Недавно старые друзья попросили помочь продать однокомнатную квартиру их знакомых в не престижном районе. Работа, вроде, несложная - одна сделка, ничего не покупается взамен, "чистая продажа", как говорят. Сделай рекламу, покатайся попоказывай, найди покупателя, проверь документы, подготовь сделку и, вроде, всё.
Но трудность оказалась в том, что пожилой хозяин квартиры лежит в ней закрытый, парализованный после инсульта, произошедшего от погашения житейских неурядиц обильным алкоголем. У бывшей жены своя жизнь, а ухаживает за ним сестра - золотой человек, редкая труженица, но живет в другом городе, километрах в 250. И несколько лет подряд она ездит два-три раза в неделю электричкой в столицу. Покупает еду, готовит, убирает, моет, переодевает его, оставляет кастрюльки, хлеб, питьё и обратно, потому что там тоже семья - муж, дети, внуки, огород. Больной, пока так-сяк передвигался с палочкой, и слышать не хотел о переезде, а как слег, пришлось решаться - продавать квартиру и покупать ему в областном центре рядом с сестрой.
Родные привозят к продавцу нотариуса, делают доверенность на моё имя, и я начинаю собирать справки. Собираю и думаю - а как же эту квартиру показывать? Дают мне комплект ключей, доверяя таким образом в любое время приходить, приводить, показывать, не очень обращая внимание на лежачего и не всегда адекватно реагирующего хозяина. Но как объяснить покупателям, что сделка не криминальная? И как их водить "технически", если стоять в помещении больше одной минуты сложно, ибо запах в жилище въелся такой, что бежать охота. Хотя, если абстрагироваться, то квартира и ничего на такую цену...
Но и тут складывается, как надо. Мир тесен, и оказывается, знакомые других знакомых, переезжают в Киев и ищут относительно недорогое жильё, чтобы "зацепиться". Свожу интересы, показываю, извиняясь за "комфорт", договариваемся, назначаем день сделки, работа движется.
Всё это время общаюсь с сестрой хозяина по мобильному, рассказываю, как идут дела. Она в свою очередь активно ищет взамен квартиру возле себя, чтобы было, куда перевезти брата. Слушаю её и думаю - сколько же сил, терпения, любви в этой хрупкой немолодой женщине?! Да выдержит ли мужчина такую жизнь?! И никакого раздражения, обид, упреков. Наоборот: "Это же Брат! Мы же вместе выросли!"
Дошло до сделки. Нотариуса однозначно надо привозить на дом - хозяин не транспортабелен. Покупатели вдруг вспоминают, что у их знакомого есть приятельница нотариус, мол, со своими проще. Созваниваюсь с ней, объясняю, что всё будет оплачено, надо выехать на место. Соглашается.
Накануне сделки подвожу все бумаги ей в офис, чтобы Договор купли-продажи подготовили заранее. Нотариус, лет слегка за тридцать, симпатичная, деловая женщина, офис хорошо экипированный, модный, почти в центре. Знакомимся, общаемся, объясняю ситуацию. Согласна. Назначаем время. Прощаемся. В конце разговора даю свою визитку. Взглянув на неё, нотариус удивленно поднимает на меня глаза и резко отводит взгляд, спрятав его в кипе бумаг на столе. Я улыбаюсь и прощаюсь еще раз.
День сделки.
Действующие лица, кроме меня:
Продавец - лежит под одеялом в стеганой фуфайке в полутемной комнате с закрытыми шторами, аммиачного запаха, очевидно, уже не чувствует, на ситуацию почти не реагирует.
Сестра Продавца, Вера Ивановна - проснулась в четыре утра, приехала электричкой, волнуется, хлопочет, перед всеми извиняется за неудобства.
Зять Веры Ивановны - приехал с ней для поддержки, курит в коридоре возле лифта, в событиях не участвует.
Покупатель - молодой человек лет двадцати пяти, тоже курит в коридоре в ожидании.
Мать покупателя - женщина средних лет, очень волнуется, ходит с документами в руках по длинному коридору туда-сюда, в квартиру не заходит.
Все ждут нотариуса. Открываются двери лифта - появляется подчеркнуто-деловая хрупкая симпатичная женщина с ноутбуком.
- Здравствуйте, ждем вас, - говорю я, так как одна знаю её в лицо.
- Здравствуйте! Где квартира? Где хозяин? - спрашивает нотариус и с недоумением смотрит на людей, которые бродят по коридору.
- Пройдемте, я вам покажу, - говорю я и иду к открытой двери квартиры.
Нотариус движется за мной, не очень понимая специфики момента, входит в полумрак помещения, задыхается его ароматом, видит лежащего укутанного хозяина и растерянно оглядывается на меня. Мы выходим в коридор, за нами следует сестра хозяина и, извиняясь, рассказывает о причинах продажи и такого положения дел здесь. Нотариус стоит в оцепенении, соображая, что делать, потом задает вопрос:
- А он хоть понимает, что происходит?
- Да, конечно! - говорит Вера Ивановна, - можете у него спросить. Вот все документы, паспорт его, справки.
Нотариус набирает воздуха в легкие, открывает дверь и входит в квартиру. Задав пару вопросов продавцу, она всё же признает его дееспособным, хоть и лежачим, опять эвакуируется в общественный коридор и растерянно звонит кому-то с мобильного посоветоваться.
Я понимаю, что пора брать дело в свои руки и прошу мужчин вынести кухонный стол и пару стульев в коридор. Они устанавливают всё это на пятачке возле лифта, благо время дневное, и движения в подъезде нет. Раскладываю справки, документы, паспорта по столу. Нотариус смотрит на все эти декорации, явно впервые переживая такой опыт.
- Что делать? говорю я, - Сегодня вам придется работать, как военврачу - оперировать в полевых условиях.
Аккуратненькая, стильная нотариус усаживается возле лифта на ободранную табуретку, устанавливает ноутбук на столе, достает подготовленный Договор и дает покупателям прочесть его, копию сестра относит продавцу, сама ему читает, объясняя, о чем речь. Дело идёт быстро, все согласны, проверяются справки, наступает момент подписания Договора. Покупатели подписывают. Нотариус, набрав воздуха, заходит в комнату, где уже горит свет и открыты шторы. Продавцу в руку вкладывают ручку, под Договор подкладывают картонку, он лежа подписывает, как может, и ставит подпись в журнале регистрации договоров.
Действие опять переходит в коридор, где передаются и пересчитываются пачки чужеземных денег, идут расчеты с нотариусом за услуги и выезд, с риелтором за услуги, тысячный раз извиняется и благодарит всех Вера Ивановна, все расшаркиваются, обсуждают процедуру освобождения квартиры и передачи ключей. Прощаемся. Вдвоём с нотариусом заходим в лифт и спускаемся. Я развожу руками:
- Извините. Такая уж ситуация. Всё равно надо решать. Люди-то хорошие, сестра его - просто великомученица, столько лет отъездить к нему - впору памятник ставить. Ему, может, и всё равно, где лежать, а ей хоть легче будет ухаживать. Не волнуйтесь, на улице он не окажется, уже квартиру нашли, задаток дали, договорились, как его перевезти. Спасибо вам! А опыт полевой хирургии вам в копилку.
Она нерешительно улыбается, кивает, предлагает обращаться, если что надо.
- Подвезти вас? - спрашиваю.
- Нет, спасибо, меня ждет такси. Всё оплачено.
- Ну, тогда еще раз спасибо. Желаю удачи!
Минута замешательства. И вдруг она говорит, уже сделав несколько шагов к машине:
- Вы знаете, кто меня попросил заняться этим делом?
- Да. Мой бывший муж. Мир тесен, а у него много знакомых ... нотариусов, - улыбаюсь я, - Не напрягайтесь, он мужчина свободный, я не в претензии.
- Я вас не так представляла, - говорит она.
- Я вас тоже. Вы очень милая. И компетентная к тому же. Желаю удачи!
- Вы не так поняли. Ничего нет. Это всё давно было.
- Не напрягайтесь, военврач! Не актуально. Всё хорошо. Главное - дело сделано, мы помогли хорошим людям. Да еще и денег заработали.
Вдруг на крыльцо выбегает Вера Ивановна:
- Ой, хорошо, что не уехали! Я так затуркалась, забыла! - и вручает нам с нотариусом по пакету, в которых по бутылке шампанского и по коробке конфет.
Мы отнекиваемся, но она непреклонна:
- Вы нам так помогли! Дай вам Бог здоровья и счастья!
Две машины покидают двор и разъезжаются в разные стороны, а Вера Ивановна ещё стоит на крыльце подъезда и машет нам натруженными руками. Добрейшая женщина. Из простых, надежных и настоящих. На которых всё и держится. Мужчина не выдержит. Его дело - подвиг разовый!