# Волчок. Главаы 24-25

Наталья Оленева

Глава 24. Чешуйка. Глава 25. Науфный подход

## Глава 24. Чешуйка.


Ряды ступеней выплывали из-за поворота головокружительным веером. За спиной уже было, наверное, этажей пять или семь. Как вообще их считать на винтовой лестнице? Казалось, ещё чуть-чуть, и они выйдут на другой стороне земли. Где-нибудь в Бразилии, где водится много-много диких чупакабр.


Чтобы не оступиться приходилось держаться за скользкие, ледяные каменные стены, от которых немели пальцы. Снизу тянуло прохладой и пахло озером. Впереди, ни за что не держась, шустро шли Лютомир с его сыном. Ритмичный перестук их каблуков слился с однообразным строевым шагом двух охранников. Влад выбивался из их марша своим топотом. Ему всё меньше нравилось это место и особенно компания, в которой он сюда пришёл. Недоброе предчувствие догнало его уже в самом низу лестницы, когда слова 'Знаете, я передумал' прозвучали бы слишком провокационно.


Наконец ступени уперлись в тесную площадку с решетчатой дверью, за которым во мраке поблескивал холодный уличный свет. Лютомир отпер дверь и зашел первым, за ним Аресий, а потом завели Влада. Охранник запер дверь и загородил ее собой. Влад усмехнулся про себя - можно подумать он собирался убегать.


Помещение было небольшое. На округлом своде потолка и осыпавшихся стенах проступали изображения рыб и морского дна. В центре, в полу была полная воды выемка размером с ванну. От нее тянулся широкий - уместился бы человек - желоб, выходящий на улицу. Снаружи, за стрельчатой зарешеченной аркой блестели острые скалы и шумел прибой. Каждая волна устремлялась по желобу, выплескиваясь через край, и откатывала обратно.


В этот момент Влад заметил, что в ванне что-то есть: большая светлая пластина, напоминающая сплющенный эмалированный таз. Она лежала поперек выемки и даже не колыхалась в беспокойной воде.


Лютомир снял одну перчатку, обнажив костлявую, покрытую язвами и возрастными пятнами, руку. Затем, словно под весом неожиданно потяжелевшей мантии, упал на колени и запустил пальцы в ледяную воду.


Влад замёрз уже просто стоя здесь, рядом с озером. А от вида стариковской руки, опущенной в ледяную воду, тело пробивала дрожь.


Лютомир, словно не чувствуя холода, наклонился ниже и коснулся края пластины, но не достал ее из ванны, а что-то забормотал одними губами. Пластина отзывчиво заблестела, но стоило князю убрать руку, медленно потухла.


- Давай, - сказал князь Владу. - Коснись чешуйки.


- Чешуйки?! - изумился Влад. - Это чешуйка?! Чья?! Рыбы-кита?


- Не совсем, - с улыбкой в голосе поддержал интригу Лютомир. - Змея.


- А-а... Типа... Горыныча что ли?


- Да-да! Точно! Его! - подыграл князь. - Ну что ж, не стоит тебе здесь задерживаться. Дома, поди, ждут. Сделай, что я прошу и будешь свободен.


За его вежливой настойчивостью явно чувствовалось нетерпение. Влад не стал больше тянуть. Встал коленями на мокрый пол. Руки обожгло ледяными брызгами. Влад рефлекторно отпрянул, но под требовательным взглядом Лютомира все же заставил себя опустить пальцы в воду. Холод прошил руку до костей, выбив судорожный вдох. Нащупав толстый и шершавый край чешуйки, Влад посмотрел на князя.


Тот замер, словно чего-то ждал, но не говорил, чего именно.


Стылая, ноющая боль поднималась по руке, сдавливая кости. Брызги норовили попасть в лицо. Влада уже трясло так, будто его целиком сбросили в эту ванну. Он не мог больше терпеть проедающий холод и захотел вытащить руку из воды.


- Не убирай, пока не скажу! - крикнул Лютомир.


От неожиданного крика Лютомира вздрогнули даже Аресий и охранники.


Наконец, словно сжалившись, чешуйка ответила слабым переливом.


- Получилось! Я же говорил! Это ты! Ты-ы! - хищно проревел князь, будто поймал за шкирку нагадившего кота. - Так, теперь скажи ему, что отказываешься от дара и отдаешь его Аресию, сыну Лютомира. Не убирай руку!


Кому ему? Чешуйке? Горынычу? Влад с сомнением посмотрел на старика и на Аресия, до последнего надеясь, что все это странный, затянувшийся розыгрыш. Но очень уж лица у всех были серьёзные, чтобы разыгрывать здорового среди больных. Да и рука по ощущениям уже растворилась до костей, словно находилась не в воде, а в кислоте.


- Я, В-владислав, отказываюсь от д... дара и отдаю его Арес-сию, с... сыну Лютомира! - протараторил Влад сквозь сжатые от холода зубы так четко, как мог. Задним делом в конце бредовой клятвы чуть не благословил всех, но вовремя одумался. Раньше за дерзость его просто побили бы, а сейчас от окружающих его людей зависело вернется он домой или нет.


Спустя несколько секунд безмолвного ожидания, вместо разрешения вынуть руку из воды Влад услышал вопрос:


- Что он тебе говорит?


- К-кт-то?


- Голос! Что он говорит!


- Г-голос... А, д-да, - Влад мысленно пнул себя. Ну, давай еще скажем, что голоса никакого нет, и обсудим со всеми эту проблему.


- Он сказал "окей". В смысле, хорошо.


Князь долго с недоверием сверлил его черными провалами маски. Потом взглянул на сына. Тот округлил глаза и трусливо отшатнулся.


- Реська.


- Да врет он! Ничего он не слышал!


- Давай проверим. А ты отойди.


Влад шарахнулся от воды, прижав онемевшую руку к животу.


Аресий побледнел, опустился перед ванной и потянул трясущуюся руку к чешуйке. Влад нахмурился, удивляясь, как настолько можно бояться ледяной воды. Да, у него самого сердце заходилось от холода, но не так уж это было страшно.


Шипя, Аресий окунул руку в воду и долго медлил, перед тем как дотронуться до чешуйки. Сделав глубокий вдох и зажмурившись, он нашел пальцами ее край. А потом вдруг закричал и отпрыгнул к стенке.


- Что случилось? - спросил Лютомир.


Всхлипывая, Аресий протянул отцу скрюченную, иссохшую тонкую конечность, как у мертвеца.


- Эй. Дай ему живой воды, - кивнул князь охраннику.


Пока охранник отпаивал пострадавшего из своей фляги, Лютомир переключил внимание на Влада.


- Ты соврал, - упрекнул он с родительским разочарованием.


Влад не успел ничего ответить. Аресий вдруг набросился на него и повалил на пол, пиная и пытаясь придушить уродливой ручищей. Лютомир злостно плюнул и махнул охранникам. Те ловко оттащили Аресия, осторожно заломив ему руки за спину.


- Я же говорил, врет!


- Тихо! - рявкнул Лютомир и уже тише поинтересовался у Влада. - Зачем ты соврал?


Влад молчал, отползая к стенке и потирая горло.


- Для тебя это все шутки? Думаешь, мы тут - сборище сумасшедших? - старик выдержал паузу, то ли ожидая оправданий, то ли успокаиваясь. - Ты слышал голос или нет?


- Нет, - просипел Влад, потирая шею.


- Ублюдок! Ты поплатишься за то, что сделал! - гневно провыл Аресий, всё ещё порываясь мстить за изуродованную руку, которая едва начала исцеляться.


Звонкая пощёчина заставила его ошарашенно замолчать.


- Угомонись! - рычал на него Лютомир. - Руку пожалел? Ты забыл, что тебя ждет, когда ты получишь дар?! Посмотри еще раз!


Лютомир сорвал змеиную маску, обнажив голову. Охранники потупили взгляды. Аресий тоже, но не от ужаса, а от неприязни.


В ужасе был Влад.


Лицо князя было испещрено язвами и глубокими морщинами. Вместо волос череп покрывали болячки и нарывы. Из-под облезлых губ виднелся ряд желтых зубов и серых десен. Подобных монстров Влад видел разве что в кино, но там были рукотворные аниматроники - хоть и жуткие, но очевидно искусственные. Здесь же настоящая голова мертвеца смотрела на него подвижными зрачками и шевелила ошметками рта.


- Ну а, ты? - приблизился он, и Влад невольно отстранился. - Хочешь стать таким? Если нет, то отдай Дар и трон и вали на все четыре стороны!


- Я все сказал, как вы просили! Но никого не слышал! - повторил Влад, сгорая от стыда за надломившийся от страха голос.


- Он принял тебя, но не ответил. Странно, - неожиданно успокоился и задумался старик. - Обратись.


- Что?


- В волка. Сейчас же.


- Я н-не могу.


- Что ты не можешь? Обратись и все!


- Да не умею я!


- Что значит - не умеешь? Ты же оборотень!


- Я этого никогда не делал!


- Не делал?! А кто убивал моих охотников?!


- Понятия не имею, - упрямо повторил Влад. - Но точно не я. Я их в глаза не видел! Я даже не знал, что я оборотень! Сев... Мне сказали, что оборотня во мне запечатали. Поэтому меня долго не могли найти!


Он не знал, почему исправил оговорку. Ничего бы не случилось, упомяни он Севра, но с перепугу не решился называть чьих-либо имен.


Лютомир походил туда-сюда вокруг купели, раздумывая.


- Может быть, может быть, - сказал он, надевая маску, и оптимистично добавил. - Ничего. Я знаю, кто нам поможет.


## Глава 25. Науфьный подход.


Единственное окно под потолком просторной кельи было наглухо заколочено. На досках яркими мелками было нарисовано солнышко. Внутри все же было по-праздничному светло. Свечи стояли повсюду: среди стопок опаленных книг, в эмалированной раковине, на клетке с кроликами, на заплесневелом ломте хлеба. Некоторые огарки находились в опасной близости с висящими на стенах вениками из сушёных трав. Легкий подвальный сквозняк шевелил огоньки, отчего свет игриво мерцал на колбах, приборах с трубками и пробирках.


Над столом, в оттеснённом свечами полумраке вместо люстры висела большая клетка. Внутри нее ворочалась и стучала по дну когтями крупная птица. Серые перья с цветным отливом сыпались на стол, закладками ложась на страницы книг с рукописными формулами, схемами и анатомическими рисунками.


Помещение напоминало лабораторию и избу травника одновременно. Хозяин всего этого добра, шестирукий упырь Хафён сгорбился у стола и над чем-то колдовал. Достал пинцетом со дна банки лапку ворона; растер замоченные в мутной жидкости коричневые листья; посыпал черным порошком, затем взял сосуд с вязкой бурой кашицей и поболтал перед собой, жадно всматриваясь в гущу красными глазами.


- В этот раф всё будет идеально. Я вше рафчитал, моя кукуфенька, - с предвкушением прошепелявил ученый, по привычке обращаясь к существу в клетке, и непроизвольно облизнул губы быстрым языком.


Он наклонил сосуд. Красная капелька зависла на краю. Птица над столом защелкала клювом о прутья и печально пропела.


- Опять кто-то идет? Ладно. Успею. У меня уфе всё готово.


В коридоре грохнула дверь. Рука ученого дрогнула, и бордовая жижа залила весь бутерброд.


- А-а! Я не могу работафь в таких уфловиях! - Хафён вскинул все руки к потолку.


Дверь в лабораторию открылась. Первым вошел князь. За ним двое охранников под руки завели мальчишку.


- Вафа свефофь! - с полным ртом поприветствовал Хафён, быстро повернувшись к вошедшим.


Все, кроме князя, на секунду брезгливо оторопели. Что-то дожевывающий ученый был перемазан в красном, а из уголка рта торчала воронья лапка. Хафён всосал ее и быстро захрустел.


- Фто? Это кефюп.


- 'Кефюп', - передразнил Лютомир. - Я кажется, просил экономить его, а не обмазываться. Я не пошлю человека в Явь только ради твоего 'кефюпа'.


- Я нифего не могу поделафь фо фвоей природой! Кто мне феловефью крофь даст?


- Кстати о природе. Хорошо, что ты уже пообедал. Я тебе работу привел.


- Фуфаю, - Хафён, не глядя, схватил со стола одну из пузатых колб с зелёной жидкостью и стал из нее звучно пить.


- Знакомься. Это Владислав, - Лютомир выдержал паузу и дополнил. - Оборотень.


Ученый поперхнулся, извергнув ярко-зеленый фонтан.


- А пофему вы его ко мне прямо так...? Где оковы и фепи?


- Он не может обратиться. Поэтому мы и решили к тебе... обратиться, - с улыбкой в голосе сказал Лютомир.


- Как это? - ученый уставился на Влада, а тот исподлобья на него.


Такого покемона Влад еще не видел. Скрюченный, непонятного возраста, бледный как известь тип в сером халате с соответствующим количеством рукавов для шести рук отдаленно походил на мужскую версию многорукого божества. Только у этого глаза были навыкате и выраженная шепелявость, причем не сплошная, а выборочная. Одни и те же буквы звучали то нормально, то смазанно.


- Кто-то запечатал его, - продолжил Лютомир. - Так он говорит.


- Да? - ученый любопытно наклонил голову и облизал губы. - А с чего вы вообфе взяли, фто он оборотень?


- Он коснулся чешуйки и не умер. Но беседы со Змеем у него не сложилось.


- А фего он такой побитый?


- Да это Реська психанул. Ну, так, что. Сделаешь? Желательно сегодня.


- Фегодня?! - выпучил и без того большие глаза упырь. - У меня же не двефти рук, а только фефть. Мне ефе удобрение для кабафьков делафь.


- Забудь про кабачки! Ты что, паразит, не понимаешь? - близким к краю терпения тоном настаивал Лютомир. - Без оборотня нам нечего будет удобрять. Чем скорее сделаешь, тем больше я тебя награжу.


- Два яфика кефюпа. И Электричефтво!


- Хренифефтво! Масляную лампу поставь! Или окно открой и будет светло!


- Вы же фнаете, я не перенофу солнефный свет. А мафло воняет.


- Ты у нас тут розами пахнешь! Делай, или я найду другого учёного!


- Ну, конефно. На плоффадь электричефтво ефть, - заворчал под нос Хафён, переставляя свечку из раковины на стол. Помыв руки и прополоскав рот, стал что-то искать на столе. - На тюрьму ефть. И на фкотовник. А то убирать дерьмо при свечях неудобно. Но на самое важное и полефное, на науку - жалко! Ну! Чего стоиф? Фюда иди, как тебя...


Влад нерешительно подошел. Внутри все сжалось как пружина, словно тело готовилось бежать. Он не боялся шестирукого пучеглазого ученого, но плохо понимал, что тот собрался с ним делать.


- Живее, ну. У тебя ефть уникальный шанс науфьно докафать, фто ты не оборофень, и фвалить отфюда.


Влад успокоился. Его внутренний дурачок, желающий поскорее отправиться домой, заглотил наживку и обмотался леской по самое горло.


- Руки помой. До локфя.


Влад снял куртку и положил ее на стол. Подошел к раковине, покрутил единственный вентиль и подставил ладони под струю воды. Снова холодная, но хотя бы не ледяная. Он не спешил, используя полоскание под краном как возможность побыть с собой, упорядочить в голове происходящий вокруг маразм и настроить себя на оптимистичный конец. Или надышаться перед смертью.


Запахло спиртом.


- Ну? Долго еще будефь брязгаться? - нетерпеливо прошепелявили за спиной.


Влад повертел головой, нашел над раковиной кусок вафельного полотенца, потом долго вытирал руки и, услышав позади раздраженное сопение, наконец, обернулся.


Хафён стоял со скальпелем в руке.


- Мне нужна твоя кровь.


Влад замер, упершись спиной в раковину. Он в Яви-то кровь не сдавал ни разу за всю жизнь, по крайней мере сколько себя помнил. Но знал, как это делается в Яви и предпочел бы, чтобы тут было как там, по всем правилам и в нормальных санитарных условиях, а не в подвале с ножом.


- Руку, - облизнулся ученый.


Его красные глаза заблестели ярче и дернулся кадык.


Влад сглотнул, собираясь с духом, и протянул ладонь. Если был хоть один, но реальный шанс доказать свою спасительную обыкновенность, то не жалко пожертвовать одну конечность.


Протерев спиртом руку подопытного от запястья до сгиба локтя, Хафён быстро полоснул обработанное место скальпелем. Влад рефлекторно вздрогнул, хоть ничего не почувствовал, только увидел, как блеснуло лезвие поперек руки.


Охранники с отвращением поотворачивались.


Какие-то они изнеженные, подумал побледневший Влад, наблюдая как из небольшой, но глубокой царапины навернулась крупная алая капля и скатилась в ловко подставленную пробирку. Влад сжал зубы, ощущая, как под давлением крови порез расширяется сам собой, пробуждая боль.


Не переставая облизываться, Хафён наблюдал, как наполняется сосуд. Его мертвенно ледяные пальцы крепко держали запястье подопытного, хотя тот и не пытался вывернуться.


Набрав половину, он не поставил пробирку в штатив для дальнейшего анализа, а сразу вылил себе в рот. Пока упырь задумчиво причмокивал и телепал языком, Влад зажимал ладонью порез.


- Хорофая новость - он оборотень, - сказал Хафен с улыбкой и сунул истекающему кровью Владу тряпку, чтобы зажать порез, и кружку с живой водой. - Плохая - его фдерживает парафит.


- Парафин? - переспросил Лютомир. - Говори ты яснее!


- Я рафве скафал 'парафин'?! Я скафал 'парафит'!!! Ну вируф. Зараза! - то ли подобрал нужное слово, то ли ругнулся ученый. - Офень редкий. Такой, вообфе-то, очень сложно дофтать. Не иф него, - он кивнул на Влада. - А вообфе.


- Меня все-таки интересует "из него", - уточнил князь.


- Нуфно его убить. Ну. Не мальчифку, а парафита. Он и так слабый. Как он вообфе что-то сдерживает, не понимаю. Если подождать мефячёк-другой, он сам...


- У нас нет мефячка! - отрезал Лютомир.


- Тогда мне нужен день или два, чтобы хотя бы найти рефепт.


Влад пошатнулся и ухватился за край стола. Внутри него все оборвалось. Месяц? Он не готов торчать здесь месяц. Где месяц, там и год. А потом окажется, что он вообще никогда не вернется домой. Все происходило по заветам какого-нибудь триллера, где герой случайно попадает в странное место, получает слабую надежду на спасение, но в итоге бесследно исчезает.


- Ясно, - согласился Лютомир и взглянул на охранников. - Уведите его. Освободите какую-нибудь комнату на втором этаже.


- Ага, а еще перину постелите и розовых лепестков рафкидайте, - с насмешкой сказал Хафён.


- В каком смысле?


- Его надо в фкотовник! К ему подобным. Ибо стрефф - всему голова.


- Хм. Правда. Иногда ты говоришь умные вещи, Хафён, - довольно протянул Лютомир. - Отведите его в скотовник.


Охранник схватил Влада за плечо и потянул к двери. Оторопь вмиг прошла.


- Стойте! Вы с ума сошли?! Какие еще паразиты?! Какой скотовник?! Вы не имеете права! Мне надо домой! Я не должен здесь быть. Я же всё сделал, что вы просили!


Охранник крепче схватил его за шкирку. Неожиданно для себя, Влад почти рефлекторно пнул его по голени и вырвался из захвата. Зачем, а главное, как он это сделал, сам не понимал. Тело действовало само, словно оттеснив сознание от руля на заднее сиденье.


И что теперь? - паниковал про себя Влад, отступая к дальней стене. - 'Бегать вокруг столов? От одного человека он бы еще убежал. Но против него четверо. Они даже не особенно всполошились, как будто он - глупая курица, изловить которую хлопотно, но довольно просто.


Охранники уже обходили столы вдоль стен. Хафён караулил у с противоположной стороны.


- Зря ты это, - спокойно сказал Лютомир, охраняя дверь. - Подумай, кому ты делаешь хуже?


Влад волком посмотрел на него и показал средний палец. Охранники вытянули лица, поражаясь, как можно было позволить себе подобную дерзость по отношению к его светлости.


- Ах ты, щенок! - взревел Лютомир. - Будешь сидеть в клетке до конца жизни! Хватайте его уже!


Владу пришла в голову гениальная идея. Точнее не ему, а тому, кто управлял его телом. Князь - ветхий старик, его можно легко отпихнуть. Нужно только обойти остальных.


И вот, когда оба охранника уже подобрались к нему, он вскочил на стол и заметался по комнате, прыгая с одного стола на другой и круша все, что было под ногами. Охранники, не уступая беглецу в разрушительности, пытались схватить его за ноги. Хафён с истерикой кинулся подбирать то, что не успело разбиться и расплескаться, и тушить все что загорелось.


- Что ты делаешь, что ты делаешь?! - повторял он как безумный.


"Что я делаю?! Что я делаю?!" - в ужасе спрашивал про себя Влад.


Он наступил на стопку книг, подпрыгнул и ухватился за клетку, рассчитывая перемахнуть через стол. Дерзко и ловко как герой азиатского боевика.


Он даже качнуться не успел. Клетка оторвалась от крепления в потолке, и Влад в обнимку с ней брякнулся спиной на стол.


Птица забилась в клетке. Во все стороны полетели перья. Влад встретился с взглядом. Глаза у нее были человечьи, девичьи, а клюв птичий, широко распахнутый в остервенелом испуганном крике. Влад в ужасе невольно скопировал выражение ее морды-лица.


В этот момент чудную тварь кто-то забрал, а в плечо вонзилась игла. Влад матюгнулся от боли, отмахнулся от шприца и шустро соскользнул со стола. Никто уже его не ловил. Все стояли и ждали.


- Думаете, справились, да? Вы еще пожалеете! - проговорил он с несвойственным ему остервенением, направляясь к князю. - Ты. Пожалеешь...


Он схватил Лютомира за отвороты мантии и повалился к его ногам.