Я много раз видел как Ванька и другие ребята постарше забирались в огороды и воровали немного ягод или фруктов. Иногда они попадались, но чаще оставались не замеченными.
- Дядя Лёша сейчас в сарае что-то красит, бабка Варвара в доме, вряд ли заметит, не молода уже. Залезешь на вишню, а я постою у ворот, покараулю. Как дядя Лёша пойдёт - я тебе свистну.
- А куда мне вишню собирать? - растерялся я.
- Ну в подол рубашки, - пожал плечами приятель.
Я осторожно пролез через дырку в заборе и подбежал к вишне. Глянул на дом, бабки Варвары не видно, и стал осторожно залезать на дерево.
Оказавшись на ветке, я сорвал три ягоды и съел. Они были спелыми, сладкими, вкусными. Я потянулся сорвать ещё несколько ягод, в этот момент закричала бабка Варвара, заметив меня на дереве. Испугавшись, я соскользнул с ветки и повис на руках. Краем глаза я увидел как дал дёру Ванька, испугавшись расправы. Ко мне со стороны сарая бежал дядя Лёша, держа в одной руке кисть, в другой ведро с краской.
Прыгать было высоко и я висел, крепко вцепившись в ветку, ожидая расправу. Дядя Лёша не стал медлить с наказанием. Рывком снял штаны и нарисовал сзади двух петухов. Потом помог слезть с дерева и одарил подзатыльников.
Надевая на ходу штаны и вытирая слёзы, я побежал домой и забился в угол. Съел всего лишь три вишни и за это теперь в краске. Три несчастные вишенки.
Меня заметила бабушка Марья. Она не стала наказывать, а просто взяла бутыль с керосином и пошла смывать петухов. Смывать краску было больно, керосин время от времени попадал на ссадины. Но я прикусил губу и терпел, сам был виноват, что попался, что в сад чужой полез.
Бабушка смыла краску, смыла керосин и отпустила меня гулять, пообещав рассказать родителям, если это ещё раз повторится.
Я пообещал не воровать в чужом саду и побежал искать Ваньку.