# Добро пожаловать в Канаду!

Сергей Николаевич Синило

Фантастический рассказ, О людях, о добре и зле. О том, что нужно ценить хорошего, доброго и трудолюбивого человека. Продолжает по идее рассказ "Воровство".

Добро пожаловать в Канаду!


Дмитрий Васильевич закрыл капот, и устало присел на деревянный стульчик, который стоял у машины. Ремонт был закончен. Ауди 1997 г. выпуска, почти новая по нынешним временам была заново покрашена в модный теперь серебристый цвет, двигатель был перебран и отрегулирован. Это заняло два дня, но на машину теперь было приятно посмотреть. Что-то хищное просматривалось в ее профиле. Дмитрий Васильевич посмотрел на часы - полшестого. Скоро пора и домой. Однако сегодня у него предстоял разговор с Анатолием, владельцем автомастерской и заправки, и разговор крайне неприятный. Хотя возможно он сегодня и не приедет. Рабочие за глаза называли его Толькой, но в личном разговоре можно было обращаться только на вы и Анатолий Альбертович, иначе вылет с работы в 5 минут был обеспечен.

Хлопнула входная дверь и раздался крик Андрюха, твою дивизию, ты чего баллон тут кинул? Хочешь, чтобы я тут навернулся?. Пришел все-таки, - подумал Дмитрий Васильевич. Теперь уже разговора не избежать. И так почти неделю откладывал, на что-то надеялся.

В мастерскую зашел Толик. В своем обычном прикиде а-ля деловой человек. На нем не было ни малинового пиджака, ни золотой цепи на шее. Он был одет в стандартную кожаную куртку, черные брюки, на левой руке поблескивал браслет SEIKO. Стрижка короткая, но не слишком. Пахнет каким-то одеколоном, но явно, что не тройным.

- Ну шо, Дыма, с Ауди закончил? - спросил Толик, не удостаивая Дмитрия Васильевича взгляда, и смотря в упор на Ауди, как бы стараясь сквозь капот узреть все недоделки. Хотя Толик был на 12 лет моложе Дмитрия Васильевича, именовал он его только по имени, и то, искажая его - Дыма.

- Да, только что. Можно отдавать.

- Гут (Толик мнил себя большим знатоком иностранных языков, хотя в действительности знал только десяток слов из каждого). Завтра один крендель Альфа-Ромео подгонит, говорит - коробка скоростей барахлит. Займешься.

- Анатолий Альбертович, я хотел бы с вами поговорить насчет зарплаты...- начал Дмитрий Васильевич.

- Шо? Какая зарплата?

- Моя зарплата, за три месяца уже.

- Ну и? Я сказал - будет. Как бабки появятся - дам. Пока нет ничего.

- Анатолий Альбертович, мне семью кормить нужно и ездить на работу не на что.

- Ну и шо? Пешком ходи, гы-гы-гы, - рассмеялся в своем стиле Толик. Он знал, что Дмитрий Васильевич живет на Балашике, что в 15 километрах от автозаправки.

- Анатолий Альбертович, у меня вообще денег нет, даже завтра не на что будет приехать.

Толик нахмурился, и, захватив правой рукой браслет своих SEIKO, стал их крутить на запястье. Это означало, что он крайне раздражен и сейчас последует взрыв.

- Ты шо, шантажировать меня вздумал?! Шо я тебе - мальчик? Думаешь ты такой незаменимый нашелся? Да таких как ты тут тыщи, стоит только свиснуть. Пшел вон отсюда, и чтобы я тебя здесь больше не видел! Андрюха!

Из подсобки выглянул Андрюха, или, как он гордо себя называл мэнэджер.

- Слышь - этот кадр здесь больше не работает, понял? Пусть забирает свои вещички и катится. Найдешь ему замену. Понял?

- Понял, Анатолий Альбертович.

Дмитрий Васильевич зашел в подсобку, не торопясь переоделся. В груди все колотилось. Он сунул халат и старые туфли в полиэтиленовый пакет, и вышел на улицу. У заправки стояли Толик и Андрюха. Они о чем-то спорили, а когда Дмитрий Васильевич проходил мимо, как по команде замолчали. Толик смотрел на Дмитрия Васильевича с ухмылкой. Дмитрий Васильевич посмотрел ему в глаза и понял - Толик ждет, что он начнет сейчас извиняться, просить оставить его на работе. Конечно, можно было перебороть себя и пойти на поклон к этой сволочи. Он бы поиздевался бы с полчаса, а потом, изобразив внезапное благородство, оставил бы его на работе. А через неделю может, и дал бы денег. Не все конечно, в лучшем случае треть месячной зарплаты. Однако это взгляд, этот хамский взгляд выводил Дмитрия Васильевича из себя. Он остановился, повернул голову к Толику и Андрюхе и сказал спокойно и тихо:

- Сволочи вы, самые последние сволочи, - и пошел дальше.

- Ты что сказал, п**ла? Ты знаешь на кого наехал?! Да я тебе лично морду сейчас набью за такие слова, - начал срываться на крик Толик.

- Анатолий Альбертович, не стоит он того, черт с ним, пусть уходит, - вмешался Андрюха.

Всем было видно, что Толик и не думал лезть в драку, так, показать себя только хотел, а Андрюха ему тонко подыгрывал (за то его Толик и держал, что желания хозяина умел тонко угадывать).

А Дмитрий Васильевич пошел, сутулясь, к трамвайной остановке.


Трамвай был, как всегда, забит. Дмитрий Васильевич с трудом пробился в салон. Ехать предстояло долго, минут 40. В салоне было полно народу. Пенсионеры, рабочие с заводов, дети. Кто-то пьяным голосом тянул какую-то песню. Дмитрий Васильевич взялся за поручень и отключился. Для него это было уже давно не проблема. Вокруг него могли проходить люди, кто-то громко говорит, кто-то спорит с кондуктором. А он, невидящим взглядом смотря в окно, думал о чем-то своем.

Ему было 41 год. И еще не старый, до грошовой пенсии еще пахать и пахать. Когда развалился союз, ему было 31, уже родились дочь Антонина и сын Валерий. Он работал в НИИ, которое занималось разработкой новых стиральных машин. Он работал там инженером. Однако после развала довольно скоро институт стало лихорадить. Цены росли, а зарплата росла не так быстро, как цены. А ее, к тому же, и задерживали месяцами. Институт находился в центре города и очень скоро директор сдал одно помещение какой-то фирме, которая ввозила подержанные иномарки. Потом еще две лаборатории другой фирме. Одна за одной лаборатории закрывались, а сотрудники увольнялись. Так уволили и Дмитрия Васильевича. Затем пошла огромная череда самых разнообразных работ и подработок. Он стоял за лотком, работал в киоске, работал каменщиком, штукатуром, пару лет проработал ночным сторожем. Дмитрий Васильевич начал помогать своему бывшему коллеге по работе, который стал ремонтировать в своем гараже машины. Там он многому научился. И вот - его последняя работа - в автомастерской при бензозаправке. Сначала Толик платил зарплату регулярно, хоть и вел себя по-хамски. Но последний год платить он стал уже меньше и нерегулярно.

Так, задумавшись, Дмитрий Васильевич доехал до своей остановки, вышел, и пошел домой. Дома его встретила жена Нина. Она ничего не спросила, но вопросительно посмотрела на него. Они сидели почти без гроша, только на ее учительскую зарплату, которую пока что еще платили без задержки.

- Говорил я с ним, а он меня выкинул, - отвечая на ее немой вопрос, ответил Дмитрий Васильевич.

- И ничего не заплатил?

- Нет, да и не заплатит. Я его сволочью назвал, не выдержал. Ты же знаешь - я там по ведомости копейки получаю.

Нина кивнула головой и пошла на кухню. Его жена обладала каким-то нерусским спокойствием и уравновешенностью. Она никогда не жаловалась и не спорила, хотя умела отстоять свою точку зрения. Несколько лет тому назад Дмитрий Васильевич смотрел по телевизору какой-то японский фильм. Там жена самурая спокойно стояла за мужем, когда тот отбивался от напавших разбойников. Когда самурая убили, он наклонилась к нему, поцеловала его и вытащила из своей одежды короткий кинжал. Затем, встав на колени, она подняла лицо к небу и, через мгновение, вонзила кинжал себе в горло. И все это время выражение ее лица оставалось спокойным и полным какой-то внутренней силы и уверенности. И тогда Дмитрий Васильевич подумал, что такое же выражение лица у его жены. Японка она у меня, подумал он тогда, но так ничего жене не сказал, боялся обидеть. Глаза у нее были немного раскосыми, ее прадедушка был уйгуром.

- Иди есть, ужин стынет, - сказала Нина.

Дмитрий Васильевич переоделся и пошел к столу. Молча они поели. Ужин был нехитрым. Картофельный суп с домашней лапшей, на второе - картошка-пюре.

Дверь открылась и в квартиру вбежала их дочь Антонина.

- Папка пришел! Па, а я сегодня пятерку получила! - похвасталась она.

- Молодец ты у меня, Антошка. По пению, наверное?

- Нет, по математике, - обиделась дочь.

- Ну тогда дважды молодец.

- А где Валера? - спросил Дмитрий Васильевич у жены.

- На тренировке, сегодня же пятница.

Да, он и забыл. Их сын по вторникам и пятницам ходит в секцию на хоккей. Мечтает стать нападающим, но ставят его пока только в защиту, правда хвалят. Итак, нужно опять начинать все заново. Искать работу. В их городке это было нелегко. 50 лет назад здесь построили химкомбинат и он стал, как теперь говорят, градообразующим. Комбинат, фактически, прекратил работу еще пять лет тому назад, хотя считается, что он временно остановлен. Несколько тысяч рабочих все еще ходит на работу, непонятно чего ожидая. Наверное - чуда, потому что ни на что другое надежды уже не было. Из оборудования уже украли все детали из цветных металлов. Работу в городе найти было очень трудно. Многие уже уехали, и количество населения сократилось вдвое, хотя еще 10 лет тому назад в городе жило почти полмиллиона жителей. Дмитрий Васильевич уже думал о том, чтобы переехать, только где взять деньги на это? Продать квартиру? Так ведь пустых квартир вокруг полно и продать ее можно только за бесценок. Да и куда ехать?

Впереди еще суббота и воскресенье, а потом с понедельника нужно начинать искать работу. Может стоит пока продать кое-что из вещей, подумал Дмитрий Васильевич. Нужны деньги. На еду, на одежду детям, за квартиру не платили уже полгода. У него в шкафу лежал фотоаппарат Киев с несколькими сменными объективами. Когда-то он увлекался фотоохотой, даже несколько раз его фотографии печатали в местной газете. Хотя было очень жаль продавать этот фотоаппарат. Им он снимал и Нину, как только они познакомились. Он снимал ее и во время их медового месяца, когда они поехали в Крым дикарями. Антонину-Антошку и Валеру он также снимал этим фотоаппаратом. Жалко. Хотя в принципе - это все же вещи, главное память человеческая. Из нее уже не сотрешь ничего.

Затем пришел Валера. Дмитрий Васильевич и Нина не сговариваясь, не сказали детям, что их отец уволен. Субботу и воскресенье они провели вместе. Они гуляли в лесу, который рос невдалеке, собирали грибы. Дмитрий Васильевич захватил с собой фотоаппарат и снимал детей, жену, осенние желтые листья. Кто знает, когда еще получится в следующий раз снимать, подумал он, доставая из шкафа Киев и резервную пленку.

В понедельник с утра он поехал в центр, зарегистрировался на бирже труда. Однако уже по лицу сотрудницы было видно, что найти работу через госучереждение было дело безнадежное. Дмитрий Васильевич зашел к двум знакомым, которые работали, и просил их узнать насчет работы. Один из знакомых сказал, что может штукатур скоро понадобится. И то хорошо.

Затем он пошел домой, благо недалеко. Дошел до дома, поднялся на свой этаж и стал открывать дверь. В это время в квартире напротив раздался дикий крик, потом пьяный голос закричал Ты где поллитру заныкала?. Дмитрий Васильевич поморщился. В соседях у него был Михаил, или как его называли дружки - Миха. В советское время он работал на химкомбинате. Работал плохо, но его все же не увольняли. Довольно часто он выпивал, или, вернее сказать, напивался до чертиков. Потом, уже после распада Союза его уволили и он запил горькую. Стал носить из дому вещи на продажу, жена боролась с ним, да потом взяла детей и уехала к себе на родину, куда-то в Белоруссию. И вот теперь Миха жил один. Днем он ходил по улицам, собирал бутылки, картон, потом сдавал все это и на вырученные деньги покупал водку и кое-какую закуску. Часто его мучили кошмары. Он звал свою жену, ругал ее последними словами. В общем, был далеко не самым приятным соседом.

Дмитрий Васильевич зашел в квартиру, разделся. Поставил на газовую плиту чайник. В комнатах было довольно холодно, всего 15 градусов тепла. Хотя на улице было уже около нуля - отопление еще не включили. Да и толку от него было мало, грело еле-еле. Горячей воды не было уже четыре месяца, в котельной был какой-то очередной ремонт.

Дмитрий Васильевич налил себе чаю и сел за стол. В этот момент в дверь позвонили. Принесло нелегкая кого-то, подумал он. Наверное Миха пришел, денег на чекушку просить. Дмитрий Васильевич подошел к двери и открыл ее. На пороге стоял высокий человек, лет 35-ти, в строгом сером костюме, с галстуком. В руках он держал довольно увесистую кожаную папку.

- Добрый день.

- Добрый день, - ответил Дмитрий Васильевич. - Если вы предлагаете что-то на продажу, можете не стараться.

- Нет, - ответил незнакомец. - Я ничего не продаю, а пришел к вам лично, Дмитрий Васильевич, с одним предложением.

- И с каким это предложением? - заинтересовался Дмитрий Васильевич, не обратив внимания на то, что незнакомец назвал его по имени-отчеству.

- Интересным, но я могу к вам пройти? Не на лестничной площадке с вами же общаться. Я могу вам показать свои документы, если вы хотите.

- Хмм, проходите, только на кухню, у нас в комнатах не убрано, сказал Дмитрий Васильевич. - Да, а откуда вы знаете мое имя и отчество?

Незнакомец вошел в квартиру, прошел на кухню, сел на стул и положил папку на стол. Он открыл тяжелую металлическую застежку, открыл папку и вытащил оттуда плотный лист бумаги.

- Вот у меня все ваши данные. Горлач Дмитрий Васильевич, 1950 г.р., родился, учился, служил и все остальное....Дмитрий Васильевич, у меня к вам есть очень интересное предложение. Вы никогда не думали об иммиграции?

- Иммиграции? Нет. Да и куда?

- Ну, например в Канаду.

- В Канаду? Да нет, вас, наверное, неправильно проинформировали. Я русский, инженер, вернее был им. Денег на иммиграцию нет, да и на прожитье с трудом хватает, какая там иммиграция?

- Уважаемый Дмитрий Васильевич. Дело в том, что я представитель канадского государственного иммиграционного бюро. Ровно полгода назад канадское правительство приняло решение о том, чтобы впустить 500 тысяч иммигрантов. И...

- Шутите? И вы пришли меня персонально пригласить? Да никогда не поверю! Да вы только границы откройте и вам любые поедут и не 500 тысяч, а миллионы!

- Уважаемый Дмитрий Васильевич, прошу вас внимательно меня выслушать. Нам, т.е. государству Канада ЛЮБЫЕ, как вы заметили, не нужны. Нам нужны работящие, честные, законопослушные граждане. А вот их найти не так уж легко. Но я вижу, вы все же мне мало верите.

- Да, честно говоря - вы слабо на канадца похожи.

- Может потому, что я украинец? Я гражданин Канады всего четвертый год. Вот мой паспорт, вот моя визитка, вот канадские водительские права.

Дмитрий Васильевич взял протянутые ему документы. Конечно, он не знал, как выглядит настоящий канадский паспорт. Но все документы были очень похожи на настоящие. Паспорт с кленовым листом на обложке. Внутри запечатанная в пластик фотография. Английскими буквами было написано Alexey Dopinsky. Водительские права также выглядели вполне убедительно.

- Допустим я вам поверил, но все же - почему вы выбрали меня? И что вы предлагаете?

- Я выбрал вас совсем не случайно, как вам кажется. У меня есть очень много информации о вас, вашей жене. Вот, тут указано, что у вас четыре авторских свидетельства, на изобретения в области электроники. Вы закончили институт с отличными оценками, ваша жена также отличный специалист. Не были судимы, были дружинником. Так что - мы далеко не всем предлагаем ....

- А что собственно вы предлагаете? Иммиграция - это как-то обобщенно.

- Да вот, пожалуйста, наш типовой договор. Прочтите.

Дмитрий Васильевич взял договор в руки и начал читать. В нем довольно простым языком сообщалось, что канадское правительство предлагает переселиться в Канаду на следующих условиях.

1) Авиабилеты и расходы по переезду берет на себя правительство Канады, однако, не более 3 тысяч американских долларов на человека.

2) Переселенцы обеспечиваются комфортабельным жильем и за счет государства в течение полутора лет изучают английский (или французский) язык. Государство же обеспечивает переселенцев деньгами на питание и одежду. Дети переселенцев обучаются также за счет государства.

3) Любой переселенец при его желании получает обратный авиабилет на первоначальное место жительство, если ему не понравилось в Канаде.


- Выглядит все конечно заманчиво, однако..... - начал Дмитрий Васильевич.

- Вам нужно подумать? - продолжил фразу незнакомец.

- И это тоже.

- Тогда я оставлю вам наш договор. Ваша фамилия, фамилия вашей жены и детей там уже вписана. Подумайте. Для того, чтобы выехать - вам нужны загранпаспорта.

- Но у нас их нет, - сказал Дмитрий Васильвич и подумал Ну, вот и комбинация прорисовывается, сейчас будет деньги на загранпаспорта требовать, а потом только его и видели.

- Я знаю. Вот вам двести долларов, - незнакомец вытащил портмоне и достал оттуда две бумажки по сто долларов. - Это на оформление загранпаспортов.

- А если мы не согласимся?

- Вернете их по этому адресу, - незнакомец протянул свою визитку.

- А вы не боитесь, что я эти деньги просто потрачу. Расписки не нужно?

- Нет, дорогой Дмитрий Васильевич, я потому к вам и обратился, что знаю, что вы человек честный. Подумайте, если решитесь - позвоните мне и просто скажите, что вы согласны и идите оформлять загранпаспорта. Не забудьте вписать туда детей. Потом позвоните мне. Мы подпишем договор и вы отправитесь в Канаду.

- Все это настолько неожиданно и я не знаю..., - сказал Дмитрий Васильевич.

- А я вас не тороплю. Подумайте - неделю, две. Посоветуйтесь с женой.

Незнакомец встал, закрыл папку.

- Итак, решайте сами.

- Хорошо, - ответил Дмитрий Васильевич. - Мы подумаем.

Незнакомец подошел к двери. Дмитрий Васильевич открыл ее и незнакомец вышел из квартиры.

- До свидания, - сказал он.

- До свидания.

Незнакомец пошел вниз по лестнице.

- На лифте, вы на лифте езжайте! - спохватился Дмитрий Васильевич.

- А он не работает, - сказал незнакомец уже с площадки следующего этажа и пошел дальше.

Дмитрий Васильевич нажал кнопку лифта, но не услышал привычного гула лифта . Странно, подумал Дмитрий Васильевич, он даже не нажимал кнопку. А я ведь только что приехал на лифте, он позвонил буквально через пару минут. Неужели за те две минуты лифт отключили?.

Хотя лифт отключали часто, и приходилось подыматься на одиннадцатый этаж пешком.

Дмитрий Васильевич вернулся в квартиру и закрыл дверь. Он пошел в кухню, сел за стол. На столе стояла чашка с давно остывшим чаем. Странный гость, - подумал Дмитрий Васильевич, и деньги дал. Дмитрий Васильевич взял со стола одну из стодолларовых купюр и посмотрел на свет. Все водяные знаки и запрессованная полоса были на месте.

Дмитрий Васильевич задумался. Он никогда не думал о том, чтобы уехать из страны. Он знал, что уже прошли времена, когда всех, бежавших из социалистического лагеря, принимали с распростертыми объятьями. Теперь в каждом въезжающем видели представителя русской мафии, или, по крайней мере - крайне нежелательного субъекта. Несколько знакомых Дмитрия Васильевича ездили в Западную Европу на заработки, но только как сезонные рабочие - собирать яблоки, землянику. Трудно было поверить, что такое благополучное государство, как Канада захотело вдруг принять такое большое количество иммигрантов. Наверное, это все же был жулик - подумал Дмитрий Васильевич, только какой очень хитрый. Потребует денег на втором этапе. Только я на это не куплюсь. Но с женой все же нужно поговорить.

Вечером пришла Нина. Она выложила покупки на стол и в холодильник, и устало присела в кресло. Она часто задерживалась в школе. Учительской зарплаты не хватало, и она проводила дополнительные занятия с отстающими учениками за отдельную оплату. Дмитрий Васильевич помог ей начистить картошку, затем пришли дети. Они поужинали все вместе. Только потом, дождавшись пока дети пойдут гулять на улицу, Дмитрий Васильевич рассказал о необычном визите. Жена выслушала его, не проронив слова, затем сказала:

- Деньги, наверное, фальшивые.

- Да не похоже, вот, посмотри сама.

Она долго рассматривала купюры, затем читала договор. Они долго сидели и обсуждали предложение. Они оба были готовы уехать хоть сегодня. Однако все это выглядело слишком невероятно. Наконец они решили предварительно проверить деньги и узнать побольше о фирме, которая направила незнакомца.

На следующий день Дмитрий Васильевич пошел в отделение Сбербанка на углу. Там же была обмен валют. Дмитрий Васильевич был так когда-то и видел, что они проверяют каждую купюру на ультрафиолетовом излучении. Он подошел к окошку и, протягивая купюры, сказал.

- Проверьте, пожалуйста, купюры. Я не уверен - настоящие ли они.

Девушка-кассир посмотрела купюры на свет, затем, развернув их веером, подставила их под ультрафиолетовые лучи.

- Нормальные у вас доллары, гражданин. Так что - менять будете?

- Хмм, да, наверное, меняйте.

Выйдя на улицу, Дмитрий Васильевич несколько минут стоял у входа и думал. Затем он направился к остановке автобусов. Через двадцать минут он был уже в центре города и искал адрес, указанный на визитке незнакомца. Офис фирмы находился в самом центре города, в помещении бывшего обкома, на втором этаже.

Дмитрий Васильевич подошел к дверям фирмы и дернул за ручку. Дверь не открылась, однако тут же заговорил повешенный рядом домофон:

- Пожалуйста, назовите себя.

Дмитрий Васильевич назвал свою фамилию, имя и отчество. Домофон молчал с пол-минуты, затем оттуда донеслось Входите, пожалуйста и в двери что-то щелкнуло. Дмитрий Васильевич потянул за ручку двери и, на этот раз, дверь открылась.

Фирма занимала семь комнат. У двери сидел охранник. Дмитрий Васильевич, подошел к нему, не зная, что ему говорить и полез в карман за визиткой. Но охранник его перебил:

- Пятый кабинет, пожалуйста.

Дмитрий Васильевич пошел по коридору. В помещении было сделан евроремонт, на дверях были прикреплены металлические, отполированные до блеска, цифры. Он остановился перед дверью с цифрой пять и постучал.

- Войдите, - ответил ему из-за двери знакомый голос.

Дмитрий Васильевич вошел. В комнате за столом сидел его незнакомец.

- Добрый день, Дмитрий Васильевич. Рад вас видеть. Итак, вы уже приняли решение.

- Да нет, я еще пока думаю.

- Что ж, думайте. Да, хотел вам позвонить. Дело в том, что в ОВИРе документы оформляют довольно долго. Но у них есть упрощенный и более быстрый вариант оформления. Так что, если вы согласитесь - вам лучше оформить документы побыстрее. Хорошо?

- Да, я понял.

- Подождите, вот возьмите эти буклеты. Там подробно расписан наш договор.

- Спасибо. Я пойду.

- До свидания!

- До свидания!

Дмитрий Васильевич вышел из здания и шел по улице, задумчиво смотря себе под ноги. Неужели, и правда все по-настоящему?- подумал он.


Вечером он и жена долго разговаривали об этом. Затем позвали детей. Нина начала первой.

- Детки, мы с папой хотели бы знать, не будете ли вы против, если мы переедим в другое место?

- В другой город, - спросила непоседа Антошка.

- Нет, рыбка, в другую страну.

- Что, серьезно? А куда? - пропела нетерпеливая Антошка.

- В Канаду, но это пока еще не точно.

- Правда, па? - спросил Валерий. - В Канаду, там где Торонто майпл ливз?

- Да, да, но мы только собираемся.


Дети сразу согласились. Валера уже видел себя настоящим профессиональным хоккеистом. Но родители попросили их пока об этом никому не говорить.


Следующие два дня Дмитрий Васильевич был занят оформлением загранпаспортов. Все сфотографировались на паспорт, нужно было заполнить кучу документов. В ОВИРе обещали оформить только за два месяца, однако указали, что их коммерческое подразделение может сделать это и быстрее, за две недели. Дмитрий Васильевич наконец-то собрал все документы, сдал их, заплатил, и вся семья стала ждать. От двухсот долларов еще кое-что и осталось. Через неделю Дмитрий Васильевич с женой съездил в офис фирмы. Он, а потом жена, долго читали договор, искали какие-то скрытые пункты. Однако все было очень просто написано и исключало другое прочтение. Они подписали договор, после чего им были вручены пятьсот долларов. Сотрудник фирмы попросил их позвонить, когда они получат загранпаспорта на руки.


Через две недели они получили загранпаспорта и завезли их в фирму. Паспорта взяли и выдали расписку. Сотрудник сообщил, что им придется подождать неделю, пока в канадском посольстве будут впечатаны в их паспорта визы на въезд. Всю эту неделю Дмитрия Васильевича мучила мысль, что теперь под их паспорта будет открыта какая-то фирма-однодневка. Однако слишком уж это было фантастично - потратить такие деньги ради того, чтобы получить паспорт, который можно было и просто украсть.

Ровно через неделю им позвонили и сообщили, что все в порядке и поинтересовались, сколько времени им нужно на упаковку вещей. Дмитрий Васильевич ответил, что дня три.

- Тогда мы заказываем на пятницу билеты для вас на самолет на Канаду.

- Что, так быстро?

- Вас это не устраивает? Мы можем перенести вылет и на позднюю дату.

- Нет, все в порядке.

- Тогда наш сотрудник завезет завтра вам билеты. За четыре часа до вылета за вами приедет автобус.


Три дня вся семья упаковывала вещи. Авиабилеты уже лежали на столе в прихожей. Было очень трудно выбрать самые дорогие вещи. Дорогие не по денежной стоимости, а дорогие по памяти. Дмитрий Васильевич долго думал, стоит ли брать с собой старый фотоаппарат. Если все в Канаде получится, можно будет купить и "Canon" и "Nikon". Однако было как-то обидно оставлять его в пустой квартире. Наконец пришла пятница. Во двор дома с трудом заехал огромный автобус Mercedes. Семья попрощалась с соседями, погрузили вещи в багажник и зашли в салон. Там уже сидело около тридцати человек, молодые и старые, несколько детей. Одно лицо показалось Дмитрию Васильевичу знакомым.

- Павел Андреевич, это вы? - спросил он, подойдя поближе.

- Да, а вы тоже едите? Садитесь рядом.


Они сели. Павел Андреевич работал когда-то вместе с ним в НИИ. Они разговорились. История Павла Андреевича ничем не отличалась от его истории. Постоянный временные подработки, визит представителя канадской фирмы. Что будет в Канаде, как все обернется. Пока они разговаривали, автобус заехал еще по нескольким адресам, и вскоре автобус был почти полон. В салоне сидело более сорока человек. Наконец автобус выехал на окружную трассу и взял путь на аэропорт. Через полчаса они уже были на месте. Неновый уже Ил-86 уже ждал их на взлетной полосе. После нескольких формальностей, погрузки багажа, все пассажиры оказались на борту.

Голос по динамику проговорил:

- Наш чартерный рейс АР726 выполняет рейс по маршруту Н...-дозаправка в Р...- дозаправка в Дублине - Монреаль. Уважаемые пассажиры! Экипаж желает вам приятного полета.

Через несколько мгновений самолет оторвался от бетона и растворился в облаках.


Вот уже четвертую неделю Толик (для сотрудников фирмы - Анатолий Альбертович) находился не в лучшем настроении. Найти нового ремонтника в автомастерскую оказалось делом нетрудным. Однако первый рабочий проработал всего три дня. При ремонте Альфа-Ромео он пережег электропроводку. Это было и неудивительно, так как он был сильно пьян. Толик хотел снять с него деньги за испорченную машину, однако рабочий, а вернее сказать - хронический алкоголик, оказался человек без всякого имущества. Жил он на окраине в какой-то полуразвалившейся хибаре и из имущества там были только пустые бутылки. Альфа-Ромео пришлось ремонтировать у конкурентов за немалые деньги, которые пришлось заплатить за срочность работы. Чтобы свести концы с концами, Толик задержал еще на месяц выплату зарплаты. Ничего, перебьются - подумал он. Однако через полторы недели уволились сразу трое, которые работали в автомастерской. Они просили выдать им хотя бы часть из задержанной зарплаты, однако Толик послал их подальше. Идите, дезертиры, валите как крысы с корабля. Автомастерскую пришлось закрыть. Осталась только заправка. Да и там дела шли не шатко, не валко. Раньше многие заезжали на мелкий ремонт, а потом заправлялись. Теперь же заправляющихся машин стало меньше. Все попытки набрать новых сотрудников в автомастерскую оказались безуспешны. Приходили только неспециалисты, которые канючили что смогут быстро научиться, но по их дрожащим рукам было видно, что они могут только вынести какую-то деталь на продажу и напиться на вырученные деньги.

Толик стал бизнесменом всего пять лет тому назад. Его отец работал когда-то в обкоме, первым заместителем. После распада СССР он довольно удачно влился в новые рыночные отношения. Стал соучредителем какого-то СП, которых тогда было хоть пруд пруди. По уставу оно должно было заниматься какими-то инвестициями в местный химкомбинат, однако реально инвестировало только турецкую и китайскую промышленность. Вывозили ворованный цветной металл, продавали его за рубежом и покупали разный ширпотреб. Когда Толик окончил вуз, отец помог ему деньгами и посоветовал заняться ремонтом машин и автозаправками. Толик успел купить только одну заправку и построить мастерскую, как отца не стало. На зимней дороге машину занесло, и она вылетела с шоссе. Милиция говорила, что на большой скорости водитель не справился с управлением. Толик этому не верил, отец ездил всегда осторожно, не в пример большинству новых. Однако лезть разбираться было себе дороже, Толик знал, что за цветной металл идет нешуточная борьба и туда лучше не вмешиваться. После смерти отца Толику осталась его дача, деньги. Старые друзья отца посоветовали выкупить часть местного рынка.

И вот сейчас Толик ехал на рынок. Местные торговцы, которые торговали китайскими и турецкими товарами, платили ему за место. Однако и там в последнее время дела шли неважно. Несколько торговцев перестали вообще торговать, другие жаловались на плохую торговлю.

- Кому ты лапшу на уши вешаешь? - кричал Толик какой-то тщедушной женщине. - Торговля у нее плохая.

- Нет, не обманываю. Совсем мало стали покупать. Да это не удивительно, денег у народа нет. Сидят все без зарплаты и без работы. У нас ведь беднота скупается. Те, кто побогаче - те туда покупать ездят, - сказала женщина и махнула рукой куда-то в сторону центра.

- Значит так, не заплатите до конца недели местовое, уматывайтесь с рынка, поняли? - сказал Толик и подумал Работы у них нет. Совок несчастный. Тут рабочих не могу нанять, а они плачутся, что работы нет. Бездельники и лодыри! Только воровать и пить горазды.


Толик ехал домой и еще долго ругал про себя этот глупый и ленивый народ. У него даже и не возникла мысль о том, он-то сам своим рабочим зарплату не платил и по его милости, они сидели без денег. Вдруг зазвонил сотовый телефон.

- Алло.

- Толя, это я, Алек. У тебя на сегодня, на вечер планы есть?

- Нет вроде, а что?

- Заезжай тогда прямо сейчас к Подворью, дело есть!

Подворье - это был ресторан в центре города. Построен он был из стекла и бетона и был похож на стандартные, как близнецы-братья, рестораны Макдональдса. Злые языки произносили его название раздельно Под-ворье, имея в виду постоянных посетителей этого недешевого заведения, которые сами себя называли бизнесменами, хотя занимались в основном куплей-продажей часто не очень легально добытого товара.

Толик подрулил к автостоянке и поставил машину. Зайдя вовнутрь, он поднялся на второй этаж. Алек был его знакомым, дружбаном, как они себя часто называли. Он держал несколько десятков продуктовых киосков в разных районах города.

- Привет! - приветствовал его Алек.

- Здорово!

- Как дела?

- Да так себе, а у тебя?

- Тоже не блестяще. Опять наехала налоговая, пришлось откупного давать. Совсем разорился.

- Ну и как из положения выходишь?

- Да, зарплату задержал этим оболтусам, что сидят там. Но текучка страшная, никто работать не хочет. Три дня назад взяли одного, так он ночи дождался и все вынес с дружками. Оказалось, под чужим паспортом на работу устаивался.

- Да уж, народец! - посочувствовал Толик, - Работать не хотят, только воровать умеют.


Они долго еще обсуждали тему плохого народа. Выпили, закусили, еще раз выпили. Тут Алек, вытащил пачку Мальборо и закурил.

- У меня тут бухгалтер недавно уволился. Мало я ему платил, видите ли! Но, конечно, дело свое знал, со стажем бухгалтер. Недавно кинулись, проблема одна возникла, хотели его вызвать. Звоним ему домой, а там никто не отвечает. Послали машину с посыльным, а квартира закрыта. Соседей спрашивает, а те А он в Канаду уехал, иммигрировал.

- Да уж, работать не хотят, думают, что там их кто-то будет ждать.

- Точно. И там лентяи никому не нужны.


Около 10-ти часов они разошлись. Толик сел в машину и несколько минут думал, чем себя занять. Ехать домой в пустую квартиру не хотелось. Толик вспомнил об одной своей знакомой. Их у него было огромное множество. Достаточно было прокатить смазливую девчонку на своей шикарной машине, накормить в ресторане, подарить безделушку, как они было согласны на все или почти на все. Осечки бывали редко. Полтора десятка имен и номеров было у него в записной книжке. Стоит позвонить и, если не по первому, то по второму номеру кто-то отзовется и, конечно же, согласится с ним провести и вечер, и ночь.

Однако эта знакомая была другого сорта. С ней он познакомился случайно, в театре, пару лет назад. Тогда появилась мода среди городской элиты - ходить в театр. Так как вышли из моды малиновые пиджаки и массивные перстни, так и прошла мода проводить свободное время только в ресторанах и барах. Теперь самые продвинутые стали театралами. Стоит только позвонить по телефону около 18-19 часов, и секретарша заявит певучим удивленным голосом Василий Андреевич сегодня на премьере в театре, как бы давая понять, что она удивлена, что кто-то еще не знает, что сегодня премьера. Солидные люди, в добротных костюмах импортного производства, стали постоянными посетителями театра. Это всякая мелочь может одеваться в кожанку, вроде большевистских комиссаров и носить прически в стиле не забуду зону родную. Настоящие бизнесмены уже хотели выглядеть по западному. Многие стали бронировать за собой ложи. Входя в театр, все послушно выключали сотовые телефоны, повинуясь некоему неписаному правилу.

Там Толик и познакомился с Марией. Они встретились в антракте, когда большинство зрителей вкушали коктейли в шикарном баре. А несколько человек рассматривали картины местного художника, вывешенные тут же. Толик подошел туда же. В живописи он не смыслил, однако заметил девушку, немного худоватую, достаточно скромно одетую. На носу у нее были очки в тоненькой оправе, которые совсем ее не портили. Она увлеченно спорила с каким-то старичком, который, как потом оказалось, и был тем художником. Толик влез в их разговор, через несколько минут они уже познакомились. После театра он пригласил ее в ресторан. Она отказалась, сказав, что не может. Но Толик смог получить ее номер телефона. Через несколько дней он встретился с ней. Она не была из того типа девиц, которые легко и свободно распоряжались своим телом. Толику так и не удалось склонить ее к сожительство, хотя он и не особо этого добивался. Однако, непонятно почему, Толику было с ней очень легко. Он мог с ней поговорить, рассказать о своих проблемах. Мария была прирожденным слушателем. Она не делала вид, что ей интересно все, что ей рассказывал Толик. Однако слушала она внимательно и старалась всегда дать какой-то совет. Она отказывалась от дорогих подарков, которые Толик ей дарил. Толик встречался с ней только несколько раз в году. Обычно тогда, когда ему было тяжело на душе и хотелось с кем-то поговорить. С родственниками и знакомыми по бизнесу он не мог так разговаривать.

Вот и сейчас он вспомнил о Марии. Он видел ее мельком пару месяцев назад, а встречался с ней последний раз четыре месяца назад. Он достал телефон и набрал номер Марии. Гудок, еще гудок. Подождав полминуты, Толик отключил телефон. Странно,- подумал он. Мария жила в трехкомнатной квартире с родителями и бабушкой. Обычно у нее дома всегда кто-то был, тем более вечером. Может телефон не работает? Толик решил заехать к ней домой. Он знал, где она живет. Пару раз он был у нее в гостях. Мария просила его оставить машину у соседнего дома, чтобы не видели соседи, и не смогли подумать, что она из тех девиц. По дороге Толик заехал в круглосуточный магазин, купил коробку шоколадных конфет. Подъехал к ее дому и поднялся на третий этаж. Позвонил в дверь. Молчание. Еще раз. Никто не ответил. Тогда он позвонил в соседнюю дверь. Дверь открылась и на пороге возник мужичок с щетиной на лице и малоприятным запахом изо рта. Судя по всему, он уже успел принять свою дозу спиртного.

- А, ты не знаешь, где соседи твои? - спросили Толик у него.

- Так .... эта.... уехали они, - ответил тот, немного подумав. Видно мысли приходили к нему с трудом.

- Переехали? А куда, в какой район? - спросил Толик, подумав, что сосед имеет в виду другой район города.

- Да нет, уехали вообще, иммигрировали говорят. В эту, как его ... в Канаду. Точно, в Канаду. - Ну, я пойду, - сказал мужичок и закрыл двери.

Ерунда какая-то, подумал Толик и позвонил в двери напротив. Оттуда вышла старушка, и подозрительно посматривая на Толика, прошамкала, что соседи уехали в Канаду и на прощание подарили ей кресло и стол. Толик разочарованно покрутил в руках ненужную коробку конфет, и неожиданно для самого себя сунул ее в руки старушки и пошел вниз по лестнице.


На следующее утро Толик приехал рано утром на заправку. На ней стоял только одинокий Жигулёнок. Да, дело шли неважно. К нему подошел Андрюха с довольно кислым лицом.

- Доброе утро, Анатолий Альбертович!

- Привет, Андрюха. Ну, что скажешь?

- Я насчет мастерской.

- Ну, что, рабочих нашел?

- Нет, трудно хорошего специалиста найти. Я по мастерским в Бутово проехался, предлагал к нам перейти работать. Они только смеются, говорят, что от добра добра не ищут.

- Хмм, никто работать в этой стране никогда не научится.

Андрюха посмотрела искоса на шефа и начал несмело.

- Анатолий Альбертович, я хотел вас спросить.

- Спрашивай, чего застыл как мумия.

- Может попытаться ребят взять назад.

- Каких таких ребят?

- Ну,- тянул Андрюха, - тех, кто тут раньше работал.

- Ты что, хочешь, чтобы я их назад просить поехал? Да они .... - начал Толик.

- Нет, нет, - замахал руками Андрюха, словно отмахиваясь от назойливого комара. - Зачем вам ездить, я сам все могу устроить. Нужно только им хоть что-то заплатить за те месяцы, я думаю, они согласятся.

- Подумаю, - сказал Толик. Мысль о том, чтобы вернуть ушедших рабочих вертелась у него в голове, но .... пойти к ним на поклон, значит было принизить свой авторитет. А свой авторитет Толик блюл строго. Этому научил его еще его отец. Но если этим займется Андрюха, то - почему бы и нет?

Толик подождал еще часа три, как бы размышляя над предложением Андрюхи. Хотя для себя он давно уже все решил. Мастерскую нужно было открывать и как можно скорее. Именно она давала львиную долю доходов. Терялись постоянные клиенты, которые всегда хорошо платили. В двенадцать часов Толик позвал Андрюху, отсчитал ему несколько купюр и сказал:

- Ладно, займись.

Андрюха взял деньги, кивнул головой и вышел. Сев в свою потрепанную Тойоту, он выехал с заправки.


Вернулся он часа через три. Он вошел в кабинет к Толику. Вид у него было ошалевший, как будто он только что увидел живых Брежнева, Ленина и Сталина.

- Анатолий Андреевич, я... - начал он заикаясь.

- Анатолий Альбертович я был всегда, - перебил его сердито Толик.

- Ой, извините. Я просто сам не знаю, что тут происходит.

- Что такое, все отказались.

- Да нет. Я не смог никому дозвонится. Стал их объезжать, адреса-то у меня были. И вы не поверите - никого дома нет.

- Что ж тут удивительного, ходят где-то.

- Я у соседей спрашивал, говорят, что они уехали в Канаду. Кто недели три назад, кто неделю назад. Все четверо. И что это на них нашло?


Толик долго и задумчиво смотрел в окно. И правда, что это на них нашло? Да и как им удалось уехать так быстро? Иммиграция - это дело сложное, денег нужно много. Бедные там не нужны. Толик сам хотел когда-то уехать в Израиль, да отец отговорил. Сказал - Ты пойми, ТУТ ты ЧЕЛОВЕК, в окружении букашек. А ТАМ ты будешь букашка, никому не нужная. Твои деньги, это только ТУТ деньги. А ТАМ - гроши. Толик послушался отца и остался. А тут один за одним уезжают.


После обеда Толик поехал на рынок. Там его ждал сюрприз. Пустовали три места, где еще вчера стояли торговцы.

- А где эти? Спят что ли?

- Да нет, - отозвался словоохотливый мужичок неопределенного возраста. - Они больше торговать не будут. Вчера прощались, Анка даже торт принесла.

Толик вспомнил Анку, ту самую тщедушную женщину, которая вчера жаловалась на отсутствие покупателей. Она стояла и в зной, и в стужу на рынке.

- И чем они теперь заниматься думают, - улыбнулся Толик. - На другой рынок пойдут? В Бутово? Так там еще больше за место надо платить.

- Уезжают, говорят. Врали, что в Канаду. Наши не верят, конечно.


Толик изменился в лице. Он пошел к своей машине. Открыв замок, он посмотрел на рынок. Ему показалось, что людей на рынке стало намного меньше, чем в обычные дни. Это так подействовало на Толика, что он решил ехать на рынок Бутово. Это был их конкурент. Может туда стали больше ездить,- подумал Толик. Приехав в Бутово, он увидел ту же картину. Покупателей было мало, а торговцев еще меньше. Намного меньше, чем на его рынке. Прямо, эпидемия какая-то, - подумал Толик и поехал домой.


Дома он поставил в микроволновку разогревать курицу. Однако сзади что-то вспыхнуло и задымило. Толик быстро выключил ее и решил разогреть на газовой плите. Но не смог найти спичек. Нечем было зажечь конфорку. Толик решил пойти к соседям за спичками. Рядом с ним жила семья пожилых пенсионеров. Он мало их знал, даже не был у них дома. Только несколько раз разговаривал с ними, когда случайно с ними сталкивался. Он позвонил в дверь, но оттуда никто не ответил. В это время из соседней квартиры вышел сосед, парень лет 20-ти.

- Зря звоните, нет их. Они сегодня съехали, - и пошел вниз по ступеням.

- Куда съехали?

- Говорили, в Канаду уезжают, автобус большой за ними заезжал, - сказал парень уже с площадки соседнего этажа.

Толик нажал еще раз на кнопку звонка, потом еще и еще раз. Как будто от этого могло что-то изменится.


Курица так и осталась лежать в микроволновке нетронутой. Толик достал бутылку водки из холодильника и стал пить ее, закусывая копченой колбасой. За окном уже начиналась первая осенняя метель. Густые хлопья снега закрывали огни немногих фонарей, которые еще работали. Толик почувствовал, как какая-то дикая тоска овладевает им. Он включил радио, которое висело на стене. Заиграла мелодия, а затем молодой мужской голос с каким-то отчаяньем запел:


Есть ли здесь еще хоть кто-то кроме меня?

Есть ли здесь еще хоть кто-то кроме меня?

Есть здесь еще хоть кто-то?

Кто-то, кто-то, кто-то?


Толик запустил в радио пустую бутылку.


Массовое исчезновение людей заметили не сразу. Первый забили тревогу налоговики. Именно они заметили, что количество налогоплательщиков стало снижаться резко. Сначала грешили на миграцию, на то, что люди переехали в другой регион страны. Однако скоро выяснилось, что никто никуда не переехал. Вернее, переезжали, но в значительно меньшем количестве. Информация накапливалась, и, наконец, перейдя некий критический уровень, вынудила самые верхи задуматься.


Президент страны был молод, решителен, уверен в себе. Он мало походил на старых партаппаратчиков, заполнивших почти все уровни властной вертикали. Он говорил всегда уверенно, четко, редко читая текст с бумажки. Он привык контролировать все и вся. Но сейчас уверенность изменила ему, хотя он и не показывал это внешне.

- Как это так? - спросил он у министра МВД. -Пропадают миллионы наших граждан, а милиция - не сном, не духом?!

- Дело в том, что они не пропадали...хмм... в привычном виде. Они увольнялись с работы, прощались с родственниками и соседями и уезжали. Но куда - мы не знаем. Обычно уезжавшие говорили, что едут на ПМЖ в Канаду.

- Министр иностранных дел, что говорят в канадском МИД? - спросил президент

- Они говорят, что никакой массовой иммиграции в Канаду из нашей страны не было и нет. Она даже сократилась, по сравнению с прошлым годом и составила не более 11 тысяч человек в этом году. Наши пограничные пропускные посты на границах и в аэропортах также не зарегистрировали массового выезда за рубеж.

- Так куда же они тогда, по вашему мнению, делились? Растворились в воздухе? Что вы молчите?

- Господин президент, - начал глава внешней разведки. Наши спецслужбы уже несколько недель работают в особом режиме. Мы собрали все возможную информацию о пропавших и попытались систематизировать. И попытались выяснить, что общего было у всех пропавших. Вот наш доклад.


Президент взял в руки протянутую папку. Копию доклада глава внешней разведки протянул другим членам правительства. Несколько минут все внимательно читали. Наконец президент закрыл папку и поднял глаза.

- Насколько я понимаю, исчезают не худшие граждане.

- Да, господин президент. Многие из исчезнувших имели высшие образование, о большинстве очень хорошо отзываются их знакомые. Лишь единицы были когда-то осуждены, причем за незначительные правонарушения. Очень много рабочих, имеющих высшую квалификацию. Мы заметили еще несколько отличие. Исчезнувшие мало пили или вообще не пили. Кстати, среди почти нет лиц, которые достигли успеха в бизнесе. В среднем они имели небольшой доход, но богатых среди исчезнувших почти нет. Они характеризуются знакомыми, как добрые, спокойны, щедрые люди.

- Т.е. вы хотите сказать, что исчезают трудолюбивые, законопослушные, честные, непьющие люди. А кто же тогда остается? - повысил голос президент.

- Все остальные, - сказал глава внешней разведки.

- Сколько пропало уже? У вас есть цифры?

- Около 17 процентов и, насколько нам известно, этот процесс продолжается.

- О, господи! - вздохнул кто-то.


ГДЕ-ТО ВДАЛЕКЕ ОТ СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ.


Дмитрий Васильевич с изумлением смотрел на этот огромный небесный свод, на котором светили сразу два солнца. К нему подошел высокий светловолосый человек.

- Скажите, где это мы?

- Вы? Если я скажу вам, что вы находитесь на другой планете, вы поверите?

- Да, - уверенно сказал Дмитрий Васильевич, следя за одним из солнц, которое довольно быстро двигалось к горизонту.

- Мне трудно вам объяснить, кто мы. Вы можете называть нас инопланетянами, хотя это определение не совсем верно, так как мы не живем ни на одной планете. Мы - представители очень древней цивилизации. Мы путешествуем из галактики в галактику, исследуем планеты и стараемся помочь их жителям. Некоторое время назад мы обнаружили вашу планету и были поражены.

- Чем?

- Вами. Вернее людьми, населявшими вашу планету. Дело в том, что в галактике до сего момента встречались только два типа цивилизации. Перспективная и деструктивная. Или, если описать это более понятно - добрая и злая. Добрые шли по процессу созидания, объединяя усилия для всеобщего блага, злые шли по пути смерти и ненависти. Добрые цивилизации прогрессировали, злые самоуничтожались. Мы помогали добрым и ...

- Уничтожали злых, - предположил Дмитрий Васильевич.

- Нет, мы никого не убиваем. Просто, в случае необходимости, мы изолируем добрые цивилизации от злых. Ставим непроницаемый экран, который защищает добрые цивилизации от злых. Но когда мы обнаружили вашу планету, то нашли там сразу два начала - доброе и злое. Такое мы встретили первый раз. Если бы добрые жители вашей планеты жили в одной части планеты, а злые - в другой, мы бы могли отделить их друг от друга. Однако вы живете бок о бок. Поэтому мы решили провести этот проект. Мы переселяем всех желающих добрых людей на эту планету. Она максимально похожа на Землю, здесь растут земные растения и живут земные животные.

- Но вы нас обманули, вы или ваши агенты предлагали нам переехать в другую страну, а не на другую планету. Я не уверен, что мне и моей семье здесь понравится.

- Да, это так. Но все поправимо. Вы можете прожить здесь две недели или месяц, а потом попроситься назад и мы тут же вернем вас на Землю.

- Но я не должен буду рассказывать обо всем увиденном? - полуутвердительно спросил Дмитрий Васильевич.

- Вы не будете рассказывать, вы ничего не будете помнить.

- То есть вы сотрете мне память об этой планете?

- Нет, мы просто отменим визит нашего агента к вам домой, который был месяц тому назад. Мы может контролировать время и можем просто отменить наше предложение. Это сделано, чтобы избежать психологических травм. Но вам нужно сначала посмотреть то, что мы вам предлагаем. Вам будет предоставлен большой уютный дом, рядом речка. Дом снабжен всеми удобными системами жизнеобеспечения. Поверьте, любой богач на Земле позавидовал бы вам.

- Утопия, - усмехнулся Дмитрий Васильевич, - награда за доброту - шикарный дом и безделье.

- Нет, вы не правильно меня поняли. Здесь все работают. Делают то дело, которое им больше всего нравится. Бездельников здесь нет. Вы сами будете себя обеспечивать, мы только сделали для вас основу, фундамент, если можно так сказать. А уж сделать все остальное - зависит только от вас. Мы не дарим никому технологию. Вы должны все сами изобрести, выстрадать, только тогда вы будете это ценить. А насчет обмана - мы не так уж сильно вас обманули. Посмотрите на этот щит и вы поймете.


Перед уютным городком, состоящим из небольших двух и трехэтажных домиков, стоял большой щит, где было написано всего пять слов.


ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ НА ПЛАНЕТУ КАНАДА!