# 5. Коснись теплом крыла моей души

Алексей Аkа Письменюк

5-й сборник стихов. Я хотел бы порезать змею, на кружки, будто режу колбаску. В зоопарке удавы теперь наблюдают за мною с опаской.

1. Дракон.


Один дракон ленивый,

Он не хотел летать.

Хотел он только кушать

И спать, спать, спать, спать, спать.


Ленился сей рептилий

Кого-то похищать,

Людей ловить и кушать,

Селения стращать.


Ленился он ночами,

Ленился даже днём,

Яриться и грозиться,

Пылать своим огнём.


И всё же один рыцарь

Убить его пришёл,

Но он дракона просто

В пещере

Не нашёл.


Искал его повсюду

Словами злыми звал,

А наш дракон ленивый

Визит этот проспал.


Под грудою щебёнки

Не слышно крик и звон.

Прекрасно на здоровье

Влияет крепкий сон.


2. Разговор с эхом.


- Будут ли Иран бомбить?

- Будем бить, будем бить.


- Почему, зачем и как?

- Просто так, просто так.


- Смысл какой сейчас напасть?

- Снести власть, снести власть.


- Ну а если там режим не падёт?

- Тогда друг наш США нападёт, нападëт.


- И не жалко вам погибших там душ?

- Но зато какой там куш, какой куш!


- Вам свои же говорят: "бомбам нет".

- Нам не слышно всё

за звоном

монет.

Вбомбим всë, чтобы вздохнуть не моги.


- Вот поэтому

повсюду

враги


3. Коснись теплом крыла моей души


Я видел, как куда-то солнце

По небу пьяное ползло

И безразлично вниз взирало

На всё творимое мной зло.


Я видел как закат скончался,

На небе полную луну,

Что безразлично наблюдала,

Как я опять иду ко дну.


Стояла ночь, светили звëзды,

Такие крошки при луне.

И ты опять ко мне сходила.

Ты приходила вновь ко мне.


Бежали мы, как будто ветер.

Стояли в поле как туман.

И до утра росой сочилась

Душа уставшая из ран.


Опять рассвет. И снова солнце

Иссушит слëзы и росу.

Но не исчезнет наша память

И то, что я внутри несу.


Ты погоди, родная, месяц -

Это всего лишь тридцать дней.

И вновь луна округлой станет

И ты придёшь ко мне за ней.


И снова кровь будет струиться

И превращаться в чистый свет,

И в воду, и в огонь, и в вечность,

И в бесконечность, и в рассвет.


И снова превратимся в ветер,

И в звёзд сиянье, и в туман.

И мир пред нами будет чистым,

Забыв про пошлость и обман.


И мир пред нами будет ясным,

Стоять без тайн, совсем нагим.

И мы стоять будем в обнимку.

И целоваться. Вместе с ним.


4. О верблюдах и львах.


Люди, которых мучает совесть,

Похожи весьма на верблюдов горбатых,

Навьюченных сильно поклажей тяжёлой,

Бредущих в песках от бархана к бархану.


Лишь изредка встретят оазис весёлый,

Где можно на время забыть о скитаньях,

Где можно забыть и о тяжести груза

Но только на время, на краткое время.


Другой величаво шагает по свету,

Похож он на льва с яркой рыжею гривой,

И чувства завидевших явно ласкают

И вид его смелый, и рёв горделивый.


Охотник и лидер. Повенчан на царство.

Склонятся пред ним все на свете народы.

Вот только по свету так гордо шагают

Нередко

без совести вовсе

уроды.


-----


Вместо послесловия.


В песках африканских

И люди бывают:

Верблюдов - заездят,

А львов - убивают.


5. Сказка на ночь.


Чтобы ребёнок мой спал очень крепко,

Я расскажу то, что вычитал в книжке:

Лапа кошачья с большими когтями

Снится ночами маленькой мышке.


Снятся бизонам лихие ковбои

И китобои-японцы китёнку.

Злые охотники, тысячи копий

Снятся где-то во льдах мамонтёнку.


Снятся деревьям яркое пламя,

Засуха, штормы, топор дровосека.

Снился, быть может, и дронтам когда-то

У побережья корабль человека.


Рыбкам в морях снятся пасти акульи

И рыболовные частые сети.

Спи, мой малыш. Пусть ты ночью увидишь

То же, что прочие разные дети.


6. Пекинское


Ночь, жара, везде китайцы, стрекотание цикад. Окружает тут Храм Неба можжевеловый парк-сад.


Стены круглые, ворота, галереи, алтари. Нет тревоги, нет заботы под деревьями внутри.


Надо мной летают мышки. Котики лежат у ног. А снаружи где-то пробки, шум от множества дорог.


Там за стенами столица, многотысячный Пекин. Здесь же сон чудесный снится. И я снюсь всем. Вместе с ним.


7. Белая медведица


Белая медведица под твоим окном

в гости очень просится, чтобы ом-ном-ном.


Воет она горестно о своей судьбе - дверь закрыта накрепко, не попасть к тебе.


В рёве её слышится дикая тоска: пожалей зверушечку, не жалей мяска,


Печень, селезёночку, руки, две ноги, попу, шею, лёгкие, вкусные мозги.


Вот уж в окна ломится и ревёт на бис: "Где же вы, экологи? Где же ты, Гринпис?"


Белая медведица под твоим окном

очень в гости просится, чтобы ом-ном-ном.


8. Бэйдайхэ


Ночь к лицу городам у моря: меньше шума и суеты.

Только ночью с тобою город может быть, наконец, на ты.


9. Виса


Есть в лесу, что растёт у моря,

Озерцо в самом сердце чащи.

Говорили: единороги

Там оленей бывают чаще.

Лунной ночью они танцуют

И сверкают, как звёзды выше.


Но не хочет рыжая дева

О них вису сегодня слышать.


Есть в горах, где на склонах сосны,

Где таится незримо злато,

Замок древний. Его извечно

Охраняет дракон крылатый.

Спит сей змей посреди сокровищ:

На полу жемчуга, каменья...


Только выслушать вису эту

Нет у девы сейчас терпенья.


А в стране, где мороз и стужа,

Посреди и снегов, и льдинок,

Зверь чудесный ночами бродит

Красивее любых картинок:

Белым цветом сияет шёрстка,

Как алмазы горят копыта.


Только дверь в домик девы рыжей

Этой висе сейчас закрыта.


Я сижу у костра сегодня,

День как дым в поднебесье тает,

Меч уставший скучает в ножнах,

Тихо флейта в руках играет.

В такт качаются ветви сосен,

Звёзды спят и почти не дышат.


Если дева не хочет висы,

Пусть же звери лесные слышат.


Пусть подходят к костру неспешно:

Первый зверь - с ярко-белым рогом,

И второй, что дракон небесный,

И последний, стиха итогом.


10. Каждая пуля похожа на минус.


Каждая пуля похожа на минус,

На иглы зла, чем играются черти,

На металлический сперматозоид,

Жадно стремящийся к чьей-нибудь смерти.


Знаешь, непросто родить человека.

Много сложнее поставить на ноги,

Выучить, вырастить, мягко направить,

Чтоб впереди расстилались дороги.


Чтобы он строил прекрасное завтра,

Чтобы мы знали прекрасно далёко.

Только вот смотрит в прицел непрестанно

Чьё-то багровое злобное око.


Каждая пуля похожа на минус,

Каждая пуля как семечко смерти,

Каждая пуля - возможная точка,

Смятый финал в чьём-то концерте.


Каждая пуля - лишение планов,

Каждая пуля - фальшивая нота.

Каждая пуля это возможность,

Чтоб потерять снова важное что-то.


11. Достоевский.


У Достоевского не все дома -

Его Маша опять в отлучке,

Ибо Фёдор на той неделе

В казино проиграл получку.


У Достоевского протекла крыша

Моросят по столу дождинки.

Только денег, опять же, нету

Вызвать мастера для починки.


И чердак у него не в порядке.

Эх, убраться бы там, ей Богу!

Но на сдачу его романа

Дней осталось совсем немного.


Достоевский сидит, нахмурясь,

Боль терзает на месте зуба,

Что утерян был им намедни,

Когда Фёдор вдруг рухнул с дуба.


12. Серебро окрасило бороду.


Серебро окрасило бороду,

Бес толкает меня под ребро.

Ох, насколько ж тебе, нечистый мой,

Тут со мною не повезло.


Ты на что вообще надеялся?

На обжорство и на разврат?

Так к чему они, если слышу я

Звук трубы у небесных врат.


Может зависть хотел вдруг вызвать ты?

Может алчность? Да, чёрт с тобой.

Мне достаточно, что имеется,

Я доволен своей судьбой.


Нет мне повода сильно гневаться,

Нет причин задирать свой нос.

В то, что лучше я, мне не верится.

Я ведь помню, каким я рос.


Нет причин мне впадать в уныние,

Греет душу мне каждый день,

Я люблю и весну, и солнышко,

И мороз, и ночную тень.


Серебро осветлило бороду,

Бес толкает меня под ребро.

В небе ясном сейчас ни облачка

И на сердце светлым светло.


13. Обсуждение с женой пользы книг Достоевского


- Чем поможет тебе Достоевский,

Хоть и классик литературы,

Если ночью в Челябе встретишь

Пацанов у Дворца Культуры?


- Достоевский писал обильно,

Томик, словно утюг по весу:

Пацанов приложи им сильно,

Приоткрой им культур завесу.


Ну а если какой пацанчик

На тебя вдруг откроет рот,

Покажи ему на обложке

Ты название: 'Идиот'.


Если парни тогда испугаются,

Разбегутся тобой ущемлённые,

Покажи им скорей вдогонку ты

'Униженные и оскорблённые'.


Если парни тебя сильнее,

Есть другое тогда название:

Как мы знаем роман отличный

'Преступление и наказание'.


14. Я малевал вчера Челябинск


Я малевал вчера Челябинск,

Пустые без людей дворы,

Пустые площади и скверы

Среди полуденной жары.


Ряды пустых многоэтажек

С глазницами пустых окон,

Похожими на мой кошмарный

Приснившийся когда-то сон.


С картины будто бы сочился

Кровавый мерзко-липкий пот,

И я уже почти смирился,

Что всë таким станет вот-вот.


Но что-то всё же шевельнулось,

Внутри, на самой глубине,

И этой малости хватило,

Чтоб сжечь рисунок тот в огне.


Горели краски ярко-ярко,

Дарили радость и тепло,

И грудь ножом пронзило чувство,

Что я живой всему назло.


Я вышел в дождь, повсюду лужи,

Улыбок нет, кругом зонты,

А я едва не захлебнулся

От несказанной красоты.


Повсюду жизнь, повсюду люди,

Спешат машины и коты,

И мне спешить под вечер можно

Туда, где будешь

Снова

Ты.