Я был неправ. Дроны не умерли, они просто немножко растерялись. Кто они такие? По существу, дети. А мир такой огромный и сложный, коварный и злой, но, в то же время, прекрасный и добрый. Как в нём выжить, и как в нём жить столь необычным формам проявления разума? Я не мудрец, чтобы ответить на столь сложные вопросы. Порой, я и сам не знаю, как мне поступать в той или иной жизненной ситуации. Так и с дронами. Как вы могли убедиться, я даже не знаю, как они появились на свет. Хотя смутные догадки у меня присутствуют.
Очевидно, кое-что я смогу ещё вам рассказать. Я уже знаю, что я расскажу вначале, догадываюсь, что будет в середине, и неуверенно размышляю об окончании. И... пока всё.
Да! Наверное, мой рассказ будет называться - "Такой большой Остров".
Ну, и, наберёмся терпения. Вы, очевидно, уже заметили, что я большой тормоз (8~))) Нижеприведённое ничто. Это просто остатки мыслей от написания второй книги. Но, бывают и остатки сладки)))
**** **
Когда они прибыли в Карчму, Мэт сказал: - "Всё, больше не могу. Что хотите, то и делайте, а я пошел спать". И ушел с Острова домой, оставив "тигра" дремать под навесом у наковальни, а Синего на произвол его судьбы со всеми десятью "кисками", старыми друзьями, новыми знакомыми и прочая, прочая...
Дома было темно - был очень поздний вечер, или скорее ранняя ночь, за окошком привычно уже поскрипывал снег под неровными ногами неугомонных поздних прохожих - близился Новый Год и кое-кто начинал отмечать его заранее, стремясь максимально растянуть удовольствие сказочного праздника. Мама что-то до сих пор делала на кухне, и было слышно, что она нервничает и беспокоится о нём, и было всё это нереально и зыбко, словно и не было вовсе. А в воспалённых глазах его всё ещё жил Остров, стелились его опасные, скользкие тропинки, жуткие тёмные подземелья и облепленные мокрым снегом ветви корявых кустарников, освещённые призрачным светом тусклой Луны, и призрачные тени скользили сквозь сумрачный свет её.
Так бывало и раньше, когда уставший он выползал из компьютерного кресла и немощно валился спать, не раздеваясь, ненавидя неумолимо приближающееся рабочее утро и твёрдо обещая себе не возвращаться в сеть хотя бы какой-то период, чтобы пару ночей нормально выспаться. Так было раньше. Но не теперь. Он вышел из Островной Сети, но не из Сети Дронов. Какая-то часть его сознания, независимо от его воли, осталась жить там, на Острове. Где-то там. И раньше он наверняка бы удивился столь невероятному факту, но сейчас у него просто не было на это сил.
Он зевнул, чуть не вывернув челюсти, и громко сказал, выключая компьютер:
- Ма-а, я пошел спать! Завтра рано меня не буди, я сам проснусь!
Вынулся из кресла. Встал. Уронил на пол обруч. Чертыхнувшись, с трудом поднял его и не глядя, положил мимо стола. Чертыхнувшись, с кряхтеньем, поднял его вновь. Аккуратно поместил у клавиатуры. Стянул беспалые сенсорные перчатки. Не удержал их вялыми руками, и они упали к его ватным ногам. Стеная, нагнулся ещё раз, растягивая непослушную деревянную спину, поднял и бросил их к обручу. Волоча ноги, еле дополз до кровати, вполз в неё как есть, и провалился в сонную бездну небытия, зависнув на одной единственной мысли - "спа-а-ать"...
...подсознание освободилось от надоедливого бестолкового контроля со стороны верхнего уровня - сознания, и занялось, наконец-то, своим любимым делом - наведением порядка в полученной за прошедшее время информации, упорядочением и закреплением устоявшихся, и не очень, чувственно-логических связей.
Разбирая горы и завалы добытых впечатлений, оно неожиданно наткнулось на обширное, вновь приобретённое пространство телепатической сети - вот где край непочатой работы, решило оно и, потирая эмпирические работящие руки, приступило к необычному делу - освоению внезапно отрывшегося нового пространства сферы разума...
...он очнулся. Он это понял, то, что он очнулся, сразу, как только сознание заработало в полную силу. Это было за пределами его научного и жизненного опыта, поэтому он нисколько не удивился, просто принял к сведению. Осознание происшедшего доставило ему лёгкую радость и странное удовлетворение. И ещё он понял, что устал быть в небытии и очень хочет спать. И он уснул. Легко, и безо всяких усилий, не как прежде. Просто уснул. И видел во сне цветные, важные мысли. Это было прекрасно.