# Максим в совенке. Глава 22

Аноним Galinasky

Слухи в лагере из-за вожатой. Побег со Славей в лес.

Спалось плохо. Я постоянно просыпался на пару минут, а потом отключался. Толком ничего мне не приснилось, лишь какие-то гротескные картины, которые забылись к утру.

Разбудила меня вожатая.

- Вставай уж.

Я протер глаза и вопросительно посмотрел на неё.

- Сколько времени?

- достаточно!

И чего она опять завелась?

Все тело болело, а голова была тяжелая как шар для боулинга.

Я с трудом посмотрел на часы. Семь.

- Марш умываться!

Я не став спорить встал, взял пакет с полотенцем и щеткой и пошел к умывальникам.

Общаться с, все еще злой на меня, вожатой совершено не хотелось.

Пытаясь не заснуть на ходу я кое-как дошел до умывальников. Холодная вода хоть немного привела меня в чувство. Хоть голова начала работать нормально.

Может стоит проведать Славю? Пока еще есть немного времени. Просто извиниться за то что вожатая думает что мы трахались.

С другой стороны а с чего я должен оправдываться? Идея лечь вместе была её1. Вот только я сам разделся до трусов и обнимал её.

Я вздохнул и направился обратно в наш домик, на утренний разбор вчерашней ночи.

Однако в комнате никого не было. Я сел на кровать и достал томик Стругацких. Хоть успокоюсь немного.

Поставил телефон на зарядку и начал читать.

Тихо скрипнула дверь и вошла вожатая.

- Ольга Дмитриевна ну не трахались мы, мы просто грелись вместе.

- не стоит... - Я удивленно посмотрел на неё. - Я все понимаю!

- То есть вы понимаете что это совсем не то что вы подумали о нас?

- Почему, выглядело все именно так, как я подумала! Ты понимаешь что вам шестнадцать всего! Я не хочу осуждать тебя или Славю. Понимаю, молодые организмы, гормоны и все такое...

Я обессилено вздохнул и снова уткнулся в книгу. Через пять минут отложил её и вздохнул.

- Что мне сказать, чтобы вы мне поверили?

- Ничего. Я же говорю - все понимаю.

Это бесполезно... Ну и хрен с ней, главное чтобы слухи о нас не разносила.

- Ладно, марш на линейку!

Я встал и нехотя поплелся за вожатой.

- Но зайти-то мне можно к ней?

- Конечно же нет. - Вожатая удивлено посмотрела на меня, как будто такой вопрос был абсолютно неуместным. - Я уже предупредила медсестру, чтобы тебя не пускали.

- Ну, хотя бы как она себя чувствует?

- Похоже, Славя действительно заболела.

Я не успел спросить насколько серьезно, потому что мы уже вышли на площадь.

- Иди вставай на свое место.

Я остановился рядом с Сыроежкиным.

- Что вчера было? - шепнул он мне.

- Ты о чем?

- ну, ты внезапно исчез.

- Пошел Славю искать. Не нашел.

Линейка состояла из переклички, и сообщения о том, что в душевых сегодня ремонт, поэтому помыться не удастся. Наконец пионеры весело галдя побежали на завтрак. Я уныло поплелся за ними.

Есть совсем не хотелось, но я понимал, что надо что-то в себя закинуть. Я со вчерашнего вечера ходил голодным. Но что-то болтать с жизнерадостными пионерками у меня не было душевных сил. Я постоял у дверей столовки и пошел прочь.

Не знаю как так получилось, но вскоре ноги принесли меня к медпункту. Блин, и что мне здесь делать? Подтверждать худшие предчувствия вожатой?

Я пристально уставился на дверь, стоя в нерешительности. Она же сказала, меня не пустят...

Да и что остается? Ждать наказания от вожатой? Так она уже сказала что все понимает. И будет держать нас порознь. Ждать пока весь лагерь узнает о нашей великой любви. Я сплюнул. Ситуевина блин.

Я подошел к двери и уверено постучался.

- Сейчас-сейчас! - Я дернул ручку, но дверь не открылась. И чего она заперлась?

Через несколько секунд в замочной скважине провернулся ключ и показалась медсестра.

- Доброе утро, пионер...

- Доброе! - Уверено ответил я.

- Ты же знаешь, что тебе сюда нельзя?

- Знаю, но... Могу я её навестить, может вы смогли бы пропустить меня?

- нет, так не пойдет. Приказ вожатой есть приказ. Если ты спросишь лично меня, то я ничего плохого в твоем поведении не нахожу, но вот Ольга Дмитриевна...

- Может, все таки?

- Нет.

- Как она вообще?

- разболелась, но ничего серьезного. Обычная простуда. Посидит на карантине пока.

Ладно, передавайте её от меня пожелание выздоравливать.

Я развернулся и пошел прочь. Что делать дальше я не знал. Просто шел вперед изредка колошматя кулаками встречные деревья. Мне было хреново.

Очнулся я от этого приступа ярости только тогда когда руки уже нестерпимо болели, а губы были искусаны в кровь. Блин, так подставить девчонку, придурок. Вот посидела бы она одна ночью, что бы с ней случилось. А теперь пойдут слухи что она распутная девка.

Возле столовой никого не было. Я зашел и с облегчением сел в дальний угол. Чтобы не дай бог меня никто не увидел. Надо все таки поесть.

Кое-как запихнув в себя завтрак, я уже собирался уходить, когда к моему столику подошла Мику.

- Доброе утро, Максим! А я сегодня проспала что-то... Можно я тут с тобой посижу?

И не дожидаясь ответа села рядом.

- Я ухожу уже вообще-то...

- А правда что у вас со Славей это... того? Ну ты понял. - девчонка пристально уставилась на меня хлопая глазами.

- Нет, вожатой просто показалось. Не было у нас ничего! И вообще кто тебе такое сказал?

Я конечно ожидал, что слухи распространяться быстро но чтобы настолько?

- Я от Жени услышала, а она вроде бы от Сыроежкина. А ему сказала Ольга Дмитриевна. - вот тварь. - Ты не подумай. - девушка заметила мое перекошенное от ярости лицо. - Я не хочу лезть не в свое дело, просто... Интересно же!

Я еще раз зло повторил.

- Не было у нас ничего. Так всем и передай.

Я встал и быстро направился к выходу.

День сегодня был жарким. Это распаляло мою злость, ведь сильную жару я не любил. И всегда прикручивал батареи с отоплением зимой в квартире. Впрочем сейчас что угодно могло вывести меня из себя.

Надо решать как нам со Славей вести себя дальше. Меньше всего мне хотелось с кем-то сталкиваться, поэтому я направился в лес, чтобы спокойно подумать.

***

Остановившись на полянке я присел на пенек. Взял палочку и начал ковырять ей землю. От меня здесь вообще похоже ничего не зависит. Слухи иза говорливой вожатой распространяются как лесной костер. Остается только ждать.

Да и что я могу сейчас сделать? С боем прорываться в медпункт, чтобы извиниться. Это только подогреет слухи. Попытаться вразумить вожатую? Пробовал уже утром. Бесполезно. Забавно, но вся фантастичность нового мира вылилась в обычную бытовую ситуацию. В моем времени проблем бы никаких не было. Возраст согласия для подростков давно уже с шестнадцати лет. И на секс обычно закрывают глаза, но только защищенный. А у нас что? Советский союз с его старой моралью.

В нашем мире ну спал я с девушкой в одной постели почти голый, кого это волнует. А здесь нет, репутация.

Я встал и решительно направился обратно в лагерь. План еще до конца не созрел в голове, однако для себя я уже все решил.

В домике вожатой никого не было. Я начал рыться по шкафам и собрал в мешок спальник свою зимнюю одежду, фонарик кое-какие теплые вещи для Слави, которые смог найти.

Выйдя на улицу я нос к носу столкнулся с Алисой.

- В поход собрался?

- Да, в поход. - Уверено ответил я.

- Что же, удачи вам! - Она хитро улыбнулась и пошла дальше.

Быстрым шагом я направился в сторону медпункта. В конце концов обедать медсестра тоже ходит. Я засел в кустах и принялся ждать, пока она уйдет.

***

Время летело быстро. В голове окончательно прояснилось, мое решение было твердым.

Я не обдумывал свой план дальше побега вместе со Славей в лес. Главное что я действую не от кого не завися, а дальше будь сто будет. Наконец показалась медсестра.

Она осмотрелась, но не обнаружив меня закрыла медпункт на ключ и быстро пошла в сторону столовой.

Как только она скрылась за поворотом, я в несколько прыжков подскочил к окну и яростно забарабанил по стеклу.

Вскоре показалась Славя.

- Максим, ты что здесь делаешь? Тебе же нельзя...

- Как самочувствие?

- Хорошо... Но Ольга Дмитриевна сказала мне что еще день мне надо посидеть на карантине.

А мне сказала совсем другое.

- Вылезай. - уверено сказал я.

- Ты что? Зачем?

Испугано сказала Славя.

- вылезай! Потом все расскажу!

Она некоторое время внимательно смотрела на меня, потом без возражений открыла окно.

Я помог ей спрыгнуть на землю.

- И что дальше?

- Пойдем! - Я взял её за руку и направился в сторону леса.

Через несколько минут Славя остановилась.

- Максим, что мы делаем?

- А что такого? О нас в лагере знаешь какие слухи из-за вожатой ходят? Ты считаешь что все это правильно?

- Нет, но так будет только хуже.

- Почему же? Мы имеем право поступать так, как считаем нужным.

- Хорошо, но что дальше?

Вот об этом я не подумал.

- Смотри! - Я открыл сумку и показал ей вещи которые собрал в домике вожатой.

- И?

Славя вопросительно посмотрела на меня.

- не знаю... Дальше я не продумывал. Но мы можем переждать все в лесу. Здесь полно ягод и грибов. А костер их пожарить я разведу.

- Но ведь уходить так глупо, по детски!

- Если не хочешь... - она жалобно посмотрела на меня. - Я сделаю, как ты скажешь.

От этих слов у меня мурашки по коже побежали. Блин, что я действительно творю, вроде взрослый мужик, а веду себя как малолетка. Но вернуться в гудящий о нашем сексе лагерь было выше моих сил.

Как скажешь... Блин. Да что с ней такое? Неужели она в меня втюрилась? Раньше мне никто такого не говорил.

- В любом случае... Думаю сейчас это самое лучшее решение!

- Ладно...

Я расстелил спальный мешок на земле и мы сели на него.

- и что будем делать?

- не знаю... надо ягоды собрать. Ты знаешь поблизости полянки, да и грибные места стоит поискать. Только далеко не расходимся.

Интересно будут ли нас искать? Даже если и будут лес большой. Сразу не найдут.

Мы прошлись по лесу, собирая малину и землянику. Наелись до отвала ягодами, и Славя осталась сидеть на спальнике. А я пошел за грибами. Набрал немного подосиновиков и белых. Вернулся обратно и распалил костер. Нанизал грибы на ветки и почистив от грязи стал жарить.

Запах обалденый. Внезапно на полянке появилась Ульянка с мешком в руках.

- Ульна ты чего?

- Вот поесть вам принесла.

- но почему?

- потому что то это круто и вообще!

Девушка ушла, а я задумался как она нас так легко нашла. Блин запах жареных грибов.

Я об этом не подумал совершено. Ладно. Выветриться.

Мы сидели на спальнике и сосредоточено ели. Наконец я наелся, да и девушка по видимому тоже.

- Что теперь будем делать?

- Может, у тебя есть какие-то предложения?

- На счет чего?

- Ну, хотя бы как договориться с вожатой, чтобы она о нас слухи не распространяла.

- Не знаю... А ты уверен...

- Уверен! - перебил я девушку. - в конце-концов это акт протеста. - пусть она знает что нельзя нами... помыкать!

Похоже, сказал глупость. Если для вожатой я точно судя по её действиям был мальчиком на побегушках, то Славя...

- Ты смешной. Она тебя уважает. - девушка мило улыбнулась. - Можно же было просто подойти к нейц и поговорить.

- Да я ей пол ночи и утра пытался доказать что секса у нас не было. А мы просто грелись.

- Ну раз ты хочешь сидеть здесь и ждать то я согласна.

Славя внезапно рассмеялась.

- Что?

- Ничего... просто я сейчас похожа на принцессу, которую прекрасный принц похитил из замка злой колдуньи.

Я внимательно посмотрел на девушку. Хоть звучало и романтично, но мне показалось что славя говорит глупости.

Ну какой из меня принц.

Но вообще вожатая злая колдунья... - забавно.

- Да... аналогия прослеживается.

- У принцесс обычно не бывает выбора в таких ситуациях. - загадочно ответила Славя.

Выбора? Не может такого быть! Это у меня нет выбора только сидеть и ждать что меня выведут из Вирта в реальность. Надеюсь это не кома все-таки.

Разве Славя такая же? Примерная пионерка, умница, красавица.

Да у неё сотни, если не тысячи выборов. С другой стороны смена закончиться и вернется она в свой поселок в глуши.

Возможно сейчас такая ситуация о которой я мечтал всю свою жизнь. Такая умница не просто сидит рядом со мной, но и полагается на меня. Вот только хорошо это или плохо?

И что мне делать дальше? Я ведь не смогу поехать вместе с ней.

- Знаешь, возможно я был неправ.

Славя вопросительно посмотрела на меня.

- Мы действительно ничего не добьемся сидя здесь. Только подтвердим слухи. Это действительно глупо и по детски тут ты права.

- И что же тогда делать?

- Пойдем!

Мы встали, я засунул спальник в мешок, взял Славю за руку и направился в сторону лагеря.