Иванова Ника: другие произведения.

Первый стихотворный сборник

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс 'Мир боевых искусств.Wuxia' Переводы на Amazon
Конкурсы романов на Author.Today

Конкурс фантрассказа Блэк-Джек-20
Peклaмa
 Ваша оценка:


J. Prudomn
"AS, SI VOUS SAVIEZ..."
(перевод с французского)

Ax, если б знали вы, как плачут одиноко, 
Без очага, без ласки дорогой, 
Вы б изредка заросшею дорогой 
Прошли бы мимо может раз, другой. 
Ах, если б знали вы, что взгляд один рождает
В душе, объятой тяжкою тоской, 
Вы б иногда в моё окно бросали 
Всего лишь взгляд свой тихий и немой.
Ах, если б знали вы, как вносит в душу много
Существованье родственных сердец, 
Вы  как сестра присели б на пороге, 
Когда-нибудь решившись наконец.
Ах, если б знали Вы, что я люблю Вас нежно
И сами ведали горячечный порыв, 
Вы б может быть отбросили небрежность 
И в дом мой попросту когда-нибудь вошли б...
1952 г.

А.С. ПУШКИН. МОЙ ПОРТРЕТ.
(перевод с французского) 
(1814 г.)
Вы мой портрет просили 
С натуры, милый мой?! 
Пред Вами в полной силе 
Я встану, как живой.
Кто я? Шалун беспечный 
За партой. Не дурак, 
Скажу чистосердечно 
Без пошлостей и врак. 
Я ростом с великаном 
В один не встану строй. 
Я резвый и румяный, 
С курчавой головой.
В гримасах я - мартышка, 
В проказах - сущий бес 
Да ветра много, слишком 
Во мне! И Пушкин весь!
1952 г.

ПОЛЬСКАЯ ПЕСЕНКА (СВОБОДНЫЙ ПЕРЕВОД)
Будь я солнцем, я б сияла
Для тебя лишь, милый мой,
Обнимала и ласкала
И блистала б день деньской.

Будь я птичкой перелётной,
Песни б звонкие свои
Пела б я тебе охотно 
Обо всём и... о любви.

Будь я зорькою румяной,
Я б тебя, любви полна,
Пробуждала б неустанно
Ранним утром ото сна!

Будь я ветром шаловливым, 
Я б подслушав шепот струй, 
Принесла б тебе счастливый 
И желанный поцелуй!

Будь я ночью многозвёздной,
Я б тебя окутав сном,
Напоила б сон и розы
Упоительным вином!

И, объяв тебя крылами,
Сон твой сладкий берегла
И под лунными лучами
Целовала б без числа...
22.01.53 г. 

ПЛАНЕТАРИЙ. Ф.Ю. ЗИГЕЛЬ
До Вас мы радостно бросали 
Свой взгляд на тёмный небосвод 
И иногда лишь вспоминали, 
Что может кто-то там живёт. 
Но только лишь мы к Вам попали, 
Все астрономами в миг стали 
И... потеряли свой покой 
И межпланетный, и земной!

И как Вы нас ни убеждали, 
Что нас случайности не ждут, 
Душевный наш покой, уют 
Вы нам навеки изломали. 
И мы теперь со страхом ждём, 
Что нам комета даст хвостом, 
Иль солнце ясное потухнет, 
Иль что-нибудь на землю рухнет!

Теперь мы ждём ежеминутно, 
Что может в гости к нам когда 
Примчится с бурею попутной 
Иль марсианин иль звезда! 
Что вдруг разверзнется под нами 
И в прах рассыплется с годами
Под нами матушка-земля! 
Конец готов! Et voila! 
Узнали мы, что нам готовят 
Грядущего коварства дни, 
И чем нам всем грозят они. 
Есть отчего нахмурить брови! 
И, обречённые Судьбой, 
На всё махнули мы рукой.

Всё это шутки. 
За ученье, за просвещенье grand mersi!
И всем нам впору повторенья 
Всех Ваших лекций попросить!

ПРОЩАЙ, ШКОЛА! Т. Д.
Люблю я летних вечеров
Благоуханную прохладу,
Когда как отблески костров,
Пылают краски в гуще сада.
Когда вечерняя заря
Звездами первыми соря,
За лес уходит, догорая,
И ночь неслышно приближая. 

Тогда встаёт моя звезда, 
Она сияет на востоке, 
Где синева струит потоки, 
Где дремлет облаков гряда. 
И сладостно благоухая, 
Влюблённость над землёй витает...

Люблю я этою порой
Пройтись под кронами густыми.
Взглянуть на полог голубой,
Где тают краски золотые.
Люблю шуршанье камышей
И звуки ласковых речей
Реки, дремотою объятой,
Лугов росистых ароматы...

Я их люблю. И вот сейчас,
Когда на улице морозы,
Я предаюсь прекрасным грёзам,
Пишу стихи за часом час, 
Тебе конечно посвящая
И летний отдых вспоминая.

Да. Будем ли с тобой опять 
Вдвоём природой любоваться, 
Мечты Дубровским посвящать, 
Романом устным упиваться?

Быть может, выпорхнув за дверь 
Любимой школы (ведь теперь 
Того недолго дожидаться!), 
Мы можем навсегда расстаться? 

Полюбим института новь, 
Забудем прежние забавы, 
Возжаждем счастия и славы 
И дружбе предпочтём любовь? 
Стоп! Умолкаю я. Довольно. 
От этой мысли сердцу больно...
02.1951 г. 

ГЕОДЕЗИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА
1.
От тучи тень бежит по полю 
И угасает солнца свет. 
Крутом леса, полей раздолье 
И ветра буйного полет.

Сижу на ящике и дрогну.
Опять с углами ерунда!
А коль сойдутся - вновь в дорогу,
Конец-то будет ли когда?...

2.
Снова утро, снова холод, 
Снова дождик проливной. 
Хорошо ещё, что молод, 
Не увечный, не больной!
Снова мокрые ботинки, 
Каждый весом эдак ...с пуд 
Без просушки, без починки 
Снова, чавкая, идут!
с. Рязанцы, 1953 г 
НА ТОПОГРАФИЧЕСКОЙ ПРАКТИКЕ 
1.
Нынче нету, слава Богу!
Беспрерывного дождя!
Мы кропаем понемногу,
Цифры, цифры громоздя!
Ходим с рейками по точкам 
И стоим то там, то тут -
То в крапиве, то на кочке. 
Вот и полигон замкнут!
2.
С длинной рейкой я сживаюсь,
Как с злодейкою-сестрой!
Потому что всё слоняюсь
С ней повсюду, с ней одной! 
Через клевер и пшеницу, 
Мимо свёклы и стогов... 
Как бы с нею распроститься: 
Ножкой шарк! и был таков!
Все приборы мне известны:
Форма, вес их, потому
Что таскаю повсеместно,
Не вверяя никому...
16.08.53 г. 

НОВЫЙ ГОД 
1.
Новый год через три с половиной часа. 
За окном темнота, за окном холодина. 
Я сижу и упрямо таращу глаза: 
Не уснуть бы! Всего только три с полови?ной!
2.
Как в детстве я сижу под ёлкой 
В уютном сумраке гирлянд. 
Как в детстве ощущая чёлку 
И в волосах огромный бант.
Кружат пленительные грёзы,
В одно пятно слились огни.
И вечер тихий и морозный
К стеклу оконному приник. 
Как будто мать меня целует 
И песню тихую поёт, 
Так память мне сейчас рисует 
Сороковой далёкий год...
3.
Не очень весело, но чинно 
Я встретил этот новый год.
Почти отсутствовали вина, 
Почти отсутствовал ...народ: 
Нас было пятеро. Украшен 
Наш пир был дядюшкой, мамашей, 
Двумя старушками и мной... 
(Совсем, как в детстве!). А виной
Признаюсь вам чистосердечно, 
Не разобрался до сих пор -
Кто, что? Моя беспечность? 
Кому мне вынесть приговор?!
Теперь досадуй - не досадуй, 
А ночь минула! Новый год 
Четвёртый день шагает сряду! 
Так скучно, буднично идёт... 
4.01.54 г. 

МАЙ
В хороводе улыбок и грёз 
Закружился безудержный май 
И ко мне сквозь сердечный мороз 
Он ворвался вчера невзначай.
Ночь хранила в домах тишину. 
Город спал.
А под липами вновь 
Шла похожая чуть на Весну 
Полыхающая Любовь!
1954 г.

ПЕРЕГОРЕЛИ ПРОБКИ?...
В институте сумрак серый:
Света нет. 
Напряглись глаза и нервы.
Звон монет.
Приглушённая беседа
В уголке. 
Чуть дымится сигарета
В кулаке.
Кто-то шаркает поспешно 
И сопит,
Кто-то чавкает прилежно. 
(Аппетит!)
Вдруг грохочущие звуки
Раздались 
И разбили дом науки
Сверху вниз!
Не бандитов-хулиганов
Злая рать, 
Кто-то сел за фортепьяно
Поиграть!
20.01.54 г. 

ОДА КРЕСЛУ В АУДИТОРИИ 6-Е
Из чьих покоев было взято 
И как попало ты сюда, 
О, кресло старое, в заплатах? 
Кто тя купил? Кто тя продал?

Из ране мягкого сиденья, 
На коем репс и шёлк блистал, 
Теперь, увы, лишь пыль забвенья 
Летит и портит воздух зал!

Ответь мне, старец седовласый, 
Кому служил ты без наград 
В далёкой юности прекрасной 
И чей качал холёный зад?!
22.02.54 г. 

СТОЛИЦА ГУЛЯЕТ
Расцвеченная Москва отгуляла праздник. 
Облевала тротуары и возвращается по домам 
Разбросав полутрупы в уличной грязи 
И поддерживая под руки расходившихся дам.
Ещё хлопают по ветру флаги обагрённые,
Сказочным призраком вдали светится
университет,
Гремит радио... Взгляни на это глазами
влюблёнными
И пиши дифирамбы идеалист-поэт!
Метро развозит последних гуляк. 
Где-то на эскалаторе доигрывает гармошка. 
Полусонный папаша раскис и размяк 
И держится за ручонку сына-крошки.
А вот и юные супруги, нежны, как пташки! 
Он засыпает у неё на плече 
И любовно бормочет: "Сиди смирно, Машка! 
Муж спать хочет! А то стукну щем-нищем!"
Кроха-артеллерист поглядывает влево:
Увольнительная кончена, впереди скука
и однообразие.
 
А там, на диванчике - хорошенькая дева 
И одна! Никто не провожает. 
Безобразие!
Из Дорогомилова, из студобщежития 
Я иду домой, не спеша. Гуляю, 
Растягивая удовольствие и самоё событие, 
Потому что со мной -
моята драга другарка Валя...
8.11.54 г. 

ЯЛТА
В барственной Ялте торжественно-непод?вижный вечер,
Непроглядно-чёрный, с миллиардами сияющих звёзд.
И как душистый воздух неисчерпаем и бесконечен,
Так нескончаем рассказ моря, плещущегося об утёс.

Неподвижен аромат в бархатно-тёмных аллеях
Зачарованных кипарисов, похожих на огромное эскимо.
И я поневоле этой роскошью одурманен и расклеен,
Плетусь возле резных оград домов.

Меня не пленяет роскошь квартирная
С люстрами, паркетом, гобеленами и коврами,
С пальмами в кадках, с китайскими ширмами
И с шедеврами искусства в позолоченной раме!

А вот здесь, где сама природа 
Так величественна и так роскошна,
Я кажется вырастаю до самого небосвода, 
Становясь на олимпийского бога похожим!

Хочется петь громко и красиво,
Вторя волнам, взбегающим на камни и спешащим прочь.
Петь мягко, спокойно и чуть лениво
Бесконечную песню, прекрасную как эта ночь!

Свежесть моря сливается с ароматом магнолий.
Сердце полно романтики и лирических поползновений,
Ещё немного, и оно лопнет от ощущения крылатой воли,
И от собственных размеров, увеличиваю?щихся с каждым мгнове?нием!

С высоты Ай-Петри многое кажется 
мелочным и ничтожным,
Крымский берег обозреваешь как карту в атласе.
Хочется, чтобы внизу
всё стало чище, крупней и моложе,
Навсегда позабыв свои полумышиные страсти.

Не думается ни о ночлеге, 
ни о еде, 
ни об этакой одежде.
Слишком хорошо! Но Ялта - курортный город-,
И напомнит вам, что здесь-то и следует прежде
Думать об этом, а потом включать свои романтические моторы.

Ялта в огнях. Шуршат шелка и волнуются газы,
Сползаясь в ресторанов распахнутые двери,
Где лещенковских "Журавлей" наяривают джазы...
Я вздрагиваю, ощутив что-то затхлое в атмосфере.

И я дефилирую по Ялте рассвеченной
С бахчисарайской пылью на брюках и в тапках рваных.
Иду, независимый и всеми, как изгой, замеченный,
Иду к морю, которому дела нет до пижонов и ресторанов!
07. 1954 г.
ВСПОМИНАЯ КРЫМСКУЮ ПРАКТИКУ
Пусть будет трудно, противно и жарко 
Ползти в гору, скатываться вниз и снова ползти. 
В брюхе будет бурчать, жизнь не будет казаться подарком. 
Ох, как захочется свалиться! Но я буду идти.

Пусть потом, отшагав положенное, 
Я буду приходить в просолённой ковбойке 
И липкая от пота, и в пыли извоженная, 
Буду валиться на соломенную койку.

Но по вечерам, когда над лысиной Беш-Коша
Сверкнёт Венера пленительной красотой, 
Пусть немного и взгрустнётся. Что же?
Письма запоздали, а сердцу бы ласки простой!

Погрустишь от экзотики да от Бенё песен, 
А там по домам. Запалишь коптилку 
И читай про Ромео с Джульеттой вместе, 
Поймав в миске картофелину на вилку!

И опять хорошо! И на душе свежо и молодо! 
Здоровый труд чистит сантиментов кисейный налёт. 
Никто не дёргает, как в склочных
	стенах города. 
Некогда подгнивать. 
	В этом соль! Вот.
27.08.54 г. 

НА УЛИЦЕ ГОРЬКОГО...
Надоевшие мелькают рекламы, 
Бьют по лицу, слепят глаза.
И людской поток - мужчины и дамы -
Ползут наверх и бегут назад.

Кричат костюмы, шляпы, разрезы. 
Всё продаётся и всё покупается. 
Это - центр. В карман лезут, 
В душу лезут, в глаза бросаются!

Москва обсосав арбузные корки,
Укладывается, кряхтя, на съедение клопикам.
А на границе темноту просматривая зорко, 
Следят, как бы кто не удрал в тропики!

Опять гимназисты, опять студенчество, 
И новая "знать" с проститутками шалит, 
Просто неожиданно в кап. младенчество 
С социализма легко перешли!

Законы законами, а люди - людьми: 
Всё те же сволочи в общем и целом. 
И что там идейного ни городи, 
А потребность потребностью и тело - телом!
19.09.54 г. 

ПОСЛЕ УРОКОВ Т. Д.
Сперва пешком, а после пароходом 
Бежали мы с тобою от людей. 
И там, в объятьях угасающей природы 
Вновь оживали средь своих идей.

Сбежав по сходням на песчаный берег, 
Мы даже миг боялись потерять 
Из нам случайностью подаренного времени, 
Спешили всё друг другу поверять!

И примостившись на обрыве над рекою 
На жёлтом войлоке из листьев и травы, 
Как птички две мы были так спокойны 
Ввиду внизу клокочущей Москвы!
1954 г. 
НОЧЬ В ТУНДРЕ
В серо-синей дымке горы утонули, 
Небо затянулось белой пеленой, 
Всё давно затихло. Все давно уснули, 
Лишь кулик тоскует в эту ночь со мной.

В этом дальней крае, тихом и безлюдном, 
Горы да озёра - северный простор, 
Топкие болота бесконечной тундры, 
Да поспешных речек быстрый разговор.

Дуют с моря ветры, буйны и шумливы, 
На могучих крыльях проносясь в горах. 
Да парят орланы с криком горделивым, 
Увидав девчонку с молотком в руках.

В час ночной на тундру сумерки слетают, 
Снежные вершины утаив от глаз, 
Но привычной нашей ночи не бывает, 
Потому-то звёзды, думаю о вас!

Только незабудки нежно голубые 
Здесь цветут, как дома, по уступам скал, 
И тебе в конверте, милому родному, 
Я их посылаю, чтоб не забывал.

На ветру палатки рвутся к поднебесью, 
Ночь ввела в них отдых, тишину, покой.
Лишь орлан горластый лагерь с неба крестит 
Да кулик тоскует в эту ночь со мной.
Авг. 1955 г. 
ЗАКАТ В ЗАПОЛЯРЬЕ
Над горами пунцовый закат 
Разметал золотистые кудри, 
Приковав мой восторженный взгляд 
Красотой совершенной и мудрой.

Я б хотел посмотреть те края, 
Где усталое солнце ночует 
В нежно розовом море огня, 
Даже если в том море сгорю я!

Пусть сверкнув золотистой звездой, 
Я в задумчивом небе погасну! 
Насладившись его красотой, 
Эту жизнь назову я прекрасной!
03.09.55 г.
КОНЕЦ ПОЛЕВОГО СЕЗОНА
Испепелённый запад догорает. 
В туман оделись бурые холмы. 
Палатку папиросой освещая, 
О чём-то в полусне мечтаем мы.

Уже снежок сегодня закружился, 
И заморозок первый завернул. 
Я до утра в мешке своём крутился 
Но до утра от стужи не уснул...
 
Солярка и продукты на исходе. 
И всем в палатках стало невтерпёж: 
Пора домой. Хандра с души не сходит. 
Побаловались в Тикси и хорош!
3.09.55 г. 

Н. К.
Ты спросила меня, где свило 
Наше счастье гнездо своё? 
Я не знаю, дружок мой милый, 
Помечтаем о нём вдвоём.

Там, где трав покрывало пёстрое, 
Там, где в жемчуге брызг прилив, 
Там живёт на крохотном острове 
Птица счастья от всех вдали...
1955 г. 
ВЕСНА ПРИЛЕТАЕТ С СЕВЕРА
Мне сказали, что ты прилетел, 
И сердце рвануло, как трактор сани, 
К тебе через головы приличий и дел, 
Устав от 24-ёх дневного ожидания!

Но я осаживаю его на задние ноги, 
Помня фразу твою о гордости.
И я начинаю кружить по Москве, обивать пороги,
Чтоб сбить пламя движения скоростью.

Мчусь к знакомым, запираю себя в кино, 
А вечером, обессилев, плетусь домой. 
Рука подбирается к телефону, но 
Я, сжавшись, отхожу в угол другой.

Борьба продолжалась до пол-восьмого. 
Потом рука начала набирать 
Привычный номер Г-5... 
(Вот когда можно по сотне за слово!) 
Но... Подходит мать...
- Он ещё не приехал. 
И снова в мире потухли краски.
Дождь залил слезами оба окна. 
Неужели осень? Но сейчас-то, 
Только сейчас была весна!
27.10.55 г. 

ПРОГНОЗ
Я оглохну. Я ослепну.
В три погибели согнусь.
И из... миленькой Прилепы
Я в Наину превращусь.
Воздыхатели все вымрут.
Муж разлюбит. А друзья?
Кто-то - в норку, кто-то - в дырку,
Кто - под землю... Ну а я?
Всё законно. И природу
В ум кому влетит ломать?!
И из старого комода
Что-то новое достать!
1955 г.

П О М Н И Ш Ь? С.Г.
Словно резвый мальчик в шалости невинной,
Ты на снег свалился, руки раскидав. 
На тебя смотрела, покрывало скинув, 
Сонная нагая бледная луна.

Северное небо над тобой чернело. 
В серебристом свете замерла Земля. 
Лишь вдали туманной изредка несмело 
Вздрагивал огнями крохотный маяк.

А потом... Как чудо!
А потом... как диво! 
Кто-то сбросил с неба разноцветный газ. 
Неправдоподобно! Жутко и красиво 
В небе свистопляска красок началась!

Неподвластно ритму, чуждое влиянию, 
Ворожит, колышется, резвится, живёт!... 
Вот оно Полярное! Вот оно сияние! 
Кто его опишет? Людям отнесёт?!
1956. 
* * *

А. В-ВУ.
Я к тебе приду нежданно, 
Загляну в глаза твои 
И, назвав тебя желанным, 
О своей скажу любви.

Я прижму к щекам ладони 
Долгожданных рук твоих, 
Чтобы ты услышал, понял 
Смысл давнишних слов моих!

Если б знал ты, как давно я
Образ твой в душе таю,
Если б знал ты, как с любовью
Я борясь, сильней люблю! 
1957 г. 

ШТОРМ
Море шумело как будто враз 
Сто примусов взяли и зажгли. 
Маяк зажигался и снова гас 
Где-то совсем на краю земли.

Шторм бушевал неделю, другую. 
А мы на Быковском впадали в транс. 
Одни вспоминали свою дорогую, 
Другие дулись в преферанс.

Кончались консервы, в том нет беды, 
Переставляли пуговицы и крючки. 
А вот без курева не до еды. 
Собирали по углам "халупы" "бычки".

Мы ждали катера. По ночам 
Нам часто чудился стук мотора. 
Нет, не спалось. И журчал, журчал 
Ручей незначащего разговора...
08.57 г. 

СКАЖИ, ЧТО ПОМНЮ, СКАЖИ, ЧТО ВЕРНУСЬ!
Москва - это вещь. Только в ней летом 
Геологу не жизнь. Сердце гложет грусть. 
По костру, по тайге, по полярным рассветам, 
А я этим летом в Москве остаюсь!

Но ты улетай, дружок, с приветом, 
Скажи тундре, что я вернусь!

Тундра, тундра! Кто там побыл, 
Её не забудет. Попробует пусть 
Забыть её запах совсем особый 
И незабудок синюю грусть.

Ты передай ей, дружок, чтобы 
Она меня помнила. 
	Я вернусь!
08.57 г. 
УТРО
Тонконогие берёзы,
Словно девочки-подружки,
На лесной стоят опушке,
По плечам раскинув косы.

Солнце утреннее встало, 
Мрак развел над рекою, 
И подружек обласкало 
Тёплой, трепетной рукою.

Слёзы ночи высыхают
На душистых травах тонких.
И поют почти стихами
Птицы радостно и звонко.

Снова утро наступило. 
Сколько в нём любви и света! 
Каждый вдох живит поэта, 
Наполняя новой силой!

Много нас, друзья-поэты!
Было много, больше стало.
Но любила и желала
Нас родимая планета!
Как не петь о ней со страстью? 
О красе лесов, полей?! 
Удивительное счастье -
Быть поэтом на Земле!!!
9.08.57 г. 

ЮМОРЕСКА Т. Д.
Милый "г"аф"! Что за время, право! 
Вот хотелось стишков на дорогу 
Написать. Да какая слава 
Мне про поезд писать, ей-богу!

Написать бы про то, как в дрожки 
Я сажала московского гранда, 
Укрывала дохою ножки 
Новоявленного арестанта.

Но, увы! Мой возлюбленный "г"аф", 
Благородные ноги задрав, 
Будет дрыхнуть на верхней полке... 
За окном будут плыть палки-ёлки, 
А потом кедрачи и прочее... 
Многоточие... Многоточие...

Очень скучно писать про это! 
Уж добро б арестантская доля! 
А то будет по доброй воле 
Во Сибири торчать всё лето!

На прощанье гульнуть бы ночью! 
Да погода тово - не очень, 
Да диплом, да экзамен плюс... 
Да и злых соседей боюсь...

Словом, дожили, милый "г"аф"!...
1957 г. 

В ГОСТИНИЦЕ
Жизнь плюнула мной, как вишнёвой косточкой,
И вот я в Пензе. Сижу. Томлюсь. 
Мыслей мало - детская горсточка, 
Лишь в сердце лютая скука и грусть.

Захолустье каких мало. 
Много мух. И грязи много.
Разбитые троллейбусы развозят людское сало,
А тощие лошади уступают им дорогу.

Здесь женщины любят бантики и кино. 
Мужчины, разумеется, футбол и водку. 
Здесь даже любят друг друга, но
Не очень нежно,
цивильно
и кротко.
28.07.57 г. 

УТРО (СТ. ЕЛЮЗАНЬ).
Солнце, выйдя из-за тучи, 
Развернуло веер свой. 
И взбежал весёлый лучик 
На пригорок над рекой,

Травку ласково погладил 
И улегся за кусты, 
Где сосна в лесном наряде 
Гордо смотрит с высоты.

Летний день смолою дышит, 
Запах трав стоит густой, 
Ветерок едва колышет 
Удивительный настой.
1957 г. 

НА БУРОВОЙ
Лязгая металлом, упёрлась вышка
Ногами в землю, скрепя и кренясь,
Таща колонковую (ни дна ей, ни покрышки!),
Как дед репу, напрягаясь и матерясь!

А техник- бездельник (это - я!) 
Безучастно строчит стихотворения!
31.07.57 г. 

ПОДЪЁ-Ё-Ё-М !!!
Поутру в сонную палатку 
Забросит солнце сноп лучей. 
И сон по-утреннему сладкий 
Прогонит с дремлющих очей.

Стряхнув остатки сновидений, 
Я руки к небу протяну 
И, напоследок в сладкой лени 
До скрежета в ушах зевну!

Потом полезу безразлично 
Вон из нагретого мешка 
И, засвистев эгоистично, 
Всех разбужу. Толкну дружка...

Они рассыплют предо мною 
Алмазы благодарных фраз: 
Вспомянут про потоп, про Ноя, 
Про мать его, про левый глаз...

Мой гардероб (я по секрету 
Скажу) меня не тяготит: 
Излишеств нет - в разгаре лето, 
А срам, как видите, прикрыт.

Мой туалет дестиминутный 
Справляю педантично я. 
И в будуаре сверх уютном 
Особа нежится моя.

Сосновый пень - изящный столик. 
Моё трюмо - речная гладь. 
Духи "Сосновый бор" и "Поле"
К моим услугам.
Благодать!

В реке давно готова ванна. 
В столовой завтрак на столе: 
Кирза и чай (увы! бананы 
Нам вредно кушать и не след.)

Потом на лёгкую... прогулку 
Для наслаждений и услад 
Готов нас вывезти в проулке 
Стоящий ЗИС - 150...

р. Кадада. 22.08.57 г.

НА РЕКЕ КАДАДА
Шли вечера золотые и тихие, 
На облаках улетая на запад. 
Солнце далёкое трепетно вспыхивало 
И угасало. Вечерние запахи

Лёгким туманом клубились в низине. 
Небо темнело полное звёзд.
И ночь душистая 
лунная 
синяя
Поила травы влагою рос.

В квадрате двери старой палатки 
Весь мир, восхищённый волшебной ночью. 
И сердцу было и больно и сладко. 
А ты был далёко, и даже очень.

Мне вспоминалось другое время: 
Майские ночи с луной, соловьём. 
В беседке почти забытые всеми 
Ты и она. Опять вдвоём!

Куда ни направлюсь я, как нарочно 
Вы снова вдвоём у меня на пути! 
Как будто заранее знаете точно, 
Куда я сегодня собралась идти!

За вами шпионить? Какая гадость! 
Хоть вовсе из дома не выходи! 
Подруге и другу, я вижу, в радость 
Способом этим меня изводить.

Любите! Гуляйте! Я не в накладе!
Мне и без вас так хорошо!
Что никаких свиданий ради
Я не оставлю свой хрупкий стишок.

Да, дорогие, своей любовью 
Вы мне испортили все вечера, 
Само вдохновенье и литры крови! 
А как я чистила вас в пух и в прах!

Прекрасное время! В ушах от трелей 
Летят перепонки. И, как от вина 
От духа черёмух, ландышей - еле 
Домой уползаешь, не ведая сна...

Прекрасное время! Весна и юность! 
Студенты на практике. Влюбись давай! 
Но дёргать лиру за звонкие струны 
Было приятнее... раза в два! 
ВЕЧЕР В ТУНДРЕ
Белых чаек плачущие хоры 
На свинцовой северной волне. 
Неба опрокинутого шторы. 
Чёрный берег в серой пелене.

Жёлтый мак истерзанный, замёрзший 
В хлопьях снега, полужив и смят, 
Ты ли маку, рдеющему в рожи, 
- Брат?!

День чуть теплился, сменяясь чёрной ночью, 
Кутаясь в густеющий туман. 
Тучи, ветром порванные в клочья, 
Окунали складки в океан.

Колыхались ледяные волны, 
Разбиваясь в брызги на камнях, 
Оставляя горьковато-солный 
Привкус на губах.

Цепкий холод обнимал за плечи, 
Липкий снег над тундрою кружил... 
Одинокий бесприютный вечер!
Кто его хоть раз не пережил?

Может в тамбуре бегущего вагона 
В синем дыме многих папирос 
Этот вечер бесконечный сонный 
Испытать вам некогда пришлось?

Кто, уехав далеко от дома, 
С едкою тоской не вспоминал 
Запах крова сызмальства знакомый 
И привычек церемониал?...
1958 г. 

ИЮНЬСКАЯ ВЬЮГА
В Москве теперь тополей пора. 
Кружится пух тополиной вьюги, 
Как будто кто-то вытряс с утра 
Все пуховые перины в округе!

И кто - не москвич - сумеет понять 
Июньской вьюги пьянящую ласку, 
Когда невозможно никак унять 
Пушинок резвых игривую пляску?!

Москва дорогая, скучаю я, 
Когда далеко от тебя бываю! 
Опять в удивительные края 
Меня затащила моя кривая.

Берёза, лиственница, сосна 
Переплелись здесь в немом согласье. 
Отсюда недавно ушла весна, 
И лето теперь завладело властью.

Хозяйкой заботливой в лес вошло, 
Цветами убрав травяное ложе. 
Листвянка ласкает мне щёки и лоб, 
Но это на пух тополей не похоже.
 
На фоне кремлёвской белы, как снег, 
Кружатся, снуют и спешат пушинки, 
Как москвичи, ускоряя свой бег, 
То на Болотной, то вдоль Ордынки...
06.58 г.
* * *
Безумство кончено.
Как тихо льётся кровь!
Остались позади надежды и тревоги.
Тобой не узнанная родилась любовь
И умерла, не признанная, на твоём пороге.
1958 г.

ПИСЬМО ИЗ КУКИ.
Здесь места удивительны. 
Здесь места восхитительны! 
Если б был я художником 
Я б всё лето писал...
Краски б плыли вагонами,
А полотна - рулонами
И составы с этюдами
Я б тебе отсылал...
1958 г. 

ЗИМНЯЯ ЗАРИСОВКА
Чистым снежным утром зачарован, 
Первый снег сминая, я иду. 
И любуюсь красотой покровов, 
Скрывших леса злую наготу.
Вьюга кончилась. И бледно голубое 
Утро робко глянуло в окно. 
Бледный месяц - воин после боя -
Тает в небе призрачным пятном.
24.10.59 г. Н. Угдан

* * *  
И.Ш.
Румян и бел лицом, как дева. 
Почти с евангельских страниц. 
Глаза без горечи, без гнева -
Два озера в лесу ресниц.
Рука артиста. Убежденья -
А ля философ в двадцать лет. 
Манеры, голос, все движенья 
И множество иных примет - 
Аристократа. Мой портрет 
Почти окончен. В добавленье - 
Букет вольтеровских острот 
И возраст - двадцать третий год!
1959 г.

ТРИ ВЕСНЫ
1.
Друзья мои, я в этот год 
Спешу по следу за весною: 
Сперва в Москве её приход 
Меня приветствовал. Цветною

Зажёгся гаммой небосвод. 
Вдоль тротуаров талых вод 
Потоки бурно устремились; 
Улыбки, шляпки оживились; 
Торговки вынесли цветы 
(О, москвичи до них охочи!) 
Фиалки - символ чистоты -
По ценам гонятся восточным! 
В весеннем воздухе разлит 
Весёлый щебет, вирус, флирт...
2.
В Сибири ждёт меня весна. 
Она придёт внезапно в мае. 
От долгого очнувшись сна, 
Багульник заблагоухает. 
Безлистый, буйно расцветёт 
Сиреневым весёлым цветом!
И, отрешившись от забот, 
К нему я обращу приветный 
Свой взор. Листвянки молодой 
Рукой поглажу пух зелёный. 
И солнечной бродя тропой, 
Весенний воздуха настой 
Вдыхать я буду грудью полной!
3.
А нынче еду на Кавказ,
На воды, как сказали б прежде.
Благословенный чудный час:
Сбываются мои надежды! 
Увижу милые края, 
Чьей красотою опьянённый, 
В кудрявом детстве грезил я, 
Воображеньем увлечённый!
О, легкокрылые мечты,
Меня кружившие в те годы!
Мне снились снежные хребты,
Ущелья, вспененные воды
Потоков бурных! Милый вздор!
Он был ужасно не реален. 
Разочарован и печален 
Вернусь в Москву из южных гор 
С охапкой пышною мимозы 
И безысходной серой прозы...
1959 г. 

ДЕМОН
Не понятый и одинокий, 
Уязвленный нежданной смертью, 
Печальный Демон был жестоко 
Наказан собственным бессмертьем.

Ему бы умереть, как людям, 
Припав на миг к прохладе стали 
Пылающей от боли грудью, 
Чтоб с кровью отошли печали!

Но, гордый, он закрыл крылами 
Лицо, исполненное муки, 
И устремился прочь с словами: 
"Будь проклят мир!" И эти звуки

Уснувшей ночи тишь пронзили, 
Как вопль истерзанного сердца, 
От сна людей в домах будили, 
Сбирая в круг единоверцев.

Он проклял мир. И в злом презреньи 
И в лютой ненависти к людям 
Вкусил он сладость - сладость мщенья, 
Которому конца не будет!
29.05.59 г. 

27 ИЮЛЯ В ЖЕЛЕЗНОВОДСКЕ
Весь день он весело шутил, 
Смеялся много и беспечно, 
Был с дамами приятно мил, 
С кузиною чистосердечным.
Листва, задерживая зной, 
Грозы томилась ожиданьем, 
Шепча душе его больной 
Чуть слышимые заклинанья.
Но он не слышал их. К чему 
Призывом жизни обольщаться, 
С которой может быть ему 
Придётся утром распрощаться?
28.03.59 г.
* * *
Всё прощать повелел нам Бог, 
Адом огненным грешных стращая. 
Я ж обиды считаю до трёх, 
А потом ни одной не прощаю! 
Тем и грешен...
1959 г. 

ПРОЩАНИЕ   Т.Д.
Уж я не в силах больше различать, 
Где милая рука и где чужие руки. 
Состав отсчитывает, лязгая, стуча, 
За километром километр разлуки.

За поворотом скрылись буфера. 
Я всё не в силах повернуть с перрона. 
И ты теперь, я знаю, до утра 
Проплачешь в тамбуре бегущего вагона.

К чему печаль? И слёзы отчего? 
Прошедшего ль ожившие картины 
Напомнили о чём-то дорогом, 
Таком прекрасном и невозвратимом?

Быть может неизвестностью томит 
Грядущих дней бесцельное теченье? 
И время, жизнью взятое в кредит, 
Ни счастья не сулит, ни утешенья...

Отбрось печаль, раздумьем не томись, 
Мой славный друг, не надо размышлений. 
Любая смысла ищущая мысль 
Терзает сердце горечью сомнений.

Неотвратимы встречи и разлуки,
Закономерна жизни череда, 
Профессии, что выбрали мы, штуки... 
Сожмись в кулак: всё горе - не беда!

Привыкнем к жизни кочевой, ей-Богу! 
Оседлость станет - к горлу острый нож! 
И по весне в далёкую дорогу 
Нас выманит дух странствий, а не грош!
Кука. 1958 г. 

Я ШАГАЮ.
Тучи, тучи, тучи. 
Небо серое низкое, 
Будет ли, будет лучше 
Или дождями забрызгает?

Ветер. Ветер. Ветер. 
Дует с упрямою силою. 
Встретит ли сердце, встретит 
Сердце другое, милое?

Пусто. Пусто. Пусто. 
Нет ни улыбки, ни взгляда. 
Вечно ль обуздывать чувства? 
Или придёт награда?

Верю. Верю. Верю. 
Утро проснётся светлое. 
В окна, в щели, в двери 
Солнце ворвётся приветное!

Знаю. Знаю. Знаю. 
Сердце твоё ответит. 
Будет небо без края! 
Тучи разгонит ветер!
4.06.59 г. 

ВЕК ТЕХНИКИ
Наше время удобнее дедова. 
Доказательств груды и штабеля. 
Из вечера в вечер при свечке беседовать 
Вы б отказались и с вами я.

А танцевать при таком освещении? 
Ещё неудобнее наверняка.
А им приходилось. А жилпомещение
Какое было у старика?

Не было газа, канализации, 
Водопровода и многого прочего. 
А мы вкусили цивилизации 
И разленились теперь воочию.

Дрова пилить и колоть не надобно,
Воду в вёдрах домой таскать!
Машины стирают (факт отрадный!), 
Холодильники морозят... Благодать!

Но всё это, право, почти пустяки 
В сравнении с транспортом тех времён! 
Бедный дед и бедные рысаки, 
Потерянное время и разбитый сон.

А мы садимся в обычный скорый, 
Вверяясь заботам проводников, 
Машинистов и прочих -ов, 
И чаю напившись, храпим хором.

А самолёты? Разве не чудо? 
Забрался в такой, сиди, не робей! 
Немного лёту... и я буду 
В унтах и кухлянке... там, где Бомбей! 
(Только не рухни и не убей!)
1959 г. 

ПОРА В ПОЛЕ
С Москвой прощаюсь. Уезжать пора 
К своим листвянкам, буровым, откачкам. 
И уж готовы соскользнуть с пера 
Слова печали - плод раздумий мрачных.

Я привыкаю к новому с трудом. 
С трудом прощаюсь с тем, что покидаю. 
Свою любовь, свой город и свой дом 
Я в этот раз надолго оставляю.

Здесь без меня распустятся цветы, 
И летних вечеров пройдёт прохлада. 
Кому-то будешь улыбаться ты, 
Но не рассказывай об этом мне. Не надо.

Я так люблю бродить совсем одна 
Без дум, без цели по залитым светом 
Шумливым улицам. Острей звучит весна. 
Москва наедине со мной - поэтом.

О чём мы с ней тогда ни говорим! 
Но это между нами, под секретом. 
Мой город иногда невыносим! 
Но чаще ничего милее нету!

Москва - как женщина. Поэтому она 
Не забывает быть всегда желанной. 
Я с ней всегда хмелею без вина 
И все мои она ломает планы!

Ну, что ж. Пора. Вновь встретимся зимой 
Под сводами твоих концертных залов. 
Я расскажу тебе, любимый город мой, 
Как мне в тайге тебя недоставало!
25.04.59 г. 

ПУТЬ В СИБИРЬ
Кедры, лиственницы, берёзы 
Убегают на запад, спеша. 
Здесь недавно трещали морозы, 
И весна первый делает шаг, 
Робко будит деревья и травы. 
Километры бегут за окном.
Деревушки, стада, переправы 
И леса, став и явью и сном... 
Да, Россия богата лесами, 
И зверьём, и водой, и землёй, 
Птичьим гомоном, небесами 
И чистейшей речной водой.

Развернуть бы всю эту силу 
И поднять на дыбы её, 
Чтобы стала богатой красивой 
Жизнь людей этих славных краёв!

Города иногда подбегают 
Показать свой вокзал и разъезд, 
А потом без конца и без края 
Сибиряцкий нехоженый лес.
 
В деревеньках убогих и грязных 
Свет окошек и сер и не смел. 
Жизни цикл однообразный, 
Беспросветный унылый удел.

Веет старой некрасовской Русью 
От запуганных тех деревень. 
Я смотрю с безысходною грустью 
На разрушенный дом и плетень.

Первомай пролетел, не затронув 
Этой бедной забытой глуши. 
В алых стягах, иллюминован, 
Он на запад в столицу спешил.

Но по-своему счастливы люди, 
Не испробовав жизни иной. 
Неужели надолго так будет? 
Неужели не смоет волной 

Жалкой жизни лохмотья на теле 
Нашей бедной России? И луч 
Новой жизни, убогой доселе, 
Брызнет солнцем горячим из туч?
4.05.59 

НОЧЬ В ТАЙГЕ
Ночь. Сибирская звёздная ночь. 
Астрономией впору заняться. 
Хорошо робкий страх превозмочь 
И тайгою домой возвращаться.

Тишина. Темнота. За спиной: 
Храп Бурвода, жужжанье ПЭСа, 
У костра - соблазнительный зной -
Остров жизни в безмолвии леса.

Электрической лампочки луч 
Позапутался в ветках богула, 
Проводил до курумника куч 
И остался близ жизни и гула.

С темнотой изменилась тайга, 
Хлещут ветки в лицо без стесненья, 
Ищет тропку неверно нога -
У людей ненадёжное зренье!

Только звёзды над головой
В чёрном небе пиритовой пылью.
Вон Полярки кристалл голубой!
Мы и прежде с ней, помню, дружили.

Вот и наша с тобою звезда
Крошка с именем бравым "Наездник".
В незапамятные года
Египтяне сверяли с ним зренье.

Видишь, значит пригоден. А нам 
В наших вечных разлуках-скитаньях 
В одинокие ночи без сна 
Служит он местом верных свиданий.
Н. Угдан. 1.11.59 г.

ПРОГУЛКА В ТАЙГЕ
У ствола листвянки нежной 
Распушил цветы богул. 
И подснежник в безмятежной 
Позе к солнцу повернул

Свой цветок на тонком стебле. 
Солнце нежит шёлк листвы, 
Всех ласкает, всех объемлет 
С ног до самой головы.

И пружинит под ногою 
Точно плюшевый настил 
Старой лиственничной хвои.
Кто хоть раз по ней ходил 

Босиком, забыть не сможет 
Этот нежащий матрац
Долго-долго помнит кожа 
Теплоту и скромность ласк.
Май 1959 г. 

В ТАЙГЕ
Ты чего испугалось так, 
Растревожилось, сердце моё? 
Это чей-то неловкий шаг 
Прошлогодним хрустнул сучьем!

Если добрый идёт человек -
Путь счастливый ему. 
Если зверь, он ускорит бег 
Прочь от встречи в чащобную тьму!

Если ж злой человек идёт, 
Здесь за деревом есть тенёк. 
И не бойся, сердце моё -
Палец лёг на взведённый курок...
06.58 г. 

Л.М. Л-ВУ
В тот вечер Вы сказали мне спокойным 
Усталым голосом: "Вам надо жизнь узнать, 
Чтоб было Вам о чём легко и стройно 
В поэме резвой с пользой написать".

Вы не прочли ни строчки. Не открыли
Моей тетради.
Ясно. "Русский лес"
Не мало требовал писательских усилий, 
Не до сопливых было поэтесс!

Я Вас послушалась (доверчивый ребёнок!) 
И в жизнь ушла по самые вихры. 
Я выросла из детских распашонок, 
Однако, опыт жизни и забот 
Меня повысушил. И мне недостает

Теперь нетронутости, света, юных красок, 
Да свежести, да резвости чуть-чуть... 
Скажите мне, чтоб снова стало ясно, 
В какой теперь мне отправляться путь?!
3.08.58 г. 

ПАМЯТИ
В пережитое уходят
Годы юности моей.
Но в крови горит и бродит
Огонёк прошедших дней.
Жизнь по-новому заботит,
Но за суетною ней
Без причин и побуждений
Лишь на краткое мгновенье
Оживляет память мне
Штрих на старом полотне.
Вот и мне о чём есть вспомнить! 
Это - зрелость. Жизнь мала. 
Ты её собрался строить, 
А она, глядишь, прошла! 
Здесь уже бесцельно спорить. 
Только память - ценный клад 
И бухгалтер дней летящих 
Нам ответ даёт блестящий 
Большей частью без труда: 
Как, куда ушли года...
Нет, сегодня мне не надо
Ни расчётов, ни счетов.
Память! Милая, порадуй!
Принеси букет цветов.
Роз - из ялтинского сада, 
Алых маков, васильков -
Прямо с мангушского поля, 
С побережия - магнолий, 
И ещё мне принеси 
Незабудок из Тикси!
07.59 г. 

ВМЕСТО ДНЕВНИКА
О грёзы, грёзы! Вы великодушны! 
Вы мне рисуете несбыточных картин 
Прекрасный замок, но увы! воздушный. 
Он вдруг растает тихо в миг один.

Всё будет иначе, и проще и скучнее. 
И может быть досада посетит 
Меня не раз. И вспомню с сожаленьем 
Я это время, край, и дом, и быт.

Мне дни прошедшие вернёт воспоминанье, 
Наполнив их и светом, и теплом, 
И тем неповторимым обаяньем, 
Которым полнится лишь то, что отошло.

И то, что я ничем не дорожила. 
И то, что я считала дни, часы, 
Стремясь покинуть этот край унылый, 
Не замечала ни его красы,

Ни воли, мне подаренной тем краем. 
Покажется мне странным. И в мечте
Крылатой я вернусь сюда, я знаю: 
К тайге, Куке, Угдану и Чите.

Ничтожными покажутся печали
И трудности теперешних минут.
А вот сейчас я по Москве скучаю, 
Тоска и нетерпенье сердце жгут!

И в грёзах мне являются виденья: 
То двор консерваторский, зал, фойе, 
То мощные колонны и ступени 
Большого... И повсюду, и везде

Твой образ наполняет те картины. 
Он дразнит сердце светлой красотой. 
И встречи и беседы наши длинны. 
И ты - такой понятный и простой.

Но это лишь паренье грёз слепое: 
Ты наяву прекраснее вдвойне, 
Но и коварней, лицемерней втрое, 
И никогда ты ничего не скажешь мне!

И там, в Москве, в толпе теряясь шумной, 
Я буду солнечную вспоминать тайгу, 
Где ты являлся мне в мечте моей безумной. 
Когда машина пела на бегу.
 
Ты будешь рядом.
Телефонных будок 
Коварная Москва расставит сеть. 
Я буду мучиться, но и звонить не буду, 
Верней звонить не буду сметь.

И всё ж в Москву меня влечёт и тянет, 
Как мотылька смертельный свет свечи. 
Ужели ясности ума мне не достанет? 
Ужель недуг тот нечем излечить?!
19.10.59 г. 
* * *
И снова жизнь прекрасна и нужна! 
И утро каждое встречается с улыбкой. 
Весна в природе и в душе весна! 
И ясен взор и тело снова гибко!

Я счастлива. Не от тебя.
Простишь ли?
Я счастлива! И песнь моя нова!
И клетка каждая звенит четверостишьем,
Полна созвучий сочных голова!
Март 1959 г. 

ВЕСНА
Весенним солнцем лес согрет 
И в нём, резвясь, поют синички. 
И я весною не поэт, 
А просто маленькая птичка.
Я наслаждаюсь, как они, 
Теплом, и воздухом, и светом. 
Я к роднику весны приник 
И жадно пью. Как дивен этот, 
Поэтами всех дней воспетый, 
Всё возрождающий родник!
16.05.59 г. 

КЛАПСИДРА
В предрассветной полудрёме 
Странный сон приснился мне. 
Будто еду на пароме 
Ночью поздней, при луне.

И часами водяными 
Неотрывно занят я. 
Равномерно, без унынья 
Каплет времени струя.

Тихо капли набухают,
Слабый звон, паденье и
Ей на смену назревают
Капель новые струи.

В бесконечности конечен, 
И в бессмертьи смертен я. 
Мне об этом капель вечных 
Струйки точные твердят.

И об этом с детства зная,
Я невольно поражён
Тем, что истина простая
Есть по сути злой закон!

Страх, тоска и отвращенье 
Жалят точно три осы! 
Просыпаюсь... и в смущеньи 
Проклинаю все часы!
Н. Угдан 10.59 г.

ЖЕНСКОЕ СЧАСТЬЕ. СЫНУ.
От Зевеса грёз моих 
В сумраке топазовом 
Я рожу как звучный стих 
Принца ясноглазого.
Феи встанут тихо вкруг 
Колыбельки сонной 
И в подарок принесут 
Счастья мир бездонный!
Там хорош, как юный бог, 
Будет спать мой крошка, 
Ручки сжавши в кулачок 
И раскинув ножки.
Я же, нежности полна, 
Над прекрасным принцем 
Выпью медленно до дна 
Радость материнства...
1962 г. 

НА О. САХАЛИНЕ
Там, в Москве, на горбатом Казачьем 
Этот остров был так далёк! 
И в Москве сердце плакало плачем
Перед дальним броском на восток.

Было жаль и мостов и улиц, 
Было жаль и дремучих привычек. 
Но мы знали, что горечь окупится. 
И решили хоть раз быть "практичными".

Жизнь вычёркивает года, 
Мы их сами безжалостно тратим. 
А сейчас мы решили продать. 
Почему бы и нет? Если платят.

Пара лет - и в Москве уют, 
Тряпки, модная мебелишка. 
Пара лет. Бережливость и труд. 
Будет дом нашим милым детишкам.

Что плохого в таком, скажите? 
Что постыдного в том, ответьте? 
Вы ведь тоже детьми дорожите, 
Даже больше всего на свете?

Дети, дети! Такие милые!
Не любить их нет сил и надобности.
Им не надо особых усилий,
Чтобы бросить нас в лапы старости.

Мы идём все во власти нежности, 
Мы ступаем, любовью скованы. 
То, что мы отвергали с небрежностью, 
Служит нынче основой нам.

Мы не знаем ни дня, ни часа 
Смерти юности вольной нашей. 
Видим только: ещё погасла 
Горсть светил в тёмной неба чаше...

У души как у дерева листьев, 
И стремлений и убеждений. 
Годы их ревизуют и чистят, 
Но не оптом, как у растений,

А по штучке в неделю, не боле, 
Чтоб совсем незаметно для глаза. 
Но однажды, собой недоволен, 
Ты вдруг глянешь и ахнешь сразу!

Нет ни листика наших вёсен, 
Ни побега безумств и порывов! 
Поменялись, как иглы у сосен, 
Песни сердца, души призывы.

Втайне, там, где никто не знает, 
Слышу, многое недопето! 
Утешаюсь, что не одна я: 
Май окончился, началось лето.

Просто жизнь коротка. Это верно. 
Не успел, значит больше не будет. 
Настроенье бывает скверным. 
Это свойственно взрослым людям.

Будут будни и будет счастье. 
И оно будет тихим, извечным. 
И невзгоды не будут несчастьем, 
И не будет дней искалеченных.

Но не будет и много очень: 
Ветра, моря, палаток линялых, 
Где ключей нет и скважин замочных, 
Где рублям нет путей, нет каналов!

Что квартиры? В них тесно желаньям! 
Что костюмы? В них тесно движеньям! 
Старость - значит ушли мечтанья, 
Старость - значит живёшь, как растенье.
03.65 г. 

САХАЛИНСКАЯ ТОСКА.
Всё позади - надежды и мечты, 
Честолюбивые и вольные порывы, 
Исписанные бисером листы, 
Моей Судьбы (иль Несудьбы?) призывы.

Всё позади. Иначе я смотрю 
На этот мир и вечный и невечный, 
То очень мудрый, то, увы! беспечный. 
И просто так, за Жизнь благодарю!

За краткий миг зари, 
За дивный миг рассвета, 
Пока ещё не опалило лето 
Ростков неопытных. Пока календари

Не отлистали мне положенного срока
Ошибок, заблуждений и любви,
Пока мне трезвость опыт не привил
(В последнем уж не знаю, быть ли проку)!

И жизнь моя, как слабая река, 
Всё более и более мелеет, 
В песках затеряна, когда-то глубока, 
Она всё горше и всё солонее.

Ей не увидеть вспененной волны 
Желанного родного океана! 
Сны юности, увы! лишь только сны. 
И зрелость рушит радужные планы.

Мне одиноко. Мир такой большой! 
И каждый в нём идёт своей дорогой. 
Кому ты нужен со своей душой, 
Такой страдающей, богатой и убогой?!

О, скорбь моя! О чём ты? Для чего 
Ты будишь сердце сладостным призывом? 
Или "Прелюды" с дальних берегов 
Его коснулись пламенным призывом?

Любовь! Ты мне нашептывала стих, 
Но долг велел тебя забыть. И что же? 
Тебя не стало. Голос мой утих. 
Умолкли песни.
И поэт... низложен...
02.65 г. 

ЕСТЬ ПРЕДЛОЖЕНИЕ.
В нашем мире так много миров, 
Но мирков несравненно больше. 
И не стоит наламывать дров 
И вытряхиваться из кожи.

Чтобы мыслили так, как мы, 
Чтобы чувствовали, как мы! 
Трафаретов не стерпит Природа! 
Лишь бы не было явных уродов!
У которых живот да рука, 
Всё гребущая до песка.

Как бы душу вернуть жующим? 
Как покой подарить снующим? 
Бег безумцев остановить?
Может их вожаков подстрелить?...
1965 г. 

ВЕСНА НА САХАЛИНЕ
Зима была тоскливо длинной, 
Однако, кончилась. И вот 
По грязным тропам Сахалина 
Весна безрадостно ползёт.

Дожди. Дожди... Так осень злая, 
Сорвав последний жёлтый лист, 
В брюзжанье старческом не знает 
Себе исхода! Но... очнись.

Ну напряги своё вниманье! 
Наполни сердце добротой! 
Ты видишь - первое дыханье -
Весны цветочек золотой.

Он радуется капле солнца!
Он счастлив участью расцвесть!
Он отыскал себе оконце
В пожухлых травах. В этом есть

Великий смысл: отдаться жизни, 
И в малом радость находить. 
Без сетований, укоризны 
Дыханьем каждым дорожить.

Не затуманивать свой разум 
Честолюбивою мечтой: 
Не всем небесный свод в алмазах! 
В обычной жизни и простой

Есть радости. Их надо видеть. 
Что проку в нереальных снах? 
И можно ль быть на жизнь в обиде, 
Когда она в твоих руках?!
1965 г. 
* * *
Мать поучает своих детишек, 
Волчица учит своих волчат 
Умению жить, видеть и слышать, 
Умению выжить учат чад.

Дети слушают и не слушают.
Что-то принято, что-то названо чушью.
А многое тенью мимо прошло:
Мир так прекрасен! Откуда в нём зло?

Милые, глупые, добрые дети! 
Я б, если имела, вам в дар отдала 
Планету новую. Вы ею владейте 
Новой планетой, не знающей зла.

Тогда мы не будем учить осторожности, 
И прочей мудрости, и прочей сложности. 
В этом надобность отпадёт. 
А наше Зло пусть у нас и умрёт!

Мечты! Упоительное паренье! 
Не будем на мир глаз закрывать. 
Карасики! Щук наплывают тени! 
Нельзя расслабляться! Нельзя дремать! 

Учите, мамы, своих детишек. 
Натаскивайте, волки, своих волчат. 
Жесток наш мир, живой, а не книжек! 
Мир взрослых. И нету планет для ребят.
68-69 г.г. 

НА САХАЛИНЕ ОСЕНЬ
Печальный день. Не радостна дорога.
Печальный мир. 
Последние листы как золото угасшего Ярила 
В тревожном трепете под ветром и дождём,

Им жить недолго. Их сорвёт и сбросит 
Без любованья, как досадный сор!

Их путь, как наш, предписан был заране: 
Цвести весной, дать плод и умереть. 
Дать место новому. Природы обновленье,-
Закон её и нас зовёт терпеть.

Не правда ли? Ведь смерть -
большое благо.
Не будь её и жизнь бы стала злом!
Но всё в природе мудро, хоть жестоко. 
И встреча с Вечностью
всегда и всех страшит.
Но вот она - судьбе своей покорность, 
Живое воплощение её: 
Мир заливается холодными слезами, 
Безмолвно умирает старый год.
А людям дела нет: у них ещё есть время,
Свои заботы, цели, радость, труд...
12.67 г.

ГРОЗА
На Мацесте июль пожарит,
То повысушит речку до дна,
То средь ночи как даст, как ударит
Треском рваного полотна!

Полсанёт блеском молний по окнам 
И покатит по небу до гор! 
Сердце заспанное как ёкнет! 
А рука дёрнет ярочь штор.

Полежишь. И проснёшься вовсе. 
Как тут спать под такой тарарам? 
И вот тут туча первую сбросит 
Каплю тяжестью с килограмм.

А потом застучит, задубасит 
И по крыше и по листве!... 
И под шум этот снова погаснет 
Явь в проснувшейся голове.

Сны встревоженные вернутся 
И обступят и повлекут.
Пусть под ливнем деревья гнутся
До подъёма 120 минут.
31.07.69 г. 

И. Ш.
Иногда как потухшее детство, 
Словно принца из королевства 
Сладких снов и несбыточных грёз 
Вспоминаю тебя не словами, 
Ощущаю тебя губами, 
Ароматом вянущих роз.

Не хочу ничего узнавать.
Ничего. Пусть хоть эта радость
Не утратит ни свежесть, ни сладость.

Ничего не хочу забывать.
Милый образ, ты полн обаянья -
Вечно юный мой Дориан, 
Ты на две трети плод мечтаний 
И на треть - красоты своей, Ян.
07.70 г. 

НОЧЬ В КРАЕВСТВЕ АРМЯНСКОМ
Ночь наполнена шумом и звуками, 
Словно это не ночь, а базар. 
Кобели перебрёхиваются с суками, 
Позабыв про воров и амбар.

У лягушек свои заботы 
И конечно репертуар!
Тоже любят любить большеротые!
А твердят не душа, а пар!
Лето 1970 г. 

НА РАБОТУ, КАК НА ПРАЗДНИК...
Поутру, надрываясь, будильники
Москвичам прямо в уши звенят.
Загораются бра и светильники,
Дверцей хлопают холодильники,
Унитазы водой шумят.

Папы бреются. Мамы красятся.
Дети хнычут, ревут и квасятся.
Все спешат, все бегут, лифтом брякая,
Став с утра уж собака собакою!
1970 г.

ВЕТВИ ИВЫ
Распростерлись надо мною ветви ивы
Тихо, стройно, горестно, красиво.
Листья шепчутся между собой о тайне
И волнуются необычайно!
"Все проходит" - шепчут  тихо-тихо.
"Все забудется - хорошее  и злое"...

СТАРО, КАК МИР
Так надо, так умно придумано.
Порядок и закон, увы! ревизии
Не подлежит. И все разумное
Сначала ест само, потом становится провизией...
1970 г.

ДОЖДЬ НА РАССВЕТЕ
Под шум дождя однообразный, 
Дремотной думою прельстясь, 
Я нежу тело ленью праздной 
И так лежу, не шевелясь.

Перед закрытыми глазами 
Всплывают образы. И пусть 
Мир заливается слезами

Мне не идти на эту сырость, 
Мне здесь уютно и тепло. 
Какая это всё же милость -
Под крышей быть дождям назло!

Кругом печальная картина: 
Плащи, зонты, угрюмый взгляд, 
По окна грязные машины, 
Шумя потоками, спешат...

Я эгоист, как все, кто счастлив,
Кого не зацепить беде.
И рад я высказать участье 
Всем потерпевшим на воде.
1970 г. 
* * * 
Что тут поделаешь?
Досадно и обидно
Растрачивать себя по пустякам: 
День целый с выдержкой завидной 
Считать водоприток, тоскуя по стихам!

Меня неплохо кормит геология. 
И, ежли взвесить, я её люблю. 
И треть существования в итоге я, 	
Как ни бурчу, а ей я отдаю.

ОСЕНЬ
Осень. 
Осень. 
Осень.
Жёлтые листья - на траву.
Солнце лето уносит
В тёплых руках по кровавым
Ветром разорванным тучам. 
Небо бледнее и ниже. 
Небо всё звонче и круче! 
А жизнь за окнами тише 
Скучную нитку сучит...
Всё проросло и выросло.
Всё отцвело и вызрело.
Всё так практично, без вымысла
Всю сердцевину выело.
* * *
Лучше ты будь далеко-далеко!
Это будет не так печально,
Не так безнадежно, не так жестоко,
Когда ты рядом, как в дальней дали!

Летели б письма, слова желанные,
Как жемчуг с нитки - в сердце, как на пол.
И сладкое счастье самообмана
Меня убаюкивало. И сердце не плакало б.
1971 г.

СЛАВЯНСКИЕ  ГЛАЗА
Синие, как всполох ножа мгновенный.
Синие, как незабудки в Тикси!
Разящие ясностью откровенной,
Какие бывают у нас на Руси.

Они не обманут, они не заманят.
Везде неотвязно будут с тобой.
Они не ранят, не одурманят.
Просто станут твоей судьбой.
1971 г.
И. Ш.
Не ты со мной полночный холод делишь,
Не ты со мной тревожишься, но веришь,
И не тебе я боль свою ношу,
И не к тебе я каждый день спешу.

Года находят, и года проходят. 
Забыта юность. Зрелость жнёт плоды. 
И рядом мы, но случай нас не сводит 
Ни для твоей, ни для моей беды.

Ни для забавы, ни из любопытства, 
Ни данью и беспутству и бесстыдству, 
Ни просто так. И ты всегда мечтой 
Прелестной, романтической, пустой...

Не состоялось счастье. Это ль ново? 
И кровь играла, и любовь звала. 
Но не было в ней ничего земного. 
И этим мне она была мила.

Грядущее нам принесёт недуги 
И холод сердца и потухший взгляд. 
И не твои единственные руки 
Глаза закроют, вечность посуля.

Не ты со мной. С другими жизнь делю я, 
Смеюсь, печалюсь, думаю, дышу. 
За что ж тебя как в юности люблю я 
И образ твой на дне души ношу?!
10.71 г.

НОКТЮРН
Поздней ночью, холодной ночью 
(Здесь на юге плюс пять - как мороз) 
Безразлична и непорочна 
Спит луна в бледной россыпи звёзд.

И в её голубом свеченьи 
Стынут горы и чёлки пальм. 
Струи речки в хрустальном теченьи 
Безудержно сыплются вдаль.

К морю. К морю! К большому морю 
Убежать от насупленных гор 
Унести своё мутное горе 
И чужой незаслуженный сор.

Унести. Растворить. Раствориться 
В этой мертвенно-бледной ночи, 
Став волною и солью. И птицу 
Колыхать зыбкой влагой пучин.

Отражать безразличные звёзды
И молчать. Всё молчать и молчать...
Рассыпать молчаливые слёзы
В серебристой дорожке луча...
70-71 г.г.

РАЗМЫШЛЕНИЯ
Это наверно так надо: 
Идти через боль обиды, досаду, 
С надеждой слабой, как огонёк, 
Что радость близко и путь недалёк.

Чем ярче вспышка минутного счастья, 
Тем темнее потом коридор лет. 
И всё абсолютно в чьей-то власти. 
Судьбы? Случайности? И да, и нет.

Меня жизнь учит большому терпению, 
Учит любить, и учит прощать. 
И гнева и щедрости шалой стремление 
Учит и сдерживать и запрещать.

Быть может за радостями да за веселием 
Ни смысла, ни мудрости не различишь. 
Счастливый боли ничьей не разделит 
И посочувствует языком лишь.

Счастливому некогда да и незачем 
Чужую беду в сердце пускать: 
Ведь счастье у всех дело невечное, 
И было б грехом его упускать!

Нагрянет время, беды незваные 
Придут, бесполезно от них убегать. 
Но болью своей и своими ранами 
Не обязательно всех пугать.
04.71 г.

АПРЕЛЬ
В щедром потоке тепла и света
Хмельной апрель синеглаз и свеж
В сердце ожившем и отогретом
Снова готовит весенний мятеж.

Запротестуй, останься холодным,
Скажи:"Не поддамся на этот раз!
Хочу быть трезвым, хочу быть свободным!"
Апрель отступился. Ты сердце спас.

Не захмелел. Сердце кровь качает
Бесперебойно, что твой насос!
Ешь с аппетитом. Спишь ночами.
С дурацкой влюблённостью всъ обошлось.

И чёрт с тобой! Трус. Слабак. И так далее...
Зарезал поэта. Стихи убил.
От сна и еды стал боровом в талии
И для чего родился - забыл...
1971 г.

ШУТКА
Только я нашла местечко 
(Отыскала наконец!) 
На заброшенном крылечке! 
Славься вечно, мой Творец!

Избежала разговоров,
Взглядов, шума, сплетен, споров...
Наконец совсем одна
И со мною тишина.

Вот тетрадь и авторучка 
(Вы со мною неразлучны). 
Можно будет записать 
Кое-что... ап-чхи! в тетрадь!

Ап! про то...Чхи! как всё было, 
Ап! про то. Ап! про... забыла! 
Чхи! Про это. Ап! Про то... 
Вот беда ещё! За что?

Вдохновенье улетает.
Ну а нос (Ап-чхи!!!) чихает!
Ялта. 1971 г.
* * *
Самое страшное сделаться лишним, 
Самое страшное в это поверить. 
Небо и солнце, цветущие вишни. 
Будут бессильны ту горечь развеять.

Жизнь состоит из минут и мгновений. 
Жизнь состоит из забот и надежды. 
Если нет планов, любви и стремлений, 
Значит нет жизни. Грядёт неизбежное..

Сердце умрёт.
Радость умрёт.
Смысл умрёт.
КОНЕЦ ЛЕТА
Ещё нет листьев золочёных 
И бурых нет, и красных нет. 
И всё ж у леса удручённый 
К шепот стал, и вид, и цвет.

На всём какая-то усталость, 
И ранней зрелости печать -
Апатия, сонливость, вялость... 
И всё безумно хочет спать...
25.08.71 г.

В.Г. Тимошкову
НАСТАВЛЕНИЕ МОЛОДОЖЁНАМ
Для вас этот день, дорогие, особый: 
Волшебной сказки счастливый конец, 
Начало жизни реальной, новой, 
В которой каждый из вас творец.

Как же сделать семейное счастье? 
Конкретных рецептов конечно нет. 
Живите сами без "сочувствия"и "участия". 
Это мой первый и главный совет.

Вам на двоих отпущено много 
Любви и радости, тревог и забот. 
Так не сбиваясь идите в ногу, 
Чтоб было поровну радости и невзгод.

Жизнь проверяет на крепость чувство 
Не столько в большом, как в мелочах. 
Семейное счастье - это искусство 
На долгие годы - в днях и часах.

Если друг другу вы не поможете, 
Если друг друга не пожалеете,
То кто ж это сделает?
Вдвоём вы всё сможете,
Вдвоём что ни выпадет, преодолеете!

Супруг должен рыцарем оставаться, 
Великодушным, преданным, нежным, 
В чьём сердце вечной царицей и грацией 
Одна навсегда совершенством безбрежным!

Жена в доме - это душа, настроение. 
Она излучает тепло и уют. 
Она улыбнётся, как солнце весеннее, 
И снова фиалки в семье цветут!

Пусть в вашем доме не истощается 
Запас терпения и доброты. 
Глупые мелочи не замечаются. 
А взгляды открыты, а мысли чисты.

Заботьтесь, любите, будьте внимательны. 
Да не прельстит вас коварная новь! 
Ещё пожелаю детей замечательных ! 
И, как говорится, Совет да Любовь!
24.04.71 г.

А.А. ДЮКОВОЙ
Жизнь катит нас, как камешки по речке, 
Вперёд, вперёд от милых берегов. 
Всё правильно: нельзя сидеть на печке 
Средь умных книг и сладких пирогов.

И всё-таки как грустно, бесконечно 
Бывает нам порою оттого, 
Что в занятости суетной и вечной 
Проходим мимо наших стариков!

А как порою хочется всё кинуть
И на скамеечке близ кресла примостясь,
Смотреть на Ваши добрые седины
И слушать, удивляясь и смеясь,
О Вами виденном, а для меня старинном, 
Почти что исторический рассказ!

О канувших в былое прежних Сочи, 
О турках, торговавших (Бог ты мой!)
Турецким кофе! Горьким. Черным.
Точно
Арап после загара, ночью!
Ещё о Гаграх...
Ох, пора домой!!!
197? г.

И.Л. БЕРРИ
Мне будет бесконечно жаль
В непрезентабельном подвале
Сидеть без Вас! Моя печаль
Меня пронзит больнее стали!

И будет мне недоставать
В спешащем деловитом мире
Разрядки сердцу, что давать
Могли Вы с щедростью эмирьей!

Не всякому дано судьбой,
Взрослея в наших архибуднях,
Стабильно быть самим собой,
Без взрослости притворств и плутней.

Вы сами в скромности своей,
От слов моих смутясь нимало,
Мне не поверите, ей-ей!
Что разгоняли мглу подвала.

Не потому, что это я,
Вы были так добры со мною:
Потребность скуку бытия
Расцвечивать, как мир весною

Неистребимо в Вас  живёт.
И чудодейственная сила
В минувший незабвенный год
И мне парение дарила.

Вы исподволь внушали мне
Искусство доброго волшебства
Жить в новом неприметном дне
Как в сказочнейшем королевстве!

Но был недолог курс наук
Изящества и совершенства.
Что ж? Пусть теперь из Ваших рук
Другие зачерпнут блаженства!
1973 г.

В МЕТРО
Москва растеклась по лесам и холмам,
Став необъятнее и многолюднее.
И наши дороги-пути по утрам
На службу становятся тяжкими буднями.

Газеты, журналы, вы наше спасение. 
Обогащаемся духовно в долгом пути, 
Пока нас везут под Москвой весеннею 
Успеваем интеллектуально подрасти.

На что нам весны цветенье свадебное?
Зачем нам воздуха пьянящий дух? 
И это преображенье горожан волшебное, 
И любви волнение двух, двух...

Мы будем ехать, шелестя страницей, 
Со взглядом, отрешённым, от всех и вся, 
По человекопроводу вперёд катиться, 
Всё живое в себе гася.

Пусть новые впихиваются и толкаются, 
Пробираясь меж терпеливых тел. 
Москвичи на ходу учатся, ума набираются. 
Это их право, спасенье, удел.
1971 г.

ВЕСНА В МОСКВЕ
Весна колготная, весна заполошная! 
В моём городище - тоже весна. 
Повсюду домов прозрачность окошная, 
Всё чистит перышки как ото сна.

Девичьи лица как бутоны. 
Светятся робкой надеждой любовной. 
Дамские лица как розы из воска: 
Одни увяли, другие накрашены и броски.

И откуда берутся весной красавицы? 
И откуда неистребимая жажда жить? 
Влюбляться? Смеяться? Пленять и нравиться?
Ценою шишек?
Весенняя ненасыть?
04.71 г.

ВЕСНА
Вновь весна. Солнце нежит плечи. 
У дерев подвенечный наряд. 
По ночам словно яркие свечи 
В чёрном небе созвездья горят.

Сердце бьётся. Так хочется счастья!
Неги, ласки, любви и тепла!
А пока лишь одни напасти.
Жажда жизни с тоской пополам!
71 г. (?)

ВЕСЕННЯЯ ГРОЗА
В чёрном небе гром грохочет, 
Сотрясая туч лохмотья. 
Театрально зло хохочет, 
Чтоб смятеньем озаботить.
С балаганною бравадой 
Копья молнии ломает 
И на землю низвергает 
Щедрой дланью водопады!
Майских гроз не страшны ливни. 
Налетят, прольют, умчатся. 
Слаще, радостней, призывней 
Ароматы заструятся;
Гроздья влажные черёмух, 
Вишен нежные соцветья, 
Тополь терпкий... Мир знакомых 
Пряных запахов! Воспеть я
Рад весеннее цветенье! 
Долгих дней очарованье! 
Всей природы пробуждение! 
Вечной Жизни утвержденье!
15.05.72 г.

М А Й
Был щедрым май, был безмятежным, 
В разбуженные чащи звал. 
Синело небо краской нежной, 
И солнца луч слегка ласкал.

Мы шли, сплетаясь нежным взглядом,
В тени лепечущих берёз.
И с нами незаметно рядом
Шло счастье в хороводе грёз...

БЫВАЕТ И ТАК.
Запутался окончательно 
В любовных тенётах. 
Амуру признателен 
За сладкие переплёты.
Но если любовные треволнения
Из недели в неделю без изменения!
Запросишь обычной мужичьей доли
И, двинув Амуру,
рванёшь на волю!
197?  г.

ЖИТЕЙСКИЙ ОПЫТ
1.
Когда дерутся две собаки, 
Меж ними лучше не встревать,
Не то они в азарте драки,
Объединившись для атаки,
Непрошенному миротворцу  баки
С башкою могут оторвать!
И будут правы: нос совать
Не следует в чужие драки!

2.
Твердят французы, что иэ-за стола
Полуголодным надо выходить.
Французам за совет сей похвала,
Но русским не доесть и не допить
И, не рыгнув, куда-то уходить,
Хозяевам оставив рюмки зла?!
И всю закуску прокисать и гнить?!
Нет. Никогда! Всё надо съесть до тла!
1975 г.

МОЯ ФАМИЛИЯ (ЮМОРЕСКА) 
1.
Моё имя неинтересно. 
Интригующей нет струны. 
Как тягаться ему с известными 
И моей и чужой страны?

Нет в нём стройного благозвучия. 
Нет намёка на силы могучие, 
Что меня вознесут над Вселенной 
За стихи мои к славе нетленной !

Ни единою буквой фамилия 
Не обмолвится в горьком бессилии, 
Кем мои были славные предки, 
И куда докатились их детки!

Моё имя (по мужу) - как можно?! 
Пахнет ваксой и щёткой сапожной, 
От него веет луком и киндзой, 
Виноградным вином, кислой брынзой,

Шашлыком да туршой, да мацони!
Как тут Слава, пардон, затрезвонит?! 
Вот в чём беды мои и бесчестье, 
А то быть мне в почёте и в чести!
2.
Но вот девичье имя славянское. 
То, на чём вся Россия замешана: 
Богатырско-былинно-ивановское, 
То, что било Кащея и Лешего

И иную нечисть поганую!
Нас в России кличут Иванами.
Белокурое имя, широкое.
Пахнет хлебом да солью, да банькою, 
Очень доброе, синеокое.
Назови хоть Ванюшей, хоть Ванькою!

Что оно принесёт мне, не ведаю, 
Знаю только, коль Бог не оставит, 
Я, как было завещано дедами, 
Послужу как поэт русской славе!
1974 г.

ШАМАНСТВО
Сквозь небо серое и густое,
Клочками - нежное и голубое,
Такое высокое и простое,
Без всяких вывертов, само собою.

Образ солнца в сердце лелея,
С ладонями вскинутыми в надежде тепла,
Я солнцем без солнца смертельно болею!
Как  в море предательства, лжи и зла!

С хорошим упрямством, надежду грея,
Всё вверх и вверх напряжённо смотреть!
Шаманить и верить всё жарче, острее!
И... вот оно СОЛНЦЕ!!! (Надо уметь!)
19? г.
ПОСЛЕ КОНЦЕРТА,  Р. БАРШАЮ.
С концерта, вечером, в июне
Иду по лужам, как во сне..
Во мне - то фортепьяно струны,
То скрипок пение во мне!

Иду... счастливая ужасно!
Иду счастливая - нет сил!
Какую музыку прекрасную
Мне нынче Моцарт подарил!
1983 г.

КРЫМСКИЕ
1.
Как я люблю рассвет над Кара-Дагом! 
Из-за горы Волошина как шар 
На неба блёклую ещё бумагу 
Вползает солнце! Красота и жар!
И сразу всё свои меняет краски...
2.
Над Кара-Дагом загустела ночь. 
Исчезли горы в непроглядной черни. 
И если все алмазы истолочь 
И кинуть ввысь! Получится точь в точь 
Такая ночь в алмазно-звёздной зерни!

А море рядом. Плещется, живёт 
И дышит шумно шестистопным ямбом. 
Как спящий зверь. И тёплый небосвод 
Качает в волнах, как в огромных лапах.

Ах, море! Море! Манящий простор! 
Свои заботы и свои восторги. 
Ведёт с землёй извечный разговор -
О первенстве наскучившие торги...

3.
Что морю ночь? Оно себе живёт: 
Шуршит, вздыхает, плещется и брызжет 
Что вечером, что утром - круглый год. 
Лишь, осердясь, взревёт!
И берег ... слижет...
4.
Если на небо взглянуть, 
Можно в небе утонуть, 
Раствориться, захлебнуться, 
Даже в Вечность заглянуть!...
5.
Беспечная копчёная толпа
Лежит, раскинувшись по побережью Крыма,
Рассыпана, как пёстрая крупа.
И к шашлыку её влечёт неистребимо,
К вину, морожному...
Смотреть невыносимо!
6.
Небо чёрное. Море Чёрное. 
Россыпь звёзд высоко-высоко! 
И желание жгучее, вздорное 
Взмыть дельфином туда, легко!
Управляя послушным телом,
Делать всё, что на ум взбредёт!
Очень ловко, красиво, умело!
До утра, как забрезжит восход.
7.
Рассвет над морем тих и ровен
Ещё всё спит. Ещё всё спит.
Ничто не будоражит крови.
И всё по комнатам сопит...
Ах, дверь, кровать и половицы! 
Не скрипните! В столь ранний час 
Хочу видением спуститься 
И не задеть, не тронуть вас.
Земли касаясь еле-еле,
Асфальт скорей перебежать
И ощутить в упругом теле
Хмель счастья, радость, благодать.

Одна наедине с рассветом 
И сонно плещущей волной 
В Крыму любимом жарким летом!! 
Вот где таится рай земной!

8. НОЧЬ НАД КАРА-ДАГОМ
Ночь плывёт над Кара-Дагом
Чёрная-пречёрная!
А под ним сидит бродяга,
Хвалит жизнь просторную!

Хорошо вот так отбиться,
Бросив стадо клятое,
И под небом очутиться
Царства тридевятого!

Он сидит себе в пещере, 
Всхлипы моря слушает 
И в изысканной манере 
Что добыто кушает...

Просидит, смотря на угли,
Ночь, зубами клацая...
Хорошо жить как Маугли 
Без цивилизации...
1979 г.
КРЫМ ДАЛЕКО
За окнами мокрые пажити, 
Грибных чащоб тишина 
Такими печальными кажутся
Обоим с тобою нам.
В эту минуту самую 
Кто-то счастливый там, 
Закрывшись от солнца панамою, 
Идёт к морским берегам. 
В нашей постели нежится, 
С балкона на пристань глядит, 
Нашими волнами тешится, 
Нашей галькой шуршит!
А море такое прозрачное! 
Шумит как при нас волной, 
Громадное... Нерастраченное! 
Прохладное в летний зной...
1979 г. (?)

ХОРОШЕЕ НАСТРОЕНИЕ
Солнце, небо голубое,
Да кудлаты облака.
Не пойти ли нам с тобою 
Поотведать шашлыка?

* * * 

Осеннее солнце рассеянно
Задумчиво встало над городом 
И по афишам наклеенным
Скользнуло туманно и холодно...

Разбуженный город проснулся, 
Взгудел, засновал, затолкался, 
Как улей... 
ПРОГУЛКА
С собачкою на поводке 
От тумбы к тумбе я гуляла. 
И ночь январскую в руке 
Дыханием отогревала.

На небе скорбная луна 
О чём-то, бедная, грустила. 
И мне казалось, что она 
Лицо спросонья не умыла.

И потому на всё она 
Взирала, чуть ли не зевая. 
Ах, что ни сделаешь, одна 
И засыпая и вставая?!
1979 г.

ОРДЕНОНОСЕЦ БРЕЖНЕВ.
Все ордена на грудь повеся, 
И часть оставив на живот, 
Оброс он старостью и спесью 
И припеваючи живет.

Хвала и похвальба цветиста 
Пошла по кругу.
Люди ждут,
Когда "народного артиста" 
Ему заслуженно дадут!
1979 г.

РАЗГОВОРЫ НА СКАМЕЙКЕ
- На наших председателей зараза, 
Проказа, мор и прочих тридцать три 
Несчастья навалились сразу!
- И-и! Подруженька, не говори.

- А уж чего, казалось, не пожить им? 
Одёжа, харч, жильё - всё из Кремля!
И лекаря - светилы - все с открытиями!
- Вот-вот: подруженька, про то и я!

- Двух уморили, глянь-ка, за два года. 
Могли бы почку новую пришить.
Ведь не какой-то инженер с заводу! 
- Уж, да, подруженька! Уж что и говорить.

- А ты заметила, как только заиграют 
Такое... всё по радио. Так жди!
"Центральный комитет с прискорбьем сообчает..."
Ну значит похороны снова впереди.

- Всю нервную систему истрепали! 
Живём, как на кладбище, ей-же-ей! 
Ну, сообщили б, тихо закопали.
Так нет! Теперь нам траур на пять дней!

- Да там в ЦК сплошные кандидаты.
Кто раньше, кто - попозже на тот свет. 
Так что не стоит флаги с чёрным бантом 
Упрятывать куда-то, смыслу нет.

- Мы до двухтысячного, помяни, подруга, 
Под стенку Красную уложим весь ЦК 
Теперешний. А там пойдёт по кругу: 
Найдём очередного вождюка.

А хорошо б один из них живучей 
Других вдруг оказался б! К ста годам 
Вот был бы председатель!
Дай-ка включим: 
Приёмник.
Ой, играют!
Ну, беда.
1979 г.

* * *
В шальном, бессмысленном  и оглуплённо-лживом,
Безумном вихре кружился всем миром.
Мелькают дни, года несутся мимо. 
Как в Дантовом аду летим неудержимо.

Опустошённые измученные лица.
Ни мыслей нет, ни искреннего чувства.
Что проку, что мы жители столицы?
Что в нас столичного? От Духа?
От искусства?

Нас гонит вихрь забот, сует и планов. 
Нам некогда задуматься о жизни. 
Мы - точное подобие баранов, 
В лад блеющих о партии, отчизне...

Свобода! Ты наверно заблудилась?!
Ворвись в болото лжи и клеветы, 
Зажавших мозг и измотавших силы. 
Верни хотя б надежду и мечты.

Живём с улыбкой, искривившей губы, 
В безмолвьи отупелом и глухом. 
Скользят тенями мимо чьи-то судьбы... 
А сами мы - ни звуком, ни стишком...
12.1980 г.

ДВА ШТРИШКА 

1.
Тина. Рутина. 
Кругом трясина. 
Тьма непроглядная. 
Жизнь безотрадная.

2.
Глаза как у больной собаки. 
Да и походка ей подстать.
А отчего?
Пришлось познать
И как, и где зимуют раки, 
И кем была у Кузьки мать...
1980 г.
* * *
Сонеты Шекспира - четырнадцать строк. 
И чувств, и раздумий глубины. 
Точёные рифмы, изысканный слог -
И всё на дыханье едином!

И каждая фраза размерами строк 
Завита в тугой небывалый цветок 
И каждая благоухает,
Как нежный, как пьяный, как сладкий глоток 
И в мире подобья не знает!

Сонеты... Сонеты... Четырнадцать строк.. 
Как полная чаша хмельная.
1981

СЫНУ В ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ
Хеллоу! Мой мальчик!
Ты ещё не пьян?
А я хмельна с утра и радостна ужасно -
Как двадцать лет назад, когда мне
Богом дан, 
Ты на заре явился, мой сынок прекрасный!

Ну, здравствуй, сын! - сказала я тогда. 
И нынче повторяю троекратно. 
Пусть вспыхнет на небе твоя звезда 
И путь твой освещает незакатно!

Пусть боги будут щедрыми к тебе: 
Подарят всё - и славу и богатство, 
И, выбросив болезней сор и бед, 
Любовь подарят и мужское братство!

Ловушки пред тобой расставит жизнь, 
Но ты их распознай, не трусь, держись. - 
"Геройства в повседневной жизни мало" -
Ты скажешь. Это кажется сначала. 
Герой не только тот, кому изваян бюст, 
Кто славы на себе таскает груз!

Запомни, мальчик, правило простое, 
Что уважения не менее достоин 
Тот, кто умно со вкусом проживёт 
Свой долгий век, всему ответ найдёт, 
Жар сердца умудрится сохранить 
И не утратит в жизни смысла нить!

Живи лишь набело и не листай небрежно 
Страницы жизни - каждый день хорош, 
Находит и проходит неизбежно, 
Ты это сам почувствуешь, поймёшь.

Жизнь лёгкую как бабочки, крыло,
Чтоб первым дуновеньем унесло,
Не требуй, не желай и не зови!
Расти бойцом, от ссадин не реви.
Всё в жизни достаётся нам с борьбою.
Цель благородную поставь перед собою
И, не колеблясь, к ней иди, мой сын.
Своей судьбе ты сам будь господин!
На волю случая, смотри, не полагайся.
"Авось" забудь! И пусть твой путь украсят
Победы над собою и над всем! 

(Как я устала от высоких тем 
И наставлений праведных!) Мой сладкий!
Не следуй мне - мой путь - клубок проблем.
Ты умненький! Сам разгадай загадку!
1981 г.

ШТРИШОК 
1.
По пояс утонув в тумане, 
Стоят вечерние дома.
Подслеповатыми глазами 
Таращась совами в туман...
2.
Небо зашторено. День пробивается 
Скупо сквозь толстые тучи 
Всё притупляется. Всё забывается. 
Может так даже и лучше?
3.
Длинная. Длинная бесконечно 
В этом году зима! 
Всё, что задумано и намечено -
Всё заглонула!
Эх, ма!
4.
В глубочайшем небе высокo-высокo 
В 2-3 тысячи ватт луна.
Словно с лeдника молоко 
Льёт безжизненный свет она...
1981 г.

ВЕТЕРАНАМ ВЕЛИКОЙ ОТЕЧЕСТВЕННОЙ ВОЙНЫ
Забудем временно о планах, 
О незаконченных делах. 
И вспомним о больших боях, 
О ноющих к погоде ранах.

Поздравим тех, кто долго шёл 
Войны жестокою дорогой 
И кто домой назад пришёл. 
Их, согласитесь, так немного!

Поздравим тех, кто и сейчас, 
Храня традиции, заступит 
Врагу дорогу. И не даст 
В обиду Родину! Затупит 
Свой меч. Но не уступит, 
Но не изменит, не предаст!

Вас, наши витязи и воины,
Мы поздравляем горячо.
Пусть будет в мире всё спокойно!
Пусть позабудут все про войны!
Пусть спросят внуки нас спокойно:
- Война, дедуля, это чо?
1983 г.

НОВЫЙ ГОД
Ну, наконец-то Новый год что надо! 
Мороз всё выстудил, и снег припорошил 
Все долгострои, язвы автострады
И горы мусора.
Теперь и для души

Подсыпать бы снежку ещё немножко. 
Пусть будет всё бело - деревья и дома. 
А в небе месяц - золотые рожки -
Пусть строит сказочные терема

Из голубых теней и трепетных снежинок.
И будет город сказочно хорош.
От глупых теле-видео- новинок
Без сожаленья в зимний двор уйдёшь

Скрипеть ботинками, и чистый первопуток 
Прокладывать и вдоль и поперёк, 
Резвясь, как в детстве, не жалея шуток 
И прыгать, не щадя замёрзших ног!

А если санки есть и хоть какие горки, 
То это просто праздник нам вдвойне! 
Тушите свет, задёргивайте шторки, 
Пошли кататься, чист покуда снег!
198? г.

3 А С О Н Я
Было время, я любила 
По ночам в тиши писать. 
И вполне хватало силы 
Утром даже не дремать.
А теперь другое дело. 
Ночью сплю и утром сплю, 
Вечером, чуть где присела, 
Как старуха задремлю!
Сплю в хорошую погоду, 
В дождик и подавно сплю. 
Недосып за долги годы? 
Или я поспать люблю?!

ЛУНА
Луна ущербная, как битая тарелка, 
На обозренье всем пригвождена. 
В январском небе ей и холодно и мелко: 
И не утонет и не выпорхнет она!

И зябко прячется за мёрзлые простынки, 
Ныряет в наволочек пустоту. 
Не шар, не диск, а тонкая пластинка 
Холодная, как льда кусок во рту!
* * *
Мордатая луна вползла на небосвод. 
Подумала... и покатила выше. 
Там, оседлав ближайший дымоход,
Заснула, безразличная,
на крыше...
ОЧЕРЕДЬ
Люди! Граждане! Скажите!
Объясните, покажите, 
Укажите верный путь
На площадь Красную взглянуть..

Люди машут рукавами 
И мотают головами.
- Ну, а где тут мавзолей,
Где почиет наш злодей? 
Говорят мне: "Там ищи, 
Где людей с пол-тыщи."
Хорошо. Точней могли бы.
Но и так сойдёт. Спасибо. 
Вижу очередь. Туда. 
Час стою, другой. Беда! 
Всем милиция вершит, 
На халяву - ни души!
Чинно эдак я стою
У тротуара на краю. 
А как ближе подошёл, 
Стало мне нехорошо!
Очередь за водкой (пьяная!), 
А совсем и не к Ульянову!

ОПЯТЬ ОЧЕРЕДЬ
Записалась за мяском,
Заняла хвост за песком
И за хлебом заняла.
(Сколько денег я взяла?) 
Ой! в конце квартала 
Очередь вдруг встала. 
Что дают? 
Все дружно в лад: - 
Вишь, тресочка приплыла!
Молока не будет. Крупы нема! 
Жизнь столичная. Эх, ма! 
Это было месяц назад.
А сегодня?
А ну их всех . . . в зад!!!

* * *
Отсидел наш съезд партейный... 
И началось, и повело! 
Молчим при всех благоговейно 
И материмся за углом!!!
Москву трясёт и лихорадит...
* * *

Чтоб не быть в беседе жопой,
Подружися с Калиопой:

Потому что, как отмечено,
Это Муза красноречия.

АФГАНИСТАН.
-Бесноватая варварская война!
- На!
Молодых, крепконогих красавцев-мужей
-На! 
И заботливых добрых отцов
- На!
И прекрасных талантливых сыновей
- На!
Зарывайся поганым рылом своим
- В кровь! 
Жри и мудрость,
и юность,
и жизнь,
и любовь...
- Ж р и!!!!

* * * 
Льдинка месяца в небе тает, 
Зачинается серый рассвет. 
Город зябко и сонно зевает.
- Ну, привет, тебе, Серый, привет! 
11.82
* * *
Завешены инея кружевом, 
Стоят неподвижно деревья, 
Как будто февральскою стужею 
В шаманском экстазе и гневе

Заворожённые лебеди -
Хрустально-звенящие, спящие, 
На всё безразлично смотрящие. 
01.02.82

* * *
Я, пожалуй мягка,
Я - так мало резка.
Я окатана, словно галька.
Здесь - не жизни река,
Здесь Судьбины рука
Перетёрла гранит до талька...
1982 г.

8-Е МАРТА
В этот день все женщины красивы, 
Как цветы в ухоженном саду. 
Без авосек. Вежливы, игривы...! 
Ах, как жаль, что только раз в году!

А мужчины! Боже мой, мужчины! 
Слов пожалуй сразу не найду. 
Все с цветами - как на именины! 
Ах, как жаль, что только раз в году!

Женщин замечают, ублажают -
Не по принужденью и труду!
Место в транспорте без всяких уступают!
Ах, как жаль, что только раз в году!

Если б приключилось-совершилось: 
Март-волшебник замер на ходу?! 
Сколько б радости на всех тогда свалилось! 
Каждый день, не только раз в году!

Мы б цвели, как в первое свиданье, 
Все дела, как трактор на ходу, 
Успевали б... на втором дыханье 
Круглый год - не только раз в году!
1982 г.

ДОСАДА НА СЕБЯ	
День забит, как в трухлявую стену гвоздь.
Без усилий, 
пользы 
и надобности.
От него на закате свинцовая злость.

Лишь бы досаде пролиться не довелось 
На безвинные чьи-то радости!

Как мне жить, если дни теряются, 
Как близнецы, не отбросив тени?! 
В годы длинные собираются, 
Обгрызая мой век без стеснения.
На обочине жизни, как килька в томате, 
В своём соку варюсь и томлюсь. 
Задыхаюсь.
Эй, братья! 
Где вы? Я без вас исчезнуть боюсь.
198? г.

ЗЕМЛЯ
Зелёная и голубая 
Земля прекрасная моя! 
Не то, что бледная рябая 
Ночная спутница твоя!

Плывёшь бесшумно величаво 
И зачарованно глядишь 
На солнца жаркий шар кровавый, 
Покорно кружишь и молчишь.

Ты чья? И кто тебя однажды 
Хитро, с расчетом запустил? 
Украсил так красно и важно 
И всякой тварью населил?

И кто мы? Что мы? Плесень? Живность? 
Зачем мы мучаем тебя, 
Развив безумную активность, 
Всё разрушая и губя?

Зелёная и голубая! 
Недолог, видимо, твой век: 
Ведь под собою сук срубая, 
И Землю губит Человек!
198 г.

* * *
Дом одиннадцать по Казачьему, 
В самом чреве Замоскворечья, 
Он на карте не обозначенный, 
Он в истории не отмеченный.

Что возьмёшь с переулка купецкого, 
Изогнутого коромыслом? 
У шанхая замоскворецкого 
Не доищешься плана и смысла.

Он от мира был отгорожен
Тяжеленнейшими воротами
И заборами, как положено,
Чтоб не знаться с чужими заботами.

В подворотне шумнёшь - эхо гукнется, 
Меж собою шепнёшь, вмиг аукнется!

Бабки жили там жуткие сплетницы! 
Выползали чуть свет и - по лавочкам. 
Всех отмоют и сами проветрятся 
И отвалятся как пиявочки!

Но какие воспоминания 
Навевает мне Замоскворечье! 
В 30-40 лет расстояние 
До чего-то смешного, беспечного!

Детство, юность вы в сердце канули, 
Просыпаясь в туманной неясности 
Облаками причудливо рваными, 
Опьяняя горькою сладостью 
Непрактичностью и напрасностью...
Ах, какая же это прелесть -
Детство, которое нам досталось!
И куда все участники делись?... 
Там, в Казачьем они остались, 
На Полянке, да на Щетинке, 
Да на липовой нашей Ордынке... 
С нами, взрослыми, распрощались...
02.82 г.
* * *
Ах, небо! Серое, как будни.
Как скучно под тобою мне! 
И скучен мозг подобный студню, 
Тому, что в миске на окне...
* * *
Шли, не спеша, два высоких грузина. 
Оба - из чекового магазина: 
Оба - в "монтана", во всём натуральном, 
Шли, словно частных два детектива. 
Видно в России живут беспечально. 
Идут, не спеша, поступью львиного, 
Живут себе жизнью лимоново-мандаринною!!
1982 г.

СЛОВА
Говорите медленнее, говорите менее. 
Уважайте слово. Не калечьте речь! 
В слове смысл - в оправе яркие каменья -
И его-то надо видеть и беречь.

Чтоб не затаскали, чтоб не замотали. 
Чтоб не обесценилось, став за сотню грош, 
Чтоб к нему недуги наши не пристали: 
Наше равнодушие, злоба, грубость, ложь...

Золото и камушки бережём отчаянно. 
Вдруг да потеряются? Потускнеют вдруг! 
А слова бросаем, сыплем, расточаем мы, 
Не считая, жменями. Это ж только звук!

И из всех замызганнее, и из всех затасканнее
Слово удивительное, жгучее "люблю". 
Сделали посмешище из него, из ласкового, 
С ним теперь рифмуется только слово блуд. 

"Родина". О, боже мой! Частое, упорное, 
Плоское от лозунгов, стёртое, как грош, 
Точно слово мерзкое, плоское, заборное! 
Равнодушно взглядом по нему скользнёшь...

ОСЕНЬ
Последний день безоблачный и ясный -
Подарок осени. Забытое тепло 
Лучей приветных, добрых и прекрасных, 
Прогнавших туч, дождя и ветра зло.

Зелёный цвет до будущего мая 
Теперь в природе трудно отыскать. 
И я умом всё это понимаю, 
Но как по зелени душой не тосковать?

Я поздней осенью подёрнута печалью. 
Мне не уютно в климате моём. 
Поля, леса теперь похожи стали 
На дом, откуда выехал хозяин, 
Всё разбросал и не прибрал потом.

Недавняя краса румяных листьев: 
Ладошки клёнов, пятачки берез, 
Сердечки лип - всё это ветер чистит 
Так озабоченно без жалости и слёз!

Российских глин размытые дороги, 
Стоячих луж незыблемая стынь, 
Следы колёс, сапог различных, многих 
Больших и маленьких - к воде и в магазин.

Дни коротки. Так нехотя и серо 
Приходит поздно жиденький рассвет. 
Больной, заплаканный и грустный непомерно 
Что кажется, его и вовсе нет.

А тучи! Все тяжёлые сплошные! 
Им ни конца, ни края не видать! 
Ползут, касаясь крыш. 
То дождевые, То снежные - вся облачная рать!

Двойные рамы, плотные гардины,
Халатик стёганый, настольной лампы свет, 
Да стопки книг зачитанных старинных -
Чем не лекарство от осенних бед?!

Но нас из дома выгонят заботы, 
Но нас от книг прогонит суета. 
Грошовая и скучная работа. 
И из мечты не выйдет ни черта!

Последний день так хрупок и прозрачен, 
Так щедро дарит свет он и тепло. 
Он умирает, не крича, не плача, 
Любя живущих тихо и светло.
1984 г.

Т.Д.
Ты помнишь, это было в прошлом веке?
А может два столетия назад?
Когда с тобой, как в половодье реки,
Порознь мы разбежались наугад ?

Ах, молодость, неопытность, горячность!
Хмель в голове, прямолинейность уст
И душ незамутнённая прозрачность,
И жажда нерастраченная чувств!

Я помню всё. Как молоды мы были!
И нас хранила чистота одежд.
Как уносили нас расправленные крылья
В край грёз волшебных, радостных надежд!

Жизнь пронеслась так быстро так сумбурно!
На склоне лет, когда пора под нож,
Марш жизни стал звучать не так бравурно,
Как прежде, и на реквием похож.

Мы снова встретились. Я рада этой встрече.
Поделимся остатками любви
И грузом  опыта, и нежностью сердечной,
И въевшимся родством ещё живой крови?!
12.07.84 г.
* * *
На улице солнце, совсем не февраль.
Улыбка весны и надежды.
И сон стал прозрачен, как тонкий вуаль
На всё ещё дремлющих веждах.

Порядок событий не торопи!
Всему свой черёд, своё время.
Пусть сколько положено зреет и спит
Младенец, и почка, и семя.

Но как не согреться прокисшей душой
От этой слепящей улыбки?!
Но как не порадоваться - жив ещё!
И полон любви к этой зыбкой

Ранимой и хрупкой планете - Земля,
Летящей стремительной глыбой?!

Где все мы - милльярды - и ты, и я -
Все счастливы быть могли бы!
1983 г.

ПОСЛЕ КОНЦЕРТА
Взволнованно рассказывала скрипка 
О боли сердца бедного певца, 
О еле уловимом, хрупком, зыбком 
Прекрасном чувстве своего творца.

Уж нет того, в чьём сердце это жило, 
Над ним столетний дуб шумит листвой, 
Но песнь его живых заворожила 
И повела, умчала за собой!

В стремительном и сладостном напеве 
Вновь зазвучало живо и светло 
Любовное посланье юной деве, 
И трепет сердца и его тепло!

И тот напев пришёл живым и нежным 
И всё вокруг себя околдовал 
Из тьмы веков волнующим и свежим 
Потоком звуков, вылившимся в зал!

Вот сказка жизни: ожил вновь узорный 
Чарующий и девственный рассказ. 
Творец молчит, над ним могильник чёрный, 
А чувство живо и волнует нас!

Нет, боги к людям милосердны были 
И подняли их до себя - богов, 
Когда бессмертие искусству подарили, 
А с ним и жизнь служителям его!

О, мой Творец! Прими то сердце с миром! 
Земля да будет пухом для него! 
За покоряющую всё живую силу
Творения бессмертного  его!
1983 г.

ТВОРЧЕСКИЙ ПРОЦЕСС
Покуда мысль не родилась, 
Ты за бумагу не хватайся!
Но если Муза ворвалась,
Не убегай её. Мужайся,
Её благословляя власть!

Пусть остановятся дела,
Пусть план сгорит до горстки пепла!
Забудь про всё!   Ржавей, игла!
Остынь, очаг! И образ светлый, 
Растай, как дымка, весь! Дотла!

Ты с Музою наедине, 
Теперь тебе никто не нужен. 
Ты для поэзии разбужен,
И этим счастлив будь вполне. 
А на вторжение извне
Как на убийцу вдохновенья,
Как на агрессию гляди! 
Живи в десятом измереньи!
Святой огонь в твоей груди,
Храни его от дуновенья

Пустых забот, пустой возни. 
Друзей докучливые толпы 
Без сожаления гони: 
Они растащат время скопом -
Минутки, сутки, годы, дни...
1984 г.

ПРОГУЛЯТЬСЯ БЫ...
Мне чего-то хочется, а чего не знаю. 
На окне морозная красота резная.
Снег плывёт, вздымается,
кружит, 
опадает,
Невесомый ласковый. На ладони тает.

Голубые сумерки. Тишина тревожна. 
За двойными окнами тихо очень тоже. 
Словно не озвучена за окном картина:
Вот и трактор пробежал, словно ватный.
мимо. 

Ах, какие сумерки! Синяя прохлада. 
Мне бы просто побродить по морозу надо, 
Но, увы, дела, дела... Срочная работа. 
К чёрту, Муза! Прочь пошла!
Некогда. Заботы.
26.11.1985 г.

ТИГР
Зима. Мороз. Луна. Кедровник. 
Или по-местному кедрач. 
Как космы спутанный лимонник
Да волчий безысходный плач

В тиши величественной ночи. 
Но смолк и он. Вокруг одна 
Почтительная тишина.

И вот, разрезав тени сгусток, 
Из мрака, словно из смолы,
Не скрипнув веткой и не хрустнув,
Как будто разошлись стволы,

Тайги хозяин полосатый 
Выходит дивно величав, 
Без пустяков узор богатый 
Несёт достойно на плечах.

Могучих лап движенья плавны, 
Спокойна поступь, ровен шаг. 
Идёт красавец своенравный, 
Смертельный нагоняя страх.

Не ханжествуя и не злобясь, 
Не из палаческих затей 
Он ходит, оставляя оттиск 
Своих зубов, своих когтей.

Да, он не знает состраданья, 
Он убивает - это есть, 
Но убивает, а не казнит, 
Лишь потому что хочет есть.

Могучий зверь. Краса природы! 
Где ты теперь? Клочок тайги 
Тебя не спрячет от невзгоды, 
Пожара, пули и пурги, 
И не прокормит.

Люди, люди!
Не истребляйте красоту! 
Взамен её пустыня будет! 
И вас потомки проклянут!

Красавец зверь! Ты человеку 
Всё ненасытному отдай -
Тайгу, сам воздух, землю, реку, 
Жизнь и детёнышей отдай!

Жаль, не увидим мы с тобою,
Когда вокруг всё истребя,
Он возопит, сыт от разбоя,
И проклиная сам себя!

В раю, загаженном, спалённом, 
Где неразумен и жесток, 
Не слыша братьев меньших стонов, 
Он преподал себе урок!
1985 г.

ЭПИТАФИЯ
Кто-то ударил бедную кошку, 
А кошка была беременна., 
И вот умирает бедная кошка, 
Роскошная кошка, пушистая кошка,
Юная кошка, почти котёнок,
безвременно!
В стонах и плаче, не дожив кошачьего века, 
И всё по вине
жестокого человека!
11.08.86 г.
ДОРОЖНАЯ ЗАРИСОВКА (В КАСИМОВ)
Домик-крошка. Два прудочка. 
Крошка-сосенка на кочке, 
А вокруг сосновый бор 
Обступил и дом, и двор.

Лужи, кочки, мочажины, 
Камышовые дружины 
На болотце встали вряд, 
Шишкой бурою грозят!

У забора георгин 
Вырос точный исполин! 
Всё подглядывал сквозь щели, 
А теперь через забор 
Любопытный кинул взор.

Позабыл происхожденье 
И манеру поведенья: 
И хоть он велик и ал, 
А во всём провинциал!
07.86 г.

СВИДАНИЕ
- Где была ты?
- На свиданьи. 
Он был свеж и он был розов. 
На губах его лобзанья 
Горьким привкусом берёзы.

Там, в его опочивальне 
Белый снег лежит нетронут, 
В ризах лес стоит хрустальный 
В белых париках на кронах.

Мой любимый - день февральский. 
День недолгий, чистый, нежный, 
Фейерверк огней бенгальских, 
Тройка во поле безбрежном!

02. 86 г.
ЗИМНЕЕ УТРО
Заклубилось утро зимнее 
Серебристой дымкой-инеем, 
И, любуюсь этой стынью я 
Торопливо на бегу.

Транспорт городской преследуя, 
На работу утром следуя, 
Еду, еду, еду я -
Опоздать я не могу!

Стой, не торопи мгновение. 
В нём краса и вдохновение, 
Сердца сладкое парение, 
В нём души цветущий сад!

Кистью рифм пишу картину я, 
Красоту зимы былинную, 
Дивно русскую, старинную 
Под певучий гуслей лад...
02.86 г.
* * *
Небо легло на темечко 
Беременным брюхом туч 
Ноябрь - серое времечко, 
Забывшее солнечный луч.

Сон пудов, как плита надгробная, 
До головной боли! 
Утром встать безуспешно пробую, 
Хоть бы кто солнышком полил!!

Темно, как в склепе,
в полночь,
в Арктике!
Но надо вставать: такие дела. 
Тут многолетняя спасает практика,
Пионерская зорька,
призрак премии,
план...
1986 г.

НАТЮРМОРТ
1.
Поотведав дэсэрта,
Я стою у мольбэрта.
Всё готово. Живее! Приступай, не ленись!
Я созрэл для шедэвра.
Под эгидой Минэрвы.
Назовут самой пэрвой
Гэниальную кисть!
Солнцем вся залитая,
Замэрла мастерская.
Ах, как я импозантен! Объективно трюмо:
Я - в бэрэте и блузе.
(Брюки б надо заузить.)
И себе сам кажусь я
Крэм-брюле! Эскимо! 
Я пишу тонко, нежно, 
Тщательно и небрежно. 
Отойду и приближусь. 
Чудо, как хорошо! 
Натюрморт из червонцев, 
Скатерть, яркое солнце 
И червонцы, червонцы!... 
Гениально нашёл!
Что там фрукты - цветочки, 
Цедр спирали - виточки! 
Горы дичи! Нет мочи! 
Новый день - новый ход! 
В натюрморте мой вызов. 
Бег по краю карниза! 
Дух эпохи!
(Мне б визу!) 
Мир оценит. Поймёт!

2.
Вот Малевича тоже 
Бес эпохи тревожил:
Всё давно написали.
Чем бы их наповал?
Мордой словно в заплатах? 
Да пейзажем помятым? ...
Удивил всех... квадратом...
Взял и гением стал!
07.86 г.

ПОЗДРАВЛЕНИЕ НАЧАЛЬСТВУ
Всеподданнейше поздравляем Вас-с-с, 
Наш благодетель и работодатель! 
Прекрасный день! Неповторимый час!
Ваш день р-рожденья - просто замечатель-

Ный день! И праздник всей БТЭ!! 
Пора бы нам вывешивать знамёна, 
Палить из пушек с неприступных стен, 
А может даже - с колокольным звоном?

Ведь Вы у нас - что царственный орёл: 
Походка, взгляд и голос полногрудный! 
Да Вам бы жезл и княжеский престол! 
Так Вы б за Цезаря сошли, б в наш век безлюдный!

Слова так блёклы чтобы отразить 
Великолепье Ваше, ум и прозорливость! 
Позвольте созерцать... боготворить! 
(Забыв про честь и самую стыдливость!)
19.06.86 г.

З.И. КОНОНОВОЙ (С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!)
Chérie ma tante!  Прошу прощенья,
Что лично не имею честь
Вам принести свой поздравленье
За то, что Вы родиться есть!

Но dans mon coeur  так много чувства
Я к Вам... Я к Вас (глагол "иметь"!)
O! trente mille diables! Этот русский!
Я maigre et pale... от это есть!

Je vous voulez... желать так много:
Santé beaucoup! Fortune - beaucoup!
Et mille pardon - за ради Бога!
Что я невесть, чего реку!
18.02.86 г. 

ВЕСНА
Весна в вишнёвые сады 
Горстями жемчуга бросает. 
И вслед за ней летят дрозды, 
Там, где она прошла босая.
Скворцы счастливые спешат 
(Такая деловая птица!). 
И верой полнится душа,
Что что-то
доброе 
случится!
1988 г.
Т. Д.
Ты научись мой голос различать 
Из миллионов голосов Вселенной, 
Не для того, что б всё начать опять,
Нет. Прошлое не вырвется из плена

Ушедших дней. Там на дверях печать, 
А при дверях два сторожа бессменных -
Печаль и тлен. Дотронешься рукой, 
Несёшь к губам так бережно, так свято! 
Но рассыпается цветочною мукой, 
Пыльцою крыльев бабочек измятых!

Не позабудь мой голос и узнай
Когда тебя бездушная пластмасса
Из прошлого окликнет невзначай
Забытым именем!
И юностью прекрасной
Пахнёт на сердце! Оживи! Признай!
1989 г.
* * *
Я будила пространство и время. 
Я звонила с одною целью, 
Чтобы звякнуло громко стремя 
Над твоею пухлой постелью!

Чтобы в спёртом сопении спальни 
Ветер дальних странствий пронёсся -
Ураганный! И очень дальних! 
Чтоб Природы многоголосье 

Слитно, радостно, мощно и яро 
Протрубило с архангельской силой; 
Не шепнуло в ушко, а гаркнуло 
И безжалостно разбудило!

Хватит спать! Жизнь проходит мимо! 
Мы с тобой приросли к квартире. 
Открывателям и пилигримам 
Хорошо в первозданном мире.

Просыпайся! Выгони старость! 
Оторвись от уютной пыли. 
Мы нужны! Это высшая милость. 
Мы идём. 
Мы готовы. 
Мы в Силе!
1989 г.

ПАДАЮЩАЯ ЗВЕЗДА
Я видела, как падала звезда, 
Созвездие перечеркнув, как бритвой!
-Так значит счастья ждать?
Мне отвечали: да!
- Какого счастья? Бурного, как битва? 
Иль тихого, как чернеца молитва? 
Иль может в созидательных трудах?

Я б предпочла последнее. Хотя...
Не чуждо мне и опьяненье боя,
Где жизнь и смерть - всерьёз или шутя?
И что тебе отмерено судьбою -
Всё принимается, решение любое:
Жить победителем иль умереть героем!

В ночной молитве (что не напоказ!), 
Омытой искренними тёплыми слезами, 
Есть счастье очищенья. Сладкий час 
Парения с открытыми глазами! 
И так далёк мир суетных желаний! 
Так сладок свыше чей-то мудрый глас!

Тщета потуг и разума игра 
Становятся до боли очевидны.
И девять муз, и грации - всё прах! 
Учёных париков и лысин (как обидно!) 
Труд самоотреченный, вид солидный -
Всё тленно! Всё умрёт - придёт пора.

Я видела, как умерла звезда. 
Из ниоткуда в никуда нырнула. 
Мгновенный путь! И больше никогда
Ей не сверкнуть!
Как чёрная акула
Вселенная её в себя вдохнула, 
Не испытав ни боли, ни стыда.

Родится, расцветает, наконец,
В прах обращается и всё и вся на свете,
Такой удел нам положит Творец.
А мы его и пасынки, и дети,
Которых кружит безудержный ветер
Страстей и горестей трепещущих сердец.

В пучине сельвы, в золоте песка 
Погребены дворцы, дома и храмы. 
Невыносим их мертвенный оскал!
Здесь жил народ!
Но запустенья хламом
Всё стало: статуи, стихи и гаммы...
Народы смертны.
Бог лишь на века!

Тебе не повторить, моя Звезда, 
Прекрасного, как молния, паденья. 
Но будут падать новые. Тогда 
В других сердцах иные настроенья 
Они воспламенят быть может. Да?

И я последую примеру твоему. 
И буду жить, не думая о смерти. 
И если будет польза хоть кому 
От жизни и стихов моих, поверьте,
Я буду счастлива. Мне век любой
отмерьте!
И будь всё по ГЛАГОЛУ ТВОЕМУ!
28.08.89 г.
* * *
В нашей стране каждый ребёнок 
Детям капстран - подражанья пример: 
Ведь это или ещё октябренок,
Или это уже пионер!
1989 г.

МАРКСИСТ
Я - марксист. И живу по-марксистски:
Штудирую Маркса и ем сосиски
И очень радуюсь пиву я!
И отпускаю бороду сивую...
1989 г.

НА 2-ОМ КАЗАЧЬЕМ
Комнатёнка была очень тесной от мебели: 
Стол дубовый на толстых ногах,
Шкаф да шкаф, да комод, да буфет, да
сервант - и чего только не было!
Только спать было негде и ходили все
в синяках.

Спали мы на полу, а бабуля сундук приспособила:
Стулья, доски, матрасы, подушки, тряпьё...
А клопы, очень тощие, неистребимые, злобные,
По ночам поднимали клопиные орды в копьё!

Два оконца, горшками с цветами заставлены: 
Фикус, скрюченный трижды столетник, лимон, 
Ими свету до сумерек было убавлено.
А в углу, на серванте - в серебре пара чудных икон.

Мы в шкафах, как в гробах, задыхались, но жалоб не ведали,
Сохраняя всё это для тех, кто останется жив.
И под шум самовара за тихой беседою
Шепотком костерили НКВД, и вождя, и режим...

Ждали: вот возвратятся истерзанные, обобранные и обездоленные.
Им сгодится всё то, что сберечь удалось. 
И убогой той мысли нам было довольно,
Чтоб в буржуйках не сжечь,  не продать, жить пристойно,
Ожидая своих, и терпеть эту боль, эту злость.
1989 г.
* * *
Поэты! Живописцы! Музыканты! 
Ваятели! Воздушный рой харит! 
Благословляю вас! Мир вашего таланта! 
И Будущее вас благословит.

Вся ваша жизнь - забвенье о насущном, 
Не поняты, гонимы, в нищете, 
Душой и духом вы в Эдемских кущах 
Служители любви и красоте.

Увы! приходится творить
Среди жующих и снующих,
Пред ними бисером сорить,
Да и самим. ... жевать всех пуще...

Но их желудки отурчат. 
Тела истлеют в треть столетья. 
И на могильных кирпичах 
Визит свой кобели отметят.

Так что ж мечтать о похвалах,
Страдать от зависти?! Бог с ними! 
Они рассыплются во прах. 
Но сохранится ваше имя!
1989 г.

РАЗГОВОР СО ЗВЁЗДАМИ
Звёзды! Вам не одиноко
Так далёко, так высоко?!
Оттого вы так бледны,
Оттого так холодны,
Что конечно мало проку
От мороженой луны!
Оттого вы равнодушны, 
Что вам скучно-скучно-скучно! 
Вы прекрасны, но, увы! 
Страшно одиноки вы.
Вы, как юные монашки,
Чинно держитесь, дурашки,
Ни улыбки, ни тепла
Из небесного угла.
Вы прекрасны, вы печальны 
В далеке провинциальном. 
Только радости у вас -
По ночам глазеть на нас!
Кто вас, звёзды заморозил?
Кто вас радости лишил?
Может он, за это в Бозе
Уж давным-давно почил?
Кто вас, звёзды расшевелит 
И молчания печать 
Сломит? Или он разделит 
Вашу участь - век молчать?!
198? г.
МОДА
Мода сорвалась, путы порвав, 
Всё замешав в густую пену: 
Модно стало теперь Шопена
Играть в храмах Успения и
Рождества!
 1990 г.
* * *
Ох, какая дороговизна! 
Очень стало дорого жить. 
Но ещё дороже справить тризну 
И соответственно - похоронить!
Так что надо скопить заранее 
Фараоново состояние!
Р.S. А лучше на всё наплевать и жить!
1990 г.

МОНОЛОГ АЛКОГОЛИКА. Ю.Н.П.
Я пью подолгу и помногу -
До утоления души. 
В дом забираюсь, как в берлогу.
И там, в нетронутой тиши

Я тет-а-тет с зелёным змием
Могу хоть месяц кайфовать.
Нас потревожить кто посмеет?
Как говорят "запой прервать"?!

Теперь для всех без исключенья 
Дверь дома будет заперта. 
И чтобы избежать общенья 
Хоть с кем, заранее снята 
И с телефона трубка. Так...

Пусть не звонят жена и дети.
Сотруднички не тормошат,
А в ведомости впишут... эти...
Восьмёрки, если не хотят 

Меня лишиться. Нас ведь много, 
Всех не уволишь! И куда 
Потом нас денешь? На дорогу 
Преступности толкнуть нас? Да?!

А там в тюрьму? В больших масштабах 
Такой страны, как наш Союз, 
Решать проблему эту я бы 
Не стал. Не смог. И не берусь.

И что теперь поделать можно, 
Когда запойных полстраны?! 
Воспитывать, но осторожно: 
Нам меры жёсткие вредны.

Ссужайте в долг нам: жаль несчастных 
Больных трясущихся людей. 
Их жизнь трудна, их жизнь опасна 
В кругу непрошенных ужасных 
Зелёных змиев и чертей!
1990 г.

СЕБЕ
Вот ты живёшь.
И вроде бы не только ешь и пьёшь, 
Хлопочешь, суетишься, счастья ждёшь... 
И о себе не изречёшь вовек:
- Дрянцо! Пустопородный человек!
И оправдаешься (на всех я был похож).

Но в озаренья редкий краткий миг 
Очнёшься, еле сдерживая крик:
- О, Господи! Ужасен правды лик! 
Чего я стою? Нёс ли я добро?
Зачем я в этот мир перешагнул порог? 
Чем я отметился, - чего в конце достиг? 
Ель посадил. Сын вырос сам. А книг? 
Не написал. И вот весь мой итог!

Я жил для тела. В суете о тех, 
Кто рядом был. И в миг живых утех 
Не торопился посмотреть наверх 
С бесхитростной молитвой к Божеству, 
С раскаяньем! И, падая в траву, 
Хоть раз в слезах бы произнёс зарок:
- Всё изменю я, мой Творец и Бог!
1990 г. (?)

МОСКВА 90-ЫХ ГОДОВ
Ночь чёрная свалилась с неба
Бесснежным декабрём глухим.
Справляя дьявольскую требу,
Гнала на окна сто стихий!

Мой город жалкий неуютный. 
Однообразный, как тоска. 
Такой плебейский и беспутный, 
Как псина в поисках куска!

Абсурдно бесконечный город!
Голодный, грязный, вечно злой!
Запуганный бандитом, вором,
Подёрнутый недоброй мглой... 

Спит беспокойно и тревожно 
Болезненным недобрым сном. 
Тупой, бездушный и безбожный -
Двор проходной, что всем знаком.

О, город мой! Как я любила
Тебя недавно. Нет, давно.
Теперь терпеть и то нет силы
Тебя! Тебе же всё равно...
* * *
Как живешь ты?
- как попало,
На - как  надо - денег мало.
Кое-как и всё бегом.
Всё на месте, всё кругом!...
* * *
Я не варварка и не хищница, 
Но охотница и добытчица.. 
Я ношусь легконогой Дианой, 
Что б домой притащить полбарана!

Стало труднее, чем в прерии львице 
Вместе с прайдом своим прокормиться!
1990 г.
* * *
И горькая моя тесина,
Останки бренные храня,
На плечи внука, плечи сына
Пусть ляжет, не обременя!

Пусть будет лёгкой эта ноша.
Не в тягость траурный обряд! 
Пошли мне это, мудрый Боже,
Как щедрую из всех наград!
1990
СВЕЖИЙ ВЗГЛЯД НА 8-Е МАРТА
Занятный праздник, право слово! 
Не знаю праздника иного, 
Чтоб сочетал в себе он враз: 
Весенний половой экстаз, 
И клара-цеткинские бредни, 
И масляницы хоровод, 
Когда крещёный наш народ, 
Забыв о Боге и обедне, 
С утра стаканом водку жрёт, 
Закусывая всё блинами 
(Ярила жаркого символ!). 
Язычество живёт меж нами.

Ну, праздник! Календарный праздник.
Замысленный как бабий бунт.
Теперь кокетливый проказник,
Коммунистический шалун... 

И без того-то наши бабы 
Не знают удержу ни в чём, 
А тут, до всех соблазнов слабы, 
Разжились праздником ещё!

Все- от цирюльника, в помаде,
Все с талией! И без морщин!
А для чего всё это ради? 
Для ухажёров! Для мужчин!

Глядишь, кто клюнет! Хвост расправить 
Захочет! Вот и карусель! 
Хотя иных пора отправить 
Блины жевать и пить кисель!

Конечно, нет пути обратно: 
Не вдруг теперь мужик вернёт 
Свою супругу аккуратно 
На кухню, к детям, в огород...
19 г.
 * * *
Солнце угнездилось в тучах рваных. 
То ли солнце, то ли блик на море. 
Ткёт светило полог из тумана. 
Чтобы спрятать розовую зорю.

Над Москвой ни лебедя, ни гуся, 
Ни скворца, ни стайки журавлиной! 
Снова лихолетие над Русью -
Нескончаемая лютая година.

Только вороньё несметной тучей 
Каркает, туда-сюда летает, 
Будто бы гусар отряд летучий, 
Только траурными доломаны стали.
09.93 г.

НА ИЗЛЁТЕ
Последней четверти мне заведён будильник, 
И несказанно этим я поражена: 
В руке ещё пылающий светильник, 
Но мрак придвинулся. Я им окружена!

Пора молитв, смиренья, покаянья, 
Раздумий о себе и о былом, 
И к неизбежному уходу привыканье -
Всё это мудростью зовётся в назиданье. 
Но как тут не подвинуться умом?!

Скажу по совести, мне мудрость не утеха. 
Мне даже кажется - я вовсе не жила. 
Теперь бы набело пожить была б потеха! 
Уж я б теперь куда умней была!!
Сент. 93 г.
В НАБЕРЕЖНЫХ ЧЕЛНАХ 
1.
Солнце бледненьким пятном 
В серых тучах ходит, 
Но окошечка себе 
Так и не находит.
2.
Посерела речка-синь
И покрылась рябью.
Осень. Сырость. Ветер. Стынь.
Под небесной хлябью.
3.
Над мостом кастрюльный звон 
Здесь, над Мелекесской. 
Ветер, разгоняя сон, 
Трогает подвески.

Старый город Яр-Челлы
В кущах барбариса.
Не слыхала я муллы -
Минарет не близко. 

Церковь тоже далеко -
Звона не услышишь. 
Только слышно над рекой 
Ветер жесть колышет...

"Злы татарове" кругом 
Знай себе лопочут...
09.93 г.

ХОТЯНОВУ И.А., В ДОРОГУ...
И ты, Брут! то есть, нет, пардон!
Хотянов!
Наш острый ум, такой же язычок! 
Нас покидаешь?! 
И с собой уносишь
Пикантный климат?
Ты не дурачок

В таких делах, и всё конечно взвесил: 
Все "за" и "против", после сжёг мосты, 
И вот теперь на чемоданах весел 
Решителен и непреклонен ты!

Ты нас надул. Наука захиреет, 
Оригинальных лишена идей. 
Бальнеотехника, увы! загутареет, 
Исторгнув вздох печальный из грудей...

Нет! Так нельзя! Оставь нам наставленья, 
Подкинь на бедность парочку идей 
И подпишись, теперь уж без стесненья: 
"Когда-то ваш советский иудей"! 

Теперь утри сиротские нам слёзы,
 Рукопожатьем крепким награди...
Там, говорят, цветут такие розы!
Ну, чёрт с тобой! Иди себе! Иди!

ГРЕХ
А грех так сладок!
Хочется грешить
Во вред себе, себе одной и только! 
И уж потом, насытясь от души -
До хрипоты, икоты и до коликов,
Оставить глупости, осесть в тиши,
в глуши,
Зализывая ссадины и раны, 
Одежды отбелить... И для души ... 
Сыскать в Судьбе и в бывших спутниках изъяны.

И оправдавшись
(хоть в своих глазах),
Вновь за грехи, коль будут силы,
взяться!
И снова пыль поднять, и пух, и прах! 
(А чем ещё здесь на Земле заняться?!)
05.94 г.

МОЛОДОСТЬ
Ах, молодость! Ведь ты была! 
Пусть не сыта, полуодета 
И на задворках расцвела. 
Но как цвела! Чудесным цветом!

И тот, кто рядом был тогда 
Был восхищён и очарован, 
Но он не выдал никогда 
Восторга - ни единым словом!

И, слава Богу! Что смущать
Ещё невинное созданье?
Такое надо защищать
С любовью, трепетом, в молчаньи!
ЭГОИСТ
Всё себе. И для себя, 
О себе, да - под себя! 
Самого всего себя, 
Драгоценного, любя!

ВСПОМИНАЯ СВОЙ ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ НА 2-М КАЗАЧЬЕМ.
Солнце. Небо. Погода весенняя. 
Уцелевшие птички щебечут. 
Двадцать первого - в день рождения 
Новый год ляжет тихо на плечи.

Легкомысленным и чудесным 
Он бывал в то далёкое время. 
Поздравленья. Цветы, Гости. Песни. 
И сухое винцо, и поэмы!

Не смущало, что комнатка тесная, 
И от яств стол - увы! не проломится. 
Только молодость - дело известное -
Без претензий была к недокормице.
* * *
Я грешница. Я помню каждый шаг. 
И каюсь. Каюсь. Каюсь. Каюсь. Каюсь! 
Я помню каждый миг, когда Вселенский враг
Меня стерёг, бесстыдно улыбаясь! 

Я помню все деяния свои: 
Не помню добрых, помню только злые:
Без милосердия, сочувствия, любви. 
Рассудочной гордыней налитые! 

И перед сном я, подводя итог 
Дню прожитому, снова горько каюсь, 
Намереваясь в новом дне Порок 
Изжить и вычеркнуть. И ... снова спотыкаюсь! 

Но есть один лишь мне известный грех, 
В котором я раскаяться не в силах! 
И если б сызнова начать, из всех утех 
Его б я выбрала и снова повторила. 

И этот грех - моя любовь к тебе! 
Хоть я тебя не слышу и не вижу.
Ты только промелькнул в моей судьбе. 
Будь счастлив и в любви не будь унижен.
10.94
РАССТРЕЛ БЕЛОГО ДОМА
Крепко мы нагрешили, Боже.
Дьявол без боя нас не отдаст.
Кровавым зрелищем мы, похоже, 
Словно корридой порадуем вас -
Европейцы, американцы, 
Китайцы, японцы и африканцы!

Жутким спектаклем на потеху миру, 
О каком невдомёк было даже Шекспиру, 
Какого не видели стены "Глобуса", 
Обернулись коммуны-демократии фокусы!
Моей Москвы боль и трагедия. 
Ты о ней проскрежещешь, лира! 
И пусть разносят волны эфира 
Грохот танков в городе и их победе!

Русские убивают русских.
Любопытные прилипли к телеэкранам.
Пьяные подростки - на Кутузовском
Следят, безумствуя в угаре пьяном.
 
А рядом журналисты - по дешевке -
Всем странам!!!

БАРАШЕК
Жил-был барашек. Белый-белый! 
Чище снега. Белее мела. 
Такой кудрявый очаровашка! 
Такой доверчивый. Такой дурашка!

В лесу на травке пила компашка -
Кто из горла, а кто из чашки 
Вино и водку, пивко из банки.
А там, на угольях пеклись останки-
Шашлык румяный и аппетитный
Сгрызали зубы.
Рыгали сытно.
То был барашек весь белый-белый! 
Белее снега и чище мела.. 
09.94 г.

С.И. Г-НУ
Я не частый твой гость, это верно. 
Но ведь путь до тебя безразмерный! 
Едешь-едешь более часа, 
А назад, к ночи, стало опасно.

Но я знаю, ты здесь, ты рядом.
И я этому страшно рада!
Да и что в нашем возрасте надо?
Рядом друг, верный друг - как награда!

Только ты не болей, не печалься! 
До конца моих дней оставайся, 
Чтоб, услышав мой поздний звонок, 
Ты ответил: "Привет, Ничок!"
Ноябрь 84 г.

Л Е С
Под своды леса, как в музей,
Робея, затаив дыханье,
Входите, словно в Колизей,
Боясь спугнуть очарованье.

Пусть счастье полнится душа
И удивленьем и покоем.
И все заботы заглуша,
И все обиды успокоив,

Нас тихо приголубит лес,
Мозаикой листвы качая
На фоне голубых небес,
Озоном потчуя, как чаем.

Идите в лес. Там в тишине
Вас посетят благие мысли
О суетности наших дней,
Как очерствели мы и скисли...

Забудьте дома топоры,
Ножи, бутылки, банки, спички.
И ненадолго, до поры -
Дурные скверные привычки.
В лесу не нужно сигарет
И громкой музыки - тем боле.
Лес вылечит душевный бред
И тела успокоит боли...
08.89 г.
* * *
До чего ж я сдружилась со шваброю,
С печкой,
веником
и корытом!
А была ведь и умной, и храброю,
И хорошенькой...
И пиитом...

Дек. 1994 г.
* * *
Тихо теплится лампада,
Слабо тлеет огонёк.
Света зажигать не надо:
Мрак не страшен, не глубок.
Хорошо, закинув руки
Под затылок, так лежать
И без горести и муки
Мыслью в Вечности блуждать.

Проводник в таких скитаньях
Светлый Ангел - мой двойник.
Он беречь не перестанет,
Остановит, сохранит.
03.11.98 г.

ПОСЛАНИЕ В КАСИМОВ
В вашем близком далеке 
Дремлет солнце в сосняке, 
В кронах возятся пичуги, 
Муравьи снуют в пеньке, 
Хриплым басом от натуги, 
Оглашая всё в округе, 
Барки воют на Оке.

Волны плещутся о днище
И гуляют по песку.
Ах, какая красотища 
Жить глазами на Оку!

Иммортели островами 
Всем качают головами, 
Травы буйные растут. 
До чего ж привольно тут! 
Только местные не знают, 
Что в раю они живут.

Вот ещё совсем немного 
И отправлюсь я в дорогу 
В полюбившийся мне край. 
Мне б ещё деньжат немного 
Оживить мой скромный рай,
Чтоб вон тот и тот сарай 
Вновь поднялись храмом Богу! 
Вечным праздником души! 
(Вот такое б совершить!) 
Но пока красы природы 
Только очень хороши.

Сдохли фабрики, заводы, 
Рубят лес и травят воду 
И живут не по доходам 
Здесь заезжие "паши"...
Июнь 1994 г.

ЧАСЫ В КАСИМОВЕ
Усталая поступь настенных часов 
Шагами смертельно раненого 
Смущает и гонит тревожный сон. 
А мысли пикируют стаями.

Вот так одинокая старость в ночи 
Листает страницы минувшего, 
А сердце, как эти часы, стучит 
Не больно, не сладко, скучно.
* * *
Дух сосновый. Звон колокольный 
Над Касимовым- градом плывёт. 
Из церковных ворот с богомолья 
Православный идёт народ.

Возрождаются храмы из пепла 
Очень трудно, за шагом шаг. 
Сколько раз умирала и крепла 
На Руси и земля и душа?!
Касимов. 1995 г.
СОБОР В ГУСЕ ЖЕЛЕЗНОМ
Залесённою Мещерой 
Не впервые я качусь. 
Снег. Мороз. Закат. И скоро 
Городок "Железный Гусь".

Здесь однажды и навечно 
Храм меня очаровал.
Весь разграблен, искалечен, 
На пути страдальцем стал.

Ввысь взметнулась колокольня 
Только где колокола? 
Это чернь самодовольная 
Разорила все дотла.

Крала то, что поценнее. 
Что не в силах унести 
(Чтобы Господу больнее!), 
В прах пыталась разнести!

Верующих расстреляла, 
Слабоверных увела... 
Но хоть зубы изломала 
Стен разрушить не могла.

Храм всем видный издалёка -
Выше Павла и Петра 
В Риме! Злобно и жестоко 
Разорён был до нутра...

Господи! Пошли ж мне, Блаже, 
Наяву прекрасный сон: 
Услыхать весной однажды 
Здесь пасхальный перезвон!
94-96 г.г.
ЗАКАТЫ
Когда б мне выпало художником родиться!
Ах, если б выпало! Как чуден этот мир!
Леса. Моря! И горы! Лица, лица...
Весь этой жизни пышный дивный пир!!

Но это всё собратия по кисти
Писала тысячу по тыще раз! И я
Поклонник их, а вовсе не завистник.
И в мире тема есть, поверьте, лишь моя!

В вечерний час. Не часто. Но бывают
Такие восхитительные дни,
Когда над горизонтом догорает
Ушедший день и всё, что было с ним.

И тщишься с кем-то этим поделиться,
Увидеть восхищённые глаза
И вдохновением светящиеся лица,
Как радуга! Как Божия гроза!

Вот золото и пурпур - пласт за пластом.
А там - как в тигле плавятся мечты.
Какие изгорающие краски
Истаивающей быстро красоты!

А завтра на полнеба огнь пожарищ.
Разметан. Неуемен. И горяч.
Но как удержишь? Как другим подаришь
Всё это ты - и нищий и богач?!

Закат задумчивый. Закат в кудряшках белых,
Пронзенных светом солнца, облаках?!
Закат в черничных тучах, сизых спелых
С громадным помидорищем в зубах?

Закат за гору. И закат над речкой.
Закат за леса чёрных елей строй.
То горестный, то лёгкий, то беспечный.
А то природы сладостный покой...

Закат над южным морем и над тундрой...
Всего не выразить словами и не счесть!
Вне понимания! Непостижимо. Мудро.
Как жизнь сама: вот нет, вот снова есть...
Касимов. авг. 95 г.
* * *
Наедине с собой тоскую
И тороплюсь. Нет, не поспею!
Природа, обновясь, ликует.
Но ей заведовать не смею.

Ах, если б жизнь начать сначала! 
Что? Удлинились бы мгновенья? 
И расточительность не крала 
Мои года напару с ленью?

Что? Все б мои рассветы были? 
И ночи звёздные - все с Музой?
Чушь! Обольщенья вечно в силе,
Иначе б жизнь была обузой. 

Уж что смогу, то и успею: 
Того чуть-чуть, сего немного,
 Хоть что-то доброе посею. 
А там! ... За всё спасибо Богу!

Но если б как в природе снова
Весною да под майский душ!
И расцвести красою новой! 
Я б народила десять душ. 

И в вечных хлопотах, тревоге 
Мне б не нашлось пяти минут 
Осмысливать свои дороги,
Устраивая самосуд.
199 ?

ДИАЛОГ
- Остановитесь на одно мгновенье! 
Смотрите! Взгляд свой бросьте в небеса! 
Вы сражены столь редкостным явленьем?!

- Ну, вижу. Вон цветная полоса 
По небу выгнулась. Красиво.
Ну, и что же?
И что такого, что их сразу две? 
Хоть три! Нам это не поможет 
Ни выжить, ни подохнуть.
Всё. Привет!

- Я вижу, вы бесчувственны, как... гайка! 
Вас северным сияньем не проймёшь!...
- Заткнись, поэт! Иди себе давай-ка! 
На радуге далёко не уйдёшь!
Июль 1996 г.

НОЧЬ В КАСИМОВЕ
Там такая пропасть звёзд! 
Там созвездье на созвездьи! 
С крымских пор не довелось 
Мне блуждать по поднебесью
Чисто вымытых светил
В восхищеньи онемелом!
Я немного загрустил,
Что душой - я там, а телом...
На балконе. Крыльев нет.
Всё кругом постыдно дрыхнет,
Лишь всего один поэт
Ввысь взмывает белым вихрем!...
Касимов. Авг. 96 г.
* * *
Свою ненужность остро ощущая 
И одинокость чувствуя свою, 
Всё чаще я беседую с вещами,
Деревьями. И бездны на краю

Закономерность я слежу с великим
тщаньем 
Всему, что происходит.
Я допью,
Не морщась, чашу бытия и наказанья 
За жизнь какую-то нелепую свою.
08.96 

В ОВИРЕ
Суетятся наши граждане 
В комнатёночках ОВИРа, 
Одержимы жуткой жаждою 
Повидать (скупить?) пол-мира.

Зарубежье. Зарубежие!!! 
Голова плывёт, как шарик.
Безработица. Безденежье.
Беззарплатица...
Кошмарик!
09.96 г.
19-ОЕ ДЕКАБРЯ
Какое восхищенье невозможное! 
Душою воспаряю до небес! 
И суету забыв пустопорожнюю, 
Голодным сердцем снова жду чудес!

Мороз за двадцать пять.
И шубы рады холоду. 
Никола зимний
снежным серебром
Для праздника прикрыл все язвы города 
Так натурально, так изысканно хитро.
96 г.

ПОСТ
Здравствуй, пост! Тебе я рада. 
Легче плоть, душа светлей. 
Ты мне помощь и отрада 
И живительный елей.

Но без искренней молитвы 
Покаянной - что за пост? 
Сердце будет полем битвы, 
Местом горести и слёз!

Здравствуй, пост! Давай трудиться. 
Много вдумчиво читать, 
Как в последний раз молиться, 
В храме, как свеча стоять!

Наслаждаться вкусом хлеба 
И глотком воды в тиши. 
Жить отнюдь не на потребу -
Для спасения души.

Не судить, не пустословить, 
Не лениться, не тужить, 
Отвечать на всё с любовью, 
Каждым часом дорожить

Здравствуй, пост - пора посева. 
Что-то я в конце пожну?
Помоги мне, присно Дева! 
Я к тебе с надеждой льну!

Сорок дней - всё вверх ступени. 
По шажочку, по чуть-чуть. 
Взяв на то благословенье, 
Отправляюсь в дальний путь.

В сорок дней легла дорога. 
Быстро время пролетит. 
Каждый миг с молитвой к Богу 
Всё простить!
И Бог простит.
1998 г.
* * *
Вредно корни пускать
И во что-то врастать,
Если ветер зовёт и зовёт!
Лишь под крышу встал
И оседлым стал,
Тут же парус как в штиль опадёт.

Да, семья. Да, родня. 
И конечно друзья. 
Груз раздумий и груз любви. 
Суеты груз и груз забот...
Позови меня, Жизнь! Позови!

Бесшабашность моя, где ты? 
Растворилась в пучине "нельзя"? 
И рассудочности черты 
Лоб прорезали бытия?!

Обескрылела. Обезрифмела.
Обмелела и съёжилась в ком,
Вся зажатая острыми рифами.
Доживаю. Закон есть закон.

На других всё так верно и правильно: 
Народился, пожил и исчез... 
Лишь себе мы бессмертье оставили. 
Вечным праздником! О! yes! 
Без печали, без слез и месс!
1997 г.

ВЕЛИКАЯ СРЕДА
Такою славною была весна: 
Всё, как в Раю цвело, благоухало, 
Едва лишь пробудившись ото сна.
И никакой беды не предвещало.

Ночь южная черней самой смолы, 
Заполнила собою небо, землю. 
Ученики, опершись о стволы. 
Сидели, голосу Равви послушно внемля.

Он об одном просил - не поддаваться сну, 
С усталостью бороться и молиться. 
А сам, оставив их, шёл в сада глубину 
Перед страданиями духом укрепиться.

Кровавый пот струился по лицу, 
И сердце разрывалось и страдало, 
Готовясь к страшному позорному концу -
Омыть своею кровью от начала 

До самых крайних лет конца времён 
Грехи любимых чад, враждующих и злобных, 
Неблагодарных, гордых и никчёмных -
Которых мог спасти от них самих
лишь ОН!
Израиль. 1997 г.

КАТАКЛИЗМ
Ещё не съела ночь
корявый кус луны, 
И в серой мгле не утонули звёзды. 
Над спящими ещё кружились сны, 
Пугая и маня то сладостно, то грозно.

А круглый мир, с орбиты соскочив, 
Пресытившись исхоженной дорогой, 
Помчался прочь без видимых причин 
В холодный мрак.. 
Но может быть и
к Богу?
17.10.97 г.

В НОВЫЙ ГОД
И снова Новый год. Невидимый рубеж, 
И, как заведено, бездумное веселье.
И беспричинная задумчивость.
От хмеля? 

Усталость и игра, порадуй и утешь.
Пустые сожаленья не впервой 
Печалят сердце. Только мало проку 
От этого. Хоть бейся головой, 
А всё идёт к положенному сроку.

И хода времени, увы! не изменить.
В дни радости теченья не замедлить,
Не оборвать дня горестного нить
И нет, не растянуть свой день последний!

Неведенье, спасибо, что ты есть.
Ведь ожиданье смерти - хуже смерти!
Давайте выпьем мы за то, что все мы есть!
И пусть не мутят Новый год нам черти!!!
1997 г.

НА БЕРЕГУ СТИКСА
Харон! Стреми свою ладью!
Я жить устал. Я жизнь измерил.
Всё оставляю, отдаю.
Ещё минуту постою
Я у своей последней двери
И медленно взойду на берег.
- Харон! Стреми свою ладью!

ЕЩЕ СИЯЕТ, НО УЖЕ СГОРЕЛА!
Сгорела, отсияв, звезда, 
Перечеркнув полнебосвода. 
И только в памяти народов 
Она пребудет навсегда, 
Цивилизации, которой 
Увы! нет даже и следа!

Б. Ж-ВУ И Д. П-НУ.
Хороню друзей - пришла пора. 
Падают столпы когорты нашей. 
Я, предав земле любимый прах, 
Осушаю горестную чашу.

Им, ушедшим, в руку я кладу 
Часть себя, цветы, любовь и память, 
Час придёт, и я вослед уйду 
И соединюсь опять с друзьями...
ЗАСУХА
Дождик! Дождик! Где же ты? 
Вянут травы и цветы, 
И деревья тоже сохнут.
Вот дождёшься - все подохнут! 

Небо было голубым, 
Стало пепельно седым.
Ветер сонный вдруг повеял 
Как из печки. Суховеем...
Июнь 1998 г.
* * * 
На автомате выдох,
На автомате - вдох
И сердце работает, словно помпа,
Пока я живу,
Пока не сдох,
Всё славно так тикает
от носа до попы.
22.11.98 г.

НОВЫЙ ГОД
Парнокопытный год обещает
Быть мясомолочным с жарким и борщами.
И значит нас ждет
Просто сказочный Новый год -
Му - очень сытный,
Му - без забот!

* * *
И как бы я ни торопилась,
И как бы ни крутилась я,
На всём, что с нами - Божья милость.
И что, увы! не совершилось -
Скорей издержки бытия:

Здесь шумной молодости ветер
И зрелости пустые дни,
И лени буйные соцветья,
И суеты стальные сети,
И всё, за что теперь в ответе
И что теперь не изменить.
05.98 г.

ПЕРВОЕ ИЮНЯ
Волшебный день - день 1-го июня! 
Счастливей не было и нет такого дня: 
В четыре сорок пять родился мой АДЮНЯ! 
И жизнь вдруг стала новой у меня!

Такою радостной, безудержно счастливой, 
Как чаша полная чудесного вина! 
Я встала взрослой. Матерью. Вот диво! 
Какое таинство! Какая новизна!

И сколько нежности и трепетной тревоги. 
И сколько поглощающей любви! 
Какая ждёт судьба? Какие ждут дороги? 
Господь тебя, дитя, благослови!

С тех пор живу, дышу, сынок, тобою 
И преданно гляжу в глаза твои, 
Готова выполнить желание любое, 
Лишь только захоти и позови!

Тебе, родной, несу я пожеланья
Жить, радуясь, любя и веря в свет.
Чтоб воплотились лучшие мечтанья,
И каждый твой вопрос нашёл ответ.

Будь счастлив, будь здоров и бодр душою,
Не знай усталости ни в чём и никогда.
И пусть придёт к тебе оно большое
Такое счастие на долгие года!
31.05.99 г.
МАЙСКИЙ СНЕГ
В начале мая схолодало, 
Да так, что до нуля упала 
Ещё вчерашняя жара!
И снег, и град, и что попало!
И стужа с самого утра! 

И ветер листья рвёт нещадно. 
А тучи! Плит цементных строй. 
Ползут под грузом снего-градным
Тысячетонною горой!

На нежные цветы черёмух, 
На яблонь подвенечный цвет 
Обрушился вдруг снежный ворох -
Зимы вернувшейся привет.

Прогнать старуху по этапу 
Никто покуда не посмел. 
Какой на полюсе растяпа 
За бабкою не доглядел?!
03.05.99 г.

ЗАМОСКВОРЕЧИЕ
Скромное моё Замоскворечие, 
Маленькая Родина моя! 
Цепкой памятью задержана, отмечена, 
В сердце лучшие мгновения храня.

Островок великого Островского. 
Толчея церквей, особняков. 
Липы. Вязы. Тополя неброские. 
Вас припорошила пыль веков.

Трепетно люблю тебя, восторженно, 
Но не то - чужое, не моё, 
Новшеством иль вовсе искорёженное, 
Или грубыми руками омоложенное 
Старенькое личико твоё.

По названьям улиц всю историю 
Без труда могу перелистать. 
Оттого-то с перестройкой в ссоре я 
Кто их звал коверкать и ломать?!

КАСИМОВСКИЙ НИЩИЙ НИКОЛАЙ
Над рекою, над Окою 
В деревянной развалюхе 
В позабытости-покое, 
С нищетою со старухой 
Доживает дядька Коля,

Хоть зовёт себя он Колькой.
Вечный холод.
Вечный голод.
Вечный мрак на оба глаза.
И одет лишь только-только,
Чтобы не замёрзнуть сразу.

Сядет, крошечный, в сторонке. 
С головы для подаяний 
Шапку стянет лапкой тонкой 
И поёт с большим стараньем 
Присно Деве величанье.

Все проходят мимо. Мимо.
Не накормят, не согреют,
Не помоют в баньке спину
И щетину не побреют.

Даже мелкою монетой 
Не откупятся от горя!
Нету в людях сердца. Нету!
Вот такая вот история.

Мать, небось его любила, 
Целовала ножки-ручки, 
Называла самым милым 
И желала что есть силы, 
Чтоб жилось сынку получше!

Если б знать, да если б ведать 
Наперёд, что там случится! 
Отвести руками беды, 
Со слезами помолиться!

Не дано. Смиримся с этим. 
Но верны заветам Бога, 
Вспомним, что и мы в ответе 
За сирот и за убогих!

Милосердием наполним
Предрождественские будни.
О себе напомним Богу
И о братьях не забудем.

Господи! Пусть ночью этой 
Рождества все будут сыты, 
С радостью, теплом и светом, 
Добрым словом не забыты!

Пусть и Кольку пожалеют. 
В эту ночь пусть будет с кем-то, 
Кто накормит и согреет, 
Пустит в дом добро и лето...
24.12.99 г.
НАЧАЛО ОСЕНИ В КАСИМОВЕ
В гривах тополей и локонах берёзок 
Солнышко запуталось лучами, 
Листья вызолотив, как монеток бронзу, 
Щедро сыплет их не считано, горстями.

Солнышко! Постой, не уходи! 
Летом, каемся, мы от жары устали. 
А теперь, как осень впереди, 
Присмирели в грусти и печали.

По ветру листочки лёгкой стайкой, 
Как воробушки поспешливо бегут, 
А за ними чёрный кот, играя, 
Лапкой ловит их с азартом там и тут!
99 г.

МОРОЗ
Две звезды над Божьим храмом, 
Словно ангельские взоры! 
А вон там, над вязом прямо -
Полумесяц над забором.

Небо чисто, безмятежно, 
Безразлично и далёко. 
Проморожен воздух свежий
Звучно,
зримо. 
и жестоко.
1999 г.
ТИШЕ! ТИШЕ...
В далёком том тридцать седьмом,
Когда ссылали и казнили,
На поколении моём,
По счастью счёты не сводили. 

Мы возрастали под крылом 
У тех, кто предпочёл молчанье
Любым словам. Они потом
И нас к молчанью приучали. 

И двойственная наша жизнь
Казалась нам вполне обычной, 
А незашоренная наша мысль, 
Та, что была не больше спички
 
В кромешной тьме, казалась нам 
Почти что смертным приговором! 
И разве наша в том вина, 
Что одурманенные вздором, 

В густом тумане злых химер, 
Оглохшие от барабанов, 
Рукою властною в вольер 
Заброшенные, как бараны, 

Мы только, чтобы просто жить, 
К себе не привлекая взглядов, 
Не в силах что-то изменить. 
Молчали. Жизнь была наградой.

А рядом клокотал поток 
Вождей, знамён и гегемона... 
Всё оглушающий поток, 
Всё подавляющий поток. 
Своею силой упоённый!

Так правил нами сатана:
Тот, что за каменным забором -
"Родной" усатый сатана, 
А тот, картавый, под забором -
Тот гениальный сатана!
00 г.

ЗИМА
В ночь одну зима свалилась,
Забелела, задымилась
И морозом обожгла.
- Что?! Не ждали? Я пришла!

Хорошо в такую пору 
Заиметь сухую нору, 
Где и сытно и тепло, 
И уютно, и светло.

И ещё - не одиноко. 
То-то славно зимовать! 
Никакой мороз жестокий 
Не сумеет запугать!

А прогулки! А катанья 
По искристому сиянью 
Снеговых пуховиков?!
Всем веселия достанет -
От юнцов до стариков!

А потом и к самовару 
Всей компанией подсесть... 
То-то славно будет здесь
После баньки! С лёгким паром!

Печка не дымит, а греет. 
Пламень угли ворошит, 
На щеках румянцем рдеет, 
Снами явь запорошит...

Сердце русское скучает 
По морозам и снегам. 
Если дождь бежит ручьями 
По рукам и по ногам, 
Головная боль с печалью
Гонит к дальним берегам.

Ноябрь 2000 г.

ОСЕНЬ В КАСИМОВЕ
Свинцовые тучи. 
Прозрачные кроны.
И ветер, как дворник метёт 
Опавшие листья старательно, словно 
Кого-то он к вечеру ждёт.

Лишь сосны да ели 
В зелёных шубеях 
Весёлый ведут хоровод:
" - Подумаешь ветер, подумаешь веет! 
Подумаешь холод идёт!"

НА ОКЕ 
1.
Ока, как зеркало, тиха и безмятежна, 
В лучах закатных тишину храня, 
Покорно отражает куст прибрежный, 
Тот берег, белый катер и меня...

2.
Деловито гудят пароходы. 
Тихо медленно баржи текут. 
И, взбивая речную воду 
В пену, лодки, как блохи, снуют.

Заберутся под мост и притихнут. 
В них сгорбатятся рыбаки, 
Замерев, будут тихо-тихо 
Рыбку к рыбке таскать из реки.

Их ничем не смутить, не встревожить: 
Ни дождём, ни ночною мглой. 
Разве только к крючку осторожно 
Прицепить жбан с горючей водой...
Авг. 2000 г.

КОНЕЦ ПОЛЕВОГО СЕЗОНА (КАМЧАТКА)
Над взлётной полосой такой
пустынно голой
В горниле солнца вечер догорал.
И вдруг над всем не песней, не футболом-
Эфир Шопеном мощно зазвучал!

Сердца голодные ловили эти звуки, 
И влагой наполнялися глаза. 
Привычно рюкзаки грузили руки, 
И был безмолвен благодарный "зал"...

МОЙ АНГЕЛ
Ко мне вернулся Ангел мой, 
Вернулся Ангел мой хранитель,
Как будто бы к себе домой 
В мою греховную обитель.

И видя слез горячих ток 
И слыша сердца покаянье, 
Он холит слабенький росток 
Иного - Божьего созданья.

Заплаканы его глаза, 
И горестно их выраженье. 
Ах, если б мог, он мне сказал, 
Как ждал он этого мгновенья!

Как он страдал от всех моих 
Падений, взлётов, заблуждений, 
Жестокости и наваждений, 
Как он печалился от них! 

Но видя скромные труды, 
Раскаянье и покаянье, 
Он сети отведёт беды 
Тщеславных и пустых мечтаний.

И вновь раскроет надо мной 
Свои невидимые крылья 
И будет в стужу, будет в зной 
Благие направлять усилья..

РОЖДЕСТВО
Святая ночь. Возрадуйся, Земля!
И сердце каждое весельем воспари!
Прислушайтесь. То пеньем веселя,
Кружатся Ангелы до утренней зари.

Бог невместимый, Присносущный Бог, 
Который всюду и всегда-всегда, 
Младенцем хрупким, крошкою возлёг
В овечьи ясли.
А над ним Звезда

Звала на поклоненье пастухов, 
Несущих стражу возле сонных стад, 
И мудрых из далёких стран волхвов 
И всех, кто чуда ждал и Рождеству 
был рад!

Колена сердца преклонив, стою 
Пред образом чудесным Отроча 
И слёзы сладкие не прячу, не таю, 
Сама тихонько тая, как свеча 

Как я хочу, чтоб в эту ночь у всех 
Был кров и хлеб, и красное вино, 
В сердцах любви и доброты посев, 
И БОГ один, и счастие одно!
Январь 2001 г.

В ПОЛИКЛИНИКЕ
Старый, немощный, недужный,
Никому уже не нужный,
 Без детей и без жены,
Достояние страны.

Инвалид. Герой всех воин, 
Чем-то где-то удостоин
В прошлом веке, в той стране,
Что теперь лежит на дне!

Ой, зажился ты, дедуля!
Получай-ка с маком дулю!
Развалился твой Союз!
Вот такой, прости, конфуз.

Деньги есть? Тогда подлечим:
Перевяжем. Вставим свечи.
На анализ всё возьмём.
И узнаем, где твой дом,
И кому тобой завещен.
Есть награды или вещи,
И наследники иль нет...
И на тот спровадим свет.

На развалинах Союза
Ты, герой, теперь обуза.
Пошевеливай давай!
Не отсвечивай! Гуд бай!
09.01 г.

КУХАРКА - ПОЭТЕССА
В переднике пишу свои стихи,
Чуть руки обтерев от грязи.
А хороши они, плохи.
Или, простите, просто безобразие -

Не мне судить. Мне просто недосуг.
Мне б мысль одну из многих
Поймать и на бумагу вдруг,
Как бабочку приткнуть булавкой строгой!

И поделом! Пусть не мешают мне
Котлеты жарить и
картошку чистить!
Ведь пересол, известно, на спине!
И не отбрешешься
конгениальной мыслью!
2002 г.

В АМЕРИКУ!!
На том континенте не ждите, не ждите
Каких-то счастливых желанных событий!
Что Вам из шальных побуждений
Подарят работу, и крышу, и денег.

Вот так! Ты приехал, и все тебе рады!
Они так заелись, что им лишь и надо,
Чтоб кто-то свалился к ним бедный убогий,
Чтоб было кого осчастливить немного.
07.02 г.
ПАТЛАТЫМ... ДЕВУШКАМ
Подберите! Подколите 
Ваши длинные власы! 
И в метро не щекотите 
Неповинные носы!
2003 г.
* * *
Где переулок мой Казачий? 
Названье есть, да сути нет. 
Мой дом без арки так невзрачен! 
И нас здесь нет, и арки нет.

Стою напротив, размышляя, 
Как внутрь былого заглянуть? 
Но цитадель молчит немая 
И преграждает пришлым путь.

Второй этаж. Здесь до ареста 
Жила семья моих родных. 
Но по доносу, как известно, 
На Колыме сгноили их...

Напротив был вишнёвый садик. 
Он дружно цвёл, плодоносил 
И детвору в своей ограде 
Подкармливал по мере сил.

А на Щетининском, где скромно 
Музей Тропинина стоит, 
(Мы Петуховкой звали, словно 
Он был той птицей знаменит)

Была булыжной мостовая, 
Между камней росла трава, 
Паслён, сурепка, муровая -
И это всё была Москва!

Ещё деталь того пейзажа: 
Чугунных тумб литой металл 
Для коновязи!
Вязами засажен 
И липами был весь квартал...

Не ведая про витамины, 
Мы объедались той травой 
Без риска под шальной машиной 
Окончить век голодный свой...

Подвалы звали погребами. 
Когда-то раньше, при царе 
В них много что приберегали 
(Вдруг гость нежданный на дворе?!):

Гуся, окорочок, ветчинку... 
Наливок и солений строй, 
Чтоб не бежать по магазинам 
За водочкой или икрой!

Всё революция смешала, 
Всех уплотнили, обобрав. 
В подвалах неуютно стало: 
Тьма. Сырость. Крысы. Тишина...

Бомбоубежищами стали 
В войну нам эти погреба. 
Мы в них, как цуцики, дрожали, 
Надеясь, что пройдёт беда...

Всё вынесли. Всё пережили:
Аресты, голод и войну... 
И крепко Родину любили, 
Свой дом, свой город и страну..
2003 г.

МОЛОГА
Молога. Молога, Молога. Как песня..
Как тихая речка в  цветущих предместьях
Душистою летней порой  в многоцветье,
Зимою - в снегах ручейка незаметней.

Здесь русские люди родились и жили,
Женились, любили, про всё говорили,
Растили детей. Крепко помнили Бога.
И вечной казалась им эта дорога.

По праздникам звон колокольный струился
Во след облакам, к тем, кто ждал и молился.
И словно Добрыня, Илья и Алёша
Стояла, обнявшись, дубовая роща.

Здесь видели всё: и татар, и монголов.
И кровь, и пожар. И голодных, и голых.
Но фениксом  снова вставала Молога
И тихо жила на ладони у Бога.

Но были все прежние беды-страданья,
Однако, не самым большим испытаньем.
Нагрянули полчища русских безбожников,
Повадкой разбойников и острожников!
Глаза им, как дымом, безумье застлало,
И всё-то награбленного было им мало!

Одних убивая, других завлекая,
Безумные полчища лезли, алкая
Чужого добра, свежей крови и славы,
Кумиров творя и чумную державу.
И не было большей потехи-забавы
Чем рушить кресты, учиняя расправу
В монастырях и церковных подворьях
От Белого моря до Чёрного моря!
В угоду антихриста дьявольской силе
Серпом распахали всю землю России
И русскою кровью обильно полили.
И даже царя расстрелять не забыли.
И, вызов бросая Создателю злобный,
Водою решили казнить попробовать!
Под благовидным-похвальным предлогом:
Водохранилищем сделать Мологу...

Покорно раскинулось пресное море
Кому-то на радость, кому-то на горе.
Лишь, рушась, торчат из воды колокольни,
Взывая к убийцам: "Довольно. Довольно!"
И только в пасхальную ночь под водою
Идут крестным ходом, идут чередою
Все те, кто не предал ни веры, ни Бога
И в час испытаний не бросил Мологу...

Молога. Молога. Молога. Молога...

Ты знаешь, ничто не забыто у Бога!
Пусть плещутся волны, как звон погребальный.
Ты снова поднимешься ночью пасхальной.
И травы качнутся по  долам и весям,
Шепча и ликуя: "Христос воскресе!"
2003-04 г.г.

С КАРАНДАШИКОМ ПО МОСКВЕ.
Теперь всё реже выдаётся 
Бродить по милой мне Москве 
Без цели, спутника и лоций, 
С клубком раздумий в голове.

Вот мысль пока ещё витает. 
Нет чёткой формы, остроты. 
Родившись, мучает, терзает, 
Колышется, как призрак, тает 
И обретает вновь черты...

Вот образ чётко и кристально 
Взмыл вдохновенно в облака! 
И карандашик мой дневальный 
Рад послужить мне, жив пока!

Огрызок крохотный, будь вечно 
В моём кармане. Будь готов 
В след гостьи ветреной, беспечной 
В блокнотик нанизать стишков!

Моей Москвы, сказать по правде, 
Не так уж много. Хоть ищу 
Следы былого в этом граде 
В Замоскворечьи и грущу

От вида аккуратных, чистых 
Припудренных особняков, 
Как строй лакеев, ждущих свиста 
Нетерпеливых чудаков -

- Хозяев новых, кто по праву 
Сильнейшего готов творить 
Всё, что взбредёт. И для забавы 
Шальными деньгами сорить!

Где палисадники, газоны, 
Кусты сирени, бузины. 
Цветы, согласные сезонам, 
И лавочки без новизны?

Как славно ввечеру бывало
По отдыхающей Москве
Неспешно публика гуляла,
Шла на концерт, в Большой и Малый
Припасть к культуре, как к бокалу,
И посмотреть на высший свет.

Москва, теперь ты - европейка. 
Есть беднота и буржуин. 
И надо всем царит копейка, 
Вернее доллар, он один...
Лето 2003 г.

П И С Ь М А
Когда-то популярный
Был стиль эпистолярный.
Теперь почти изжитый,
Забавный и забытый,
Собою заполняет последние тома.
Французским не владеем,
Английским не "гуд-деем"
И "шпрехать" не умеем.
Прочесть их не сумеем.
(Нам ближе диа-мат...)
Но есть и переводы
Для тёмного народа.
Прочтёшь и удивишься открытью своему,
Что жили и любили,
И детушек растили,
Но и высоким стилем
Писали! И кому...

Эпистолы. Посланья!
Краса рукописанья!
Историков отрада в добыче степеней.
Для тех, кто не ленится
И в прошлом копошится -
Дорога - нет верней!

Мы прагматичны стали.
И в общем обокрали
В большом себя самих.
"Не вяжем к бане веники."
А время - это деньги!
Пусть пишут неврастеники
Да и читают их!
2003 г.
СЫНУЛЕ
Я тебе, любимый мой, 
Подарила б шар земной! 
(Только за фигом он нужен -
Старый, лысый и больной?!)

Подарила бы луну 
И звезду да не одну! 
(Только что с них поимеешь 
В наше время, не смекну.)

Подарила бы Байкал. 
И глубок он и не мал! 
Баргузинский заповедник...
 (Что б ты с ними делать стал?)

Подарила б на югах
Чудо-остров весь в цветах!
Яхту, доброе бунгало,
В банке счёт... в любых рублях!

Подарила б перстенёк: 
Лишь оденешь - в тот же срок 
Всё исполнится как надо, 
Хоть желанье, хоть намёк!

Самобранка - скатерть тож 
Вещь полезная: икнёшь -
Тотчас всё перед тобою 
Хочешь ешь, а хочешь пьёшь!

Ладно. Кончим этот бред. 
Ни хрена у мамы нет. 
Есть лишь жгучее желанье 
Подарить тебе весь свет!

Чтоб ты был всегда счастливым, 
И здоровым, и красивым!
И твой Ангел был с тобой
В ситуации любой!
1.06.2003 г.

Посвящается 
И.И. Петрожицкому
ЭТО - МЫ
Ждут человечество иные времена, 
Века открытий разошлись по книгам, 
Земля исхожена во все концы сполна. 
При наших аппетитах - это мигом!

Хоть что-нибудь забыли бы открыть!
Хоть что-нибудь намеренно забыли!
И подумерили б свой жар, и пыл, и прыть
Чтоб не подрезать нашим детям крыльев. 

Чего в нас больше? Яростной алчбы? 
Иль любопытства, близкого к чесотке? 
Тоски по трудностям, и синякам Судьбы? 
Желанья сбить романтики охотку?

Быть не похожими на всех,
кто был до нас,
И удивлять других и удивляться? 
Спешить, покуда пламень не угас. 
Быть сверх-людьми (хотя бы попытаться)! 

Нам повезло. Последние в пути: 
Мы продирались к вечным идеалам, 
Не позволяли деньгам нас вести. 
Душа звала! Любила! И алкала!

Последние романтики! Нет - нет! 
Я не желаю вам кефирного уюта! 
Пусть с рюкзаком застанет вас рассвет, 
И ветер странствий будет вам попутный!
2.
А если со здоровьем не тово: 
Тут-там свербит и даже спать мешает, 
Не забывай, что помнит и зовёт 
Тебя тот край, что с картой ты обшарил!

Достань фото-альбом и созови друзей. 
И молодости оживи мгновенья. 
И по бокалам хмель до капельки разлей 
За тех, кто в поле нас с тобой заменит!

И не ропщи. Прошёл наш славный срок -
Двух жизней никому не выпадало. 
Конечно, жаль не хоженых дорог,
И поля нам, хоть захлебнись, всё мало!

Но кто ж ещё так много повидал?!
Изъездил, исходил и облетал?
И это наш нетленный капитал,
Как наши дети.
Бог нам много дал...
Май 03 г.

НОЯБРЬ? ПРЕКРАСНО!
Люблю ноябрьские дожди, 
Неторопливые, прохладные. 
Тепла и солнышка не жди, 
Но и теперь есть дни отрадные.

Вожди почили, и ноябрь 
Стал просто месяцем у осени.
Зима снег копит на декабрь 
И неба радостные просини.

И что? Мы первый год живём? 
Что так печалимся от сырости? 
Придём, обсохнем и потом 
Согреемся по Божьей милости!

И сколько нам ноябрь припас 
Концертных залов, дней рождения, 
В струях дождя улыбку глаз, 
А к ночи - сладость вдохновения...

Всё - слава Богу! Мы живём. 
Землетрясенья, наводнения 
И извержения не ждём -
Платформенное население!

Артезианский наш бассейн 
Покуда поит вкусной влагою!
И, осенённый мыслью сей,
Я вновь дружу с пером-бумагою.

А как хорош ноябрь пока 
Ты допоздна в аудитории
Грызёшь от одного куска 
Гранит наук, гранит теории!

Вдруг в самый-самый трудный миг, 
Казалось бы совсем не вовремя 
Тебя Амур стрелой сразит 
И ввергнет в новую историю!

Ну, что ж? Ноябрь не так уж плох.
С влюблённостью - оно тем более. 
День короток. Дыряв сапог. 
И дождь, и снег, и лужи с солию...

Воспоминанья юных дней 
Живят ноябрь былою радостью. 
И нет уныния во мне 
Завистливой брюзжащей старости.

Пусть жизнь течёт. 
Пусть жизнь звучит 
В консерваторском зале праздником! 
И нет теперь больших причин 
Считать ноябрь... большим проказником.
27.11.03 г.

КОРОТКИЕ ДНИ НОЯБРЯ
Что-то сумерки, смотрю я 
Обворовывают день: 
По минуточкам воруют, 
Аккуратно пряча в тень.

День шагреневою кожей
Всё короче и темней.
Говорят, что так положено, 
Так задумано, верней.

Может быть. Однако следует 
Что-то всё же поменять. 
Только что и как - не ведомо -
Ночь обстричь, прибавить дня!
Ноябрь 03 г.

МАГНИТНЫЕ БУРИ
По утрам уже трещит 
Буйная головушка!
Говорят, виной магнит
Там, на нашем солнышке.

Ой, мозги мои кипят, 
Пузырятся, булькают! 
Словно ржавые скрипят, 
Молотками стукают!

Астрофизики в трубу 
Смотрят, удивляются: 
Солнце, плюнув на табу,
В небе кувыркается!

Поменяет полюса, 
Оглядит галактику 
И взойдёт на небеса. 
Слава математике!

Ну, а что там с головой 
Или же с давлением -
Это шарик наш Земной 
Кружит население!

Жёлтый Карлик! Прекрати! 
Мы ж - одной Галактики! 
В соответствии кати 
С теорией и практикой!
Ноябрь 03 г.

БЫЛО ВРЕМЯ!...
Я любила красные знамёна 
С чёрным бантом, траурной каймой. 
И на этих пышных похоронах 
Оловянных генералов зыбкий строй,

Демонстрирующих многие награды 
На подушечках неведомо за что. 
А в конце ядрёные парады 
Несгибаемых в шинелях и пальто.

Бог вам в помощь! Всех тащите татей 
В кринках, вазах, урнах, коробах: 
Под стеной и в стенке места хватит 
Всем антихристам, отмеченных в веках!

Был ещё один весьма приятный 
В этом лицемерном торжестве 
Маленький штришок - концерт бесплатный 
Музыки классической по всем

Станциям! Ни планов! Ни победных 
Коммунизма рапортов, речей...
Просто так живи себе безбедно, 
Слушай музыку пять дней и пять ночей!

Ничего! И это пережили. 
Русь всегда вся в смуте и борьбе. 
Терпеливый наш народ двужильный 
Уж чего ни вынес на себе!

Как ребёнок, буен и доверчив, 
И чужой игрушке жутко рад. 
Во хмелю подобен злому смерчу, 
Протрезвев, раскаяньем богат.

Ох, страна моя! Такая-растакая! 
И такой же растакой народ! 
Только если бы она была другая... 
Господи! Останови перо!

Безалаберная, умная, богатая, 
Всем на удивление живёт. 
Дарит мир мозгами и талантами, 
Нобелевскими лауреатами 
И сожрать себя, хоть тресни!
Не даёт!
04-05.03 г.

В ПОЛИКЛИНИКЕ
Ветром шею мне продуло.
Ох, и больно! По-куриному свернуло. 
Факт - прикольно!

Я пошла к врачам лечиться. 
- Помогите. 
Вы мне личность на место верните!

Отвечают мне, хотите мол много. 
Вам по всем кабинетам дорога. 
Сдайте это и то не забудьте.
Да не стойте, как Иван, на распутье! 
Флюорографию и рентген навестите,
Гинеколога не
упустите.
Есть ещё у нас сексопатолог. 
И хирург, и дантист, и проктолог... 
А потом, если сил достанет, 
Приползайте. Лечить вас станем.
03 г.

ВЫБОРЫ В ДУМУ
Что за радость! Что за день! 
На окне... засох женьшень.
Город флагами цветёт: 
Выбирать пошёл народ.

Перед этим три недели
Кандидаты все бухтели,
Что они умнее всех!
Их не выбрать - просто... грех!
03.12.2003 г.
МОСКВА В ИНЕЕ
Смотрю в окошко и не верю я!
Что это - сказка или быль?
В брильянтах инея феерия.
Сверкающий туман и пыль!

Деревья в вологодских кружевах 
(Брабант от зависти умрёт!), 
Придуманных российской стужею 
Под ёлку деткам в Новый год.
2-3 декабря 2003 г.
* * *
Я дожила до старости, 
Где-то местами - до опыта. 
Дань приношу отсталости 
В технике новой. Без ропота.

Я обросла привычками.
Отшлифовала воззрения.
Идейными брезгую стычками.
И не грешу самомнением. 

Правды ищу, справедливости 
Всем и без исключения. 
Не для боёв и бодливости, 
А для умиротворения.

Нет, мне не нужно денег.
И не хочу я власти.
Этим грехам я не пленник,
Эти минули страсти. 

Я дожила до старости. 
Даже ума добыла. 
Жаль,  многопудье  усталости 
Вместе с умом прибыло!

Жаловаться на здоровие 
Старости так привычно. 
Старому по условию 
Здоровым быть неприлично!

Нового времени страсти
Плоть на рога подняли,
Прежнюю жизнь на части
В клочья всю разодрали!

Кто-то за бортом плещется, 
Кто-то скользит на гребне. 
Может мне это мерещится: 
Долго раздумывать вредно!

Нет, не хочу я Фаустом
Снова омолодиться.
Так вот- здрасьте, пожалуйста,
Снова засуетиться!

Всё хорошо, что вовремя. 
Всё мне в жизни досталось: 
С радостями и горями, 
С глупостями знавалась. 
Много я Жизни проспорила, 
Выиграла самую малость.

Теперь я уже не нолик,
Теперь я почти единица.
Возрадоваться мне что ли?
Или мне прослезиться?! 

Как говорят евреи: 
Свои в голове тараканы! 
На мачте ничто не реет: 
На берег сошли капитаны...

Хочу очень мало и много:
Чтоб Жизнь на Земле не кончалась.
Чтоб внукам книжка убогая
Стишков, как завет, досталась! 

Хочу добром напоследок 
Воздать всем и вся на свете. 
Хочу, чтоб помнили предков 
Наши счастливые дети!

Вся голова - в серебре волос
А мудрости так и нету.
Поэтому в библии на всякий вопрос
Мудрых ищу ответов...
 Янв. 2004 г.

ТЕОРИЯ ОТНОСИТЕЛЬНОСТИ
Всё в нашем мире относительно всегда. 
Ещё Эзоп отметил эту странность: 
Язык - то благо, то погибель, то еда,
Смотря, что предпочтёт желаний много?гранность.

Вот дерево. Как сладко в летний зной 
В его тени парить меж сном и явью.
Оно пернатым всех калибров дом родной: 
Оно и сук с петлёй, завязанной лукавым...

Холодной ночью - это костерок. 
И "поцелуй" энцефалитной твари... 
Оно терпения преподаёт урок. 
И лиходею-батюшке укрытие подарит...

Всё относительно. И солнце. И вода. 
И свет учения. И значимость открытий. 
Подумать надо: стоит ли труда 
Участвовать в бореньях и событиях?!

Всего на пол-столетия вперёд 
Взглянуть и взвесить всё: и за, и против, 
И ... содрогнуться! Чёрт их разберёт. 
Что там бурлит в людском водовороте!

Не забывайте, люди, как Энштейн 
Язык вам показал, ни мало не смущаясь. 
Что Мона-Лиза?! В вихре перемен 
Он понял всё, без грусти.
Насмехаясь!
Дек.2003 - янв. 2004 г.

ВЕСЁЛЕНЬКОЕ
Прилетела тарелка летающая. 
Прибежала собака лающая. 
Я притихла непонимающая, 
Что же будет, Беня, теперь?

Может выползут гуманоиды? 
Может кинут в меня ... астероидом! 
Может я им со страху ногою дам? 
Тихо! Чу! Расползается дверь...

И из темени, как из засады,
Из-под крышки "кастрюльки", с фасаду,
На меня немигающим взглядом.
Вдруг упёрлись три глаза... с яйцо! 

Я оправила кофту и юбку, 
Мол не больно-то в своей ступке! 
Кудри взбила, подкрасила губки. - 
Ну! Покажь-ка своё лицо!

И оттуда такое поплыло!
Я терпела что было силы!

Рот засох. Ножки стали мои, как вата.
Страх - он верно - одно беспокойство,
Но ещё он имеет свойство:
Нас подталкивать на геройство!
Все равны перед ним, проклятым.

Я щипнула себя и оправилась.
Ну, уж раз я тебе понравилась,
Так что чуть совсем не преставилась,
Я тебе щас за всё воздам!

Всё, что есть под рукой тяжёлого, 
В чём побольше свинца и олова, 
Только вот отыщу твою голову! 
Будешь знать, как летать сюда!

Нет с тех пор посуды летающей. 
Только мы здесь с подругой лающей. 
Космос смотрит на нас немигающий 
С звёздной россыпью и пыльцой.

Не нужна нам цивилизация,
Если нет в ней привычной грации.
Пусть летят себе ... по инстанции!
С тусклым взглядом глазищ ...
с яйцо!
Март 2004 г.
ВПЕРЁД!
Замолю свои грехи.
Причешу свои стихи.
И тогда поутру рано,
Только грянут петухи,
Кину за плечи котомку
И не слышно, и не громко
Тихо выйду и уйду
На рассветную звезду!

Писанина, споры, ссоры,
Бабы, драки и моторы
И попойки-перепойки...
Всё как мусор на помойке!

Всё забуду, всё смету.
Уподоблюся листу
Белочистому! немому!
Жизнь другую поведу:
Непосильную Толстому
Иль ещё кому другому...
Вдоль да миру пойду!
Может Истину найду?!
2002 г.

СКВОРЦЫ  ПРИЛЕТЕЛИ!
Словно бабы у плетня
По большому делу
Городского воронья
Стая налетела!
Это дальняя родня
С юга прилетела:
Сановитые грачи,
Суетливые скворцы.
Им - не хлеба из печи,
Им - не царские дворцы,
Им бы червячков да мошек,
Да скворечников, да крошек.
И тогда без промедления
Настроение весеннее!
Звонкой песнею скворца
Отогреются сердца!
А пока под новым небом
Зацвели ольха и верба.
Ты лишь только не зевай, 
Всё в природе примечай.
И тогда со всей Природой
Скажешь Жизни: "С Новым годом!"
28.03.02 г.
* * *
К стихам теряя благосклонность,
Нередко с прозою дружу.
Но в мир наивную влюблённость
Сменить брюзжаньем не спешу.

И радуясь всему на свете,
Всему, что сотворил Господь,
Я понимаю - я в ответе
За эту землю, воду, плоть...

И зная агрессивность силы,
Теперь со слабостью дружу.
И заглянув не раз в могилы,
Любою жизнью дорожу.

И радуюсь я бесконечно
Началу - юности - весне,
Когда тяжёл мешок заплечный,
А путь далёк, и края нет.
11.03.03 г.

А И С Т Ы
Вот только что в капусту положили
Два аиста бесценный дар любви
И вверх под облака бесшумно взмыли
За новым даром, что в бутончик свит.

И дай-то Бог! Чтоб добрая мамаша
Не вынесла кровавый приговор
Невинной крошке! Матерям не страшно
Своих детей разбрасывать, как сор!

Пусть будет чадо то прелестным долгожданным,
Любимым, не сверх меры, а как раз.

Кружите, аисты! Не забывайте главного
Предназначенья вашего! Давайте, в добрый час!
2003 г.

ОДА ТРУДОЛЮБИЮ, Г.С. ВАРТАНЯНУ
1.
Хвала тебе, упорный труд!
Брат гениев, отец открытий!
Когда б не твой извечный зуд,
Куда б нас завело развитие?

Ты вялый мускул замотал
В бугры и тросы мышц и связок
И с четверенек нас поднял
Для славных подвигов и сказок.

Мартышью толику мозгов
До человечьих приумножил,
Его проблемами богов
И тренируя и тревожа.

По всей земле тебе стоят
На вечно памятников глыбы.
Куда б ни пал наш зоркий взгляд,
Мы всюду  встретить их могли бы!

Многоступенный зиккурат,
Вознесший храмы в атмосферу!
Семирамиды  дивный сад!
Поэмы Данте и Гомера!
Многопудовость пирамид!
Чешуйчатые крыши пагод!
И пиршественных залов вид -
Всего не перечислить за год!!

В унылых кельях, облысев,
Свой труд вершат мужи науки.
Они свершают свой посев,
Чтоб урожай собрали внуки.

И, отказавшись от вина,
Картёжных игр и стадионов,
От женщин, курева и сна,
Корпят, как пчёлки и... ньютоны!

2.
Мой милый доктор Г.М.Н.!
Упорный труженик! трудяга!
Не внявший голосу сирен,
И верный и мечте и флагу!

Изгрызенный тобой гранит
Лежит, как пыльная громада
И победителя хранит
Следы когтей, зубов и... зада!

И в Ленинке нибудь-когда
Отметят кресло красной меткой,
На коем ты сидел тогда,
Когда трудился над заветной!

Мой... углекислый доктор! Ах!
Став безобразною и старой,
Тебя я воспою в стихах,
А может вспомню в мемуарах.

И расскажу потомкам я,
Как повезло мне в жизни видеть
Великих в пору бытия
И в пору сладостных открытий!

Как доктор наш... в трусах с ремнём
(По облику шаман таёжный!)
В огне, в дыму над шашлыком
Священнодействовал тревожно.

Могу тебе пообещать,
Что про медвежью шкуру всё же
Я буду накрепко молчать
(Не так поймут ещё быть может)!

Компрометировать ни-ни!
На мельницу врага - ни капли!
Лишь только солнечные дни!
Непогрешимый путь! Не так ли?

Ты наша гордость. Потому
Желаю орденов и премий!
И уж кому-кому-кому,
А Гешке место в Академии!!


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Е.Рэеллин "Конкордия"(Антиутопия) М.Юрий "Небесный Трон 2"(Уся (Wuxia)) Х.аль-Терна "код:резонанс 3.0. Предел Прочности. Предел Свободы."(Антиутопия) Л.Лэй "Над Синим Небом"(Научная фантастика) Ф.Ильдар "Мемуары одного солдата"(Боевик) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Призыв Нергала"(ЛитРПГ) М.Лафф, "Трактирщица"(Любовное фэнтези) О.Обская "Невыносимая невеста, или Лучшая студентка ректора"(Любовное фэнтези) Д.Сугралинов "Кирка тысячи атрибутов"(ЛитРПГ) А.Светлый "Сфера: герой поневоле"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Институт фавориток" Д.Смекалин "Счастливчик" И.Шевченко "Остров невиновных" С.Бакшеев "Отчаянный шаг"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"