# Залесье. Глава 18

Дмитрий Викторович Иванов

Король дает нашим героям новое задание. О мечтах отправиться домой можно забыть. Однако награда обещана просто небывалая. Да и выбора, в общем-то, нет. Приходится отправляться в южные горы и ночевать в деревне, разрушенной вампирами.

Глава XVIII, в которой говорится о заботах короля, а наши герои проводят ночь в церкви


Снова тот же кабинет. Те же охотничьи трофеи на стенах: головы оленей, волков и кабанов. Ниже висели тарчи, павезы, кирасы, арбалеты, большие и малые клинки. А под потолком выстроились в ряд пестрые гербы владений короля Мациуса. Одни он унаследовал от предков, другие - завоевал в кровавой борьбе. Уже во второй раз наши герои стояли на шкуре огромного медведя готовые внимать словам монарха. Подле суверена в кресле сидел верный архиепископ и пристально наблюдал за хозяином и гостями. Было уже поздно, но его величество, казалось, не знал усталости. Всё тот же цепкий взгляд, то же выражение крайней заинтересованности на лице. Подвижные глаза сверкали не меньше, чем золотой венец в пшенично-лимонных волосах.

- Итак, от моего имени и от лица вверенной мне богом державы, выражаю Вам, господин Мортимер, и вашим спутникам благодарность за блестящее выполнение нашего задания. Отдельно отмечу быстроту и рвение, с которым вы подошли к делу. Если бы все мои вассалы относились к своим обязанностям так же, как вы, то под моим скипетром бы уже находились все земли до самого моря, - произнес король и простер длань.

"Рассыпается в похвалах, значит хочет умаслись перед чем-то неприятным, - подумал Тэдгар, пока Угрехват на коленях целовал царскую руку, - Не иначе как сейчас прикажет уничтожить всех вампиров Залесья".

Меж тем Мациус продолжал:

- Я искренне счастлив, что в вашем лице обрел столь верных слуг, и теперь пребываю в полной уверенности, что вы с тем же старанием справитесь и со следующим моим заданием.

"Ну точно, кокатрикс ему в ногу. А я уж надеялся, что нас отпустят, да еще и наградят. Жди, как же", - с досадой подумал юноша и тут же спохватился: вдруг царственная особа заметит тень разочарования на его лице и сочтет это признаком непочтительности. Но владыка Гунхарии глядел на сэра Даргула, а помощника магистра предпочитал не замечать.

- Я хочу, чтобы вы применили свое оружие не против пленных упырей, а против тех, кто представляет реальную опасность нашему правлению.

Тут, кажется, и сам Угрехват погрустнел. Но, видимо, венценосец действительно высоко ценил ученого, а потому решил не казнить его за кислую мину.

- Понимаю, - Мациус покачал головой, - вы не ожидали такого приказа. А потому объясню. Я пошлю отряд, своих лучших людей. И как разумный правитель я отвечаю за их жизни. С вашим оружием может управиться только маг. Скажу честно, у меня нет достойных доверия заклинателей, кроме вас. А если кристалл окажется в руках ненадежных и не сработает в нужный момент, то это может обернуться катастрофой. Как говорят, любое изобретение лучше всего работает в руках автора. А потому вы - и только вы - должны отправиться в поход. Что скажете? - обладатель пшенично-лимонных волос закончил и пристально посмотрел на исследователя.

- Бог вам в помощь, государь. Честно говоря, мне уже давно нужно покинуть Залесье и отправиться домой. Камень может зарядить любой, кто мало-мальски знаком с магией. Готов обучить обращению с ним любого, кого вы пришлете, ваше величество.

Тэдгар испугался. От речи наставника по телу парня побежала дрожь, а глаза предательски задергались.

- Господин Мортимер, - в голосе короля зазвучал металл. - Не в вашем положении дерзить мне. Напомню, и почтеннейший архиепископ подтвердит, что обвинения с вас и ваших спутников не сняты. - Миклош Вац, который доселе не принимал участия в разговоре, многозначительно кивнул. - Но я - не тиран как покойный Валуд. - Кажется, здесь его величество решил надавить на больное место Иана. - Я искренне желаю, чтобы ваше решение оказалось добровольным, а потому хочу показать вам награду прямо сейчас. Высокопреподобный отец, прошу вас.

Прелат встал с кресла, одернул блестящие полы парчового одеяния и подошел к столу. На нем стоял большой ларец длиной три фута, богато украшенный позолоченным филигранным орнаментом, перегородчатой эмалью и кабошонами. Священник щелкнул замком и откинул тяжелую крышку.

Тэдгар поначалу не понял, какие вещи лежали внутри, но у наследника боярского рода от одного вида этих предметов перехватило дыхание, а глаза округлились и загорелись благоговейным трепетом. Он даже, кажется, начал шептать слова молитвы. На бархатной подушке покоились клинок с изысканной рукоятью, два продолговатых изогнутых острых предмета, оправленные в драгоценный металл, удивительной красоты чаша и книга в драгоценном переплете.

- Удивлены, господин Кожокар?

- Я и не... - дрожащим голосом начал воин, но король прервал его:

- Для вас, господин Мортимер, и вашего помощника поясню. Перед вами те самые реликвии ордена Белого Вирма, которые считались утраченными после гибели воеводы Ульпии: коготь и клык достопамятного Рогганариона для установления связи членов братства с духом умершего дракона, устав ордена, подписанный самим Тигмундом, текст торжественной клятвы и список всех адептов, а, кроме того меч, тот самый, перекованный, с рукояткой из бивня мамонта. Как видите, эти сокровища попали ко мне. Как? Долгая история. Но, хвала всевышнему, они в целости и сохранности. В случае победы я велю возродить орден и сделаю господина Кожокара его магистром, передам ему в управление крепость и доходы с окрестных деревень, поручу создать в замке часовню ордена, где бы рыцари могли отправлять свои обряды. А вам, господа чародеи, я хорошо заплачу. Решайте. Я жду вашего согласия, - монарх замолчал и обвел взглядом гостей.

"Он сказал, что ждет согласия, - подумал молодой маг. - Не ответа, а именно согласия. Хорош гусь".

Иан с мольбой посмотрел на Угрехвата. Желваки затряслись. Зрачки расширились, Лицо побледнело. Гордый воин, кажется, готов был пасть ниц. "Если что, я тоже вступлюсь за него, - решил начинающий некромант. - Он страдал сильнее и потерял больше всех нас. А теперь судьба дает ему шанс восстановить всё сторицей". Юноша тоже обратил взгляд на наставника.

Тот глубоко вдохнул и выдавил:

- Мы согласны, ваше величество. Вы необыкновенно щедры и великодушны.

И наши герои, не сговариваясь, как один, преклонили колени. В тот миг Тэдгар испытал настоящее счастье. Он был безумно рад за друга, будто бы его самого назначили на высокую должность. Мечта молодого аристократа, вот она, до нее подать рукой. А еще юноша думал о торжестве справедливости. Наконец-то провидение сжалилось над опальным лордом, и он по праву займет то место, которое ему и полагалось.

- Как я и рассчитывал, вы проявили благоразумие и выбрали единственно правильный вариант. - подытожил Мациус Винкорн. - Можете встать. А теперь я попрошу вас, высокопреподобный отец, разъяснить нашим гостям суть дела во всех подробностях.

Архиепископ прижал руку с четками к груди, поклонился королю и начал рассказ:

- Вы наверняка помните обстоятельства гибели воеводы Валуда и знаете, что при нем находилась священная реликвия, эманации которой, согласно вашей же теории, господин Мортимер, и сыграли ключевую роль в возникновении первых вампиров. Долгое время данный артефакт считался утерянным. Однако сами понимаете, такие вещи просто так не пропадают. Мы с самого начала подозревали, что святыней тайно завладел один из лидеров нечестивцев, и начали расследование. Поначалу, когда богопротивные твари были едины, нам пришлось туго. Они быстро опустошали целые деревни и пополняли армию живых мертвецов, алчущих крови невинных. Но творец всех вещей во благости велик. Его волей среди упырей наступил раскол. И они принялись уничтожать друг друга с той же яростью, с какой ранее нападали на беззащитных крестьян.

Тут епископ прервался и перехватил четки, а Мациус налил вино в кубок и сделал глоток. Прелат глубоко вдохнул и продолжил:

- Тогда всевышний послал нашему доброму королю просветление и мудрость. Ведомый божественной дланью, государь смог рассеять многие отряды вампиров. Одни были уничтожены. Иные же, убоявшись праведного гнева, схоронились в лесах и горах. Многие из первородных закончили свое посмертное существование. И хоть слуги нашего благочестивого правителя обыскивали все останки и обиталища кровососов, реликвии так и не нашли.

Долгое время казалось, что в Залесье наконец-то пришел мир. Сообщения о вампирах приходили всё реже. Да и действовали не целые орды, способные захватить поселение, а одиночки или небольшие группы. Признаюсь, мы притупили бдительность и ослабили хватку. Но через пару лет появись новые сведенья. Оказывается, число богомерзких созданий нисколько не уменьшается, а наоборот. Но действуют они хитрее, скрываются лучше, да и аппетиты поумерили. Представьте себе, некоторые проживали в городах, в обычных домах и вели дела со смертными. Изловить или уничтожить удавалось лишь тварей низшего порядка, а вот число тех, кто сохранил разум, речь и человеческий облик, приумножалось, и они почти никогда не попадались. Что же за перемена произошла с богохульными созданиями?

Теперь Миклош Вац решил промочить горло. От неподвижного стояния у Тэдгара заныла спина. Как же хотелось прогнуть поясницу. Но ведь король мог счесть неподобающие движения оскорблением. И если сэр Даргул нужен его величеству, то вот никчемного помощника вполне могли вздернуть. К несчастью, история, кажется, еще даже не подошла к завязке. А потому придется терпеть.

Архиепископ пригубил кубок и повел рассказ дальше:

- Оказалось, что когда мы вели кампанию против нечестивцев, один из первородных сумел-таки залечь на дно. Зовут его Далибор Ядозуб. Он вовремя спрятался сам и укрыл своих сторонников. Где они отсиживались, мы не знаем. Говорят, вампиры способны на годы впадать в летаргию. Когда же всё успокоилось, твари вылезли из убежищ, но не стали нападать на деревни, как раньше, а начали действовать аккуратно, не вызывая подозрений. Часто обставляли всё как случайные смерти и исчезновения. Признаюсь, мы подняли тревогу поздно. Видимо, всевышний послал нам испытание, дабы мы жили не только его волей, но и собственным разумом. Но всё же мы смогли распознать угрозу. Отловили нескольких кровососов и их прихвостней из числа смертных и хорошенько допросили. Тут-то реликвия и всплыла. Оказывается, она с самого начала была у Далибора. Видимо, хитрец как-то сумел ее увести прямо из-под носа у других наемников. Выходило, что он смог научиться использовать святыню для того, чтобы получать вампиров высоких порядков с интересными свойствами. Так у него появилось много магов и оборотней. Причем все эти свойства оказались врожденными. Слово, конечно, не точное. Но, думаю, вы, господа, поймаете, что я хочу сказать.

Мациус улыбнулся, отхлебнул вина и положил в рот виноградинку. Сэр Даргул согласно кивнул, дескать понимает, о чем говорит прелат, а тот продолжал:

- Однако сам Далибор Ядозуб не мог постичь того, как использовать сокровище, действовал, по большей части, наобум. Нам всегда хотелось взять подлеца, но не получалось. Он часто менял свои обиталища, а в последнее время вообще никто не знает, где он схоронился. Мерзавец установил строгую иерархию и жесточайшую дисциплину. Он окружил себя лишь самыми преданными соратниками и безмозглыми тварями, утратившими дар речи. Все приказы передает через цепь посредников. Как я понимаю, они собираются с силами для чего-то грандиозного. Быть может нечестивцы замыслили взять власть в Залесье. В любом случае, чем бы они не занимались, их действия нужно пресечь. И вот тут мы подходим к самому главному.

Архиепископ многозначительно поднял палец вверх и обвёл взглядом гостей. Тэдгар увидел, как его величество потянулся за кувшином вина, и таки прогнул спину. В позвоночнике что-то хрустнуло, боль на мгновение из тупой превратилась в острую, а затем наступило блаженное облегчение.

Меж тем прелат перешел от предыстории к завязке:

- Раз нам не удалось вычислить его через прихвостней, мы решили действовать опосредованно. Я рассуждал так: его самое главное сокровище - реликвия. Наверняка он носит ее всегда с собой. Если мы найдем святыню, то там же окажется и треклятый Ядозуб. Я получил сведенья об артефакте из монастыря, где его изготовили. Теперь предстояло установить связь со святыней. Вы наверное не знаете, но обретение таких предметов может достигаться с помощью особой практики духовного сосредоточения, которая включает в себя медитацию, пост и молитву. Тогда реликвия может заявить о себе: например, послать видения. Для этой высокой цели я избрал брата Просперо. У этого молодого человека была тяжелая судьба. Отманцы захватили его в плен и сделали рабом. Однако совсем молодого худенького слабого паренька никто не хотел брать, и хозяин уже начал подумывать, а не удавить ли дармоеда, как вдруг неожиданно юношу выкупил сердобольный купец и привез к себе в Медиолур. Здесь испытания судьбы не закончились, не буду вас утомлять и перечислять все перипетии, в итоге юноша, как говорится, пришел к богу. Он сначала стал послушником, а затем принял постриг и теперь зовется братом Просперо в честь святого, почитаемого в тех землях. Я же был там с визитом. Когда мне показали мальчика из Гунхарии, ставшего монахом, я испросил позволения взять его с собой и привезти на родину.

Брата Просперо часто посещают видения, посланные создателем. Кроме того, он неоднократно показывал чудеса монашеского подвига. Под моим духовным руководством брат встал на путь новообретения реликвии. И вот по промыслу божьему примерно в то же время, когда вы закончили свои изыскания, брат Просперо смог установить место нахождения реликвии воеводы Валуда. Она в горах Фогрос южнее Хэрмебурга на границе с Ульпией. Именно туда бежали многие вампиры, спасаясь от гнева его величества. В тех труднодоступных районах проходила последняя волна их бесчинств. Несколько деревень богомерзкие создания разорили, жители других поселений устрашились и покинули родные места. Теперь южные хребты обезлюдели. Несколько отрядов кровососов были разбиты королевской армией, и более в тех местах никто не появлялся. Кажется, Далибор Ядозуб вернулся в горы со свей кликой и обосновался там. Брат Просперо прозрел, что святыню хранят в подземном чертоге возле опустошенной деревни Бинзенау. Там есть гробница одного первичного мага и дракона - настоящий дворец, выдолбленный в скале, с залами и проходами. Скорее всего, логово князя нечестивцев находится внутри.

- Спасибо, святой отец, - прервал архиепископа король Мациус, который, определенно, заскучал во время долгого рассказа клирика. - Теперь я расскажу вам суть миссии. Вам нужно будет добраться до гробницы и уничтожить всех вампиров, кто там окажется, а реликвию доставить ко мне. Надеюсь, и Далибор Ядозуб со свитой падут в числе ваших жертв. С вами отправится отряд моей Черной армии под командованием Радомира Селеша и юный знаток заклинаний света брат Просперо. Выступаете завтра на рассвете. Через четыре дня тут состоится бал знати. Как раз после него вы вернетесь, и я выдам вам обещанную награду. Провиантом и лошадьми мы вас обеспечим. Какие-то вопросы, господа?

Тэдгар перевел взгляд на наставника. Сэр Даргул чуть помедлил, будто что-то прикидывая и уверенно ответил:

- Нет, Ваше величество.

-- Вот и прекрасно. Можете идти, - кивнул король.

Утро снова выдалось морозное. Беспросветная пелена серых облаков закрывала небо, будто мир ночью укутался в плотное шерстяное одеяло и теперь не торопился его сбрасывать. Солнце явно не желало просыпаться и, поднималось медленнее обычного. Под резкими порывами ветра снежинки слетали с карнизов, скользили по корке льда на лужах и по обледенелому камню двора. Всё кругом сделалось тусклым и унылым. Даже черепица на крышах башен будто посерела, а теплые охряные оттенки куда-то подевались.

Тэдгар стоял рядом с мастером, кутался в плащ и переминался с ноги на ногу. Рядом также были Иан и Радомер Селеш. На последнего мороз будто бы не действовал вообще "Еще бы, вон какой здоровый, его жир согреет, да и кафтан на меху", - подумал молодой маг. Позади наших героев слуги держали навьюченных поклажей коней. По такому случаю подковы заменили новыми зимними с шипами. Старый вояка хоть и молчал, но всячески показывал нетерпение: мотал головой, поглядывал на двери жилых покоев замка, елозил носком сапога по снегу, нервно то снимал, то надевал перчатки. Все ждали брата Просперо. Юный некромант ни разу его не видел, но заранее начал опасаться этого человека. Со времени пребывания в приюте, а особенно, после посещения монастыря святого Ярфаша, парень относился к духовным лицам с настороженностью и недоверием.

И когда провидец появился, опасения лишь подтвердились. К нашим героям подошел мужчина, возраста примерно такого же, как и Тэдгар с Ианом, но гораздо более хрупкого телосложения. Узкие плечи, тонкие руки с длинными пальцами, будто бы приставленные от кого-то другого. Движения его выглядели угловатыми, неестественными, заставляли подумать о неком насекомом: богомоле или палочнике. Суставы определённо были разболтаны, и, наверняка, новый знакомый мог согнуть локти в обратном направлении. Ростом природа также обделила клирика. Он едва доходил молодому магу до подбородка. Наверное, сказалось голодное детство. Угол гортани сильно выступал вперед, оттого шея казалась изломанной, а в сочетании с сутулой спиной в профиль силуэт напоминал грифа. Голова была крупной, высокий лоб с неширокой нижней челюстью придавали лицу детские черты. Большие глаза блестели, тонкие сухие бледные губы свидетельствовали о шатком здоровье. Брат Просперо был одет в белую ризу из лунного шелка, расшитую серебром, и бурую накидку на кроличьем меху поверх нее. В руках он держал посох с навершьем в форме крестоцвета. Последнее распространяло легкое золотистое сияние.

Тэдгар сразу же счел мистика человеком неприятным, раздражительным и колючим, как чертополох. Такие обычно себе на уме. Им невольно начинаешь желать неприятностей, как только увидишь. У них их до предела обострено чувство собственного превосходства. Но другие постоянно норовят унизить беднягу, от чего тот становится злым и невыдержанным.

- Задерживаетесь, брат, - покачал головой Радомер Селеш.

- Я проводил утренние моления, которые позволят вам же в безопасности вернуться домой, - огрызнулся клирик вместо приветствия.

Да, кажется первое впечатление не обмануло начинающего некроманта.

Командир криво улыбнулся Иану, дескать смотри, каков гусь.

Положение решил спасти магистр:

- Благодать вам и мир, брат, мы давно вас ждали. Высокопреподобный отец так много рассказывал о вас и о ваших видениях. Меня зовут Сэр Даргул. Это - господин Кожокар, боярин. Это - мой ассистент и ученик Тэдгар из Гуртсберри. Ну, а с господином Селешем вы, видно, уже знакомы.

- Да, приходилось иметь дело, - процедил служитель сквозь зубы, и немного, подумав, добавил больше для приличия, - Рад знакомству.

Сразу стало ясно: провидец от попутчиков был явно не в восторге.

И тут послышался крик:

- Тэдгар!

Все повернули головы. Заланка Керепеци сбегала по лестнице.

Магистр ухмыльнулся. Наследник боярского рода тоже иронично глянул на оруженосца. Но юноша не обращал внимания на насмешливых друзей. Он бросился ей навстречу и чуть не растянулся на мерзлой скале. Девушка буквально поймала его в объятья и одарила горячим поцелуем.

- Я так спешила, так боялась опоздать.

Парень чувствовал частое дыхание дамы, ощущал, как вздымается грудь, стянутая плотным бархатом, от ее разгоряченного тела исходило тепло. И на ум тут же пришли воспоминания прошлой ночи.

- Ладно, идемте, ребята нас уже заждались, - бесцеремонно крикнул мастер меча.

- Всё, мне пора, дорогая, - стыдливо проговорил молодой маг и попытался отстраниться.

- Подожди, - остановила его красавица. Она быстро откуда-то достала ленту и повязала своему избраннику на рукав, последний раз чмокнула его в губы и сказала: - Теперь иди. Возвращайся с победой.

Наши герои сели на лошадей и выехали из ворот замка.

За внешними укреплениями их ожидали тридцать воинов из Черной армии короля и несколько слуг. Собрались ехать налегке, вещей с собой взяли мало. Часть сгрузили на небольшую телегу. Туда же поместили и магический кристалл.

- План такой, - громогласно объявил Радомер Селеш, - сейчас направляемся в Цибинум, ночуем там, поворачиваем на юг, к вечеру следующего дня будем в Бинзенау. Там встанем лагерем. К самому подземелью соваться не будем до рассвета, подождём, пока эти твари отправятся спать. Нападем утром, когда гады не могут выходить на свет.

К полудню ветер немного разогнал облака, теперь они лениво плыли к далеким горам рыхлыми рваными клочками. Стало чуть теплее. Но солнце сияло тускло, день оставался серым, и от всего этого клонило в сон. Мерзлая дорога с колеями от телег тянулась бесконечной грязной полосой посреди белой, словно простынь в дорогой таверне, равнины. Там, где наши герои по пути в резиденцию короля еще видели жухлую траву, приминаемую порывистыми ветрами, теперь лежал тонкий слой снега, из-под которого иногда торчали упругие ветви кустарника. Одинокие деревья стояли совсем голые, редко где на какой-нибудь тонкой ветке трепетал последний скрюченный бурый листок.

Впереди ехал Иан с Радомером Селешем. Тэдгар считал, рыцарю следовало находиться рядом с ним, раз они друзья. Но, видимо, воин уже мнил себя настолько важной персоной, что ему подобало скакать исключительно во главе отряда. Сам молодой маг старался не отставать от учителя. Брат Просперо плелся за ними. За время пути он ни разу ни с кем не перемолвился словом и, кажется, даже старался не глядеть в сторону спутников. Молодой маг совершенно не страдал от недостатка общения с новым знакомым. Но всё-таки он искренне не понимал, как внешняя ущербность могла породить такое едкое чувство собственного превосходства в купе с озлобленностью на весь мир, да еще и у духовного лица. Такому уж действительно лучше сидеть одному в келье и целыми сутками созерцать божественную сущность. За мистиком вереницей по два тянулись бойцы Черной армии. А дальше громыхала телега с нехитрым скарбом и магическим кристаллом.

В Хэрмебург, или как его называли гунхарцы, Цибинум, отряд прибыл после наступления темноты. Остановились не в "Хромой устрице", а на постоялом дворе попроще, зато большом. Селеш рявкнул на своих ребят, чтобы те не смели пить и пообещал вырвать кадык каждому, от кого завтра учует запах спиртного. И хоть угроза к нему не относилась, Тэдгар тоже решил воздержаться от белого пива. Брат Просперо, конечно, сел за одним столом с некромантами и рыцарями, но будто специально глядел лишь перед собой и не поднимал глаз. Вопреки ожиданиям он не прочитал молитву перед ужином, а лишь благословил собственную еду. Теперь даже сэр Даргул не пытался разговорить нелюдимого клирика. Видно было, что юный мистик торопился: он закончил трапезу первым и, хмыкнув что-то невразумительное, удалился в свою комнату.

Ночью снова выпал снег. К утру небо почти очистилось от облаков, и день не в пример предыдущему обещал быть ясным. Мороз, хоть и не такой, как в здешних местах бывает в разгар зимы, становился всё крепче, что отнюдь не радовало. И пока отряд королевских наемников, возглавляемый нашими героями, собирает вещи и седлает коней, я расскажу, какой путь предстояло им пройти.

Впереди тянулась главная магистраль Нижнего города, названная в честь святой Беттины. Примечательна она была тем, что здесь друг напротив друга стояли обители нищенствующего монашеского ордена: одна мужская, другая женская. Правда, городская беднота имела на сей счет иное мнение. Говаривали, будто за стенами приоратов скрываются несметные сокровища, а святые братья и сестры лишь для вида рядятся в изношенные рясы, а сами едят до рвоты на золотых блюдах, пьют исключительно сладкое вино из серебряных кубков и не гнушаются мясом. Конечно же, сердобольные граждане охотнее подают милостыню лицам духовным, чем обычным босякам, оттого и зависть. Разве у нас есть основания подозревать в неискренности слуг божьих? Далее же мостовая шла вдоль домов зажиточных ремесленников, предки большинства из которых прибыли сюда из земель Тальмарии. В это время рабочий люд просыпается и, торопится кто в мастерские, кто в лавки. А потому с каждым ударом часов на башне собора святой Мадальберги народа на улице становится всё больше и больше. И вскоре по булыжникам начнут грохотать колеса телег, везущих товар в близлежащие деревни, Ульпию или же саму Отманию. На пересечении дорог нашим героям предстоит свернуть на юг, и доехать до знакомой нам "Хромой устрицы" и через Лестничную башню подняться к главному храму Хэрмебурга. К тому времени лысый каноник уже начнет утреннюю службу, и возможно, двигаясь вдоль стены северного нефа отряд услышит песнопения местного хора или даже звуки органа. Однако задерживаться нельзя, нужно спешить: миновать вход в ризницу, обогнуть апсиду и выехать на Малую площадь, где разместились торговые ряды. Еще где-то сто пятьдесят лет назад здесь было престижно иметь дом, и отцы города строили тут свои резиденции. Но ныне в бывших жилищах богатеев разместились лавки и мастерские многочисленных гильдий, а почти весь патрициат переселился на так называемое Большое Кольцо.

Туда путь лежит через проход в башне Ратуши, как я уже писал, она осталась от старых укреплений, которые двести лет назад обозначали границу поселения. А ныне здесь самый центр власти Цибинума. Кругом шикарные фасады резиденций тех семейств, члены которых имеют право избираться в городской совет. Именно они извлекают выгоду из королевских привилегий и возят товары в недружественную, но всегда готовую торговать Отманию. Некоторые господа пошли дальше. Они приобрели право на чеканку монет, сбор податей на таможенном посту или добычу золота в Венедах. Но, возможно, вам, дорогой читатель, больше нравится глазеть на позорный столб или на плаху. Да, место отправления правосудия с недавних пор переместилось с Малого кольца на Большое. Однако задерживаться нельзя. По широкой улице, идущей на юго-запад мимо домов зажиточного купечества, нашим героям предстоит проследовать до ворот в пятиэтажной башне с бойницами в виде замочной скважины и высокой вальмовой крышей. Здесь имеются два прохода - широкий для всадников и узкий для пешеходов.

А за ними простирается дорога в Кронбург и южные страны. Сначала она идет между прудов, которые горожане заботливо вырыли, дабы затруднить продвижение вражеской армии. А таковых стояло у стен Хэрмебурга много - то восставшие крестьяне, то степные кочевники, то отряды очередного претендента на престол, то любимые торговые партнеры отманцы. Как только укрепления Цибинума теряются из виду, пейзаж становится хотя и живописным, но однообразным. Впереди встают южные Венеды. Эта часть горной системы носит название Фогрос. Населяют ее в основном ульпийцы. Им издавна поручено дело государственной важности - охрана южных рубежей. Вдоль больших рек, по перевалам и по тайным узким тропам, прямо к столице Залесья могли подойти орды неприятеля. И жители глухих ущелий должны были задержать продвижение захватчиков, а также как можно быстрее сообщить новости в магистрат. Только вот приснопамятный воевода Валуд вторгся в этот регион и учинил там расправы над населением. А всё потому, что здесь укрывались претенденты на его престол. После гибели грозного правителя вампиры в свою очередь опустошили описываемую область.

Простите за столь длинный пассаж. Должно быть, дорогой читатель уже потерял терпение и желает видеть наших героев. Вот и они, миновали ворота и скачут по дороге с мерзлыми колеями от телег. День разгулялся. Солнце светило ярко, свежий снег искрился и, несмотря на усилившийся мороз, настроение было гораздо лучше, чем вчера. По крайней мере, у Тэдгара. Наверняка, так считал и сэр Даргул, который снова решил повторить попытку наладить общение с клириком. Он притормозил лошадь и поравнялся с провидцем.

- Доброе утро, брат Просперо. Погода сегодня лучше, чем вчера, не правда ли?

- Благодать вам и мир. Господь наш посылает ту погоду, которая потребна для исполнения его воли. Нам ли судить хорошая она или плохая? - пробурчал под нос новый знакомый.

- Как вы высоко мыслите, милостивый государь. Но что если вам спуститься с небес на грешную землю и просто подумать, когда вам было приятнее ехать, вчера, когда облака буквально давили, а свет был тусклым, или сегодня, когда небо чистое, а мир наполнился яркими красками?

- Нам, лицам духовным, не подобает мыслить, как вы, - последние слова ставленник архиепископа произнес с особенной злобой. - Наши думы, желания и чувства всегда обращены к создателю. Этим мы и отличаемся от мирян.

Тут Тэдгар подумал, что скажи это служитель культа кому-нибудь из тех крепких ребят, которые следуют сзади, то тут же получил бы кулаком в узкую хрупкую челюсть. Однако магистра такой ответ ничуть не смутил:

- Да уж, мы люди простые. Нам не дано постичь тайны божественной сущности. Однако, ваш духовный отец, его высокопреподобие господин Вац считает, что мы с вами должны действовать сообща, и только так сможем победить нечестивцев. В этой связи позвольте поинтересоваться, как вы смогли установить связь с реликвией.

- Досужий интерес? - Наконец-то брат Просперо соблаговолил повернуть голову и посмотрел на собеседника большими неяркими, будто выцветшими, глазами. - Мой господин терпим и снисходителен к простым людям, в силу своего высокого сана, конечно. Меня же господь пока еще не наделил такой добродетелью.

- Брат, вы сердитесь понапрасну. Разве вам устав ордена не велит указывать мирянам на чудеса создателя? А не его ли чудо, что вы, находясь за много миль в замке короля, смогли отыскать реликвию воеводы Валуда? Почтеннейший архиепископ гордится вами. А вы не хотите поведать о таких успехах.

- Ладно, слушайте, - бросил мистик, скривившись. - Только на пользу церкви это не пойдет. Не думаю, чтобы чернокнижник - такой, как вы - смог горячо уверовать.

Сэр Даргул не стал отвечать на очередную колкость и приготовился слушать. Его молчание в ответ на дерзкую реплику обезоружило надменного клирика и заставило-таки начать рассказ:

- Его высокопреподобие сразу же разглядел во мне дар провидца. А другие... другие будто бы не замечали. Нет, замечали, но не хотели признать ... И только он, он пытался всячески его развивать, мой дар... Да, именно так. Потому его высокопреподобие изволил забрать меня из монастыря, оттуда, где я ... куда меня поместили после ... Не важно, - здесь рассказчик тряхнул головой, будто отгоняя болезненные воспоминания. - Когда он велел мне найти святыню, я начал поститься, усердно поститься, это продолжалось несколько дней. Потом было бдение - бдение с непрестанным чтением молитв - о, сколько же их было, - и воскурением фимиама. Лишь затем господин архиепископ объявил, что я готов. Тогда он принес эскиз реликвии из того самого монастыря, где ее изготовили. Он велел запомнить каждую деталь, каждую черточку, каждый оттенок цвета, а затем благословил меня на глубокую долгую медитацию. Я впал в транс. Разум, он отделился от тела и вознесся туда ... И тогда создатель ниспослал мне духовный образ святыни. Я созерцал ее силу, силу, посланную богом, я слышал молитвы, которые читали над ней, - много-много литаний - ощутил тепло, жар света и разрушительные потенции тьмы, заключенные внутри. Какое счастье, какое счастье ощущать всё это. Даже за десятки миль, больше сотни миль...

Тэдгар уловил перемены в голосе брата Просперо. Когда он рассказывал о своей духовной практике, ехидные нотки постепенно пропали. Казалось, собеседник мастера по-настоящему вдохновлен своим служением и считает его высокой миссией, достойной восхищения и гордости. Одухотворенный юноша прерывался, часто повторял слова, словно желая еще раз прочувствовать те удивительные мгновения. Он более не смотрел на старика и не прятал глаз. Взор будто бы был направлен вперед, в действительности же провидец не замечал ничего вокруг, а полностью предался воспоминаниям. Молодому магу даже стало несколько жаль беднягу. Значимость и его трудов и тяжесть отрешения могли оценить лишь немногие избранные. Для большинства он - просто тщедушный дармоед, неудачник, который не пашет, не сеет, не строит. И даже не сможет удержать меч в слабой руке. Меж тем мистик продолжал:

- Далее я начал созерцать бессвязные образы, мимолетные видения, странные тени. В моем разуме рождались нечеткие формы, расплывчатые силуэты. Трудно объяснить это тому, кто ни разу не испытывал подобного. Целый круговорот. Сравнить не с чем. Я поведал обо всем его высокопреподобию. И он благословил меня снова, укрепил в вере, сделал намеренья твердыми, решимость - железной. Слово, его слово, творит чудеса, чудеса божественного присутствия. Но даже при этом еще два дня во время транса я не мог различить ничего определенного. Порой мне казалось, будто образы прояснились, и появляться они стали на более долгое время. Испытание. Так сказал господин. Понимаете, всевышний с самого начала выбрал меня, выбрал тем, кто обретет реликвию. Но он хотел увидеть, как далеко я готов пойти ради священной цели. И они мелькали передо мной, эти тени. Порой мужское лицо, немного реже женское, чьи-то руки, неясные разговоры, шепот, гулкое эхо. Иногда удавалось различить свод сумрачного грота. Но я до сих пор не мог сказать, где святыня.

Теперь уже Иан и Радомер Селеш слушали рассказ мистика. Все молчали, боясь прервать поток откровений.

- Конец второго дня. Дорога. Я увидел ее четко, как сейчас. Мерзлая грязь с притоптанным снегом и белые равнины по обе стороны. А впереди, впереди горы. Тогда зашел его высокопреподобие, будто знал, предвидел. Он всегда появляется, когда его присутствие всего более необходимо. Воистину, всевышний ведет его. И дальше, о я даже не знаю, как это расценить. Он, он опустился подле меня на коленях, и мы молились вместе, вдвоем, одни в холодной комнате, пока свечи не погасли. Тогда он встал, положил мне руку на лоб и сказал: "Завтра обретешь", - и вышел. День третий. Всё началось, как обычно, как вчера, то есть как в предыдущий день. Снова бессвязные образы. Мужчина, женщина, пещера, коридор. А потом дорога. Снова она, опять четко.

Здесь рассказ достиг наивысшего накала, брат Просперо не просто произносил, буквально выбрасывал каждое слово и едва не переходил на крик. Теперь уж точно он не видел ничего вокруг себя. Мистик снова переживал откровение.

- А потом я начал слабеть. Я ничего не ел сутки. Даже моченую чечевицу, которой утолял голод раньше. Рассудок покидал меня, тело содрогалось. Причем то был не транс и не блаженный экстаз. Мне становилось плохо, я терял сознание. Уже не помню, не помню, как было. Но да, я рухнул я всё же не выстоял, свалился, впал в забытье. Потом проблески. А затем мрак. Я то возвращался, то уходил во тьму. Туда-сюда несколько раз. Сколько - не знаю. И вдруг вот оно. Передо мной предстала картина. Она повторялась раз за разом. Дорога, она вела вперед по равнине к горам, далее склоны, скалистые склоны, деревня, нежилая, разрушенная. Церковь, лишенная святости, оскверненная. Затем снова дорога. Дальше и дальше от поселения к подножью гряды. А там вход, большой резной портал. Внутри залы, коридоры, жертвенники, словно святилище. И путь. Как будто я шел сам по тем проходам - нет, не блуждал, не искал - шел туда, куда надо, и узрел ее. Она была передо мной, святыня. Тогда тело мое содрогнулось. Я резко сел, дышал, будто человек, который захлебнулся и пришел в себя. Я увидел его высокопреподобие. Он снова оказался рядом в самый нужный миг. Я говорил, не переставая. Раз за разом описывал всё, что было в видении, каждую деталь, пока образы стояли перед глазами. Далее я снова провалился в небытие. Весь день я пролежал в постели, в основном, спал, иногда меня кормили чем-то жидким и сладким. А на следующий день его высокопреподобие заявил, что понял, где реликвия.

Тут брат Просперо замолчал, кажется, пришел в себя. Он снова потупил взгляд, ссутулился и сильнее сжал поводья.

- Удивительная история, - произнес сэр Даргул. - Никогда бы не поверил, если бы сам не узнал ее из первых уст.

Тэдгар понял: мастер лукавит. Он, конечно же, слышал рассказы и поинтереснее. Но, видимо, хотел поддержать нового знакомого.

- Как я понимаю, мы сейчас едем по той самой дороге, которая предстала вам в видениях? - продолжил старик.

- Да, именно так. Я узнаю ее, - ответил провидец.

- А что за подземелье? Там ведь хранится реликвия, как я понимаю? - решил продолжить разговор магистр.

- Да там, но я не могу ничего сказать о нем. Однако его высокопреподобие говорит, будто это может быть лишь одно единственное место.

- Я расскажу, - подал голос Иан. - Земли моего отца лежали как раз за теми горами. - Рыцарь оглядел собеседников и понял, что те приготовились слушать. - Так вот, очень давно, во времена тех самых первичных магов (правда у нас их по-другому называли, но не важно) деревня, на месте Бинзенау уже стояла. Жили там совсем не тальмарийцы и даже не ульпийцы. Именуют то племя по-разному. Но, сдается мне, настоящее название народа напрочь утеряно. Как-то раз прилетел в те края дракон и обосновался в пещере недалеко от селения. Спустился змей к людям и велел им приносить ему к пещере быков и овец, а не то спалит он все дома и убьет всех крестьян. Некоторые рассказывают, будто требовал он не домашний скот, а младенцев, иные же - лучших юношей и девушек. Но, умные люди считают, что это говорится, дабы сгустить краски. Так или иначе, но кормили дракона селяне несколько лет и поклонялись ему, как богу. И вот пришел в деревню маг. Звали его Ганзелинг. Он заявил, что готов убить лютого зверя, если люди сделают его своим вождем и будут почитать. Но старейшины убоялись. Они отказались от предложения мага, говоря, что если он учинит битву со змеем, то, определенно, проиграет, и тогда грозная тварь точно не пощадит деревню. Однако своенравный Ганзелинг сказал: "Если не хотите по-хорошему, будет по-плохому". Он всё равно отправился на битву и пригрозил сделать всех крестьян рабами по возвращении.

Тут Иан подошел к главному событию истории, сделал выразительную паузу и продолжил:

- Когда Ганзелинг ушел, сельчане стали готовиться к худшему: одни собрались бежать, иные же начали заранее оплакивать друг друга, старейшины держали совет, как им задобрить змея и убедить его, что они никак не связаны с дерзким чародеем. И все постоянно поглядывали в сторону гор. И вот от змеиного логова послышались страшные звуки: гром, свист, треск и рев. Вспышки света ослепляли людей, сполохи пламени поднимались до самого неба. Долго шел бой, но к закату всё затихло. Однако сейчас принято говорить, будто сражались три дня и три ночи. Люди с тревогой ждали, когда прилетит дракон. А его не было и не было. Некоторые начали поговаривать, а не удалось ли колдуну одолеть чудище. Но и чародей не появлялся. Хотели было сходить поглядеть, но страшились. Через пару дней всё-таки не утерпели и пошли посмотреть. Как ближе подходить стали, запах дыма почуяли. Птицы будто все повывелись в лесу, зверье поразбежалось. С опаской приблизились они к драконову логову и узрели такую картину. Кругом обгоревшие стволы, поваленные деревья, земля выжжена, на камнях гарь. Повсюду следы когтей чудовища. Кое-где завалы от камнепадов. Смрад стоит едкий, удушливый, как будто серу жгли. На площадке возле входа в пещеру нашли труп Ганзелинга. Весь обгорел бедняга до самых костей. От посоха лишь кристалл навершья остался, да и тот треснул. Глянули в пещеру, а там недалеко от входа сам дракон лежит. Думали живой, бежать уж собрались. А нет, мертвый. Так посудили: одолел чародея змей, огнем спалил, раны зализывать в логово уполз, да там от них и скончался.

Тэдгар сразу догадался, что оба погибли, когда Иан сказал, что после боя никто в деревню не пришел. Однако было неясно, кто возвел на этом месте подземные залы и святилища.

Чуть отдышавшись, рыцарь возобновил повествование:

- А далее в деревню пришла беда за бедой. Случился падеж скота, затем жителей постиг неурожай, охота не удавалась. Начался голод. Болезни и истощение уносили людей одного за другим. К тому времени власть в Фогросе захватил другой первичный маг. Когда селяне обратились к нему за помощью, он решил наведаться на место боя и посетить пещеру. После осмотра колдун сказал: "Беды все ваши от неупокоенных духов Ганзелинга и дракона. Они оба присутствуют в этом месте, и оба злы, не друг на друга, а на вас. Вы должны умилостивить мятежных духов. Пещеру эту превратите в храм, в нем устройте подобающие богам гробницы, поставьте жертвенники. Выберите служителей культа и устройте регулярные моления с курениями и подношениями". Владыка начертил план, которому и следовали. Выдолбили большой зал с алтарями, по сторонам от него - устроили молельни. Далее еще одно большое помещение для тайных служб, а за ним две отдельные гробницы для дракона и для Ганзелинга. Строили святилище несколько поколений, не преставая. Постепенно жизнь в деревне пришла в прежнее русло.

- А, по-моему, болезни и неурожай случились не из-за гнева духов, а из-за гари и ядовитого газа, который выпускал дракон - моровое поветрие. Ведь это всё впиталось в землю и проникло в воду. Наверное, и магия того чародея была вредоносная, - заметил Тэдгар.

- Вполне вероятно, - кивнул сэр Даргул. - Здесь стоит добавить, что в способности первичных магов обычно общение с духами не входило. Для этого нужен особый дар. Их примитивные заклинания не достигали того уровня, чтобы воссоздать его искусственно. А его совет? Так ведь первичные маги всегда чтили память друг друга. Думаю: новый хозяин просто не мог стерпеть, что останки другого знатока тайных искусств и почтенного дракона не захоронены должным образом. А ядовитые миазмы - так они сами развеются со временем.

- Ну, это уж вам виднее, - махнул рукой Иан. - Далее храм много раз расширяли. Он стал центром паломничества. Со всей округи туда съезжались страждущие с подношениями. Культ исчез лишь, когда кочевники опустошили эти земли, причем несколько раз. А вот тальмарийцы, которые заново основали поселение на месте той самой деревни, уже не поклонялись усыпальницам, а старались обходить их стороной. Место считали нечистым.

- Приехать бы туда для изучения. Думаю, такого удивительного храма нет нигде в мире, - вздохнул Угрехват. - А тут его облюбовали нечестивцы, и приходится их изводить, а не исследовать алтари и рельефы.

- Зато кабы не было вампиров, вы бы и не узнали о гробницах, сэр, - заметил Тэдгар.

- Верно говоришь, сынок, - кивнул старый некромант.

День подходил к вечеру, когда отряд достиг северных отрогов Фогроса. Наши герои ехали между скал. Дорога постепенно поднималась, сужалась и начала петлять. Здесь путь занесло снегом - мало кто осмеливался забираться в обезлюдевшие земли, в приют вампиров.

- Темнеет, - сказал молодой маг, - скоро твари смогут вольготно разгуливать, не опасаясь света.

- Вот-вот уже будем на месте. Вон за тем поворотом покажется Бинзенау, - ответил Иан.

Действительно, как только путники свернули за поросший буками кряж, по правую руку показалось плато у подножья горы, а на нем - ряд обветшалых домов. Чуть дальше виднелись стены укрепленной церкви с навесными галереями, бойницами и смоляными носами, над ними - высилась колокольная башня. Пришлось довольно долго ехать вдоль крутого склона, а лишь затем подниматься по глинистому откосу. Далее всадники пересекли ручей с берегами, покрытыми льдистой коркой, а за ним началась тропа, ведущая к деревне. Она переходила в главную улицу. Как только впереди снова показались первые постройки, лошади встали и захрапели.

- Нечисть учуяли, - раздраженно бросил Радомер Селеш. Всем спешиться! Коней взять под уздцы, вести медленно, аккуратно.

- При свете нам ничего не угрожает, верно, господин Мортимер?

- Скорее да, но я бы не был полностью уверен.

Животных пришлось тянуть. Хоть и неохотно, они всё-таки шли. По обе стороны дороги высились жилища селян. Сами дома казались мертвыми. Покосившиеся заборы, сорванные с петель двери, гнилые доски. Словно трупные пятна, на облицовке проступали грязные темно-серые разводы. Там, где со стен облетела штукатурка, будто дно язвы, обнажилась грубая кладка из бутового камня вперемешку с щебнем, глиной и раствором. Как пустые глазницы черепов, черными дырами зияли окна без ставень. Черепица во многих местах осыпалась. В некоторых крышах виднелись пробоины. А через них, точно ребра у скелета, проглядывали темные от влаги стропила. Дымоходы еще стояли как угрюмое напоминание о тех временах, когда в пустых ныне комнатах царил семейный уют и тепло. Косяки в основном оказались сломаны или отсутствовали вовсе. Бурые брызги кое-где на стенах уж больно смахивали на запекшуюся кровь. Тэдгар готов был поклясться, что многие разрушения возникли не от ветра и воды. Воображение рисовало неистовых голодных вампиров. Они охотились за людьми, крушили изгороди, вламывались в жилища, вышибали двери и окна, только бы добраться до насмерть перепуганных селян.

Воины старались ступать тихо, не торопясь. Они прислушивались к каждому шороху и вглядывались в темные проемы построек. Однако уже большая часть мертвой улицы осталась позади, а в деревне царило замогильное безмолвие. Вопреки ожиданиям никто не напал на непрошенных гостей.

Впереди высилась укрепленная церковь. Высотой в четыре человеческих роста с двумя рядами бойниц, стены представляли собой внушительное зрелище. Над входом в барбакан нависал смоляной нос. Дополняли впечатление три приземистые фланкирующие башни. Была приспособлена для обороны и колокольня. Оттуда вполне можно было вести стрельбу по осаждающим. Все навесные галереи сильно обветшали и частично обвалились, а черепица с конических крыш осыпалась. Ворота стояли открытыми, их даже не выбили тараном. "Как же тогда кровососы смогли овладеть столь мощной крепостью?" - подумал Тэдгар. Ответ пришел сам собой. Вариантов два. Или вампиры напали столь неожиданно, что селяне просто не успели схорониться в храме, или упыри смогли превратиться в летучих мышей и легко перемахнуть через все преграды. Парень живо представил себе, как кровососы в облике нетопырей пробивают витражи, приземляются в нефе, обретают свой естественный облик и сжимают кольцо вокруг горстки обезумевших от ужаса людей.

- Идем внутрь, - скомандовал Радомер Селеш.

Конь молодого мага вновь начал упираться. Парень сначала потянул поводья, но животное лишь недовольно тряхнуло головой. Тогда он погладил скакуна по шее и сотворил заклинание, усыпляющее бдительность. Получилось. Оба прошли в барбакан. Показалось новое надвратное укрепление - уже с тремя смоляными носами и рядом бойниц. Начинающий некромант опасливо огляделся, ожидая увидеть их, последних жителей Бинзенау. Но нет, никаких останков. Меж тем сумерки сгущались, тени становились длиннее, и деревья за оградой под порывами студеного ветра шумели всё тревожнее. Тэдгару становилось немного не по себе. В поисках поддержки он взглянул на товарищей. Вот сэр Даргул вглядывается в силуэт колокольни на фоне серого неба. Иан стоит спиной ко всем и изучает устройство стрельницы справа. Брат Просперо взял четки и сложил руки в молитвенном жесте. А остальные? Темные фигуры воинов. О, какие они чужие и холодные, будто камни мостовой. Все отвернулись от него, будто их незадачливого спутника и не существует вовсе. Холодок пробежал по спине. Кожа покрылась мурашками. На мгновение так явственно показалось, что вот-вот все исчезнут, и молодой маг останется совсем один. Тут же воображение дорисовало картину: сзади захлопнутся ворота, перед ним с грохотом падет порткулис, а изо всех дверей полезут кровожадные вампиры.

Вдруг показалось, будто какой-то неясный силуэт промелькнул в окне. От ужаса парень уж было вскрикнул, но в последний миг подавил вопль, и вместо него получился резкий вдох. Ассистент ученого еще раз взглянул туда, где заметил тень. Ничего. В проеме лишь аспидно-черная пустота. Тут чья-то рука легла ему на плечо. Тэдгар содрогнулся всем телом и резко повернулся. Хвала создателю - учитель.

- Не бойся. Здесь, кажется, никого нет, - по-отечески, произнес сэр Даргул и мрачно прибавил: по крайней мере, пока.

- Хватит пялиться, - рявкнул Радомер Селеш, - идем внутрь.

Один за другим путники прошли в ворота. Покидая барбакан, юный некромант со страхом обернулся и посмотрел на выход. Он был уверен, что заметит там зловещего незнакомца. Но мертвая улица оказалась пустой. Как ни странно, тревоги это не убавило.

Слишком большая для такой деревни церковь была сработана грубо. Стрельчатые окна тонкие в массивных рамах. Порталы самые простые, без рельефов в тимпанах, вимпергов, краббов и крестоцветов. Укрепляли конструкцию массивные контрфорсы. Венчала здание большая квадратная колокольная башня с четырехскатной крышей. Она угрожающе темнела на фоне закатного неба. С северной стороны на уровне хора была пристроена небольшая ризница с отдельным входом. Вокруг виднелись различные постройки, в том числе, склады. Напротив южной стороны трансепта обнаружились стойла, которые вполне можно было использовать. После того, как всадники разместили лошадей, командир глянул на воинов и приказал:

- Яцинт, Эдьед и Рокуш, отправляйтесь и обследуйте все помещения, загляните в подвалы, пройдите всю галерею. Оттуда осмотрите окрестности. Как всё сделаете, заприте ворота и опустите порткулис.

Парни явно стушевались. На лицах читался немой вопрос: "Почему я?"

Радомер Селеш лишь раздраженно фыркнул и добавил:

- Выдайте им факелы. Остальные - в церковь!

Тут Тэдгар снова подумал, что так и не увидел ни одного трупа. То ли жителям удалось уйти, то ли вампиры куда-то дели все тела. Странно.

Замок оказался не выбит. Створки тяжелых кованых дверей открылись с большим трудом. По нефу разнесся жуткий скрип. Видимо, петли сильно заржавели. Внутри было темно, свет пламени выхватывал из сумрака колонны, изломанные деревянные скамьи и старинные саркофаги. Молодой маг пытался отыскать скелеты. "Если жители не погибли в барбакане или во дворе, быть может, они пытались спастись здесь, в святом месте?" - размышлял он. Кое-где белая штукатурка действительно оказалась забрызгана чем-то, похожим на кровь. Но останки будто исчезли. Начинающий некромант держался поближе к Иану. Заклинатель приготовил щит, думая кинуть его, если внезапно появятся упыри. Наши герои прошли вперед до апсиды и обнаружили упавший алтарный триптих, расколотую мраморную купель, опустошенный табернакль, превращенную в крошево скульптуру, которая в нем стояла, и чудом уцелевшую кафедру. Люди разошлись по храму. Сэр Даргул удалился в трансепт. Радомер Селеш решил подняться на колокольню. В средокрестии замер Брат Просперо, сжимая в кулаке розарий, и начал истово молиться. Тэдгар заметил, как вокруг рук клирика засиял ореол, навершье посоха засветилось теплым золотым сиянием, а одеяние из лунного шелка заблестело серебром.

Помощник ученого прошел по периметру стены. Он увидел разбитые витражи, бронзовые подсвечники, какие-то тюки и мешки, возможно захваченный в суматохе скарб последних жителей Бинзенау, статуи святых с отбитыми головами, даже стрелы, застрявшие в досках сидений. Но где же скелеты? Может вампиры угнали крестьян с собой? Но куда и зачем? Однако нет: ковры и штукатурка, определенно, забрызганы кровью, значит, дом божий превратился в дом смерти.

- Что ищешь? - голос Иана внезапно прозвучал сзади.

- Ничего, - от неожиданности выпалил молодой маг, - то есть да, ищу. Я думал найти останки тех, кто здесь погиб. Ты не видел?

- Нет, - пожал плечами рыцарь. - А зачем они тебе? Поднимать их явно не стоит, а то ребята непривычны к такому зрелищу, - мрачно пошутил он.

- Я не про то. Видишь ли, я думал, люди сбежались сюда и заняли оборону, а нечестивцы расправились с ними здесь. Но тут нет костей. А кровь, наоборот, повсюду. Странно, правда? И куда они могли девать трупы?

- Я даже как-то об этом не подумал, - ответил наследник боярского рода.

Меж тем Радомер Селеш спустился с колокольни и снова начал командовать:

- Ночевать будем прямо тут. Здесь есть несколько целых лавок. Можете спать на них. Весь сломанный хлам тащите сюда, - он показал рукой в средокрестие. - Будем жечь костер. Господин Мортимер, я попрошу вас и вашего помощника применить тот самый кристалл. Не хотелось бы, чтобы посреди ночи откуда-нибудь вылезла неживая тварь и перегрызла кому-то горло.

- Хорошо, принесите кристалл сюда, - ответил сэр Даргул.

- Послушайте! - брат Просперо протолкнулся через толпу воинов к командиру. - Вы не можете ночевать и разводить костры в святом месте. Это кощунство! Это грех!

- А вы, послушайте меня, брат. Церковь вся залита кровью. Алтарь сброшен, вся утварь разбита. Тут гибли люди, церковь осквернена. Это место видело более страшный грех, чем обычный костер. Оно уже не святое. Здесь нужно навести порядок и провести обряд освящения заново. Но это в будущем, а сейчас тут мы можем находиться все вместе, а не разбредаться по домам. Внутри, хоть сюда и задувает ветер, всё же будет не так холодно, как под открытым небом.

Мистик, почувствовав правоту Селеша, осекся:

- Действительно, вы правы, - покачал головой провидец и стыдливо потупил взор, - Тогда я помолюсь об упокоении мятежных духов. Если здесь имеются призраки, то они отправятся туда, где им положено быть, если кто из них станет противиться, то, по крайней мере, сегодня поостережется нас тревожить.

- Благодарю вас, брат.

Тут двое мужчин принесли из повозки магический кристалл и поставили его в средокрестие.

- Начнем, - сказал сэр Даргул и улыбнулся помощнику.

И оба некроманта начали насыщать камень маной. Действие было достаточно монотонным, и потому Тэдгар принялся следить за Просперо. Тот опустился на колени и раскинул руки по сторонам, направил взгляд вверх и глубоко вдохнул. Лицо его в мерцании факелов казалось вдохновенным и недвижимым, как у каменной статуи. Далее по оскверненному храму разнесся голос. Нет, мистик не шевелил губами. Сам воздух наполнился пением. Нельзя было определить источник звука, он доносился сразу со всех сторон. И юноша отчего-то точно знал, что этот чудесный гимн одинаково слышится и в центральном нефе, и в трансепте, и в хоре, и в ризнице, и даже на колокольне. Ладони провидца засияли сгустками теплого света. бойцы притихли. Одни смотрели на магистра, другие - на клирика. И тут начинающему некроманту показалось, будто над пятнами крови заблестела какая-то мельчайшая сверкающая взвесь или пыль. Должно быть, она была порождением священнодействия. Внезапно по молитвенному залу прокатился стон, негромкий, но тяжелый, глубокий, затем второй, третий, еще и еще. Бойцы начали оборачиваться и крутить головами. Тэдгар же сразу догадался: "То неупокоенные души последних жителей Бинзенау покидают этот мир".

Вскоре, брат Просперо закончил, никому ничего не сказав, подхватил посох, встал и прислонился спиной к колонне. Через некоторое время Угрехват скомандовал заканчивать. Вопреки ожиданиям, ни истошных криков, ни другого шума никто не услышал. Тут явились Яцинт, Эдьед и Рокуш, воины доложили, что ни в укреплениях и галереях, ни в подсобных помещениях ничего подозрительного не обнаружили. Командир вздохнул с облегчением, распределил обязанности часовых и приказал готовиться к ужину и ночевке.

На улице уже окончательно стемнело. Молодой маг, сэр Даргул, Иан и Радомер Селеш сидели у костра у самого хора и ели густую похлебку из какой-то крупы, лука и солонины. Чуть поодаль мистик с четками в руках бубнил под нос молитвы. На душе стало немного спокойнее. Нет, тревога не ушла, а лишь притупилась. Хотя ритуал упокоения духов и облучения пространства гаспраноидами немного успокоили и придали уверенности.

- Как вы думаете, сэр, что здесь случилось? - спросил Тэдгар.

- Мне тоже интересно, - покачал головой Угрехват. - Думаю, мы никогда не узнаем. Но мне кажется, было так. На деревню напали вампиры. Жители поспешили укрыться в церкви. Поначалу кровососы обыскали все дома и расправились с теми, кто не успел убежать в храм. Наверняка, таких осталось мало. Вот почему во многих домах выломаны окна и двери. Затем упыри разделились. Одни, которые могли превращаться в летучих мышей, перелетели через укрепления. Встретили они сопротивление или нет, но им удалось открыть ворота и поднять порткулис. Именно потому путь оказался свободным. Затем их менее умелые собратья проникли во двор. Те, кто мог оборачиваться, снова стали нетопырями, разбили окна, - старик показал рукой на сломанные витражи апсиды, - влетели внутрь и открыли двери западного портала. Далее нечестивцы собрались вместе и началось кровавое пиршество. Все загнанные в угол люди стали их жертвами.

- Но где же тогда их останки? - поинтересовался юноша.

- Знаешь, я тоже об этом задумался. Кое-кто мог стать вампиром. Но мы же знаем, что это бывает далеко не всегда. Многие просто погибли. Неужели сторонники Далибора настолько благочестивы, что унесли тела и захоронили? Нет, возможно, трупы им понадобились для какой-нибудь зловещей цели. Иан, а тебе не приходилось слышать, используют ли вампиры как-то тела своих жертв?

- Нет, не припомню, - ответил рыцарь. - Обычно, они бросают трупы на месте.

Той ночью засыпал Тэдгар тревожно, зато спал хорошо. Очевидно, усталость от целого дня в седле вкупе с недоеданием и морозом вконец измотали парня. И хоть он долго силился открывать глаза в ответ на каждый подозрительный шум, всё же довольно быстро провалился в забытье.

Снилась молодому магу та же церковь, да только он в ней один. Отсутствие спутников его почему-то не удивляло. Неф не выглядел длинным, однако, сколько бы юноша ни шел через травеи, апсида ближе не становилась. И вдруг в воздухе появились бестелесные создания. Они свободно парили под сводами, бесшумно огибали колонны, кружились возле люстр. "Нежить", - сразу догадался некромант. Но почему-то совсем не испугался. Вскоре то справа, то слева, то спереди, то сзади начали раздаваться голоса. "Мы там, мы там", - шептали неупокоенные духи. Из раза в раз они повторяли одну и ту же фразу. Отовсюду звучал всё громче и громче нестройный хор. Тут Тэдгару стало не по себе. Она начал оборачиваться, присматриваться к призракам. Но они не никуда не указывали, а продолжали двигаться в полном беспорядке. "Где?" - наконец-то крикнул парень, и его слова отразились от стен пустого храма множество раз. "Впереди", - вдруг ответил кто-то. Сновидец повернулся и взглянул на алтарь. Перед ним, повернувшись спиной к нефу стояла фигура, не эфемерная, а самая что ни на есть настоящая. Высокий статный мужчина в черном. От него веяло замогильным ужасом. Юноша вскрикнул от страха, сердце забилось, как у кролика. Тут он проснулся, так и не увидев лица страшного незнакомца.

За окнами церкви полыхал рассвет. Воины королевской Черной армии собирались в путь.

- О, сам проснулся. А мы уж хотели тебя будить, - сказал Иан и улыбнулся. - Селеш велел ехать в доспехах. Ну что, оруженосец, поможешь мне одеться?

- Конечно, - ответил Тэдгар, радуясь, что ночь позади, и, кажется, все целы. Маг вскочил на ноги и набросил на плечи меховую накидку, которой до того укрывался вместо одеяла.

Затягивая ремни наголенников друга, он всё же поинтересовался:

- Ничего не произошло, пока я спал?

- О, да, под утро на нас напал целый легион вампиров. Насилу отбились, только вот тебя будить не стали, ты так сладко сопел. - шутка получилась натянутой. Рыцарю было явно не до смеху. Как знать, чем обернется поход в пещеру упырей. Но видимо, наследник боярского рода решил ободрить товарища, а заодно и себя.

Понятно, - хмыкнул некромант и взял набедренник.

- Странно, что нечестивцы не попытались нас атаковать. Ведь они не могли не заметить чужаков. И, наверняка, они знают, какую штуку мы везем, - заметил латник.

- А если их уж след простыл? Вдруг они решили с нами не связываться и нашли себе новое логово? Мы придем, а там пусто, - предположил Тэдгар.

- Я тоже об этом подумал, - усмехнулся Иан.

- Нет! - решительный голос сзади перервал беседу.

Оба парня повернулись и увидели брата Просперо. Тот продолжил:

- Ночью я снова связался с реликвией. Она там. Я это видел. Мы ближе к ней, и образ стал очень четким. Ошибки быть не может. Она зовет, зовет меня. Я должен забрать ее у нечестивцев и вернуть в лоно истинной церкви.

- Вот как? - удивился рыцарь, - Тогда я решительно их не понимаю. Как вампиры собираются ее защищать днем? На свет божий выходить им нельзя, а против той штуки твари беззащитны. И они так бездарно упустили шанс напасть на нас ночью.

В ответ мистик лишь пожал плечами, развернулся и ушел.