Иванов Сергей Семенович: другие произведения.

Засада

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Литературные конкурсы на Litnet. Переходи и читай!
Конкурсы романов на Author.Today

Создай свою аудиокнигу за 3 000 р и заработай на ней
📕 Книги и стихи Surgebook на Android
Peклaмa
 Ваша оценка:

   Костя был в Чечне, в настоящем спецназе, на настоящей войне.
   На БТР и БМП ехали они на засаду. В Чечне было объявлено перемирие и этим пользовались боевики, силы копили, перегруппировывались. Такой способ боевиков усилиться и передохнуть, раздражал и выводил из себя военных. Вроде почти раздавили гадину, а тут приказ из Москвы "огонь прекратить, перемирие"
   Прошла информация, что в одном из равнинных районов движение транспорта по ночам интенсивное происходит. Командиры боевиков к друг дружке в гости ездят, планы строят, оружие возят, припасы.
   И вот туда-то и отправили спецназовцев, хоть как-то такой вариант перемирия исправить в свою пользу решили военные. Сидя на БТРе ехал туда Костя. Оружие в руках, оделись в форму без знаков отличия, чтоб не понять боевикам, разведчикам их, кто есть, кто, какой род войск они.
   Сидеть на раскаленном БТРе было невозможно, все равно, что на сковородке бабы яги. Быстро с ветерком пролетели по шоссе асфальтированному. Свернули на проселочную дорогу. Запетляли по лесу. Мимо полей с пшеницей, с овсом и рожью ехали.
   Напоминал лес, поля и дорога проселочная Косте его родину. Вроде все такое же. Та же пыль на дороге густая, пройдет дождь и грязь ногу не вытянуть. Такие же дороги, петляют также. Пшеница вдоль дорог растет.
   Деревья, кустарники, другие конечно, но это только если приглядываться, а так зеленеет, что-то кучерявится вдоль дороги и вроде сердцу милый родной пейзаж. Забудешься, и, кажется, вот сейчас на тот пригорок взъедем и вот оно село соседнее. А там друг лучший живет, вот сейчас в гости к нему, зайду неожиданно, поздороваюсь, на реку пойдем купаться. Потом малину с молоком в хате друга есть будем, музыку слушать.
   Но нет здесь друзей, враги только и не село соседнее за пригорком, а засада там, ждать может и не в реке купаться, а огнем умыться возможно придется, гостям непрошенным и не молоком с малиной угощать будут, а свинцом расплавленным.
  Доехали до какого-то разрушенного сельхозстроения. То ли что-то типа полевого стана для механизаторов, то ли еще что. Попрыгали с БТРов, располагаться стали. Первым делом охранение выставили и группку окрестности осмотреть отправили.
   Вдоль стеночки невысокой по пояс не выше расположился Костя с группой своей с друзьями своими рядом они спальники, РД свои положили, оружие.
  До вечера подождали, до темноты и пошли группой отобранной засаду устраивать. Ночных путников стрелять. Прошли километров десять, почти не устали.
   Вот вдали фары светят, командир группы майор Баталин, аж затрясся от удовольствия
   - Точно духи узнаю тактику духовскую, видишь, едут как между машинами какое расстояние, чтоб сложней было всю колону сразу в клещи взять, чтоб только часть колонны в засаду попала -
  -Давайте от дороги метров тридцать цепочкой залегайте к бою бойцов готовьте. Пару монок поставьте. И вон там на повороте пулеметчиков пару, чтоб если к лесу побегут они их встретили и чтоб тех которые от нас попрячутся, перебили -
   Залегли вдоль дороги, монки поставили. Получилось, из-за леса выедут машины духовские, повернут и от леса далеко станут. С одной стороны группа вся лежит, с другой поле чистое, а сзади пулеметчики. (Как прямой угол между позицией группы и пулеметчиков) Духи после взрыва монок и начала стрельбы, кто живы, останутся, за машинами попрячутся, а потом им один путь к лесу бежать, не в поле же, а там их огонь пулеметов, радостным рыком встретит.
   Засады много и часто отрабатывали солдаты на занятиях по ТСП (тактико-специальной подготовке) Как началась Чечня стали часто возить бойцов на полигон и стрельбу и ТСП отрабатывать. В палатках жить привычка выработалась, постоянно бежать, зимой на лыжах, летом так, другого способа передвижения почти не было на "выходах".
   Стреляли с шести утра до двух часов дня, потом перерыв на обед бегом в лагерь, где-то четыре-пять километров, до четырех обед, обратно на стрельбище и до часу ночи.
   На другой день засаду на том же стрельбище отрабатывать, совместно со стрельбой боевыми патронами. И с ходу засаду отрабатывали и с подготовкой и с досмотром и без досмотра и с эвакуацией прямо с места засады и с условленного места с предварительным туда выдвижением.
   Делили группы на тройки и двойки, бойцы в миникомандах учились действовать. У каждой двойки своя задача. Вот минеры они перед засадой монки, либо тротил с пластитом ставят. Вот взорвали их, и вся группа огонь ведет, а теперь вроде всех почти перебили, командир сигнал дал, ракетой, либо трассерами, как условились и всё, все замолчали, только снайпера заработали, по стонам и шевелениям бьют. А теперь до досмотровой группы дело дошло, пошли парни сначала по гранате бросили, ну жив еще кто. И вот идёт досмотровая группа с бесшумным оружием со стечкинами специальными с глушителями, навернутыми, с винтовками новыми бесшумными. Идут бойцы, добивают подозрительных. В живости подозрение на них падает, документы, либо еще, что найти пытаются, отчет, то писать подробный командиру придется.
   Не часто, конечно все вот так, по учебному, проходило, чаще случай непредвиденный в ход вмешивался, но одно четко было всегда кто из засады напал тот и победил.
   Вроде сколько тысяч лет люди воюют, а против засады средство так и не придумали, и вот идет колонна и вертолеты летят, смотрят и разведчики прошли засаду искали, не нашли только, и выше на горе отряд стоит место контролирует и все равно успешна засада, нету против неё ни у кого методов.
   К огню реальному приучали солдат бригады на "выходах". Вот лежат, стреляют они. А майор Баталин, возьмет и перед позицией гранату бросит не сильную гранату не Ф-ку, не РГошку, а так Ргд или РГН, наступательные гранаты слабые, разлет осколков всего 25 метров, недалеко от позиций бросит, не близко, а так, чтоб страх был, а вреда, по минимуму, чтоб могла причинить граната.
   А потом скажет "лежишь, стреляешь, смотришь, видишь, полетела граната, ты вскочил и пока летит вон за то укрытие перебежал, спрятался" И усложнял и усложнял опытный майор задачи. А потом бежит солдат стреляет, по команде бросил гранату на бегу присел на колено, оружием закрылся, ну в каске, конечно в броннике, прогремел взрыв, осколки пролетели, вскочил боец и побежал дальше.
   В общем, залегли все ждут колонну. Костя в мандраже легком как перед дракой. Голова ясная, слышно далеко вокруг все, чувства все на пределе работают, то ли от ожидания, то ли от сиднокарба.
   Перед засадой выдал всем по приказу командира, санинструктор приданный к группе, таблетки препарата, от сна, от слабости помогает препарат этот. Синдокарб называется.
   По - другому Костя засаду себе представлял. Как-то основательней, серьезней, думал, залягут надолго, замаскируются, так, чтоб пройти можно по ним было, и не заметить. Думал, место выберут такое неожиданное, чтоб дорога узкая кругом деревья или холмы, скалы, на склонах группа, а внизу объект нападения. А тут поле без деревьев только трава высокая по пояс и залегли ну совсем рядом от дороги и маскировки никакой.
   Ну да, что там, надо сделать все в тех условиях, которые есть. Костя снял с себя лифчик. Положил рядом с собой ВСС (винтовка снайперская специальная), вынул из лифчика гранаты, подготовил сменные магазины под ВСС и РПК (ручной пулемет Калашникова). Костя кроме ВСС взял с собой на засаду РПК. ВСС был хорош именно как спецоружие, чтобы тихо и неприметно устранить часового, чтобы негромко провести досмотр уничтоженной группы. Но для ведения плотного боя он не подходил. Прицельная дальность всего 400метров, скорость вылета пули невелика, да и нежный он очень, быстро загрязняется при длительной, плотной стрельбе.
   И капитан Штырь посоветовал Косте взять с собой РПК. РПК Косте тоже не совсем нравился калибр 5.45 всего, и другие нюансы, но больше брать было нечего, а с одной ВССкой идти тоже не резон.
  Лежали долго, а машины вроде и едут. Но доехать до места засады так и не могут. Костя лежал и ждал, когда же все начнется. Он поехал в Чечню именно для этого.
  
   Сэм часто и подолгу вел с ним разговоры о войне, о боях. Костя всегда испытывал тягу к оружию к армии и войне. И Сэм сразу понял это и стал всеми силами взращивать не им и не для того посаженное зерно.
   - Вот послужишь в части. Командиры тебя помучат, сержанты кровь попьют. Дисциплина там и все такое. Научат стрелять, оружие изучишь, всякие там тактики, методики. Будешь в десятки не целясь попадать, знать, как засаду устроить, душить, бить уметь. Но все это ерунда -
   Костя непонимающе, посмотрел на Сэма
  -То есть все это конечно необходимо, но если вот такой суперобученный боец не убил никого ни разу, то, как он все знания и умения свои применит?-
  - Ну, так в бою там же, наверное, нет времени переживать и думать, убить, не убить? Там же необходимость во врага стрелять - вставил Костя.
   - Вот, вот, вот я об этом и говорю. Одно дело в бою убить. Там то и непонятно кто там кого убил, другое дело знать вот в того я целился и он после выстрела моего упал, и совсем другое вблизи беззащитного убить вот где духу надо немеренно, а еще сложней ножом такого резать - Сэм замолчал, стал смотреть на Костю.
   Тот помолчал, сказал
   - Так а, че, там, сложного? В бою то сложней, там кто быстрей, кто точней. А, беззащитного то, что, как овцу в деревне -
   - То есть ты сможешь палачом быть? - Сэм улыбался нехорошей улыбкой
   - Не ну палачом нет, но если надо - неуверенно ответил Костя, он не хотел против своей воли, согласится на что-нибудь страшное, но в тоже время боялся разочаровать Сэма.
   - Не! Конечно ты же скала! Раз нож в сердце, об него же вытер, поссал рядом, стакан водки намахнул и все - Сэм злился
   - Костян ты пойми это как инициация, знаешь, что такое? -
  Костя кивнул
   - После неё ты либо мужчина, скала, сердце крепкое как алмаз, либо сломался, тряпкой стал, бухаешь, колешься, плачешь, в монахи уйдешь. Я тебе про своего сослуживца рассказывал? Такой мужик был здоровый, народ валил легко. Мы с ним лохов из КПВТ расстреливали, только тапки в мясе оставались - Сэм улыбнулся
   - Одного волосатого я облил, не помню солярой или бензином и поджег. Он бежит, орет с акцентом "Ой гору, гору!" - Сэм радостно захохотал, эту историю он рассказывал не раз и видимо находил её очень смешной и веселой.
   - А потом он бабку пьяный случайно расстрелял - Сэм вернулся к рассказу о своем солуживце - Она нам чачу несла, угостить хотела и все потек, а после армии приснился ему убитый наш парень и у него вообще крышу сорвало. В монастырь ушел - Сэм закончил, посмотрел на Костю, начал опять
   - Ты пойми, я тебя хочу другим после армии увидеть, чтоб пришла скала такая. Всё делала. Всё выдержала и ничего не боится, ничто её не трогает, не волнует. Не конечно можно и без этого, просто повоевать, пострелял там со всеми в сторону, откуда в тебя стреляют, и потом всем рассказываешь по пьяни. Сам решай -
  
   И вот сейчас Костя лежал и ждал.
  - Вот она возможность начало работы над собой, проверка и закалка -
  Костя специально попросился в досмотровую группу, чтобы пройти всё, что хотел от него Сэм. Ни страха, ни волнения не было, было желание, ожидание нового неизведанного, ожидание чего-то, после чего он Костя должен, изменится, стать другим, сильным, не знающим страха и жалости киборгом. Робот без сердца и чувств, без эмоций и страхов. Только выполнение заложенной программы.
   После некоторого периода знакомства с Сэмом, разговоров с ним, бесед и общения. После работы по изменению себя в русле заданном Сэмом. После участия в нескольких "разводах", "постановках" и стрелках Косте приснился сон.
   Он увидел огромное мощное, мускулистое тело у тела нет головы, но есть голос и он Костя находиться внутри этого тела. Оно чужое ему, Косте плохо в нем, тело глупое, делает, то что не нравиться Косте, его мысли и слова неразумны в них нет логики, тело не чувствует вкуса пищи, не ощущает запах цветов, не видит окружающего мира. Это труп, он живет только ощущением своей силы и производимого им действия, тело низко и громко говорит о своей силе, оно угрожает, пугает, люди его бояться, подчиняются ему. Косте плохо внутри его, он задыхается, ему не хватает воздуха, он ничего не видит и не чувствует, кричит, хочет вырваться наружу.
  
  
  Машины вроде приближались, потом опять удалялись и так и не доехали.
  Снялись под утро, вернулись на "дневку", так место отдыха группы на задании называется. У людей нормальных ночевка, они же днем работают, ночью спят, а у спецназовцев, все наоборот.
  Легли, кто ночью ходил, не ходившие "дневку" охраняют. Костя лежит, не спится, видно Синдокарб не отпускает, спать не дает. Подошел Кистень.
   Поговорили. Опять легли спать, сон не шел к Косте.
  Он лежал с открытыми глазами, заметил краем глаза, что офицеры отряда, собираются вместе.
   Утром прибыла еще одна группа из другой роты, с нею молодой капитан любимец комбрига. Костя подумал
  - Опять Спелкин приехал, все приключений ищет, за наградой гоняется -
  Думая так Костя повторял случайно им услышанный разговор двух офицеров.
   - Соловей щас будет его всюду толкать, он же тоже Командира (так называли комбрига офицеры) ставленник, как и Спелкин. У него задача щас вырасти быстро, карьеру сделать, если видишь, его посылают, значит там, может орден обломится, а то и Героя отхватит -
   А офицерам Спелкин привез новость. И она их взбудоражила. Он сказал её, конечно, не всем, только тем, кто должен был знать по должности, но уже через час все офицеры знали о новой задаче.
   В стоящее рядом чеченское село приехал, и уехать был должен какой-то серьезный чеченский полевой командир. И была возможность его на дороге "отработать"
   В идеале, конечно, хорошо бы его поймать, но это практически невозможно, только если случайно. А вот ликвидировать при удаче вполне могло получиться.
   По информации Фсб (их офицер приехал с группой Спелкина) важный чечен приезжает и уезжает ночью, тайком. Машины неприметные, как правило, нива, либо уазик. У него в селе жена с детьми и другие родственники. Ездит он в село тайком, в селе есть семьи, которые против Дудаева и сочувствовали воевавшей против него оппозиции.
   Офицеры оживленно обсуждали новость.
   - Обкладывать село и требовать его выдачи - бред. Все это понимают?
  Объясняю тем, кто не понял - в той или иной степени это понимали все, даже срочникам и алкашам-контрактникам, не потребовалось бы, объяснять это. Но самые приятные объяснения, те которые можно четко, грамотно и ярко расписать, наслаждаясь собственным умом и красноречием. И старший офицер продолжил.
   - Во-первых, у нас не хватит сил окружить село. Во-вторых, у нас нет тяжелого вооружения, нам по штату не положено. (Самым тяжелым оружием который могла взять с собой группа спецназа ГРУ на подобную задачу был гранатомет АГС, он ставился на треногу, а, как правило, приваривался к чему-нибудь, стрелял очередями, выплевывая из себя гранаты, как жаба выбрасывает свой липкий язык, которым она ловит насекомых) В-третьих, это не нашего профиля задача -
  Офицеру, надоело, упражняться в объяснении простых и очевидных вещей. И почувствовав, что всё настолько просто и столько причин не позволяющих обложить село и потребовать выдачи полевого командира, что он начал в них путаться и быстро перескочил.
   - Ну, с этим все ясно. Теперь, в само село нам не войти, не проникнуть ни днем, ни ночью, там и оружие наверняка в каждом доме и перемирие гребанное и село дружественное, их тронь, начнется - Офицер сделал паузу
   - Значит надо ждать ночью на выезде -
   - И на какой из дорог, их три из села выходят - спросил майор Баталин, он терпеть не мог штабных "крыс" и их рассуждения, сам воевал в Афгане, провел много известных операций, бывал, ранен, но с начальством ладить так, и не научился.
   Молоденький ФСбэшник высокомерно улыбался.
   - А что мы на всех одновременно не сможем группы посадить? - спросил он, показывая, к армейским, снисхождение, смешанное с наигранным, неискренним удивлением. Он пытался поддеть военных, задеть их самолюбие и профессиональную гордость. Пытался воздействовать на них, так как его начальники воздействовали на него.
   - У нас народу не хватит и село, насколько растянулось, как потом эвакуироваться будем тремя разными группами? - ответил майор Баталин.
   Старший недовольно поморщился, ну че он лезет вперед батьки.
   - На все дороги не получиться, слишком заметно будет и так уже из села приходили, спрашивали, кто мы, что мы, мол, у нас с генералом договоренность, чтоб больше частей сюда не ставили -
   Пришедшим ответили, что часть инженерная, поля будет от мин очищать. Те посмотрели так, взглядом технику специальную ища и больше ничего спрашивать не стали.
   - В итоге - решил завершить Баталин - мы можем, только сидеть по ночам и ждать, кто поедет, того и уничтожим -
   - А почему нельзя днем группу держать у места предполагаемой акции? - по книжному заговорил ФСбэшник - вы же разведчики-диверсанты замаскируетесь, как на учениях с курсантами и все -
   Баталин завелся
  - Товарищ не знаю вашего звания - грубо начал он, "старший" съежился в ожидании скандала. Баталин мог жестко поставить на место обнаглевшего сопляка. "Старший" уже однажды был свидетелем такой сцены.
   Баталин объяснял при совместной операции молодому майору Омона, правила тактики, вопрос был пустяковый известный любому курсанту второго курса военного училища, но Омоновец был уверен в себе, в своих бойцах. Они у него, как и он сам были все крепче, фактурней, чем побитые войнами и жизнью армейской офицеры спецназа ГРУ.
   Самоуверенные, считающие себя супербойцами, они и вправду в плане, внешнего вида, рукопашного боя, наверное, дали бы фору ГРУшникам. Так оно и понятно, там у них и кадры можно получше отобрать. Туда же бойцы по своей воле идут, а здесь срочники, либо контрактники, кто не нашел себя в жизни, зачастую почти бомжи. И заботиться об омоне государство больше, потому как больше своего народа боится, чем чужого, и подразделения на его подавление и контроль направленные кормит лучше, а кто тех же бандюков ломать будет. Да и кроме зарплаты есть, где кусочки отрывать бойцам омоновским, кто ж им в помощи спонсорской откажет, кто от крыши такой откажется.
   Объяснял опытный офицер, Омоновцу самоуверенному объяснял, спокойно старался, пока тот не сказал
   - Майор я здесь сорок пять суток оттарабанил - хотел что-то договорить и не успел
   - Засунь себе их задницу - отчеканил как на плацу "опытный" и добавил
   - Я в Кандагаре три года оттарабанил, в Карабахе и в Африке советником - развернулся и вышел из палатки.
   И сейчас поспешил "старший" опередить "опытного"
   - Днем нас или собаки унюхают, или трактористы вспашут, днем никак - остановил он своего коллегу.
   Тот отвернулся и стал рассматривать дерево.
   - Я вам товарищи разведчики такую инфу привез, а вы как - будто от наград прячетесь, получается, мы будем ждать ночью, не поедет ли какая-нибудь машина, и наугад её расстреляем, а вдруг там есть кто - пытался и завлечь наградами и надавить на профессиональную гордость ФСбэшник.
   - А вы нам четко обозначьте время выдвижения и маршрут объекта, и признаки опознания объекта. Это же ваша професион дефуа - загонял в угол опытный офицер ФСбэшника - наша задача выбрать место проведения акции исходя из предполагаемого маршрута и времени выдвижения объекта, скрытно выдвинуться к нему, занять позицию и спланировав наилучший вариант осуществления, исполнить его. Вопросы есть? -
   Ответил сопляку Баталин и добавил
  - В афгане из кишлака сигнал давали ваши агенты, а там намного сложнее было местных вербовать, вы бы у тех офицеров поучились, познакомить вас с кем-нибудь или может у вас есть в селе помощники? -
   Тот сконфузился, залепетал
   - Старые все в коммерцию ушли или к бандитам, меня сразу на направление кинули, а в отделе пятьдесят процентов некомплект, а Чечня началась и еще ушли люди, я отдел возглавляю больше некому. Начальство давит, тебе говорит такой шанс ты как Гайдар, а за вас мне сказали, что раз вы здесь, то хрен кто из этого села выйдет мимо вас - Фсбэшник начал давить на жалость и льстил опытному. Тот успокоился, ответил
   - Что можем, сделаем, но мы не Боги -
  
   Вечером как стемнело, выдвинулись. В этот раз не пошли пешком поехали на двух БТР. Офицеры полагали, что если удастся ликвидировать обозначенный объект, то нужно будет быстро производить эвакуацию группы, по блатному валить, по простому драпать.
   В селе официально есть отряд самообороны, а уж неофициально можно только догадываться. И они не бросят своего в беде.
   ФСбэшник поехал с группой. Костя сидел на первом БТР и внимательно рассматривал поля и лес, кромка которого тянулась за размахом широкого поля.
   Группа вполне могла, в одно мгновение, превратится из охотника в жертву. Молодые парнишки из села приходили по заданию администрации села узнать, что за военные, и с какой целью расположились неподалеку от их села.
   Костя смотрел, смотрел и увидел. Между двумя полями пшеницы расположился луг, на нем росли кусты. И из-за одного из кустов показалось Косте, выглядывает голова человека. Кости сначала поприсматривался, пытаясь четко понять, что он видит, но так и не уверился до конца, человек ли это.
   - Товарищ капитан - обратился он к Штырю.
   - Там вроде как человек выглядывает -
  Все стали присматриваться, посмотрели в прицелы в бинокль, вроде нет ничего. А так виделось, что-то.
   - Давай туда - скомандовал Штырь механику-водителю.
   - Работаешь ты - обратился он к Косте, дал ему Стечкин с глушителем для удобства. Этот пистолет очень нравился Косте. Похожий на ПМ, но большой, на стволе глушитель навернутый, на рукоятку приклад, по виду как из толстой проволоки сделанный, крепится. Магазин двадцать патронов, прицельная дальность двести метров, стреляй хоть очередями, хоть одиночными.
   Быстро подлетели к кусту, остановились метрах в двадцати. Костя спрыгнул, побежал к месту, где голову видел. Пистолет в руке, в сердце азарт, в голове мысли
   - Вот сейчас и произойдет в первый раз -
  Чувства как в детстве, когда из самодельных луков птиц стреляли, азарт радостный, желание попасть в цель, убить добычу, своего добиться. Мыслей, что там может ребенок быть или женщина нет совсем, там добыча, враг, разведчик чужой.
   За куст заглянул, нет никого. Вот поле пшеничное начинается, а через него, если перейти лес. Быстро взглядом окинул место за кустом, вроде трава примята.
   - Наверное, через поле уполз в лес, может в поле еще - выпалил Костя подошедшему Штырю.
   - Да здесь был кто-то - резюмировал тот.
   - Но в поле вряд ли он до сих пор, в лесу уже, ладно нет времени, да и может там растяжок наставлено -
  Костя запрыгнул на БТР, поехали дальше. В голову пришла мысль.
   - А если бы там была засада или просто. Тот, кто сидел, в лес отбежал, из автомата разок пальнул и свалил, как в лесу родном его поймаешь -
  А мишенью Костя пока за добычей своей бежал прекрасной был.
  
   Офицеры пока ехали, совещались.
   - Смотри вторая дорога из села недалеко от той, где мы вчера колонну ждали, только там село совсем рядом, и через арык надо перейти. В принципе там можно группу посадить -
   - Можно .... Надо только посмотреть, арык и вообще, что там. Дозорчик отправить туда -
   - Ну, сейчас и посмотрим -
  
   Высадились. Костя, Кистень и Олег стояли недалеко друг от дружки..
   К ним подошел командир их группы капитан Штырь
   - Где Бессунин? -
   - Я здесь товарищ капитан - подошел Олег.
   - Втроем идете в головняке. Вопросы? -
   - Никаких товарищ капитан - радостно ответил Олег. Он был любимчиком Штыря. Который вообще выделял всю троицу из общей массы.
   - Только это товарищ капитан - обратился он к Штырю.
   - Что такое? - нетерпеливо, строго, но внимательно спросил капитан.
   - Я тогда огнемет отдам кому-нибудь, а то с ним тяжело в головняке - спросил Олег. Ему выдали перед задачей "Шмель", который был весьма тяжел и неудобен.
   - Елкин забери у Бессунина "Шмель" -
   Женька недовольно согласился. Он и так был гранатометчиком, а тут еще бандура такая.
   - Костян - обратился он к Косте - ну как я со всем этим? -
   Штырь успокоил его. Приказал Олегу
   - Потом сразу заберешь у Елкина -
   Парни шли первыми в зависимости от ситуации на двадцать - двести метров впереди группы. Все шли в полной тишине, всё, что могло издать звук из снаряжения группы, было обмотано изолентой, закреплено, скручено.
   Сигналы, шедшие впереди, подавали, группе знаками. Эти знаки одинаковы во всех армиях мира. Если впереди было, что-то непонятное предполагаемо опасное.
   То группа садилась, ложилась на землю, а головной дозор шел вперед, потом кто-нибудь из него возвращался и подавал сигнал группе, что можно идти дальше, иногда сигналы передавали тонами раций. Когда была возможность, и необходимость говорили по рации.
   Ночь была очень темной. Костя заметил, что когда находишься в низинке и смотришь на тех, кто идет вверху, то силуэты видны очень четко и ясно просто бросаются в глаза.
   Наконец группа остановилась. Офицеры стали совещаться. От них отделился Штырь, подошел к Косте с друзьями.
   - Пойдете в ту сторону. Там должна быть дорога, перед ней арык. Идите осторожно, село совсем рядом могут быть духовские дозоры, посты и.... растяжки, перед тем, как арык перейти проверьте, там растяжки могут быть, если он сухой - поставил капитан задачу.
   Парни втроем отделились от группы, и пошли в указанном направлении. Вот, похоже, и арык. Все трое встали, посмотрели друг на друга. Зашептались.
   - Ну, че полезем? - спросил Кистень.
   - Надо подумать - ответил Олег.
   - Давайте хоть камней туда побросаем, если вода есть узнаем и вдруг растяжку, зацепим - предложил Костя.
   Побросали камни.
   - Вроде нет воды - сказал Игорь.
   - Ну, че полезли, кто первый? - спросил Костя.
   - Давай я - начал спускаться в арык Кистень. Перебрались на ту сторону, испачкались в грязь, залегли на склоне арыка.
   - Смотри там по ходу здание какое-то - сказал Олег.
   - Точно, давай в БН (бинокль ночной) посмотрим - предложил Костя.
   Кистень взял БН стал смотреть.
   - Там сидят духи, вижу двух - передал он результаты наблюдения.
   - Че вальнем ? - предложил Костя.
   - Не ты че нас на разведку направили - ответил Кистень.
   - Да и не знаем мы, сколько их там и с чем они, наверно назад надо, доложим - сказал Олег.
   - Я вообще-то пошутил, надо назад, Штырю доложить.
  
  Пришли обратно. Группа расположилась прямо на пашне. Костя увидел, что Елкин спит и не просто спит, а храпит при этом. Майор Баталин зло, пнул его, сдержанно ударил по хребту пистолетом, приглушенно выругался.
   Костя удивился, такая обстановка а он спит. Отметил взглядом кроссовки белые Сакуринские, хоть и не очень они в глаза бросались, но все равно белый цвет себя выдавал. Штырь стал расспрашивать Олега. Баталин стоял рядом, слушал. Думал
  - Да если бы не информация ФСбэшника, можно было бы, перебить этот дозор духовский, а щас нельзя, другая задача важнее и помешать лишняя возня может, вдруг, что не так пойдет и ФСБ отговорка будет, неудачу списать на кого есть-
   Офицеры отошли в сторону, стали совещаться. Костя прислушивался, пытаясь разобрать произносимые слова.
   - Может до утра группу оставить, днем дозора может, нет, и они к той дороге выдвинуться до ночи пролежат, а на эту вторую группу вечером приведем - предложил молодой офицер. ФСбэшник помалкивал, но на говорившего посмотрел с надеждой, и перевел взгляд на Баталина.
   Тот отрицательно покачал головой.
   - Здесь с утра пастухи с собаками, и рядом трактора пашут, группу сто процентов увидят -
  Командир роты, в которой была группа капитана Штыря, предложил, глядя на карту.
   - А может вот, по полю обойдем -
   - Крюк большой, что на поле мы не знаем, может растяжки, может еще, где дозоры, но попробовать можно - нехотя согласился Баталин.
   Оставшееся время ночи бродили по этому полю. Оно было все в ямах, идти приходилось медленно, можно было упасть в темноте и сломать себе ногу. Кроме ям на поле росла какая-то трава, такой плотности и густоты, что продираться через неё было не легче, чем через какие-нибудь заросли бамбука. Она связывала по рукам и телу, ноги проваливались в бесконечные и неожиданно появляющиеся ямы.
   Степень наблюдения головного дозора значительно снизилась. Все устали и втихомолку матерились, проклиная выбранный руководством маршрут.
   Костя взмок, и думал, как он до сих пор не сломал себе ноги, впрочем, все думали о том же.
   Потом так же шли назад. Офицеры посовещались, решили, на следующую ночь выставить группы на обе дороги, а если дальняя группа отработает объект, то рвануть на БТРе за ней в нагляк через поле, все равно суета в селе сразу начнется и там не до маскировки и скрытности будет.
  
  Целый день провалялись на дневке. Сон Косте не шел, видимо не отпускал сиднокарб, а вот вечером перед выходом, начинало отключать, и тут на помощь опять приходил чудо-препарат.
   Костю такая война начинала разочаровывать, где стрельба, где враги, где их трупы, где стоны раненных друзей. Зарница какая-то, а не действия спецназа ГРУ в тылу врага.
   Днем заснуть так и не смог, пошел со знакомыми парнями, фруктовые деревья объедать, впрочем, был осторожен, помнил рассказы бывалых, что именно их любят минировать духи.
   Полазил по деревьям за абрикосами. Вышли на пустые корпуса бывшего пионерлагеря. Кое-где в корпусах валялись разобранные кровати, с железными сетками. На стенах чеченских пионерлагерей надписи "Зара я тебя люблю!" и другие все на русском и содержание такое же, как в России, только матов почти нет.
   Захотел пить подошел к ручью, думал попить, нет, ручей чистый, решился. Наклонился, почувствовал чей-то взгляд. Прямо затылком почувствовал, стало страшно, представил, как в затылок входит пуля. Подумал, в плен возьмут издеваться будут. Вспомнил рассказы о кастрированных, об изнасилованных, автомат то в руке правой, но времени не хватит.
   Услышал
   - Привет землячок!-
   Распрямился, обернулся, парень стоит вроде русский, штаны военные, улыбается.
   - Да я с блокпоста, танкист? -
  Костя опешил, начал рассматривать парня. Тот увидел недоверие, объяснил
   - Да я с Пискаревки, жил там, а потом родители в Ростов переехали, в армию забрали сюда попал, я с вашими уже говорил, просто может, кто с Пискаревки есть? Ты откуда? -
   - Не мы саперы с Самары - ответил Костя, ответил, как учили, и продолжил недоверчиво рассматривать парня. Тот засмеялся
   - Да вас по загару и по тому, как абрикосы ищете сразу видно -
   Тут подошли Костины сослуживцы, и разговор начал клеятся. Костя отошел в сторону. А парни обступили земляка, и пошел непринужденный разговор обо всем.
   И зря спецназовцы так доверились земляку бывшему. Приходили к танкистам на пост из села, говорили с ними.
   - Нам с вами еще долго соседями быть, нам дружить надо, помогать друг другу. Мы вас не трогаем, вы свой срок отслужите домой к родителям, к семьям поедете, зачем нам проблемы? Надо разве? - мягко рассудительно начал и жестко с угрозой закончил чечен в папахе, и продолжил.
   - Вот кто там приехал, стоят рядом с вами? Непонятно, и что они привезли сюда? Вот побудут, набедокурят и уедут, а мы здесь останемся, а они дел на делают и не исправишь, а кто ответит? их нет, вы нас друзей своих не предупредили, не узнали ничего, нам не сказали, о себе не побеспокоились, а молодежь спросит меня. Русские такого сделали нам. Я скажу, они уехали, нет их здесь. А они спросят, а вот, стоят и танк у них есть даже, они же русские тоже, я скажу, они друзья, мы помогаем друг другу, а они скажут, они не помогли нам, не подсказали, кто это здесь, зачем здесь? - чечен замолчал.
   Взял за руку танкиста
   - Помоги нам мы же друзья, хочешь телефон принесу жене позвонишь, а хочешь, отправлю кого, из маладых посылку ей отвезут, привет передадут, дочке подарок подарят - Чечен встал, развернулся уходить, резко обернулся к танкисту
   - Завтра придут ребята, им все расскажешь - и ушел.
  
  Ближе к вечеру начались сборы. Офицеры посовещались. Баталин подвел итог
   - Делимся на четыре группы. Первая с агс и двумя БМП остается на "дневке". Вторая с двумя БТР ждет у речки. Третья и Четвертая пешим ходом от речки выдвигаются к дорогам. Третья у той дороги, где мы в первую ночь сидели. Четвертая идет к той дороге, до которой мы вчера дошли. И еще третью и четвертую группы вооружаем бесшумным оружием, и по два ПКМ в каждую на всякий случай, но работаем только бесшумкой, пулеметы, если встрянем, ну и вторая, если, что на выручку на БТР, подскочит к нам -
   Штырь подошел к своей группе.
   - Кто у нас с ВСС и со Стечкинами. Те на БТР садятся и Кистень с пулеметом с ними. Остальные на БМП - Капитан замолчал, посмотрел на парней - отдашь, Стечкин Бессунину, он бегает хорошо -
   - Вы то не отстанете, когда бежать к БТР будем после всего? - Штырь посмотрел на Костю и Кистеня. Они были сильнее всех в группе, оба до армии много занимались с железом, хорошо стреляли, дрались, а вот с бегом не очень, так с трудом средненько.
   Костя напрягся, ни фига себе, щас не возьмут из-за бега, подумал он. Поспешил заверить
   - Да не, мы же бегали весь май с июнем по три раза на день -
   К группе подошел Баталин, который сам любил железо и регулярно, даже в Чечне качался, привез с собой штангу, гантели, гири. Похлопал Костю по плечу, сказал
   - Ты же из тайги охотник? -
   Костя хоть и жил в глуши, но охотником не был. Но Баталину соврал так, не явно.
   - Ну да -
  Тот продолжил
   - И я вот охотник, только я медведей с лосями не стреляю, у них же оружия нет, нечестно получается, вот когда у них будет оружие, тогда это охота будет, а так это убийство - неожиданно пожалел животных майор.
   Всех построили, распределили по группам, дали команду: "К машине!"
  Солдаты и офицеры попрыгали на БТРы и БМП и колонна тронулась.
   Ехали по той же дороге. Костя был доволен, что он и его друзья попали в третью группу. Костя познакомил Кистеня с пацанами и планировал, подтянуть обоих друзей в команду к Стержню.
   Сэм ставил ему задачу подбирать "хороших пацанов", он планировал расширить охрану Стержня. Да и тот спрашивал Сэма, сколько у него еще пацанов есть, ведь и ему нужно охрану увеличивать и о Сильвестре беспокоился Стержень.
   Еще Костя думал, может сегодня наконец-то и произойдет бой, и он подстрелит кого-нибудь, откроет новое, дотоле неизвестное. Спросит его Сэм
   - Ну, че много народа навалил? -
  А он ответит небрежно
   - Да не считал, но есть маленько -
   Надеялся Костя, что после этого изменится, что-то в нем, уйдет слабость нерешительность, неуверенность в себе. Переродится он после убийства, перестанет сомневаться, думать лишнее, избавится окончательно от того, что не нравилось ему в себе, от "лоховского", от человеческого и станет он новым, сильным, спокойным и уверенным в себе, ничего не боящимся суперменом.
   Не понимал он тогда, что война не делает сильнее, что убийство это не ступень, не высота возмужания, не лекарство от страха и слабости. Что ломает война и смерть, в мир приведенная солдатом. Того кто привел её. Уродует его душу, изменяя её в худшую сторону. Убивает часть её, калечит
  то, что осталось, не чувствует человек с ампутированной душой многое, а другое наоборот, как прикосновение рукой с кожей содранной к соли, доводит его до боли жуткой ничем не исцеляемой.
   И тут либо короста вырастет и чувства умрут, либо если не зарастет коростой рана, от боли от чувствительности повышенной сойдет с ума душа.
  А еще хуже, если и вправду, переродиться человек, образ и подобие свое утратит, другим существом станет, хуже хищника, с демоном душа его породниться.
   И к этому стремился, этого желал Костя после обработки его Сэмом. Не понимая, чего он хочет и выдержит ли он это. Да и неизвестно, что хуже, с ума сойти, спиться или суть свою человеческую поменять.
   Доехали до речки, разделились. Их группу построили, проинструктировали. На дороге раздался шум, возня, там был посажен боец для обеспечения боевого охранения. И через минуту он привел причину шума. Это был чечен лет пятидесяти, худой, полуодетый, он дрожал то ли от холода, то ли от страха.
   - Говорит, что он больной товарищ майор, припадочный, не помнит, как он сюда попал - доложил боец, приведший чечена.
   - Ты кто? отвечай тихо - спросил майор Баталин.
   - Я бальной, не помню ниче, я хожу везде, не помню где - затараторил тот и дальше совсем неразборчиво.
   Офицеры стали советоваться. По уставу спецназа его должны были убить. И Костя подошел, поближе надеясь, что это поручат именно ему. Он стоял так, чтобы было видно, что он с ВСС и может тихо все сделать.
   Он представил, как скажут пленнику
   - Ладно, иди -
   Как капитан или майор, посмотрит на него, и кивнет головой, мол, давай делай, как он прицелится в голову пленника, расстояние, то небольшое, можно, по пижонить. Как нажмет на курок, как упадет пленник. Как потом он спокойно подойдет к нему, посмотрит, не нужно ли добить, как все поразятся его спокойствию и уверенности.
   Офицеры советовались недолго.
   - Че проверим бойцов - спросил Баталина, такой же новичок на войне, как и Костя, его командир капитан Штырь.
   - Ни к чему он наверняка больной, свяжем и здесь оставим, кто поймал тот пусть и сторожит, если бы он нам на месте попался, тогда да, а так есть с кем оставить - неожиданно для Штыря и подслушивающего разговор Кости ответил майор.
   - Вот тебе и охотник - подумал Костя - опять облом -
  Группы пошли каждая к своей дороге. Костя на месте, где решили сделать засаду, залег за бугорком. Положил ВСС стволом на левую руку, и лежал полубоком, довольно быстро устал от статичного положения, повернулся на живот.
   Вдруг рядом кто - то громко задышал, с шумом втягивая воздух. Костя повернул в сторону шума голову и увидел, что к нему, приползло какое-то животное. Это был ежик. Костя ежей раньше не встречал. И теперь рассматривал соседа. Гадая, кто это потрогал его прикладом, почувствовал колючки, понял, что это еж.
   Новый сосед понравился Косте. Он еще минут пять попыхтел рядом, не убегая и наконец, исчез, вспомнив о своих ежиных делах.
   Никакого движения не было. Костя перевернулся на спину, полежал и почувствовал, что по его ногам кто-то ползет, этот кто-то был длинным и толстым. Костя испугался, "змея" подумал он. А если сейчас стрельба начнется?
   Змея уползла, если это была она, а страх остался. Костя осторожно перевернулся на живот, он все еще боялся змеи. Стал прислушиваться. Услышал и почти сразу увидел свет фар.
   - Значит, нам повезло, а я думал, опять соседям вся удача достанется -
  Все стали напряженно вслушиваться и всматриваться. Открывать огонь, нужно было после выстрела майора. Его выстрел должен был прозвучать первым, должен был стать сигналом.
   На дороге появились Нива и стала приближаться к месту засады. Костя лежал и ждал выстрела-сигнала. ВСС взял в руки, осторожно, как будто его могли услышать, несмотря на шум мотора, сидящие в легковушке, навел его на машину, в место рядом с водителем.
  
   Выстрел-сигнал раздался неожиданно, несмотря на напряженное ожидание. Костя думал, что машину подпустят поближе. И сразу затрещали Стечкины и ВССы. Нива съехала с дороги на обочину, мгновенно вспыхнула.
   И тут же где-то в стороне, где должна была находиться четвертая группа, тяжело увесисто подал голос ПКМ.
   Это был плохой знак, ПКМ должны были использовать только в непредвиденной ситуации, когда уже не было возможности обойтись без него.
   Либо группа напоролась на засаду, либо добыча оказалась слишком крупной, не по зубам охотникам.
   - Запроси, что там у них - командовал Баталин радисту
   - И сразу со второй связывайся, чтобы они в готовности были, вдруг вытаскивать придется и с "дневкой" свяжись, тоже пусть в готовности будут-
   Но выстрелов пулемета больше не было и никаких других тоже. Но и огня, как от расстрелянной шестерки не увидели спецназовцы. Про Ниву забыли, благо она сразу сгорела и, никто из неё и не пробовал выбраться, хотя по правилам тактики, досмотр делать было необходимо.
   Баталин дал команду, и вся группа рванула бегом к месту, где их ждал БТР.
  Бежали, полностью выкладываясь, вроде никто и не погнался, но все могло было быть, село, то совсем рядом.
   Костя бежал почти последним, он не выдерживал высокого темпа бега. Ни радости, ни довольства сделанным, он не испытывал. Перед стрельбой азарт был желание наконец-то сделать. А потом переключился на стрельбу четвертой группы, а когда побежали страх, что в спину прилетит пуля или он отстанет от группы и потеряется.
   Костя чувствовал, что страх сменивший азарт обуял всю группу. Страх придавал силы бегству, и висел облаком над бегущими мужчинами.
   Потом Костя узнал, что один из солдат, забыл на месте засады свой РД (ранец десантный) и, в общем-то это обычное, ну по крайней мере, частое явление, когда на месте засады, бойцы забывают свои вещи.
   К БТРам прибежали почти одновременно с четвертой группой, тем было бежать дальше и по полю, которое вчера материли и проклинали все кто шел по нему. Но видимо и страх они почувствовали больший и он дал им силы в беге и улучшил им зрение, а вполне возможно и открыл им третий глаз, и шестое чувство.
   Все попрыгали на БТРы и уже там офицеры, попытались пересчитать своих бойцов. Ехали в радостно-злом возбуждении. Все нарушали правила и говорили между собой.
   Четвертая группа дождалась целого камаза, открыла огонь, камаз съехал с дороги и остановился. Группа досмотра пошла к камазу. Ночь была очень темной, камаз стронулся с места и, не включая фар и габаритов, поехал.
   Все стали стрелять по нему, ну и пулеметчик не выдержал, азарт охоты, и вид уходящего зверя победил приказы офицеров. Камаз всё равно уехал, а группа так рванула с места засады, что почти опередила своих товарищей.
  
   Решили дождаться утра и уехать засветло, пока дали бойцам отдых. Но все были возбуждены и долго общались, менялись впечатлениями, обсуждали произошедшее.
   Пока группы были на задании. Оставленная группа, предводимая молодым летехой, который был расстроен, что его оставили здесь и не дали повоевать, попала в плен. Летеха повел часть бойцов в разведку, и напоролся на дозор танкистов, которые и взяли группу незадачливых разведчиков в плен до выяснения.
   Майор Баталин материл освобожденного летеху, но даже его мат был радостным, все были довольны. ФСбэшник и офицеры не знали, ликвидировали ли они, того кого нужно было, но кого-то же ликвидировали, может и того. Да наверняка того, а кого же еще?
   Костя поговорил с друзьями. И теперь лежал на спине и думал.
  Пытался понять, что он сделал, убил ли кого? Как только прозвучал первый выстрел, он тоже сразу выстрелил и туда куда метился. Был ли там, кто-нибудь? Сколько их там было? Сколько человек метилось в то место, и чья пуля долетела первой?
   После первого раза он уже стрелял, не метясь просто в машину. Думал хоть в досмотре поучаствовать, а она сгорела сука сразу. Сплошная непонятка, убил, хоть кого-то или нет? Че Сэму сказать, когда спросит?
   Попробовал прислушиваться к себе, к чувствам, может они подскажут, что же было.
   - Ну и че во мне изменилось? -
   Успокоился, сосредоточился и почувствовал, радость и возбуждение только сверху, тонким слоем, остатки страха их больше, а под ними?
   Заныло сердце, мыслей нет, а на душе как в детстве, когда они с друзьями убили, наконец, из луков голубя.
   Пока гоняли его по ферме коровьей, ему некуда было спрятаться, азарт придавал силы. Убивали, последних жизненных сил лишали голубя, он уже не летал, а только лежал и бил крылом, но был жив, жестокое, такое выжигающее душу своим огнем желание добить его.
   А потом убили и замолчали, поняли, мертв, обступили, смотрели, жизнь ушла, не манит уже, нечего отбирать у голубя, все он отдал, что не хотел отдать, за что боролся, до последнего и азарт, желание смерти его предать, ушло из мальчишек вместе с жизнью голубя.
   И тело голубя мертво, пусто от жизни и души мальчиков пусты стали, и чем-то неприятным, страшным наполнились души ребят. Словно и от них душа голубя, улетая в мир иной забрала с собой частичку, лишила их чего-то, непонятного, неосознанного, но чего-то такого без чего страшно стало ребятам.
   И вот уже пустоту эту заполнила жалость к убитому ими голубю. Один из них сложил ему крылья, поправил голову. Еще страшнее стало, поняли ребята, не исправишь сделанное, не вернешь жизнь отнятую.
   Заозирались они по сторонам, будто кто-то встал за спинами их, большой, холодный, темный. А ферма пустая нет никого.
   Решили похоронить, спрятать голубя, зарыть в землю вместе со страхом своим. Но не зарывается страх, не уходит жалость и осознание неисправимости смерти и давит, сжимает сердце, то, что заполнило его, убийством голубя позванное. Заняло оно пустое место в душе, забрал голубь с собой часть их, а пустоту, ту маленькую, то, что за спинами на ферме пустой стояло, заняло.
   И не избавиться теперь от этого живет оно своей жизнью, место есть ему, пища тоже, и постепенно расширится, разрастется это, и с каждым убийством, все больше становиться будет и выгнать не чем и не кому его.
   Тоскливо стало у Кости на сердце, пусто и страшно.
  
   Утром уехали, до отъезда приходили чечены, спрашивали, не они ли стреляли ночью. Ехали, боялись засады, смотрели по сторонам напряженно.
  Приехали, зашли в расположение. Пошли мыться, в палатку-баню. Потом сели есть, но есть Косте не хотелось, хотелось спать. Синдокарб видимо совсем перестал действовать. Тонизирующее напряжение ушло, и сон встал во весь свой рост, взял полную власть над телом и разумом.
   Спал Костя долго, поспит, проснется, посидит и опять спать.
  
 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Т.Мух "Падальщик 2. Сотрясая Основы"(Боевая фантастика) А.Куст "Поварёшка"(Боевик) А.Завгородняя "Невеста Напрокат"(Любовное фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Путь офицера."(Боевое фэнтези) А.Гришин "Вторая дорога. Решение офицера."(Боевое фэнтези) А.Ефремов "История Бессмертного-4. Конец эпохи"(ЛитРПГ) В.Лесневская "Жена Командира. Непокорная"(Постапокалипсис) А.Вильде "Джеральдина"(Киберпанк) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Найт "Наперегонки со смертью"(Боевик)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Колечко для наследницы", Т.Пикулина, С.Пикулина "Семь миров.Импульс", С.Лысак "Наследник Барбароссы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"