В некотором царстве-президенстве, в городу Печорском жил-был в палатах о двух горницах с раздельными санузлами Димыч - добрый, можно сказать, м
олодец. Или молод
ец? Достоверно не установлено. Служил означенный молодец в предприятии унитарном, извините за выражение, с обслуживанием всего летающего связанным. Будь ты, хоть ведьма на помеле, хоть валькирия с обнажённым фатерляндом, хоть "Боинг" авиакомпании "Джал" о трёх головах... ах, простите, о трёх реактивных двигателях... Всех обслужит, ублажит славный молодец наш государственно служащий.
Удумал как-то воевода унитарный отправить добра молодца Димыча за тридевять земель, за болота топкие, за леса дремучие (что Пармой в тех местах прозываются) в град стольный Сыктывкар, что в народе Сингапуром кличут. Пусть-ка, походит Димыч по столичным лавкам скобяным, кой-какого товару электронного посмотрит, дешевизной славного и надёжностью не китайской отмеченного.
Дело в конце ноября года 2000-го происходило. Стояли морозы трескучие, небывалые. Пьяные на лету мёрзли, не успевая до палат своих каменных добежать, в тумане морозном блуждая. И было на улицах тогда градусов тех окаянных от колдуна Цельсовского никак не меньше 40, а уж про Фаренгейта лучше и не говорить, не к ночи он будет помянут.
Собрал добрый молодец Димыч суму перемётную, поддел на себя кальсоны тёплые индусского бархата, да и к дороге чугунной отправился, чтоб на погоду нелётную потом не пенять. Дальше следует отступление техническое, да не просто техническое, а очень фактическое.
Очень фактическое отступление от главного героя, рассказанное им самим
История со сдачей исторического объекта - Печорского железнодорожного вокзала заслуживает особого разговора. Для нашего города он ничуть не меньший по значимости объект, чем величественное сооружение в Киеве, европейский монстр
Павелецкий, предназначенные для той же цели. Масштаб, конечно, как вы понимаете, не такой величественный, а в остальном - аналогичное желание удивить пассажиров удобствами. В общем, как сообщает министр путей сообщения, - Всё путём! Дали каждому пассажиру по мягкому месту!
Несколько лет на строительство вокзала в Печоре не было финансовых вливаний. Старый вокзал, который строили ещё зеки из Печорлага, был сломан и развеян по ветру по причине его аварийности. Пассажиры ютились в металлическом ангаре, предназначенном для багажного отделения.
Но, наконец, свершилось великое чудо Маниту (помните такое божество от фирмы "ДЕФА"?). Деньги выделили. Строительство заколосилось арматурой, засветилось прожекторами, засияло неслыханным трудовым энтузиазмом. В этой феерической деятельности принимал участие и брат моей жены, который в тот период работал главным инженером "Водрема-77".
Из названия, надеюсь, понятно, что эта фирма занималась тепловыми коммуникациями, водопроводом и канализацией. И Саша, так зовут брата жены, был членом комиссии по приёмке здания. Акты подписали в конце октября 2000 года. Вокзал по согласованию с управлением железной дороги (которое находится в городе Ярославле) незамедлительно сдали в эксплуатацию. Сколько же можно пассажиров в складских помещениях томить.
Прошло три недели. И тут опомнились наши местечковые князья республиканского уровня. Что и как происходило дальше, мне поведал Саша, которому по своей должности полагалось наблюдать весь разгул демократических излияний предыдущего (самого первого) президента республики и его свиты. Так вот, как же накануне выборной кампании руководство региона могло пропустить сей замечательный факт, как торжественную сдачу железнодорожного вокзала в Печоре? Никак!
Собрал глава нашей северной провинции целую команду демократов в законе, прихватил съёмочную телевизионную группу (не городскому же телевидению доверять съёмку себя любимого!), усадил всех в "личный" АН-24 и - айда в Печору украшать своим величеством торжественную сдачу вокзала.
Сначала, как водится, вызвали всех мало-мальских руководителей, собрали их у мэра и провели совещание, где похвалили
себя за такое быстрое строительство под неусыпным взором самог
о. Дальше вереница машин отправилась к вокзалу. А там... такое...
Такое безобразие - пассажиры совершенно наглым образом уже дней 20 как занимают не только сидячие места, но и СПЯТ в комнате для транзитников (те, кто на Усинскую ветку пересаживаются), делают покупки в многочисленных ларьках, аптечном киоске, читают газеты, питаются горячей пищей в новеньком буфете, билеты в кассах приобретают. Но что самое ужасное - туалет посещают, совершенно не думая о том, что мудрые руководители республики ещё вокзал не открыли.
Увидел Спиридонов (именно так и звался наш мудрый глава), всё это непотребство строгим, но очень гуманным взором обозрел, да как топнет ножкой. Кто позволил? Кто посмел? Тут мэра Печорского и всю мэринову команду в партер поставили, и давай пытать, кто распоряжение такое дал, чтобы настолько изощрённо власти не уважать?. Начальник вокзала на себя всё взял, дескать, его это ужасные происки. Но ему-то как раз глава республики не указ. Он подчиняется напрямую начальнику Северной железной дороги, который в Ярославле сидит.
Все городские руководящие холопы пот холодный с себя смахнули - выкрутились, вроде. А приезжие не унимаются, всё стыдят мэра с командой. Вот посмотрите, люди добрые, электорат недоенный, не мы ли это вам денежки из бюджета отстегнули на строительство. И всего то три года ждали! Совсем совесть потеряли - не удосужились своих благодетелей дождаться.
А люди, говорите? Что люди? Три года терпели, ещё бы 20 дней перетоптались. Зато бы уж прониклись торжественностью момента. И такое впечатление создавалось, что это Спиридонов из своего личного кошелька финансирование открыл. А ведь Печорский район вместе с Усинским являются донорами в республике и всю её кормят. А когда дело до дележа бюджета доходит, почему-то столицу спешат вылизать.
Хотя, чего это я. Просто так везде ведётся с лёгкой руки Бени (ну, того нашего ПЕРВОГО беспалого пенсионера).
Итак, наказать виновного снятием с должности не удалось, да и телевизионщики стоят, нервничают. А народ по вокзалу снуёт. Наплевать ему с высокой колокольни на терзания начальственные. Такая беда! Всю ораву завели в зал для VIP персон. Там-то и родилось "мудрое" распоряжение Сыктывкарских бонз - всех пассажиров из здания удалить в 10 минут, полы помыть до солнечного сияния, туалеты выдраить, праздничную ленточку повесить.
Началась зачистка вокзала. Была задействована вся Печорская милиция. Ничего не понимающих людей выгоняли на мороз с вещами, с недожёванными пирожками во рту. Спящих будили. Спрятавшихся вылавливали. Прошёл слух, что вокзал заминирован. Паника, крики, оторванные пуговицы, прожжённые сигаретами рукава. Хорошо поработали служители порядка, уложились в отведённое время.
В зачищенное старинным
кандагарским методом здание ворвалась рота уборщиц и приступила к наведению образцового порядка. После всех вышеописанных событий телекамеры запечатлели нежные Спиридоновские ручки, в которых блестели ножницы, перерезающие кумачовую ленту. Дальше - начальство удалилось пьянствовать, а пассажирам было милостиво дозволено вернуться в чрево повторно открытого здания.
В тот же вечер вся республика узнала, какой чудесный подарок сделал им её глава. Только многие печорцы, которым уже приходилось ездить с нового вокзала, удивлялись - почему диктор всё время называл датой сдачи именно сегодняшнюю. Давно же открылись уже...
А я отправился в командировку спустя три дня после этого праздничного события, уже зная, какая картинка с натуры была наризована здесь руководителями республики немного раньше...
Может быть, я чего запамятовал - не сам Спиридонов лично в Печору прилетал со свитой, а кто-то из его синекуры? Но, думаю, сути дела это не меняет. Вот и отступлению конец. А сказочка продолжается.
Прибыл добрый молодец Димыч в дом казённый, что на чугунке стоит да то и дело путников разных глотает да выплёвывает. Купил грамоту проездную в вагон не очень роскошный, а попросту - плацкартный. Не по причине нищенского содержимого мошны своей, а токмо из-за большущего пассажиропотока державных да иных путников, путешествующих по делам приватным, али с негоцией, какой, связанным.
Встретил Димыч на станционных подмостках знакомца своего давнего, что механиком служит в том же унитарном предприятии, что всё летающее в округе контролирует. Уговорились они с добрым молодцом рандеву с пивною беседою в купейном чреве устроить, куда означенный механик свои стопы направил. Порешили на том, да и к паровозу заспешили, который как раз парами пыхтеть принялся и нетерпение проявлять.
Димыч только вещи на полочку бросил, да и в вагон первого классу засобирался. Испили они с механиком пива медового, что ни в сказке сказать, ни одной рукой приподнять. Однако пора и честь знать. Отправился добрый молодец в свой вагон, чтобы спать улечься. Только видит - непорядок там творится. Все люди разного сословия в пальто кутаются, да ещё одеялами байковыми прикрываются. А по проходам два чумазых проводника мечутся и заклинания твердят магические: "Обратка не работает, систему бы не разморозить!". А в руках у них грелки какие-то волшебного применения. Не проводники - чисто черти.
И, видать, не сильно тем чертям заклинания помогают. Парок изо рта струится. Не жарко совсем. А попросту - дубак стоит почти уличный, к философствованиям неспешным не располагающий.
Но делать нечего - садится Димыч на полочку свою, одеялкой укутался, пивной дух из себя выгоняет, чтоб знобило не так сильно. Долго ли коротко ли сидел, в окно глядеть пытался да заморские загадки отгадывать (сканворд называется), да сон всё никак не см
орит. Хотел было Димыч бежать в другой вагон на откидном стульчике посидеть, да тут случай один подвернулся.
Напротив него примостился парнишка смышлёный, всё глазом косил загадочно да к разговору приглашал. Отозвался добрый молодец своим самым доверительным словом, обласкал парнишку. Тот к суме своей потянулся да бутылец с желтоватой жидкостью на стол выставил. "Тёща сама гнала, - говорит, - горит, аки дыхание Горынычево". Попробовали попутчики даров тёщиных и возлюбили её любовью неземною. Знать, в колдовстве она сильна была, ибо так вдруг хорошо стало да покойно.
Мирно беседа полилась, одеяла сами собой опали с тел разгорячённых. И знакомцы общие нашлись в Печорском город
у, и темы интересные сами по себе проявились. За беседою этой чудесной не заметили добры молодцы, что шумы вагонные затихать стали, покуда вовсе на нет не сошли. Глядь, а вагон-то пустой совсем. Расселили всех путников замерзающих по составу. Да и молодцам предлагали, да разговор душевный прерывать не хотелось.
Но тут момент пришёл такой, что пора бы и поспать чуток. Пошли искать чертей сопровождающих, ан нет никого, да и вагон, вроде как, замурован силою демонической, силой железнодорожною, что в кругах колдовских
Путейской зовётся. Совсем грустно стало добрым молодцам - так и замёрзнуть во цвете лет недолго!
Но до чего ж тёща то у Димычева попутчика предусмотрительна! Ещё один волшебный сосуд попутчик извлёк, и беседа возобновилась. Утро застало двоих странников в пустом холодном вагоне лежащими на полках под пятью одеялами. И холодно не было вовсе. Только волосы к полке примёрзли. А тут уже и Сыктывкар огнями блестит, ждёт гостей сердешных.
Попрощался Димыч, добрый молодец, с попутчиком, расцеловались они троекратно по обычаю русскому, обычаю древнему. Димыч тёще привет велел передавать большущий и обещался при случае свечку за здравие поставить. Как-никак спасла она двух путников замерзающих от страшной доли Снегуречиков. А на пар
у на том, что от волшебного напитка остался, коий непросвещённые смерды перегаром величают, Димыч ещё цельный день в стольном граде обретался, все лавки скобяные обошёл, гостинцев всем близким воеводам приобрёл. Да и домашних своих не забыл. А что попутчик его делал после испытания морозного - про то нам не ведомо. Да и сказке-то уже конец пришёл. А вы и не заметили...
Закончил летописец главу бытописательную из жизни добрых молодцев да призадумался тут же. А ну, как прочитают сей манускрипт людишки, властью облаченные, Тут и могут у добра молодца неприятности возникнуть внезапно. Подумал и решил следы замести, цензоров злопакостных в заблуждение введя. И вот, что вышло у него, у Нестора наших душ.
Новый снегуречик (из средней части, то есть самый вкусный):
История со сдачей исторического объекта - NN-ского железнодорожного (
воздушного, речного, самокатного) вокзала (
базара, склада готовой продукции, ремонтной мастерской) заслуживает особого разговора (
беседы, базара, перетёрок). Для нашего (
а может, вражеского или союзнического) города (
селения, посада, деревни, погоста, стойбища) он ничуть не меньший по значимости (
роли, режиссуре, сценарному мастерству) объект (
предмет, тема для перетёрок), чем величественное сооружение в Киеве, предназначенное для той же цели. Масштаб, конечно же, не тот, а в остальном - такое же желание удивить пассажиров (
инвалидов, пенсионеров, малоимущих, гарантов прав) удобствами.
В общем, как сообщает министр путей сообщения, - Всё путём! Дали каждому пассажиру по мягкому месту! Несколько лет на строительство вокзала (
базара, склада) в NN-ске не было финансовых (
натуральных, спиртосодержащих) вливаний. Старый вокзал (
рынок, ларёк), который строили ещё зеки (
ветераны социалистического труда) из NN-лага (
пионерского лагеря "Предпоследняя заря коммунизма"), сломали по причине его аварийности (
самобытности, первозданности). Пассажиры (
бригадиры, мясники, зеленщики) ютились в металлическом (
фанерном, картонном, самородном) ангаре, предназначенном для багажного (
кассового, армейского) отделения (
филиала, участка).
Но, наконец, свершилось великое чудо Маниту (помните такое божество от фирмы "ДЕФА"?). Деньги (
тугрики, мазуту, капусту, шуршики, грины, бабки, бабло, тити-мити, фантики) выделили. Строительство заколосилось арматурой, засветилось прожекторами (
фонарями, фарами, маяками), засияло неслыханным трудовым энтузиазмом (
оргазмом, пароксизмом). В этой феерической деятельности принимал участие и (
вымарано цензурой) моей (
возможно, чужой) (
вымарано цензурой), который (
ая) (
вымарано цензурой). Из названия, надеюсь, понятно, что (
вымарано цензурой). И (
вымарано цензурой), так (
вымарано цензурой) жены (
возможно, чужой), был (
вымарано цензурой) здания (
возможно, амбара).
Акты подписали в конце октября (
с декабря по март) NN-го года. Вокзал (
базар, лавка,
сортир) по согласованию с управлением железной (
чугунной, просёлочной) дороги (которое находится в городе M-славле (
весьма сомнительно, хм...) незамедлительно сдали в эксплуатацию (
субаренду, наём, долг). Сколько же можно пассажиров (
бригадиров, колхозников, работников ломбардов) в складских помещениях томить (
варить, жарить-парить, мочить в сортире).
Прошло три (
возможно, четыре) недели (
месяца, года, пятилетки, тысячелетия, эпохи). И тут опомнились наши (
возможно, вражеские, лучше - нейтральные) местечковые князья республиканского (
губернского или уездного) уровня. Что и как происходило дальше, мне поведал анонимный подцензурный (
вымарано цензурой), которому по своей (
вымарано цензурой) полагалось наблюдать весь разгул демократических излияний (
генератор случайных чисел в родительном падеже) президента республики (
марионеточного государства, банановой монархии) и его свиты (
элиты, дружбанов, корефанов, пацанов, в натуре... век воли...).
Так вот, как же накануне выборной кампании руководство республики (
губернии или уезда) могло пропустить сей замечательный факт (
аргумент, гипотезу, теорему, лемму), как торжественную сдачу железнодорожного (
водного, автобусного, мотороллерного) вокзала (
базара,
сарая) в NN-ске? Никак! Собрал глава нашей (
или союзнической, лучше - вражеской) северной (
скорее - южной, чаще - западной) провинции (
глубинки, кантона) целую команду демократов (
фашистов, нацболов, староверов, молокан) в законе (
беззаконии, по понятиям), прихватил съёмочную телевизионную группу (не городскому же телевидению доверять съёмку себя любимого!), усадил всех в "личный" АН-24 (
BOING 747, ступу, ковёр-самолёт) и - айда в NN-ск украшать своим величеством (
ничтожеством, убожеством) торжественную сдачу (
продажу, передачу по акту на ответственное хранение) вокзала (
или гумна).
Сначала, как водится,
вызвали всех мало-мальских руководителей (
священнослужителей, родителей в школу!), собрали их у мэра (
пэра, лорда, председателя ГОРОНО, дяди Васи) и провели совещание (
базар, вокзал), где похвалили себя за такое быстрое строительство под неусыпным взором самог
о (
пресамого, самца, самки, бесполого существа). Дальше вереница машин (
велосипедов, буеров, мотороллеров или роликовых досок) отправилась к вокзалу (
амбару, току или платному туалету).
А там... Такое безобразие - пассажиры (
докеры, колхозники) совершенно наглым образом уже дней 20 как занимают не только сидячие места, но и СПЯТ в комнате для (
вымарано цензурой) (те, кто на XX- кую ветку (
ветвь или древо) (
вымарано цензурой), делают покупки (
растраты, долги, готовую продукцию, проекционную готовность, ветхую беззаветность, попытку попасть в книгу рекордов Гинесса) в многочисленных (
вымарано цензурой), аптечном киоске (!), читают газеты (
детективы Донцовой, журналы порнографического содержания), питаются горячей пищей (
свежими баснями, бородатыми анекдотами) в новеньком буфете (
ресторане, чипке, бистро), билеты в кассах приобретают (
сдают, спекулируют). Но что самое ужасное - туалет посещают (
игнорируют, стоически терпят), совершенно не думая о том, что мудрые руководители республики (
штата, провинции, кантона) ещё вокзал (
базар, гумно) не открыли.
Увидел (
вымарано цензурой) (именно так и звался наш (
а может, вражеский) мудрый глава) всё это строгим, но очень гуманным (
человечным, высверливающем дырки в груди) взором, да как топнет (
тяпнет, ударится в пляс) ножкой (
ручкой, пером, стилом, бамбуковой палочкой для письма). Кто позволил? Кто посмел?
Тут мэра (
пэра, кума, свата, брата, деверя, шурина) NN-ского и всю мэринову (
ого! вымарано цензурой) команду в партер поставили, и давай пытать, кто распоряжение такое дал. Начальник вокзала (
амбара, ремонтной мастерской, частной лавочки) на себя всё взял, дескать, его это ужасные происки. Но ему-то как раз глава (
для закрытого чтения в кулуарах) не указ. Он подчиняется напрямую начальнику Северной (
Южной или Западной) железной (
алюминиевой, медной, деревянной) дороги, который в (
здесь клякса) сидит.
Все городские пот холодный с себя смахнули - выкрутились, вроде. А приезжие не унимаются, всё стыдят (
наконец-то вымарано цензурой) с командой (
приказом, распоряжением). Дескать, не мы ли это вам денежки из бюджета отстегнули на строительство. И всего то три года ждали! Совсем совесть (
наглость) потеряли (
нашли, собрали своими руками) - не удосужились своих благодетелей дождаться. А люди? Что люди? Три года терпели, ещё бы 20 дней перетоптались (
переругались, переспали (ого!)). Зато бы уж прониклись (
сникли, отвыкли) торжественностью момента (
мига, секунды, года). И такое впечатление создавалось, что это (
не скажу кто) из своего личного кошелька финансирование (
кредитование, заём, ипотеку) открыл. А ведь (
секретный) район вместе с (
ещё более секретным) являются донорами в республике (
губернии, уезде) и всю (
вымарано цензурой) кормят (
поят, на горшок водят). А когда дело до дележа бюджета (
сюжета, шкуры неубитого медведя) доходит почему-то столицу (
синицу, лысину или тарелку) спешат вылизать.
Хотя, чего это я. Просто так везде ведётся с лёгкой руки Бени (
Вени, Сени или Ромуальда Иваныча) (ну, того нашего ПЕРВОГО (
ВТОРОГО) беспалого (
безголового, безухого, безглазого) пенсионера (
работника, колхозника). Итак, наказать виновного (
трезвенника, алконавта) снятием с должности (
довольствия, неудовольствия) не удалось, да и телевизионщики стоят, нервничают.
А народ по вокзалу (
гумну, амбару, базару) снуёт (
так и шастает). Наплевать ему с высокой колокольни (
Эйфелевой башни, собора святого Марка) на терзания начальственные. Такая беда (
горе, печаль)! Всю ораву (
свору, стаю, косяка) завели в зал для VIP персон (
комнату для дкпутатов, спецприёмник для бомжей). Там-то и родилось (
произошёл выкидыш) "мудрое" распоряжение (
не скажу каких) бонз - всех пассажиров (
строителей, докеров, парикмахеров) из здания (
сооружения, амбара) удалить в 10 минут, полы помыть (
отмыть деньги, выстирать исподнее) до солнечного сияния, туалеты выдраить, праздничную ленточку (
шнурок) повесить (
на фонарном столбе, на ближайшей осине).
Началась зачистка вокзала (
базара, гумна). Была задействована вся (
вымарано цензурой) милиция (
полиция, войсковая часть N ХХХ). Ничего не понимающих людей выгоняли на мороз (
жару, дождь, Лазурный берег, в открытый космос, в застрявший лифт) с вещами (
без вещей), с недожёванными (
переваренными) пирожками (
анчоусами) во рту (
в желудке). Спящих будили. Спрятавшихся вылавливали.
Прошёл слух (
пролетело поветрие), что вокзал (
амбар, базар, стрельбище, тир) заминирован (
засекречен, горит, не горит, сияет, тонет, сдан в аренду, заложен за карточные долги). Паника, крики, оторванные пуговицы (
пришитые манжеты), прожжённые (
обугленные) сигаретами (
фауст-патронами) рукава (
танки, БМП, самобеглые коляски).
Хорошо поработали служители порядка (
беспорядка, сельского хозяйства, промышленной безхозяйственности), уложились (
не уложились - упал-отжался) в отведённое время. В зачищенное здание (
сарай, амбар, конюшню) ворвалась рота (
батальон, дивизия, бригада) уборщиц (
мусорщиц, плакальщиц) и приступила к наведению образцового порядка (
беспорядка, Хаоса). После всех вышеописанных событий телекамеры запечатлели нежные (
вымарано цензурой) ручки (
ножки, пупок), в которых блестели ножницы (
серьги, кольца, монеты), перерезающие кумачовую (
застиранную, свежую, капроновую) ленту (
шпагат, скотч).
Дальше - начальство удалилось пьянствовать (
молиться, духовно развиваться), а пассажирам (
колхозникам, докерам, страховым инспекторам, солдатам) было милостиво дозволено вернуться в здание (
амбар, тир, гумно). В тот же вечер вся (
не скажу что) узнала, какой чудесный подарок сделал им (
закрыто жирным пятном от пирожка с ливером) глава. Только многие (
секретные лица), которым уже приходилось ездить (
убегать, прибегать) с нового вокзала (
амбара, гумна, казармы), удивлялись - почему диктор (
доктор, шаман, психиатр, колдун) всё время называл датой сдачи (
спасибо, у меня под расчёт) именно сегодняшнюю (
видно, вчерашнюю). А я отправился в командировку (
отпуск без содержания, охоту на сусликов, вояж, экспедицию) спустя (
вымарано цензурой) дня после этого праздничного (
горького, сладкого, кислого) события.
Может быть, я чего запамятовал - не сам (
вымарано цензурой) лично в (
село, департамент, амбар) прилетал (
приплывал, пробегал) со свитой (
с салом, с басней, с прибаутками, без гармони), а кто-то из его
синекуры (
окружения Розовой Пантеры)? Но, думаю, сути дела это не меняет. Вот и отступлению конец. А сказочка продолжается...
ноябрь 2002 г.