Жаданова Лана: другие произведения.

The Sacrament is You

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Я очень редко пишу на заказ... Еще реже делаю это в подарок для кого-то... Но здесь не смогла устоять, слишком настойчиво просили... Да и просто приятно сделать что-то хорошее для этого человека...


   бета: место вакантно
   пейринг: ВВ/НЖП
   тип: романс, немного ангста
   жанр: гет
   рейтинг: PG
   размер: миди
   статус: завершен
   дисклеймер: Все мое, кроме героев) Они принадлежат только себе самим. Нижеизложенное - плод бредовой фантазии автора, и персонажи, соответственно, тоже, так что не принимайте все близко на веру. Ибо с реальными людьми, кроме имен, эта история не имеет ничего общего. Ну практически...
   саммари: Редко кто из нас верит в чудеса... Но они все же случаются, потому, что любовь способна и не на такое...
  
   Пролог
   Любовь - искусство, которое познается с течением времени (с)
  
   Наша жизнь слишком быстротечна, слишком коротка для того, чтобы успеть все, что мы задумали... Песочные часы времени с неумолимой беспощадностью отмеряют оставшиеся нам минуты, часы, дни и недели, мгновение за мгновением... А ведь иногда так важно просто остановиться и подумать... Замереть на несколько секунд и проанализировать, куда мы спешим и зачем... Давно миновали те времена, когда кавалеры дрались за дам на дуэлях... Романтика осталась в прошлом, вместе с серенадами под балконом любимой и охапками цветов... Чувства и эмоции сдали свои позиции, уступая место холодности и безразличию... Настоящая любовь канула в Лету, словно нечто бесполезное и ненужное...
   Мы почти забыли, как это - любить... Когда дыхание перехватывает, и сердце колотится, словно сумасшедшее... Когда мир сужается до маленькой точки, сосредоточенной лишь на том, кто вызывает эту предательскую дрожь в коленках... Когда все остальное перестает иметь значение, и кажется таким бессмысленным на фоне любви... Когда ты думаешь о нем шестьдесят одну секунду в минуту... Когда просыпаясь посреди ночи понимаешь, что только что с твоих губ слетело Его имя... Когда от звуков любимого голоса сладко замирает сердце и кажется, что нет ничего важнее, чем просто чувствовать Его присутствие рядом... Когда ты ищешь знакомые черты в мелькающих на встречу лицах... Когда узнаешь Его шаги еще до того, как Он войдет в комнату...
   Об этом, на самом деле, можно говорить бесконечно долго. Любовь многолика и многогранна... Она одновременно все и ничего... Она - мир, Вселенная, хаос и порядок в одном флаконе... Сколько уже сказано о ней... Воспето гениальными поэтами прошлого и настоящего... И, хочется в это верить, что и будущего тоже... Любви посвящают стихи, оды и сонеты, в ее честь слагают песни и поэмы, для нее пишут баллады и романы... Ради нее люди идут на, порой совершенно безумные, поступки... Да, она лишает разума, но лишь единицы в нашем прагматичном мире еще способны любить... Ведь любовь - это, прежде всего, чувства и эмоции... А в нашем мире, напоминающем более масштабную экранизацию фильма "Остаться в живых" или реалити-шоу "Последний герой", побеждает только сильнейший... Тот, кто смог освободиться от слабостей, привязанностей и необходимости чувствовать...
   Любовь - это еще и боль... Не та приятная, способная доставить удовольствие, нет... Это режущая боль, которая разрывает на части не тело, но душу... Она заставляет каждую клеточку буквально корчиться в агонии... Желать смерти, но быть не в состоянии уйти... Любовь - это муки сродни танталовым... А может даже хуже, потому, что мы не знаем, как с ними бороться...
   Нет большей боли, чем причиняют друг другу влюбленные (с)
  
   Прописная истина, не так ли?.. В любви мы способны на такие жестокие поступки, что японские мастера "заплечных дел" просто нервно курят в сторонке... Мы калечим не только себя, но и дорогих нам людей... Тех, без кого наша жизнь не имеет смысла... И с этим так сложно, почти невозможно бороться... Мы не хотим понять, что порой нужно просто отпустить того, кого любишь, чтобы оба были счастливы... И пусть сердце обливается кровью, и хочется кричать раненым зверем, но это единственный выход... Не слушайте тех, кто говорит, что для любви нет никаких преград, на самом деле это не так... Все более прозаично и обыденно... Даже такое светлое чувство не выдерживает социальных пропастей и расовых стен, клановых предрассудков и кастовых противоречий... Любовь гибнет, придавленная тяжелым кованным сапогом реальности...
   Кто-то усмехнется и спросит, а где же вера в лучшее? Да нет ее, совсем не осталось... Была, да вся вышла... И это не сарказм, не скепсис, просто жизненный опыт. То, что мы называем своими ошибками... Таким, как она, остается лишь издали любоваться на объект своих мечтаний... С горечью понимая, что по-детски капризное "Я хочу быть с ним!" наталкивается на железобетонное жизненное "Чудес не бывает, детка!"
   Знаете, я иногда жутко завидую детям... Они еще не утратили своей непосредственности, своей способности верить в сказки... Они еще умеют мечтать... Так чисто и открыто, как уже не можем мы... Они еще верят в чудеса, в то, что мир на самом деле удивителен... Говорят, что наши мысли материальны, и надо быть осторожнее в своих мечтаниях... Но дети не боятся думать о том, чего им хочется... И как бы бредово или невероятно это не звучало, их мечты сбываются... А мы выросли, очерствели и вместо того, чтобы хоть иногда смотреть в небо, постоянно изучаем землю под ногами...
  
   Рожденный ползать летать не сможет... Неспособным любить мечта не поможет...
  
   К чему я все это рассказываю? Просто делюсь опытом, изливая душу... А еще пытаюсь понять, могло ли все сложиться как-то иначе не только в моей жизни, но и у тех, о ком пойдет речь? Или у наших отношений как в фильме "Поворот не туда" была только одна дорога - к краху... Да и было ли это на самом деле отношениями?.. Возможно, просто обыкновенная страсть, притяжение и увлечение своим кумиром и идолом... Которое перегорело так же быстро, как и началось... Да кого я сейчас обманываю?.. Мы любили... И они тоже любили... Страстно, сильно и неистово, и до сих пор любят...
  
   В одном часе любви целая жизнь
   Оноре де Бальзак
  
   "Нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте..." - сказал когда-то давно Шекспир... Я с ним не согласна, ибо история знает не мало таких примеров... Да вот хотя бы Тристан и Изольда, Бонни и Клайд... Можно вспоминать до бесконечности... Мы не задумываемся о том, что ведет нас в тупик чувств... А потом пытаемся лихорадочно найти выход... Пока не понимаем, что выхода-то и нет...
   Эта история, на самом деле, не обо мне... Она о той, чья любовь смогла опровергнуть все, о чем я привыкла так саркастически отзываться... Им было хорошо вместе... И я надеюсь, что то, о чем пойдет речь, не станет просто красивым воспоминанием на страничках книги под громким названием "Жизнь"...
  
  
  
   Intermission
  
   Я устало потерла переносицу, отодвигая клавиатуру и снимая очки. Вся ночь перед монитором ни для кого не проходит бесследно, даже для прошедшей огонь, воду и медные трубы моей драгоценной персоны. Перед глазами все немного расплывалось. И не потому, что я лишилась дополнительного подспорья, а скорее от дикой усталости. Кисти рук тоже слегка ныли. Шутка ли - столько времени набирать текст без перерыва... Кто-то задастся вполне закономерным вопросом - а для чего, собственно, насиловать свой организм подобным образом? Ответ, на самом деле, весьма прост и прозаичен. Воспоминания имеют одну досадную особенность - они блекнут со временем. Стирается острота ощущений, тускнеют краски, и все забывается. Моя память не всесильна, я не могу хранить в ней то, что иногда хотелось бы. Именно для этого существуют компьютеры...
   Я долго не могла решиться написать эту историю. Преступно долго, если говорить на чистоту. Просто потому, что на тот момент это могло произвести не совсем хороший эффект и задеть тех людей, кто был и остается мне дорог. Почему именно сейчас прорвало? Даже не знаю, что послужило катализатором... Хотя, не слушайте меня, я устала и плохо соображаю. Отправной точкой послужил тот момент, который огорошил меня каких-то несколько дней назад. Причем конкретно так, знаете. Словно идешь себе по улице, никого не трогаешь, на птичек любуешься. А потом раз, и как удар молнии...
   Эта история о том, что мы давно перестали ценить. И с ее помощью я хотела не просто сделать подарок тем, кто показал мне, чего стоят настоящие чувства, но и открыть глаза тем, кто не знает, что теряет, отрекаясь от любви. Все будет построено довольно просто... То, о чем пойдет речь - мои воспоминания, как непосредственного свидетеля, и даже более того - участника тех событий. Кто-то сейчас непременно заинтересованно спросит, чего ждать в конце. Такие уж мы люди интересные, нам необходимо знать, чем все завершится. Ведь душа, как известно, жаждет романтики и счастливого окончания пусть не всегда очень радостной истории...
   Моргнув, я потянулась на стуле так, что хрустнули позвонки. В предрассветный час в Риме необычно тихо. И это действует как-то даже умиротворяюще. Я была одна в квартире, потому, что непосредственные герои моей истории, ради которых я провела за компьютером бессонную ночь, укатили куда-то. А четвертый участник драмы, тот на появление которого я так рассчитывала... Кого ждала с замиранием сердца... Он так и не появился... Что ж, се ля ви - такова жизнь... Если одна сказка заканчивается фразой "Они жили долго и счастливо," то у меня это скорее был какой-то ангстовый экшн. Нет-нет, никакой крови и смерти в конце, просто тоскливое одиночество и кучка хрустальных осколков, оставшихся от разбитого сердца...
   Темноту в комнате разгоняло лишь мерное мерцание монитора моего компьютера, да еще мягкий свет от настольной лампы возле кровати. Тишина могла бы показать почти жуткой, если бы не тихое тиканье часов где-то на кухне. Я люблю одиночество, когда ничто не отвлекает от мыслей. Это помогает сосредоточиться, хотя и не всегда. Я пробегала взглядом по уже написанным строчкам, в сотый раз перечитывая текст. Тяга к перфекционизму, что поделать... Она всегда преследует меня, что бы я ни делала, заставляя стремиться к более высокому результату. Вообще, все творческие люди не лишены этого. Нам никогда не нравятся наши творения до конца. Все время кажется, что можно что-то добавить, что-то убрать, где-то сгладить... Это выматывает, но такова любая креативная натура...
   Так о чем это я говорила? Ах да, о той истории, которая произошла ровно год назад, день в день, и перевернула жизни четырех ее участников с ног на голову. Много воды утекло, многое успело измениться. Но тот момент, с которого все началось я помню очень четко. Он вырезан в моей памяти навсегда, и эти порезы кровоточат...
   Откинувшись на спинку стула, я совершенно по-детски оттолкнулась, чтобы повертеться. Иногда так хотелось впасть в эту эйфорию, присущую только самым маленьким мира сего - детям. Закрыв глаза, я машинально скользнула пальцами по подлокотникам. После того, как я методично опустошала душу от воспоминаний, запечатлевая их вечности, в голове осталась только звенящая пустота. Ни одной, даже самой завалящей и бредовой мысли... Это было так непривычно для меня, и так, черт побери, приятно. Прохладный, совершенно не по-летнему, ветерок ворвался сквозь открытое окно, растрепав собранные в высокий хвост волосы. Я непроизвольно поежилась, потому, что в коротких шортиках и маечке явно было холодновато, учитывая работающий кондиционер, но глаз не открыла.
   В прихожей, которая сейчас казалась вообще иной Вселенной, послышался шум проворачиваемого в замке ключа. Если бы не усталость, я бы даже пошла проверить, что к чему. А так просто отмахнулась, решив, что это вернулась сладкая парочка. Наверняка что-то забыли, голубки, блин... Мысли о том, что не могли они вернуться так рано, даже не возникло. Ровно до того момента, как на плечи легли чьи-то теплые ладони. Я инстинктивно рванулась вперед, но хватка была неожиданно сильной. А затем ухо обжег шепот... Такой знакомый голос, от которого по коже побежали мурашки, а сердце пропустило несколько ударов.
   - Тише, котенок, тише... Это всего лишь я... - Его английский с акцентом всегда меня смешил, но сейчас было не до веселья. Откинув голову назад, я смогла рассмотреть в полумраке лишь его глаза. Такие же голубые, как и то небо над головой, под которым мы познакомились, такие же родные. Горло перехватило от нахлынувших эмоций, и я четко поняла, что если он меня сейчас же не обнимет, то я банально разревусь. Хотя, нет, реветь я буду в любом случае, потому, что не ждала, не верила, не надеялась снова увидеть, снова вдохнуть любимый запах.
   - Что ты здесь... Как ты вообще в квартиру попал?! - Это были не те вопросы, но на его губах появилась улыбка. А затем он обошел кресло и встал передо мной на колени. Это было уже последней каплей, я обхватила его руками за шею, утыкаясь носом в плечо, и всхлипнула. Его ладони скользнули по спине, потянули за ленту, позволяя моим волосам рассыпаться густой рыжей волной по плечам и спине.
   - Ну чего ты, рыжик? Перестань плакать. Да, я знаю, что я идиот, мне это уже объяснили. - Его губы коснулись макушки, посылая по телу волну мурашек. А мне все еще не верилось в то, что он здесь, живой и настоящей. Что это не привиделось моему измученному работой сознанию. - Я встретил нашу горячую парочку. Анна дала мне ключ, сказала, что ты одна...
   - Я ее когда-то прибью, но сейчас я ей так благодарна. - Я подняла голову, натыкаясь на теплый взгляд. Осторожно отвела с его лица длинную черную прядь. Как же давно я вот так прикасалась к нему, сколько времени прошло... - Юр, я думала, что потеряла тебя навсегда...
   - Прости меня, если сможешь... Мне просто было необходимо время, чтобы понять, что я не могу без тебя, как бы не пытался это отрицать. Я и правда идиот, да? - Юрки усмехнулся, притягивая меня к себе, затем легко поднялся, подхватывая меня на руки. Несколько шагов, и он опустился в кресло, устраивая меня на своих коленях. В кольце его рук было так спокойно, и все переживания казались такими незначительными. Все, что сейчас волновало меня - это то, что он рядом со мной.
   - Мы с тобой обое хороши. - Я не удержалась и запечатлела легкий поцелуй на его губах. - Что еще умудрилась выдать Аня? И где они сейчас?
   - Они с Вилле умотали куда-то на юг Италии... - В его голосе послышалась легкая смешинка, а затем он положил подбородок на мое плечо. - Напоследок Анна сказала, что ты все же решилась написать историю. Расскажешь? - Я только фыркнула от смеха, окончательно расслабляясь. Кто мы сомневался, что эта совершенно невыносимая и отчаянно взбалмошная особа откажет себе в удовольствии сделать мне такой своеобразный подарок. Мы были знакомы два года, один из которых прожили в одной квартире. Не смотря на то, что порой нам хотелось убить друг друга, по отдельности я нас не представляла.
   - Ты же был непосредственным участником...
   - Я хочу послушать эту историю из твоих уст. Ты умеешь рассказывать так, как никто другой. К тому же, мне хочется напомнить себе еще раз за что именно я тебя полюбил...
   - Ну хорошо, тогда слушай... Рассказ будет длинным и не совсем о нас... Ты же знаешь, что он - о них...
   - Знаю, но сути это не меняет...
   - Итак, все началось 30 мая 2010 года в этой квартире...
  
   Глава 1
   Love conquers all things... Let us too surrender to love... No
  
   Начало лета в Риме - совершенно невообразимое событие. Такое же необычное, как и сам город. Вы только вслушайтесь... Одно его название дышит такой глубокой древностью, что пробирает до мурашек по коже... Удивительная история, полная тайн и трагедий, битв, соревнований, дворцовых интриг и кровавых убийств... Кажется, что каждая мелочь, каждая улица, каждый дом, даже сам воздух, все это дышит и живет своей, особенной жизнью... Я люблю этот город так, как можно вообще любить подобное. За то, что он настолько необычен, настолько притягателен, настолько сумел стать родным, что даже страшно... Я здесь уже полгода, а с не столь и давнего времени уже не одна. Работа, которая позволила мне осуществить свою давнюю мечту и переехать в Рим, на время осталась позади.
   Да-да, у меня законный отпуск, и я имею полное право ничего не делать. Хотя это врядли получится, мне просто не дадут. И причина этого с минуты на минуту ворвется в мой тихий утренний мир, вытряхивая меня из кровати. Неугомонное темноволосое торнадо, которое способно вывести меня из себя одним взмахом ресниц, и так же быстро вернуть мне спокойствие...
   Уткнувшись носом в подушку, я блаженно зажмурилась. С кухни доносился голос Вилле Вало, солиста обожаемой нами обеими группы HIM. Ему вторил звонкий голосок Ани, моей соседки, подруги и личного проклятья. По давно отработанному сценарию кайфовать в кровати мне оставалось недолго, так что я вовсю пользовала оставшиеся минуты. Вытянувшись и сбросив тонкое одеяло, я выгнулась, как кошка, едва не мурлыкая. Музыка стала громче, и по моим губам скользнула улыбка. Вот же садистка! Знает, какую песню включить, чтобы у меня сон как рукой сняло... Решив, что дожидаться кары небесной сегодня все же не стоит, я выбралась из кровати. Подпевая одному из любимых треков, я пританцовывая отправилась в ванную.
   - You know our sacred dream won't fail
   The sanctuary tender and so frail
   The sacrament of love
   The sacrament of warmth is true
   The sacrament is you
   Я как раз заканчивала водные процедуры, когда в дверь настойчиво забарабанили. А затем голос, заставивший меня поморщиться, провозгласил, что завтрак сам ко мне не придет.
   - Вставай давай, соня, иначе я вылью на тебя пару литров воды. Отпуск - не повод валяться до обеда. Ты обещала показать мне Рим. И вообще, у меня для тебя сюрприз! - Выпалив все это на одном дыхании, Аня удалилась. Я же тихо сползла на кафельный пол в приступе хохота. В этом была вся она. Такая живая, естественная, настоящий тайфун в миниатюре. Опущу историю нашего знакомства, скажу лишь, что я ни разу не пожалела о том, что мы встретились... Вытерев выступившие от смеха слезы и отлепив себя от пола, я выбралась из ванной. Сменить пижаму на сарафан и привести в порядок длинные рыжие локоны оказалось делом недолгим. Слегка зевая, я выползла на кухню.
   Анна восседала на стуле с таким видом, словно то, что она собиралась мне поведать, было делом, по меньшей мере, вселенской важности. Как только я опустилась напротив, перед моим носом плюхнулась чашка кофе, а подруга принялась нетерпеливо постукивать кончиками ногтей по столешнице, ожидая, пока я воздам должное ее шедевральному искусству приготовления кофе.
   - Я тебя обожаю, ты же это знаешь, да? - Я отпила глоток обжигающего напитка, блаженно зажмурившись. - Давай уже, выдавай, что там за сюрприз... - Я вопросительно выгнула бровь, продолжая ловить кайф от кофе. Возбуждение подруги можно было потрогать руками, настолько ощутимым оно было. Честно говоря, морально я была готова ко всему, что угодно. Попробуй тут не быть готовым... На психотерапевта денег не напасешься тогда... Хотя, кого я, блин, обманываю? Моей нервной системе позавидовать можно... Пряча усмешку за чашкой, я наблюдала, как Анэт что-то лихорадочно ищет в лежащей на краю стола сумочке. Румянец на ее щеках выдавал, что это действительно НЕЧТО. Да-да, именно так, сплошные заглавные буквы...
   - Вот! Ты не поверишь, но я их достала!
   - Ты кого угодно достанешь... - Пробурчала я себе под нос, едва не подавившись кофе, когда она неожиданно помахала передо мной чем-то, напоминающим билеты. - И что это за таинственные "они"?
   - Это билеты... На рок-концерт... - Аня сделала эффектную паузу, в которой, на мой сугубо субъективный взгляд, не было особой нужды. Ибо слов "рок-концерт" было вполне достаточно для того, чтобы завладеть моим вниманием безоговорочно. Я даже чашку отставила, моментально забывая про кофе, полностью обратившись в слух. Где-то на краю сознания забрезжила смутна я догадка о том, какие слова будут следующими. Но при всей буйности моей фантазии, я отказывалась поверить в то, что это может быть правдой. - ...И там будет Вилле! - Закончила подруга, сия как новогодняя елка.
   - Не может этого быть... Как тебе удалось?.. Стоп! Это тот самый концерт, в Амстердаме, который завтра? - Короткий кивок подтвердил мои догадки, и слетев со стула я заключила ее в объятия. Мы кружились по кухне (благо место позволяло) пока держали ноги, а потом просто сползли на пол. - Ты - монстр, тебе никто не говорил?!
   - Боже, Лан, я сама не могу в это поверить... Через каких-то полдня я увижу Его, представляешь?! - В ее голосе слышался такой, поистине детский, восторг, что я не смогла сдержать улыбки. Отбросив со лба длинную косую челку, я уселась по-турецки, прислонившись спиной к холодильнику.
   - Это офигеть как шикарно... У меня слов просто нет...
   Слов на самом деле не было. Это была наша общая мечта - увидеть Вилле воочию, возможно, даже поближе, чем просто из толпы зрителей. На самом деле, у меня была такая возможность, но говорить об этом Анне я не стала. Будет ей сюрприз по приезде... О том, что подруга влюблена давно и безнадежно, я знала прекрасно. Нет, она не была одной из тех полубезумных фанаток, которые обклеивают свои комнаты плакатами кумира, а потом рыдают по ночам в подушку над его фото. Она просто обожала его стиль, его музыку, его голос. В этом мы с ней были похожи, потому, что от хрипловатого голоса Вало у меня самой бежали мурашки по коже. Да, вот такие вот мы с ней... А ведь и сошлись-то на общем интересе к этому сексуальному финскому красавчику... Странная штука - судьба, вам так не кажется?..
   Мы с ней даже иногда поем дуэтом его песни. Голоса у нас не похожи, но вместе выходит отличный дуэт, особенно учитывая то, что Аня почти всегда аккомпанирует на гитаре. Другой вопрос в том, что меня почти нереально заставить петь, не смотря на абсолютный слух и мягкое сопрано. Не люблю я этого, в смысле выступать для кого-то...
   - Значит так... - Я посмотрела на подругу, машинально накручивая на палец длинный волнистый локон. - Бронировку номеров и все остальное беру на себя, а ты - марш собираться! - Взвизгнув от радости, она стиснула меня в объятиях так, что я едва не попрощалась с жизнью. Проводив взглядом пританцовывающую фигурку, которая выводила играющую сейчас в колонках Killing loneliness, я поискала взглядом свой телефон. Есть у меня такая идиотская привычка оставлять его где попало... Любимая сенсорная Nokia обнаружилась, как всегда, на подоконнике, рядом с пачкой сигарет и зажигалкой. Захотелось покурить, но я сдержалась. Добравшись до мобильного, я уселась на все тот же подоконник, подогнув под себя одну ногу, и принялась листать телефонную книгу.
   - Миа, детка, привет! Да-да, знаю, убить меня мало, что так долго не звонила, но у меня к тебе дело. - Я принялась покачивать ногой, рискуя сбросить шлепанцу на шпильке. От ответа Миа Леони, моей хорошей знакомой, сейчас зависело, удастся ли мне сделать подарок Анне, который я запланировала. - Вам еще нужен журналист на рок-концерт в Амстердаме? Даа? Вот и отлично, предлагаю себя. - Я рассмеялась в ответ на реплику Леони о том, что моя наглость не знает границ, как впрочем, и мой талант. - Да, фотограф у меня свой. Хорошо, вышлешь все необходимое сегодня? У нас билеты на вечер... Да-да, буду должна. С меня причитается... - Нажав отбой, я помахала заглянувшей на кухню Анюте, которая порхала по квартире с совершенно счастливой улыбкой, затем набрала еще один номер... Полчаса и приличное количество сожженных нервных клеток спустя, я утрясла все дела. Оставалось только забрать все необходимое у курьера...
   Ненавижу сборы куда-либо, вот честное пионерское. Когда ты мотаешься туда-сюда в попытках ничего не забыть и вспомнить, что же именно тебе надо с собой взять. И обязательно чтобы ничего лишнего, только все самое необходимое. А потом оказывается, что, не смотря на то, что хотели как лучше, получилось как всегда. И любимые туфли/кофточка/юбка (нужное подчеркнуть) остались дома, хотя вот именно сейчас они ох как пригодились бы...
   Я сдавленно материлась, пытаясь вдеть ленту в корсет, и не переломать при этом все ногти. Почему именно корсет? Ну, все дело было в том, что этот комплект я приобрела сто лет назад, но так и не удосужилась ни разу одеть. То он казался мне слишком откровенным, то слишком готичным, то еще чем-то не угодил. И вот теперь представился случай, так сказать, блеснуть...
   - Ла-а-ан! - Раздался вопль из соседней комнаты, заставивший меня подскочить на кровати и выронить атласное безобразие из рук. - А какая сейчас погода в Амстердаме?
   - А чтоб тебе пусто было... - В сердцах прошипела я, затем потянулась за стоящим тут же ноутбуком. - Достаточно прохладно, так что бери что-то с длинным рукавом, Ань. - Это было уже произнесено громче, чтобы она услышала. Подняв корсет, я с горем пополам впихнула ленту, затем подошла к зеркалу. Черные брюки с низкой талией обтягивали меня, словно вторая кожа, а белая блузка выгодно подчеркивала декольте. Мысленно воздавая хвалу за то, что я догадалась приобрести такой корсет, который зашнуровывался спереди, я закончила одевание и покрутилась, оглядывая свое отражение со всех сторон. Увиденное мне определенно понравилось, особенно когда добавились черные лакированные туфли на шпильке. Вообще, при моем росте метр с кепкой в прыжке, я не расставалась с каблуками, даже домашние тапочки были на оных. Задумчиво потерев кончик носа в попытках сообразить в оставшиеся до вылета три часа, что же мне сообразить с прической, я неожиданно насторожилась. В квартире было тихо. Причем, не просто тихо, а абсолютно тихо, что в переводе на нормальный язык значило примерно "спасайся кто может!" Потому, что наше совместное проживание и тишина были понятиями, настолько же несовместимыми, насколько и снег в разгар лета и Сахара.
   Из своей комнаты я вылетела так стремительно, что многие бы удивились, как еще умудрилась шею не свернуть. Дверь в комнату Ани была открыта, а увиденное настолько меня поразило, что сползла бы на пол, истерически хохоча, если бы не подвернувшийся так вовремя дверной косяк.
   Это чудо (иначе и не скажешь), сидело на кровати в позе роденовского мыслителя. Благо, что хоть одетое (частично, по крайней мере). И с несчастным видом рассматривало разложенные перед ней несколько нарядов. Зажав рот ладонью в тщетной попытке перестать смеяться, я даже моргнула несколько раз для верности, уверенная, что все увиденное мне просто померещилось. Все еще продолжая хихикать, я зашла в комнату и приземлилась рядом с подругой.
   - Ну и в чем проблема теперь? Только не говори мне, что ты не знаешь, что взять на концерт! Иначе я тебя просто прибью, а труп закопаю в палисаднике на заднем дворе. - На ее губах возникла улыбка, возвещая, что ко мне вернулась прежняя Аня.
   - Не говорю, но я и правда не знаю...
   - Ууу, где моя бита? А ну вставай, сейчас разберемся! - Я поднялась на ноги, затем рывком предала вертикальное положение ей. Скрестив руки на груди и постукивая носком туфельки по паркету, я критически осмотрела то, что было разложено на покрывале, затем перевела взгляд на Анюту. Идея созрела почти моментально, а уж когда я вспомнила, что нам предстоит сделать завтра прямо с утра... В общем, через несколько секунд в нее полетели стильные рваные джинсы, короткая белая маечка с собственноручно (и весьма заботливо) выведенной мною на ней эмблемой HIM, и черная рубашка. Все это довершили замшевые полусапожки и парочка украшений. Пока она переодевалась, я оперативно допаковала наши чемоданы.
   - А теперь постарайся ничего не делать, пока я закончу с прической... - Я обернулась на пороге, запнувшись на мгновение. - И найди свой фотоаппарат. Тот, профессиональный, помнишь? Он нам завтра понадобится...
   Проигнорировав вопросительный взгляд не в меру любопытной подружки, я упорхнула к себе. Ибо любое, даже малейшее, промедление грозило мне пытками, которым позавидовал бы даже маркиз де Сад. А портить сюрприз мне не хотелось... Выравнивая непокорные волнистые локоны, я улыбалась своему отражению в зеркале. На самом деле все складывалось как нельзя лучше, особенно, если учесть, что попасть на интервью к Вилле было не просто... Так что разрешение, выбитое Леони для меня было поистине даром небес. А уж то, что разрешили взять своего фотографа... В общем, я не без оснований подозревала, что вовек не рассчитаюсь с подругой, и это интервью она из меня вытянет вместе с душой, если понадобится. Взгляд скользнул к прикроватной тумбочке, на которой лежал пакет с билетами и всеми необходимыми документами.
   До рейса оставалось все меньше времени, и спрятав все нужное в клатч, я застыла в прихожей. Анюта едва не налетела на меня, когда выходила из своей комнаты с чемоданом.
   - Ну и чего стоим, кого ждем? - Ехидно поинтересовалась она. Поправляя собранные в замысловатую прическу каштановые локоны, Аня улыбнулась, созерцая мою задумчивую моську. Я же словно призрака увидела... Глядя на немного бледное отражение в зеркале, я подумала о том, что как-то все это немного странно. Не то, чтобы мне не везло, наоборот, я была донельзя везучей, но вот так откровенно не фартило еще ни разу. Это должно было насторожить, заставить проанализировать события последнего времени, но как всегда что-то останавливало. Было какое-то такое отдаленное предчувствие, чем-то напоминающее ожидание рождественского утра. Когда ты знаешь, что еще несколько часов, и можно будет посмотреть, принес ли Санта именно то, чего ты так долго хотела. Или же тебя ждет очередное разочарование в фантазии дарителей, которые опять соблаговоли притащить что-то очень полезное, но совершенно не нужное тебе.
   Вообще, я привыкла доверять своей интуиции. Именно она зачастую подсказывала мне, какой шаг будет единственно верным. Я любила, и люблю, рисковать, совершая порой такие поступки, которые для любого другого могли закончиться падением в пропасть. А для меня оборачиваются очередной покоренной вершиной. Возможно, все дело только в том, что я не боюсь упасть, как бы высоко не забралась. Просто тяга к экстриму у меня в крови, и еще ни разу она меня не подводила...
   Вот и сейчас было именно такое предчувствие. Словно там, в Амстердаме, нас ждало нечто такое, что на данный момент плохо поддавалось описанию...
   - Не знаю, Ань... Просто понимаешь, у меня такое ощущение, словно эта поездка перевернет наши жизни с ног на голову. Можешь посчитать меня сумасшедшей, но твердо знаю, что все это не случайно, и там случится какое-то событие, которое изменит все. Вот только не знаю, в какую именно сторону...
   - Слушай, Ванга местного разлива, хватит пророчить, мы на самолет опоздаем. - Анюта подтолкнула меня к выходу, начав мурлыкать под нос Right Here In My Arms. Если бы мы с ней тогда только знали, насколько на самом деле пророческими окажутся мои слова... Но на тот момент Аня просто не придала значения моему временному помешательству, а я просто выкинула это из головы. Нас ждал концерт и встреча с кумиром, так что какое там дело до смутных предчувствий?..
  
   Глава 2
   What hurts the most
   Was being so close
   And having so much to say
   And watching you walk away.
   Never knowing what could have been
   And not seeing that loving you
   Is what I was trying to do. No
  
   Что такое - настоящая головная боль начинаешь понимать только после того, как на протяжении нескольких часов выслушиваешь о том, какой Он замечательный, удивительный и вообще просто душка, находясь на высоте нескольких тысяч метров над землей, в консервной банке под названием самолет... Я, конечно, придираюсь, на самом деле. О Вилле я, как и Аня, готова говорить часами, разве что с меньшей горячностью и влюбленностью... В общем, все время полета я делала вид, что внимательно ее слушаю, даже изредка умудрялась кивать в тему, а на самом деле пыталась составить вопросы для интервью. Хотелось чего-то такого, что могло его удивить. Никаких банальностей вроде "Когда вы начали свой путь как исполнитель?" или "Во сколько вы поняли, что музыка - это ваша судьба?" Все должно было быть действительно интересно, так, чтобы заинтересовало не только читателей... Миа была нереально придирчива, и я прекрасно знала, что халтура здесь не прокатит, под каким бы соусом она не подавалась. Так что к тому моменту, когда самолет выпустил шасси и мягко остановился в главном аэропорту Амстердама - Схипхоле, мне казалось, что в голове установили наковальню. И кто-то теперь методично лупил по ней огромным молотом.
   Дорога до отеля, в котором я забронировала нам номер, казалась просто бесконечной, не смотря на то, что на все про все ушло от силы полчаса. Да и не только меня утомили сборы и перелет. Аня снова стала необычно тихой, и пока ехали, молча созерцала в окно проплывающий мимо город... Едва мы вошли в номер, как я с неимоверным удовольствием сняла туфли. Ноги тут же утонули в мягком ворсе ковра, вызвав почти блаженный стон.
   - Ненавижу самолеты... Вот честное слово...
   - Не поверишь, но я тоже. Кстати, а зачем тебе был нужен мой фотик?
   Я замерла на полпути к ванной, экстренно навешивая выражение "А я чего? Я ничего, просто мимо проходила."
   - Эээ... Мне нужны твои профессиональные фотки для одного проекта. - Ну, почти не соврала, и то ладно. Фото ведь, и правда, необходимы, вот только о том, что они для интервью, знать ей пока не обязательно. От одной только мысли, какое выражение лица будет завтра утром у Анюты, мне становилось весело. На самом деле, мне было приятно сделать ей такой подарок. Она слишком много сделала для меня. Вспомнить хотя бы тот факт, что прилетела ко мне в Рим, бросив все и не задавая вопросов. Помогла справиться с проблемами, которые были у меня, и не дала впасть в депрессию. За это встреча с Вилле была самым малым, что я могла для нее сделать. - И вообще, не мучай мои мозги, они и так устали. Я - в душ первая.
   Сведя все к шутке, я показала подруге язык и успела скрыться за спасительной дверью как раз вовремя, потому, что буквально через несколько секунд вдогонку прилетела подушка. Когда я, довольная и немного сонная, выбралась из ванной, Аня уже спала, свернувшись клубочком на той кровати, что была ближе к окну, и подложив под щеку ладошку. Эта картина выглядела настолько милой, что я в сотый раз за сегодняшний день убедилась в правильности своего решения. Укрыв ее пледом, я завернулась в халат и устроилась в кресле. Вопросы к интервью за меня никто не напишет, так что оставив включенной только лампу рядом с собой, я задумчиво погрызла кончик карандаша и принялась вдохновенно ваять...
   Утро началось с восхитительного запаха кофе, который действовал на меня как сыр на Рокки в мультике "Чип и Дейл спешат на помощь". С трудом разлепив глаза, я едва не застонала от боли, пронзившей тело. Пришлось срочно закусить губу, но мой маневр не остался незамеченным.
   - Да-да, ты умудрилась заснуть в кресле, горе мое. На вот, поможет... - Эта нахалка не могла не съязвить, протягивая мне чашку с кофе, из которой я моментально отпила приличный глоток, тут же выдавая несколько непечатных эпитетов. - И не надо мне тут расширять кругозор, ты время видела?
   Непонимающе уставившись на Анну, я перевела взгляд на часы, и едва не подавилась кофе. До того времени, на которое было запланировано интервью, оставалось всего два часа, а нам (ну хорошо, мне) еще надо было собраться. Под смех подруги и голос Вилле из колонок я буквально слетела с кресла. Вообще, я имею дурную привычку собираться как на прием к английской королеве, тщательно выбирая и продумывая все детали, но тут просто побила все рекорды по скорости... Ровно через полчаса я была готова, и окинув придирчивым взглядом узкие черные джинсы, белую футболку с очередным шедевром моего художественного таланта в виде надписи "Sex, drugs and Rock'n'Roll", которая оставляла открытыми плечи, и коротенькую черную джинсовую куртку, осталась довольна. Анюта протянула мне забытый мною впопыхах кулон с изображением кельтского креста, и мы вышли из номера.
   Устроившись на заднем сиденье такси, я достала из сумочки бейдж, который мне прислала Леони, второй такой же, дающий безоговорочный пропуск за кулисы и в гримерку к ребятам, я протянула Ане.
   - На вот, держи. - В ответ на вопросительно приподнятую бровь, я только хитро улыбнулась и приложила палец к губам. - Это сюрприз. Все объясню по приезде на место, а пока проверь фотоаппарат. Мне нужно безупречное качество...
   - Эээ... Один вопрос - концерт начинается вечером, какого черта мы едем на место его проведения к одиннадцати утра?
   - Я же сказала, объясню все, когда приедем. Тебе понравится, обещаю...
   Дальнейшая дорога прошла в полном молчании, хотя я четко видела, что ей просто неймется, так сказать, прижать меня к стенке и вытрясти ответы на интересующие ее вопросы из меня вместе с душой. То, что терпеть не могли во мне все мои друзья без исключения, так это мою идиотскую привычку напускать туману и безбожно интриговать, когда дело касалось каких-либо сюрпризов. Что поделать, такая уж я, этого не отнять. Мне нравится делать людям приятное. И то, что это весьма своеобразный способ, меня не напрягает, в отличие от остальных...
   Такси затормозило перед зданием, в котором располагались участники концерта, готовящиеся к выступлению. Прямо напротив находился стадион, на котором собственно и должно было состояться сие грандиозное событие. Расплатившись, мы выбрались из машины. Перед входом было полно секьюрити, но стоило мне блеснуть пропуском, как нас пропустили, даже не пискнув. Попав внутрь, я огляделась в поисках того, кто должен был послужить моим проводником.
   - Простите, вы случайно не Лана? - Звонкий женский голос окликнул меня. Обернувшись, я увидела высокую темноволосую девушку, о которой мне говорила Миа. Подойдя к ней, я поздоровалась и представила Анюту как своего фотографа. Девушка оказалась одним из менеджеров и звали ее Йоли.
   - Не ожидала, что заявленный журналист окажется девушкой, да еще и такой хорошенькой. Вилле будет приятно удивлен. - Она жестом попросила нас следовать за собой. Получив незаметный, но весьма ощутимый тычок в бок от Ани, я перевела взгляд на подругу. На ее лице читался почти суеверный ужас пополам с восторгом. Горячий шепот обжег мое ухо.
   - Это то, о чем я подумала? Мы увидим Его прямо сейчас.
   - Сюрприз! - Усмехнулась я, отвечая таким же шепотом. Мы говорили по-русски, на родном для нас обеих языке, так что Йоли все равно не поняла бы ни слова. - Мы не просто увидим Вало, я здесь для того, чтобы взять у него интервью, а ты, детка, будешь его фотографировать. Так что постарайся не умереть от радости по дороге...
   Выражение ее лица в этот момент смело можно было фотографировать на память для потомков, как иллюстрацию вроде "Вы думали, что удивиться еще сильнее нельзя? Поздравляю, вы ошибались!"
   Честно говоря, я сама немного нервничала, не смотря на то, что интервью подобного рода были для меня не новинкой. Но тут был особый случай, учитывая, что это был один из моих кумиров, в него была влюблена моя подруга и да, черт возьми, я надеялась, что все пройдет как надо... Коридоры, по которым нас вела Йоланда (таким было ее полное имя), напоминали мне критский лабиринт. Ага, и в конце нас ждет Минотавр, для того, чтобы слопать на завтрак парочку незадачливых девчонок, рискнувших бросить ему вызов. И только нити Ариадны не хватает, или Тезея... Хихикнул внутренний голос, отвлекая меня от начинающегося приступа паники. За что я была ему (голосу, не Минотавру) безмерно благодарна. Еще одна странная привычка из весьма длинного списка моих причуд - периодические споры с самой собой. Знаю-знаю, но психиатр мне не поможет...
   Вообще, у меня это такая своеобразная реакция на важные события. Я сначала паникую, а потом моему монументальному спокойствию могут позавидовать даже тибетские монахи... Так о чем это я говорила? Ах да, мы остановились перед дверь, на которой значилось, что здесь обретается небезызвестная нам группа. Из-за хлипкой преграды доносились аккорды, наигрываемые на гитаре, которые я определила как вступление к Funeral of hearts. Мою ладонь немедленно сжали, да так, что пальцы едва не хрустнули. Пришлось срочно высвобождать бедную конечность из стальной хватки Анны и шептать ей на ухо, что все нормально.
   Распахнув двери, Йоли прошла вперед, поманив нас за собой. Первым, что я услышала, был одобрительный свист, затем смех, который принадлежал нашей провожатой.
   - Ребята, знакомьтесь. Это Лана, она будет брать интервью у группы. А это - Анна, фотограф. Оставляю вас, развлекайтесь.
   Ну все, началось... Я навесила на лицо улыбку и обвела взглядом контингент. К моему вящему удивлению, из всей группы в наличии имелись только сам Вилле Вало и бас-гитарист Микко Паанен. Присев на любезно предложенный стул, я достала блокнот и ручку. Старая манера писать все от руки никак не желала искореняться. Молясь о том, чтобы Анюта не слишком явно демонстрировала свой восторг, я обратилась непосредственно к Вилле.
   - Это будет несколько необычное интервью. Моей целью является создание своеобразного фоторепортажа, с комментариями о том, что может заинтересовать наших читателей...
   - У вас необычные имена, и отличный английский. Где же обитают такие симпатичные журналисты? - Солист HIM решил, видимо, взять все в свои руки. Честно говоря, чего-то подобного я от него ожидала, на самом деле, но не в самом начале. - Да и вообще, предлагаю перевести общение на более неформальный уровень, если уж это не стандартное "Где родился?" или "Во сколько пристрастился к музыке?"
   На мое плечо опустилась ладошка, показавшаяся мне обжигающе горячей. Заинтересованный взгляд Вало, брошенный на мою подругу, тоже не остался незамеченным.
   - Пусть это останется нашей маленькой тайной. - Я ехидно усмехнулась, показывая, что сначала все же работа, а потом все остальное. - Насчет неформальности общения не возражаю, но на вопросы отвечать придется...
   - Надеюсь, что они будут не такими коварными как твоя улыбка... - Темноволосый красавчик откинулся на спинку диванчика, на котором он сидел, когда мы вошли. Его голос вызывал мурашки по коже, а моя язвительность, похоже, весьма забавляла. То, что он сразу же перешел на ты, было воспринято мной как хороший знак. Предыдущий опыт позволял сделать вывод, что это будет, без сомнения, весьма интересный разговор. Я прекрасно знала, что эта его манера общения распространяется на всех представительниц прекрасной половины человечества, поэтому всерьез ее не воспринимала.
   - Они будут хуже. - Ответила я выпадом на выпад, чем вызвала одобрительно поднятый вверх большой палец.
   - А мне нравится твоя дерзость. Таких журналистов я еще не встречал... - Вилле отложил гитару и закинул ногу на ногу. Пальцы на моем плече сжались сильнее, выдавая, что Аня нервничает, причем очень сильно. Мысли в голове лихорадочно закрутились в поисках способа втянуть ее в разговор, и при этом успокоить. Как ни странно, но помог мне непосредственно Вало, все это время с интересом наблюдающий за нами обеими. - Мне специально позировать для мисс-фотографа?
   - Мисс-фотограф предпочитает естественность. - Послышался спокойный голос Анюты, и я мысленно поаплодировала ей. Пять очков в нашу пользу, так держать и он весь твой...
   - Вы определенно необычны. Может, все-таки расскажете, где таких прячут? - Атмосфера постепенно становилась менее напряженной, чем в самом начале. Анна принялась делать первые снимки, и я не без удовольствия отметила, что каждый раз, когда она меняет положения в поисках кадра получше, зеленые глаза следят за ней.
   - Предлагаю сделку. Ответ за ответ. Ты отвечаешь на мой вопрос, мы отвечаем на твой, если он не слишком откровенен.
   - Заметано, дерзкий рыжик. - Он подмигнул мне, потянувшись за сигаретами. Я же окончательно расслабилась, подогнув под себя одну ногу, и устроив блокнот на колене.
   - Начнем, пожалуй. Итак, Вилле, кого из исполнителей ты мог бы назвать своим кумиром? - Это был, так сказать, пробный шар. Полная импровизация, если уж на то пошло, поскольку интервью изначально пошло не совсем так, как я планировала. Ну да это меня не напрягало, ибо была своя цель, и я надеялась, что врожденная интуиция меня не подведет и сегодня. Темная бровь кумира молодежи по всему миру изогнулась в удивлении. Он явно не ожидал такого простого вопроса, восприняв мою реплику о коварности всерьез. Выдохнув облачко дыма, он взъерошил длинные, до плеч, волосы.
   - Думаю, моим кумиром вполне можно назвать группу Kiss. А теперь ответ на мой вопрос...
   - На который? - Щелкнув фотоаппаратом, поинтересовалась Аня.
   - На самый первый, мисс-фотограф.
   - Таких, как мы, не прячут. Мы прячемся сами. - Ее нахальство меня определенно забавляло. Вот это была моя подруга воплоти. Девчонка, которая никому и никогда не давала спуску. Мой маленький тайфунчик, который сейчас грозил разразиться прямо здесь, превратив гримерку в руины. О том, кто после этого выживет, я даже не задумывалась, у меня-то иммунитет успел выработаться...
   - Kiss? Весьма интересный выбор, сама их когда-то слушала... Вопрос номер два: Какая из песен, написанных тобой, является самой любимой?
   - Соглашусь, твои вопросы действительно коварнее твоей улыбки. Я люблю их все, ведь они - своего рода мое детище. А какая песня является любимой у вас? Если уж на то пошло...
   - The Funeral Of Hearts - Выдали мы с Анютой хором, чем вызвали коллективный приступ смеха.
   - Вы всегда отвечаете так слаженно? - Отсмеявшись, поинтересовался Вилле, снова бросив скользящий взгляд на Анну.
   - Это было вне очереди, так что придется подождать. Итак, если бы у тебя была возможность переписать что-то в своей жизни, что бы это было? - Да-да, иногда моя фантазия удивляет даже меня... Я поймала недоуменный взгляд подруги, и ответила легкой улыбкой, затем вопросительно изогнула бровь.
   - Ты меня определенно удивляешь, рыжик. До тебя это не удавалось почти никому... Что ж, откровенность за откровенность... Я доволен своей жизнью, и не стал бы в ней ничего менять, даже если бы дали шанс. Хотя, хотелось бы некоторых изменений в личной жизни...
   Вот вы когда-нибудь чувствовали буквально кожей, как скачет напряжение в помещении, когда эмоции присутствующих начинают зашкаливать? Нет? И надеюсь, что вас сия чаша минет, поскольку быть в эпицентре такого вот чуда не очень приятно, особенно когда тебе прекрасно известно, что является причиной такого состояния.
   - Ответный вопрос будет? - Поинтересовалась я, чтобы разрядить немного ситуацию. Ребята могли ничего не заметить, но я то прекрасно знала, чем грозят такие ответы при одной впечатлительной особе.
   - Само собой. Я так понимаю, что с моим творчеством вы знакомы не понаслышке... Так вот, когда состоялось первое знакомство?
   Я посмотрела на Аню, давая ей молчаливое согласие говорить от имени нас обеих, поскольку к наркотику, имя которому "творчество Вилле Вало" мы пристрастились в одном возрасте, разве что я на год раньше.
   - Это был последний класс школы, 2005-2006 год. Для Ланы все началось с Join Me и альбома Razorblade Romance. Для меня примерно с того же...
   - Можно вопрос вне очереди? Уж очень интересно знать... Обещаю потом ответить подряд на два, даже на три вопроса, без права спрашивать в ответ...
   Мы синхронно кивнули. Меня тоже грызло любопытство, что такого могло заинтересовать Вилле настолько, что он жертвовал своим ходом в этой своеобразной игре. Строить догадки - это в крови у каждой из нас. Причем, иногда предположения бывают совершенно бредовыми, что не мешает нам продолжать изощряться.
   - Вы поете?
   - Что, прости? - И снова эта слаженность, вызывающая улыбку на его губах. Со стороны могло сложиться впечатление, что мы даже думаем одинаково. На самом деле для того, чтобы понять друг друга нам, порой, совершенно не требовалось слов. И мы часто говорили вот так синхронно, здорово удивляя окружающих, или продолжали мысли.
   - Просто мне кажется, что по крайней мере у одной из вас, а может и у обеих, хорошие вокальные данные.
   - Интересный вывод. Но можешь даже не просить спеть, меня так точно. - Я откинулась на спинку стула, сдувая лезущую в глаза челку.
   - Ну да, Лана у нас боится публики, хотя голос у нее красивый.
   - А ты? - Он приподнял бровь, в глазах цвета абсента зажегся уже откровенно неподдельный интерес к Анюте, которая замерла, словно кролик перед удавом, сжимая фотоаппарат в руках.
   - А что я? - Ну просто сама невинность, я даже поразилась тому, насколько она раскрепостилась. Хотя, если присмотреться получше, то можно было заметить, что волнение никуда на самом деле не исчезло. И я рискнула предположить, что когда мы останемся вдвоем, и нас немного отпустит, похмелье будет просто жутким... После того, что мы будем пить, обсуждая это интервью... - Я могу сыграть на гитаре, но поет обычно она... - Легкий кивок в мою сторону, так что пришлось срочно делать вид "Ничего не знаю, и вообще, нет меня здесь."
   - А если я попрошу? - Он, словно, интуитивно чувствовал, какие именно слова могли убедить Аню. И безошибочно, с меткостью настоящего снайпера, нашел уязвимое место. Ему она отказать не смогла бы, даже если бы захотела. Так что когда она, не без некоторого колебания, кивнула, я только улыбнулась. Отложив фотоаппарат, она присела на диван рядом с ним и взяла любезно предложенную гитару. Когда раздались первые аккорды, я едва не подпрыгнула. Она не могла выбрать другую песню? Эта мысль замигала красной лампочкой где-то на краю сознания, потому, что стоило мне услышать мотив, как от подпевания я просто не могла удержаться. А я твердо решила, что не стану петь, даже если меня будут умолять всем составом на коленях. Да, голос у меня есть, но панику при выступлении на публику еще никто не отменял...
   Анюта запела, вначале немного неуверенно, но когда к ней присоединился Вилле, более раскрепощено. У них шикарно выходило дуэтом, и слушая это необычное выступление, я скользила взглядом по гримерке, продолжая на автомате составлять вопросы, тут же отбрасывая некоторые, как откровенно провокационные, а другие - как откровенно идиотские. Оказалось, что в комнате два входа. Куда вел второй, я не имела понятия, но взгляд то и дело обращался туда. Можно подумать, что сейчас оттуда выскочит какой-нибудь монстр... Лан, расслабься и получай удовольствие от происходящего. Ты же именно этого хотела. Ради этого подписалась на предложение Леони, не смотря на то, что терпеть не можешь общение со знаменитостями в силу их неперебиваемой звездной болезни и наносного пафоса... Внутренний голос устало выдохнул, видимо измученный попытками вразумить меня.
   - In joy and sorrow my home's in your arms
   in world so hollow
   it is breaking my heart
   in joy and sorrow my home's in your arms
   in world so hollow
   it is breaking my heart
   Мягкий голос Ани и глубокий баритон Вилле пробирали до мурашек по коже, так что я даже начала мурлыкать про себя, продолжая изучать несколько аскетичную обстановку комнаты. Так что когда открылась вторая дверь, и в нашей компании появился еще один участник, это не осталось незамеченным для меня. Я сдула челку с глаз, поднимая голову от листка в блокноте, на котором что-то рисовала по привычке, и наткнулась на взгляд, от которого сердце сделало сальто. Льдисто-голубые глаза, смотрящие так, что по коже побежали мурашки. Длинные черные волосы и немного суровый профиль. Не может быть... Мелькнула где-то внутри мысль. Он прислонился спиной к дверному косяку, скрещивая руки на груди. Когда ребята допели, в комнате раздались аплодисменты, заставившие обернуться всех, кроме меня, поскольку я и так видела визитера.
   - Какие люди в нашей скромной обители! Девушки, знакомьтесь, это...
   - Юрки Линнанкиви, солист группы The 69 Eyes. Больше известен как Юрки 69... - На автомате выдала я, спохватившись только в самый последний момент. Его улыбка, казалось, прошлась по коже мягкой кошачьей лапкой, заставив меня порадоваться, что курточку я не сняла. А вот смущение жаркой волной подкатило к щекам, заставляя меня моментально спрятать взгляд за длинной косой челкой. А тут еще и Аня подлила масла в огонь своим выражением лица "Только не говори мне, что это именно он? Тот, по ком ты тащишься уже сколько? Года четыре?"
   - С кем имею честь? - Низкий голос Юры всегда действовал на меня гипнотически. Точнее, с того самого момента, как я пристрастилась к творчеству его группы.
   - Лана, журналист...
   - И поклонница моего творчества, как я вижу? - Мне оставалось только кивнуть. У него был такой интересный акцент, когда он говорил по-английски, что мне постоянно хотелось улыбнуться. Интервью с Вилле моментально вылетело из головы, вытесненное образом высокого мужчины с нереально красивыми, словно прозрачная глубина горного озера, глазами...
  
   Intermission
   Ты украл мое сердце, сломав семь печатей и одолев злого дракона... Теперь эта крепость принадлежит тебе...
  
   - Так вот что ты подумала, когда увидела меня? - Его ладонь мягким ласкающим движением прошлась по предплечью, заставляя меня вздрогнуть.
   - Ну, мои мысли были несколько более красочными... - При одной только мысли о том, насколько красочными они были, я почувствовала, что снова начинаю смущаться.
   - Почему ты остановила повествование?
   - Юр, я не спала сутки... Как ты думаешь, могу я болтать без перерыва?
   - Прости, не подумал. Просто мне любопытно знать, что будет дальше. Ведь мне известны далеко не все детали...
   - Ты сейчас намекнул на то, о чем я подумала? - Его смех заставил и меня улыбнуться в ответ. Сидеть у него на коленях, в теплом кольце рук, было хорошо, но я устала. Высвободившись, я встала и потянула его на кровать. - Пойдем, я просто уже не могу сидеть.
   - А о чем ты подумала? - Притянув меня к себе, продолжил дискуссию он. Устроив голову на его плече, я замолчала на несколько мгновений.
   - О том, что если тебе интересны некоторые недостающие детали, ты можешь спросить непосредственно Вилле. Уверенна, что он тебе не откажет.
   - Ага, как же, не откажет. В лучшем случае пошлет по известному адресу, в худшем - засветит в глаз.
   - Э нет! Покушаться на твои глаза я ему не позволю. - Мурлыкнула я, потершись щекой о его плечо. - Но этих подробностей ты от меня не дождешься. Есть такое понятие, как женская солидарность.
   - Ох уж эта ваша солидарность... Ладно, давай рассказывай дальше, мне интересно, что было до того, как Вало выкинул этот фортель на концерте.
   - С чего начать? С того момента, как ты нахально утащил меня из гримерки, чтобы пообщаться, как ты тогда выразился?..
   - С очаровательной журналисткой, у которой такое необычное имя... Ну, в принципе, можно и отсюда. Ты ведь не планировала оставлять их вдвоем так быстро?
   - Нет, не планировала. Я просто привыкла полагаться на свою интуицию. Если бы я почувствовала хоть на мгновение, что Анюте грозит опасность, всего того, что произошло потом, могло бы и не быть...
   - Знаешь, после того, как ты исчезла на утро, я успел передумать кучу разных страшилок. Долго не мог понять, почему ты ушла, и что значила твоя записка...
   - Понял?
   - Да, понял. Примерно через месяц, после того, как сообразил, что не могу забыть маленькую рыжую чертовку, которая перевернула привычный мне уклад жизни... Ты ведь тогда не просто прощалась?
   - Нет, на самом деле я не прощалась... Можешь считать меня немного не в себе, но я верю, что если людям, которые дороги друг другу, суждено встретиться, то это обязательно произойдет... И я ждала...
   - А я искал, все то время. Точнее, мы вас искали вдвоем с Вилле...
   - Нашел ведь...
   - Нашел, и уже не отпущу. Даже если ты будешь пытаться сбежать от меня... - Его губы коснулись моих, заставляя сердце неровно забиться. Хотелось податься вперед, снова почувствовать, воскресить в памяти ту, единственную, ночь год назад, которую мы провели вместе. И которая потом приходила ко мне во сне постоянно, заставляя просыпаться в слезах, а потом реветь на пару с Анютой в плечо друг другу. Это было тяжело пережить... Тяжело забыть тех, кто так прочно вошел в сердце... Настоящая любовь бывает лишь раз в жизни... А я знала, что это была именно она... И лишь собственные предрассудки помешали нам... Просто не хватило смелости понять сразу... И это послужило причиной целого года разлуки... Года, который мы с ней пережили только потому, что всегда были рядом, были вместе... Поддерживая, сопереживая, молчаливо понимая и принимая тот факт, что любовь - это не только розы...
   - Я не буду пытаться, даже если бы и хотела. Слишком многое я отдала за то, чтобы просто видеть тебя...
   - Ты удивительная... Тебе никто не говорил? Такая маленькая, хрупкая и такая сильная... - Голос Юры упал почти до шепота, но я отчетливо слышала каждое слово, так, словно он вещал в громкоговоритель. Эти слова теплом отдавались на сердце, давая понять и поверить, что теперь все будет хорошо.
   - Нет, никто... Никто кроме тебя... - Хотелось просто помолчать, наслаждаясь его близостью, но у меня назрело несколько вопросов. Так что, не смотря на общую усталость и желание проспать как минимум неделю, я не удержалась. - Знаешь, прежде чем я продолжу, хочу спросить...
   - О чем угодно...
   - Почему ты тогда увел меня из гримерки? Чем был продиктован твой интерес? - На несколько мгновений воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием, и биением его сердца под моей ладонью. Я ждала, не уверенная, что он ответит, и прокручивала в голове дальнейшее повествование. А еще думала о том, где сейчас Аня и Вилле... Они уехали так внезапно... Стоп-стоп-стоп! Какая же я дура! Это же надо было так переживать, чтобы ни о чем не догадаться!.. Чертов Вало, ты знал, знал, что он приедет... И ведь сказал мне, а я не поняла... Вот что значили твои слова на прощание: "Вспомни ту песню, которая свела нас с Анной. Она и тебе подарит счастье..." Мне неожиданно захотелось засмеяться от облегчения. Хотя, врядли я бы переживала меньше, да и сюрприза бы не получилось, если бы до меня дошло сразу.
   - Знаешь, в тот день, когда я вошел в гримерку к Вилле, меня словно что-то вело. На самом деле, меня просто тянуло туда. А когда я увидел твои глаза, в которых плескался чистый восторг и немного смущения... Наверное, каким-то краем сознания уже тогда я понимал, что просто попал. Твоя улыбка, с которой ты смотрела на подругу... Твое тепло, которое ты так щедро даришь всем вокруг... Оно согрело и меня. Вначале это было просто любопытство. Я никогда прежде не встречал столько необычной девушки, которая подогрела бы мой интерес одним только видом. Особенно учитывая, что ты - иностранка... Мне захотелось пойти на эксперимент, понять, что есть в тебе такого, чего нет в остальных. А для этого требовалось пообщаться с тобой поближе. Так что я без зазрения совести утащил тебя с собой. И до сих пор ни разу не жалел...
   - Я ведь тогда и мечтать не могла о том, чтобы пообщаться с тобой... Твое творчество было для меня чем-то вроде отдушины. Когда мне становилось плохо, я включала твои песни...
   - Надо же, не думал, что моя музыка может влиять на кого-то подобным образом. Я же говорил, что ты удивительная... А теперь я хочу услышать, что было дальше с этим оболтусом и твоей подругой. Думаю, что не ошибусь, если скажу, что такого поворота событий ты не ожидала.
   - Честно говоря, когда речь заходит об Анюте, я ожидаю абсолютно всего. Так уж получилось, что непредсказуемость - это наша общая черта. Мы никогда не знаем, что может выкинуть одна из нас в следующий момент...
   - Да уж, я заметил этот факт. - Юра накрыл мою ладошку, которая покоилась на его груди, своей. Меня же снова атаковали воспоминания о той ночи. Когда я вот так же засыпала рядом с ним, и он обнимал меня. А утром я сбежала, не в силах смотреть ему в глаза, не зная, что он подумает обо мне, когда проснется. Оставив только записку на подушке рядом с ним, и свое сердце... Амстердам с тех пор прочно ассоциируется у меня с лучшим временем в моей жизни. - Продолжишь или отдохнешь немного?
   Его вопрос вырвал меня из состояния глубокой задумчивости, заставив поднять голову и заглянуть в его глаза.
   - Пожалуй, продолжу. Итак, возвращаемся в гримерку. Через некоторое после того, как мы с тобой благополучно покинули наших героев...
  
   Глава 3
   I need a miracle
   I wanna be your girl
   Give me a chance to see
   That you are made for me
   I need a miracle
   Please let me be your girl
   One day you'll see it can happen to me
   I need a miracle
  
   Бывает так, что события начинают разворачиваться слишком быстро. Так, что ты просто не успеваешь за ними следить. Не говоря уже о том, чтобы уловить хоть какой-то смысл в происходящем... Вот так было и с ней... Анюта опомниться не успела, как солист The 69 Eyes во плоти, так сказать, утащил Лану куда-то под предлогом познакомиться поближе с симпатичной журналисткой. А она осталась, можно сказать, один на один с тем, один взгляд которого заставлял сердце колотиться где-то в горле. Нервозность, которая не отпускала ее с того самого момента, когда она осознала, зачем они приехали сюда в такую рань, и что именно за сюрприз приготовила ей неугомонная рыжая подружка, снова показала свои когти. В гримерке царила тишина. Не напряженная или неловкая, нет. Скорее такая выжидательная, если можно так выразиться. Словно все здесь находящиеся чего-то ждали. И достаточно только маленького, неосторожного движения, что подействовал принцип домино...
   Сжимая в руках гитару, на которой она совсем недавно так уверенно наигрывала аккорды любимой песни, Анна мучительно пыталась придумать, что сказать. Даже в самых смелых своих мечтах она не могла представить, что когда-либо сможет оказаться вдвоем с Вилле. И не просто так, как фанатка... Его предложение спеть перевернуло что-то внутри, словно он сделал ей дорогой подарок. И хотелось ответить тем же, тоже оставить что-то на память о себе. Пальцы рефлекторно скользнули по изгибу гитары. Она думала о том, что это Его гитара, и он доверил ее ей, без сомнений или раздумий. И это было так здорово - касаться того, чего касались его пальцы. Осознание того, что они сидят слишком близко, и его бедро, обтянутое узкими черными джинсами, касается ее, обжигая сквозь тонкую ткань платья, заставило ее судорожно вдохнуть. Хлопок двери, возвестивший о том, что они остались только вдвоем, заставил ее внутренне сжаться.
   Непредсказуемость всей ситуации немного пугала. Но ей ли было бояться? Бесстрашная Анэт - так иногда называла ее Лана.
   - Похоже, что твоя подруга способна вызвать симпатию одним только видом. Даже Юра пал жертвой ее обаяния... - Его голос прошелся бархатной лапкой по коже, и она осмелилась посмотреть на него, слегка улыбнувшись.
   - Да, она такая. Немного взбалмошная, иногда эксцентричная, но не любить ее невозможно...
   - Знаешь, смотря на вас, можно поверить в то, что способность читать мысли - не миф...
   - О нет, просто мы слишком хорошо знаем друг друга. - Анна не смогла удержаться от смеха, глядя в зеленые глаза, в глубине которых прыгали веселые бесенята.
   - А она расскажет мне, если я спрошу что-нибудь о тебе?
   - Почему не спросить об этом непосредственно у меня? - Она вопросительно изогнула бровь, откидываясь на спинку дивана и глядя на него из-под челки. Вилле был непредсказуем, и она не могла угадать, куда заведет их этот разговор. Но уже одно то, что его интересует что-то о ней, невероятно льстило.
   - Что ж, тогда пользуюсь случаем, пока нам никто не мешает... Что еще из моего творчества тебе нравится?
   - Почти все, но фаворитов все же несколько.
   - Думаю, что я даже могу сказать, какие именно это песни... - На несколько мгновений снова воцарилась тишина. По его губам скользила усмешка, явственно намекающая на то, что у Вало что-то на уме. Пробовать предугадать она даже не пыталась, но ей было интересно, на какую мысль его натолкнул разговор о том, что за песни ей нравятся. Сложно сказать, чем некоторых людей так привлекает непредсказуемость... Чем их так манит тяга к неизвестности... Есть в этом что-то такое, что заставляет сердце биться быстрее... Это чувство предвкушения, когда ты напряженно гадаешь, что тебя ждет... Оно почище адреналинового всплеска... Некоторым не нравится ожидание, когда мозг подбрасывает догадки - одна другой невероятнее... Но для большинства это сродни ожиданию подарков на Рождество... Как маленькие дети мечтают, с нетерпением дожидаясь, когда можно будет развернуть заветные свертки...
   Вот так и Анюта ждала, что же выкинет сейчас Вилле. Машинально касаясь струн гитары, она не сразу сообразила, что снова наигрывает In joy and sorrow.
   - Это определенно будет нечто...
   - Что именно? - Она задала вопрос автоматически, и только когда услышала его смех, подняла взгляд. Видимо, на ее лице отразилось совершенно детское недоумение, потому, что его улыбка стала шире. Неожиданно он протянул руку и отвел с ее лица локон, выбившийся из прически.
   - Я подумал о том, что сегодняшнее наше выступление можно немного разнообразить.
   - Надеюсь, что это не то, о чем я подумала...
   - Боюсь, что как раз то самое... Пойдем, сейчас наша очередь репетировать, и я хочу послушать, как ты поешь еще раз. - Вилле легко поднялся и протянул ей руку. Аня почувствовала, что тело словно сковало. Глядя на него, она не могла понять, шутит он или серьезно. Внезапно стало страшно, потому, что внутренний голос подсказывал, что это не прихоть эксцентричного исполнителя... Видя, что она колеблется, он наклонился вперед, мягко, но уверенно отбирая у нее гитару.
   - Не переживай, никто тебя не съест. Просто у тебя на самом деле красивый голос, было бы преступлением его прятать...
   - А если я откажусь? - Нашла она, наконец, в себе смелость ответить.
   - Думаю, что не откажешься... - Он взял ее ладони в свои и легким рывком поднял на ноги, но Аня все же едва смогла удержать равновесие. От осознания того, что он так близко, дыхание сбилось, а сердце сорвалось на неровный ритм. - Тебе понравится выступать на публике...
   Пока они шли к сцене, где уже собралась вся группа, Анна пыталась сообразить, как ее угораздило позволить втянуть себя во все это. Выступить на сцене, перед толпой народа, да еще спеть одну из самых любимых песен с Ним... Черт, рыжая, где тебя носит, когда ты мне так нужна? Или ты заранее знала, чем все обернется и именно поэтому сбежала вместе с Юрки?.. Когда-то я тебя просто прибью, по доброте душевной и от большой любви... Нострадамус, тоже мне... Эта поездка перевернет наши жизни... Ага, как же! Оно мне надо? Хотя да, мне это определенно надо... Господи, да я даже мечтать не могла о том, что буду стоять на одной сцене с Вилле... Возмущалась про себя девушка, послушно шагая за солистом HIM. Только когда они вышли на стадион, где точно по центру возвышалась сцена, она вдруг осознала, что все это время он не выпускал ее ладони из своей. К щекам прилила жаркая волна, заставляя ее опустить глаза.
   Не то, чтобы она было против, просто это было так непривычно и, одновременно, так желанно. А что бы почувствовали вы, если бы ваша мечта вдруг ожила? Только представьте, каково это - хотеть чего-то настолько сильно, мечтать об этом, зная, что такое почти невозможно... И тут, словно кто-то там, наверху просто взмахнул волшебной палочкой со словами "Абракадабра", или что там еще говорят... И все, ты начинаешь чувствовать себя, словно Алиса, угодившая в страну чудес... И эта улыбка Чеширского кота, которая заманивает, подобно маленьким огонькам на болоте... Нет-нет, ничего страшного... Просто соблазн поддаться так велик, что ты идешь вперед, к этой мечте, совершенно не думая о последствиях... Конечный результат не имеет значения, есть только здесь и сейчас, думаешь ты... И раз уж Судьба дала в руки Роял Флэш, то грех не воспользоваться подвернувшимся шансом... А сожалеть о чем-то можно будет потом, где-то так лет через пятьдесят, когда сидя в кресле у камина, ты будешь рассказывать внукам о том, какой лихой была твоя молодость... В этом ведь и состоит вся ее прелесть (молодости, я имею ввиду), что можно позволить себе то, на что никогда не пойду люди зрелые... Можно очертя голову бросаться в пропасть, или в омут с головой...
   Пока мы молоды, наша душа жаждет адреналина, какого-то риска, экстрима... Нам становится скучно, если ничего не происходит... Если ничто не горячит кровь и не будоражит воображение... Нам нужен экшн... Что-то вроде приключений Бонни и Клайда, только без излишеств в виде рейнджеров с кольтами наперевес... В этом есть своя прелесть, согласитесь... И именно поэтому, когда происходит что-то такое, из ряда вон, чего ты так давно и отчаянно ждешь, у тебя срывает тормоза...
   Бархатный баритон Вилле вырвал Аню из состояния перманентной задумчивости. Встретив его взгляд, она сообразила, что он заметил, как она погрузилась в свои мысли. И все то время, что они шли, не мешал ей, давая возможность обдумать все варианты. Сделав приглашающий жест, он помог ей подняться на сцену. Их встретили немного недоуменные взгляды остальных членов группы, тех, кого не было в гримерке, и понимающий взор Миге. Ей бы снова смутиться, но внезапно пришло странное понимание правильности происходящего. Вся нервозность куда-то испарилась, словно туман, который разгоняют первые лучи восходящего солнца. Она споет сегодня с ним, чего бы ей это не стоило. И сделает это так, что все просто обалдеют.
   - Ребята, знакомьтесь, это Анна. Она - фотограф, а еще у нее совершенно очаровательный голос. - Вилле представил ее остальным и, как так и надо, отошел к Линде.
   - Я знал, что он тебя уговорит на эту авантюру, как только услышал, что вы с подругой поете. - К ней подошел бас-гитарист, понимающе улыбаясь. - Жаль, что Лана не согласилась спеть. У нее действительно такой хороший голос, как ты говоришь? - Миге подмигнул ей, и Аня в очередной раз убедилась, что рыжее чудо, по странному недоразумению именуемое ее подругой, не зря так легко всего добивается. Ее способность очаровывать нужных людей иногда попахивала откровенной мистикой.
   - Могу дать послушать, как мы поем вместе. Только не говори ей потом, она терпеть не может выступать на публике. И заставить ее спеть можно только напоив. - Это оказалось так легко, общаться, словно они уже лет сто знают друг друга. На самом деле, она знала о составе группы все и даже больше. Ну, по крайней мере, то, что можно было узнать. Теперь представился уникальный шанс пообщаться с ребятами, а главное - с Ним, лично. И за это она была благодарна подруге, как никогда.
   - До начала репетиции еще есть время, так что давай. - Бас-гитарист оживился, глядя на то, как она достает из сумочки свой iphone. Подключив наушники, она быстро пролистала плейлист, находя Join me в их исполнении. Протянув их Миге, Аня нажала на Play. На мгновение оторвавшись от изучения выражения лица мужчины, она поймала брошенный в ее сторону взгляд Вилле, который что-то объяснял Линде и Гасу, увлеченно жестикулируя. Судя по всему, им идея ее участия (а в том, что предметом разговора была именно она, Анюта не сомневалась) пришлась по вкусу, потому, что улыбались они уж очень заговорщически. На ее плечо опустилась чья-то рука, и она обернулась, натыкаясь на совершенно ошалелое лицо Микко Паанена. Но прежде, чем она смогла услышать ответ, к ним присоединились остальные.
   - Что это так тебя поразило, а, Миге? - Вилле самым наглым образом приобнял Аню за талию, заглядывая через ее плечо на дисплей. От этого вроде бы нечаянного прикосновения у нее мурашки по коже побежали. Она замерла, как перепуганная лань, стараясь не дышать. Может для него это и было обычным поведением, но для нее сегодня всего было слишком. Слишком неожиданно, слишком много, слишком приятно...
   - Теперь я верю, что сегодняшний финальный номер будет просто бомбой... Жаль, что мисс-журналистка попалась такая строптивая и отказалась. Ты бы послушал, как они поют вдвоем...
   - Да ничего особенного... - Вконец смущенная, почти прошептала Анна, забирая протянутый ей телефон и пряча его в сумочку.
   - Кто бы говорил! Ты просто недооцениваешь себя, дарлинг. Уж мне можно верить в этом деле. А теперь по местам, лентяи! Концерт через два часа, а мы еще даже не начали! - Вилле отпустил ее, и махнул рукой, разгоняя всех по местам. Затем повернулся к ней. - Сейчас сразу отрепетируем наше с тобой выступление. Попробуем так - я начинаю, припев вместе, потом ты, а дальше до конца снова вместе. Готова?
   Нет, не готова! И не буду готова! Хотелось выкрикнуть ей, но Аня только кивнула, молча стиснув зубы. В памяти всплыл разговор, который состоялся у них с Ланой в тот вечер, когда она приехала в Рим. Рыжая была в жуткой депрессии, и походила на тень самой себя. Она никак не могла отойти от смерти друга, который был дорог ей, как брат. Они тогда пили вино, сидя на балконе в плетеных креслах. И в ответ на фразу Анюты о том, что она не должна так раскисать, потому, что она сильная, Лана ответила, что это бессовестная лесть.
   - Это не я сильная, это ты сильная. Никто не смог бы не то, что прилететь в чужую страну ради меня, а даже просто выдержать мое нытье. Именно это было мне нужно - сильная личность, которая сможет вразумить меня...
   - Глупая, ты сама понимаешь, что говоришь? Хотя, мы с тобой обе хороши. Нахваливаем друг друга, вместо того, чтобы просто признать свои достоинства и недостатки. Все будет хорошо, мы справимся со всем вместе, потому, что еще не создано такого препятствия, которые мы не смогли бы преодолеть.
   Тогда они долго говорили, но в конце легче стало обеим. И уже на утро вечерний разговор воспринимался как шутка. Но с тех самых пор слова подруги поддерживали ее в те моменты, когда она начинала сомневаться в своих силах, вот как сейчас...
   Да, я сильная, ты права. Я смогу это сделать, обязательно... Подойдя к микрофонной стойке, она поймала ободряющую улыбку темноволосого красавчика, а потом зазвучал его голос, без предварительного вступления. Закрыв глаза, Анна слушала, наслаждаясь этими бархатными нотками. И припев подкрался слишком быстро, а потом и ее очередь. Вдохнув, и не открывая глаз, она сжала ладошками микрофон и запела так, как если была одна, если бы ее никто не слышал. Так, как пела для себя или вместе с подругой - открыто, в полную силу...
   - Oh girl, we are the same
   We are strong, and blessed, and so brave
   With souls to be saved
   And faith regained
   All our tears wiped away...
   Когда отзвучали последние аккорды, воцарилась тишина. Она казалась такой плотной, что только протяни ладонь и можно потрогать. Анюта боялась открыть глаза, и посмотреть на Него, на них. Она все еще жила песней, теми эмоциями, переживаниями, которые та в ней вызвала. Все еще мысленно была там, в мире, который создавала для нее эта песня. И не сразу сообразила, что последний припев она пела сама... Это чувство не хотелось отпускать. Хотелось запечатлеть его, как художник увековечивает свои образы на холсте. Хотелось, чтобы оно навсегда осталось с ней. И тогда она сможет воскрешать его потом, когда они вернутся домой. И эта встреча с тем, кто заставляет сердце биться быстрее, останется лишь воспоминанием. Да, приятным, дорогим, но всего лишь воспоминанием...
   А потом неожиданно этот покров тишины разорвали аплодисменты. Она даже вздрогнула, когда ее притянули в объятия и такой знакомый, ставший таким родным с первого момента, когда она услышала его, голос, прошептал ей на ухо:
   - Ты была великолепна... Просто неподражаема... И я не удивлюсь, если публика сегодня будет в таком же восторге, как и мы с ребятами. - Распахнув глаза, она неверяще повернулась, натыкаясь на искорки одобрения во взгляде цвета абсента. А потом буквально почувствовала то одобрение, восхищение, с которым на нее смотрели остальные. Это было приятно... Знать, что ты смогла удивить того, кто вот уже столько лет был негласным кумиром, королем твоего сердца...
   Дальше репетиция пошла своим ходом, а Анна воспользовалась полученной передышкой, чтобы просто понаблюдать за тем, что удавалось увидеть далеко не многим. Как говорят натуралисты - поведение особи в природной среде обитания. Звучит смешно, но как говорится за неимением другого термина сойдет и этот... Два часа пролетели незаметно, словно кто-то включил ускоренную перемотку для того, чтобы у нее не было времени переживать из-за предстоящего дебюта на большой сцене. Когда до начала оставалось совсем немного, Вилле увел ее за кулисы. В святая святых, куда допускали не всех...
   - Нервничаешь? - Он устроился на стуле рядом, затягиваясь сигаретой. Ему на самом деле было важно знать, как она себя чувствует, и от осознания этого факта стало так легко, словно она превратилась в воздушный шарик, наполненный гелием. Молча улыбнувшись, Анна отрицательно покачала головой. Взгляд скользил по снующим туда-сюда работникам и остальным участникам концерта. HIM выступали где-то ближе к концу, сразу после The 69 Eyes.
   Вот, кстати да, а где носит эту любительницу интриг? Она огляделась в поисках подруги, чувствуя, что начинает переживать. Той не было слишком долго, а это должно было быть, по меньшей мере, подозрительно.
   - Не переживай ты так, вон идет твой рыжик. - Она непонимающе обернулась к Вилле, потом перевела взгляд в указанном направлении. Лана танцующей походкой дефилировала к ним, что-то напевая про себя, с совершенно счастливым выражением лица.
   - И ты еще говорил, что чтение мыслей - это миф? - Аня насмешливо изогнула бровь, вставая со стула, на котором сидела. Перехватив подружку прежде, чем та подошла достаточно близко, она отвела ее в сторонку.
   - Только не говори мне, что у вас был секс! - Анна театрально закатила глаза, прекрасно зная, что рыжая на такое не способна, и причина столько радужного настроения кроется, скорее всего, совершенно в ином. - У тебя выражение лица как у кошки, которая обнаружила целый кувшин сметаны...
   - Ага, самый безудержный и невероятный секс в моей жизни! - Лана подхватила шутку, плотоядно облизываясь. - На самом деле мы все это время просто проговорили. Юра - нереально интересный собеседник. Он столько всего мне рассказал о своей работе послом доброй воли... Черт, я сейчас вообще не способна здраво соображать, слишком много эмоций... - Она откинула падающую на глаза челку. Во взгляде цвета темной зелени зажегся огонек, предвещающий допрос с пристрастием. - А как твоя мечта? Вижу по взглядам, что вы не просто спелись...
   - Тихо ты, еще услышит...
   - Ну и ничего не поймет, разве что он знает русский... Так что там было после того, как я ушла, рассказывай.
   - Вилле предложил мне выступить сегодня с ним...
   - И?.. - В глазах подруги загорелся просто таки маниакальный интерес. А уж про ее способность выведывать то, что нужно, Аня знала из личного опыта слишком хорошо. Сама такой же была, если уж на то пошло.
   - И я согласилась...
   - Ооо, я знала, что так и произойдет! Теперь осталось только дожить до выступления... А пока иди сюда, приведу тебя в надлежащий вид...
   Думаю, что говорить о том, сколько времени заняла приведение в надлежащий вид, не стоит. К тому же наличие некого симпатичного мужчины в непосредственной близости, который время от времени вставлял ехидные комментарии, никак не способствовало состоянию душевного равновесия. Так что когда объявили выход группы, от спокойствия почти ничего не осталось, и Анюта успела изрядно издергаться. Слушая выступление, она безотчетно сжимала ладонь подруги, наблюдая, как Вилле двигается по сцене, как подкуривает, по привычке. Когда он допел очередную песню и бросил короткий взгляд туда, где стояла она, у девушки едва не подкосились ноги.
   - Успокойся, у тебя все выйдет. Помни, что я тебе всегда говорю - ты сильная. Покажи им всем! Иди...
   Лана легонько подтолкнула меня, когда Вало объявил, что подготовил всем сюрприз и сейчас с ним выступит совершенно очаровательная девушка... Рев толпы совершенно оглушил ее, приводя в замешательство, но потом ее пальцы очутились в его ладони, и все резко перестало существовать. Только он, только его прикосновение... Словно мир выключили, оставляя только их двоих... Эта молчаливая поддержка оказала на нее странное воздействие, пробуждая азарт, желание доказать, убедить, не их - его. Пусть на самом деле этого и не требовалось... Его шепот на репетиции сказал ей о многом... И не хотелось думать ,что она для него - всего лишь одна из многочисленных поклонниц... Хотелось верить, что она смогла зацепить, смогла разжечь интерес...
   Первые аккорды... И Анюта пела так, как никогда в жизни, как в последний раз... Все это время глядя на толпу, и видя только Его глаза... И чувствуя только его объятия, его голос, вызывающий мурашки по коже... А потом это было похоже на взрыв сверхновой... Словно кто-то нечаянно нажал на кнопку детонации... Сотни тех, кто пришел на этот концерт... Они просто взорвались криками... Их восторг витал в воздухе, он был почти вещественен... И это было так невероятно, так необычно... Что даже спустя время Анна не сможет вспоминать это спокойно... Слишком сильны были эмоции, слишком материальны... И казалось, что все это - всего лишь сон, реалистичный, но только сон... И просыпаться не хотелось...
  
   Глава 4
   Любовь не всегда означает бурные вспышки страсти. Иногда это всего лишь ровное биение ваших сердец, когда они бьются рядом каждый день... (с)
  
   Бог влюбляет не тела,
   Бог влюбляет души.
   Ты мой, а я твоя.
   Нам никто не нужен... (с)
  
   Как долго человек может любить без надежды на взаимность?.. Как долго может тлеть искра это хрупкого, как лепестки едва распустившейся розы, чувства... Что нужно для того, чтобы погасить ее окончательно либо разжечь бушующее пламя, сметающее все на своем пути?.. Вообще, что подпитывает такие чувства?.. Ведь когда любовь безответна, это еще больнее, чем если вы любили и любили вас, а потом что-то не сложилось... Любить человека, и знать, что он никогда не ответит на ваши чувства на самом деле страшно... Это выматывает морально и физически, выжигает изнутри, разъедает душу, оставляя после себя даже не осколки, нет... Остается лишь пепел, зола... Из которой никогда не суждено воскреснуть фениксу...
   Но нет, даже не это самое коварное в чувствах такого рода... Кто-то, настроенный особенно оптимистично, спросит, что же может быть хуже... Поверьте, хуже может быть, когда тот, в кого вы давно и безответно влюблены, дает вам слабый, словно тень солнечного блика на стекле в летний полдень, проблеск надежды на то, что ваши чувства, ваша любовь может обрести взаимность... Вот это на самом деле страшно... Потому, что вы, словно маленький, доверчивый ребенок, идете на поводу у этого призрака надежды... А потом, в конце, вас ждет горькое разочарование... Хотя, не все бывает так депрессивно, в конце концов, жизнь - это не только вечные драмы... Да-да, отвечая уже скептикам, поясняю, что в жизни бывает много хорошего... На самом деле, все зависит только от нас... И если нравится страдать, проливая по ночам слезы в подушку от того, что кто-то там в силу природного сволочизма либо просто по незнанию того, какая ты душка, тебя не любит - вперед... А можно взять все в свои руки, и воплотить мечту о большом, светлом и чистом чувстве в реальность... Не спорю, принцы на белом коне сейчас не комильфо... Но вот на белом Порше, к примеру, очень даже подойдет... Все это, конечно, шутки, но обо всем вышеизложенном я вам рассказываю не просто так... Это своего рода вступление, так сказать пролог к тому, о чем пойдет речь дальше... На самом деле, суть сводится к следующему - если вам чего-то очень хочется, стоит приложить совсем немного усилий, и все получится... Действуйте по принципу "Нет ничего невозможного..." Ибо человеческий гений в своей способности находить выходы даже из самых, казалось бы, безнадежных ситуаций просто поражает воображение...
   История дней минувших, так любезно преподносимая нам изысканным слогом в любовных или исторических романах пестреет завуалированными советами о том, что делать в разных жизненных ситуациях... Порой стоит всего лишь пролистать пахнущие типографской краской или немного влажностью и плесенью томики в красивом переплете... И ты понимаешь, что на самом деле все не так и плохо, как могло показаться на первый взгляд... Говорят, что на своих ошибках учатся только дураки, а умные учатся на чужих... Примерно эти же люди называют опыт ошибками... Будем же умными, и постараемся не делать ошибок, на которых потом придется учиться... Взять, например, Ромео и Джульетту... Красивая пара, просто невозможная в своей красоте и трагичности любовь... И все испортила банальная вражда семей, которые даже не помнят, из-за чего начался весь этот сыр-бор... Что имеем в итоге? Театральный жест выпивания яда над бездыханным телом возлюбленной (которое на самом деле не такое и бездыханное). А потом не менее эффектное пронзание кинжалом этого самого тела очнувшейся возлюбленной, которая не смогла пережить смерти любимого... Кто-то скажет, что это все - мой скептицизм... Ну да, я - немного скептик, но это не означает, что я не верю в искренние чувства...
   Идем дальше по примерам... Отелло и Дездемона... Немного не та опера, но не важно... Проблема в том, что он не доверял ей... И это вполне легко проследить в общей канве сюжета... Тристан и Изольда - та же проблема с родителями... Вообще, я заметила, что во всех этих историях, повествующих нам о красивой, но до жути трагичной любви, есть нечто общее... Никто из героев даже не пытается как-то переломить ситуацию, просто остановиться и подумать, что надо что-то сделать для того, чтобы изменить все... Как сказал один умный человек: "Дайте мне точку опоры и я переверну мир..." Мудрое изречение, на самом деле... Сейчас мы привыкли бороться за то, что нам дорого... Привыкли, что ничто не дается просто так, и мечты не воплощаются в жизнь сами... Мы стали сильнее, умнее, опаснее... Это я сейчас про представительниц прекрасной половины человечества говорю... Если мы не можем легко получить что-то, что нам необходимо, мы просто вырываем это зубами, борясь до конца...
   В общем, мораль сей басни примерно в следующем... Если не бороться за то, чтобы твои чувства обрели взаимность, то можно закончить примерно так же, как герои тех самых романов, о которых говорилось выше... Важно помнить одно простое правило - если чего-то хочешь, то борись за это до победного конца... Это только в сказках все приходит само, стоит лишь сказать волшебное слово... В жизни все намного прозаичнее... Реальность жестока, и для того, чтобы в ней оставалось место чему-то красивому, светлому и чистому, нужно прилагать усилия...
  
   Я помню все твои улыбки на вкус (с)
  
   - Без него никак?
   - Без него незачем... (с)
  
   Ей снился сон... Казалось бы, ну что такого может быть в сновидении? Они приходя ко всем... Разные, цветные или черно-белые, запоминающиеся или не очень, плохие или хорошие, вещие или абсолютно бессмысленные... Но этот сон был не таким, как все остальные... Сон был особенным уже потому, что ей снился Он. Нет, это не было чем-то из ряда вон выходящим (Его наличие во сне, имеется ввиду)... Просто все было слишком реалистичным для того, чтобы называться обыкновенным сном...
   Длинные коридоры... Белые, словно бы подсвеченные изнутри стены... Десятки дверей, безликих, деревянных... И тишина... Абсолютная, дрожащая, почти живая... Лабиринт Минотавра... Без права на ошибку, только один выход... Она бежала, чувствуя, что паника начинает понемногу заявлять на нее свои права... Она даже не пыталась проверять, что за теми дверями, которые попадались на ее пути... Просто знала, каким-то внутренним радаром, что все они заперты... Ровный, какой-то мертвенный свет и еще это... Сначала ей показалось, что она ослышалась, но потом это повторилось... Шаги, чьи-то отдаленные шаги... Они заставили сердце биться быстрее, подхлестывая и без того расшатанные нервы... Она чувствовала, что они приближаются, но сил бежать быстрее уже не почти не оставалось... Казалось, что этим коридорам, прямым, с редкими поворотами, не будет конца... Что она останется здесь навсегда, скитаясь, словно бесплотный призрак, в поисках выхода, которого не существует...
   Ей было страшно, до дрожи в коленях и липких струек страха, ползущих по позвоночнику... Она боялась, что эти шаги настигнут ее раньше, чем она найдет выход... Да, она знала, что выход должен быть где-то рядом... Она могла просто не заметить его, просто пройти мимо... Шаги становились все ближе... Такие четкие, такие уверенные... Словно тот, кто шел за ней, был уверен, что жертва от него не сбежит, как бы не старалась это сделать... И это пугало еще больше... Неизвестность, незнание того, кто за ней гонится... Краем сознания она понимала, что все это - только сон, плод ее воображения... Но не могла проснуться... Что-то не отпускало ее, снова и снова заставляя бежать по замкнутому кругу этих коридоров...
   Он появился внезапно... Этот звук, так дико смотрящийся на фоне общей тишины и все приближающихся шагов... Это была музыка, даже нет, это была песня... До боли знакомая песня, такая родная и любимая... Ставшая частью сущности, впитавшаяся в кровь... Она звала, манила к себе, обещая спасение, обещая выход... И устоять не было никаких сил... Она устремилась на встречу песне, словно корабль, ведомый на рифы коварной Сиреной...
   Свет оказался таким обжигающе ярким, что она не сразу поняла, где находится... Но песня стала громче, настолько, что можно было разобрать слова... Те самые слова, которые так прочно врезались в сердце... Те самые, которые она пела для Него... И этот голос, так похожий на Его голос... Она зажмурилась, давая себе время привыкнуть к слепящему освещению... Осознание приходило постепенно... Сначала она поняла, что шагов больше не слышно... Потом, что она здесь не одна... На талию скользнули чьи-то руки, шею обожгло горячее дыхание... Она замерла, забывая, что нужно дышать... Не узнать эти прикосновения, эти объятия, просто невозможно... Она бы не забыла их, даже если бы хотела этого больше всего на свете... А она не хотела, не могла... Обнаженной кожи коснулись губы, опаляя чувственностью касания... Он молчал, и она не говорила, боясь просто обернуться и не увидеть там никого... Сон, всего лишь сон... Твердил голос в голове, но она отказывалась верить, отказывалась просыпаться... Здесь было хорошо, здесь Он был рядом, был с ней...
   Ей стало любопытно, когда первый страх прошел... И она рискнула развернуться, увидеть... Его глаза, такие глубокие, манящие... Словно зелень морской глубины в солнечный день... И он улыбался ей, только ей... Протянуть руку, коснуться, очерчивая скулу кончиками пальцев... Дотронуться до губ, чтобы поймать эту улыбку, словно солнечный зайчик на стене... А потом просто приподняться на цыпочки и поцеловать... И почувствовать, как его ладони сжимаются на талии сильнее, как он отвечает... Так нежно, так трепетно, словно она - хрустальная ваза и может разбиться...
   Пробуждение было таким внезапным, словно она резко вынырнула на поверхность. Лежа с закрытыми глазами, Анна пыталась поймать ускользающие, словно песок сквозь пальцы, обрывки сновидения. В номере было на удивление тихо, что показалось несколько странным. Она ведь четко помнила, что было вчера, после концерта... Стоп! Мамочки дорогие, неужели это на самом деле было?.. Аня села так резко, что немного закружилась голова. Переждав, пока перед глазами перестанут танцевать канкан звездочки, она огляделась. Память услужливо выдала, что было после концерта... Ребята пригласили их продолжить приятное знакомство в одном из клубов Амстердама. Понятное дело, что отказываться никто не стал. Она была все еще под впечатлением от выступления, а подруга то и дело погружалась в странную задумчивость. Все происходящее казалось ожившей сказкой... И то, как они говорили с Вилле обо всем и ни о чем... Как потом танцевали, не обращая внимания на удивленные взгляды завсегдатаев клуба...
   Создавалось такое впечатление, что за эту ночь она узнала о нем больше, чем за все то время, что увлекалась его творчеством. А еще пришло понимание того, что это не просто банальное увлечение своим кумиром... Одно его присутствие заставляло сердце биться быстрее. Улыбки, адресованные только ей, наполняли душу теплом. А случайные, на первый взгляд, прикосновения, были похожи на маленькую смерть от удовольствия. И хотелось верить, что ему было так же интересно рядом с ней...
   В номер они вернулись только под утро, часам к пяти, попрощавшись со всеми у входа в отель. Воспоминание о том, каких трудов ей стоило уговорить Лану отправиться по койкам и оторвать ее от разговора с Юрки, вызвало улыбку. Кстати, а где снова это рыжее чудо? Анюта оглядела комнату, освещаемую лишь солнечными лучами, пробивающимися сквозь неплотно задвинутые гардины. Подруга обнаружилась в кресле. И оставалось только удивляться, каким образом она умудрилась заснуть именно так - свернувшись клубочком, словно маленький котенок, подтянув коленки к груди, и прижавшись щекой к подлокотнику. Рядом на журнальном столике лежали в беспорядке исписанные красивым ровным почерком листы, КПК и стояла пустая чашка из-под кофе. Хорошо хоть сигарет не наблюдается... Неужели все это время работала? Вот же чокнутая...
   Поток мыслей прервал деликатный стук в дверь. Выбравшись из кровати, и обнаружив, что на ней нет ничего кроме нижнего белья, Аня быстро накинула халат. Нарушителем спокойствия оказался молоденький портье, который протянул ей два конверта. Поблагодарив паренька чаевыми, она закрыла дверь и тихонько вернулась к кровати. На часах был без малого полдень, а это значило, что проспали они не так и много. Точнее не они, а она. В том, что подруга заснула от силы пару часов назад, Анна была более чем уверенна... Положив странные письма на тумбочку, она отправилась в душ - окончательно просыпаться. Теплые струи разогнали сонливость, но оставили странный осадок на душе от сна, который ей приснился. Она запомнила его лишь в общих чертах, но и этого было вполне достаточно... На ходу досушивая волосы, она вернулась обратно в номер. Заказав поздний завтрак и побольше кофе, Анюта устроилась на застеленной кровати и взяла письма. Одно из них адресовалось Лане, и его пришлось отложить в сторону, а вот на втором значилось ее имя. Осторожно, словно конверт мог ее укусить, она открыла его и вытащила сложенный вдвое лист бумаги. Стоило только вчитаться в первые строки, как сердце пропустило несколько ударов, а потом пульс зачастил так, словно она пробежала несколько километров без остановки. Это было письмо от Вилле, в котором он выражал желание встретиться с ней сегодня, ближе к четырем часам.
   - Поверить в это не могу...
   - Поверить во что? В то, что я тебя сейчас прибью за бессовестную побудку моей несчастной тушки? - Донесся со стороны кресла хриплый недовольный голос, в котором все же проскальзывали веселые нотки. - Похоже, что засыпать в кресле у меня становится нездоровой тенденцией. Чему это ты так радуешься, звезда экрана?
   - Думаю, что сейчас ты тоже обрадуешься... Но сначала приведи себя в божеский вид. - Фыркнула от смеха Анюта, глядя на заспанное личико подружки в обрамлении растрепанных рыжих локонов. Та только пожала плечами, подозрительно поглядывая то на девушку, то на лист бумаги в ее руках и ретировалась в направлении ванной, давая время осмыслить все написанное... На самом деле, верилось во все с трудом, но мысли, что это письмо - чья-то злая шутка, даже не возникло. Есть такое понятие, как женская интуиция, которое имеет свойство подсказывать, когда стоит пойти на поводу у предчувствия, а когда лучше не совать голову в пасть крокодила...
   Рассеяно скользя кончиками пальцев по письму, Аня погрузилась в свои мысли, краем уха слушая, как поет Лана, сквозь шум воды в ванной. Перспектива провести почти весь день с Вилле откровенно радовала и пугала одновременно. Она не могла понять, чем был вызван такой интерес к ней. И уж тем более не предполагала, чем все может закончиться. Хотелось отбросить все заморочки, и просто хорошо провести время до того момента, как придется возвращаться из красивой сказки в обычную жизнь. Да, пусть потом будет плохо, сложно забыть все, что случилось, но она переживет это как-то...
   - Ты чего застыла, словно Медузу Горгону увидела? - Рыжая вырулила из ванной в одном нижнем белье, на ходу подсушивая волосы полотенцем. - Так чему я там радоваться должна? - На ее лице появилось заинтересованное выражение, предвещающее изощренные пытки, если ответ не будет получен немедленно. С легкой улыбкой Аня отложила собственное письмо и протянула Лане конверт, подписанный замысловатым почерком. Дальнейшая сцена была, как говорится, картина Репина "Приплыли... Всю ночь гребли, а лодку отвязать забыли..." Пытаясь застегнуть джинсы одной рукой, а во второй держа письмо, подруга застыла посреди номера с совершенно непередаваемым выражением лица. В двух словах его можно было описать примерно так "Вы все еще не верите в чудеса? Тогда мы идем к вам!" Зеленые глаза стали просто невозможно огромными, а совершенно детское недоумение сменилось неожиданным образом.
   - Твою ж... Господи, теперь я верю ,что ты существуешь... - Дальше было несколько весьма красочных, но совершенно непечатных эпитета. Вообще, когда она волновалась, то иногда могла выдать такое, от чего у нормального человека уши сворачивались в трубочку. - Ты не поверишь, Ань...
   - От чего же, поверю... - Вытирая выступившие от смеха слезы, Анна перевела дыхание и подошла к рыжей. - Дай угадаю - это приглашение?
   - И кто из нас после этого - Ванга местного разлива?.. - Понимание, смешанное с полным восторгом, нарисовалось на личике рыжей. - Стоп! Только не говори мне, что ты тоже получила... Не может быть! Я в это просто не верю...
   - Я тоже не верила, но кто у нас тут мисс-моя-интуиция-заткнет-вас-всех-за-пояс? Что она тебе подсказывает?
   - Она мне подсказывает, что оставшиеся два дня в Амстердаме будут самыми шикарными в нашей жизни... - Неожиданно она замолчала, а улыбка медленно сошла на нет. Подойдя к окну, Лана замерла, обхватив себя руками за плечи. Эта перемена была такой неожиданной, что Анюта испугалась. Перед глазами живо всплыла картина того, какой мертвой и безжизненной была эта непоседливая и язвительная девчонка несколько месяцев назад. Подойдя к подруге, она положила подбородок той на плечо.
   - Что произошло на этот раз?
   - Просто понимаешь, я тут подумала... - Она замялась, явно не зная, с чего начать. Уже одно это само по себе было тревожным признаком.
   - Только не говори мне, что это снова один из твоих приступов озарения, которые потом непременно выходят нам боком...
   - Нет, это немного другое... Ты знаешь, вчера, после концерта, да и до него тоже... Я поняла одну простую вещь - любовь с первого взгляда существует... Его творчество увлекло меня не просто так, мы во многом похожи... Но сейчас, прочитав, что он хочет встретиться, чтобы продолжить начатый разговор, я испугалась. Понимаешь, у нас с тобой есть только два дня. Два дня сказки, после которой карета опять превратится в тыкву, лакеи в мышей, и останется лишь хрустальная туфелька воспоминаний... Скажи, стоит ли то, что придется пережить потом, этого времени? Или лучше сразу упаковать вещи и улететь домой, оставив сердце целым?..
   В номере воцарилась тишина. Каждая из них думала о своем. Обычно такая рассудительная и здравомыслящая, в отличие от горячей и рисковой подруги, Анна была вынуждена признать, что если эти два дня, проведенные с Вилле станут самыми счастливыми в ее жизни, потом она просто не сможет забыть и склеить сердце. Она любила его, причем не так, как можно любить своего кумира... Она любила его так, как женщина может любить мужчину. Но здравый смысл подсказывал, что чудес не бывает, и врядли его интерес основан на чем-то большем, чем обыкновенное желание узнать девушку, которая так отличается от привычного круга знакомых...
   Это было важное решение, которое могло стоить им обеим многого. Вспомнились слова, сказанные Ланной перед вылетом из Рима о том, что эта поездка перевернет их жизни. Они ведь и правда оказались пророческими. И теперь надо было что-то решать. Потому, что часы тикали, неумолимо приближая час Х, когда придется взглянуть в лицо своей проблеме. И от того, какой вариант они одобрят, зависела, возможно, вся дальнейшая их жизнь.
   - Знаешь... - Медленно начала Аня, тщательно подбирая слова. Да, она была более рассудительной, но это не значило, что ей не были свойственны сумасшедшие поступки, когда человеком движет только странный инстинкт, своего рода наитие. - Говорят, что кто не рискует, тот не пьет шампанского... Если тебе действительно так хорошо с ним, то почему бы не забить на все и не провести эти два дня с теми, кто значит для нас так много? И пусть они об этом даже не догадываются, мы с тобой знаем, что это такое. Позволь нам обеим побыть счастливыми, пусть и не долго. А потом, холодными зимними вечерами мы будем вспоминать о тех мужчинах, которые смогли войти в нашу жизнь, хоть и не остались в ней.
   Она не видела, но почувствовала, что рыжая улыбается. Это означало, что опасный рубеж преодолен. И независимо от того, как плохо им потом будет, решение принято.
   - Ты всегда умела найти необходимые слова... Но я не хочу снова страдать потому, что полюбила не того... Ты ведь тоже любишь Вилле... Я знаю, для многих это прозвучит странно, но любовь не выбирают. И я боюсь, что когда мы вернемся, как прежде уже не будет...
   - Трусишка, ты просто боишься позволить себе снова почувствовать что-то большее, чем обыкновенные каждодневные эмоции. Лан, не парься, прошу тебя. Даже если потом придется склеивать друг друга по кусочкам, давай проживем эти два дня на зависть всем. Чтобы было о чем потом помнить. Безответная любовь на самом деле не так плоха, как о ней говорят. Уж мне ли не знать...
   - Ладно, ты меня уговорила. Куда там твой рыцарь тебя пригласил?
   - Кажись, небольшой экскурс по городу. Встречаемся через два часа в холле отеля. А твой?
   - Пишет, что это будет сюрприз, и тоже на все про все осталось два часа... Черт, ненавижу неизвестность...
  
   Intermission
   As long as I'm walking this highway
   With you, only you by my side...
   For tears there will be no way,
   And no reason there will be to hide...
  
   Легкий смешок заставил меня замолчать на полуслове и недоуменно поднять взгляд на Юрки.
   - Что смешного? - Я вопросительно изогнула бровь, немного удивленная такой реакцией, потому, что добралась в своем повествовании до той части, в которой было как раз не до смеха. Он покачал головой, отказываясь говорить, но улыбка с лица не сошла. Я демонстративно надула губы и замолчала. Спать хотелось неимоверно, но оставалось как раз самое интересное... И самое нелегкое в этой истории... Возможно, следовало бы подумать о том, как избежать рассказа о том, что с нами было после отъезда из Амстердама. Мне отчаянно не хотелось вспоминать и заново переживать те чувства и эмоции, которые бушевали тогда. Но подозрение, что Юра не отстанет, пока я не выдам все, до последнего, не оставляло меня.
   - Не обижайся, рыжик... - Он прижал меня к себе, поворачиваясь так, что мы оказались фактически нос к носу. - Просто не ожидал, что ты готова была сбежать еще до того вечера, как мы...
   - Я и правда была готова... Мне было страшно, как никогда в жизни. Просто понимаешь, когда я осознала, что это нечто большее, чем просто увлечение кумиром юности, я поняла, что здесь, как говорят в моей родной стране: "Или пан или пропал." Суть сводится примерно к тому, что риск - благородное дело.
   - Знаешь, а я понимаю... Тогда, дожидаясь тебя, я нервничал, как шестнадцатилетний юнец на своем первом свидании. Ты покорила меня своей необычностью и разносторонней образованность. Я никогда прежде не встречал девушки, к которой бы настолько подходило описание "сочетай несочетаемое."
   Эта его реплика вызвала смех уже у меня. Представить Юрки, который расхаживает по фойе отеля, не зная, куда себя деть и нервно кусая губы, было поистине занимательно.
   - Помню, тогда ты меня удивил. Честно говоря, я не ожидала такой программы на вечер.
   - Серьезно?
   - Как никогда. Плавающий цветочный рынок был просто невероятен... Я до сих пор храню ту розу, которую ты мне тогда подарил... - Я снова замолчала на несколько мгновений, погружаясь в воспоминания о том вечере. Юра был очаровательно романтичен, и это заставляло сердце биться быстрее... Поначалу я чувствовала себя несколько скованно. Тяжело было расслабиться и получать удовольствие, не выдав при этом себя. Но когда он привез меня на площадь Дам, к знаменитому цветочному рынку, после прогулки по каналам Амстердама, все смущение как рукой сняло... Я радовалась, как ребенок... А когда ловила его мимолетные взгляды и теплую улыбку, то становилось так хорошо... Меня не смущал тот факт, что у нас приличная разница в возрасте, и для него я действительно почти как ребенок. Это был как раз тот случай, когда нужно забить на все, и просто наслаждаться тем, что дарит жизнь...
   - О чем задумалась?.. - Он поцеловал меня в кончик носа, в голубых глазах плясали озорные искорки.
   - Вспоминала, как хорошо нам было тогда... Я до сих пор помню каждую мелочь, каждую деталь...
   - Я тоже... Но ты явно хотела что-то спросить...
   - Вообще-то да, хотела... Возможно, это несколько глупый вопрос, но... Скажи, ты никогда не воспринимал меня, как ребенка?..
   - Даже мысли не возникало... - Ответ последовал незамедлительно, хотя я ожидала, как минимум небольшой паузы. - В тебе я видел только женщину, причем желанную. С самого первого момента нашей встречи... А к чему вопрос? Были сомнения?.. - Его губ коснулась улыбка, выглядевшая особенно коварно в бледном свете, пробивающемся сквозь открытое окно. Ладони, скользнувшие под маечку на спине, заставили выгнуться от неожиданности, прижимаясь к нему ближе.
   - Нахал... - Выдохнула я, утыкаясь носом в его плечо. - Ты хочешь услышать конец истории или нет?
   - Шантажистка... Просто ты напомнила мне о той ночи, которую мы провели вместе. И у меня встречный вопрос. Ты ведь не планировала?
   - Нет, все вышло слишком спонтанно... Ты меня бессовестно напоил и соблазнил. - Я высвободилась из его объятий и встала с кровати, откидывая лезущие в глаза волосы. - Пойдем, я сделаю кофе и продолжу рассказ...
   - Это я тебя соблазнил?! - Послышалось псевдовозмущенное, а затем меня снова нахально заключили в объятия. Сопротивление было, как говорится, бесполезно. Юрки был выше и сильнее, я вообще удивлялась, как меня угораздило связаться с такой громадиной. - Рыжая чертовка! Да у меня и тогда, и сейчас, от одного твоего взгляда крышу срывает. Так что, думаю, вопрос о том, кто кого соблазнил, можно считать закрытым... И от кофе я не откажусь. - Он поднял меня на руки и понес на кухню.
   - Знаешь, а мне может понравиться такой способ транспортировки... - Не удержалась от подкола я, когда меня, наконец, поставили на ноги.
   - Всегда готов... - Был немедленный ответ...
   Несколькими минутами позже, сидя напротив него и потягивая кофе мелкими глотками, я задумчиво скользила взглядом по таким знакомым чертам лица. Мне нравилось на него смотреть, изучая и запоминая ставший и без того совсем родным образ. Память услужливо подбросила мне воспоминание годичной давности... Это было раннее утро, за несколько часов до вылета... Я тогда проснулась рядом с ним, и осознание сделанного не сразу коснулось моего сознания, давая время просто наблюдать... Я смотрела, как он спит, такой безмятежный, словно ребенок... Длинная черная прядь пересекает лицо... Тогда я не решилась ее убрать, испугавшись, что он проснется... Безумно хотелось коснуться губ легким поцелуем... Снова воскресить в памяти, как эти безупречно-порочные губы истязали меня ночью... А потом пришел страх... И я сбежала, оставив после себя лишь короткую, в несколько строк записку...
   - Ты снова задумалась... Знаешь, а мне нравится, когда ты немного морщишь нос, думая о чем-то своем... Я заметил это еще тогда, когда мы только познакомились... Но все же хотелось бы услышать оставшуюся часть повести...
   - Это немного тяжело... Я имею ввиду, снова переживать то, что было тогда... Столько времени прошло, а эмоции все еще слишком свежи...
   Я поставила полупустую чашку на стол, отчаянно пытаясь подобрать слова. Как оказалось, доверять это бумаге (ну или компьютеру, в моем случае) было значительно легче, чем рассказывать сидящему передо мной человеку. Юрки протянул руку и накрыл мою ладонь своей, легонько сжимая пальцы.
   - Если не хочешь делать этого прямо сейчас, я пойму. Расскажешь, когда будешь к этому готова. Мы оба устали, и я не собираюсь тебя заставлять. В конце концов, от любопытства не умирают.
   - Ценю твою поддержку, но у меня такое чувство, что я не буду готова никогда. И если не расскажу сейчас, потом сделать это будет еще сложнее... - Я улыбнулась, чуть склонив голову на бок. Неожиданно стало легче. - К тому же теперь ты рядом, и это не будет настолько болезненно, как в первое время после возвращения...
   - Прости меня...
   - За что?
   - За то, что тогда, когда я был тебе необходим, меня не было рядом...
   - Глупости... Ты не мог знать, как это будет... Так что тебе не за что просить прощения... Просто слушай, что произошло с нашей парочкой за те два вечера до отъезда...
  
   Глава 5
   She'll be right here in my arms
   So in Love
   She'll be right here in these arms
   She can't let go... No
  
   Мы с тобою создали мечту, мы с тобою на краю Земли.
   Я Тебе Вселенную дарю, ты свою любовь мне подари... No
  
   Кто может ответить на вопрос о том, что обычно притягивает нас в человеке? Что мы замечаем в первую очередь? Взгляд, походку, жесты или что-то еще, ощутимое только на чувственном уровне? Что-то такое, что цепляет где-то глубоко внутри... Нечто неощутимое, незримое, но от того не менее реальное... На самом деле у каждого человека свои критерии отбора, если выражаться совсем уж грубо... Все мы чем-то руководствуемся при выборе... Для кого-то важны глаза, ведь не зря же говорят, что они - зеркало души... По взгляду можно сказать многое о собеседнике... Для кого-то (в большинстве своем - для женщин) важны руки... По тому, насколько они ухожены, можно судить о том, аккуратен ли человек, следит ли он за собой... Кто-то смотрит на жесты, на артикуляцию... Ведь именно они чаще всего говорят нам о характере человека, о том, спокойный он или порывистый, активный или наоборот, слишком скучный... Но что делать, если вас привлекает все одновременно?.. Если от одного взгляда в глаза замирает сердце, от одного взмаха руки - хочется взлететь над землей, один неуловимый, едва заметный жест, и вы уже готовы на все ради того, кто смог свести вас с ума настолько сильно...
   Как определить, что за чувства раздирают душу на части от одного только присутствия этого человека? Как отделить то, что действительно важно, от банальных призывов собственного тела? Никто не знает, и у каждого свой метод... Не в меру романтичные особы скажут, что нужно довериться интуиции, и она обязательно подскажет вам в необходимый момент, что это именно то, что вы, возможно, так долго искали... Более прагматичные и здравомыслящие граждане посоветуют подключить логику и провести сравнительный анализ, ну или еще что-нибудь столь же заумное...
   На самом деле, говорить можно бесконечно долго, но проще всего действительно довериться сердцу, в кои-то веки, и плыть по течению... Куда-нибудь вас обязательно вынесет волной... И вполне возможно, что это окажется как раз берег земли обетованной...
   Это было непривычно и совершенно ему несвойственно. Словно ему вновь восемнадцать, и он собирается на первое свидание с девчонкой, по которой давно и безнадежно сохнет... И не известно, как себя вести, что одеть, что купить в подарок ей, куда потом отвести... Словно сделал шаг назад, в прошлое, и все страхи того времени вернулись... Вот только он больше не зеленый пацан... Он - мужчина, прошедший огонь и воду... И ему ли переживать по поводу того, как все пройдет?..
   Говорят, что самовнушение - это сила... Вот только в данный конкретный момент некто Вилле Вало, солист широко известной группы HIM, был готов дать по морде тому, кто изрек это умное суждение... В это было сложно поверить, но зеленоглазый красавчик, гроза сотен женских сердец, сейчас безбожно нервничал, дожидаясь свою новую знакомую с красивым именем, напоминающим великих королев прошлого, - Анна...
   Меряя шагами изысканно обставленный вестибюль отеля, он совершенно рефлекторно теребил кончик красного шарфа. Игнорируя взгляды постояльцев и обслуживающего персонала, он в сотый раз взвешивал все за и против. И пытался проанализировать свое мироощущение... Эта девушка чем-то неуловимо манила его, ее хотелось разгадать, как особенно сложный ребус. Но, в то же время, было четкое понимание того, что если она сама не захочет, у него не получится. И дело здесь было вовсе не в опытности или еще чем-то... Просто с того самого, первого, момента, когда они только перешагнули порог гримерки, Вилле понял, что они отличаются от всех женщин, виденных им ранее...
   Такие похожие и, одновременно, такие разные... Лана - дерзкая, язвительная, уверенная в себе, девушка-огонь, под стать цвету волос... Анна - маленький, но опасный, ураганчик локального масштаба, такая же острая на язык, за словом в карман не лезет, но, в то же время, есть в ней что-то такое ранимое, беззащитное и хрупкое, что-то, из-за чего возникает безотчетное желание защищать... А еще ее голос... Как же она поет...
   Он вспомнил, как по коже бегали мурашки от этого бесподобного тембра. Это был совершенно спонтанный, очень рискованный шаг - позволить ей петь с ним на концерте. Но его словно что-то вело, подсказывая, что это будет удачный ход... И интуиция не подвела - это был фурор, полный и бесповоротный успех... Столько эмоций, чистых, ничем не замутненных, казалось бы - давно утерянных... Но она заставила пережить их снова... И за это он был благодарен, как никогда.
   Мысли лихорадочно перескакивали с одного на другое. Но нервозность никуда не уходила, и чем ближе становился час Х, тем хуже было. А что, если ей не понравится? Что, если я что-то сделаю не так? Чего она ждет от меня? Чего ожидать мне?Одни вопросы, десятки вопросов и ни одного, хоть сколько-то толкового ответа... На плечо опустилась тяжелая ладонь, и Вилле резко обернулся, чтобы наткнуться на нахально ухмыляющуюся физиономию Юрки.
   - Чего скалишься?
   - Да вот смотрю, как ты мечешься туда-сюда, как в одно место раненый... - Солист The 69 Eyes очень вовремя отклонился назад, так что кулак, метивший ему в челюсть, попал в плечо.
   - Эй, покалечишь ведь... - Улыбка стала еще шире, вызывая в Вилле новую волну раздражения.
   - Только попытайся сказать, что это не ты каждые пять минут сверяешься с часами в ожидании своей рыжей красавицы. И во второй раз я не промажу...
   - Ладно-ладно, молчу... Не переживай ты так, тебе не идет... - Подкол был пропущен мимо ушей, потому, что минутная стрелка неумолимо отсчитывала мгновения. А он так и не решил, что же ему на самом деле нужно. Хотелось удивить Анну, показать, что... А что, собственно, ты хочешь ей показать?.. Только не говори, что это - не просто банальное желание затащить в койку красивую девушку... Мечтаешь пополнить свою коллекцию женских сердец очередным экземпляром?.. Влез голос разума и совести, заставляя Вало поморщиться. Хотелось закурить, а еще лучше - выпить, чтобы заглушить сомнения и нервозность, больше подходящую какой-нибудь девице.
   Вновь ушедший в свои мысли, он не заметил, как Юра отошел, продолжая улыбаться про себя, словно Чеширский кот. Стоп, а что если... Точно, это должно подойти... А вдруг она как-то не так поймет? Может ей не понравится?.. Черт, значит сначала все же что-то стандартное, а потом в качестве сюрприза можно и туда пойти... Если она не проникнется, значит я ровным счетом ничего не смыслю в женской психологии... Все женщины, в большинстве своем одинаковы... Да, я знаю, что она - не такая как все, но теории вероятности еще никто не отменял...
   Мысли пошли откровенно бредовые, так что Вилле решил прекратить свой вояж по холлу и приземлился на кожаном диванчике так, чтобы видеть лестницу. Почему-то была уверенность в том, что девушки спустятся именно по лестнице...
   Решение было принято окончательное, и обжалованию не подлежало. Задумчиво скользя взглядом по ступенькам вверх и вниз, и периодически ловя притворно-сочувственные улыбочки друга, Вилле неожиданно понял, что чем бы не закончился сегодняшний вечер, он запомнится ему надолго, если не навсегда... Пришла философская мысль о странности бытия и сюрпризах, которые имеет обыкновение подбрасывать чертовка Судьба... Можно было развить полемику с самим собой, но в этот момент по холлу пронесся удивленный шепоток, заставивший его отвлечься от желания все же подпортить мужественную физию Юрки. Подняв голову, Вало медленно встал, неотрывно глядя на тех, а если точнее - ту, что спускалась сейчас по лестнице...
  
   Подожди, не плачь, не надо...
   Будет он с тобою рядом... (с)
  
   - Я никуда не пойду! - Это решительное высказывание с почти истерическими нотками заставило Анну замереть с поднесенной к губам помадой. Отложив ее, она обернулась и едва сумела сдержать приступ хохота. Лана сидела прямо посреди номера, в одних джинсах и кружевном бра, с совершенно несчастным выражением лица. Утюжок, которым она выравнивала длинные рыжие локоны, сиротливо покоился на ковре рядом.
   - Позволь узнать причину столь резкой перемены настроения? Всего, сколько там? Минут двадцать назад? Ага, точно, примерно так, ты была готова горы свернуть. А теперь решила спрятать голову в песок? - Аня говорила нарочито спокойно, знала, что криками и увещеваниями здесь не поможешь. Рыжая в таком состоянии принимала только четкую аргументацию либо совсем уж откровенные угрозы.
   - Так вот, ставлю тебя в известность - ты пойдешь. Даже если мне придется тащить тебя вниз. Либо я просто спущусь и приведу Юру сюда. Уверенна, твой внешний вид он оценит моментально. - Сарказм в этих словах не услышал бы только глухой. А Лана таковой себя никогда не считала, так что Анна была почти уверенна, что это подействует. Заметив, как подруга насупилась и скрестила руки на груди, гордо задирая подбородок, она не смогла сдержать улыбки. Иногда рыжая вела себя как маленький ребенок, и это не могло не забавлять, хотя в большинстве своем такое поведение было весьма тревожным признаком... Поднявшись с кровати, на которой перед этим весьма вдохновенно восседала в попытке сделать идеальный макияж, Анюта опустилась на пол рядом с подругой и взяла ее ладошки в свои.
   - Ну что на этот раз, а? Он же не съест тебя, чего ты так боишься?
   - Я боюсь себя, боюсь того, что мне будет слишком хорошо с ним, и потом, когда наша жизнь войдет в привычную колею, я не смогу пережить боль потери снова... - В темно-зеленых глазах застыла мучительная нерешительность. Сжав тонкие пальчики в ободряющем жесте, Анна улыбнулась.
   - Мне тоже страшно, не меньше чем тебе... Я столько лет мечтала о нем, и вот теперь мечта сбывается... Знаешь, как я нервничаю от одной только мысли, что мы сегодня проведем весь вечер вместе? Но когда я вспоминаю, как хотела этого, как ждала, мне становится легче. Ведь когда ты рядом с тем, кого любишь, разве можно позволить себе бояться? И потом, мы же с тобой говорили об этом, Лан. Переживем, сильные... А пока давай просто наслаждаться тем, что так милостиво подсовывает нам судьба, согласна? - Ответом послужил нерешительный кивок и робкая улыбка, а потом нахалка протянула ей косметичку с молчаливой просьбой сделать макияж...
   - Сколько тебя знаю, но все равно не перестаю удивляться этой способности найти нужные слова именно тогда, когда это больше всего нужно... - Лана не была бы собой, если бы просто посидела тихо, давая Анюте простор для действия и фантазии.
   - Ну, у каждого из нас свои таланты... А теперь замолчи, иначе придется пенять на себя... - Рыжая покорно заткнулась, но Аня видела, с каким трудом ей это дается. Тем не менее, это не могло не радовать, поскольку значило, что приступ паники прошел, и на какое-то время можно не волноваться о том, что придется осуществлять свою угрозу по приведению Юры к ним в номер...
   - Все, готово, можешь любоваться... - Она протянула подруге зеркало и поднялась с пола, теперь оставалось доделать собственную боевую раскраску. Доводя идеально аккуратную стрелку, она погрузилась в свои мысли под негромкое мурлыканье Ланки, которая напевала Rip out the wings of a butterfly.
   Это все так, безусловно, странно... Когда я была еще совсем крошкой, и читала сказки, то хотелось верить, что когда я вырасту, в моей жизни все будет так же красиво... Прекрасный принц на белом коне, который спасет меня из заточения в башне злой колдуньи, непременно победив при этом страшного дракона... А потом увезет меня в свой замок в тридевятом королевстве, и мы будем жить долго и счастливо, и умрем в один день... Или вот еще один сценарий, не менее глупый и романтичный, про поцелуй истинной любви, который разбудит меня ото сна, насланного все той же злой колдуньей... На самом деле такие мечты хороши, когда тебе лет пять... Но постепенно, становясь старше, ты начинаешь понимать, что в жизни нет места подобным чудесам... Злые колдуньи превратились в завистливых подруг, драконы стали целым набором всевозможных комплексов, а прекрасные принцы вымерли, как динозавры во время ледникового периода... Скажете - обидно, что жизнь оказывается такой гадкой, вдребезги развивая наивные детские верования в чистое, светлое и прекрасное? Ну да, и Санта-Клаус тоже существует... Хотя, давайте оставим на время скепсис, толстым панцирем покрывший наши бывалые и опытные души, и подумаем вот о чем - почему наши мечты сбываются так редко? Неужели мы слишком мало усилий прилагаем? Или просто движемся не в том направлении?.. Да уж, тут, как говорится, без ста грамм и гадалки не разберешься... Возвращаясь к теме сказок и любви... Помню, когда я впервые поняла, что отличаться ото всех - просто мое призвание... Дело было в выпускном классе школы, тогда я... влюбилась... Впервые, окончательно и бесповоротно... В высокого, темноволосого красавца-финна с удивительными зелеными глазами, один взгляд которых заставлял сердце сладко сжиматься... И мне было совсем не важно, что взгляд этот я могла ловить лишь с экранов телевизора... Его голос завораживал меня настолько, что его песни я могла слушать часами, выключив свет либо просто закрыв глаза, в абсолютно пустой комнате... И горе тому, кто рисковал потревожить меня в этот момент... Не буду вдаваться в психологические подробности моего увлечения, скажу лишь, что любой психиатр наверняка сказал бы, что это просто временное помешательство... Что это всего лишь увлечение кумиром, на фоне общей волны фанатизма... И что это не может быть серьезным чувством, и пройдет очень быстро, когда схлынет первое впечатление и новизна... Ведь таковы правила... А я - скорее исключение, только подтверждающее правило... Но, как бы то ни было, а это не прошло, и с каждым годом, следя за новыми треками, изучая новости, я понимала, что погружаюсь в эту трясину все глубже... Какая-то часть меня, та, которую обычно называют здравым смыслом, твердила, что так нельзя... Что эта болезненная, ненормальная любовь ведет к саморазрушению, не принося ничего, кроме боли... Ведь он так далеко, так недосягаем... И шанс когда-либо встретиться с ним и, больше того, обратить на себя внимание примерно один на миллион... Но как часто мы внемлем голосу разума, когда речь заходит о любви?.. Вот и я о том же... Кто способен здраво мыслить, когда сердце рвется из груди, когда дыхание перехватывает от одного только взгляда на знакомые черты... Я столько лет жила этим чувством, верила в то, что это та самая, настоящая любовь, что оно вросло в меня, стало такой же неотделимой частью как, скажем, рука или нога... И вырвать его можно только с кровью, только разбив душу на осколки, иначе никак... Видимо, где-то там, наверху, все же есть кто-то, достаточно безбашенный для того, чтобы воплощать наши бредовые мысли в жизнь... Потому, что я встретила человека, который понял меня так, как, возможно, я сама себя не понимаю... То, что из шести миллиардов населения земного шара я познакомилась именно с ней, можно было смело списывать на мистику и магия сродни той, про которую нам так доходчиво рассказала тетя Ро в своем Гарри Поттере... Эта схожесть могла бы напугать кого угодно, но только не нас... Сейчас, в предвкушении того, что ждет меня вечером, я склоняюсь к мысли, что случайностей не бывает... Есть Судьба (да-да, именно так, с заглавной буквы), которая любит иногда подсунуть сюрприз... Если бы не то знакомство, кто знает, представился бы мне шанс не просто увидеть предмет своей любви, но и дышать с ним одним воздухом, видеть улыбку, обращенную ко мне, слышать ставший таким родным голос, говорящий мне комплименты... И не важно, что я давно не ребенок, и в сказки уже не верю... Это сильно смахивает на адаптированную под жизнь экранизацию Золушки или Спящей красавицы...
   - Эй, чудо, ты еще живая или как? - Ворвался в мысли встревоженный голос рыжей, заставляя Аню перевести все еще немного затуманенный дымкой воспоминаний взгляд.
   - Не дождешься смерти моей.
   - Тьфу ты! Я тут, блин, испугалась, а она прикалывается... Между прочим, мисс Остроумие года, у нас с тобой на все про все осталось полчаса...
   - Сколько? - Кажется, что паника в последние оставшиеся до выхода минуты - это диагноз каждой девушки... Так что эти две исключением не стали, лихорадочно бегая по комнате в попытках найти ответ на самый сложный вопрос - "Что одеть?" Мужчинам, которые при чтении этих строк скептически ухмыльнутся, советую представить, что перед вами лежит с десяток отличных наборов для рыбалки. Попытайтесь выбрать, учитывая, что все они одинаково хороши...
   - Стоп! - Анна затормозила так внезапно, что едва не налетела на подругу, замершую в позе а-ля "Ушла в себя. Вернусь не скоро."
   - А чтоб тебе пусто было... - Сердито пробурчала девушка, потирая ушибленный локоть. - Только не говори, что тебя посетила очередная гениальная идея...
   - Именно! - Немного маниакальный блеск в глазах рыжей подтвердил худшие опасения Ани. - Я придумала тебе наряд! Вот, меряй! - В нее полетели узкие черные брючки, кремовая блузка и черный корсет... Немного отойдя от шока, она была готова ровно за пять минут до времени, указанного в письме... Обменявшись напоследок ободряющими взглядами, девушки вышли из номера. Каждую из них ждал особый вечер, но ни одна пока не знала, чего же точно ожидать...
  
   You're all I need
   Your love's drug
   Can't get enough your love's a drug
   And I can't sleep
   Can't get enough your love's a drug... (с)
  
   Что, по сути своей, есть романтика? Если устроить небольшой опрос, то большинство мужчин ответит стандартно - свечи, музыка, ресторан... У женщин фантазия более избирательна, да и изобретательна, в этом плане... Лично для меня романтика - это нечто необычное, она складывается из, казалось бы, незначительных на первый взгляд деталей, из разных несущественных мелочей, которые все вместе образуют целостную картину... Да, я согласна, что ужин при свечах - это интересно, но уже избито до невозможности... Совсем другое дело, когда ваш избранник устраивает его, например, где-то под звездами, выложив дорожку лепестками роз... А потом приводит вас туда, закрыв вам глаза... Вообще, для меня романтика, это когда он накрывает ее, уснувшую на диване от усталости, пледом... Или на руках переносит на кровать, целуя аккуратно в нос... Или когда она просыпается утром, и обнаруживает, что он приготовил завтрак (не смотря на то, что готовить не умеет), и собирался принести его ей в постель, если бы она не встала сама...
   Романтика - это когда он, возвращаясь с работы, забегает в круглосуточно работающий цветочный магазин, для того, чтобы купить ее любимые хризантемы. И делает это не потому, что просит за что-то прощения (как гласит расхожее мнение), а просто потому, что хочется увидеть, как загорятся ее глаза от этого маленького сюрприза... У каждой из нас, наверняка, есть такой себе список, в который мы вносим самые романтичные на наш взгляд поступки... И мало кто знает, что романтика, на самом деле, сопутствует нам каждый день нашей жизни... Нужно только уметь распознавать эти мелочи... Ведь согласитесь, не так приятно получить сам подарок, как то, что вас посчитали достойными этого... Если задуматься, то сделать что-то романтичное для любимого человека, и не показаться при этом банальным, очень просто... В наш век фантазия имеет практически неограниченные возможности... Вопрос только в том, как правильно ими воспользоваться, чтобы подарить радость тому, кто вам бесконечно дорог... Как поется в детской песенке: "Только смелым покоряются моря..." Так вот, в таком тонком аспекте, как подготовка романтичного сюрприза, важна именно смелость, без ложной скромности... Нужно всего лишь не бояться экспериментировать, ошибаться, падать и подниматься... Редко у кого выходит сразу найти то, что действительно сможет удивить того, для кого все это делается...
  
   - Так, стой! - Анна замерла, отойдя от лифта на несколько шагов и повернулась к подруге.
   - Только не говори мне, что ты забыла в номере что-то важное, я этого не переживу. - Возмущенный вид рыжей вызвал теплую улыбку, а тот факт, что последняя что-то нетерпеливо искала в сумочке, заставил недоуменно приподнять бровь.
   - Ага, нашла! - Лана победно извлекла нечто на серебряной цепочке, при ближайшем рассмотрении оказавшееся небольшим кулончиком в форме скрипичного ключа.
   - Но, Лан, это же твой талисман, я не могу его взять... О, ну хорошо, только не смотри на меня так... - Анюта послушно приподняла волосы, чтобы подруга могла застегнуть замочек. Это было неожиданно, но невероятно приятно, знать, что тебе отдают столь важную вещь. А еще грело душу осознание того, что о ней так бескорыстно заботились... Аня прекрасно знала, что рыжая не попросит ничего взамен за то, что организовала эту встречу. Одному Богу было известно, что и кому пообещала Лана за разрешение провести это интервью, которое стало едва ли не судьбоносным для них обеих.
   - Спасибо...
   - За что?
   - За все, за то, что сделала... За то, что веришь...
   - Глупости какие. - С легкой улыбкой отмахнулась Лана, окидывая Аню критическим взглядом. - Для тебя я готова и не на такое. И потом, я жутко корыстная, ты же знаешь. Твоя встреча с Вилле подарила возможность на кусочек счастья и мне. Так что отставить разговорчики в строю, как сказал бы мой папа. Мы, как воспитанные леди, не должны опаздывать... - Поправив падающую на глаза длинную челку, она легонько подтолкнула Анюту вперед... Перед тем, как начать спускаться, они замерли на несколько мгновений на самом верху лестницы.
   - Ну, ни пуха... - Лана легонько сжала ладонь подруги.
   - И вы не забывайте предохраняться, дети мои... - Дразняще улыбнулась та, прекрасно зная, что рыжая не рискнет отомстить за шутку на глазах у всех.
   - Не переживай, нянчиться с малышом тебе не придется... - Парировала подруга, первой начиная спускаться по ступенькам...
  
   Ему почти удалось успокоиться... Ровно до того момента, когда она возникла на верхней площадке лестничного пролета... Это напомнило ему эпизод из просмотренного когда-то давно Титаника... Тот самый, когда герой Леонардо ди Каприо, словно зачарованный, с замиранием сердца смотрел, как героиня Кейт Уинслет спускается вниз, к нему... Этот чуть застенчивый взгляд, ладонь, небрежно скользящая по гладкому мрамору перил... И не хватает лишь длинного шелкового платья, с глубоким декольте, оставляющего простор фантазии... И кулона в форме сердца, притягивающего взгляд к его очаровательной обладательнице... Направляясь к подножию лестницы, чтобы встретить Анну, Вилле даже головой слегка потряс, отгоняя бредовые мысли. Но, стоило все же признать для себя, что она была великолепна. Длинные каштановые волосы крупными локонами падали на плечи, корсет и черные обтягивающие брюки только подчеркивали достоинства фигуры. А очаровательный румянец на щеках вызвал странное чувство где-то глубоко в душе, анализировать которое Вало не хотел, по крайней мере сейчас. Просто еще свежи были раны, оставшиеся после того, как он в последний раз впускал кого-то в свое сердце. Так чего же ты хочешь сейчас? Вопросительно поинтересовался внутренний голос. Я не знаю, на самом деле... Возможно, просто отвлечься, провести время рядом с интересным человеком... А потом вспоминать об этом... Да ты у нас романтик, оказывается, ну надо же, какой сюрприз... Хихикнул в ответ глас разума...
   - Ты сегодня выглядишь просто сногсшибательно. - Он протянул руку, и Анна доверчиво вложила свои пальчики в его ладонь.
   - Я всегда так выгляжу. - Улыбнулась она, бросая украдкой взгляд на подругу. - Но за комплимент спасибо.
   - Кажется, что язвительность - это заразно. - Он усмехнулся, делая приглашающий взгляд в сторону выхода. - Как бы то ни было, позвольте огласить программу на вечер... - Они вышли на оживленную улицу перед главным входом в отель. В силу некоторых особенностей в Амстердаме большинство жителей передвигались либо пешком, либо на велосипедах. Так что когда они направились в сторону центра, Анюта предположила, что город она все же увидит. А уже одно то, что гидом будет Вилле, предавало этой неожиданной и несколько своеобразной экскурсии определенный шарм... Хотя, насколько своеобразным все будет, она не предполагала даже отдаленно... Просто наслаждалась этой близостью, только задним числом сообразив, что ее ладони он так и не отпустил. Как влюбленная парочка... Это так мило, что просто плакать от счастья хочется... Мысль была наполнена непривычным сарказмом, но на самом деле отозвалась приятным теплом. От нее веяло уютом, таким домашним и родным... Словно посиделки у камина, с кружкой глинтвейна и книжкой о приключениях... Эта ассоциация заставила тихонько фыркнуть от смеха, настолько необычно выглядела представленная картина.
   - Может поделишься тем, что тебя так развеселило? - Он чуть изогнул бровь, в зеленых глазах отразились блики света, создавая впечатление, что смотришь в темную глубину горного озера в солнечный день.
   - Нет, не скажу. Пусть это останется моей маленькой тайной.
   - Еще одна тайна? Да вы просто ходячий сборник загадок, мисс фотограф.
   - Уж какая есть, другой не будет. А вас что-то беспокоит, мистер Вало? Вы хотите об этом поговорить? - Она сделала серьезный вид, небрежным жестом поправляя воображаемые очки, чем вызвала у него веселый смех.
   - А мне бы хотелось знать...
   - Что именно?
   - Если я скажу - все, это засчитается?
   - Тебе никто не говорил, что чрезмерное любопытство вредно для здоровья?
   - Тем не менее, от этого еще никто не умирал...
   - Знаешь... - Аня сделала эффектную паузу, наслаждаясь этой шутливой перепалкой. - ... у меня на родине говорят, что будешь много знать быстро состаришься.
   - А у тебя на родине - это?..
   - Не важно, скажи лучше, куда мы идем? - Она поспешила сменить тему, и Вилле решил пока не наседать. Ему была не совсем понятна эта его тяга узнать о ней что-то большее, чем то, что она рассказала, но вытягивать все, словно клещами, он не хотел.
   На самом деле, его бы сильно удивила причина, по которой Анюта упорно избегала разговор о чем-то личном. Дело было не в том, что она не хотела бы рассказать, где она родилась и выросла, какие книжки любит, в каких местах мечтает побывать. Просто ей казалось, что это как-то неуловимо свяжет их и усложнит расставание для нее... Отбросив невеселые мысли, она выжидательно посмотрела на своего спутника. Человека, рядом с которым сердце билось быстрее и все вокруг казалось таким живым и ярким...
   - И кто только что говорил о вреде любопытства? - Он не смог удержаться от того, чтобы немного поддеть эту язвочку. - На самом деле мы уже пришли. - Вилле отошел немного в сторону, наблюдая за тем, как Анна отреагирует. - Добро пожаловать на небольшую водную экскурсию.
   - Это так... - Она запнулась на мгновение, подбирая слова. - ...неожиданно. Спасибо... - На самом деле, спектр эмоций был куда более широк, просто она не могла выразить то, что чувствовала сейчас. Аня читала о том, что здесь есть каналы, по которым обычно курсируют лодочки, катающие туристов. Но не предполагала, что Вилле приведет ее сюда. Этот жест больше подошел какому-нибудь романтичному мальчику в стиле обаятельного Шона Коннери или Джорджа Клуни, но совершенно не ассоциировался с солистом HIM. И это приятно удивило...
   - Прошу... - Он перебрался в лодку и протянул ей руку, помогая присоединиться к нему. Улыбчивый голландец окинул их понимающим взглядом и оттолкнулся длинным шестом от маленькой пристани. Устроившись на удобном сиденье, и понемногу привыкая к мерному покачиванию столь необычного вида транспорта, Анюта с интересом оглядывалась вокруг.
   - Раз уж я записался в экскурсоводы, то, пожалуй, начну. - Его мягкий голос прозвучал над самым ухом, заставляя непроизвольно вздрогнуть. На плечо, словно бы невзначай, опустилась его ладонь, привлекая ее ближе, но возражать она не стала. - Так вот, известно ли тебе, что Амстердам называют Маленькой Венецией? - Тоном школьного учителя начал Вилле, вызывая у Ани улыбку. Сообразив, что он ждет от нее ответа, она отрицательно покачала головой.
   - Ну, теперь знаешь. Все дело в этих каналах, напоминающих венецианские...
   - Я бы хотела побывать в Венеции... - Задумчиво выдала она, проводив взглядом проплывающую мимо гондолу с такой же парочкой, как и они. Вот только те двое наверняка влюблены до безумия друг в друга, и счастливы вместе... А я, как говорится в одном стихотворении, больна этой странной любовью... И ты об этом даже не догадываешься... Правда, я - хорошая актриса? Большой театр просто рыдает крокодиловыми слезами от потери такого таланта... Впрочем, язвить на эту тему можно бесконечно, но суть остается неизменной, как бы я не пыталась это отрицать... Я люблю его, так что даже дышать больно... И от осознания того, что мои чувства безответны, и он о них не узнает, становится только хуже... Словно кто-то полосует сердце стальными когтями... И мне бы закричать от этого бессилия, но даже такая роскошь, увы, недоступна... И остается лишь довольствоваться этим временным вниманием... Словно я для него - как редкое растение для флориста... Пока есть загадка, желание постичь неизвестное, пока есть интерес, он будет рядом. Но стоит только дать слабину, и все, он исчерпает себя в желании узнавать и дальше... Глупо? Возможно, но здесь вступает в силу извечная наша склонность все подвергать сомнениям... И крутится где-то на задворках назойливая, словно комар, мысль, что такие, как я, не становятся избранницами таких, как он... Самомнение и чувство собственного достоинств тут же возмутятся - а что со мной не так?.. Да, собственно, ничего особенного... Просто я - обыкновенная девушка, а он - звезда... И рядом с ним должна быть такая же успешная, известная женщина...
   - Говорят, что разговор с самим собой - прямой путь в отдел для буйнопомешанных...
   - Что, прости? - Анюта подняла взгляд на Вилле, не сразу сообразив, к чему он это сказал. Осознав, что она задумалась настолько сильно, что это стало заметно, девушка смутилась. - Извини, я не специально.
   - Да ладно, ты такая милая, когда думаешь о чем-то своем...
   - Серьезно? - Она скептически усмехнулась, расслышав в его голосе дразнящие нотки.
   - Никогда не был так серьезен... Так мне можно продолжить? - Она кивнула, снова скользя взглядом по проплывающим мимо домам старой части города. - Отлично... Сейчас мы в одном из самых древних районов Амстердама. Большинству этих строений за сотню лет.
   - Откуда ты знаешь так много о городе?
   - Я готовился. - Вилле не смог сдержать смех, глядя на удивленное выражение лица Анны. Было приятно осознавать, что ему удалось ее поразить. Позер... Насмешливо выдал внутренний голос, напоминая о своем существовании. - Думаю, минут через несколько мы увидим одну из основных достопримечательностей Амстердама - знаменитый цветочный рынок...
   - Я слышала, что там можно приобрести любой цветок.
   - Молва не преувеличивает, но наш конечный пункт назначения не там...
   - Если я спрошу - где, ты мне ответишь?
   - Нет, это сюрприз. Но, думаю, что тебе понравится...
  
   Не надо прощаться, ты просто верни ее назад.
   Не сложно увидеть: она дороже всех наград.
   Не иди прочь от нее, подари ночь эту ей,
   Танцуй с ней как последний раз, сейчас этот танец ваш... (с)
  
   На Амстердам опускался вечер, тихим покрывалом окутывая город. Густые темно-синие тени, предвестники сумерек, становились все длиннее. Последние лучи заходящего солнца окрасили небо в багряно-алый цвет, отбиваясь красивыми бликами на темной водной глади... Закат - волнующее зрелище, способное по своей красоте соперничать только с рассветом... Это так непередаваемо, когда невидимый художник будто бы расцвечивает небо мазками кисти цвета крови, застывшей на золоте и пурпуре... Словно прекрасная возлюбленная в одеянии из шелка и атласа прощается с миром на бирюзе смертного одра, в окружении алых лепестков роз... Только для того, чтобы потом возродиться в невинной пастели рассветного румянца, отбрасывая тяжелое бархатное покрывало вечного сна ночи... Чернильная темнота водной глади канала, по которому все еще плавно двигалась лодка, стала похожа на детское покрывало, на котором заботливая рука материи вышила разноцветные шарики - огоньки. Это завораживало, заставляя сердце замирать от восторга. Анна снова отвлеклась на несколько мгновений, задумавшись о том, как красиво выглядели бы блики заходящего солнца на воде где-нибудь на юге Италии, на побережье Средиземного моря. Ты еще помечтай о том, чтобы посмотреть на закат вместе с ним... Нельзя же быть такой наивной и романтичной, в самом деле... Или ты думаешь, что раз сбылась одна мечта, то теперь они обязаны осуществляться друг за другом?.. Чудес не бывает, детка... Внутренний голос непременно должен был внести свою лепту. Но в этой бочке дегтя была и своя ложка меда - она была рядом с ним, и ей было хорошо...
   - Эй, королева Анна, ваша привычка начинать медитировать в самые неподходящие моменты, пугает. - Его ладонь на ее предплечье легонько сжалась. Анюта покачала головой, все еще погруженная в свои мысли, на ее губах возникла загадочная улыбка. - Но мне определенно нравится выражение твоего лица в эти моменты... - Добавил Вилле почти шепотом и кивнул гондольеру. Тот направил свой транспорт к одной из пристаней, освещенной мягким светом фонарей. С негромким глухим стуком лодка пришвартовалась, и он помог своей спутнице выбраться на немного скользкие каменные ступени. Все было оплачено заранее, так что задерживаться не имело смысла, и не отпуская руки Анны он повел ее по небольшой улочке. Девушка с живым интересом разглядывала все вокруг, так что Вилле решил продолжить начатую еще во время водного путешествия лекцию. - Мы сейчас в относительно старой части Амстердама. Здесь живут в основном люди творческие - поэты, писатели, музыканты. Одним словом те, кто посвятил свою жизнь искусству... При дневном свете хорошо видно некоторые особенности архитектуры, которые отображают внутренний мир владельцев этих домов. Столица Нидерландов - город свободных нравов, так что некоторые формы самовыражения просто поражают... - Он на мгновение замолчал, скользя взгляд по ряду зданий, самое высокое из которых насчитывало девять этажей. Что само по себе было достаточно странно, но удивляться чему-либо в пределах Амстердама не стоило...
   - Все, мы почти пришли. - Он мягко, но настойчиво, потянул Анну к тому самому зданию, высота которого вызвала у нее недоумение. Перед тем, как открыть тяжелые деревянные двери, украшенные тонким кованым орнаментом, Вилле повернулся к девушке. На его губах появилась многообещающая улыбка. Такая, какая, наверное, могла быть у Мефистофеля, когда тот обратился к Фаусту, и не сулила последнему ничего хорошего. Вот только они сейчас были не на страницах романа Гете, и Вало на дьявола-искусителя не сильно походил (хотя, смотря с какого ракурса изучать этот вопрос). Так что вывод напрашивался сам собой, и только один - что бы ни ждало ее там, это однозначно будет что-то приятное...
   - Я хочу, чтобы ты закрыла глаза, и не открывала их, пока я не скажу... - Эта просьба могла бы показаться странной в любой другой ситуации, и с другим человеком. Но ему она доверяла, поэтому даже спрашивать, зачем это нужно, не стала. Любовь делает нас поразительными глупцами... Ну да сейчас не об этом речь...
   - Не бойся, в обиду я тебя не дам... - Он ободряюще улыбнулся, неверно истолковав ее колебания.
   - А я и не боюсь... - Она послушно закрыла глаза, обращаясь в слух. Послышался звук открываемой двери, а затем ее подхватили на руки. Вот это оказалось настоящим сюрпризом, но раз уж представился случай, упускать возможность Анюта не собиралась. Рефлекторно обхватив его руками за шею, она уткнулась носом в его плечо, вдыхая запах. Вилле пах сигаретным дымом, кофе и едва уловимой смесью чего-то цветочного, но все же мужского. Она смогла различить нотки сандала и, кажется, лимонника, но с точностью утверждать не могла. Этот запах, такой его, пьянил, кружил голову, и хотелось коснуться губами кожи, почувствовать на вкус, но она сдерживала эти порывы...
   Для того, чтобы отвлечься, она попыталась угадать, куда и зачем он ее ведет. Судя по тому, что по ступенькам они поднимались не долго, а потом некоторое время было слышно лишь характерное гудение лифта, конечной целью был какой-то из верхних этажей. Аня поняла, что ошибалась, когда в лицо дохнуло прохладой вечернего ветра. Пунктом назначения была крыша... Боже, словно мне опять шестнадцать, и это первое свидание с одноклассником, оказавшимся настоящим романтиком... Вот только тогда это было еще так по-детски невинно и наивно...
   А сейчас рядом мужчина... Зрелый, желанный и любимый... Вилле опустил Анну на землю, но рук с талии не убрал. Этот вечер становился все более странным, и все запутаннее были его ощущения. Раньше он просто вел понравившуюся девушку в бар, пара коктейлей, немного лести и комплиментов и все, можно смело укладывать в постель... Но после расставания с последней пассией у него уже давно никого не было, и хотелось чего-то особенного... Для Анны хотелось делать что-то приятное, удивлять ее, и видеть эту улыбку - немного дерзкую, теплую, смущенную или же задумчивую. Она была такая разная, что он никак не мог предугадать, чего ждать в ответ на свои действия. И это покоряло - непредсказуемость. Нет, здесь безусловно было еще и физическое влечение, но преобладало не оно...
   - Можешь открывать глаза... - Он наклонился чуть вперед, коснувшись кончиком носа ее волос, и с улыбкой отметил удивленный вздох.
   - Это поразительно... - Зрелище на самом деле было достойным восхищения. Он обнаружил это место чисто случайно, в один из тех редких свободных вечеров, которые иногда выпадают в плотном гастрольном графике. С этой крыши открывался великолепный вид на ночной Амстердам. Точнее, его самую красивую часть, с каналами и знаменитым цветочным рынком. Подсвеченный сотнями разноцветных огоньков, отражающихся в воде, город напоминал круглый хрустальный шар, заполненный светлячками. На самом краю, там где небо встречалось с землей на линии горизонта, еще была видна полоска алого цвета, словно зарево далекого пожара. Но на темном бархате уже горели осколками драгоценных камней первые звезды...
   Аня шагнула вперед, упираясь ладонями в парапет. В это было так сложно поверить, что она несколько мгновений пребывала в полной прострации. Этот жест... Он был сродни признанию в любви... И если бы она не знала, то могла бы подумать, что... Нет, это же полная ересь... Качнув головой, словно подтверждая всю неправдоподобность такой мысли, она повернулась к Вилле. И наткнулась на заинтересованный взгляд зеленых глаз, он снова за ней наблюдал, пока она думала о своем. Подойдя ближе, он протянул ей бокал. Сделав глоток, Анюта недоверчиво приподняла бровь.
   - Вино?
   - Я же говорил, что подготовился. Подожди, самое интересное еще впереди.
   - Неужели ты планируешь удивить меня еще больше?
   - О нет, это буду не я. Сегодня ведь первый день лета, в городе праздник... - И это значит?..
   - Увидишь...
   - Он только улыбнулся в ответ... Когда вино было допито, темнота окончательно вступила в свои права... Вернувшись назад, к перилам, Анюта скользнула взглядом вдаль. Завтра их последний день в этом городе, потом они с подругой вернутся в Рим, и это время останется лишь красивой страничкой в книге их жизней. Слишком пафосно? Возможно, но правда иногда бывает такой... Его ладони скользнули на ее талию, и он ожидал того, что в этот раз она оттолкнет, поэтому подготовил оправдание.
   - Так будет теплее... - Прошептал он ей на ухо. - А теперь смотри...
   Она послушно проследила за его рукой и ахнула от восхищения. Ну естественно, можно было догадаться, просто провести ассоциацию с праздником. Но это было действительно невероятно - небо словно горело изнутри, расцвеченное огнями салюта...
   - Спасибо... - Прошептала она одними губами, но знала, что услышит, что поймет всю ту глубину эмоций, которую она сейчас не могла выразить словами... Когда представление кончилось, она развернулась в его объятиях, и наплевав на все поднялась на цыпочки, коснувшись своими губами его губ...
  
   Глава 6
   Я ж сама дверь закрыла
   Я собою довольна
   Отчего так плохо
   Отчего же так больно... (с)
  
   Что мы делаем, когда, например, обжигаемся? Первый порыв - отдернуть руку от источника боли... Это заложено в наших инстинктах - бояться боли, пытаться избежать ее любыми доступными способами... Но что делать, если боль не физическая, а духовная? Как быть, если страдает не тело, а душа? Как остановить кровотечение, если нет видимых ран, а кровью истекают свежие шрамы на сердце, оставленные не оружием, а чувствами? Когда эта агония длится и длится, разрушая личность, медленно, шаг за шагом...
   Вы когда-нибудь видели, как разделывают тушу убитого зверя? Как снимают шкуру, медленно отделяя от мяса, по кусочкам? Вот так же духовная боль... Она распиливает нас на части, орудуя эмоциями, словно заправский мясник - топором... Вы думаете, что сильный человек может вынести практически любую боль? О таких еще говорят, что они не ломаются, а только гнутся... Не правда! Сломать можно каждого, просто порог терпимости у всех разный...
   Вылечить телесную рану достаточно просто, но что делать с раной духовной? Как лечить то, чего не видно, что не имеет явных симптомов? Что бы сейчас не сказали скептики, но нет на свете боли страшнее, чем та, которую причиняют любовные муки... Она, словно серная кислота, медленно, но уверенно разъедает наше естество изнутри, уничтожая все на своем пути... Словно невидимый яд, любовь проникает под кожу, пропитывает кровь, отравляя ее, чтобы потом нанести контрольный удар, когда совсем не ждешь... Вы знаете, какая змея считается самой злобной и коварной?
   Нет, это не кобра, и даже не гадюка, это - гюрза... Эта змейка будет поджидать вас в засаде, умело маскируясь под окружающую среду, а потом, когда вы будете идти мимо, ничего не подозревая, она нападет на вас... Вот так же и любовь... Она наносит нам удар в спину ножом, не смертельный, нет... Но то, что следует за этим - хуже смерти... Кто-то спросит, что может быть хуже вечного забвения? Только муки, страдания, которые убивают день изо дня душу, отравляя в конце концов лишь пустую оболочку тела...
   Вот это действительно страшно - выгореть изнутри... Когда уже ничто не имеет значения, и боль стала своеобразным наркотиком... Она заставляет человека чувствовать себя все еще живым, пусть чисто символически... Вы когда-нибудь смотрели в глаза того, кто потерял возлюбленного или того, кто любит без надежды на взаимность? Создается впечатление, словно на тебя посмотрела бездна, из которой веет пустотой и могильным холодом... Такие взгляды пробирают до мурашек по коже, вызывая безотчетное желание бежать, как можно дальше, забиться в самый темный уголок и накрыться одеялом с головой, как в детстве... Такого не пожелаешь даже врагу...
   Безответная любовь, помноженная на потерю, на невозможность хотя бы видеть того, кто вызывает в душе целую бурю эмоций... Это муки хуже Танталовых... Когда ты закрываешь глаза, воскрешая в памяти любимый образ... А сердце словно сжимает ледяная рука, впиваясь острыми когтями... Болезненно, безжалостно, беспощадно полосуя еще живую, бьющуюся, дышащую плоть... И хочется кричать, но из парализованного отчаянием горла не вылетает ни звука, пусть все внутри и вопит, извиваясь в агонии... Словно тело опустили в кипящую лаву... И остается лишь молча глотать слезы, уткнувшись в подушку... Ругать себя за это бессилие, за слабость и неспособность забыть и жить дальше...
   Ты забываешься беспокойным сном, ночь за ночью... Но даже там не приходит долгожданное облегчение, зато появляется Он - причина и следствие, хаос и порядок, альфа и омега... Там, во сне, ты потерянной душой бродишь по пустынным улицам заброшенного города своего сердца... Одиноким призраком скитаясь по закоулкам, ожидая, что из-за поворота на тебя вот-вот набросятся дикие монстры воспоминаний... Чтобы загнать в каменную темницу холодных стен собственного сознания... На просторах твоей души уже давно царит зима, сковавшая льдом памяти, навеки вырезая их в тебе, моменты чистого, ничем незамутненного счастья...
   И совсем не важно, что вокруг тебя сейчас теплое лето... Кажется, что ты разучилась чувствовать обыкновенные эмоции... Ты слишком зациклилась на своей внутренней боли... Ты настолько срослась с ней, что продолжаешь снова и снова травить раны, посыпая их свежей солью, заставляя кровоточить, просто для того, чтобы не превратиться в собственную тень окончательно... Ты не можешь, или же просто не хочешь забыть... Не хочешь поверить, что все еще может быть иначе... Для тебя жизнь кончилась в тот момент, когда его солнце покинуло твою землю, обрекая все на ней на медленное увядание без живительного тепла...
   И ничто не помогает, как бы ты не пыталась вырвать с корнем, вырезать из себя все, что связанно с ним... Все, что напоминает тебе об этой любви... И сил совсем не осталось, воли к сопротивлению больше нет... И пусть говорят, что ты сошла с ума, ты только криво усмехаешься... Да, ты больна, этой чертовой любовью, которая уничтожила в тебе все теплое и светлое, выкосила, подобно чуме или холере... И ты готова кричать об этом на весь мир... И хотелось бы совсем ничего не ощущать, но нет в мире такой анестезии, которая помогла бы забыться... Говорят, что время лечит, но это не правда... Оно всего лишь помогает нам свыкнуться с болью, делая очередной укол морфия... А часы жизни беспощадно тикают, продлевая эту пытку, порой на годы... И лишь у самых сильных хватает воли уйти из жизни и от этой боли... Остальные же, слабовольные, продолжают свои страдания, угасая медленно, словно свечи... Постепенно превращаясь в ходячие трупы, с выжженной, черной и бесплодной пустыней вместо души... И мертвыми глазами, в которых зияет холодная пустота беспросветного отчаяния... И нет выхода из этого замкнутого круга, из этого лабиринта...
   Как поется в одной песне: "Пишешь адрес в никуда... Безнадега.ru..." Это словно временная петля, когда мы заперты в одном и том же дне, переживая одни и те же моменты... Но не будет счастливого конца, как в сказках... "Не пиши the end, я придумаю happy end..." Невольно приходит на ум еще одна песня. Вот только здесь бы поменять местами некоторые слова... И хочется сказать, что ты не веришь больше в любовь, но нет, ты продолжаешь любить... Вновь и вновь стирая с бледного лица своей души кровавые слезы разбитых надежд... The sacrament of love, the sacrament of warmth is true... The sacrament is you... Переливается такой знакомый голос, доносясь из резной шкатулки памяти... И ты плачешь снова, зная, что никогда не забудешь о Нем...
   Это слишком сложно, слишком сладко, слишком сильно... Это, словно наркотическая зависимость, которую уже не вылечить... И впереди либо такое же беспросветное существование в этом вечном тумане, либо смерть от передозировки... Tertium non datur... Третьего не дано...
  
   Единственное средство от любви -- это любовь... (с)
  
   Мы носим в себе эту боль, потому что больше у нас ничего не осталось. (с)
  
   Анна закрыла за собой дверь номера, и тихо сползла на пол. Сумрак, царивший здесь, надежно скрывал следы слез на необычно бледном шелке щек. Закрыв глаза, она подтянула коленки к груди, и уткнулась в них носом. Было так больно, так невыносимо больно, словно кто-то воткнул в сердце ржавый кинжал, и теперь садистски медленно проворачивал его. Воздуха в легких не хватало, и она почти задыхалась. Кожу все еще жгло от его прикосновений, от его поцелуев. Корить себя за опрометчивый поступок было слишком поздно, слишком глупо. Они выпили лишнего, и просто не смогли удержаться. Последний вечер вместе перед тем, как их дороги навсегда разойдутся, и три дня сказки останутся лишь лепестками роз-воспоминаний на темной глади озера памяти...
   Ее губ коснулась печальная улыбка, когда она представила, как Вилле проснется и увидит, что ее нет. Будет ли он искать девчонку с красивым иностранным именем Анна? Или же она станет просто еще одной в списке его побед? Так глупо, так наивно, но это была лучшая ночь в ее жизни. И пусть потом будет мучительно больно, она будет беречь этот осколок счастья, словно нечто самое дорогое и драгоценное, что только есть на свете. Ведь только ради таких моментов и стоит жить. Без этого жизнь кажется блеклой и совершенно неинтересной. Ничто не убивает быстрее, чем скука, так почему бы не позволить себе жить одним днем, здесь и сейчас, словно завтра никогда не настанет? Так смешно... Меня ведь предупреждали, что стоит быть осторожнее, а я опять бросилась в омут с головой.
   Хотя, этот омут просто манил к себе, этой невероятной, почти магической зеленью глаз... Заставляя лететь, будто бабочка на огонек свечи, рискуя навсегда сжечь свои крылья... Что ж, подруга, ты была права... Надеюсь, что своим советам ты тоже последовала, и не попалась на любимый женский аттракцион "Те же грабли"... Ты слишком умна и рассудительна для этого... Внезапно тишину номера разорвал звук, заставивший Аню поднять голову и удивленно прислушаться. Меньше всего она ожидала услышать такое здесь и сейчас. Сначала показалось, что ей послышалось, и это она была виновницей, но затем звук повторился. Теперь сомнений не возникло, это определенно был всхлип... Медленно разогнув ноги, которые порядком затекли от сидения на полу в неудобной позе, Анюта поднялась, держась за стенку.
   Глаза привыкли к темноте, так, что она смогла различить на одной из кроватей силуэт. Подойдя, она опустилась на покрывало рядом с рыжей, которая лежала, сжавшись в комочек и судорожно всхлипывала. Когда она провела рукой по волосам подруги, успокаивающе поглаживая, та подвинулась и уткнулась лицом в колени Анны. Это заставило на мгновение забыть о собственной боли, а потом к горлу подкатила новая волна слез.
   - Все настолько плохо? - Анюта наклонилась, зарываясь носом в рыжие локоны и обнимая подругу. Осознание того, что плохо им обоим, приносило странное чувство облегчения. Я не одна... Теперь не одна... И совсем не важно, как больно мне будет... У меня есть человек, который поймет и разделит эту боль... Прости меня, Ланчик, за то, что втянула тебя во все это, а теперь ты плачешь... Видимо, судьба наша такая... Любить тех, кто не полюбит нас... Недосягаемых, но теперь, когда мы знаем их настоящих, это будет еще хуже, чем раньше... Как же ты была права тогда, перед отъездом...
   - Все хуже некуда... - Донесся до Анюты тихий, едва различимый шепот. - Я чувствую себя такой дурой, Ань... - Эта фраза вызвала почти истерический смешок, за которым последовал судорожный всхлип.
   - Не ты одна... Расскажешь?
   - Расскажу... - К концу не очень краткого и весьма подробного повествования, сдерживать рвущуюся наружу истерику было уже невозможно. Это было слишком даже для них. Умудриться одинаково напортачить этой ночью - такое могли только они...
   - Что же теперь делать? - В голосе Анюты звучало почти отчаяние. Она не надеялась, что рыжая ответит, но всхлипы неожиданно стихли, а потом Лана подняла на нее абсолютно серьезный взгляд. Это выглядело настолько комично, в свете того, что макияж приказал долго жить, не выдержав неравной борьбы со слезами, и личико подруги напоминало иллюстрацию к картине "Индейцы на тропе войны. Боевой раскрас," - что Аня не смогла сдержать еще один истерический смешок.
   - Наверное, глупо прозвучит, но мы будем жить... Дальше, я имею ввиду... Уже без них, не так, как раньше... Но все же назло всем, будем жить... А еще улыбаться, как бы больно ни было... - Это было снова слишком, и уже Анна прижалась к подруге в поисках утешения. Да, я буду улыбаться, не смотря ни на что... Чтобы никто не знал, как мне плохо на самом деле... Говорят же, что люди понимают, что все хреново только тогда, когда плачет тот, кто до этого всех утешал... Так вот, я не дам вам возможности, не доставлю удовольствия лицезреть мои страдания... Я переживу эти муки... Слишком громкие слова, слишком много бравады, но она еще не знала, что переоценила себя, их обеих...
  
  
  
  
   І ще одна історія весни,
   написана росою на очах, 
Про те як ти хотіла бути з ним,
   і бачити тепло в його очах,
   і бути медом на губах... (с)
  
   Вам знакомо это чувство, когда перехватывает дыхание? Когда легкие стискивает, словно клещами, от нехватки кислорода? И хочется сделать живительный вдох, но у вас не получается... Знаете ли вы, что некоторые шрамы не исчезают никогда? Они день за днем, год за годом напоминают нам о том, что мы когда-то совершили. Уродливым знаком, который не способен вызвать ничего, кроме новой боли от осознания своей ошибки... Самые страшные шрамы, как правило, скрывает человеческая душа... Они полосуют ее кривыми когтями, разрывая в клочья... А мы потом с маниакальным упорством пытаемся собрать все заново, скроить, склеить. Не понимая при этом, что так, как раньше уже никогда не будет. Ничто не может быть неизменным...
   Рано или поздно приходит ветер перемен, и выметает подчистую былые страхи и переживания. И мы на какое-то время забываем о своей боли, о своей искалеченной душе, чтобы снова войти в ту же реку... Люди - странные существа, им нравится причинять боль не только другим, но и себе... Раз за разом, снова и снова рвать свою бедную душу на части. В книгах о Гарри Поттере печально известный Темный лорд делал это с целью обрести бессмертие, а мы просто не можем иначе...
   Садист скрывается в каждом из нас, показывая свое уродливое лицо именно в такие моменты... Когда мы испытываем сильные чувства - любовь, ненависть, страсть, нам хочется переживать их снова и снова... И мы бросаемся в новые ощущения очертя голову, совершенно не заботясь о последствиях... Знаете, иногда мне кажется, что если бы люди были осторожнее, избирательнее в том, кому они открывают свои души, то в мире бы заметно поубавилось разбитых, исчерченных шрамами сердец...
   Но проза жизни такова, что мы не можем предсказать итогов того или иного нашего поступка. И, как следствие, обжигаемся, падаем и вновь поднимаемся, доверяем тем, кому не следовало, и дарим себя тем, кого должны обходить десятой дорогой... Большинство из нас - мученики, которым нравится, когда их страдания выставлены на показ, и все их жалеют. На мой взгляд, это просто отвратительно... Но и переживать все наедине с собой, заживо закипая в этом котле эмоций, не самый лучший выход... К сожалению, компромисса в такой ситуации еще не придумали...
   Однажды я нашла одно интересное выражение... Оно гласило: "Умереть за любовь не сложно. Сложно найти такую любовь, за которую стоит умереть." Это навело на размышления о том, почему так много людей гибнет от несчастной любви, и стоит ли эта жертва того, чтобы отдавать за нее свою душу? Мы часто любим не тех, но это не мешает нам... Мы не учимся на своих ошибках в надежде, что еще немного, вот-вот и появится оно - то самое чувство, единственное и настоящее... Так везет немногим, но даже они порой не могут быть счастливы...
   Знаете, чем мне нравится наш мир, не смотря на всю ту боль, то отчаяние, которое он может обрушивать на нас? Тем, что ничто в нем не вечно... Страдания не могут длиться всегда... Рано или поздно мы находим от них лекарство, и тогда на смену дождю приходит солнце, зима сменяется весной... После укрытого снегом и скованного морозом холода одиночества обязательно расцветает новыми красками встреча с тем, кто оказался способен пробиться сквозь стены заколдованного замка и разбудить поцелуем спящую принцессу... Да, как бы смешно это не звучало, но иногда вера в сказки помогает не погрузиться в пучину отчаяния окончательно...
   Помните Антуана де Сент-Экзюпери и его Маленького принца? Поистине уникальная, удивительная книга... Она многому нас учит, в частности ценить то, что мы имеем - дружбу... Дети ведь потому и счастливы, не зная этих мук и этой боли, что верят в чудеса, читая сказки... У каждого из нас должно быть в жизни что-то, что может послужить якорем кораблю наших сердец, когда в море реалий бушуют шторма и циклоны эмоциональных аномалий... Такой крохотный островок, на котором можно укрыться и переждать, осмыслить и найти ответы на извечные вопросы: "Как быть?" и "Что делать?"
   Говорят, что израненную душу нельзя исцелить... И да, и нет... Шрамы все равно останутся, этого не изменить... Но порой конец находится там же, где и начало... К чему эта философия? А к тому, что лекарством может оказаться тот самый яд, который послужил причиной болезни... Правда просто? Впрочем, как и все гениальное...
  
   Наша дружба крепче любой цепи. Она не зависит от наших слов и поступков. Она мост над пропастью, теплый плед в холод. Даже расстояние ее не сломит. Ты хранишь мое сердце. А я твое... No
  
   - Ты уверенна, что мы поступаем правильно? - Обычно такой звонкий и веселый голос звучит совсем тихо и обреченно.
   - Нет, но когда это нас останавливало? - Она замедляет шаг и пытается улыбнуться, но выходит лишь жалкая пародия на улыбку. Им слишком больно, чтобы просто делать вид, что все хорошо, да и наплевать на общественное мнение.
   - Это не выход...
   - Хуже быть уже не может. И потом, у меня еще две недели отпуска, давай проведем их с пользой... - Вокруг них десятки людей, но они только вдвоем в этой толпе. Их словно бы окружает невидимый вакуум, который сигнализирует об опасности, как красная лампочка. Это все равно, что вывесить табличку "Не подходи - убьет!" И никто в здравом уме не рискнет перейти черту, которую провели вокруг них. Такие красивые, такие одинаковые в своем различии, они выделяются в этой толпе, словно розы среди ромашек. И глядя на них может показаться, что это какие-нибудь античные богини сошли на грешную землю...
   - Тебе это нравится?
   - Что именно? - Тонкие пальцы сжимают чужую ладонь в защитном, и немного ободряющем жесте.
   - Думать о нем, воскрешая боль...
   - Я не...
   - Не отрицай, я слишком хорошо тебя знаю...
   - В этом мы похожи. Ты ведь делаешь то же самое...
   - Мне не нравится эта боль, но я не могу иначе...
   - Ты словно горишь изнутри...
   - Это как на спор совать пальцы в розетку... Думаешь, глупо?
   - Думаю, да... Но это наша карма...
   - Откуда такие глубокомысленные выводы? - В глазах на миг мелькает нечто, отдаленно похожее на тень веселья. Женский голос, усиленный динамиками, объявляет рейс "Амстердам-Ницца" и они обмениваются взглядами, устремляясь к месту регистрации.
   - Не знаю, просто так чувствую...
   - Верю... Знаешь, мне кажется, что это была судьба...
   - Пережить эту боль?
   - Нет, понять, что любовь не всегда приходит тогда, когда ее ждешь...
   - И не всегда может преодолеть все...
   - Наша способность заканчивать мысли друг друга действительно пугает...
   - Не уходи от темы...
   - Не ухожу... Чего именно ты хочешь от меня?
   - Я хочу услышать, что все будет хорошо... - Они сидят в креслах рядом, а за стеклом иллюминатора разгорается новый день.
   - Я не хочу врать...
   - Сделай это хоть раз, для меня...
   - Все будет хорошо...
   - Это ведь не пройдет?
   - Со временем боль притупится, но не уйдет никогда. Мы с тобой попали слишком сильно...
   - Мне кажется, что такое могло случиться только с нами...
   - Ну, статистика гласит, что мы не оригинальны... - Они впервые за несколько часов, прошедших с того момента, как в спешке собирались вещи и покидался отель, обмениваются улыбками. Взгляд карих глаз обращается вдаль, туда, где за бортом самолета живет своей жизнью аэропорт.
   - Он не придет... - На плечо ложится голова подруги, и пальцы автоматически касаются чужой щеки.
   - Я знаю... Но легче от этого не становится...
   - Тогда просто продолжай верить в чудо...
   - А ты?
   - А что я? Я уже пережила это однажды, смогу и теперь...
   - Врешь ведь, рыжая... - На воротник белой блузки падает одинокая слезинка, отравляя мокрое пятно.
   - Вру... В этот раз будет хуже...
   - Почему?
   - Потому, что тогда я потеряла друга, которого уже не любила, и знала, что ничего нельзя изменить...
   - А сейчас?
   - Я теряю того, кого люблю, и знаю, что могла бы сделать что-то иначе...
   - Когда я впервые поняла, что люблю по-настоящему, я уже тогда знала, что меня не ждет ничего хорошего.
   - Возможно, но ты была счастлива уже тем, что имела. Мы обе были, пока просто восхищались ими издалека. А теперь...
   - Мы не сможем забыть, я знаю...
   - Но кое-что меня утешает... - Самолет взлетел, оставляя позади город, в котором каждая из них оставила свое сердце... Город, который подарил им три дня счастья, чтобы оставить после этого лишь пепел выжженных до боли душ... Город, который показал, что даже находясь рядом с тем, кто тебе дорог, ты бесконечно далека от него... И не построить мост через эту пропасть, как бы старательно это ни делалось...
   - Что именно?
   - Ничто не длится вечно. И наша боль тоже пройдет...
   - Я рада...
   - Чему?
   - Тому, что, не смотря ни на что, ты рядом...
   - Нахалка...
   - Я знаю... Скажи это еще раз... Твоим словам я почему-то верю...
   - Все будет хорошо. Помнишь, как в его песне? I'm killing loneliness with you... - Пальцы судорожно сжимают подлокотники, но сверху ложится теплая ладошка. И остается только склонить голову на бок, прижимаясь щекой к мягким рыжим локонам.
   - Forget me not...
   - О нет, не забудем, даже если бы очень хотели. Разве можно отформатировать собственную память?
   - Если сильно захотеть...
   - Да-да, я помню, но мы с тобой еще те мазохистки...
   - Спорить не буду, но давай хоть на время попытаемся забыть...
  
  
   Intermission
   Give me a shot to remember 
And you can take all the pain away from me 
A kiss and I will surrender 
The sharpest lives are the deadliest to lead... No
  
   Оставшийся кофе в чашке давно остыл. За окном солнце уже вовсю дарило древнему городу летнее тепло. А здесь царила тишина... Я просто смотрела на него, а Юрки думал о своем, безотчетно поглаживая тыльную сторону моей ладони большим пальцем.
   - Это конец?
   - Нет, только начало. Так заканчивается одна история, и начинается уже совершенно другая.
   - Ты не расскажешь, что было после возвращения в Рим?
   - Нет, это останется лишь нашей с Анютой тайной. Но я хотела бы попросить об ответной услуге...
   - Что угодно для тебя.
   - Что было после того, как ты проснулся тем утром?
   - Разве ты не знаешь? - Одного взгляда на выражение моего лица хватает, чтобы он примирительно улыбнулся. - Хорошо, сдаюсь... Я нашел твою записку, а потом в номер влетел Вилле. Это было весьма зрелищно, скажу я тебе. В одних джинсах, всклокоченный и с совершенно диким взглядом... В отличие от меня, он понял почти сразу. И именно благодаря его упорству удалось найти вас.
   - Как вы это сделали? Ведь ни одна из нас не сказала ничего, что могло бы навести хотя бы на примерную мысль о том, кто мы и откуда...
   - О да, следы вы замели мастерски. Тут даже Шерлок Холмс с его дедуктивным методом не справился бы, но.. - Он заговорщически улыбнулся, поднимаясь и выводя меня из-за стола. Прижавшись к нему, я подняла голову, вопросительно изгибая бровь в ожидании продолжения. - Вас выдала совершенная случайность...
   - И так всегда... - Я с притворной тоской покачала головой, хотя наружу рвался смех.
   - Примерно за месяц до того дня, когда исполнялся год с момента вашего исчезновения, то есть до сегодня, Вилле случайно встретился с Йоли - менеджером, которая договаривалась про интервью. Ну и спросил о вас. Она-то и рассказала, что ты работаешь в одной из итальянских газет, а запрос на интервью отправлял римский офис...
   - Господи, как просто... Вот так и попадаются на мелочах... Я думала, что предусмотрела все, чтобы Анюта не встретилась с ним, чтобы больше не страдала... Я сама почти смогла забыть ту боль, которую вызывал один звук твоего голоса по радио или телевизору...
   - И я не устану просить прощения за то, что тянул так преступно долго...
   - И все же... Рим - не маленький город, как?
   - Насколько я знаю, он просто нанял детектива. Благо, фото Анны у него имелось. Вот так и вышли на вас. А как состоялась встреча?
   Я задумчиво прикусила губу, вспоминая, как это было. В своей истории я решила не освещать этот момент. Даже не знаю, почему именно пришло в голову такое решение... Возможно, просто хотелось заинтриговать читателя, заставить его терзаться догадками о том, как же сложилась жизнь героев дальше, после того, как все произошло.
   - Это случилось 25 мая... Я тогда только пришла с работы... Зашла в квартиру, а здесь подозрительно тихо. Ну, не испугаться, что что-то произошло, зная Аню, было сложно... А потом я увидела записку, на зеркале, в коридоре... Не буду утомлять тебя рассказом о том, что я на тот момент чувствовала, но за них я была счастлива...
   - А сейчас счастлив я, что нашел тебя...
  
  
   Хорошие сказки не заканчиваются... Просто автор позволяет нам самим решить, что будет с героями дальше...
  
   Не смотря на то, что иногда жизнь преподносит нам весьма жестокие уроки, всегда есть что-то, что способно смягчить этот эффект... После заката всегда приходит рассвет... И если любовь истинная, то влюбленные сердца всегда найдут друг друга... И совершенно не важно, сколько времени пройдет, и на каком конце земли это случится... Главное - верить и ждать... Говорят, что надежда умирает последней... Если любишь достаточно сильно, она может гореть вечно... И рано или поздно случится чудо... И не важно, верим мы в них или нет, волшебство иногда случается...
   Эта история не закончена... На самом деле у них все только начинается... Наши герои пока только осознали свои чувства, только пытаются узнать друг друга... Впереди их ждет еще много всего... Будут и улыбки и слезы, и боль и счастье... Ведь любовь - это не только лепестки роз... Многие почему-то забывают, что есть еще и шипы, о которые так легко поранить хрупкие души...
   Именно поэтому, делая финальный акцент, я не пишу традиционное - The End... Я пишу то, что так не любят видеть в конце фильма или истории... То, что позволит Вам самим строить догадки и версии... И кто знает, возможно именно Ваша идея окажется самой близкой к истине... Так что любите, и будьте любимы...

To be Continued...


 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) М.Атаманов "Искажающие реальность"(Боевая фантастика) Д.Хэнс "Хроники Альдоса"(Антиутопия) В.Соколов "Мажор: Путёвка в спецназ"(Боевик) Л.Свадьбина "Секретарь старшего принца 3"(Любовное фэнтези) О.Чекменёва "Беспокойное сокровище правителя"(Любовное фэнтези) Н.Трейси "Селинда. Будущее за тобой"(Научная фантастика) Р.Прокофьев "Стеллар. Инкарнатор"(Боевая фантастика) С.Росс "Апгрейд сознания"(ЛитРПГ) Р.Гуль "Атман-автомат"(Научная фантастика)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"