# Зк-12. Помню - не помню, скажу - не скажу

Герман Эббингауз

Помню - не помню, скажу - не скажу   Её улыбка походила на оскал гиены. Довольно симпатичной, надо признать. Все зубы нараспашку, словно цель этой гримасы не показать дружелюбие, а запугать. Макс никогда раньше не видел эту барышню. Немудрено. Новостройка. Через день селятся новые люди. Пялясь на него через пыльное ветровое стекло Мазды, она махала рукой, мол, открывай скорее свой шлагбаум, не видишь, тороплюсь. Для верности даже погудела клаксоном. Он вышел из будки охранника. Неспешно зашагал к водительской стороне её седана. - Ну! - пьяно крикнула барышня. - Открывай! Живу я здесь! Он заученно произнёс: - Номера вашего автомобиля нет в списках. Припаркуйтесь, пожалуйста, вне территории дома. Казалось, она задохнётся. Улыбка сошла, сделав лицо злым. Оттолкнув Макса дверью, барышня выбралась и зашипела, ухватив его за рукав форменной рубашки: - Ты хочешь, чтобы я тебе прямо тут лужу сделала? - в подтверждение, отошла на шаг и потянула юбку вверх, оголяя коленки. А ведь с утра у него было хорошее настроение. Макс почувствовал, что прямо сейчас его подводят к черте, за которой настроение будет разве что сносным. Он уставился ей в лицо. Барышня сверкнула глазами, в которых в этот момент не было ни капли алкоголя и выдохнула, начав присаживаться: - Ах так! Он попробовал помешать. Не очень удачно. - Пусти! - вскрик ударил по нервам. Она оттолкнула его и тут же повисла, вцепившись в руку, чтобы не потерять равновесие. Эта возня кому-то не понравилась. Макса схватили за плечо, резко развернули. Он едва успел пригнуться от удара. Дальше всё вышло машинально и отработанно. Миг и заступник уже на земле, кряхтит, прижатый коленом. Рука заломлена, карманы проверены на предмет возможного оружия и документов. Пусто. Даже телефона нет. Звук колёсной пробуксовки заставил рвануть в сторону, на что затылок ответил вспышкой резкой боли. В ушах зазвенело. Мазда, рыкнув двигателем, согнула шлагбаум и врубилась в столб, за которым был Макс. Он кинулся было к машине, но остановился. Крикнул, примирительно подняв руки: - Стоп, девушка! Вы же сами потом жалеть будете. Она сдала назад и выбралась наружу. Оценила содеянное. Стукнула кулачком по шлагбауму, расцарапавшему капот и бок машины. Показала средний палец камере на столбе, которая теперь пялилась объективом в безоблачное небо. Её заступник поднялся, потирая плечо и бросая на Макса косые взгляды. Лицо этого молокососа показалось знакомым. - Ты пьяная что ли? - шепнул заступник на ухо барышне. Она хохотнула: - Чуть. Отметили с коллегами... Молокосос потащил её к подъезду. Барышня смерила Макса презрительным взглядом, пробормотав что-то ругательное. - Я гаишников вызываю, - негромко кинул он вслед. Она не глядя показала ему средний палец. Вильнув между машиной и будкой охраны к дому промчался доставщик продуктов. Его велосипед шикнул тормозами у подъезда. Медленно вкатился синий обшарпанный минивэн. Ещё одна машина свернула с улицы и начала подниматься к воротам. Да что за проходной двор! Макс с силой выпрямил шлагбаум. Подравнял. Минивэн он хотя бы знает. А остальные - в порядке инструкции. От хорошего настроения не осталось и следа. Глядя в спины удаляющейся парочке, он с тоской думал: вот сейчас они поднимутся к себе и закатят истерику. Квартиры в доме скупили люди небедные, со связями. Добьются, чтоб уволили, да ещё и в довесок что-нибудь накинут. Он покряхтел, потирая затылок. Голова трещала. Жарко. Настолько, что рубашка прилипла к телу. Захлопнул дверцу перегородившей проезд Мазды. Ключи так и торчали в замке зажигания. Можно б отогнать, но пусть это сделает кто-то другой. Иначе окажется, что в бардачке забыли миллион и он, Макс, его присвоил. Внутри периметра, ближе к выезду с подземного паркинга раскорячился внедорожник Тойота. Одним колесом на тротуаре и точно под знаком 'стоянка запрещена'. Наверное, молокосос бросил. Хм... Это он не подумав. Макс улыбнулся. Теперь можно будет отплатить за предстоящее увольнение. Авансом. Он вдруг вспомнил, где видел этого заступника. На обмывании майорских звёздочек бывшего шефа. Молокосос - его племянник, кажется. Айтишник и последний мужчина в роду. У самого-то майора дочки. Что ж. Накажем и майора, и надежду семьи. За оба увольнения разом. Боль не уходила. Он вернулся в будку. Нашарил рюкзак и выдавил на ладонь несколько таблеток. Понемногу пришёл в себя. Уставился на телефон. По-людски, стоило немного подождать. Авось, опомнятся и вернутся. К тому же, обе машины легко объехать. Даже внедорожник, что бросил молокосос. Ну, под знаком, подумаешь, никому ж не мешает. Хотя, наворотили они так, что теперь в любом случае с полицией разбираться. За шлагбаум-то, кто заплатит? Вспомнилось нравоучение от мозгоправа. Идти навстречу людям, это, мол, неплохо. Нужно поощрять в себе порывы такого рода. Вот только правила работают, если всех касаются, а не тебя одного. Эту аксиому никакой мозгоправ не переиначит. А инструкция есть инструкция.   Обычно он проводил конец дня пялясь в монитор. Программа услужливо подсвечивала номера зачастивших к вечеру машин. Автоматически открывала проезд, если авто было в базе. Блямкала, когда номер в списках не значился. Тогда приходилось объяснять, что для въезда нужно заключить договор, оплатить, бла-бла-бла, вам это всё говорили при покупке квартиры, а пока - паркуйтесь снаружи. Да, в порядке исключения можно, нет, не больше часа... Теперь же пришлось открывать шлагбаум самому. Он злился, с раздражением поглядывая на скособоченный столб и глядящие в небо и землю две камеры. Столб тонкий. Если повыше приладить трос, можно потянуть какой-нибудь машиной и выпрямить.   Вообще-то, служба в охране Максу нравилась. Своей однотипностью, что ли. Что год прошёл, понимаешь по цвету деревьев за окном. Что жизнь пролетела - по седине в висках и геморрою. Ни тебе погонь, ни засад, ни взбучек за невыполнение плана. Сегодняшний эпизод не в счёт. Такие случаются редко. На белом джипе, осторожно объехав Мазду, проплыл давно примелькавшийся хипстер в неизменной, даже за рулём, кепке-хулиганке. Сейчас потащит в подъезд набитую спортивную сумку. Часто так делает. Лишь бы с запойным бизнесменом с первого этажа не столкнулся, а то опять подерутся. Лицо этого хипстера с первой встречи казалось Максу знакомым. Видимо, пересекались в прошлой жизни. Но где именно - хоть убей. Какая всё же мука, вспоминать. Гаишники всё оформили и умчались, не спросив о хозяевах и отказавшись помочь со столбом. Эвакуаторы забрали обе машины. Тоже всё быстро, отлаженно. Одно удовольствие наблюдать за такой работой. На въезд подкатил глава семейства с девятого этажа. Привёз детей из школы. Сейчас высадит и опять умчит на работу. Этот с радостью помог. Макс занял у него отвёртку и, бегая от столба к монитору, отрегулировал камеры так, что те снова начали узнавать машины. Время, словно придерживаемое жарой, тянулось вязко, расслабленно. Телефон пиликнул, напомнив, что пора делать обход.   Ветерок гнал вдоль парковки драный пакет. Тот вихлял под капотами, пока не прилип к колесу небольшого фургона. Макс перекинулся парой слов с бригадиром грузчиков. Они с обеда неспешно таскали коробки в квартиру на девятом. Заглянул в фургон. Коробок осталось немного. - За час управимся, - по-своему понял его интерес бригадир. -Хороший заказчик толк в быстром переезде знает. Никаких тебе бабушкиных роялей или диванов в полквартиры. Купил всё разом, привез, собрал и справляй новоселье. - Забыл сказать: много денег сперва заработал, - хохотнул один из грузчиков, куривший у открытой настежь двери. - Дверь закройте потом, - сказал им Макс. - Нехорошо, когда нараспашку. Из подъезда, чуть не сбив всех с ног, выскочил тот самый хипстер. Без кепки и сумки. Бросился на улицу и заметался, словно искал кого-то. Пробежал ко входу на подземный паркинг, пикнул замком и скрылся в темноте. Макс хмыкнул. Кепка-то нужна, чтоб лысину прятать, оказывается. Вечернее солнце выкатилось из-за домов и снова стало жарко. Чувствуя, что в затылке разгорается боль, он двинулся к детской площадке. Там тень, деревья и лавочки. Пара пацанов катала друг друга на двухколёсной тележке, похожей на те, что только что видел у грузчиков. Катание выглядело так: один сажал другого на подставку, резко трогался с места, погнутое колесо стопорилось, и тележка скидывала седока всегда по разной траектории. Мальчишки хохотали, картинно падая на мягкий настил. - Эй, вы где это взяли? - позвал Макс. Тот, что постарше махнул рукой: - Возле въезда. За будкой, там ещё мешки с песком. Она сломана, выбросил кто-то. -Когда наиграетесь, оттащите на мусорку, - попросил Макс. - А лучше обратно к воротам прикатите, это ближе. Я сам выброшу. Пацаны, не ожидавшие такой лёгкой развязки, пообещали. Вытянув ноги, Макс опёр их о бортик песочницы. Рядом с его ботинком из песка торчала забытая каким-то малышом ярко-зелёная детская лопатка. Этот цвет вызвал смутное воспоминание, но, как ни силился, словами его выразить не получалось. Чёрт! - Максим! - услышал он бодрый голос. К лавочкам спешила старушка из двадцать третьей квартиры. Ни об одном из жильцов Макс не был настолько осведомлён, как о ней. Он знал, что старушка - бывший учитель. Что сын купил ей квартиру. Что внучки - умнички. Что днём невозможно находиться дома, потому что у всех ремонт. Что через неделю лето, и у девочек будут каникулы. И даже про собачку Тяпу, которая тоже ждёт школьниц в гости. - Максим, - повторила она. - Пойдёмте, я должна вам кое-что показать. Он поднялся. Спорить бесполезно. Строгая требовательность бывшего учителя имела над ним магическую силу. Сказать 'нет' невозможно, а если всё же сумеешь, будешь потом полдня обдумывать своё поведение. - Елена Андреевна, - робко произнёс он, шагая следом, - Я ведь на службе. - Не беспокойтесь, Максим, это быстро. Она завела его в подъезд, прошла мимо лифтов и завернула к лестнице. - Вы только посмотрите, какой непорядок! - её палец указал на одну из ступенек. - Весь дом вылизан, во дворе чистота, а тут... Он увидел, что верх второй ступеньки отколот. Довольно большой кусок бетонного свеса валялся внизу рядом с дверью квартиры запойного бизнесмена. Макс поднял камень, разглядел. Показалось, что в одном месте есть вмятина. Как будто ступеньку ударили острой частью молотка. Очень сильно ударили. - Это нужно приклеить, - прервала его размышления Елена Андреевна. Он пожал плечами. Старушка не сводила с него требовательного взгляда. - Хорошо, - вздохнул Макс. - Я попрошу кого-нибудь. Елена Андреевна с довольным видом начала подниматься по лестнице. Почему не на лифте она тоже объясняла: тренирует сердце. Он улыбнулся, соображая, в какой квартире сегодня точно работает бригада. Вспомнил синий минивэн и поднялся на восьмой этаж. Просьбу Елены Андреевны пообещали выполнить. Бригадир даже причмокнул, какой у него есть клей. Держит крепче чем было. Макс вышел во двор. За спиной послышался гомон множества голосов. - Эй, охрана! - раздался дерзкий окрик. - Куда наши машины подевал? Он узнал интонации барышни с оскалом гиены. Обернулся. Следом за ней из подъезда вывалилась целая компания. Человек десять. Шумных, пьяных, но не на взводе, а, скорее, навеселе. И племянник майора был здесь. Встретившись взглядом, незло улыбнулся и шутовски отдал честь. Похоже, Макса тоже узнали и увольнение может не состояться. Что ж, неплохо, но машины ваши всё равно тю-тю. -Улетели, - буркнул он. Компания загудела. Кто-то выкрикнул: - Всё, Инга, теперь ты безлошадная! А племяш махнул рукой: - Ну и хрен с ними. Конечно. Чего ему беспокоиться. Дядька, майор полиции, быстро машинки вызволит. Может и денег платить не придётся. Компания, громко перешучиваясь, вышла за забор и расселась в ожидавшие такси. Захлопнулась последняя дверца. Её звук совпал с парой звонких хлопков наверху. Макс насторожился. По своей прошлой жизни он отлично знал этот звук. - Стреляли? - спросил один из грузчиков, задрав голову и вглядываясь в окна. Бригадир тоже смотрел наверх. Их машина уже отъехала и встала у забора, видимо, работу закончили и собираются уезжать. - Да не, - сказал бригадир. - Упало что-то. В пустых помещениях знаешь какое эхо! - Эхо? - Макс с сомнением осмотрел окна на фасаде. Створки были открыты почти во всех квартирах. Он решил всё же проверить и зашёл в подъезд. Сверху спускались оба лифта. Грузовой привёз остальных грузчиков с тележками. На втором приехали парни из бригады отделочников с восьмого. Отчитались, что ступеньку склеили, даже следа не видно. Макс поблагодарил. Обойдя каждый этаж и прислушиваясь, добрался до последнего. Ничего. Только закрытые двери.   К ночи хорошее настроение не вернулось. Оно вообще редко теперь посещало его. В душе поселилась обычная чахлая серость. Макс считал часы, когда дом уснёт. Тогда тоже можно будет вздремнуть. А там и утро. Конец смены. Придерживая на поводке собачку Тяпу прошла Елена Андреевна. Уже вышла было за ворота, но вернулась. Постучала в косяк открытой двери. - Максим! - позвала несмело. Что-то в её голосе насторожило. - Что случилось? - спросил он. - Простите меня, старую, - сказала она, - наверное, я нафантазировала себе... Она притянула Тяпу ближе. - Мне кажется, я недавно слышала выстрелы, - сказала старушка тихо. - Где? - встрепенулся он. - В квартире подо мной. Там живёт Геннадий. Такой, знаете, всегда в кепке... - она заглянула в глаза. - Но это не всё. Мы с Тяпой спускались на прогулку. Его дверь приоткрыта. Уже вечер, а внутри темно и тихо. Я беспокоюсь, - закончила она и посмотрела на него тем самым взглядом, противиться которому он не смел.   Квартира и вправду оказалась открытой. Сквозь небольшую щель веяло сквозняком. Макс осмотрел замок. Плёвый. При желании любой сможет открыть, в Сети полно инструкций. Прислушался к тишине. Только звуки улицы едва уловимо доносились откуда-то. Пахло ремонтом. - Геннадий! - позвал Макс. Никто не ответил. Включив локтем свет в прихожей, он заглянул в одну из комнат. В ту, чьи окна выходят на фасад подъезда. Хипстер лежал на спине головой к окну. На груди растеклось тёмное пятно. Справа от Макса, у плинтуса, валялись две гильзы. Елена Андреевна переминалась с ноги на ногу за дверью. Тяпа еле слышно поскуливала и нюхала воздух. - Я была права? - спросила старушка. Он кивнул и полез за телефоном.   Бывший шеф приехал через полчаса. Быстрее от отдела вечером не доберёшься. Труп осматривал эксперт. Какой-то новенький, Макс его раньше не видел. Ещё один новичок снимал отпечатки пальцев. Квартира была обставлена, но мебели немного, как будто для сдачи в наём. Возле невысокого книжного шкафа на полу темнели следы ржавой пыли. На столе только связка ключей с брелоком от сигнализации и початая бутылка коньяка, довольно дорогого. Макс поискал глазами пробку от этой бутылки, не нашёл. Сумки, которую хипстер занёс в подъезд, тоже нигде видно не было. Майор долго стоял над телом, иногда оборачиваясь на Макса, разглядывающего обстановку, потом взял его под локоть и увёл. - Спрошу издалека, - сказал он, глядя в глаза. - Были у убиенного с кем-то конфликты? - Наверняка, - пожал плечами Макс. - Все ссорятся. - Тырская сказала, что он с кем-то подрался недавно. - Тырская? Это кто? - Соседка сверху. Которая тревогу забила. Макс подумал, что в школе непременно придумал бы какое-нибудь прозвище к такой фамилии. - Было что-то, - ответил он. - Я не вникал. Майор позвал: - Пойдём. - Куда? - Первый этаж, квартира четыре. Макс понял, что идти предстоит к запойному бизнесмену, на первом этаже больше никто и не живёт пока. Даже ремонт никто не делает. - Она говорит, этот, к которому идём, пьёт? - спросил майор, глядя на сменяющиеся огоньки этажей на панели лифта. Макс кивнул: - Ага. То ли бизнес прошляпил, то ли жена ушла. Или всё сразу, не разберёшь. Они позвонили в дверь. - Открыто! - раздался пьяный голос изнутри. - Дэн, ты? Здесь пахло иначе. Чем-то кислым и застоялым. Майор показал корочки. Спросил, где бизнесмен находился в течение дня. Ответа не получил. На вопрос: - Оружие в доме есть? Бизнесмен сначала отрицательно мотнул головой, а потом кивнул. Майор прошёлся по комнатам. Заглянул в ванную. Поднял крышку бочка унитаза. Под окном на полу валялось одеяло и, похоже, пиджак, свёрнутый в тугой комок. Если не считать стола, четырёх стульев, мусорного ведра полного бутылок, нескольких чашек и пары пакетов с продуктами, в комнате больше ничего не было. Майор развернул пиджак. Вытащил паспорт, ключи, карточку от подъезда и подземной парковки, после чего принялся тормошить бизнесмена и задавать вопросы. Уяснив, наконец, чего от него хотят, тот произнёс нетвёрдо, глотая буквы: - А, Гена-обнальщк. Гнида он. Струха-прценщца. - и махнул двумя руками, как будто рубит топором, после чего откинулся на спинку и затих, безвольно свесив голову. Поняв, что в таком состоянии больше ничего не добиться, майор вызвал экипаж, пусть везут в отдел, протрезвеет - расскажет. Снова взял Макса за локоть и спросил: - Пойдём, покажешь, что там ваши камеры наснимали. Есть ведь камеры на территории? - На воротах. Машины регистрируют. На детской площадке ещё. Ну и в домофонах, но это городские. А, нет, забыл, в лифтах есть, тоже не наши. - Да, - кивнул майор. -Городские Юра смотреть поехал. Помнишь Юру? Макс не ответил. - Слушай, а почему камер так мало? - спросил майор. - Всего три? А на подземной парковке? - Четыре. Детей тоже две снимают. А на парковке застройщик зажмотил. К тому же там сейчас всего две машины. Бизнесмена и ещё чья-то. Давно стоят. Остальные снаружи предпочитают. Муторно это: ворота открой, ворота закрой... - Камер нет... - проговорил майор. - Получается, через паркинг можно попасть в дом незаметно? - Почему? Только по личному ключу, а он след оставляет. Так ведь у нас тут не режимный объект. Цели такой нет, всех контролировать. Двор проходной.   В будке охраны стало жарче. Солнце почти зашло, а парило так, словно сейчас июль. Видимо, к дождю. Макс оставил дверь открытой и предложил майору стул. Сам бросил форменную куртку на большой железный ящик у стены и тоже уселся. - Что ещё можешь сказать про убитого? - спросил майор, двигая ползунком сегодняшних записей. Макс увидел, что рано утром, оказывается, Геннадий уже въезжал на территорию, а потом выехал. По времени смена Макса ещё не началась. - Да что сказать... - произнёс он. -Бывал часто, но не ночевал. Неприметный тип. Из яркого только кепка и драка с бизнесменом. - Петров фамилия бизнесмена. - Что-то не поделили они с этим Петровым. Тот пил уже. Давно пил. Столкнулись внизу. Победителя не было, вроде. Но кричали - жуть. И Гена потом с неделю фингал под кепкой прятал. - О чём кричали? Макс пожал плечами. - Так... - майор посмотрел на Макса. - Куда это у тебя камеры смотрят? - Да, девчонка пьяная в столб въехала. Я починил уже. Майор немного отмотал и вгляделся в очертания барышни. Перевёл взгляд на Макса. Спросил: - И что она? Сильно пьяная была? - Да нет, сказала, что на работе отмечала что-то. - А машина её где? -Э вакуатор забрал. Майор кашлянул. Сдвинул ползунок на день назад. - По-другому, вроде бы, показывает? - сказал он, снова вернулся в сегодняшний день, а потом опять во вчера. Площадка перед шлагбаумом отображалась не так, как теперь. Больше тротуара, меньше дороги. - Я сдвинул, - ответил Макс. - Так лучше. - Ну да... -майор покатал ползунок, останавливаясь на важных по его мнению временных моментах. - Доставку сразу пропускаете? - спросил, вглядываясь в экран. Макс тоже посмотрел. Авто с раскраской известной пиццерии. Шлагбаум открыли, едва машина подъехала. Сквозь блики стёкол мелькнуло лицо курьера. - Пускаем, -сказал Макс. - Иначе будут вокруг кататься в поисках парковки. А это риск для аппетита жильцов. Чревато. Майор улыбнулся: - Совсем ты в профессию влился. Макс промолчал. - Дом-то весь заселён? - спросил майор. - Какое там. Три семьи, старушка, да алкаш этот... Петров. В остальных или ремонт, или пустые стоят. Раздался звонок. Майор достал телефон и включил громкую связь, продолжая просматривать видео. Звонил Юра, оперативник из их отдела. - Знаешь, какую занятную штуку я раскопал? - спросил он. - Камеры в подъезде и лифтах пишут не только ролики, но и фотографию делают, когда в кадре есть движение. Так вот. Месяца два назад наш убитый перевозил вещи в квартиру. Среди них был большой ящик. Полметра на полметра, может больше. Похоже, чугунное литьё. И тяжеленный, два грузчика с трудом в лифт затащили. - Сейф? - Ну, не совсем. Старинное что-то, может и сейф. Тёмный такой. С ручками по бокам. - И? - поторопил майор. - Так вот, - продолжил Юра. -Я позвонил ребятам, что сейчас на месте. Они говорят, никакого чугунного сейфа в квартире нет. - Да, я тоже не видел, -подтвердил майор. - Но это не всё. На камерах его тоже нет. Внутрь занесли, а наружу не выносили. Майор задумался на несколько секунд. Потом спросил: - Больше ничего интересного? - Нет. - Что? - спросил Макс, чувствуя себя неуютно под пристальным взглядом майора. - Думаю. Майор долго молчал. -У тебя взгляд намётанный, - сказал, наконец, - может ты заметил что-то, чего на видео нет? Макс пожал плечами. - Не хочешь помогать, - кивнул майор и горько улыбнулся. - Что ж. Записи с камер скинь тогда, - он протянул флешку. Дождался пока запишется и хлопнул Макса по плечу: - Ну, бывай, охрана, - бодро пророкотав последнее слово. У порога добавил: - Ты вот что... Зря на меня зло держишь. Тебе пулю из башки вытащили. Полгода овощем был. Не дали бы тебя в отделе оставить, как ни крути. Макс пожал плечами: - Если не делать, то и не сделаешь. Майор посмотрел удивлённо. - Слушай, - сказал он. - Не знаю, какую ты там себе картину сложил, а только в органах с твоим диагнозом работать нельзя. Он помолчал несколько секунд, затем спросил: - Ты этого убитого узнал хотя бы? - подождал, не получив ответа, продолжил: - а ведь должен был узнать. Ориентировку, по крайней мере, на него точно получал. Это ж Гена-кепочка. Макс опять не отреагировал. - Вот видишь, - горько сказал майор. - Ты же людей забываешь. Да что там! Ты куски своей жизни не помнишь! Обиделся? Думаешь, бросили тебя, забыли? Майор попал этими словами в точку. Каждым из них. - А ведь ты сам общаться со всеми перестал. Спрятался тут в своём домике. Охранник! А сколько сил потребовалось, чтоб для тебя на эту работу устроить, знаешь? - Я сам устроился, - выдавил из себя Макс. - Сам... -хмыкнул майор. - Ладно, бывай, - повторил он и вышел. Зло повторил. Без приязни.   Спать не хотелось. Обдумывая произошедшее, Макс заметил, что плохое настроение ушло. Во всём теле появилось приятное покалывание, как бывало, когда занимался по-настоящему важным делом. Взяв лист бумаги, набросал свои мысли. Выписал тех, кто мог быть причастен к смерти Гены. Отметил, что картина преступления говорит о том, что хипстер убийцу знал. Эх, получить бы доступ к камерам в подъезде! Насколько б всё легче пошло. Получалось, в доме на момент стрельбы было не так много народу. Елена Андреевна. Она слышала выстрелы. Петров в невменяемом состоянии. Бригада с восьмого и несколько грузчиков с девятого. Он задумался. Вспомнил ещё одного человека, чьего выхода из дома не видел. Курьер на велосипеде. Тот затащил свой велик в распахнутую по вине грузчиков дверь, а как вышел обратно, неясно. - Так, -пробормотал Макс, подключаясь к записям с камер. - Кажется, я видел этого доставщика и раньше... На записях удалось найти его дважды. В разные дни. В разное время. И был он в доме подолгу. Несомненно, это был один и тот же человек. Интересная картина сложилась. В квартире хипстера Гены на полу есть следы от чего-то ржавого. Того самого исчезнувшего сейфа? Гена перед смертью бегал по двору, словно что-то потерял. Не сейф ли? Через некоторое время Гену грохнули... Причём пропажа и убийство разнесены во времени. То есть не убили, чтобы украсть, а сначала украли... Мысль метнулась к брошенной майором фразе: 'Ты должен его помнить. Это ж Гена-кепочка'. Макс не помнил. Зато криминальную суть хипстера сразу вплёл в рассуждения. Сейф пропал - за это Гену и грохнули. Так? Допустим. Он снова начал просматривать записи. Нашёл ещё одно место, где видно доставщика. Как раз сегодня и как раз после убийства. Вид у курьера был нервный. Он вёл велосипед в руках, постоянно оглядываясь на дверь подъезда. В один из таких поворотов Макс увидел на его термокоробе табличку с буквой и цифрами. Вот так везение! Это ж личный номер. Звонок в компанию доставки добавил вопросов. Оказалось, сотрудник с таким номером уже не работает. Более того, он не выходит на связь, а выданную амуницию не вернул. Ведомый туманными догадками, Макс прошёл тем же маршрутом, что и хипстер недавно. Заглянул в подземный паркинг. Съездил на лифте к квартире убитого. Ещё раз осмотрел ступеньку, удостоенную вниманием Елены Андреевны.   Совсем стемнело. Где-то пророкотал гром. Поднялся ветер. Такая жара обязательно должна закончиться грозой. Макса посетила интересная идея, на первый взгляд нереальная, но чем больше он её обдумывал, тем более правдоподобной она казалась. Открыл базу данных с именами жильцов. Просмотрел кому какая машина принадлежит. Крякнул от удовольствия. В кармане запиликал телефон. - Не спишь ещё? - спросил майор без приветствий. - Есть разговор.   На этот раз ехал он почти час. Макс успел обдумать свою догадку. Хотелось уязвить майора, утереть нос, доказать, что списали Макса зря. - Вот что я думаю, - начал майор. В этот раз он не стал дожидаться предложения и сам уселся на стул. Помолчал, глядя снизу-вверх. Наконец, выдал: - Гену грохнули за пропажу сейфа. Макс кивнул. Он пришёл к тому же выводу. - Грохнул курьер, - продолжил майор. - Вошёл в дом перед самым убийством. Не профессионал. Два выстрела. Один мимо. Подождал в квартире, пока всё стихнет и вышел. Всё снова ложилось в выводы Макса. - Мы звонили в компанию доставки. По твоему адресу сегодня никаких заказов не было. Доставщик приезжал сюда много раз. Можно сделать вывод, что он ездил к Гене по каким-то делам, а сегодня что-то у них не срослось. Макс снова кивнул. - Это всё следствия, - вздохнул майор. - Теперь нужно бы понять причины. Он вздохнул ещё раз. - Смотри какая петрушка получается, - сказал после паузы. - Гена занимался обналичиванием денег. Валютой ещё. Этот сейф, если учесть его размеры, мог вмещать до восьми сотен пачек. Макс присвистнул. - Да уж, -хмуро произнёс майор. - За потерю таких денег Гену на фарш пустить должны были. Что и сделали. В его лице появилась жёсткость. Он посмотрел Максу в глаза: