# Летучий автобус

Аноним Сфинкский

Начитавшись "Опыт абсурда в экзистенциальной философии" С. В. Рудановской...

"Время идёт медленно, когда за ним следишь."... Возможно, - предполагал в "Записках бунтаря" Альбер Камю, - "даже существует два времени: то, за которым мы следим, и которое - не замечаем. Если мы не следим за таким временем то возможно оно следит за нами. И тогда происходят всякого рода случайности, раскрывающие неопределенность отношений между известным и неизвестным.". А с них-то и начинается всё новое.


Например, как эта история... В ней я решился шаг за шагом повторить путь бунтаря - путь поиска индивидуалистского смысла бытия. При этом сам Камю считал, что только в абсурдном мире жизнь приобретает особый смысл. А главный вопрос философии Камю - вопрос: стоит ли эта жизнь того, чтобы быть прожитой? Вопрос, на мой взгляд, однако, не в этом. В этом дилемма. Ведь в конце концов, выбирая между жизнью и абсурдом, обычно отдаешь предпочтение первой. Вот и Сизиф всё равно тоже остался навеки непонятым. Кроме Камю, разумеется. А для него самое главное - "Надо представить себе Сизифа счастливым". И так сазать разуму противопоставить ненормальность, в которой есть много от ненормальности приключения. Которое я и совершил. С моими пристрастиями к пограничным, экстремальным, экстраординарным, экстра-ситуациям это приключение могло выродится до пустого авантюризма, но... Экзистенциальная философия Камю и впрямь стоит на краю такой бездны пустого пространства.


Разумеется, с привычками к семейной жизни трудно быть философом-бунарём или математиком-теоритиком. Поэтому я напился... Уже не помню - пить в тот вечер я начал потому, что от меня ушла обиженной подруга, или она ушла, потому что я начал пить. К ночи все мои мнения и сомнения выглядели уже одинаково суетно и недостоверно. А о "каменное сердце" Господа Бога уже можно было точить ножи. Оставшись, таким образом, в полном одиночестве, какой-то "прошлый" я, каким-то нелепым образом достал меня "настоящего" воспоминаниям о всех моих женщинах, непонятых мной, непонявших меня и не хотевших, главное, понимать. И вместо него какой-то "бессознательный" я - напомнил сюжет "низкого" фэнтези, основанного на использовании городской мифологии:


Есть такая абсолютно монреальская городская история, близкая к термину "паранормальный роман". В основе её - городская легенда о водителе автобуса, который в сильное наводнение Святого Лаврентия поклялся довезти пассажиров до конечной остановки, расположенной около станции Atwater недалеко от собора Милосердной Покровительницы Мадонны, чьи стены украшены изображениями святых - покровителей всех плавающих и путешествующих, хотя бы для этого ему потребовалась целая вечность. Святые услышали его и наказали за гордыню: этот водитель обречен вечно скитаться на своём автобусе, и никогда не доехать до конца.


Эта легенда, хотя бы в общих чертах, известна каждому жителю Монреаля. Рассказывают, будто бы по ночам, по обычаю в сильный дождь, около станции Atwater можно видеть призрачный автобус. Он подбирает случайных прохожих, везёт в монреальское Зазеркалье, городскую Страну чудес и, в конце-концов, тает в воздухе, едва приблизившись к вожделенной станции Atwater. Вместе с прохожими.


На улице шёл сильный дождь. Шёл медленно, как время, которое идёт медленно. Он начался когда я начал пить - около пяти часов вечера. Его источником было грозовое облако над горой Монтрояль, которое создало медленную грозу - грозу, которую этот дождь сопровождал вплоть до полуночи, когда я прекратил пить и вышел на улицу. Медленный дождь был не сильным (за исключением самого начала дождя), а медленным просто из-за низкой скорости передвижения того самого облака. После окончания грозы в двенадцать тридцать утра, дождь продолжился ещё в течении получаса. И когда я окончательно перестал ждать его окончания, появился "он". Навстречу мне по мокрой дороге из центра в сторону станции Atwater ехал автобус...


Заметив его, я и решил: "Это шанс". Шанс "представить себя счастливым". Вот он! Таким образом, я решился выяснить отношения между известным и неизвестным.


Ничего особенного в этом автобусе не было. Автобус как автобус. Водитель как водители. Пассажиры... Пожалуй, для описания всего этого пригодился бы Шекспир. Он объяснил бы, что есть известное и подразумевается неизвестное, значение которого никоим образом не может и не должно быть сведено к известному. Но у пьяного всегда отменяются те или иные аксиомы и возникает постмодернистический дискурс в хаосе форм и всевозможных комбинаций "лабиринта". Вот и в "моём" случае... Пассажиры! Я остановился на "пассажирах" автобуса. Это был пример головокружительного лицедейства: "за каждой маской обнаруживалась еще одна, потом еще одна, потом... я понял можно открыть маску, в то же время не открывать ничего". Любая попытка понять своих попутчиков шла у меня в духе бесконечного приближения и отталкивания значений. Для постмодернизма это - путешествие по горизонтали, а для меня - путешествие в Зазеркалье - из области, где Шекспиру дают слово, в область, где о нём никто не слышал. До сих пор мне помогали мои знания жизни. До сих пор я имел дело с людьми и человеческими законами. Теперь я был предоставлен только себе и отсутствию всяких законов.


Автобус ехал медленно. Ещё медленнее чем дождь. Можно сказать дождь опережал автобус. Его не было видно через заднюю витрину, только - через переднюю. И между таким возможным и невозможным дождём не было никаких переходов в боковых витринах. Для тех пассажиров, кто сидели на перених седениях шёл дождь, для сидевших сзади его не было. Я же сидел в середине атобуса и не мог сообразить идёт или не идёт дождь. Было только два пути размышлений: либо принять этот мир таким каким он есть, либо стать "детьми Бога", которые, чем ближе к Нему и возможности "сверхъестественного вмешательства". Герой же Шекспира бьется головой о стенку, которая его раздражает, он бьется потому что она есть. А если нет...


Возможно, если бы у этой истории было продолжение, то я как Сизиф Камю остался бы навеки непонятым как герой абсурда, но связанность моих мыслей уступило место сну, в котором не было никакой философии. А когда я проснулся, я вдруг понял ещё одного себя, возможно "трансцендентального": философия - это просто как "самовыговаривание". Каждое мгновение где-то начинается или кончается дождь, ломаются судьбы, садятся батарейки на мобилах, родятся девочки вместо мальчиков, уходят женщины, приходят случайные... Каждая такая случайность может изменить всё. По частям. Но в целом ничего не меняется. И в этом - настоящий абсурд, в котором трансцендентальный Бог... Как это называется в Теории категорий - разделе математики, изучающем свойства отношений между объектами, не зависящими от их внутренней структуры?


Нейтральный элемент?!


Верно. Нейтральный элемент операции, принимающей два аргумента и возвращающей один результат. Это такой элемент, который оставляет любой другой элемент неизменным, но при этом или меняет или не меняет сразу всё.