# Жестокие дела

Олег Павлович Рыбаченко

Зоя и Виктория сразу же узнали в этом рельефном мускулами мальчишке Владислава Крапивина, и с воем обратились к Чернобогу:


- Что вы делаете темнейший?


Повелитель Гипервселенского зла мягко ответил:


- По вине этого мальчика, вы не можете продолжить воевать в этой вселенной и обеспечить победу СССР! - Глаз Чернобога стал строже. - Согласитесь это достаточно серьезное преступление, что за него и сварить живем в масле мало!


Зоя умоляющим тоном произнесла:


- Но ведь это невольное прегрешение величайший!


Чернобог молодецким тоном ответил:


- За нечаянно бьют отчаянно! Поверьте, с этим пацаном поступили еще предельно мягко!


Гоблины встали по краям привязанного Владислава. Мальчишка был почти совсем нагой, в одних плавках и мышцы вздулись от весе прикованной к ногам штанги. Пашка усомнившись, спросил:


- А в чем его вина?


Король надменно ответил:


- В том, что из-за него Советская Россия упустила свой крупный шанс на спасение!


Пашка тихо спросил у Владислава Крапивина:


- Это правда!


Разрываемый дыбой на части мальчишка проскрежетал зубами:


- Да! Я виноват!


Последовал лаконичный приказ монарха:


- Бить!


И гоблины со всего размаха врезали цепями по голой спине пацана. Кожа лопнула, и лицо Владислава Крапивина залилось алым цветом. Но мальчишка, стиснув челюсть и содрогнувшись, выдержал и не исторгнул крик. А гоблины продолжили с холодной яростью порку. Они лупили со всего размаха, и уверенно рассекали у пацана шкуру.


Пашка отдал должное, несмотря на дикую боль, Владислав Крапивин не кричал, а лишь тяжело дышал. Хотя пытка усиливалась. Цепи на пластиковой рукояти стали нагреваться, и краснеть. Так что теперь каждый новый удар, не только рассекал кожу, но жег её в месте мясом.

По помещению разнесся сильный запах жареного мяса. Боль была чудовищной. У Владислава вылезали глаза из орбит, а лицо стало синим, из горла текла кровь, но все равно титаническим усилием воли он сдерживал готовый вырваться из глотки рев. Чувствовалось, что этот мальчик прошел жестокую. школу, в том числе и в мире звездных, космических войн. Владислав представлял себе, что его хлещут веником в жаркой бане и становилось намного легче.