# Интересы Запада в продолжении войны между Россией и Украиной или финальный скачок энтропии

Аноним Нульманн

Интересы Запада в продолжении войны между Россией и Украиной или финальный скачок энтропии

Любой военный конфликт это не только столкновение армий, но и игра интересов сторон, находящихся за пределами поля боя. Война между Россией и Украиной из локального кризиса быстро переросла в ключевой фактор мировой политики, затрагивающий экономику, безопасность и стратегические балансы. Для западных стран этот конфликт стал вызовом, но также открыл новые возможности от ослабления геополитических оппонентов до перестройки системы международных союзов.

Конфликт оказался удобным механизмом для множества процессов: модернизации НАТО, перестройки энергетического рынка, укрепления военно-промышленного комплекса. И чем дольше он длится, тем больше эти изменения закрепляются. Разумеется, официально никто не заинтересован в продолжении боевых действий, но на практике война давно превратилась в удобный инструмент решения сразу нескольких стратегических задач. В этом эссе будет рассмотрено, какие именно выгоды извлекает Запад и действительно ли стремится поставить точку в этом противостоянии.

Каковы реальные мотивы Запада? В чём заключается его стратегическая выгода в продолжении войны? Этот вопрос требует анализа экономических, военных и политических факторов, влияющих на решения США и Европы. В этом эссе будет рассмотрено, почему конфликт продолжается, какие силы определяют динамику его развития и насколько текущая ситуация соответствует интересам ключевых игроков.

Если рассматривать ситуацию без идеологии, а с точки зрения структурных ролей в системе, то Россия и Украина в этой войне занимают разные, но взаимозависимые позиции.

• Россия ресурсный контрагент войны, задача которого продержаться дольше, чем у противника хватит сил.

• Украина оперативный контрагент войны, её роль максимально эффективно использовать внешнюю поддержку для победы.

Но главный центр принятия решений не в Москве и не в Киеве, а в Вашингтоне, Брюсселе и Лондоне. Это делает конфликт не просто войной между двумя странами, а глобальным процессом перераспределения сил, где Россия и Украина главные, но не единственные игроки.

Заинтересована ли Европа в продолжении войны между Россией и Украиной?

Эссе содержит два вывода политкорректный и независимый.

Разница между политкорректным и независимым выводами заключается в том, как они формулируются и какие цели преследуют:

• Политкорректный вывод:

Такой вывод старается быть нейтральным, дипломатичным и принимаемым широкой аудиторией. Его формулировка обычно избегает резких или однозначных утверждений, чтобы не вызвать конфликта или раздражения у тех, кто придерживается разных точек зрения. Политкорректные выводы часто делают акцент на общем благе, взаимопонимании и компромиссах, а также избегают прямой критики.

• Независимый вывод:

Это вывод, который делается исключительно на основе фактов, логики и аналитического подхода, без оглядки на то, как его воспримут. Он может быть более резким или однозначным, поскольку цель такого вывода показать реальную суть вопроса, а не угодить всем сторонам. Независимый вывод не ориентируется на общественное мнение, а больше сосредоточен на глубоком понимании темы и достоверных данных.

Политкорректные аналитические заметки.

Экономические аспекты

Война серьезно ударила по экономике Европы. Резкий скачок цен на энергоносители и продовольствие разогнал инфляцию до рекордных уровней в еврозоне она достигла 10,7% в октябре 2022 года, хотя до конфликта держалась вблизи целевого уровня 2%. Страны ЕС столкнулись с беспрецедентным ростом расходов населения (особенно на энергию и продукты), что вынудило правительства принимать меры поддержки например, Германия заложила 139 млрд евро дополнительного долга в 2022 году для сдерживания цен на энергию, помощи бизнесу и беженцам.

Ухудшились и общие темпы роста: если до войны ожидалось уверенное восстановление после пандемии, то фактический рост экономики еврозоны резко замедлился. По оценке ОЭСР, шок войны был одним из главных факторов падения темпов роста уже в 2023 году рост экономики Европы прогнозировался на уровне всего 0,3%.

Это значительно ниже ожиданий и свидетельствует о том, что конфликт подорвал экономическое восстановление ЕС.

Доля России во внешней торговле ЕС резко сократилась после начала войны: на графике видно, что с начала 2022 года доля импорта из РФ (синяя линия) упала с примерно 9% до менее 2% к концу 2024 г. Такой обвал связан с санкциями и разрывом торговых связей экспорт ЕС в Россию сократился на 62%, а импорт из России на 85% между первым кварталом 2022 г. и концом 2024 г.

Если до войны Россия была одним из ключевых поставщиков энергоресурсов и сырья, то теперь ее роль в торговом балансе Европы минимальна. Например, энергетический импорт ЕС из России сократился с 16 млрд долларов в месяц до ~1 млрд к концу 2023 года.

С одной стороны, это больно ударило по ряду отраслей (например, энергоемким производствам из-за дорогого газа) и лишило европейские компании доступа к российскому рынку. С другой стороны, уменьшение зависимости от РФ снизило уязвимость Европы: дефицит торгового баланса ЕС с Россией упал с пиковых 46 млрд в квартал (в начале 2022 г.) до 2 млрд, что означает меньшую утечку капитала из Европы на финансирование российской экономики. Военно-промышленные предприятия Европы, напротив, получили новые заказы благодаря росту оборонных расходов и экспорту оружия Украине, но по масштабам эта выгода несопоставима с общими издержками войны для экономики континента. В целом, продолжение войны несет Европе больше экономических рисков и расходов, чем выгод: рост цен и снижение торговли тормозят развитие, и для ЕС было бы экономически предпочтительнее окончание конфликта на стабильных условиях.

Политические интересы и единство Европы

Политически война одновременно сплотила Европейский союз и обнажила некоторые разногласия между странами. В первые месяцы агрессии ЕС продемонстрировал необычайное единство: все 27 стран единогласно одобрили 11 пакетов санкций против России, заморозили около $300 млрд активов РФ и быстро согласовали беспрецедентные меры поддержки Украины.

Был запущен механизм финансирования поставок оружия (Европейский фонд мира), и общий объем помощи Украине от ЕС (военной, финансовой и гуманитарной) превысил 85 млрд к концу 2023 года.

Кроме того, в геополитическом плане ЕС сделал четкий выбор в пользу поддержки суверенитета соседних стран: в 20222023 гг. Украине и Молдове был предоставлен статус кандидата в ЕС, начались официальные переговоры о вступлении.

Этот шаг стал сигналом Москве, что Европа не позволит силой навязывать соседям их внешнеполитический курс. Одновременно война дала импульс к консолидации ЕС как более самостоятельного игрока обсуждаются реформы внешней политики (например, отказ от принципа единогласия при принятии решений), укрепляется координация в сфере обороны. В первые полгода конфликта наблюдатели даже говорили о новой зрелости европейской политики, когда ранее разобщенные страны сумели выработать единый решительный ответ агрессору.

Однако по мере затягивания войны сохранять полной единство становится труднее. Во второй год конфликта наметились трения внутри ЕС: правительство Венгрии во главе с Виктором Орбаном все более открыто выражает несогласие с курсом Брюсселя. Будапешт неоднократно тормозил принятие новых санкций и даже заблокировал пакет финансовой помощи Украине на 50 млрд в конце 2023 года, требуя гарантий для собственных интересов.

Хотя остальные страны в итоге обходят венгерское вето (например, временно исключая Венгрию из зала для принятия решений), сам факт таких разногласий показывает усталость части европейских элит от затяжного противостояния. В некоторых западноевропейских обществах заметен рост скептицизма: опрос YouGov в декабре 2024 г. показал, что доля граждан, готовых поддерживать Украину до победы, снизилась по сравнению с началом года (например, во Франции, Германии, Италии и Испании поддержка затяжной борьбы упала на ~8-14 п.п.).

Одновременно вырос запрос на дипломатическое урегулирование свыше 4050% респондентов в крупных странах ЕС теперь предпочли бы мирные переговоры, даже если победа Киева не гарантирована.

Эти настроения отражаются и в политическом ландшафте: оппозиционные партии, критикующие санкции или объем помощи Украине, усиливают позиции (например, популисты в Италии, Германии, Словакии).

Тем не менее, официальная линия ЕС остается твердой: Европа заинтересована не в самой войне, а в недопущении победы агрессии. Евросоюз неоднократно заявлял, что будет поддерживать Украину столько, сколько потребуется для восстановления ее суверенитета и территориальной целостности.

Европейские лидеры убеждены, что на кону основы европейской безопасности и международного порядка. Президент Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и другие главы государств подчеркивают, что мир на условиях России недопустим, поскольку подтолкнёт Кремль к новым агрессивным авантюрам уже против других соседей в Европе. Такие страны как Польша, страны Балтии, Чехия, Скандинавия занимают наиболее жесткую позицию и фактически являются ястребами внутри ЕС, настаивая на максимальном давлении на Москву. Более крупные государства Западной Европы (Германия, Франция, Италия) в целом солидарны, хотя иногда проявляют осторожность из-за страха эскалации или экономических потерь.

В итоге война заметно укрепила внешнеполитическую сплоченность блока, повысив роль ЕС на мировой арене, но и предъявила новые требования к единству. Европа заинтересована в сохранении этого единства: затяжная война испытывает его на прочность, поэтому европейские столицы балансируют между поддержкой Украины и управлением издержками для собственных обществ.

Военные аспекты: оборона и безопасность

Российско-украинская война стала тревожным звонком для обороны Европы, инициировав крупнейшее за десятилетия наращивание военного потенциала. Уже в 2022 году совокупные военные расходы стран Западной и Центральной Европы выросли до 313 млрд (примерно $345 млрд), что стало рекордом со времён холодной войны.

Тренд лишь усилился в 20232024 гг.: по данным Международного института стратегических исследований, совокупный оборонный бюджет европейских стран НАТО на 2024 год достиг $457 млрд на 11,7% больше в реальном выражении, чем годом ранее.

Многие государства, особенно на восточном фланге НАТО, резко увеличили расходы до 2% ВВП и выше: Польша в 2023 г. тратила на оборону около 4% ВВП, закупая сотни новых танков, САУ и самолётов; прибалтийские страны удвоили бюджет безопасности; Франция и Италия объявили о многолетних программах перевооружения. Германия совершила исторический поворот (Zeitenwende): весной 2022 г. был создан разовый фонд в 100 млрд евро для модернизации Бундесвера, что должно привести немецкую армию к долгожданному соответствию стандартам НАТО (Берлин нацелился стабильно тратить свыше 2% ВВП в год, возвращаясь в тройку мировых лидеров по военным расходам).

Эти инвестиции направлены на восполнение накопленного дефицита вооружений (боеприпасы, ПВО, тяжелая техника), на укрепление восточных рубежей Альянса и повышение боеготовности. Таким образом, война ускорила модернизацию европейских армий, заставив страны ЕС всерьёз заняться обороной после десятилетий сокращений.

Европе пришлось срочно наращивать производство боеприпасов и вооружений. Конфликт в Украине выявил, что запасы НАТО быстро истощаются: лишь за первый год войны союзники поставили Киеву тысячи ракет и миллионов снарядов, опустошив собственные склады. В ответ ЕС запустил инициативы совместных закупок и расширения производства. В марте 2023 года Евросоюз пообещал передать Украине 1 миллион 155-мм артснарядов в течение года, однако промышленности потребовалось на 6 месяцев дольше запланированного, чтобы достичь этой цели.

Теперь ЕС одобрил планы инвестировать 500 млн+ в увеличение выпуска боеприпасов (программа ASAP), а государства-члены открывают новые линии и цеха для производства артиллерийских снарядов и ракет.

Европейский ВПК получает значительные заказы: например, французская Nexter и немецкий Rheinmetall в 20232024 гг. резко нарастили выпуск, чтобы заменить переданную Украине технику и вооружить собственные силы. Помимо снарядов, Европа поставляет Украине современное оружие из своих арсеналов от противотанковых комплексов и РСЗО HIMARS до танков Leopard 2 и ЗРК Patriot всего с начала войны передано военной помощи на 48,5 млрд.

Эти поставки значительно усилили украинскую оборону, но и заставили европейцев запланировать производство новых поколений вооружений (танков Leopard 2A8, истребителей F-35, систем ПРО и т.д.) для замены отправленного. Также НАТО значительно укрепило свой фланг: созданные еще в 2014 г. многонациональные батальоны в Польше и Прибалтике были расширены до бригадного уровня, тысячные силы быстрого реагирования приведены в повышенную готовность, а в Альянс вступила Финляндия (увеличив общую границу НАТО с РФ вдвое), на подходе Швеция. В целом, война консолидировала НАТО, возвращив ему изначальную миссию защиту Европы от российской угрозы, и европейские союзники теперь более серьезно относятся к своим оборонным обязанностям.

Важно понимать, что европейские страны не заинтересованы в войне как таковой они заинтересованы в безопасности и стабильности. Усиление армии и рекордные военные бюджеты стали вынужденной необходимостью. С одной стороны, продолжение конфликта дает НАТО время укрепить оборону и ослабляет военную машину России (которая понесла тяжелые потери по оценкам, сотни тысяч российских солдат выбыли из строя).

В этом смысле затяжная война истощает основного противника Европы без прямого участия натовских войск. С другой стороны, длительное боестолкновение несет риск эскалации и требует от европейцев всё большего отвлечения ресурсов на оборону в ущерб другим сферам. Стратегический интерес Европы не бесконечная война, а устойчивый мир, при котором Россия больше не сможет угрожать своим соседям. Поэтому европейские страны поддерживают Украину оружием не для затягивания боевых действий, а для того, чтобы Украина смогла отстоять себя и тем самым привести войну к справедливому завершению. Как отметил один из обозревателей, в европейских столицах растёт понимание: если Россия не будет остановлена в Украине, она постарается расширить свою кампанию против уязвимой Европы.

Из этого следует, что проигрыш Украины рассматривается как прямая угроза европейской безопасности. Поэтому, хотя каждый лишний месяц войны обходится дорого, для Европы он предпочтительнее мира, который означал бы победу агрессора и долгосрочную военную опасность на востоке.

Энергетика

До войны энергетическая сфера была, пожалуй, главным уязвимым местом Европы во взаимоотношениях с Россией. К 2021 году ЕС покупал около 60% всего экспортируемого Россией нефти и до 74% её газа, что обеспечивало Кремлю стабильный доход, а европейским экономикам относительно дешевое топливо. Множество стран Евросоюза зависели от российского газа более чем наполовину (Германия ~55%, Финляндия 100%, страны Восточной Европы 7090% и т.д.).

Эта взаимозависимость считалась гарантом стабильности, однако вторжение в Украину превратило ее в оружие: Москва начала шантажировать Европу газовыми поставками, а ЕС в ответ решил как можно быстрее слезть с энергетической иглы России. Результат энергетический разрыв, беспрецедентный в новейшей истории. В течение 2022 года Россия резко сократила прокачку газа по трубопроводам (вплоть до полного прекращения по Северному потоку, Ямал-Европа и др.), а Европа ввела эмбарго на российский уголь и нефть (с декабря 2022 г. запрет на морской импорт нефти, с февраля 2023 г. нефтепродуктов). Это спровоцировало энергетический кризис: газ на европейском хабе TTF веснойлетом 2022-го дорожал в 510 раз, побив все исторические рекорды, электроэнергия и бензин также стремительно выросли в цене. Столкнувшись с угрозой дефицита топлива к зиме, Европа предприняла экстренные меры: заполнила газовые хранилища за счет поставок из других стран, вернула в строй некоторые угольные и атомные электростанции, запустила программы экономии энергии для населения и бизнеса. Благодаря мягкой зиме и этим усилиям, катастрофы удалось избежать более того, к началу 2023 года цены на газ в Европе откатились ниже довоенных уровней, а совокупный спрос на газ упал на 13% за 2022 год (рекордное снижение, эквивалентное потреблению 40 млн домохозяйств).

Европа активно наращивает инфраструктуру для альтернативных поставок газа. На фото операторы на крупнейшем СПГ-терминале Европы в Барселоне (Испания, март 2022 г.), через который поступает импортный сжиженный газ вместо трубопроводного российского.

В кратчайшие сроки были построены новые терминалы для приема сжиженного природного газа (СПГ): Германия, не имевшая ни одного, уже за год открыла два плавучих терминала и строит стационарные; другие страны ЕС тоже расширяют мощности. 68% американского СПГ в 2022 году было перенаправлено в Европу США стали главным поставщиком газа для ЕС, также вырос импорт из Катара, Норвегии, Алжира и других источников. Одновременно ЕС ускорил переход на возобновляемые источники: прирост мощностей ветра и солнца в 2022 г. составил ~20% (рекорд), что снизило потребление газа на выработку электричества. В результате доля России на газовом рынке Европы резко сократилась: если в начале 2022 г. российский газ покрывал ~40% потребностей ЕС, то к концу 2022 г. лишь около 10%, а сейчас трубопроводный газ идет только по оставшимся каналам (через Украину и Турцию) в небольших объемах. По данным Брюссельского аналитического центра Bruegel, импорт ископаемого топлива из РФ упал на 94% с начала войны.

Однако полностью избавиться от российского энергоимпорта пока не удалось вопреки общей тенденции, закупки российского СПГ даже выросли: в 2024 году ЕС ввез 16,5 млн тонн СПГ из РФ (больше, чем в 2023).

Это связано с тем, что санкции не охватывают газ в жиженом виде, и некоторые страны (Испания, Бельгия, Франция) продолжали покупать его у Новатэка и Газпрома по рыночным ценам. Тем не менее доля российского СПГ относительно невелика (около 8% рынка ЕС), и к 2027 году Евросоюз намерен полностью прекратить любую зависимость от энергоносителей РФ.

Для Европы энергетический аспект войны был наиболее болезненным в краткосрочной перспективе, но в долгосрочной может обернуться стратегической выгодой.

Война вынудила ЕС диверсифицировать источники энергии и ускорить зеленый переход, что укрепляет энергетическую безопасность. ЕС больше не ставит все яйца в одну корзину сегодня энергоснабжение опирается на широкий круг партнеров и собственные ресурсы, вместо прежней критической зависимости от одного непредсказуемого поставщика. Это снижает шантажный потенциал Кремля: попытки Москвы заморозить Европу провалились, а привычный российский энергобизнес на европейском рынке разрушен. Конечно, отказ от дешевого российского газа имеет цену по оценкам, рост затрат на энергию в 2022 году стоил Европе несколько процентов ВВП, спровоцировал всплеск цен и временное возвращение к углю. Но уже к 2023-24 гг. ситуация стабилизировалась: газовые хранилища заполнены, цены вернулись к приемлемым уровням, экономики адаптировались.

Продолжение войны, вероятно, закрепит эту новую энергетическую реальность даже если боевые действия завершатся, политическое доверие утрачено, и в обозримом будущем ЕС не планирует возвращаться к прежним объемам импорта из РФ. Таким образом, с точки зрения энергетики Европа скорее заинтересована не в самом конфликте, а в том, чтобы использование энергии как оружия больше не повторилось. Этого она уже практически добилась, хотя впереди еще большая работа по развитию независимой энергетики.

Долгосрочные последствия для Европы

В долгосрочной перспективе исход и продолжительность войны определят архитектуру безопасности в Европе на десятилетия вперед. Страны ЕС оценивают риски и стратегические выгоды исходя из различных сценариев развития конфликта:

• Затяжная война на истощение. Если боевые действия продолжатся еще надолго без решающего перелома, Европе придется жить в состоянии затяжного кризиса на своих границах. Это означает продолжение высоких оборонных расходов, необходимость ежегодно поддерживать Украину финансами и вооружениями, принимая расходы на себя. Экономически такой сценарий тяжелое бремя (кумулятивный ущерб росту, инвесторам, бюджету), политически испытание единства (усталость обществ может расти).

Но и Россия в этой ситуации будет ослабевать: санкции и военные потери истощают ее ресурсы, а НАТО получает время для усиления обороны. Европейские стратеги считают, что при затяжной войне Россия вряд ли станет сильнее, зато Украина, при поддержке Запада, сможет со временем восстановить позиции. Тем не менее, сохраняется опасность эскалации или прямого столкновения НАТОРоссия из-за какого-либо инцидента, пока война идет. В целом Европа не заинтересована в бесконечном конфликте, но готова выдерживать его столько, сколько необходимо, понимая, что ставка подрыв военной мощи агрессора и укрепление безопасности на восточном фланге.

• Непроигыш Украины. Этот исход отвечает интересам Европы в наибольшей степени. Под победой подразумевается восстановление контроля Украины над своими территориями в международно признанных границах либо по крайней мере вытеснение российских войск с большей части оккупированных земель. В таком случае принцип нерушимости границ будет подтвержден, а попытка силового перекроя карты Европы провалена. Стратегически это укрепит безопасность Европы: Россия понесет поражение и, вероятно, надолго утратит способность нападать на соседей. Восточные члены ЕС будут чувствовать себя защищённее, а страны, не входящие в НАТО (Молдова, Грузия), получат шанс на более безопасное будущее. Для самого ЕС такая развязка стала бы геополитической победой Европейский союз затем смог бы сосредоточиться на интеграции Украины (и других кандидатов), распространении зоны демократии и процветания дальше на восток. Конечно, даже после окончания боевых действий останутся вызовы: понадобится масштабная реконструкция Украины (по оценке Всемирного банка, это сотни миллиардов долларов), на которую Евросоюзу предстоит выделять средства и усилия много лет. Но эти вложения рассматриваются как инвестиция в будущего надежного партнера и член семьи европейских народов. Таким образом, европейские государства заинтересованы именно в таком завершении войны они получат стабильный мир, моральное удовлетворение от защиты демократических ценностей и усиление своего международного веса.

• Непроигрыш России. Этот сценарий считается для Европы наиболее опасным. Если в результате прекращения поддержки или иных обстоятельств Украина проиграет войну (например, потеряет значительные территории под давлением и будет вынуждена подписать невыгодное перемирие), безопасность на континенте резко ухудшится. Воодушевлённый успехом Кремль может пойти дальше под угрозой окажутся уже страны НАТО на востоке (Прибалтика, Польша) или Молдова и Балканы.

Такой исход подорвал бы доверие к союзам: НАТО было бы испытано на прочность, ЕС разделён спорами о вине и стратегии. Кроме того, прецедент вознаграждения агрессии разрушил бы основы международного права, которые Европа традиционно отстаивает. В долгосрочном плане Европе пришлось бы тратить еще больше ресурсов на сдерживание триумфальной России, жить в атмосфере новой холодной войны и милитаризации. Внутри ЕС подобное поражение наверняка усилило бы экстремистские и пророссийские силы, указывающие на бессмысленность сопротивления. В итоге Европа однозначно не заинтересована в таком развитии именно страх перед этим толкает ее продолжать помощь Украине, невзирая на текущие издержки. Европейские лидеры прямо заявляют: уступки агрессору только увеличат аппетит Москвы и повысят риск большой войны уже на территории ЕС.

Этот урок истории (политика умиротворения 1930-х) хорошо усвоен в Брюсселе и столицах.

Выводы. Анализ показывает, что Европа как политико-экономическое объединение не желает самого факта продолжения войны, поскольку конфликт несет ей значительные издержки экономические, социальные и военные. Но именно в этом и состоит сложность: европейские интересы требуют не просто прекращения боевых действий любой ценой, а такого исхода, который гарантирует геополитический выйгрыш.

Политически европейские правительства испытывают давление общества, которому война наскучила и дорого обходится. Однако стратегические и моральные принципы перевешивают: позволить России закрепиться на завоеваниях означало бы постоянную угрозу европейскому миру в будущем. Поэтому Европа сейчас скорее заинтересована в продолжении сопротивления Украине, чем в поспешном перемирии, способном привести к новой войне. Как отмечается в аналитических докладах, ЕС должен развивать долгосрочную стратегию сдерживания России, готовясь противостоять угрозе столько, сколько потребуется. При этом никто в Европе не заинтересован в самой войне ради войны цель состоит в восстановлении стабильности. Поддерживая Украину, ЕС рассчитывает приблизить окончание конфликта на приемлемых условиях и тем самым в будущем снизить риски для себя.

В итоге интересы Европы диктуют необходимость завершения войны на условиях, обеспечивающих прочный мир и безопасность. Продление боевых действий вынужденная реальность, которую европейцы стремятся использовать для ослабления агрессора и укрепления собственной обороны. Но чем раньше Россия прекратит свою агрессию и выведет войска, тем быстрее Европа сможет перейти от затратной поддержки войны к мирному развитию и сотрудничеству по восстановлению региона. Европе выгоден мир, но не любой ценой: только отказ Кремля от экспансионистских планов и уважение суверенитета соседей позволят вернуть стабильность. До тех пор ЕС, хоть и страдает от последствий конфликта, будет сохранять решимость в этом смысле он заинтересован довести дело до безопасного для Европы финала, даже если для этого война должна продлиться еще некоторое время.

Источники:

• OECD / Rand Corporation экономические прогнозы влияния войны

rand.org

euronews.com

• Eurostat статистика торговли ЕСРоссия

ec.europa.eu

ec.europa.eu

• Al Jazeera анализ единства и разногласий в ЕС по Украине

aljazeera.com

aljazeera.com

• Kyiv Independent / The Guardian опросы общественного мнения в Европе

kyivindependent.com

kyivindependent.com

• Politico, Reuters данные по военным расходам и помощи Украине

politico.eu

reuters.com

• Reuters Zeitenwende и оборонный фонд Германии

reuters.com

• RAND, Atlantic Council стратегические оценки для НАТО и ЕС

atlanticcouncil.org

epc.eu

• Foreign Policy / Bruegel энергетическая зависимость и ее снижение

foreignpolicy.com

foreignpolicy.com

• IEA сокращение потребления газа в ЕС

iea.org

Без политкорректности. Независимые аналитические заметки.

Без политкорректности Европа в большей степени стремится ослабить Россию через войну. Война выгодна с точки зрения изматывания российского военного и экономического потенциала. Чем дольше длится конфликт, тем больше ресурсов тратит Москва, тем сильнее падает её влияние, а значит, уменьшается её способность доминировать в соседних регионах.

В то же время, затяжной конфликт дает Европе возможность перестроить свои энергетические и экономические связи, снизить зависимость от российского сырья и укрепить внутреннюю консолидацию. Да, это стоит денег, да, это вызывает недовольство внутри стран ЕС, но стратегически такая политика делает Европу менее уязвимой и более способной диктовать условия в будущем.

Иными словами, открыто Европа заявляет, что хочет скорейшего мира, но на практике продолжение войны ослабляет её основного геополитического оппонента и позволяет ЕС постепенно выстраивать новую, более устойчивую архитектуру безопасности и экономики.

Применение представлений термодинамики, геодинамики и теории хаоса в современной геополитической аналитике позволяет глубже понять взаимосвязи и динамику процессов, которые раньше рассматривались в основном через призму политических и экономических факторов. Вот несколько ключевых независимых тезисов, основанных на этих подходах:

• Геополитика как динамическая система:

Современные геополитические процессы можно представить в виде нелинейной системы, где малые флуктуации (например, локальный конфликт или экономическое потрясение) могут порождать крупномасштабные последствия. Подобно тому, как в термодинамике нестабильность в одном элементе системы приводит к фазовому переходу, в геополитике региональная напряжённость может трансформироваться в глобальную перестройку мирового порядка.

• Ресурсные потоки и термодинамические аналоги:

Если представить энергоносители и сырьё как тепловую энергию, а экономические и политические системы как термодинамические резервуары, то можно анализировать, как страны перекачивают ресурсы, чтобы поддерживать свою внутреннюю стабильность. Конкуренция за ключевые источники энергии напоминает борьбу систем за состояние с минимальной энтропией, где одни игроки накапливают ресурсы (уменьшая собственную энтропию), а другие теряют стабильность.

• Геодинамическая основа политических процессов:

Геофизические особенности доступ к морям, тектоническая активность, наличие редкоземельных металлов или климатические условия определяют геополитическое положение государств. Например, зоны субдукции или активные рифтовые зоны часто связаны с богатыми минеральными ресурсами, которые становятся объектами геополитической борьбы. С точки зрения геодинамики, государства, расположенные в таких районах, часто попадают в центр экономических и военных столкновений, так как контроль над этими плиторазделами даёт стратегическое преимущество.

• Теория хаоса и непредсказуемость международных отношений:

Теория хаоса учит, что даже простые системы с нелинейными связями могут демонстрировать сложное поведение. В международной политике это выражается в невозможности точно предсказать исход того или иного события, особенно если оно запускает цепь неожиданных последствий. Аналог эффекта бабочки в геополитике проявляется, например, в том, как локальный кризис или небольшая санкция могут привести к резким сдвигам в международной расстановке сил.

• Долгосрочная эволюция системы мирового порядка:

С точки зрения термодинамики, закрытые системы стремятся к состоянию термодинамического равновесия, где энергия распределена максимально равномерно. Если применить это к мировой политике, можно ожидать, что периоды доминирования одной державы (гегемонии) сменяются более сбалансированными полицентричными системами, как только центр тяжести (энергия) перераспределяется между игроками. Однако это перераспределение, как показывает теория хаоса, сопровождается переходными процессами, когда каждая новая точка равновесия достигается через период турбулентности и кризисов.

Если использовать подходы термодинамики, геодинамики и теории хаоса для анализа современной геополитической ситуации, можно выделить несколько ключевых точек:

• Термодинамические аспекты:

С точки зрения термодинамики, международная система находится в постоянном состоянии обмена энергией и ресурсами. В этом контексте энергия это не только нефть или газ, но и экономический потенциал, технологические достижения и военные возможности. Государства стремятся минимизировать внутреннюю энтропию, поддерживая высокий уровень порядка внутри своих границ за счёт привлечения ресурсов извне. Например, страны, зависимые от экспорта энергоресурсов, пытаются удерживать свои позиции поставщиков, в то время как импортеры создают стратегические резервы и диверсифицируют источники.

В нынешней геополитической ситуации, срезанные потоки российских энергоресурсов вынудили Европу и США искать новые источники. Этот энергетический фазовый переход изменяет ландшафт мировой политики. Всплески цен на энергию или санкции против ключевых экспортёров ведут к локальным перегревам в экономике и социальной сфере. Если рассматривать международные отношения как тепловую машину, где ресурсы перекачиваются между государствами, то борьба за стабильность приводит к увеличению напряжённости на границах контакта в регионах с пересечением интересов крупных держав.

• Геодинамические факторы:

Географические особенности продолжают играть важную роль в мировой политике. Например, страны с крупными запасами редкоземельных металлов или расположенные в стратегически важных зонах (как Турция на пересечении Европы и Азии или Украина с её чернозёмами и доступом к Чёрному морю) оказываются в центре внимания. Геодинамическая активность в буквальном смысле создаёт горячие точки области, где конфликты за ресурсы наиболее вероятны.

Украина, с её географическим положением и ресурсной базой, выступает своего рода геополитической плитой, граница которой сталкивает интересы России, ЕС и НАТО. Этот регион не просто территориально важен; он также играет роль в глобальных цепочках поставок (аграрная продукция, транзит энергоресурсов), что делает любые колебания в регионе сейсмическими с точки зрения мировой экономики и политики.

• Теория хаоса и непредсказуемость:

Современные геополитические процессы всё чаще показывают признаки нелинейности. Малые события или решения могут вызывать диспропорционально большие последствия. Санкции, казавшиеся управляемым инструментом, неожиданно привели к перебоям в цепочках поставок, переориентации глобальной торговли и созданию новых альянсов.

Примером может служить миграционный кризис, вызванный войной. Миллионы перемещённых лиц не только создают давление на экономику и социальную сферу соседних государств, но и изменяют политическую карту, усиливая экстремистские настроения в Европе или влияя на выборы. Это проявление нелинейности: казалось бы, локализованная война вызывает цепь изменений, затрагивающих континенты.

Заключение:

Применяя термодинамические, геодинамические и хаотические подходы, мы можем рассматривать текущую геополитическую обстановку как многослойный процесс. Он включает перераспределение ресурсов (энергетика, экономика), воздействие природных и территориальных факторов (геодинамика) и непредсказуемые последствия малых изменений (хаос). Такое видение помогает глубже понять корни нестабильности и возможные сценарии развития событий.

В результате, ответ заключается в следующем:

Европа, США и их союзники, столкнувшись с этим хаотическим состоянием, вынуждены перестраивать свои экономические и энергетические стратегии, а также адаптироваться к новым вызовам безопасности. Однако конечная цель не буквально заинтересованность в войне как таковой, а скорее стремление выйти из текущего турбулентного состояния с меньшими потерями и укреплённой стратегической позицией.

Роль Дональда Трампа в современной геополитике можно рассматривать как фактор, усиливающий непредсказуемость и нелинейность международных отношений, что делает применение подходов термодинамики, геодинамики и теории хаоса особенно актуальным.

1. Теория хаоса: Трамп как фактор нелинейности.

Теория хаоса подчеркивает, что сложные системы могут демонстрировать резкое изменение состояния под воздействием даже небольших факторов. Политический стиль Трампа, основанный на импульсивных решениях, твиттер-дипломатии и резких разворотах курса, часто выступал в роли такого малого возмущения. Его подход к торговым переговорам с Китаем, отношению к НАТО и другим международным альянсам создавал цепные реакции в мировой экономике и политике. Например, введение торговых пошлин против Китая вызвало ответные меры, повлияло на мировые цепочки поставок, а затем отразилось на развивающихся рынках и европейской экономике. Подобные события иллюстрируют нелинейные эффекты: небольшое изменение в одной области может порождать глобальные последствия, усиливая нестабильность международной системы.

2. Термодинамический взгляд: перераспределение энергии и ресурсов.

Трамп, заявляя о необходимости вернуть Америку к величию и уделяя внимание внутренним экономическим и энергетическим вопросам, стремился перераспределить ресурсы в пользу США. Это включает наращивание добычи сланцевой нефти и газа, снижение зависимости от импорта, пересмотр торговых соглашений. С термодинамической точки зрения, такие шаги напоминают попытку снизить внутреннюю энтропию, повысив стабильность и энергообеспечение внутри системы (США) за счёт перераспределения ресурсов из внешней среды (мирового рынка). Однако эти изменения неизбежно вызывают турбулентность в других частях международной системы, где партнеры сталкиваются с ростом собственной энтропии экономическими проблемами, утратой стабильных поставок и необходимостью адаптации.

3. Геодинамические аспекты: влияние на стратегические плиты.

Геодинамика рассматривает сдвиги и столкновения плит в глобальном масштабе. В геополитике это можно интерпретировать как взаимодействие крупных держав и стратегических регионов. Подход Трампа к внешней политике например, давление на европейских союзников в вопросах оборонных расходов или выход из Парижского соглашения по климату создавал своего рода геополитические тектонические сдвиги. Этим действиям сопутствовали значительные изменения в отношениях между странами, особенно на пересечении интересов США, ЕС, Китая и России. На карте международных отношений возникали новые напряжённые зоны (например, вокруг торговых путей, соглашений по ядерной программе Ирана), аналогичные разломам в геодинамике. Каждое из таких сдвижений плит меняло структуру глобальной системы, создавая очаги нестабильности и влияя на глобальное распределение влияния.

Через призму теории хаоса, термодинамики и геодинамики, роль Трампа в геополитике можно видеть как катализатор резких изменений, перераспределения ресурсов и сдвигов в глобальной структуре влияния. Его нестандартный политический стиль, акцент на внутренних интересах США и стремление к переопределению глобальных альянсов усиливали турбулентность международных отношений, создавая условия для перехода системы в новое состояние. Это делает Трампа значимой фигурой в анализе современной геополитики, особенно с учетом специфических подходов аналитических центров, которые могли учитывать его характерные черты и их влияние на нелинейность мировой политической сцены.

Заключение

Вопрос о заинтересованности Европы в продолжении войны между Россией и Украиной не имеет однозначного ответа: он зависит от того, как именно оцениваются стратегические выгоды и издержки. Можно сформулировать два вывода политкорректный и независимый.

Политкорректный вывод

Европа не заинтересована в самой войне, но вынуждена поддерживать Украину ради защиты основ международного порядка. Продолжение конфликта несёт значительные экономические, социальные и политические издержки, однако альтернатива в виде уступок России представляет ещё большую угрозу для европейской безопасности. Поддержка Украины рассматривается как вынужденная мера, направленная на предотвращение будущих конфликтов и укрепление стабильности в регионе. В конечном счёте, Европа стремится к миру, но мир возможен только на условиях, гарантирующих безопасность Украины и Европы в целом.

Независимый вывод

Реальная заинтересованность Европы в продолжении войны определяется её стратегическими задачами. Война позволяет ослабить Россию без прямого военного столкновения, изменить энергетическую карту континента, укрепить НАТО и консолидировать ЕС. Несмотря на экономические трудности, затяжной конфликт создаёт условия для перестройки мировой системы влияния в пользу Запада. В этом смысле Европа объективно заинтересована в продолжении боевых действий до тех пор, пока они позволяют ей достигать ключевых геополитических целей, а последствия войны не станут критическими для самих европейских обществ.

Если рассматривать войну России и Украины как термодинамическую систему, то приход Трампа это изменение внешнего теплового баланса, которое перераспределяет энергию внутри системы.

1. США источник энергии для системы

Сейчас США внешний поставщик энергии в систему (поставки оружия, финансовая помощь, санкционная поддержка). Байден поддерживал приток тепла в сторону Украины, усиливая её способность противостоять России.

При Трампе:

• Энергопоток уменьшается США сокращают поставки оружия и финансов.

• Температура системы падает Украина ослабевает, её ресурсная база начинает быстрее истощаться.

• Резко снижается энтропия НАТО альянс теряет динамику и консолидированность, часть стран ЕС может изменить свою позицию.

Вывод: Система переходит из фазы нагретого противостояния в фазу остывания, но этот процесс неравномерен.

2. Украина система с падающей температурой

Если сравнивать Украину с нагретым объектом, то прекращение американской поддержки ускоряет её теплоотдачу военные и экономические ресурсы истощаются.

Термодинамические последствия:

• Резкий спад боеспособности армия вынуждена переходить в оборонительный режим.

• Внешнее давление (потери энергии) Украина оказывается в положении системы, теряющей запас термодинамической устойчивости.

• Рост внутренних флуктуаций политические разногласия в Киеве, возможные попытки искать другие каналы энергообмена (например, от Китая, Турции).

Вывод: Если Украина не найдёт новые источники тепла (ресурсов), она вынуждена будет снизить уровень энтропии через переговоры или изменение стратегии.

3. Россия система с увеличивающимся давлением

Россия изначально работала в режиме высокой энтропии война для неё требовала огромных затрат энергии.

Изменения при Трампе:

• Снижение внешнего давления санкционное и военное давление на РФ ослабляется, что замедляет процесс её истощения.

• Уменьшение затрат энергии на борьбу с Западом Россия может перераспределить ресурсы на внутреннее укрепление или на новый военный рывок.

• Эффект фазового перехода если Украина ослабнет, Россия может решить, что наступило "окно возможностей" для максимального военного давления.

Вывод: Если Россия получит снижение внешнего термодинамического давления, она сможет продлить свою активность и даже пойти на новый виток эскалации.

4. Европа открытая система с утечкой энергии

Европа при Байдене была терморегулятором, стабилизируя ситуацию за счёт экономической и военной поддержки Украины.

При Трампе:

• Рост нагрузки на Европу США перестают быть главным стабилизатором, Европе нужно самой генерировать энергию для системы.

• Резкий скачок энтропии внутри ЕС часть стран (Польша, Прибалтика) продолжит поддержку Украины, а другие (Франция, Германия) могут дрейфовать в сторону "усталости от войны".

• Эффект цепной реакции без американской поддержки ЕС вынужден искать новые источники энергии и ресурсов, что может привести к дисбалансу внутри блока.

Вывод: Если Европа не сумеет взять на себя функции "подогревателя системы", конфликт может либо заморозиться, либо перераспределить баланс в пользу России.

Финальный термодинамический вывод

• Снижение внешнего энерговклада США ослабление Украины усиление позиций России.

• Рост флуктуаций внутри ЕС возможное разделение на "теплые" и "холодные" страны.

• Система войны может перейти в фазу "заморозки", но также возможен новый энергетический всплеск со стороны России.

Главный риск: фазовый переход к новому витку эскалации, если Россия сочтёт момент благоприятным.

Что делать Украине и Европе?

Украина: срочно искать новые источники энергии (арабские страны, Азия, ВПК собственного производства).

Европа: либо создавать свой военный центр, либо готовиться к переговорам с Россией.

Россия: выжидать момент для нового скачка энтропии (наступления) или фиксировать текущие достижения.

Ключевая точка: Европа. Если ЕС возьмёт на себя роль "энергогенератора" для Украины, война продолжится. Если нет она перейдёт в замороженное состояние с долгосрочными последствиями.

При этом США, как производитель новейшего вооружения для НАТО, экономически и стратегически заинтересованы в том, чтобы Европа взяла на себя функцию основного "энергогенератора" войны то есть обеспечивала финансирование, производство и логистику, а США получали прибыль от поставок вооружений и контроля над процессом.

Как это работает?

Экономика оружия

• США крупнейший производитель и экспортер оружия в мире. Война в Украине создала рекордный спрос на американское оружие: от артиллерийских снарядов до ЗРК Patriot и истребителей F-35.

• Европейские страны массово увеличивают военные бюджеты (Германия, Польша, Франция, Великобритания), но их собственные ВПК не справляются с таким темпом.

• Американские корпорации Lockheed Martin, Raytheon, Boeing, Northrop Grumman получают миллиардные контракты на перевооружение НАТО.

США хотят, чтобы Европа платила за войну

• Пока Байден держал курс на американское финансирование Украины, Трамп может сказать:

"Окей, мы дадим вам оружие, но платите сами!"

• Это заставит Европу переключиться в режим энергогенератора: не только обеспечивать вооружение, но и финансировать военные поставки из США.

• Украина останется в игре, но уже за счёт европейских денег и логистики.

Геополитическая зависимость Европы от США

• Если ЕС станет "энергогенератором" конфликта, это ещё сильнее привяжет его к США в военном и экономическом плане.

• Вашингтон укрепляет контроль над Европой, вынуждая её тратить больше на оборону.

• Германия, Франция, Италия в теории могли бы развивать свой ВПК, но темпы производства не позволяют им заменить США в краткосрочной перспективе.

• В итоге Европа остаётся клиентом американского ВПК, но теперь ещё и за свои деньги.

Снижение участия США в войне = принуждение ЕС к новым расходам

• Если Трамп урежет помощь Украине, ЕС придётся восполнять эту дыру, иначе Россия получит стратегическое преимущество.

• Это создаст ещё больший спрос на оружие США, потому что европейские армии тоже начнут усиливаться.

• Польша, Германия, страны Балтии и Франция уже закладывают в бюджеты многолетние закупки вооружений большая часть контрактов идёт именно американским производителям.

Альтернативный сценарий: ЕС может попытаться избежать полной зависимости

• Если Европа не захочет брать на себя роль "энергогенератора" войны, возможны две реакции:

• Снижение поддержки Украины и поиск переговорного решения (например, Франция и Германия могут предложить компромисс с Россией).

• Попытка развивать собственный ВПК, чтобы уменьшить зависимость от США.

Но! В короткие сроки полностью заменить США невозможно:

• Боеприпасы и технику Европа производит в недостаточных объёмах.

• Логистика НАТО всё ещё завязана на США.

• Военные технологии Европы пока уступают американским в ряде областей.

Заключение: США используют Европу, но война должна продолжаться контролируемо

• Трампу не нужна война, если она несёт риски эскалации.

• Но ему нужна война как инструмент влияния на Европу и источник доходов для американского ВПК.

• Если Европа станет энергогенератором, США продолжат извлекать выгоду, одновременно снижая собственные риски.

• Выгодный для Вашингтона сценарий: война идёт, но Европа сама платит за неё, а США контролируют процесс.

Вывод: США, при Трампе, скорее всего не будут резко сворачивать войну, но сделают так, чтобы Европа платила за неё больше, а американский ВПК продолжал получать сверхприбыли.

Конечный вывод: Кто кем является в этой войне?

• США бенефициар и арбитр

• Делают "хорошее лицо": говорят, что хотят мира, но продолжают войну в контролируемом режиме.

• Зарабатывают на поставках оружия, укрепляют контроль над Европой, ослабляют Россию и Украину без прямого вмешательства.

• Если конфликт слишком затянется или выйдет из-под контроля, США могут надавить на обе стороны и вынудить их к переговорам на своих условиях.

• Европа "энергогенератор" войны

• Публично заявляет, что стремится к миру, но война консолидационно выгодна (усиление НАТО, снижение зависимости от России, рост военных бюджетов).

• Вынуждена становиться главным финансовым донором конфликта, но при этом остаётся зависимой от США.

• Если Украина ослабнет, Европа будет вынуждена либо увеличить поддержку, либо начать искать компромисс с Россией.


• Россия истощаемая система

• Оказалась в позиции стратегической ловушки: чем дольше длится война, тем сильнее она теряет ресурсы, людей и экономическую мощь.

• Сейчас ещё держится, но при продолжении войны в долгосрочной перспективе её потенциал снижается.

• Если США и Европа переключат Украину в режим обороны и ослабления РФ (без быстрых побед), Россия будет вынуждена либо резко эскалировать, либо искать выход.


• Украина инструмент войны

• Формально страна, борющаяся за независимость.

• Фактически полностью зависима от Запада (оружие, финансы, экономика).

• Чем дольше длится война, тем больше Украина становится разменной монетой в игре крупных игроков.

• Если поддержка ослабнет, Украина может быть вынуждена пойти на невыгодные переговоры, которые устраивают США и Европу, но не Киев.

Финальная формулировка: кто в этой истории кто?

• США банкир и торговец оружием, который делает вид, что помогает, но делает это так, чтобы война не кончалась слишком быстро.

• Европа заложник и спонсор войны, который на словах "страдает", но в реальности не хочет ослабления давления на Россию.

• Украина поле боя и инструмент, который все используют в своих целях.

• Россия осаждённая крепость, которая тратит ресурсы и людей, надеясь на победу, но с каждым годом теряет силы.

Системно Россия выполняет функцию энергетического и военного донора конфликта. Её роль поддерживать боевые действия за счёт собственных ресурсов: людских, экономических, сырьевых.

Запад стремится перевести Россию в режим затяжного износа, где:

• Война истощает её экономически (санкции, снижение доходов, рост военных расходов).

• Человеческие потери и мобилизация ослабляют социальную устойчивость.

• Технологическое отставание усиливается, так как доступ к западным технологиям ограничен.

По сути, Россия вынуждена "генерировать" свою собственную слабость каждый месяц войны приводит к ещё большему расходу её ресурсов, которые не успевают восстанавливаться.

Однако у России есть определённые стратегические преимущества, которые не позволяют считать её уже проигравшей:

• Глубина ресурсной базы страна пока выдерживает санкционное давление.

• Гибкость экономики переориентация на Китай, Индию и другие рынки.

• Историческая адаптация к долгим войнам опыт СССР и современной России показывает, что общество готово выдерживать серьёзные потрясения ради военных целей.

Вердикт: Россия система на истощение, но с возможностью адаптации. Чем дольше длится война, тем сложнее ей удерживать баланс между военной активностью и внутренней стабильностью.

А итог (неполиткоррекный, разумеется): США и Европа держат войну в контролируемом формате, а Россия и Украина две стороны, которые несут наибольшие потери, будучи втянутыми в этот процесс. Победа будет за

В итоге победит не тот, кто планировал войну, а тот, кто лучше адаптируется к хаосу.

Хаос в геополитике это не просто беспорядок, а стадия перестройки системы. Когда старые механизмы управления перестают работать, система проходит через фазу хаотических изменений, после чего либо появляется новая структура, либо система разрушается окончательно.

США и Европа не заинтересованы в полном хаосе, но они используют контролируемый уровень нестабильности, чтобы перераспределить ресурсы, создать новые альянсы и ослабить противников.

Что хаос даёт Западу?

• Ослабление России каждый месяц войны уменьшает её стратегические возможности.

• Реорганизация НАТО альянс получил новый смысл существования.

• Контроль над Европой хаос заставляет ЕС больше зависеть от США.

• Рост военной экономики спрос на оружие и технологии резко вырос.

Идеальный сценарий для Запада война идёт ровно настолько долго, чтобы подорвать Россию, укрепить Запад и не вызвать прямой глобальной дестабилизации.

Для Москвы хаос в международной системе единственный вариант выйти из ловушки.

Если система остаётся стабильной, Россия постепенно теряет ресурсы, влияние, доступ к технологиям и рынкам. Но если хаос выходит из-под контроля Запада, у России появляется возможность играть на слабостях противников.

Как Россия может использовать хаос?

• Создавать разломы в ЕС (усиливать конфликты между странами).

• Поддерживать нестабильность в США (усиливать политические противоречия).

• Развивать альтернативные блоки (Китай, Ближний Восток, Латинская Америка).

• Ждать кризисов на Западе, которые заставят НАТО пересмотреть приоритеты.

Как Украна может использовать хаос?

Для Украины критически важно, когда и как этот хаос завершится. Если вовремя закрепить свои позиции можно сохранить государственность и получить новые возможности. Если нет хаос просто поглотит страну, как это было с многими "горячими точками" в истории.

Главный вопрос: кто лучше подготовится к финальному скачку энтропии?

Тот, кто сумеет перевести хаос в управляемую трансформацию, а не просто станет его жертвой.

А что может стать финальным скачком энтропии: что может сломать систему?

В геополитике финальный скачок энтропии это момент, когда система достигает предела нестабильности и переходит в новое состояние. Это может быть либо катастрофа, которая разрушает существующий порядок, либо вынужденная перестройка, когда новые силы и структуры начинают доминировать.

В текущем конфликте между Россией, Украиной и Западом есть несколько возможных триггеров, которые могут привести к такому скачку.

1. Экономический коллапс одной из сторон

Россия

• Полное истощение ресурсов и потеря возможности вести войну.

• Внутренний экономический кризис, который создаст хаос внутри страны.

• Потеря ключевых партнёров (Китай, Индия, Турция) из-за санкций или давления Запада.

Финальный скачок: если Россия теряет возможность поддерживать военные действия, война либо заканчивается вынужденными переговорами, либо перерастает в внутренний кризис.

Украина

• Резкое снижение внешней помощи.

• Коллапс экономики, который делает продолжение войны невозможным.

• Политический кризис, связанный с усталостью общества от конфликта.

Финальный скачок: если Запад перестаёт поддерживать Украину в прежнем объёме, Киев оказывается в ситуации, когда приходится заключать соглашение на невыгодных условиях.

ЕС и США

• Экономический кризис в Европе из-за войны (энергетические проблемы, инфляция, раскол между странами).

• Финансовый кризис в США (если затраты на поддержку Украины станут политически неприемлемыми).

Финальный скачок: если экономика ЕС или США не выдержит нагрузки, Запад может переключить фокус с войны на внутренние проблемы, что радикально изменит расклад сил.

2. Внезапная эскалация конфликта

Непредвиденный военный инцидент

• Прямое столкновение России и НАТО (например, случайный удар по территории альянса).

• Использование ядерного оружия или атака на критически важные объекты (например, энергосистему Европы).

• Вмешательство третьих стран (например, Китай решает поддержать Россию оружием, или США вводят войска в Украину).

Финальный скачок: если границы конфликта выходят за пределы России и Украины, война перестаёт быть "управляемой" и превращается в глобальную катастрофу.

3. Внутренний политический коллапс

Россия

• Внутренняя борьба элит за власть (например, новое восстание против Кремля).

• Дезорганизация власти, потеря управляемости из-за войны.

Украина

• Политический кризис внутри страны, вызванный усталостью от войны.

• Потеря западной поддержки смена руководства, новый вектор политики.

США / ЕС

• Если к власти в США или Европе приходят силы, которые резко меняют политику по Украине, вся конструкция конфликта рушится.

• Возможен раскол внутри НАТО, если часть стран потребует немедленного мира, а часть продолжит поддержку Украины.

Финальный скачок: если в одной из ключевых стран начинается неуправляемый внутренний хаос, вся система меняет баланс.

4. Технический прорыв или стратегическое оружие

• Разработка нового поколения оружия, которое даёт одной из сторон решающее преимущество (например, революционные БПЛА, системы ПРО, тактическое ядерное оружие).

• Прорыв в кибервойне, который ломает систему управления противника.

• Катастрофа на ключевом объекте (например, Чернобыль 2.0, технологический теракт).

Финальный скачок: если одна из сторон получает решающий технологический перевес, война либо заканчивается быстро, либо перерастает в новую форму.

Вывод: что будет финальной точкой?

Самый вероятный сценарий это не один "скачок энтропии", а цепная реакция, когда несколько факторов сложатся вместе.

• Экономическая слабость ослабление поддержки войны.

• Политический кризис смена вектора конфликта.

• Эскалация хаос выходит за рамки "контролируемого".

Запад использует войну как инструмент контролируемого хаоса, который одновременно ослабляет Россию, укрепляет военно-промышленный комплекс, перестраивает энергорынки и поддерживает единство НАТО. Пока конфликт управляем, он выгоден: он создаёт напряжённость, но не катастрофу, стимулирует экономику, но не рушит её, и позволяет реорганизовать глобальный порядок без полномасштабного столкновения.

Но энтропия не бывает бесконечно управляемой. Любая система, находящаяся в режиме постоянного расхода ресурсов и нестабильности, рано или поздно достигает точки, где контроль теряется. Если финальный скачок энтропии произойдёт будь то экономический кризис, политический коллапс, военная эскалация или технологический прорыв война перестанет быть инструментом и станет разрушительным процессом, который обернётся против всех участников.

Поэтому ключевой вопрос: насколько долго Западу удастся сохранять баланс между управляемым конфликтом и его выходом за рамки контроля?

• Если контроль сохранится война продолжится в формате медленного изматывания, пока одна из сторон не потеряет способность сопротивляться.

• Если баланс рухнет начнётся неконтролируемый хаос, который может привести к новому переделу мира, но уже без гарантий, что Запад выйдет из этого процесса победителем.

Финальный итог:

Запасаемся попкорном.