трех кривых дубов не будет.
  Во-первых, дождавшись, пока великий герой смоется из  дому,  он
наложил на всю семью заранее подготовленные чары, так что те были
свято уверены, что младший сын Ниал еще позавчера отправился  по-
гостить к троюродному дядюшке О'Как-его-там, в южные Ланды. Меся-
ца на два-три. А возможно, он вовсе решит обосноваться в тех кра-
ях, поскольку у дядюшки имелась, помимо всего прочего, курносень-
кая дочка с бедовым взглядом и медовым голоском...
  Во-вторых, друид снял другие чары, наложенные на место рождения
великого героя за девять месяцев до сего знаменательного события.
Он точно знал это время и место. Сам накладывал, в конце концов.
  В-третьих, старик подготовился встретить тех, кто явится прове-
рить остывший след старого пророчества. Встретить - и позаботить-
ся, чтобы они уж точно не промахнулись мимо горячего следа, кото-
рый оставило то же самое пророчество, перешедшее в стадию  испол-
нения.
  А в-четвертых, великому герою необходимо эту часть своего путе-
шествия проделать в одиночку. Но конечно, проведать об этом зара-
нее ему никак не дано.


                        ВЗГЛЯД СБОКУ

     Семь бронзовых стен, семь железных врат
     и семь золотых дверей
     откроет герою названный брат,
     ушедший за семь морей.
     Семь бронзовых плит, семь железных замков
     и семь запоров златых
     падут перед ним, когда снимут покров
     с семи надгробий пустых.

  - Ты все за свое. Ну скажи, что тебе в этом дурацком пророчест-
ве?
  - Абсолютно ничего.
  - Тогда я тебя не понимаю.
  - Разве когда-то было иначе, Тетра?
  Черный плащ вяло дернулся, когда громадный вороной конь  перес-
тупил передними копытами. Обледеневшая трава хрустнула. Затянутая
в черную перчатку рука сдавила желудь и бросила бесформенный  ко-
мок на землю.
  - Не ошибись, Кречет. Ты можешь зайти слишком далеко.
  - И это не понравится твоей хозяйке.
  Черный плащ пошел гневной рябью, рука в черной перчатке  нервно
потянулась за отсутствующей плетью.
  - Я подчиняюсь Королеве потому, что сам хочу этого!
  - Прекрасно. Мои наилучшие пожелания Морре. А теперь - провали-
вай, у меня еще дел по горло.
  - ТЫ мне не приказываешь, ллогр!
  - Захочу - прикажу. Пшел вон, Балорово отродье.
  Конь растворился в воздухе. Черный плащ со скрытым под ним  на-
ездником исчез мгновением позже.
  - Дураком ты был, фомор, дураком и помер - а теперь уж и подав-
но не поумнеешь, - сухо усмехнулся друид по прозвищу Кречет.


                       ПЕРВОЕ ИСПЫТАНИЕ

     Семь черных лун, семь багряных лун
     и семь, что белы как снег,
     отметят пытливый героя ум,
     прервав свой неспешный бег.
     Семь белых, семь красных, семь черных лучей
     в единый сплетутся сон -
     и семеро семь изломают мечей,
     пытаясь взойти на трон.

  Когда старик догнал героя, тот уже был не один - и украдкой щи-
пал себя, убеждаясь, что это ему не мерещится. Убеждаться было  в
чем: имя "Ивин" принадлежало не знаменитому  воину-фехтовальщику,
былому спутнику и товарищу друида, прозванному "Колесо" за умение
превращать два своих меча в подобие боевой колесницы, а точнее, в
подобие утыканных острыми лезвиями колес  этой  самой  колесницы.
Герой Ниал и заподозрить не мог, что "Ивин" зовется  черноволосая
девчонка не старше его самого, а Колесом ее кличут за пристрастие
к невероятным акробатическим трюкам. Ну положим, пройтись колесом
великий герой и сам при случае мог, но вот прогнуться назад,  вы-
тянуть руки, обхватить себя за пятки и таким вот способом перека-
титься шагов на десять, - подобного он доселе не  представлял.  А
Ивин это проделывала минимум раз сорок в день. Тренировалась. За-
чем - объяснить отказывалась, на все вопросы лишь скалила  ровные
зубки. Но при этом каждую свою тренировку превращала в  показате-
льное выступление какой-нибудь плясуньи из храма Бранвен  Любвео-
бильной, поскольку из одежды в это время носила только пару  лен-
точек. В волосах.
  Убедившись, что великий герой со спутницей движутся в  правиль-
ном направлении, след за собой оставляют достаточно явственный (и
по этому следу уже шныряют черные всадники Тетры), друид  обогнал
их и оставил послание у ближайшего камня-указателя. Даже два пос-
лания: одно, явное, для Ивин и Ниала, другое, еще более явное,  -
для их преследователей. В первом послании сообщалось, что следует
повернуть на север, к границам Гитина. Во втором было примерно то
же, чуть другими словами. Это должно слегка запутать следы, пото-
му что Тетра везде и всюду видел ловушки. Даже после смерти, хотя
чего фомору теперь было опасаться - старик не понимал.
  Подготовив таким образом сцену для первого испытания на  много-
трудном пути превращения великого героя в великого героя,  Кречет
обосновался неподалеку от места грядущих событий,  приказал  себе
пробудиться в нужный момент и нырнул в объятия сна.
  Приснилась ему, разумеется, бредущая по лесной тропинке спутни-
ца великого героя, периодически швыряющая ножи в самого  великого
героя. Тот должен был либо перехватывать их в полете, либо ловить
в самодельную кривобокую корзинку. Две попытки увернуться  стоили
Ниалу двух кровоточащих царапин на ребрах. Когда в корзинке  соб-
рался десяток ножей, Ивин позволила великому герою передохнуть  с
минуту, отобрала у него оружие и снова принялась за любимое дело.
Каковым считала не столько бросание ножей в цель, сколько игру на
нервах своих друзей.
  Однако, когда путешественники добрались до переправы, Ниал вос-
прянул духом: оказывается, спутница великого героя тоже умела  не
все на свете. Уроженка Оверни, зеленоглазая Ивин плавала довольно
паршиво, зато у великого героя с этим многосложным искусством  не
имелось никаких затруднений. Почитай, с детства из речки не выле-
зал. А речка Гаронна была немаленькой - даже в верховьях раза так
в три шире, чем этот вот мутный поток, который местные по недора-
зумению считали рекой.
  Несколько раз чуть не утопив свою спутницу, Ниал наконец  помог
ей выбраться на противоположный берег. Вместо благодарности полу-
чил в зубы крепким кулачком, что, впрочем, не погасило счастливой
ухмылки великого героя. Ивин ответила такой же гримаской, и даль-
ше они уже шли, не слишком выставляясь друг перед другом.
  Весьма удачно для них обоих, так как тем же вечером Тетра нако-
нец решился перейти от угроз к непосредственному действию.  Отряд
черных призраков без особого труда догнал великого героя со спут-
ницей, перепугав их до полусмерти; предводитель призрачных конни-
ков, Тетра-фомор, произнес внушительную речь, столь щедро пересы-
панную поэтическими перлами древнегэльского языка, что Ниал  ура-
зумел едва одно слово из десяти, а Ивин и того меньше. Прощаясь с
жизнью, великий герой презрительно фыркнул в лицо фомору и  выдал
парочку простонародных выражений не слишком пристойного  характе-
ра. Черный всадник торжественно воздел правую  руку,  призывая  с
темного небосвода разящую молнию. Та не замедлила явиться, грянув
оземь около ног Ниала, однако великий герой не ожидал, что молния
пройдет мимо цели, потому кувыркнулся в сторону, подхватил с зем-
ли смолистую еловую шишку и неблагородно влепил  ее  благородному
скакуну фомора точно промеж глаз. Ошарашенный подобным отношением
к традициям, вороной конь растворился в  воздухе,  грозный  Тетра
вынужден был сделать то же самое, ну а черные призраки последова-
ли за своим предводителем...
  Кречет не был уверен, кто из участников испытания пришел в себя
первым. Вероятно, это все-таки была Ивин, а уж ее крепкие объятия
заставили очнуться Ниала.
  Даже во сне друид смущенно хмыкнул, углядев, что последовало за
этим. Свечку тут держать было явно ни к чему, поэтому старик про-
снулся и оставил великого героя получать награду за  первый  под-
виг. Честно заработанную награду.
  Конечно, это не придаст ему сил для следующих испытаний, не на-
делит полезными способностями и не одарит волшебным оружием. Зато
еще один элемент пророчества встал на место. Узнав об этом, Тетра
просто вынужден будет доложить о неудаче своей... хозяйке.
  Кречет-то знал, что это фомор расценивает происшедшее как  неу-
дачу; та, кого друид по-приятельски звал Моррой, чрезвычайно  да-
лека от подобных упрощений. Королева Моря достаточно хорошо знала
правила функционирования пророчеств, чтобы  расстраиваться  из-за
подобных мелочей.
  И Тетру она уничтожит не потому, что будет расстроена принесен-
ным известием. А потому, что фомор позволил себе слишком  многое,
выставив себя в предупредительно-грозной речи  воплощением  неот-
вратимости и предопределенности. Неважно, что великий герой этого
не уразумел, да и вряд ли вообще когда-нибудь сподобится  понять,
что произошло в тот момент, когда он ощутил в ладони тяжелую шиш-
ку, самой природой созданную для метания в цель.
  Впрочем, Ниалу этого понимать и не нужно.
  Что касается Ивин - эта чертовка как раз понять может, если за-
хочет, но коли поймет - будет помалкивать. Для своего же блага.
  Она достаточно умна для этого.


                         ВЗГЛЯД СЗАДИ

     Семь раз отмерят по семь шагов
     и семь по семи седьмых,
     покуда старых не встретят врагов
     не знавшие дней иных.
     Семь раз они скажут друг другу "прощай"
     и семь раз по семь - простят.
     Простят не себя - они видели рай, -
     а тех, кому выпал ад.

  Вода в пруду подернулась седой зыбью, отражавшееся в  ней  лицо
друида изменилось. Превратившись в другое лицо - очень похожее на
его собственное. С таким же широким лбом и узким, твердым  подбо-
родком; с такими же струящимися волосами - потускневшее серебро и
вороненая сталь; с таким же носом, подобным властному клюву соко-
ла или кречета; с такими же глубокими, прищуренными глазами цвета
Западного океана во время шторма... Лица были похожи, однако спу-
тать их мог лишь не ведающий разницы между мужчинами и женщинами.
  - Кречет, - зашевелило губами размытое отражение, медленно  об-
ретая четкость.
  - Морра, - кивнул друид. - Как здоровье, как настроение, и  все
такое прочее?
  - Ничего, благодарю, - сообщила Королева Моря. - А как твой по-
допечный? Хорошо справляется?
  - Ничего, помаленьку. Хотя подопечным я бы его не назвал.
  - У нас разные взгляды на то, что именовать "опекой"... Ты пла-
нируешь вмешаться сам?
  - Морра, Морра, где твои манеры? - укоризненно покачал  пальцем
друид. - Ты не хуже меня знаешь правила.
  - Я знаю также и то, что правила эти не для нас. Хорошо, раз не
хочешь играть в открытую - не буду настаивать. Где думаешь прове-
сти Самхейн?
  Кречет предпочел не ответить вслух, ограничившись  вежливо-мно-
гозначительной улыбкой.
  - Как знаешь, - хмыкнула Королева Моря, с преувеличенной тщате-
льностью поправляя прическу. - Я бы пригласила тебя  на  похороны
Тетры, но ты не любитель такого рода праздников...
  - Подобные праздники я как раз уважаю, однако отмечать  предпо-
читаю в одиночестве.
  - Фи. Пить лучше в дружеской компании.
  - Вот об этом я и говорю. У нас разные взгляды на то, что  име-
новать "дружбой".
  На сей раз вежливо-многозначительную улыбку изобразило  отраже-
ние. Впрочем, ненадолго - через несколько мгновений образ  влады-
чицы вымирающего племени фоморов потускнел, а вода в пруду приня-
ла свой обычный вид.


                        СБОР ОТРЯДА

     Семь мертвых рук и семь рук живых
     сойдутся в неравной борьбе -
     и семь раз по семь восклицаний стальных
     откроют дорогу судьбе.
     Семь истинных слов и семь возгласов лжи
     в одну обратятся речь -
     и тем, кто чужую проспорил жизнь,
     снесут буйны головы с плеч.

  На границе Гитина великого героя тожк ждал конный отряд, однако
на этот раз всадники были обычными людьми и служили  не  Королеве
Моря, а Дане-риксенн, наследной владычице Гитина и Лионесс. Вооб-
ще-то владычествовать Дане оставалось года три, по достижении  ею
совершеннолетия совет клановых вождей примет решение, кому носить
венец рикса, и будет носитель венца править обеими странами - или
только одной, что куда вероятнее... Но пока что слово  одиннадца-
тилетней дочери погибших Гвендайлон и Кормака имело силу закона и
в прибрежном Лионесс, и на холмах Гитина.
  Кречет не был знаком с родителями Даны, но саму принцессу  знал
неплохо. Не так трудно оказалось убедить девочку оказать  неболь-
шое содействие. Труднее пришлось собственно с тем, чье содействие
друиду было необходимо, однако он совладал и с этой задачей.
  Дана потребовала только одного: ей хотелось познакомиться с ве-
ликим героем лично. Кречет вынужден был согласиться на это  усло-
вие. Не то чтобы он полагал, будто краткое пребывание  при  коро-
левском дворе Гитина заставит Ниала потерять голову; как говорит-
ся, чего нет, того не потерять. Просто требование принцессы столь
хорошо, просто-таки идеально ложилось в традиционную  схему  пути
превращения великого героя в великого героя, что друид обоснован-
но заподозрил ловушку со стороны Королевы Моря: она ведь не  хуже
его знала эту схему, а коль скоро Кречет играл сейчас на противо-
положной стороне...
  Итак, великий герой со своей спутницей отправились в замок Мор-
хальт, служивший резиденцией королей Гитина со времен Фиона Могу-
черукого, который воздвиг сей замок (и десяток других, разбросан-
ных по Галлии и Арденнам) из обломков разбитой его могучими рука-
ми черной луны. Чем великому риксу-герою помешала последняя, ста-
ринное предание скромно умалчивало. Сомневающимся  в  правдивости
легенды настоятельно предлагали внимательно поглядеть на  небо  -
хоть днем, хоть ночью, - и отыскать там черную луну. Нашедших  со
всеми почестями провожали на алтарь Трехликой Морриган, для  отп-
равки в Аннон, к их тоскующей матери-Бездне. Ниал и  Ивин  особых
сомнений в правдивости повествования о подвигах Фиона не высказы-
вали, хотя командир предоставленного Даной эскорта,  Гвайр-Мечта-
тель, и позволил себе в нескольких местах уклониться от известной
ему самому истории. В угоду красоте возвышенного слога.
  Сомнений великий герой не высказывал не потому, что поверил ус-
лышанному, а скорее по причине непонимания. Уж больно местами ре-
чи Гвайра своей вразумительностью походили на неразборчивое  бор-
мотание предводителя черных призраков. Однако упоминать  об  этом
не стал, обменявшись коротким кивком с Ивин и достигнув  молчали-
вого взаимопонимания. Гвайр Мечтатель, впрочем, этот кивок  также
перехватил, после чего рассказ его вернулся в русло  традиционной
версии приключений Фиона Могучерукого, каковую  самый  плохонький
бард мог цитировать часами, не опасаясь повториться.
  В замке Морхальт Ниал был встречен со всеми почестями. Сам Фион
или Килох Свинопас не сочли бы подобный прием неуважением к свое-
му геройскому достоинству. Великий герой на какое-то  время  даже
подумал, что вот он, момент истины, вот то, ради чего вообще  ге-
рои становятся героями. Но тут же был свергнут с вершин своих ра-
дужных мечтаний. Словами придворного менестреля Талиесиена.
  Из речи менестреля явствовало, что великому герою надлежит про-
будить дракона и поставить его на охрану дворца.  Замок  Морхальт
будет нуждаться в надежной охране, ведь немного позднее с великим
героем уйдут все лучшие бойцы Гитина и Лионесс. Уйдут, дабы  сра-
жаться на его стороне в иной битве, как  предсказано.  Упомянутое
предсказание Талиесиен даже процитировал, однако создавал его еще
один любитель изящного слога, посему понять Ниалу удалось  немно-
гим больше, чем раньше. Он, впрочем, не слишком огорчился.
  Дракон обитал, как поведали знатоки, где-то в Лионесс, на бере-
гу Западного океана, в пещере. Характер оный дракон имел, по сви-
детельствам тех же знатоков, незлобивый, людей почем зря не пожи-
рал, скот тоже потреблял довольно умеренно,  и  леностью  обладал
чрезвычайной. Но вот уж двадцать лет, как этот ящер  напоминал  о
себе лишь могучим храпом, отпугивающим от пещеры лионесских люби-
телей острых ощущений.
  Немного поразмыслив, Ниал все-таки спросил - почему, если  дра-
кон такой мирный и тихий, еще ни одному искателю легкой славы  не
пришло в голову выдрать ему клыки и повесить себе на шею вместе с
титулом "Победитель Дракона"? Ответом стал дружный  хохот;  затем
Талиесиен пояснил, что дракон-то действительно  мирный  и  тихий,
пока его никто не трогает, ну а если кто тронет - в ожерелье, что
висит на шее у черного ящера, прибавится еще один череп. Насколь-
ко известно, сейчас этих черепов там восемь. Плюс одна совершенно
уникальная голова, которую дракон держал отдельно, ибо снята  она
была с плеч сына рода Эльдар. Эльфова черепушка, перевел Гвайр на
простонародный язык. Об эльфах-Эльдар с изумрудных островов  Аль-
биона Ниал знал примерно столько же, сколько о драконах, то  есть
несколько сказок, но постарался в меру своих способностей изобра-
зить восхищенное понимание...
  Через две недели великий герой вновь появился в замке Морхальт.
Прирученного дракона на поводке при нем не было, только небольшая
сумка, по временам удовлетворенно мурлыкающая. Вместо  объяснений
Ниал извлек из сумки мирно спящего кота и торжественно вручил его
принцессе, пообещав, что этот страж защитит замок не хуже  отряда
вышколенных воинов. Дана была почти удовлетворена, но Талиесиен и
некоторые другие советники все же потребовали доказательств.  Ве-
ликий герой фыркнул не хуже кота, попросил у девочки зверя, пере-
ложил его на камин в зале (кот и не собирался просыпаться, только
дернул пушистым хвостом), набрал в горсть воды похолоднее и плес-
нул на черную шерсть.
  - МЕНЯ-А?! БУДИ-ИТЬ?!! - оглушительно взревел дракон,  упираясь
рогатой головой в потолок и пуская из ноздрей желтый дым.
  Сомневавшихся в способностях стража Морхальта вымело вон, слов-
но кучку сора. Взирать на ящера остались только Дана,  Талиесиен,
Гвайр с наполовину обнаженным мечом и посмеивающийся в углу Ниал.
Этот самый смех немного остудил дракона, так что Талиесиен  успел
выдать благородную речь, в которой просил извинений по всей поло-
женной форме. Великий герой не был в этом уверен, ибо в поэтичес-
ких глубинах оной речи понял примерно четыре, максимум пять слов.
Однако праведный гнев в янтарно-желтых глазах ящера уступил место
снисходительному порицанию, а хвост, похожий на исполинский хлыст
из вороненой стали, перестал крушить все, что еще уцелело в зале,
а значит, придворный менестрель изображал смирение и  покорнейшую
просьбу о прощении со всем доступным ему мастерством.
  Наконец дракон опять обратился в кота и уютно устроился на  ру-
ках у девочки-принцессы, которая была только рада гладить  пушис-
того стража, Талиесиен принес свои извинения Ниалу (в прежних ма-
лопонятных, но глубоко проникновенных выражениях), а Гвайр с  си-
лой хлопнул великого героя по плечу, едва не вколотив его в пол.
  - Ну что, берешь в свой отряд?
  - А делать-то ты что умеешь? - пытаясь  сохранить  серьезность,
уточнил Ниал.
  ...Шесть лучших воителей Гитина и Лионесс ушли вместе с великим
героем. Мечтатель-Гвайр, братья Брес и Блэз, Лиа Неудачница,  Ке-
ридуэн Рысь и Видерикс Легионер. Кроме Видерикса, все принадлежа-
ли к обширному клану МакГэмилл, из которого во время оно вышел  и
Фион Могучерукий, а Лиа и вовсе была двоюродной племянницей преж-
него короля, Кормака. Так что под началом у Ниала оказался не от-
ряд даже, а целая семья. В некотором роде. Конечно, клан - не се-
мейная община и даже не род, но все-таки.
  Наблюдавший за происходящим сквозь магический сон, Кречет недо-
вольно хмурился, ворочаясь на ложе из мха и травы. Беспокоили его
не новые спутники великого героя, а отсутствие реакции "противной
стороны". Морра не могла не заметить, что пророчество уже не пет-
ляет между острыми скалами неопределенных возможностей, а уверен-
но движется по широкой столбовой дороге. Чтобы помешать его свер-
шению теперь, мало какой-нибудь мелочи, тут уже нужно  значитель-
ное, направленное воздействие. А на упомянутой "столбовой дороге"
не виднелось и следа необходимых для этого приготовлений.
  Королева Моря не глупее любого волшебника ее уровня, в  который
раз напомнил себе друид. Если она выжидает, значит, у нее есть на
то причины. А раз они есть, первейшей задачей Кречета стоит выяс-
нение этих причин, причем лучше бы закончить задолго до того, как
Морра начнет действовать сама.
  Решив сию сложную проблему, друид проснулся, чтобы  отправиться
на розыски. И оказалось, что искать далее незачем.
  Потому что в голову его был нацелен самострел, а под ребра мяг-
ко упирались сразу три клинка. Клинки держали простые солдаты-фо-
моры, а вот самострел находился в руках старого знакомца. Старин-
ный самострел, из кизила и черной бронзы, созданный в  эпоху  Ат-
лантиды, но с возрастом не утративший способности убивать -  нап-
ротив, за века ореол смертоносной силы вокруг сплющенного прикла-
да с тринадцатью зарубками стал только отчетливее...
  - Королева желает личной беседы, - сообщил, не прибегая к обыч-
ным словесным выкрутасам, Талиесиен.


                       ВЗГЛЯД СПЕРЕДИ

     Семь раз отступала во тьму земля,
     семь раз трепетал эфир -
     и семь раз пылали огнем поля,
     свой свет отдавая в мир.
     Семь раз был хрустальный разбит венец,
     познал семь смертей народ -
     и семь раз холодное слово "конец"
     не вышло на небосвод.

  - А ты думал, Кречет, я твоего героя атаковать буду? -  ласково
улыбнулась Королева Моря. - Или еще один призрачный отряд за  ним
пошлю? Но зачем мне эти хлопоты? Да пусть шатается, где ему взду-
мается, мне-то какое дело? Ведь на тропинку к моей цитадели он не
повернет, пока не будет сказано кое-что очень своеобразное.  Ска-
зать это можешь ему только ты. Или я, но мне такого счастья точно
не надо.
  - И ты надеешься устранить один из поворотных пунктов  пророче-
ства вместе со мной?
  - В иной ситуации я бы лишний раз подумала, прежде чем уверенно
отвечать "да", только ведь это пророчество составлял ты сам, а не
кто-нибудь. Значит, осуществление его от тебя и зависит, а  вели-
кий герой - просто средство. Со средствами мне воевать незачем.
  Друид мрачно промолчал: Морра на этот раз переиграла его  вчис-
тую. Он предусматривал попытки силой разорвать невод  пророчества
и соответственно выстраивал защиту, всячески оберегая Ниала с от-
рядом, свою приманку - а владычица фоморов нанесла удар непосред-
ственно по рыбаку-Кречету. Убить его Королева могла, но это бы не
принесло ей победы. А вот пленение...
  - Думаешь, ты сможешь удерживать меня достаточно долго?
  - Вечно - нет, но вечно мне и не нужно. Хватит нескольких  лет.
После этого твое умело подготовленное пророчество потеряет  силу,
а я окажусь в безопасности. Несколько лет - как раз срок  сущест-
вования живого хрусталя. Старая добрая формула Ньианн... - Тонкие
пальцы Морры погладили пузырек, внутри которого клубился прозрач-
но-лиловый туман. - Есть пожелания относительно места заточения?
  Кречет, потеребив отсутствующую бороду, произнес:
  - Как насчет руин Иса?
  - Нет. - Голос Королевы Моря стал жестче. - Об этом забудь. Ра-
ди спасения своей души - забудь. Там теперь правят иные...  более
древние силы.
  - Уговорила. А Ллогрис?
  - На родину потянуло? Изволь. Подойдет тот разрушенный  Хоровод
Великанов?
  - О, вполне. Установи меня вместо украденного камня, хорошо?
  - Отлично, Кречет. Легендой дополнить?
  - Спасибо, сам справлюсь. Способности думать твои заклинания  у
меня не отнимут.
  - Мог бы и соврать, - скорчила гримаску Морра, откупоривая  пу-
зырек.
  Друид не пытался задерживать дыхание - бесполезно. Сперва  ока-
менели ноги, потом все тело, а через несколько минут он  оказался
запечатан внутри полупрозрачного кристалла цвета бледного аквама-
рина, вроде тех комаров в кусочках янтарной смолы с берегов  моря
Варгов. Критически осмотрев сие произведение искусства, владычица
фоморов другим заклинанием лишила кристалл прозрачности и придала
ему вид базальтового столба-кромлеха с шестью неровными гранями.
  - Вот так значительно лучше.
  "Давай не будем спорить о вкусах..." - пробилась сквозь  камень
мысль упрямца-Кречета.
  - Не будем, - согласилась Королева.


                       УМНЫЙ ГЛУПЫЙ СОВЕТ

     Семь добрых дел должен тот совершить,
     кто путь свой зовет добром,
     и семь раз по семь с себя шкур спустить,
     пока не найдет свой дом.
     Но семь раз по семь совершающий зло
     не ступит на земли зла,
     пока из песка не родится стекло,
     а из омелы - стрела.

  Друид привык спать волшебным сном и видеть сквозь него  картины
реальности. Походило это, если подобное сравнение вообще  уместно
в данном случае, на слежение за облаками на небосводе, когда  го-
лова слегка опущена, а глаза сосредоточены на поверхности неболь-
шого, чистого пруда. Возможно, бард мог бы сказать лучше, но Кре-
чету, рожденному на севере Ллогрис, у рубежей Озерного края, лишь
этот образ и приходил в голову.
  Конечно, вяло текущая жизнь хрустальной глыбы, что держала  его
в плену, мешала видеть ясно и далеко. Мир, доступный разуму друи-
да, заканчивался на границе Хоровода Великанов. Возможно, это  не
самое древнее из колец менгиров на землях Запада, зато самое  из-
вестное из них. Число легенд, которыми было окружено титаническое
сооружение ушедшей эпохи, исчислялось тысячами. Несколько  полез-
ных свойств каменных кругов Кречет знал, но не раз думал - и дру-
гие соглашались с ним, - что подлинное предназначение этих  пост-
роек останется неразгаданным навсегда. Слишком уж многое в Старом
Мире было чуждым теперешним хозяевам земли, настолько чуждым, что
они стерли тот, прежний мир до основания, заплатив своими и чужи-
ми жизнями за право жить в своем собственном.
  Иногда старик чувствовал, как его дремлющего сознания  касается
иной разум, витающий где-то в запредельных сферах. Касание остав-
ляло вязкий и скользкий отпечаток, если мысль может быть вязкой и
скользкой; чертовски хотелось как следует вымыться, но такой воз-
можности Морра ему не оставила.
  Однажды на вершину кромлеха неосторожно опустилась ворона. Чер-
ные перья и кожа тут же обратились в прах, птичьи косточки засту-
чали по граням замаскированного кристалла, а то, что осталось  от
разума крылатой родственницы воинственной Морриган, передало  все
свои познания жаждущему новостей друиду. Многого Кречет не узнал,
однако этот случай возвратил ему надежду.
  А через некоторое время границы Хоровода Великанов пересек  ве-
ликий герой.
  Ниал выглядел несколько постарше, у него прибавилось увереннос-
ти и нахальства - но также и знаний. Месяцы странствий по  землям
гэлов, благосклонным к искателям приключений и никогда не застав-
ляющим оных искателей скучать, принесли свои плоды.  Выворачивать
наизнанку сознание великого героя друид не стал - не столько  по-
тому, что не хотел, сколько из-за своей  неспособности  совершить
это. Где-то Ниал сподобился отыскать защиту от волшебных  фокусов
такого рода.
  И ведь не только защиту!
  Из старых ножен, подвешенных на пояс справа, великий герой изв-
лек средней длины меч с витой бронзовой рукоятью в виде  человеч-
ка. Сужающееся посредине лезвие напоминало вытянутый ивовый лист,
падающий на острие солнечный луч сам собою расщеплялся надвое.
  - Ага, вот ты где... - пробормотал Ниал, сжимая левой рукой ка-
кой-то талисман. Кречет, разумеется, не мог его видеть, но  ореол
могущества - тонкого, лихого - чувствовал даже сквозь беспокойный
сон.
  Клинок свистнул в воздухе и впился в заколдованный камень.  Жи-
вой кристалл всхлипнул и перестал быть живым, отпустив свою добы-
чу на волю. Великий герой с проклятьем отпрянул, занося меч.
  А потом, узнав друида, фыркнул в пробивающиеся усы и убрал ору-
жие в ножны.
  Чувствовал себя Кречет, мягко говоря, не лучшим образом, однако
язык у него по-прежнему работал как положено. Потому он сумел по-
ведать Ниалу историю, слегка похожую на правду, одновременно  уз-
навая, что же случилось за время заточения в  кристалле.  Поверил
великий герой в историю друида или нет, трудно сказать, но на все
вопросы обстоятельно ответил.
  Отряд Девяти, как с легкой руки Лиа нарекли находящуюся под на-
чалом Ниала компанию, примерно с полгода шатался по Ландам, Гьен-
ни, Лионесс, Гитину и Ллогрис. Вокруг Девятерых сами собой начали
возникать разнообразные слухи, начиная от того, что они шпионят в
пользу Империи, уже двести лет мечтающей покорить земли гэлов,  и
заканчивая предположением, что кто-то из отряда готовится бросить
вызов всем богам сразу и ищет нужное оружие для этой войны.  Слух
о намерении Девятерых выступить против морских демонов-фоморов  в
списке также присутствовал. Кречет не стал заострять на этом вни-
мание - несмотря на то, что великий герой уже прошел половину пу-
ти, знать о цели этого пути ему покуда не следовало.
  Друид поинтересовался лишь, умеет ли хоть кто-нибудь в компании
великого героя считать на пальцах, до девяти - ибо если он ничего
не перепутал, из замка Морхальт с Ниалом и Ивин ушло шестеро,  то
есть всего отряд насчитывал восемь персон. Откуда Лиа, племянница
Кормака, выкопала "Девять" и почему никто не удивлялся  подобному
расхождению в цифрах? Великий герой в ответ широко ухмыльнулся  и
сообщил, что девятым в отряде с самого начала считался мудрый на-
ставник, имя коего кому попало открывать нельзя. Старик недоумен-
но поднял левую бровь: это кого же Ниал успел заполучить в мудрые
наставники? Ухмылка великого героя стала еще шире, и он извлек из
поясного кошеля металлическую пластину, на которой был запечатлен
образ упомянутого мудреца. Кречет посмотрел на поверхность  отпо-
лированной меди, увидел отражение собственной  физиономии,  фырк-
нул, осознав, что его провели как мальчишку - и похвалил Ниала за
смекалку. Последнее было совершенно искренним.
  - А сюда-то тебя зачем принесло? - спросил друид чуть погодя.
  - Ну как же. В Гарре один из жрецов Морриган попросил  глянуть,
не угнездилось ли тут какое древнее зло, и если угнездилось - по-
нятно что. Я и согласился посмотреть. А "злом" оказался ты.
  - И часто ты имел дело со жрецами? - старик поспешил увести бе-
седу с опасного русла; конечно, избытком проницательности великий
герой наделен не был, но рисковать ни к чему.
  - Это был второй раз.
  - А первый?
  - Тогда я, Ивин и Гвайр выкрали из Каэр Баннога этот вот клино-
чек и кое-что еще. Остальная добыча уже разошлась, а  Рассекающую
Камень я оставил себе. Оружию грех пылиться в храмовой  сокровищ-
нице, ведь верно?
  Кречет неопределенно повел плечами. До оружия -  которое  кусок
металла - ему дел не было. Ну разве что...
  - А название ты мечу сам дал?
  - Зачем сам? Тут, на лезвии написано. Сам я, правда, читать  не
умею, Блэз перевел. Неделю возился. Говорит, древнегэльский  язык
и руны дверлингов.
  Друид усилием воли подавил возникший в глазах блеск. Есть!
  Старые легенды не солгали - и его собственное пророчество тоже,
как ни странно, оказалось верным. Фоморы, народ моря, издревле не
были в хороших отношениях с народами суши. Еще до появления людей
на земле они враждовали с эльфами-Эльдар и дверлингами-Дуэргар  -
те друзьями-приятелями также не были, но против фоморов заключили
военный союз. Племени Dwaergar давно уже не существовало,  однако
некоторые вещи их работы охотно служили людям, а при случае могли
и вспомнить о прежнем своем предназначении. Оружия это касалось в
первую очередь.
  Оружия, которое послужит орудием завершения пророчества и свер-
гнет с жемчужного трона Королеву Моря, которую люди не зовут  бо-
гиней, но поминают не иначе как "госпожа Моргьен", если уж  упот-
ребляют ее имя, а не титул...
  - Созданное дверлингами заслуживает лучшей участи, - согласился
Кречет.
  На сей раз плечами пожал Ниал. Сказки об эльфах и драконах  еще
имели какой-то смысл, их пусть редко, но встречали.  Вымершие  же
дверлинги великого героя интересовали мало.
  - Заканчивай дело со жрецами, а мне надо завершить то, что я не
успел до пленения, - молвил друид. - Куда вы планируете  отправи-
ться после?
  - Не знаю. Может, в Озерный край, может, через северный Гитин в
Лангр или Морван, а то и в Аргон Арденнский. Еще не решили.
  - Тогда послушай совета: держись пока подальше от большой воды.
  - От моря, что ли? И почему?
  - От большой воды, Ниал. Попросишь Гвайра или Блэза объяснить.
  - Ладно, хотя мне это кажется глупым.
  Так и должно быть, мысленно фыркнул Кречет. Ведь это глупость и
есть. Такая глупость, которую даже великий герой заметит,  спотк-
нувшись об нее.
  А поскольку Морра и предположить не может, что умный  противник
посоветует своему "подопечному" совершить неумный поступок, такой
совет наверняка доставит ей некоторое количество неприятностей. И
это уже половина того, что Королева Моря задолжала ему за плен  в
живом кристалле.
  Вторая половина воспоследует довольно скоро, или напрасно  Кре-
чета в детстве обзывали сыном демона. Морра, правда, тоже простой
смертной не считалась, но подобных эпитетов владычице фоморов,  к
некоторому ее сожалению, никогда не присваивали.


                         ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ

     Семь раз по семь лет минуло с тех пор,
     но память седьмой волны
     прочна как скала и остра как топор,
     что выкован для войны.
     Семь раз по семь лет - или больше в семь раз,
     для памяти все равно:
     ведь тем, кто лишен от рожденья глаз,
     не нужно смотреть в окно...

  - Он использует тебя.
  "Никогда не мешайте любовь с политикой" - мысленно повторил Ни-
ал вослед плеяде мудрецов былого или грядущего.  И  вместо  того,
чтобы просто покрепче обнять девушку, прижать потеснее и заняться
более приятным делом, он произнес:
  - Меня это не волнует.
  - А напрасно.
  Великий герой все же обнял Ивин, но не стал и пытаться  закрыть
ей рот поцелуем. "Женщина говорит, когда хочет, и если ей мешать,
скажет гораздо больше, чем собиралась вначале" - вероятно, подоб-
ные слова тоже принадлежали или будут принадлежать кому-то из ве-
ликих сочинителей различных мудрых наставлений. Ниал не знал, ко-
му, да и не интересовало его это.
  - Пусть делает, что хочет, - усмехнулся он,  незаметно  потянув
шнурок, стягивающий ворот блузы девушки. - Я не совсем  тот,  кем
он меня считает.
  - Кречет, знаешь, не самый глупый в Галлии... -  пальчики  Ивин
скользнули к пряжке его пояса. - Его так просто не обманешь...
  Оторвавшись от губ девушки и развязав ее поясок, великий  герой
ответил:
  - Так он сам себя и обманывает, я ему слова поперек не говорил.
- Помогая Ивин выскользнуть из широкой зеленой блузы, Ниал  доба-
вил: - И сам он, и госпожа Моргьен, - они так хорошо  водят  себя
за нос, что мне не нужно ничего самому делать...
  - Не увлекайся... - посоветовала девушка, выгибаясь назад.  Ши-
рокая зеленая лента, удерживающая ее волосы, упала в траву. -  Ты
можешь думать, что хитрее, но сила... сила пока у них.
  - Мне хватит моей силы, - сказал великий герой, чуть  приподняв
Ивин, чтобы обоим было удобнее. - А где не хватит, ты поможешь.
  Крепкие объятия и тонкий аромат яблоневого цвета стали  единст-
венным ответом на эти слова.


                    ПЛАТА ЗА САМОУВЕРЕННОСТЬ

     Семь раз уходил за добычей рыбак,
     семь раз возвращаясь домой -
     и вслед за ним в море ушли сыновья,
     но дрогнул один, седьмой.
     Семь раз подходил он к зеленым волнам,
     но тут же бросался прочь -
     в пучине он видел жемчужный храм,
     где правит богиня-Ночь...

  "Чтобы избежать большой воды, следует держаться вблизи воды ма-
лой," - так объяснил Блэз, ученик филида, знавший массу не совсем
традиционных поговорок. И не только знавший, но и умеющий по вре-
менам объяснить, почему иное его слово, звучащее издевательски  и
бессмысленно, на самом деле исполнено мудрости высшего закона.
  Не то чтобы великий герой понял что-либо из объяснений  Филида,
как среди Девяти прозывался Блэз, но совету последовал. Малая во-
да - значит, что-то вроде пруда, и следовательно, направляться им
нужно было в Лохланн, Озерный край. Предпочтительно в северо-вос-
точную его часть, к границе Арденн.
  Для отряда героев дело должно сыскаться в любом месте, сомнений
в том не возникало.
  Дело и сыскалось. Вот только приниматься за него Ниал не решал-
ся, так как это нарушало прямой совет Кречета.
  Поручение Динаса, рикса Озерного края, было простым по формули-
ровке: выяснить, почему один из семи рыбаков, вышедших в море, не
возвращается. Сами рыбаки в один голос твердили о гневе Владычицы
Морей, на кого оный гнев направлен - неизвестно, однако  ни  одна
лодка уже месяц не покидала причалов. Даже в устье Сены,  каковая
хоть и считалась рекой, но находилась вблизи моря.  Пока  Лохланн
не голодал, но продлись такое еще месяц - и многие не доживут  до
весны.
  Выяснить в общем-то было несложно - взять лодку, выйти в море и
подождать. Может, две-три лодки, чтобы ожидание не оказалось  че-
ресчур долгим. Ну выползет очередное морское чудовище, ну порубят
они его в мелкий фарш, - после этого, конечно, заявится какой-ни-
будь из более разумных прислужников госпожи Моргьен, которому уже
можно будет задать вопрос. Все это просто, понятно  и  выполнимо.
Сомневался великий герой только насчет одного: кто расставил  ему
эту ловушку, старый друид или Королева Моря? Если первое - в  нее
следовало лезть немедленно, причем головой вперед,  но  вот  если
второе - дело дрянь. Хуже всего, что великому герою не у кого бы-
ло спрашивать совета.
  В таких вот тяжких раздумьях Ниал брел берегом Узкого моря,  по
ту сторону которого высились зачарованные леса Альбиона - и  бук-
вально наткнулся на решение. Даже удивительно, насколько все про-
сто...
  - Брес, ты как-то хвастал, что умеешь дышать под водой?
  - Было такое.
  - Это только у тебя в Лионесс так, или здесь тоже?
  - Это везде так. Была бы вода. Море, озеро или река - неважно.
  - А глубоко ты сможешь добраться?
  - Во дворец Морской Владычицы - вряд ли, но перейти Узкое  море
по дну смог бы, наверное. А что ты задумал?
  - Да так, один фокус...
  - Не как в Каэр Банноге, надеюсь?
  - Нечто в этом роде.
  Брес-Волнорез покачал кудлатой головой.
  - Ох, заставишь ты меня поседеть прежде времени... - Пышные усы
великана седина не осмелилась бы тронуть и через двадцать лет,  о
чем Брес прекрасно знал. - Кому сюрприз готовим?
  - Тебе лучше не знать, - подмигнул Ниал, поворачиваясь к  оста-
льным. - Легионер, мы сможем здесь соорудить эту метательную  ма-
шину... ну, как ты ее там звал, "осел"?
  - "Онагр", - поправил Видерикс. - Найди мне кузнеца,  полдюжины
плотников и тридцать-сорок локтей крепкого каната из конского во-
лоса - через три дня будет тебе камнемет. Долго вряд  ли  прослу-
жит, но тебе, я так понимаю, нескольких выстрелов хватит?
  - Да довольно и одного, абы в цель попал. Лиа, Гвайр - попроси-
те помощи у Динаса? Полдюжины плотников для камнемета, и  десятка
два стрелков надо бы в резерв.
  - С кем ты сражаться вздумал? - фыркнула Ивин.
  - Терпение, все объясню на месте. Блэз, Керидуэн - нужно  очис-
тить берег от рыбаков. Чтоб через два дня тут лишнего человека не
оставалось. Мы с Ивин берем север, вы - юг. До Гавра. Пусть пере-
сидят где-нибудь несколько дней, потом могут возвращаться. Приду-
майте сами чего-нибудь, мол, сюда придет громадное злобное  чудо-
вище, а мы не хотим рисковать чужими жизнями...
  Еще несколько коротких вопросов - и план перестал быть  простым
планом, став наброском предстоящей операции. Набросок этот  вели-
кий герой предусмотрительно держал в голове: она хоть и  дырявая,
зато своя, и кто попало туда влезть не сможет.
  За четыре дня Ниалу начало казаться, что покончить с  полудюжи-
ной морских чудовищ будет много проще, чем заставить  лохланнских
рыболовов на неделю убраться с побережья миль за десять-двадцать,
чтобы им не было видно моря. Тем не менее, великий герой не  нап-
расно звался великим героем и записал на свой счет еще один  эпи-
ческий подвиг.
  Видерикс тем временем, при помощи Бреса и доставленного из Руа-
на обоза "добровольных помощников", соорудил на прибрежном  холме
большой камнемет, какие не раз видел в Империи и даже помогал об-
ращаться с ними. Трудно сказать, мог ли "онагр"  Легионера  пора-
жать цель с той же точностью, что боевые машины Тита  Веспасиана,
но из Девяти только Видерикс и разбирался в имперской  махинерии.
Гэлы не то чтобы считали подобный вид военного искусства  колдов-
ством (как уверяли хронисты Pax Romana, описывая "северных варва-
ров"), но сами никогда не использовали. Лишь те, кто служил в ар-
мии Средиземноморской Империи, понимали, зачем нужны  метательные
машины, однако и среди них не многие точно знали, как эти  машины
работают. Видерикс утверждал, что знает. Не верить ему было опас-
но: Легионер подковырок на собственный счет  упорно  не  понимал,
мог и мечом пырнуть, с него станется...
  - Готово, начальник, - повернулся Видерикс к подходящему Ниалу,
шутливо отдавая салют. - Куда нацеливать?
  - Далеко бьет? Ты как-то говорил, на милю...
  - Ну, этот навряд ли, но полмили будет.
  - Тогда... - великий герой еще раз окинул взглядом берег, изоб-
ражая опытного полководца, - во-он к той бухточке, слева.  Локтей
на двадцать от берега. Сделаешь?
  - Ага. Камень будет фунтов на тридцать примерно. И "онагр" при-
стрелять надо бы.
  - Времени у тебя до вечера, Легионер. Брес!
  - Что, уже купаться?
  - Да. Ныряй.
  Рыжеусый великан сбросил плащ, рубаху и башмаки, покрепче затя-
нул пояс, прихватил любимое короткое копье и пошел, как  выразил-
ся, "купаться".
  - Куда это он? - спросил подобравшийся сзади Блэз.
  - На рыбалку.
  - С копьем?
  - Ты никогда рыбу без удочки не ловил?
  - Ловил. Руками.
  Ниал с уважением кивнул.
  - Эта рыба великовата будет. Даже для рук твоего братца.
  - Понятно... - мудрый Филид не стал вдаваться в подробности.  -
Ладно, что дальше делаем?
  - Пока отдыхаем, разве что Легионеру помощь понадобится.  Кста-
ти, чего пожевать ни у кого нет?
  ...Когда огненная колесница Луга прочертила по Узкому морю дро-
жащую дорогу цвета угасающего костра, из воды почти без  всплеска
появился Брес. По коже Волнореза в четырех местах  словно  теркой
прошлись, из левой руки выдрали полуфунтовый кусок мяса, от люби-
мого копья оставили только иззубренный наконечник, и даже усы на-
поминали скорее ржавую тряпку, которой разве что щели в доме  ко-
нопатить. Однако упрямые искры по-прежнему плясали в синих глазах
великана, и он был готов, слегка передохнув, снова ринуться в бой
с целой армией подводных чудовищ.
  Впрочем, скоро примерно это ему и предстояло - потому что армия
подводных чудовищ следовала за Бресом, не очень-то и отставая.  И
камень из "онагра", расколовший исполинского краба на четыре час-
ти, эту армию даже на миг не задержал.
  Великий герой с запозданием понял, что, мягко говоря,  недооце-
нил то внимание, которое готова уделить его скромной персоне гос-
пожа Моргьен. Но отступать было некуда.
  "Говорил же тебе, подальше держись от большой воды, -  внезапно
раздался в его голове голос Кречета. - Теперь я не сумею  помочь.
Чересчур много. На сушу выманивайте и молите небо, чтобы они ока-
зались достаточно глупы..."
  В эту ночь Ниал вспомнил все баллады о древних временах, о том,
как "из пучины морской на решающий бой выходили армады  фоморов".
И то ли память выбирала самые неприятные моменты, то ли менестре-
ли слегка преувеличили мощь побежденных, дабы еще более возвысить
доблесть и силу победителей, - только утро наступило,  а  великий
герой, хоть и чувствовал себя измочаленным веником, был еще  жив.
Не всем так повезло: от резерва стрелков Динаса Лохланнского уце-
лели только трое, Бреса все-таки достало одно из чудищ, возможно,
то же, что отчекрыжило руку его брату, Керидуэн лежала с пробитым
легким, а Ивин вообще не нашли.
  Едва осознав ЭТО, великий герой испепелил взглядом приблизивше-
гося Кречета, мгновенно прочел по лицу друида все, что и опасался
прочесть, скрипнул зубами и вытер окровавленный клинок о полу ши-
рокого одеяния старика.
  - Ты отправишь меня туда.
  - Куда - туда?
  - Куда нужно. Я ее из Аннона верну, если придется.
  - Не придется, к счастью для Аннона, - молвил Кречет. -  Фоморы
ее взяли. Заложницей. Ивин жива и останется живой, пока ты будешь
делать то, что тебе приказано.
  Ниал бросил меч в ножны, сел на песок и обхватил руками колени.
Он боялся. Боялся, что сейчас окончательно выйдет из себя  и  ра-
зорвет кого-нибудь на части. Живьем.
  - Каков первый приказ? - процедил он.
  - Пожертвовать морю котел Дагды.
  ...Великий герой стал убийцей, вором и  клятвопреступником,  но
исполнил порученное. Святыня Ллогрис и доброй трети Галлии, дару-
ющий жизнь и бессмертие хрустальный котел упокоился в волнах  За-
падного океана. За голову Ниала жрецы Дагды-Киана пообещали  зап-
латить столько серебра, сколько она весит, но за наградой ни один
охотник за наживой так и не пришел.
  А великому герою было позволено увидеть Ивин в колдовском  зер-
кале, убедиться, что с ней все в порядке, и получить второй  при-
каз. Принести в дар морю священный дубовый лист из самого  сердца
рощи грозного Керунноса.
  Он исполнил и это, и Рогатый присоединился к охоте на святотат-
ца Ниала вместе со своими Дикими Охотниками. Но охота и теперь не
была успешной, а великий герой увидел Ивин еще раз, теперь -  без
всяких зеркал, лицом к лицу. Они даже успели обменяться  несколь-
кими словами, прежде чем слуги госпожи Моргьен уволокли девушку в
подводное царство, оставив Ниалу третий и последний приказ.
  И приказ этот великий герой исполнил охотно и даже с  наслажде-
нием, потому что владычица фоморов потребовала у него голову дру-
ида по прозванию Кречет. Означенную голову Ниал притащил на берег
Западного океана всего несколько дней спустя и швырнул ее в удов-
летворенно рокочущий прибой, который тут же раздался в обе сторо-
ны, открывая коралловую лестницу в морские глубины.
  Великий герой шагнул вперед, и воды сомкнулись над его головой.


                         ВЗГЛЯД СНАРУЖИ

     От мертвого смерть отводили семь раз,
     но жизнь не вернулась к нему.
     Увидевшим свет отдавали приказ -
     но не повернулись во тьму
     идущие там, где нет места следам,
     свой рок принимая и срок...
     Семь сгинувших стран, семь открывшихся ран -
     пророк, получи свой урок!

  "Мы всегда платим за свои ошибки, Кречет, но иногда нам помога-
ют заплатить. Немножко."
  Веки оставались сомкнутыми, словно друид не слышал слов, полных
иронии и почти явного издевательства.
  "Так трудно поверить, что кто-то соглашается помочь  доброволь-
но, без каких-либо угроз и принуждений. Что не надо обещать  наг-
рад и власти, задумывая при этом, как бы половчее от этого обеща-
ния отвертеться, не нарушая своих слов. Что дело решается тихо  и
мирно, к обоюдному удовлетворению..."
  Веки не поднялись и теперь, губы оставались плотно сжатыми.  Не
было Кречету дел до обоюдных удовлетворений.
  "В конце концов, ты получил великого героя, я - подвиги велико-
го героя, сам великий герой стал героем истинным и имеет  спокой-
ную семейную жизнь вдали от приключений, а если ему вдруг  станет
скучно, жена быстро даст понять, что с нею куда интереснее, чем с
дюжиной чудовищ..."
  Плотно сжатые губы по-прежнему кривила легчайшая усмешка.
  "Великий герой Ниал Длиннорукий, - иронически добавила  госпожа
Моргьен, которую Кречет звал Моррой. - Спаситель всей  Галлии  от
нашествия фоморов, не говоря уж о двух дюжинах иных мелких заслуг
перед человечеством."
  "Видали мы таких спасителей..." - заметил друид.
  Мысленно.
  Трудновато говорить вслух, когда голова отделена от тела искус-
ным ударом меча, сработанного сгинувшим племенем Dwaergar.
  "Видали, во всех видах видали, - согласилась Моргьен.  -  Впро-
чем, это обоюдно. Они нас во всех обличьях тоже встречали."
  "И провожали."
  "Да, уж мне-то грех возражать..." - Королеве Моря также  теперь
непросто было шевелить языком: тонкий, остро заточенный  кол  как
раз пронзил диафрагму и подбирался к легким.
  "И кто выиграл на сей раз?" - с некоторым запозданием поинтере-
совался друид.
  "Давай объявим техническую ничью, - ответила Моргьен после  не-
долгих размышлений. - Запутаемся в момент, если начнем каждый ход
подсчитывать, а результат все равно не устраивает обоих. Пророче-
ство-то сбылось, но нужно ли тебе такое его осуществление?"
  "Ладно. По рукам."
  "Ну и где теперь те руки?"
  "Там же, где все остальное..."


                         РАЗВЯЗКА

     Семь верных слов произносит тот,
     кто семь раз сумел смолчать;
     семь раз за столетье терновник цветет,
     умеющий снять печать.
     И семь парусов для семи кораблей
     поднимутся в тот же час,
     когда скажут Семеро - "в путь, скорей!" -
     в седьмой и последний раз...

  Эти слова не были пророчеством, а если даже и были, Ниалу никто
об этом не удосужился сообщить. Некому стало сообщать. И до  чего
ж бывшему великому герою это нравилось!
  Нет, иногда он вспоминал, как самозабвенно рыскал по пещерам  и
лесным лабиринтам в поисках сокровищ, на какие ни один  нищий  не
позарился бы, как совершал подвиги, достойные шестилетнего потом-
ка болезненного рода Парлана, прибывшего из иного мира в железной
лодке с огненными парусами много столетий назад... Он вспоминал -
и улыбался этим воспоминаниям, улыбался снисходительно и покрови-
тельственно. Теперь он мог себе это позволить.
  Теперь Ниал мог позволить себе многое. Мог бродить где угодно и
как угодно, мог жить в домике, который возвел для Ивин, или снова
пуститься в странствия, - на нем геасов-запретов не было. На  нем
была только сама Ивин, которая решила, что приключений ей на бли-
жайшие полвека хватит, а потому всерьез намеревалась создать нас-
тоящую, крепкую семью. Желательно, как выразилась девушка, с уча-
стием бывшего великого героя, однако ежели вдруг  оному  великому
герою былое важнее грядущего, силком его тут никто не держит. Ни-
ал не слишком задумывался о грядущем, но до минувших дней ему дел
точно не было. Ну разве что вспомнить их порой -  как  вспоминают
вчерашний сон, забавно-бредовый, но красочный.
  Однажды довелось ему услышать популярную балладу о доблестном и
славном герое, Длинноруком Ниале из Ланд, во главе отряда  добрых
демонов-дверлингов одолевшего восьмерых драконов в Лионесс, обер-
нувшегося рыбой и открывшего врата в подземный мир на Каэр Банно-
ге... и еще с десяток всяких разных подвигов, кои неустанно свер-
шала длинная рука великого героя. Отсмеявшись,  Ниал  вознаградил
странствующего барда Талиесиена последним золотым, завалявшимся в
кошеле с прежних времен, расспросил о последних новостях в Галлии
и окрестных землях, накормил добрым обедом и наутро  проводил  со
всем почетом.
  Через несколько лет он и вовсе забыл о прошлом, поглощенный за-
ботами о хозяйстве и подрастающих детях... А прошлое - прошлое не
помнило и не знало людей, ему были интересны лишь герои, предпоч-
тительно великие. О том, что истинный герой - это герой выживший,
герой, совершивший последний подвиг и переставший быть героем,  -
об этом прошлое не слышало и слышать не желало. Настоящее, вообще
говоря, этот однобокий взгляд на вещи вполне разделяло.
  ...Так и завершилась странная история, в которую даже ее  герои
не верят, в чем лично я, Талиесиен, с ними вполне солидарен.
  Истинному герою не нужно верить.
  Ему достаточно - быть.
  Быть вне странной смеси игры в камни, спектакля и  поединка  на
самом что ни на есть боевом оружии, быть вне карусели  бессвязных
событий, которую ученые и мудрецы зовут жизнью. Хотя следовало бы
именовать сей не очень трезвый бред так, как делаем это мы. Напо-
ловину издеваясь, но только наполовину.
  "Борьба бобра с ослом" - почетный титул, негласно данный  сооб-
ществом бардов общему занятию друидов и иных, считающих себя кол-
дунами и волшебниками. И герой истинный - это тот, кто не стал ни
бобром, ни ослом.
  Конечно, далеко не все, подобно Ниалу, завершают карьеру героя,
на прощание разделавшись с обоими "игроками". Тут герой, пожалуй,
немного перестарался - но поскольку в тот момент он был еще вели-
ким героем, а не истинным, обвинять его в чем-либо глупо. Герои -
вне правил. Великие герои - вне правил общества, а герои истинные
- вне правил игры.
  В общем-то, мир стоит на том, что великих героев не  интересует
общество, а истинных героев - игра, точнее, помянутая борьба боб-
ра с ослом. Иначе началось бы сражение, ставшее для жителей седой
древности источником половины мифов о битвах Хаоса с Порядком,  о
войнах неба и земли, суши и моря, дня и ночи, гор и деревьев... и
достанься победа в этой борьбе бобру или ослу, ничего хорошего из
этого не вышло бы. А так - мир цел, великие герои по-прежнему гу-
ляют по нему и свершают эпические подвиги, истинные герои - живут
спокойной жизнью среди обычных людей, не обременяя себя  избытком
воспоминаний, а я и другие умеющие видеть взираем на это со  сто-
роны, и порой радуем истинных героев эпическими сказаниями о  ге-
роях великих.
  Пока мир цел, иной истины не нужно.

                              К О Н Е Ц


 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"