# Хиж: Контактер Петрович

Сергей Ивановский

На конкурс ХиЖ, если возьмут:)

Эх, помню, было время! Пройдусь по помоечке, наберу пустых бутылочек, сдам в ларек и... Благодать-то какая! Бабло руку греет, душа поет, в авоське тройной одеколончик и ацетончик в пузырьках плещутся, а пузырьки эти, родимые, с килькой в томате и друг с другом цокаются. Не жизнь, а малина! Менты нашенские пару раз, да все полюбовно резиновой палкой по башке стукнут, и отпустят сразу, в обезъяник не берут. Воняет от тебя, Петрович, говорят, да и блохи твои аки звери. Ну воняет, ну блохи! Так это же свое родное, - оно и не пахнет, и не кусается. Запах мой, специфический, естественных врагов отпугивает, а с блохами у меня симбиоз! Они, понимаешь, мое жизненное пространство охраняют от врагов естественных, у которых насморк или обоняние нарушено. Вот такое у нас взаимополезное сосуществование.

Вы это, не смотрите, что я такой умный. Я отродясь университетов не заканчивал. Как пошел в начале жизни по бомжовой линии, так и иду себе дальше. Генетика, мать ее! Все мои деды и прадеды бомжами были, а я заветы предков блюду, - бомжую одним словом. Вот только есть у меня одна особенность, как клея понюхаю, так меня на книги тянет. Едрить твою качалку! Читаю запоем, и все подряд, что под руку попадется. Помню в девяностых, когда библиотеки под казино переделывали, сколько книг на свалке было. Видимо-невидимо! А сейчас? Порножурналов полно, а книг толковых, как корова слизала. Не то время сейчас, братцы, не то...

Э-эх! Другие люди, как люди! Клей нюхнут, глаза закроют, слюни сразу потекут. Кайф, одним словом, ловят! А я... Урод генетический какой-то! Бросил я клей-то нюхать, а то знаний много, а сплю от этого плохо. Особенно сон ухудшился, когда я за трое суток библиотеку НИИ Станкостроения осилил. Перегрелся я тогда чуток, сны жуткие про интегралы сниться стали. На фиг мне такие знания! Стал я, как все приличные духовно сформированные личности, горючее во внутрь употреблять. В смысле, все что горит, то и пью. У меня организм в этом плане тоже универсальный, любую гадость на клеточном уровне в чистейший этиловый спирт перерабатывает. Наследственность, едрить корень! Дед мой, тот по гуталину убивался, а маманя, та ваксу любила. Благо много у нас того хозяйства было: химзавод лет двести, как перед самой свалкой дымил, а отходы свои к нам сбрасывал. В одной книге прочел, - мутагенами они зовутся, отходы этакие. От них же, я ведую, наши родовые черты и образовались. Ладно, будет о грустном, а то опять на родину потянуло. На помоечку, да на родимую. Ностальгия, екарный бабай!

Шел я однажды, грустный такой по свалке, бутылки пустые собирал. Печаль на сердце была оттого, что тянуло меня клею нюхнуть, а книг хороших сюда давно не завозили, и читать было нечего. Стопка журнала ''Космополитен'' от 2004 года, полгода назад маманей найденная, как-то не прельщала. В то время меня все больше проблемы антигравитации интересовали. И, как назло, не одной книги по данной теме!

Иду, я значит, весь в печали, про антигравитацию думу думаю. И тут передо мной фигура возникает, в защитный химкостюм одетая, а там, где морда должна была быть, противогаз напялен. Хвать меня под белы ручки, и в контору химзавода. Собрали там, начальнички ученые из Москвы, нашу братию бомжовую, ту, которая в норы свои укрыться не успела, и с каждым беседу проводят, типа чего пьешь, чем закусываешь. Со мной один молодой говорил. Познакомились мы с ним, Альбертом Карловичем его кличут.

- Ну что, Петрович? - спрашивает Карлыч. - Пить будешь? Опохмел, небось, мучает, а?

- Буду, а че не выпить на халяву, - отвечаю.

Наливает в стакан жидкости бесцветной, и мне подает. Я ее как нюхну, и чуть не вырвал. Едрить садиста за ногу! Это же чистая вода! У меня же организм ее на дух не переносит, метаболизм не тот!

- Понял тебя, Петрович! - говорит Карлыч и улыбается мне ехидной улыбочкой. А сам молока в другой стакан наливает.

- Вроде с виду приличный молодой человек, а так над бедным стариком издеваетесь. Опять не натуральный продукт подсовываете! - стал я уже возмущаться.

- Чего же ты выпить желаешь, милый человек, водочки?

- Э-эх! - говорю. - Если хочешь угостить, то лучше я себе сам питье сварганю. Давай, - говорю, - материал. Я счас такой коктейль забацаю!

Взял я у него бутылочки, нюхнул у них горлышки, есть кое-где тема! Налил в стакан в нужных пропорциях спирту этилового, ацетона немного, бензина для мягкости, и совсем чуточек пепси-колы для остроты, лишь бы не подохнуть от избытка колы этой. Бац! Засадил стакан, как миленький, даже не моргнул.

Карлыч на меня как вылупится, слова не молвит. А мне хоть бы что! Нормально мне, одним словом. Потом, как он из оцепенения вышел, так сразу каплю из стакана на предметное стеклышко капнул и в анализатор портативный засунул. Тот ему через пару секунд весь расклад на бумаге: что, да как, и в каком соотношении. Тут уже глаза его вылупленные на лоб высокий, да ученый полезли.

- Хомо сапиенсы, - говорит мне Карлыч, - после приема жидкости данного состава жить не могут, ибо помрут в эксперименте, как мухи-дроздофилы от паров ментола и эвкалипта.

- Может ваши, сапиенсы хомо, и коня двинут от данного божественного напитка, но мы, бомжи городской свалки, что возле деревни Хрюкино, от него только здоровье свое улучшим! - объяснил я ему популярно. - Что позволено Юпитеру, то не позволено быку!

- Эврика! - вскричал архимед хренов. И давай мне чесать про свою программу.

Оказывается, наша цивилизация стоит на пороге удивительных открытий и свершений! Несколько месяцев назад на связь с нами вышел инопланетный космический корабль и сообщил, что скоро посетит нашу Землю с рабочим визитом, для установления контакта. Знают они про нас уже давно, всю землю изучили с помощью наноспутников, языки повыучивали. Раньше мы к контакту готовы не были, а счас типа самое время. Инопланетяне эти, по всем раскладам, неприхотливые создания: дышат кислородом, едят белковую пищу, способны жить на Земле без особых проблем, но вот пьют... Заказали нашим адскую смесь из борбетурат-метана, хлорапэтил-гидрита, и еще там всего до кучи. Закончились у них запасы этой гадости на корабле, просят у землян помощи, а они взамен всяких штуковин интересных дадут, - для пользы человечества.

Пришлось крепко задуматься ученым, когда они сделали эту смесь. Вроде обмен у инопланетян белковый, кислородом дышат, а такую химическую жидкость внутрь употребляют. И давай эксперименты делать: все живое дохнет, если инопланетную бодягу выпьет, акромя тараканов. Неужели насекомые к нам прилетят? Увидят, как мы обращаемся с ихними братьями меньшими, и устроют нам гринпис на всю Землю. На всякий случай сразу фумитоксы и комбаты разные к продаже запретили. Закон вышел быстренько: ''О защите прав насекомых''. Население оповестили, что бы тараканов ни трогали.

Вообщем подготовились, как могли. Но тут Карлович новый расчет делает, и по нему инопланетяне гуманоидами являются. Никаких других вариантов больше нет: либо тараканы, либо гуманоиды. А как проверить? Только через жидкость инопланетную. Нормальный человек такое пить не будет. Токсикоманы тоже нос воротят, только стрелку напоследок дали: типа идите вы ученые далеко-далеко, на помойку деревни Хрюкино, тамошние бомжи и не такое лакают.

- Вот и вся история, Петрович. Выручай, - сказал мне тогда Карлович, - свою планету! Эксперимент нужен, а ты в нем дегустатором будешь. Дело сугубо добровольное, так как ты и помереть можешь на ниве научной. Но если и помрешь, то Героем Земли и на пользу отечества! Это я тебе обещаю. А если выживешь, проси что хочешь!

Посмотрел я на этого малохольного с жалостью: не понимает он, что помирать мне не с чего, - метаболизм-то у меня ядреный! Да и согласился. Люблю я, понимаешь, родину свою, - как большую, так и малую помойку!

Привезли меня в ученый центр, и давай мне сразу санобработку делать. Под душ поставили, дустом продули, хлоркой с ног до головы засыпали. Думали с меня всю грязь смыть, вонь прогнать, блох прирученных изничтожить. Но не тут то было. Грязь и вонючесть, как была плоть от плоти моей, так и осталась. Блохи не сдохли, а только еще сильнее разжирели, и теперь прыгают на кого попало, и на ком попало активно размножаются. Вообщем супротив метаболизма и генетически детерминированного симбиоза не попрешь. Опять задачка для ученых, едрить того кота за ногу!

Голова у них, профессоров, хорошо варит. Нашли они решение: себе на шею ошейники противоблохастые нацепили, в системе вентилирования центра туалетные дезодоранты циркулировать запустили. После чего засели мы за эксперименты к всеобщему удовлетворению.

Стал я пить ихние коктейли. Ничего я вам скажу вещица, вставляет не по хилому. Думали ученые, что я быстро захирею и ласты откину, а мне все в кайф идет! Показатели у меня нормальные, анализы безупречные. Эксперименты прошли на ура! Уникальная дезинтоксикационная способность печени и почек, сказал мне Карлыч. Еще б не уникальная! Если твои предки двести лет живут на помойке около химзавода, то либо у тебя супердезинтоксикационная способность печени и почек, либо ласты по быстрому склеишь.

Тут в наш центр прилетают инопланетяне. Встречу им организовали знатную: постелили красную ковровую дорожку, телекамер понаставили, стол с белковой пищей накрыли, пойло инопланетное по керамическим кувшинам разлили. Рядом со столами бочки с этой жидкостью заготовили, в подарок братьям по разуму. Президентов, кинозвезд понаехала тьма несусветная. Профессора вокруг них гоголем ходят. Встали мы по бокам ковровой дорожки, ждем братьев по разуму.

Подлетает, значит, тарелка. Цвета черный металлик, окна затонированы, из нее музыка так и прет: унц, унц, унц. Дверь открывается, и выходит из нее инопланетянин, - гуманоид натуральный. Все, прям таки, облегчено вздохнули, что не таракан какой-нибудь. А по мне черт он натуральный, а не гуманоид: весь в шерсти; глазки маленькие, красные, поросячие, туда-сюда бегают; вместо носа пятачок свинячий, тоже красный; две руки, две ноги, и хвост голый с кисточкой на конце. Встал инопланетянин возле дорожки и озирается испуганно. Думает, если что не так пойдет, стрекача дать. Да и нашенские стоят молча, на него пялятся, ничего не делают. Вижу, облом грозит всему контакту. Тогда я беру инициативу на себя. Подхожу к столу наливаю в два стакана пойло инопланетное и рукой ему машу: типа иди брат сюда, бухнем. Улыбнулся гуманоид инопланетный, понял таки идею мою. Выпили мы с ним, закусили, и сразу оба почувствовали, что жизнь-то налаживается! Глядя на такое дело, его братаны потихоньку к столам подтянулись, пить - есть начали. Голодные, поди, с дороги-то! Тут уже нашим профессорам раздолье. Окружили они гуманоидов, и давай им свою программу впаривать, те им свою в ответку. Понял я тогда, что контакт налажен, и в стороночку отошел.

Попили гуманоиды, закусили, нашим про свое житье-бытье порассказывали. Потом вынесли из корабля своего разные штуковины мудреные, ученым их отдали. Только, говорят, они не работают. Вы их, говорят, разберите, в схему загляните, - видите ли, человечеству самому понять нужно принцип действия штуковин. Это они для того сделали, что бы у человеческой расы комплекса неполноценности потом не возникло. Хитрые черти, едрить их за ногу!

Утомились с дороги гуманоиды, пошатывать их с легонца в конце банкета стало. Загрузили они наши бочки с пойлом в корабль, ручкой нам махнули и улетели бесшумно восвояси. Вернуться, правда, обещали.

Земляне на радостях от первого контакта банкет продолжили. Карлыч про свою брезгливость забыл, полез ко мне обниматься.

- Петрович, - говорит, - ты же первый контактер! Твое имя войдет в историю! Ура, Петровичу!

- Слышь, Карлыч! Ты че так активно радуешься? Ребята-то эти нашенские...

- Точняк Петрович! Нашенские! Братья по разуму! - чуть ли не кричит мне счастливый Карлыч.

- Да вот я и говорю тебе, что это нашенские-то ребята! Бомжи они натуральные, только инопланетные. Я же своих браточков за версту нутром чувствую! Свои они, свои! Про высокий уровень земной химии узнали, вот и решили на халяву выпить. Кто же за просто так выпить откажется? А вам всякий хлам вместо платы всунули, поди теперь разберись в инопланетном мусоре.

Поскучнел Карлыч, осунулся как-то весь, сигарету в рот сунул и давай дымить.

- А прав ты, Петрович, что-то я эту тему сразу не прочувствовал.

Обнял меня и заплакал.


Вот так я и стал главным ксенопсихологом Земли. Кто кроме меня психологию инопланетных бомжей поймет, не профессорские же умники. Тут они долго гадали, - прилетят инопланетяне обратно или не прилетят. Я им сразу выдал: нечего гадать, прилетят как миленькие. Бухло кончится, опохмел начнется, тут голубчики и явятся. Года через полтора ждите!

Что еще радует, библиотека здесь хорошая, прочел всю за пару месяцев. Проблему гравитации тоже почти решил. Пойду сейчас Карлычу выкладки свои покажу, потом клея вместе нюхнем, и покумекаем на пару.

Хорошо на казенных харчах, но на родину тянет со страшной силой. Вспомню запах родной помойки, слезу так и вышибает. Ностальгия! Едрить твою за ногу!