# 02_07_2008_Борцы за совесть дядьки Тима

Яна Черненькая

Рой и Элан прикладывают все силы в борьбе за чистоту совести Тима. Примирение дядьки Тима с племянниками. Радикальная методика лечения от Тигра.

- Я вот чего не понимаю, почему ты такой спокойный? Нас завтра отдадут в эту академию, и все - до свидания, дядя Тим, пиши письма и все такое! А как мы будем выполнять наше задание?! - начал паниковать Рой.

- Да успокойся ты, у меня есть план, - успокаивал его Элан. - Я ж говорю, альв предполагает, а мы, боги, располагаем! Так что все будет путем!.. - он прислушался - возле их двери прозвучали тяжелые шаги. Потом братья услышали голос Тима и какой-то мерзко-хихикающий (как им показалось) женский.

- Это у тебя тоже под контролем? - хмуро спросил Рой, словно обвиняя брата в том, что происходит.

- Вот... Стоит нам только отвернуться, обязательно какую-нибудь бабу заведет! - возмутился Элан. - То с этой своей Кэйтейрой развлекался, то Илвэль, помнишь такую? А остальных, которые однодневки, даже я вспомнить не смогу. Брррр. Вот, бабник... Не понимаю, зачем ему вообще Пантера сдалась? Он, как мне кажется, и без нее неплохо время проводит. Может, забьем на все это? Пусть с ним Милена разбирается. Это у нее любовь-морковь до гроба, а, может, у парня более широкие взгляды на это дело.

- Угу. Так он сейчас никого и не помнит. Ни Пантеру, ни Кэйтейру, ни Илвэль... Так что пока свободен... как муха в полете... Зато потом будет себе локти кусать "Что ж я натворил?! Как я мог?!".

- Предлагаешь вмешаться?

- А что нам еще делать? Я б тоже не стал лезть, да только Милена-то что скажет? Увеличит нам срок пребывания здесь еще лет эдак на... С нее станется. Она сказала - беречь его от ошибок и опасностей. Придется следовать инструкции. Не знаю, как ты, а я домой хочу! Мне без способностей жить уже надоело. Вчера вот хотел горячего шоколада себе сделать - фига с два чего получил. Сидел просто как дурак, да на руки пялился, - Рой обиженно насупился.

- Пожалуй, придется нам вмешаться... - подвел итог Элан. - Ох и влетит же потом от "дядьки Тима"!!!


Удары сердца барабанной дробью отдавались в висках - зачем о чем-то думать? Сейчас можно просто получать удовольствие. Тем более, что девица-то и впрямь не дурна. Только чего-то в ней все же не хватает. Вот только чего? Тима безумно раздражали ее темно-русые волосы. Казалось, что они похожи на паклю, насколько бы они лучше смотрелись, если бы в них появились проблески темной меди и золотистые искры. Да и глаза... Пусть бы были не серые, а темно-синие, как бездонный океан, как ночное небо. И подбородок, и губы - все не то, совсем не то. В какой-то момент он понял, что уже и не рад тому, что притащил эту девку к себе в комнату. Да и желание продолжать с ней "знакомиться" пропало. Навалилось какое-то ничем не объяснимое раздражение. Тем не менее, не отступать же в последний момент?

Сшитая из довольно грубой материи кофточка полетела на пол. Девушка закрыла глаза и подставила для поцелуев шею. Тиму она так больше нравилась, с закрытыми глазами. Можно было представить, что они у нее все-таки синие. Воображение изменило ее черты лица, нарисовав совсем другую женщину: родную, любимую, желанную... Захотелось назвать ее имя... Не Лилея. Совсем другое... Память судорожно пыталась понять, какое же имя должно быть, и это даже почти удалось, но тут...

- Папа!!! - раздался возмущенный вопль со стороны двери.

Все очарование моментально испарилось, и память Тима вернулась в изначальное, ничем не замутненное состояние. Девица взвизгнула, протянула руку и схватила с пола первое, что попалось - ну, разумеется, его штаны. Стыдливо ими прикрылась. Визжать при этом не перестала. Для того, чтобы совсем не оглохнуть, Тиму пришлось зажать ей ладонью рот. В комнате стало тише. Тим внимательно посмотрел на нарушителей спокойствия, хотя, в общем-то, сразу понял, кто это был. По голосу догадался.

На пороге стоял возмущенный Рой, за его спиной маячил Элан.

- Папа! Как ты можешь! А если мама узнает? Тебе тетю совсем-совсем не жалко? - синие глаза Роя светились негодованием.

- Ты что, не помнишь, что в прошлый раз было? - поддержал брата Элан.

- Ту тетю вовсе не жалко было - она была некрасивая, а эта - хорошая. Мама узнает, найдет ее и голову отрубит. А меня от крови тошнит! - заявил Рой, участливо и, одновременно, оценивающе разглядывая полуобнаженную Лилею. - Ее голова и на плечах смотрится недурно!

Девушка покраснела, побледнела и попыталась спрятаться под Тима, который от этой идеи вовсе не пришел в восторг. Впрочем, он легко уладил проблему, попросту встав с кровати. Его абсолютно не смущала собственная нагота, зато бесила сама ситуация. В чем-то он был даже доволен - теперь можно смело отослать эту девицу - она ему совсем разонравилась. С другой стороны - крайне возмутительным является тот факт, что эти два неугомонных беспризорника позволяют себе подобные вещи.

- Быстро отвернулись! - прикрикнул он на них. Братья, как по команде повернулись лицом к выходу из комнаты. - Одевайся! - кинул девушке ее одежду. Отобрал у нее свои штаны, поднял рубашку, привел себя в порядок. Лилея, тихо поскуливая, оделась и бочком попыталась выскользнуть из комнаты.

- Прости, что так получилось! - попытался извиниться Тим.

- Да, да, это он нашей маме будет говорить, когда она ему твою голову в мешке принесет. Она у нас ох, какая злая! - нахально заявил побледневшей Лилее Элан.

- Мама папу очень любит и терпеть не может, когда он с другими тетями веселиться, - добавил Рой. - Но ты не бойся, мы, может быть, даже не расскажем ей ничего. Ты только больше к папе не приближайся!

Лилея буквально выбежала в коридор и припустила по ступеням вниз.

- И как это понимать?! - возмущенно спросил Тим. - С каких это пор я вдруг стал вашим папой? И что за бред вы несли про вашу маму? - он еле сдержался, чтобы не добавить, что конкретно он думает про женщину, родившую этих нахальных, вздорных, наглых и совершенно невозможных детей.

- Надо же было ее куда-нибудь выставить, - невозмутимо ответил ему Элан. - Ты думаешь, мы не знаем, кто ты? Ты же в пещере проснулся, да? Которая в лесу? И ничего не помнишь, так?

- С чего вы взяли? - Тим постарался не выдать своего волнения.

- Мы знаем, что иногда в лесу появляются люди, которые ничего не помнят и не знают ничего про наш мир. Их присылает Пресветлая Милена. Нам бабушка рассказывала, - Элан врал так вдохновенно, что даже Рой ему чуть было не поверил. - Эти люди могут сыграть важную роль в судьбе нашего мира. А потом они опять исчезают. Рассказывают, будто они, когда выполняют предначертанное Миленой, вспоминают, кем были и возвращаются домой. Вот мы и подумали, а вдруг тебя там кто-то ждет? У тебя даже кольцо на пальце есть, - Тим удивленно посмотрел на руку и увидел на безымянном пальце серебряное кольцо. Он был готов поклясться, что буквально несколько минут назад его не было. Или было? Он засомневался. Кольцо почти не ощущалось, может быть, оно все это время было на руке, просто он не обращал внимания? Между тем Элан продолжал. - Вот ты сейчас с этой тетей будешь, а они тебя ждут. Потом стыдно будет, - мальчик покраснел, словно от смущения.

- Наша мама очень плакала, когда папа ушел к другой тете, - внес свою лепту Рой. - Она говорила, что он нас предал. А потом мама умерла. И мы остались совсем одни. Вдруг у тебя тоже есть дети? И их мама тоже будет плакать, если ты уйдешь к кому-то другому? И умрет? И они тоже, как мы, станут сиротами? - мальчишка старательно выжал из себя слезу, одновременно подмечая, как Тим отреагирует на его слова.

- Тебе же не нужна была та тетка, правда? - нерешительно добавил Элан и переступил с ноги на ногу.

Слова Роя всколыхнули в Тиме целую бурю разных чувств и эмоций. Во-первых, он, наконец, понял, что же так его раздражало в Лилее. Она совсем не была похожа на ту, другую девушку, которая... Которая была ему действительно нужна. Один из голосов, которые пели песенку про единорогов, принадлежал ей. Та песенка, которую напомнили звезды. Тим попробовал вспомнить, как звучал женский голос, и в душе сразу поселилась тихая грусть пополам с удивительной теплотой и нежностью. В этот миг он был благодарен двум сорванцам, которые не дали ему совершить глупую ошибку, о которой пришлось бы потом жалеть. Посмотрел на Роя, выжидающе глядевшего на него с порога, затем перевел взгляд на Элана, нервно теребящего пуговицу на рубашке, улыбнулся.

- Ох, и дурачье вы! И что мне с вами делать? - подошел к ним поближе, схватил обоих братьев и закружил их в воздухе. Мальчишки звонко рассмеялись.

- Признавайтесь, кто из вас придумал такую ужасную историю про мою супругу, отрубающую головы всем моим любовницам? - спросил он, отпустив, наконец, детей на пол.

- Мы это... импровизировали! - гордо ответил Элан.

- Импровизаторы вы мои, - Тим взъерошил своим сорванцам волосы и весело подмигнул им. - Все, ступайте спать уже. Клянусь, больше никогда не буду изменять вашей маме!

Мальчишки с улюлюканьем удрали к себе в комнату. Тим посмотрел им вслед, и устало опустился на кровать. Мысли назойливыми мухами крутились в голове.

"Как же так получилось, что я не заметил кольцо на руке? - думал он. - Даже дети оказались более наблюдательными. Кто она - та, что осталась где-то далеко? Ждет ли? Ее лицо... я же почти вспомнил ее лицо, и голос... Самый лучший на свете. Как можно было даже подумать о ком-то другом? Есть ли у нас дети? Может быть, сейчас где-то живет мой сын, похожий на Роя или на Элана, а я даже не могу быть рядом с ним, не знаю, как его зовут. Не могу взъерошить ему волосы, не могу подкинуть высоко на руках, не могу заботиться о нем. Я просто плыву по течению и даже не пытаюсь найти дорогу назад! Потому что просто не помню, кто я такой, ничего не помню... - он зло ударил рукой по кровати. - Впрочем, думаю, что в академии Стражей мне могут что-то подсказать. Есть же среди них маги! Завтра выясню, что и как. Ведь слышали же мои мальчишки что-то о таких, как я, значит, маги должны знать куда больше".

Приняв решение и успокоившись, Тим смог все-таки заставить себя заснуть. Всю ночь ему снилась какая-то дребедень. Какие-то огромные насекомые, которые гонялись то за ним, то бегали от него. Потом появился черноволосый кучерявый парень с ручным волком, который сказал "Куда бы ты сейчас не уходил - обязательно возвращайся, братишка!" И еще была змея. Красивая, серая с бурыми пятнами по всему телу. Она просто не могла не нравиться. Тим подумал, что эта змея чем-то очень близка ему, словно они с ней связаны в одно целое. Точнее понять было сложно. Эта змея что-то зашипела, а потом подползла к лежащей на кровати девушке. Та повернулась и посмотрела прямо на Тима. Это была она, та, имени которой он не помнил. Девушка слабо улыбнулась и погладила змею, словно так все и должно быть. Спустя мгновение Тим понял, что может смотреть через глаза этой рептилии. Он пригляделся. Девушка была совсем бледная и, похоже, ей сильно нездоровилось. Во всяком случае, под глазами у нее лежали тени, а движения были замедленными, словно требовали слишком много усилий. Тим попытался дотянуться до нее, обнять, но в этот момент все вокруг потемнело и пропало...

- Дядька Тим, дядька Тим!!! Вставай! Пора завтракать! - Рой настойчиво тряс его за плечо, а Элан сосредоточенно стягивал на пол теплое одеяло.

- Сгиньте, кошмарики! Мне такой сон снился, а открываю глаза - вы маячите! Что за невезение?! - посетовал Тим.

- Мы есть хотим! - заявил Элан и упер руки в боки.

- Мяса!

- И молока!

- А еще сладостей! - внес свою лепту Рой.

- Когда же я от вас избавлюсь?! - простонал Тим и попытался натянуть одеяло на голову. Тут же на другом конце повисли оба сорванца и начали тянуть на себя. - Вот я вас!.. - рывок и братья летят на пол, не удержав одеяло в руках.

- Так не честно! - завопил Элан. - Ты вот какой здоровый! А мы маленькие и совсем слабые!

- Зато вас двое! - попытался пристыдить его Тим.

- Зато ты старше нас обоих! - не сдавался Элан, а Рой подбросил совсем уж убойный аргумент:

- Мы маленькие и нас нужно регулярно кормить и давать молоко. Иначе не вырастем, такими и останемся. Маленькими и вредными. Тебе такое надо?

- Я тогда сойду с ума, - простонал Тим. - Все, живо вниз, закажите на завтрак все, что захотите, а мне, пожалуйста, тарелку картофельных оладьев, да земляничный вар. Хочется горло промочить чем-нибудь горяченьким.

- Да-да, дядька Тим, мы понимаем, после вчерашнего горло промочить просто необходимо! - подмигнул Элан и едва успел увернуться от подзатыльника. Шмыгнул за дверь, выглянул, показал язык и умчался заказывать "горяченькое".

- Дядька Тим - бестолковый, но хороший! - сообщил зачем-то Рой и тоже удрал, захлопнув за собой дверь.

- Чудики! - усмехнулся "дядька" и полез в шкаф за одеждой.


- Как ты сегодня? - спросил Морэйн, заходя к Пуме.

- Лучше, - на обветренных губах раненого мелькнула улыбка. - Сегодня даже поел с удовольствием. Думаю, хватит мне уже бездельничать.

- Это хорошо. Потому что у меня есть к тебе важный разговор, - Тигр решил не ходить вокруг, да около, а сразу все объяснить и рассказать.

- Весь внимание.

- Скажи, ты никаких изменений, связанных с Кругом, не чувствуешь?

Пума удивленно посмотрел на Морэйна и задумался. Потом сказал неуверенно.

- Что-то странное, как будто... - его лицо внезапно помрачнело. - Он погиб, да?

- Не совсем, но близко к тому, - ответил Тигр.

- Как это?

- Он погиб, но Пантера говорит, что вмешалась Милена и все поставила с ног на голову. У нас есть шансы вернуть Т'химо обратно. Но речь сейчас не об этом.

- Как это произошло?

- У него был приступ. Скорее всего он увидел твою кровь. Рядом с тобой была Леопардик. Не знаю, что ему показалось, но он попытался ее убить, но вмешалась Рысь и...

- Что с ней? - в глазах Пумы промелькнула тревога.

- Она... - Морэйн пытался сказать все как можно более мягко. - Она убила Т'химо, защищая Рин, но это было очень сильное потрясение и она до сих пор словно не с нами. Ни с кем не разговаривает. Молчит. Только в окно смотрит и иногда плачет. Собственно, мне нужна твоя помощь. Я, кажется, знаю, как вернуть ей рассудок.

- И как же? - заинтересовался Пума. - Вообще мне нужно ее осмотреть. Есть много вариантов, как вывести ее из шокового состояния. Но интересно, что придумал ты.

- Думаю привести ее к тебе и сказать, что ты умираешь. Она привязана к тебе, поэтому если ты хорошо разыграешь свою роль, то Кэйтейра почти наверняка придет в себя. Лечим подобное подобным.

- Вариант. Не слишком мягкий, но все же... Только так ли я ей дорог? - грустно улыбнулся Пума. - Впрочем, чем не возможность узнать это на деле? Давай попробуем. Мне пока не так уж сложно будет разыграть умирающего.

- Сейчас начнем? - спросил Тигр.

- А чего тянуть? - прозвучал ответ.

Морэйн зашел в комнату Кэйрейры. Благо, она была недалеко. Девушка все так же безучастно смотрела в окно. Тигр изобразил на лице крайнюю скорбь и обратился к Рыси.

- Кэй, у меня плохая новость. Не знаю, слышишь ли ты меня... - вгляделся в лицо девушки - ни малейшей тени эмоций. - Стрела, которой ранили Пуму, оказалась отравленной. Он зовет тебя... попрощаться, - опять никакой реакции. - Ты пойдешь? - в ответ тишина.

Тигр взял Кэйтейру за руку и повел к Пуме.

- Садись, - Морэйн заставил Рысь сесть на стул рядом с постелью раненого. Девушка послушно присела. - Я оставлю вас наедине. Тигр вышел.

- Кэй... - Пуме даже не приходилось прилагать особых усилий, чтобы голос звучал слабо и хрипло. Он взял ее за руку. Посмотрел ей в глаза. Рысь сидела и была похожа на сломанную куклу. Она даже не смотрела на него. Как всегда... Как все это время. Пума постарался отогнать от себя грустные мысли. Он уже давно простился с Кэйтерой, сам сказал ей, что больше не будет унижаться и выпрашивать ее внимание, а теперь все приходится начинать заново. Но самое обидное, что это вовсе не похоже на игру. Он действительно хочет быть с этой девушкой, хочет, чтобы она улыбалась ему, хочет хоть что-то значить в ее жизни... Только все это впустую. Повезло же полюбить фарфоровую куклу! Впрочем, что теперь говорить? Раной больше, раной меньше - какая разница? Главное, чтобы она пришла в себя.

- Кэй... я скоро уйду... Кэй... - через силу заставил себя дотронуться до ее руки. Все тело словно током пронзило, - Я хотел попрощаться с тобой... - Пума еле удержаться, чтобы не вздрогнуть, когда рука Рыси слабо дрогнула в его ладони. - Я любил тебя... всегда... Хочу... чтоб ты знала... - он судорожно сглотнул. Умирающий, или нет, а от волнения горло пересохло. - В моей жизни была только ты... Кэй... Знаешь... Мне опять страшно умирать... Глупо, да? Пожалуйста, скажи что-нибудь на прощание... - Пума пригляделся, ему показалось, что губы Рыси слегка дрогнули. Он закашлялся. По ощущениям в горле словно терновник застрял. Хотелось пить. Попытался дотянуться до стакана с водой. Видимо, перестарался, потому что плечо, внезапно, словно пламенем заполыхало. Сжал зубы, чтобы не закричать. По краю сознания скользнула мысль, что игра в умирающего такими темпами может скоро стать реальностью. Все-таки не сдержался и застонал. И в этот момент:

- Нилькар... - Рысь тихо произнесла давным-давно забытое имя. Ее взгляд стал куда более осмысленным. Девушка взяла стакан с водой и протянула его Пуме. Тот сделал несколько глотков. Дышать стало легче.

- Спасибо...

Пума увидел перед собой зеленые глаза Рыси. Они были так близко, что у него перехватило дыхание.

- Я... - девушка слегка покраснела и замолчала.- Ниль... - ее губы легко коснулись губ Пумы. - Ты только держись, только останься. Я все исправлю. Все-все... Ты очень нужен мне.

По щеке Рыси скользнула слеза. Девушка небрежно ее смахнула, словно стыдясь. Совсем некстати в горле у Пумы опять запершило. Он изо всех сил пытался сдержать рвущийся наружу кашель, но получалось плохо. Наверное, со стороны это выглядело как настоящая агония, потому что Кэйтейра испуганно вскрикнула и, вскочив со стула, распахнула двеь:

- Леопардик! - закричала она что есть силы.

Рингевен, которая буквально несколько минут назад прилегла вздремнуть, вскочила, словно ужаленная. Голова отказывалась что-то понимать. Вроде, голос принадлежал Рыси, хотя, когда это она пришла в себя и почему никто об этом не знал? Может, что-то с Пумой случилось? Леопардик набросила на себя первое, что попалось под руку - это была рубашка Волка и, плюнув на приличия, рванула по коридору выяснять, кто же ее звал.

Увидев открытую дверь в комнату Пумы и выглядывающую оттуда Рысь, Рингевен на мгновенье остановилась.

- Рин, он умирает, сделай же что-нибудь! - набросилась на ошеломленную девушку Кэйтейра.

Леопардик вбежала в комнату и увидела кашляющего Пуму. Выглядел он не самым лучшим образом. Однако проделав все необходимые манипуляции, девушка поняла, что пациенту совершенно ничего не грозит. Подала симулянту стакан воды, повернулась к Рыси:

- Ну и зачем было так кричать? - спросила она. - Что, сама не могла ему воды дать? - Рингевен была в курсе планов Тигра, а потому решила сделать вид, что возвращение Кэйтейры ее ничуть не удивляет.

- Он умирал!

- Вечно ты краски сгущаешь, - фыркнула Рин. - Отставить панику. Никто не умирает. Он, конечно, сейчас не в лучшей форме, но жить будет, обещаю.

- Стрела же была отравлена!!! - оторопела Рысь.

- Была. Только теперь уже все нормально. Он поправляется. А теперь, если не возражаешь, я пойду спать. И уж если тебя так заботит состояние моего пациента, то вполне можешь за ним поухаживать, пока я отдыхаю. - Эй, пациент! - сказала она, обращаясь уже к Пуме. - Хватит пялится на мои ноги, у Рыси они ничуть не хуже.

Сказав это, Леопардик ушла, а Кэйтейра повернулась к виновнику переполоха.

- Какого... - начала она.

- Хватит, Кэй, - прервал ее Пума. - Не нужно говорить то, о чем будешь потом жалеть. Я люблю тебя, а ты... наверное ты все же сможешь полюбить меня, правда?

- Ты такой дурак, Нилькар... - прошептала Рысь, присаживаясь на стул рядом с кроватью.