# Очень старый англичанин

Павел Чаранин

И я вас всех, - говорит, - ненавижу.

Вот, вы все здоровые и живые. А я, - говорит, - уже почти мёртв.

Мертвее камня на обочине буду и плешивого деда в гробе,

и мне, чтобы вернуться в ваш мир сияющий,

нужно будет переродиться. Но...

Сыграть в эту лотерею снова, я не готов.

В котика, в собачку, в жучка ли, в паучка, в синицу или

в журавля,

всё это один чёрт - просто смерть наоборот.


Жить по-настоящему может только человек,

потому что понимает, кто он,

потому что боится умереть.

Боится в следующий раз не переродиться

хоть в червячка или в куницу,

и страшнее всего - в разумное, предназначенное на убой.

Человек человеку и демон, и Бог,

и убивая очередного своего врага он знает,

что два оборота назад делает колесо сансары,

и в следующем перерождении не будет ему кар небесных,

но только жизнь красивого мотылька,

что сгорел у фонаря,

потому что лишь видел свет, а не огромную светящуюся надпись:

это твоя смерть.


Человек сам себе судья. А время палач. Впрочем, время

перемалывает в своих жерновах и вселенную,

а уж глупый человечек, что издаёт свой победный клич

над трупом врага,

под вой и скрип ржавых механизмов на небесах,

пародия сам на себя и на свою непроходимую глупость,

хрипя окровавленным ртом про себя:

"гойда... Боже, храни короля!"


Вот поэтому я вас всех ненавижу,

потому что в следующий раз будет - мотылёк или того хуже

девочка в стране бородатых фанатиков,

которую в двенадцать лет отдают за одного из них замуж...


Я вас ненавижу, god damn it,

лучше уже пускай будет смерть, как смерть

с темнотой, ямой в земле и бесконечным

бесконечным,

бесконечным,

бесконечным небытием.