# Волчок. Главы 17, 18

Наталья Оленева

Глава 17. Вот моя деревня. Глава 18. Полунормальное явление.

## Глава 17. Вот моя деревня.

Деревню было не узнать. Придавленная свинцовым небом Моховка едва виднелась среди вымахавших деревьев и некошеной травы. Навь поглощала человеческое селение.


Двенадцать лет назад Север сбежал из дома и вступил в ряды охотников. С тех пор он еще ни разу не возвращался в деревню, чтобы навестить семью.


Ни разу.


Руки не доходили, как говорится. То он на задании, помогал выслеживать горного черта, то добраться до деревни было не на чем, то в лекарской избе с болезнью или раной лежал, то погода была не та, то гостинца не приготовил, а с пустыми руками ехать стыдно. Поводов отложить поездку домой находилась масса, а вот причина была одна - он не знал, как оправдываться за свой побег, как себя вести. Чем чаще он думал о возвращении, тем холоднее представлялся взгляд матери, и тем обиднее издевки Гарьи. Даже сейчас его - взрослого, сильного, повидавшего всякое здоровяка одолел такой мандраж, словно он провинившийся мальчишка, а не охотник, вернувшийся с добычей.


И не важно, что эту добычу он уже решил отпустить. Чудище он бы не пожалел, но портить жизнь пацану, который и сдачи-то дать не может, не то что кого-то загрызть, ради награды, хоть и очень крупной, Север не хотел.


В конце концов, если он выследил оборотня, которого не могли найти много лет, то найдет и другой способ заработать жилье в городе.


***


Владу деревня напоминала опустевший к осени дачный поселок. Свет в окнах не горел, дым из печных труб не валил. Не было слышно ни птиц, ни собак, ни хлопка двери, ни человеческих голосов. Лишь холодный ветер гулял по дворам, скрипел покосившимися ставнями, шелестел засохшей травой. Только ворон не хватало, чтобы бесперспективно каркать и мрачно кружить над деревней. Но вместо них вдалеке над мельницей метались пересмешники.


Влад указал на них Севру. Тот равнодушно кивнул.


- Вижу.


Какие-то пересмешники вдалеке тревожили его куда меньше, чем царившее вокруг безмолвие.


Стараясь держаться в тени деревьев, они крались вдоль почти завалившихся заборов. Через некоторые Влад умудрялся заглянуть. Ничего особенного, правда, не видел, обычное хозяйство: сараи, курятники, грядки и бурьян с человеческий рост.


Вдруг, что-то черное, размером с собаку мелькнуло в одном из дворов; выскочило из сарая и прыгнуло в окно.


- Это еще кто?! - шёпотом всполошился Влад, дергая Севра за рукав.


- Где?


- Чёрное что-то. Вон там пробежало. Обезьяна что ли?


- А, - безразлично откликнулся Север. - Домовые черти. Не бойся. Они - то же что и крысы. Только большие. Они не нападут. Но и подходить к ним не надо. Кстати. Никому не говори, что ты оборотень. И что из Яви - тоже. Не то мне крышка.


- Почему?


- Тащить людей в Навь... М-м... Немного запрещено.


- Немного?


- Нельзя просто так вести сюда кого попало. Только если по приказу. Скажешь, короче, что ты... Этот... Ну, допустим... Из этих... Ну которые... Слуги сатаны.


- Сатана тоже реальный?! - удивленно прошипел Влад.


- Дурак что ли? Я про дебилов, которые по брошенным домам шорохаются, зверье режут и свечки жгут.


- А что, они сюда попадают?


- Некоторым, удается привлечь какую-нибудь местную нечисть и каким-то чудом оказаться здесь.


- Прикольно. А домой они потом как?


- Никак. Болтаются пока смерть не найдут или не приспособятся. Чаще первое. Такие, как они, даже здесь никому не нужны. Разве что в виде еды для какой-нибудь твари.


- А ты, такой герой, пожалел меня убогого. Домой ведешь.


Север скривил невеселую улыбку. В это сестра с мамой поверят, только вместо "героя" будет противоположный диагноз.


- Я, - хмыкнул он и с напускной драматичностью описал свою версию. - Увидел, как бессовестные сатанюги хотят вовлечь невинного юношу в свое чёрное дело.


- И решил сделать это за них.


- И решил спасти беззащитного ребёнка от дурного влияния.


- Пф-ф! Так мне что, изображать сатаниста?


- Знаешь, - охотник критически оглядел Влада, измученного долгой дорогой и вымазанного в крови. - Тебе даже делать ничего не надо. Главное, не ведись на глупые вопросы моей сестры. Не разговаривай с ней. А лучше вообще подальше от нее держись, а то она может почуять страх.


Они повернули за угол мимо сада, в котором декоративные кусты теперь делили место с гигантской крапивой. Север скользил взглядом по домам, и вид у него становился все растерянней. Неужели за столько лет забыл, как родной дом выглядит? Или улицу перепутал? Нет. Вот в зарослях репейника мелькнул соседский забор. Север обрадовался, прибавил шаг, а когда из-за берёзы показался дом, резко остановился посреди дороги.


На привычном месте, в изменившемся, но узнаваемом окружении стояли чёрные от копоти бревенчатые стены с пустыми глазницами окон. Все остальное было на месте, словно ничего не случилось: забор, калитка, собачья будка, чуть почерневшая скамейка под окнами. И как издеваясь, сквозь горелые развалины виднелся соседский яблоневый сад, который Север привык видеть из своего окна на чердаке.


Север переглянулся с Владом, будто желая убедиться, что они оба видят одну и ту же картину. Затем снова уставился на дом, словно ожидая, что тот устыдится своей жестокой шутки и сделается прежним. Но чуда не происходило.


Влад хотел что-нибудь сказать, но не мог придумать, что. Пока не посмотрел по сторонам.


- Север! Север, пересмешник! - Влад тряс его за плечо, а потом толкнул обеими руками, заставив очнуться. - Север! Там сраная птица!


Заметив пикирующего к ним из-под низких облаков хищника, Север потащил Влада в ближайшее убежище - горелые развалины собственного дома.


Пересмешник сел на стену и сунулся в дыру на крыше и чуть не провалился. Он попробовал влезть в окно, но пролезала только голова. Тогда он полез в дом через прихожую.


Парни спрятались в относительно уцелевшей кухне.


- Найди, чем загородить проход! - велел Север, стоя в дверях и размахивая железной трубой.


Хищник видимо, принял ее за живую конечность и ухватился за нее клювом. Железку так тряхнуло, что Север едва удержал ее в руках.


Тем временем Влад попытался перевернуть стол, но тот разваливался в руках. Тогда он взялся за широкую лавку. Огромная тяжелая доска переломилась посередине. Влад убрал упавшую на лицо прядь волос, оставив на лбу чёрный росчерк и посмотрел на Севра, чтобы доложить, что ничего не получается. Но увидел лишь как охотника выдернуло из кухни.


- Север!


Север толкнул пересмешника в прихожую вместе с трубой и рванул обратно на кухню, на ходу снимая с плеча лук. За спиной увесисто звякнула об пол брошенная птицей железяка и в ту же секунду острые когти распороли штанину и зацепились за ботинок. Парень с грохотом растянулся на полу, выронив лук и стрелы, кроме одной, которой с размаху наугад махнул за спину и попал хищнику в глаз. Пересмешник издал жуткий крик, похожий на скрежет ржавой качели. Однако добычу не выпустил и снова поволок её на выход.


Север пытался упереться во что-нибудь второй ногой и ухватиться руками за косяк или порог, но пальцы соскальзывали, обламывая куски горелой и подгнившей от дождей древесины. Перевернуться на спину тоже не получалось - птичьи когти зацепились за ботинок так, что невозможно было развернуть ногу. Лягнуть хищника тоже не выходило. Удалось лишь привалиться на бок и наугад кидаться в него всем, что попадалось под руку: посудой, кусками досок, почерневшими садовыми инструментами без черенка. Наконец ему подвернулась чугунная труба. Север хотел ударить по птичьей лапе, но не мог дотянуться. Тогда он швырнул ее пересмешнику под ноги. Попал, но только разозлил. Хищник откинул железяку и яростно заклекотал. Брошенная следом сгоревшая дочерна головешка метко угодила прямо в его раскрытую пасть и рассыпалась.


Пересмешник остановился, затряс мордой, но все равно не отступал.


Снаряды закончились, силы были не равны, помощи ждать было неоткуда. Север начал прощаться с жизнью, как вдруг услышал шаги. Задрав голову, увидел Влада. В боевой раскраске он держал лук и уже ставил на него стрелу. Трясся при этом так, словно во весь опор скакал на хромом верблюде. Наконец он натянул тетиву, но прицелиться не успел. Струна выскочила из пальцев и туго хлестнула по запястью. Стрела с полым стуком воткнулась птице в переносицу. Пока хищник тряс башкой, пытаясь избавиться от палки во лбу, Влад пустил в ход последнюю стрелу и попал ею чуть выше первой, в темечко.


Теперь пересмешник походил на какаду. Потеряв терпение, он хотел было съесть добычу прямо здесь, но стрела в переносице утыкалась в пол, когда он пытался вонзить в жертву клюв. Внезапно он дернулся, взъерошил перья, завопил дурным голосом, и попятился на улицу.


Север вскочил на ноги и выглянул из прихожей.


Полуслепой, утыканный стрелами пересмешник горел в области хвоста, оттуда торчала еще одна стрела, и метался по двору теряя перья и натыкаясь то на стены, то на собачью будку и забор. Потом вспорхнул и полетел прочь. А за ним, в предвкушении сытного обеда, слетелись со всей деревни другие пересмешники.


Влад остался в коридоре. Стоял бледный как музейная статуя с луком в трясущихся руках. Он не мог поверить, что только что выстрелил в живое существо - дал отпор, намеренно причинил боль. А главное - с ним от этого ничего не случилось. Запоздалая тошнота лениво поднималась к горлу, но это было не сравнить с тем, как его выворачивало раньше.


- Здорово! Ты, оказывается, ты умеешь стрелять, - сказал Север без насмешки.


- Да нет. В кино видел, - полуобморочным голосом отозвался Влад, пораженный своей меткостью не меньше, чем самим выстрелом.


- Молодец, - похвалил Север и похлопал по плечу. - Спасибо.


Север вышел на улицу. Влад не тронулся с места, провожая его удивленным взглядом. Ноги и руки парализовало. Но впервые это было не от стыда и тошноты, а от нового будоражащего ощущения. Впервые кто-то старше, больше и сильнее признал само собой разумеющимся не его слабость, а силу. Они едва были знакомы, и Влад понимал, что Севру на него скорее всего плевать. Но кинутая невзначай похвала все же что-то задела в его душе.


- Улетели уже, выходи, - позвал Север. - В какой-нибудь дом устроимся. Потом поищем людей. Если твой картавр не наврал.


В воздухе все еще витал легкий дымок и пахло паленой шкурой. Двор был усыплен перьями точно осенними листьями. Только они не шуршали, когда Север пинал их по дороге к калитке, а беззвучно рассыпались в стороны. Набаловавшись, он поднял голову и замер.


За забором, под почти облетевшим кустом сирени стоял человек в длинной куртке и направлял на чужаков взведённый арбалет.


## Глава 18. полунормальное явление.


Север решил, что перед ним мужик, одичавший от одиночества и голода. Или даже юноша - куртка чуть не до пола висит, а руки едва из рукавов видать.


- Кто ты и что тебе тут надо? - тихо, но требовательно спросил незнакомец молодым деланным басом. - Руки подними и отвечай!


- Мы-ы... Я ищу людей, которые жили здесь, - ответил Север, замерев с полуподнятыми руками. - Не знаете, куда они уехали?


Незнакомец резко опустил арбалет, скинул капюшон. Черные волосы взвились от порыва ветра, обрамляя худое девичье лицо с большими серьезными глазами. Придерживая тонкой рукой непослушные пряди, она внимательно рассматривала парня. Постепенно ее хмурое лицо разгладилось.


- Сева? - с надеждой сказала она.


- М-м... Марийка? - неуверенно спросил Север и подбежал к девушке.


Они неуверенно подняли руки, будто бы для объятий, но в последний момент Север взялся за отвороты своей куртки, а Марийка неловко переложила арбалет в другую руку.


- Я уже подумал, что в деревне никого нет, - сказал Север, сглаживая повисшую неловкость.


- Так никого и нет. Только мы с мамой и папой.


- А мои где? С вами?


- Н-не, - смазанно ответила девушка.


- А что случилось с домом?


- Это Гарька сожгла перед тем, как в город уехать.


- Так они уже в городе?


- А... ага, - рассеянно подтвердила Марийка.


Она вспомнила, что видела издалека не одного, а двух людей, прячущихся в дом, и заглянула за спину друга. Стоявший на крыльце юноша под ее вниманием зябко ссутулился и смущенно отвел взгляд, неожиданно заинтересовавшись пучком перьев под ногами.


- Это с тобой? - спросила Марийка.


- А. Да. Это Влад, - Север оглянулся и махнул парню рукой, подзывая. - Он случайно попал в Навь. Хочу в город отвезти. Влад, это Марийка.


Влад подошел и с нервной улыбкой пробормотал что-то похожее на 'здрасти', после чего отступил за могучую фигуру охотника, понимая в какой культурный шок вгоняет девушку своим кроваво-копчёным видом.


Марийка рассеянно пролепетала приветствие, стараясь не пялиться на странного, диковатого незнакомца, хотя явно отметила взглядом, как он сжимает в дрожащих руках дугу лука.


- Замёрзли как собаки, - сказал Север, забирая оружие у Влада. Тот сразу спрятал руки в карманы. - Третий день шастаем по лесу.


- Ну так и быть, заходите погреться, - улыбнулась Марийка.


***


Марийкин дом резко выделялся среди общей разрухи ухоженным видом. Пусть в деревне уже некому было оценить резьбу, украшавшую дом снаружи, но трава вокруг все равно была выкошена, двор чист, забор стоял бодрячком, а от калитки по всему двору расходился лабиринт из дощатых мостков.


Справа к дому прилегала большая пристройка с воротами. Слева на просторном дворе разместились дровяник, колода с воткнутым в неё топором, груда досок у забора, бочка, лавка и сарай. Посреди всего этого колыхалось развешанное на верёвке бельё. Всё как в любом дачном дворе. Однако у сарая Влад заметил пятна крови и присохшие к мосткам и забившиеся под доски крупные перья. Что хранилось в сарае, догадаться было нетрудно. А вот представить в каком виде - жутковато.


Шагая по пружинистым доскам, Влад отвел глаза от сарая и встретился взглядом с грозным филином, вырезанным из дерева. На пару с другим таким же он держал на себе козырёк крыльца. Туловище у резных стражей было упрощённое для надёжности, но тонко выточенные морды смотрели на Влада сверху вниз с обличающей строгостью. Ему даже показалось, что они и правда видели его насквозь и знали кто он. Или из-за пересмешников он уже перестал адекватно воспринимать птиц.


Марийка повесила арбалет и снятый с пояса потрёпанный кожаный колчан на гвоздь у двери, затем положила на перила почти пустую зажигалку. Влад мимоходом задержал на ней взгляд, про себя задаваясь вопросом, где это у них тут поблизости ларёк.


Сени встретили гостей уютным полумраком и тишиной. Холодный осенний ветер, к которому путники уже притерпелись, остался за дверью и завывал над крышей.


Чувствуя, как оттаивают уши, Влад осмотрелся.


Окно слева перечеркивала крутая и мощная лестница на чердак. Напротив входа в темноте поблескивали железными ручками две двери: одна, судя по грязному коврику, вела на задний двор, а ко второй, чистой и плотно обитой перьями, вели еще три широкие ступеньки. Ближе всех, справа от входа была третья дверь, дощатая и чуть осевшая. Из-за нее сквозь щель доносилось сонное кудахтанье и пахло загаженным сеном.


- Па-а!


Звонкий голос Марийки встряхнул застоявшуюся тишину и с тоненьким гудением залег в жестяном ведре под лестницей. Влад почесал ухо.


- А! Тьфу ты!


За косой дверью раздался лязг мелкой посудины, перепуганное квохтанье и басовитая мужская ругань.


Дверь распахнулась и в сени вышел рослый, плечистый дядька. Он был на голову выше Севра, с косматой частично седой бородой и такими же густыми бровями. В руках, облепленных зерном и мокрым сеном, он держал грязную алюминиевую миску.


- Пап, у нас гости..., - начала Марийка.


- Бошки бы им поотрубать! Здрасти. Щас я, - проворчал он и, едва глянув на парней, направился к обитой перьями двери. Чтобы не пачкать ручку потянул за нее мезинцем. - Ялка с них еще яиц ждет. Да им только жрать давай.


Марийка, хихикнув, поманила гостей за собой.


Просторная горница окутала чуть оттаявших путников печным жаром, от которого по телу побежали мурашки. От густого запаха еды пошла слюна. В голове Влада толстым аистом угнездилась мысль 'Всё. Остаёмся тут навсегда'.


Кроме печки комната умещала стол с лавками по обеим сторонам, а в другом конце кресло и широкий темный буфет. За лавкой был еще один проход, занавешенный тюлем. Между окон на стене висели часы с маятником, под ними - длинная лавка, занятая книгами, как попало брошенной одеждой и кухонными тряпками.


Влад с изумлением отметил, что здесь тоже всё как в обычных домах. В том смысле что, учитывая увиденного кентавра и намозолившее слух слово "Навь", он рисовал себе местный быт как в древней Руси: избушка, подклеть, полати и так далее. А здесь все было цивильно, как в нормальном частном доме: на окнах кружевные занавески, на столе клеенчатая скатерть в цветочек, на стене медная гравюра - девица в сарафане. У двери, на маленькой полке лежали спички с самолетом, в нише между печкой и стеной приютился привычного вида соломенный веник и пластмассовый красный совок. Не было только намека на электрическое освещение и розетки.


- Па, - не отставала Марийка.


- Ну, что? - мужик бросил в раковину грязную миску и загремел носиком умывальника, ополаскивая руки.


- Гости.


- Ну так открывай ворота, я сейчас помогу разгрузить...


- Да не обоз это. Посмотри, кто вернулся!


Мужчина вытер руки первой попавшейся тряпкой и наконец, обратил внимание на посторонних в его избе. Увидев Влада, он попятился, споткнулся о ведро с картошкой и только благодаря вовремя подхватившей его Марийке приземлился не на пол, а на лавку у стола.


- Ты чего? Па, да ты не на того смотришь! Вон же! Север!


Мужчина с заметным усилием взял себя в руки и перевел взгляд с тощего юноши в окровавленной одежде на крепкого высокого парня рядом с ним, такого же растрепанного и чумазого, но довольного произведенным впечатлением.


- Ой. Заработался. Кружится всё... Север! Ах, ты чертяка, - выдавил он невозмутимо, затем поднялся и так хлопнул Севра по плечу, что тот чуть сердце не выплюнул. - Ты что, с луны свалился?


- Кхе. Почти.


- Молодец, что заехал, - с легким упреком протянул мужик, не преставая трясти парня как запылившийся тулуп. - Ох, и раскабанел же ты! Хорош! А это кто?


Влад, пытаясь держаться за спиной Севра, уронил смазанное приветствие:


- Здрастуте.


- Это... Влад, - Север закинул руку ему на плечи и вытащил вперед. - Он из Яви.


- Тьфу ты. Что, опять какой-нибудь слуга тьмы?


- Не-не. Он нормальный. Просто заплутал случайно.


Влад изо всех сил старался сойти за нормального, но все равно выглядел как чумной олень, которого три раза переехала телега.


- Понятно. Влад, значит. Ивар, - он крепко пожал руку гостя.


- Здрасти, - надломившимся голосом повторил Влад.


- Нам бы это..., - перешел к делу Север. - В город попасть.


- Вам бы в баню, пожрать и поспать, - веско обломал его планы Ивар. - Вы как с войны. Давайте. Недавно стопили, еще не остыла. Марька, поухаживай за гостями, я за мамкой до соседнего дома схожу, морально подготовлю. А то в обморок от счастья грохнется.


Парни расступились, пропуская его к двери.


- Поджигалка и арбалет на крыльце! - бросила Марийка вслед отцу, за которым уже закрылась дверь.


***


- А твой батя не обидится? - поинтересовался Север, придирчиво рассматривая развернутую серую рубаху больше него размеров на пять.


- На что? - удивилась Марийка, отдавая Владу ворох сменной одежды и полотенце.


- На то, что ношу его постельное белье.


- Это тебе на вырост, - хмыкнула Марийка и вытолкала ребят в сени, а оттуда через дверь под чердаком выпустила на задний двор.


Парни прошли по мосткам к бане. Север открыл дверь и обернулся, видя, что Влад отстал.


- Ты не идешь?


- А... вместе что ли?


- Ну, хочешь тут подожди, - предложил Север и многозначительно глянул на небо.


- В смысле, не боишься, что я на тебя кинусь?


- Это... В каком смысле? - сощурился Север.


- Да в том, что я же оборотень! В каком еще то?! Вдруг я всю дорогу прикидывался мирным, чтобы усыпить твою бдительность и в один прекрасный момент откусить тебе голову.


Север иронично хохотнул.


- Ладно. Пойдёшь первым, - согласился он, держа дверь и пропуская Влада в предбанник.


Север положил вещи на столик, скинул на табуретку куртку и начал стаскивать свитер, но замер, увидев, что Влад ничего не делает.


- Можешь отвернуться? - хмуро сказал Влад, опередив его вопрос.


- Что там у тебя такого страшного? Хвост чертий?


- Ну жалко тебе что ли?


Север не удержался и закатил глаза, но отвернулся, позволив Владу раздеться и пойти первым. С собой дал ему кружку с зажжённой свечой.


В бане стоял лёгкий туман. В маленьком окошке синели сумерки, а света от короткого огарка хватало только на половину комнаты.


Владислав Зайцевич был принципиально человеком города и удобств, не любил походы и ковыряние в огороде. И никогда бы, ни за какие подкупы и уговоры не пошел бы по доброй воле в баню, если есть душ. Тот принципиальный Влад из города в жизни бы не поверил, что будет поливаться из ковша с таким наслаждением, словно видит воду в первый и последний раз.


Он даже не возражал против жары. В дороге он так намёрзся, что уже и не надеялся отогреться.


Приятным сюрпризом оказались дешёвые шампуни в фирменных пластиковых бутылках и цветочное мыло с отпечатанным, но уже смывшимся логотипом. Похоже, у них тут не ларёк, а целый хозяйственный магазин.


Пока Влад скрёб голову, выдирая из спутанных волос лесную труху, он вдруг вспомнил, что, оказывается, все-таки был в бане. Давно, в детстве. Потому все казалось более-менее знакомым. Особенно запах распаренного дерева.


С первой серой пеной с него будто сошли килограммы грязи и копоти. От облегчения он забыл, что не один здесь. Чувствуя, что наконец начинает согреваться, снова схватился за шампунь. Но только успел намылился, как раздался стук в дверь и послышался голос Севра, теряющего терпение:


- Можно, я зайду уже а?! Холодно как бы!


- Да щас я, погоди! - Влад схватил ковш и стал торопливо ополаскиваться.


Всё-таки баня - это враг уединения и покоя.


- Кстати, если банник явится, не смотри ему в глаза, - как бы невзначай бросил Север из-за стены. - Ты вообще знаешь, кто такой банник? Он часто появляется, когда кто-то один в бане. Увидишь - заикой станешь. Это тебе не леший, может и кинуться. А ты еще и человек вроде как чужой.


- Я тебе не верю! - с детской категоричностью парировал Влад.


- В смысле? Ты сам просил предупреждать, - настойчиво тараторил Север. - Я предупреждаю... Потом не говори, что не предупреждал.


Отжимая волосы, Влад огляделся. В жарком плотном тумане воображение рассаживало по темным углам чертей, банников и леших.


- Ладно! Я всё равно уже..., - ему показалось, что дверь распахнулась раньше, чем он открыл рот.


- Пельмешки из пересмешки! - усмехнулся охотник, увидев, как Влад второпях затягивает на бедрах полотенце. - Можно подумать, тебе есть чем меня удивить.


Влад промолчал. Как ни странно, но у него было кое-что, что в силу своей удивительности ещё в детстве закрыло ему вход на пляжи и в бассейны.


Хвост.


Не чёртий, конечно, а поскромнее, как у щенков. Влад объяснял это для себя генетическим отклонением, видел такое в учебнике биологии. Но от матери он так и не допросился пояснений. Только теперь у него появилась хоть какая-то понятная теория - он оборотень. Счастья от этой теории было мало. И Влад не хотел пока радовать охотника вещественным доказательством.


- А чего пялишься? - спросил Север, оглянувшись через плечо. - Шрамов никогда не видел?


Влад за раздумьями не заметил, что все это время смотрел на исполосованную спину Севра.


- А ты прям, реально охотник, - изобразил он убедительное изумление.


- Реаль... Что значит "реально"?! - оскорбился Север, уронив шайку, из которой только что окатил себя.


- Ну... Ты правда убивал чудовищ?


Охотник догадался, что происходит. Сам же назвал его оборотнем, по сути - чудовищем. Перед обычным навянином он бы для порядка похвастался сколько разных тварей завалил. Но Влад - другой случай. К тому же все равно это было бы враньем.


- Да нет, конечно, - сказал Север.


Он кое-как обмотался полотенцем, чтобы не шокировать ранимую душу городского юноши.


- Смотри. Да подойди, не бойся.


Влад подошел и взглянул на протянутую руку с татуировкой.


- Такой рисунок есть у всех охотников. Это что-то вроде бесплатного билета на еду и всякие услуги в городе. Но я всего лишь следопыт. У тех, кто убивает, нарисованы стрелы. По одной на жертву. Понял?


Влад кивнул.


- А я, - вздохнул Север перед тяжким и унизительным признанием. - Я не могу даже кролика задушить. Да ты сам видел, как я с обглодом дрался. А эти шрамы вообще от моей сестры.


- За что это она тебя так?


- Не знаю. Больная идиотка все детство на мне отыгрывалась, но так и не сказала, за что. Вот это - показал он шрам на колене, - она училась косить серпом траву. Тут, - он вывернул руку, показывая полосу на плече. - След от раскаленной кочерги. Вот это в моей ноге были вилы, а это, - он указал на царапину на носу. - Это я поймал кинутое с чердака ведро с вёдрами.


- Ведро с вёдрами, - пополам со смехом посочувствовал Влад. - После такого разве выживают.


- Сам поражаюсь. Единственный след от реального чудовища это вот, - Север указал себе на грудь, где все еще темнела дуга от копыта кентавра.


- И то, за дело, - сказал Влад раньше, чем подумал.


- Да, - весело хмыкнул Север, но потом нахмурился. - Что? За дело? Слышишь ты?!


Влад, хохоча, отбежал подальше и успел закрыться огромным тазом, как щитом, как в него полетели брызги холодной воды.


- Ах ты, мелкий говнюк!


Север метал в него воду из ведра, пока черпак не выскользнул из руки. Благо ковш был деревянный и легкий. Проскакал по полу, растеряв скорость и едва ударил Влада по ноге.


- Ой. Простите, что мало попало, - с усмешкой повинился Север, но, увидев, что парень замер с серьезным лицом, насторожился. - Да ладно. Больно прям?


Влад поднял указательный палец, призывая к тишине, и оба услышали, как за стенкой проиграла короткая писклявая мелодия.


Парни удивленно переглянулись. Влад метнулся в предбанник и схватил с лавки телефон. На экране светилось сообщение от оператора о ценах за границей. Подобным сообщениям ему еще радоваться не приходилось. А затем длиннющим списком вылезли и пропущенные звонки - от мамы, от Пашки и от Алисы. Пальцы сами тыкнули на мамин номер. От гудков бешено заколотилось сердце. А когда на том конце сняли трубку, у Влада пропал дар речи. Только сердце суматошно билось, перекрывая воздух.


- Да, Славочка? - прозвучал голос матери. - Ало. Вдад, ты там? Слышишь?


- Ма... Мам? Мам! Это я! - Влад кричал, сам не зная почему.


- Привет, милый, - ласково и на удивление спокойно ответила мать. - Мы уже по тебе соскучились. Ты уже добрался? Как Таиланд?


- А? До... Добрался? Таиланд? - Влад нервно смахнул воду, капающую с челки, и недоумённо посмотрел на Севра.


Тот выскочил следом и теперь, придерживая полотенце на поясе, стоял и прислушивался к разговору.


- Как общежитие? Не заблудился? Все нашел? Алисе позвони, как сможешь, а то она...


- Мам! Мам, послушай! Я попал в какую-то...


Телефон пискнул, подмигнул картинкой с разряженной батареей и выключился, оставив Влада в озадаченном негодовании.


- ... Жопу.


***


Баня не зря считается мистическим местом. В ней размывается граница между Явью и Навью. Но даже Север не знал, что это работает в обе стороны.


- Ну? Что? - поинтересовался он после небольшой паузы.


- Мама спрашивает, как мне Таиланд, - бесцветным голосом ответил Влад и сел на лавку. - Либо они сошли с ума, либо я. Сижу голый на улице среди пальм и загорелых прохожих. И представляю себе кентавров, лес и пересмешников.


- Так. Спокойно. Помнишь, что я тебе говорил про Сомнию? - Север сел рядом.


- И что?


- А то, что, похоже, товарищи из этой дотошной, отвратительной, бессовестной..., - он осекся, поймав на себе мрачный взгляд Влада. - Кхм... Организации внушили ей и всем, кто тебя знал в поселке, что ты временно уехал.


- Как это "внушили"? Моя мама не идиотка, чтобы в такое поверить.


- Нет, - успокоил его Север. - Конечно, нет. Дело не в уме. Я же рассказывал тебе про морок. Их тоже заморочили. Только сильнее. Так сказать, смягчили удар от твоего исчезновения.


- То есть, они меня... просто похоронили? И я больше не существую? Они не знают, что я не вернусь...


- Ну что ты, - добродушно усмехнулся Север. - Когда вы увидитесь, морок развеется. Наверное. А ты завтра уже и вернешься. Считай, с Таиланда. Кстати, а что это?


- На юге. Жара, тропики, комары, - усмехнулся Влад, немного успокоившись.


- А. Ну летом здесь примерно так же.


- Ага...


- Ладно. Ты пока одевайся, я щас. Быстро.


Север наспех домылся, после чего быстро навёл порядок, расставив по местам ковши и тазы.


Влад тем временем натянул застиранную до желтизны белую футболку с полустертым олимпийским мишкой, спортивные штаны и влез в ботинки, изношенные до состояния вареной лапши. Но их можно было назвать почти новыми, если сравнивать с его кроссовками, похожими на двух выпотрошенных соболей.


Севру одежда оказалась довольно свободна, но не висела совсем уж мешком, как он ожидал. Растянутая черная футболка со спортивной эмблемой, огромная шерстяная серая рубаха и такие же широченные спортивные штаны делали из него типичного батю на даче.


- Кстати, а откуда здесь все это? - нарушил молчание Влад, чтобы не казаться подавленным. - Ну, одежда фирменная, шампуни.


- Откуда-откуда. С заводов. По всей Нави понастроены.


- Реально? - скептически хохотнул Влад. - Типа Навьпром?


- Ага. Осторожно, мечты сбываются, - кивнул Север, но все-таки пояснил. - У нас есть торговцы, которые ходят в Явь и набирают оттуда все что надо, а потом ездят по деревням и продают.


- Набирают - типа крадут?


- Типа обменивают.


- На что? На какие-нибудь вещества? - предположил Влад, понизив голос.


- Я не знаю, - так же таинственно ответил Север.


- А электричество тут есть? - еще тише спросил Влад.


- Только в городе. Но там розеток нет.


Влад разочарованно вздохнул:


- Полный Тайланд.