# Перехват (Сфера влияния-2). Глава 13

Вячеслав Васильевич Васильев

На тактической схеме КП управления полётами орбитальной группировки бросок подконтрольных Белецкому машин к намеченным целям был похож на направленный взрыв. Количество меток в месте нахождения 'Беркута' с позывным 'Бродяга-3' мгновенно утроилось, и они на предельной скорости ринулись к поверхности планеты, на ходу разделяясь на три группы...

Дежурный оператор контроля сектора, выругавшись про себя, соединился с начальником смены.

- У нас ЧП. Похоже, съехал с катушек пилот истребителя. Собирается атаковать цели, которые кроме него, никто не видит. Даже радар его машины.

- Не отвлекайте меня по таким мелочам. Действуйте по инструкции, - сердито буркнул начальник смены и отключился.

- Что-то злой наш 'Утюг' сегодня, - пожаловался оператор сидящему слева оператору контроля соседнего сектора, активируя нужный код.

- Станешь тут злым... - понимающе покивал тот. - Я бы тоже на его месте злился. У тебя там что, 'буйный'?

- Ага! Сейчас будем успокаивать.


***


- Так. Если будем идти компактной группой - поразить все цели не успеваем, - сообщил рысю Егор. - Поэтому я принял решение разделиться. Два дрона направо, два - налево. Толстячка посередине берём на себя.

- Почему так? - поинтересовался Пантелей.

- Во-первых, 'малыши' дальше. К ним лететь надо быстрее. Мы такой перегрузки не выдержим, а дроны - запросто. И из-за всё той же дальности я не смогу применить наши 'специгрушки'. Дронам придётся использовать обычное оружие, а потому удвоенная огневая мощь не помешает. Во-вторых, не нравится мне этот 'жирный'... Задача тех двоих ясна - уничтожить орбитальные лифты. А этот метит туда, где вроде бы ничего нет. Это-то и настораживает. Так что думаю, он - самый опасный. Займёмся им лично.

- Логично, - согласился Пантелей с рассуждениями командира. - Слушай, а обязательно так разгоняться? Меня сейчас размажет по ложементу, несмотря на противоперегрузочную систему.

- Иначе не успеваем. Терпи, - бросил Егор. - И вот ещё что... Мы не успеем затормозить. Начнём, но не успеем... Врежемся в атмосферу. А для полётов в атмосфере космический истребитель не приспособлен. Это не 'Сапсан'. Так что будь готов...

- Всегда готов, - хмуро буркнул рысь. - Кстати, а что ты скажешь на это? - на консоли перед рысем высветилась та же надпись, что и у Егора: 'переход на принудительное внешнее управление'

- Вот то и скажу, - усмехнулся молодой пилот после того, как эту надпись почти мгновенно сменила другая: 'запрос отклонён'. Егор не только хорошо запомнил неприятные минуты, проведённые в аэротакси на Земле, но и сделал выводы. Правильные. Поэтому сейчас предъявил ИскИну истребителя свой СИБовский код заранее - ещё до того, как стартовал к цели.


***


- Господин полковник, у нас нештатная ситуация!

- Опять? - я же говорил, Ершов: по мелочам меня не беспокоить! - раздражённо обернулся начальник смены к снова появившейся голограмме всё того же дежурного оператора.

- Да какие мелочи, Сергей Викторович?! ИскИн 'буйного' борта не принимает код на передачу управления!

- Ты хочешь сказать, что у него и ИскИн с катушек слетел? - поднял одну бровь начальник смены. А ну, дай-ка мне канал связи с бортом.

Полковник 'щёлкнул' по появившейся в углу тактической схемы пиктограмме, и, когда она развернулась в формуляр текущего состояния истребителя, кликнул на 'перехват управления' и ввёл код подтверждения.

Ответ пришёл мгновенно. 'В доступе отказано. Недостаточно полномочий...'

- Это как это, 'недостаточно полномочий'? - удивился начальник смены. Там что, Командующий Флотом летит? Или сам Генерал-Адмирал?

Дежурный оператор промолчал, понимая, что вопрос риторический.

Начальник смены задумался на секунду, глядя на перемещение меток по таксхеме, и начал отдавать команды.

'Бродяге-один' и 'Бродяге-два': перехватить 'Бродягу-три'. Открытие огня по дополнительной команде. Планетарной системе ПКО: сменить коды 'свой-чужой'. На борт двести сорок девять новые коды не передавать. ПКО шестого и четвёртого орбитальных лифтов по смене кодов быть готовыми открыть огонь по приближающимся бортам двести сорок девять дробь один, два, три, четыре. Службе РЭБ заглушить диапазон дистанционного управления оружием в районе шестого и четвёртого орбитальных лифтов. Выполнять!


***


- Держись, выполняю противозенитный манёвр! - предупредил Егор напарника.

- Ты знаешь, я уже не так хочу быть первым рысем-пилотом истребителя, как раньше, - прохрипел Пантелей через несколько секунд после того, как к продольному ускорению добавились поперечные рывки. - Ты думаешь, в нас будут стрелять свои?

- Обязательно! - обнадёжил рыся пилот. Мы для них - сумасшедшие. Причём сумасшедшие, вооружённые до зубов. Что бы ты сделал на их месте?

- Обидно будет, если свои собьют, - огорчился Пантелей.

- Обидно, - согласился Егор. - Поэтому постараемся сделать так, чтобы нас не сбили. Чёрт!

- Что там такое? - забеспокоился пушистик.

- Ты помнишь, для чего нас тренировали?

- Для работы в условиях противодействия РЭБ противника - заученно оттарабанил рысь.

- Вот нам сейчас такие условия и создали... - сообщил пилот, - Чёрт!

- Ну что ещё у нас плохого? - флегматично поинтересовался рысь, которому надоело бояться.

- На таксхеме исчезли зелёные метки. Значит, нас отключили от системы 'свой-чужой'. Готовься, сейчас начнут стрелять!

- По нам?!

- По нам - вряд ли вот так прямо сразу. А вот по дронам... Ага! Из кинетических пушек лупят! Тогда так! Не вижу другого выхода... Дронам - огонь по целям из всего бортового вооружения!


***


- Владимир Александрович, получен рапорт на ваше имя с КП управления полётами, - голос адъютанта, как всегда, был тих и бесстрастен.

- У них-то ещё что? - недовольно буркнул командующий, открывая полученный файл, но продолжая при этом вполглаза следить за крупномасштабной тактической схемой обороны планеты.

На первый взгляд, в файле не было ничего заслуживающего внимания. Ну, спятил один из пилотов. Такое редко, но случается. Вот, даже автоматический фильтр не счёл это событие достаточно важным, чтобы выводить на тактическую схему.

С другой стороны... Адъютант не стал бы обращать внимание командующего на всякие мелочи. А значит...

Адмирал пробежался взглядом по выделенному тексту: 'ИскИн не принимает код перехвата управления с формулировкой 'у запрашивающего недостаточно полномочий''.

- Гм... А это уже серьёзней...

Командующий, точно так же, как минуту назад начальник смены 'диспетчерской', вызвал формуляр борта и сделал запрос на перехват управления. Вот только код он ввёл свой личный, адмиральский.

'В доступе отказано. Недостаточно полномочий'.

Командующий несколько секунд оторопело глядел на полученный ответ, а потом, мотнув головой, принялся за отчёт о действиях дежурной смены.

Действия КП управления полётами им были полностью одобрены, за исключением мелочей.

И ведь всё записано в формуляре...


На тактической схеме обороны планеты вспыхнула красная точка. Почти сразу к ней от отметки Второй Крепости протянулась зелёная линия. Точка погасла.


'Место вылета - средний транспорт ТК-45-12-2064, место назначения - авианосец 'адмирал Ковалёв'', - тяжело вздохнув и покачав головой, вернулся к формуляру адмирал. 'Цель полёта - перебазирование истребителя к базе приписки и пилота к месту дальнейшего прохождения службы'.

- Павел Евгеньевич. Дайте мне связь с 'адмиралом Ковалёвым'.

- Соединяю, Владимир Александрович.


***


Истребитель словно ударило в борт гигантской кувалдой. Планета, всё время полёта неуклонно приближавшаяся прямо по курсу, резко прыгнула куда-то в сторону. Её место заняла замысловатая неуклюжая конструкция ремонтных доков, потом исчезла и она, промелькнули ещё какие-то орбитальные сооружения... Снова планета... Опять исчезла...

- В нас попали?! - заорал Пантелей. Эй! Ты там жив?! Почему не отвечаешь?!

- Жив, жив... Спокойно... Пытаюсь выровняться... Потерпи немного... Всё нормально. Почти...

- И что это было?

- Мы попали под отдачу тяжёлого гравиорудия. Пытаюсь выровняться.

'Потерян дрон номер два', - доложил ИскИн корабля. 'Потеряны четыре имитатора'.

- И они - 'под отдачу?', - рысь, как полноправный член экипажа, тоже получал сообщения ИскИна.

- Нет. Они - под раздачу, - Егору удалось наконец-то выровнять машину и вернуть её на прежний курс. - Их сбила ПКО. Скоро и до остальных дотянется. Одиночной машине здесь не пройти.

- А как же мы?

- Если это был одиночный гравиимпульс - то скоро выйдем из опасной зоны. Если сейчас ещё раз пульнут...

- Нет, я имел ввиду ПКО.

- Ты же видишь... Пока по нас не стреляют, - Егор пожал плечами, словно рысь мог видеть этот его жест. - А там видно будет.

- Оптимистично... - поёжился Пантелей.

'Потерян дрон номер четыре. Потеряны три имитатора. Ресурс дрона номер снизился до сорока шести процентов.'

- А что нам ещё остаётся, кроме оптимизма? Внимание, выходим на дистанцию уверенного управления оружием. Запускаю спецракеты. Первая - пуск! Вторая-пуск!

- И всё? У нас же ещё есть!

- Посмотрим, как эти пройдут... Так... Цель маневрирует. Пытается уйти... А мы за ней... Вот так... Гм... Похоже, цель поражена. Не в смысле - уничтожена, а в смысле, до глубины души. Сейчас мы вас ещё удивим... Третья, четвёртая - пуск!


***


- Господин командующий!..

- Не надо, Константин Евгеньевич... Не до того, - отмахнулся адмирал от уставного приветствия. - Скажите, вы знаете лейтенанта Белецкого?

- Лично - нет, - доложил командир авианосца, - Но он должен прибыть на корабль с минуты на минуту. Если вы насчёт его похождений в...

- Нет, я не про это. Боюсь, он не прибудет к вам с минуты на минуту. Сейчас он занят другими делами. Получите файл, ознакомьтесь. И подключитесь к таксхеме пятого сектора. Он там с кем-то воюет.

- С кем?!

- Хотел бы я знать... - вздохнул командующий. Вот, смотрите, его дроны атакуют пустое место. Хорошо, что там нет не только противника, но и наших объектов. А ещё я хотел бы знать, почему у командующего планетарной обороной недостаточно полномочий для доступа к ИскИну простого истребителя? Может, вы знаете ответ? - О! вот ракеты, выпущенные его дронами начинают взрыва...

Не успели погаснуть последние вспышки, обозначающие разрывы ракет, как на их месте появилась жирная красная точка.


***

Автоматы ПКО не стали размышлять, откуда на них свалилась цель, по всем сигнатурам соответствующая боевой машине Союза. После 'выпадения из невидимости', странный объект, больше всего похожий на штурмовик, прожил не более полуминуты, прежде чем на нём скрестились очереди кинетических пушек шести ближайших платформ противокосмической обороны.

'Цель номер один уничтожена', - доложил ИскИн. И почти сразу: 'Дрон номер один потерян. Потеряны пять имитаторов'. Приказа прекратить огонь по дронам, похоже, никто отдавать не собирался.

Второй штурмовик разлетелся на куски без всякого участия зенитчиков. Выпущенные дронами ракеты, так же, как и в случае с первым штурмовиком, накрыли расчётный объём, и взрыва одной или двух из них вражеская машина не пережила.

Осталась только одна цель.

Как и подозревал Егор, она оказалась крепким орешком. Первые четыре ракеты особого эффекта не принесли, хотя молодой пилот был готов был поклясться чем угодно, что не промахнулся. Пришлось стрелять ещё, в том числе и обычными ракетами в неуправляемом режиме.

Три из них попали в цель, но невидимость 'толстяк' сбросил всё-таки раньше, после того как в него попала последняя управляемая ракета.

Егор присвистнул. Оказалось, что он атаковал малый десантный корабль.


***


Красная точка на таксхеме погасла так же быстро, как и появилась. Командующий не сразу осознал произошедшее, зато командир 'Ковалёва' всё понял мгновенно.

- Владимир Александрович! В данной ситуации вынужден предъявить карт-бланш! Вот код подтверждения. Авианосец выводится из состава орбитальной группировки. Я вам всё объясню чуть позже, а пока должен отдать несколько срочных приказов по кораблю. Капитан отвернулся в сторону. - Боевая тревога! Дежурной эскадрилье - немедленный вылет! Прикрыть ближайшие орбитальные лифты! По машине на лифт! В случае обнаружения противника корректировать огонь ПКО! Сжечь движки, но добраться до лифтов как можно скорее! Остальным экипажам вылет через пять минут! Штабу оценить в течении двух минут возможность перекрытия силами экипажей подходов к планете. Шаг сетки определить на основании записи полёта борта двести сорок девять. В случае невозможности полного перекрытия планеты разработать план прикрытия основных орбитальных объектов и на его основании выдать экипажам полётные задания! Выполнять!


***


Всё в мире относительно. Вот и малый десантный корабль класса 'Хормуз-21', хоть и называется малым, всё же в несколько раз больше среднего истребителя 'Беркут'. И вооружён, мягко говоря, получше.

Егор отчётливо понимал, что, если бы враг, находясь в режиме невидимости, не боялся себя демаскировать, у одинокого 'Беркута' без дронов было бы очень мало шансов в противостоянии с ним. Да и сейчас их, честно говоря, было немного.

Как только проивник понял, что обнаружен, игра пошла всерьёз.

Почти одновременно со сбросом невидимости на корпусе 'десантника' замелькали вспышки орудий ПКО, и навстречу атакующему истребителю пошли ракеты.

- Вот ведь гадство! И прикрыться не чем! - выругался Егор, резко бросая машину в сторону. И ещё раз... И ещё... Но снарядов, летящих в лоб, было слишком много.

Истребитель тряхнуло. Ещё раз...

'Контроль повреждений?'.

'Девятнадцать процентов. Вышли из строя третий и шестой двигатели коррекции' - доложил ИскИн.

Да что ж вы, сволочи, делаете?! - от Возмутился Егор. - Ну, получите!

Две турели ПКО десантника снесло прицельной очередью из кинетических пушек истребителя.

- Эх, сейчас бы хотя бы пару ракет! Или контейнер с лазером! - с досадой выдохнул Егор. Но противокорабельных ракет уже не было. Остались только противоракеты. Теоретически, их можно было использовать не только для обороны. Но сейчас они были остро нужны по прямому назначению. Молодой пилот подозревал, что противник решил применить ту же тактику, что и он - накрыть взрывами объём пространства, превышающий возможности маневрирования истребителя. А значит...

- Пантелей, я тебе говорил, что мы врежемся в атмосферу?

- Было что-то такое...

- Можешь больше не бояться - скорее всего, до атмосферы мы не долетим. Нас разнесут в куски раньше. - 'обнадёжил' товарища Егор

Для такого предположения у него были все основания. В действие вступили крупнокалиберные установки орбитальной ПКО Сварога. И хотя стреляли они не по 'Беркуту' а по 'Хормузу', при такой плотности огня что-то должно было обязательно перепасть и своим. Выход Егор видел только один...

- Держись! - в очередной раз за последние несколько минут крикнул он Пантелею, и направил машину прямо на вражеский корабль. Там, похоже, к этому времени оценили серьёзность ситуации, и начали спешно отстреливать десантные модули, которые сразу устремлялись вниз, к планете.

'Контроль повреждений - двадцать шесть процентов... Тридцать два процента' - безумный полёт сопровождался бесстрастными докладами ИскИна.

Чтобы не попасть по своим, 'Хормузу' пришлось на какое-то время сбросить плотность огня, чем и воспользовался пилот 'Беркута'. Он проскочил почти вплотную к корпусу вражеского корабля, заодно прикрывшись им от огня своей ПКО. И успев при этом не только пропахать врага очередью из пушек, но и всадить залп противоракет в бронестворки отсека охлаждения реактора.

'Сорок восемь процентов... Пятьдесят четыре процента... Шестьдесят два процента.'

Позади истребителя расцвёл огненный цветок. Десантный корабль разломился пополам и начал медленно заваливаться на планету. Однако свою задачу он выполнил. Десантные модули уже входили в атмосферу.

'Семьдесят три процента... Повреждение правого маршевого двигателя... Неконтролируемая реакция... Отстрел правого маршевого двигателя... Потеря мощности левого маршевого двигателя - пять процентов. Расход боезапаса пушек - девяносто пять процентов... Девяносто семь процентов... Девяносто девять процентов. Снаряды закончились'.

Прежде чем закончились боеприпасы, молодой пилот успел сжечь девять десантных модулей. Больше сделать он уже ничего не мог. Пора было позаботиться и о себе.

Егор успел отдать команду на отстрел спаскапсулы раньше, чем это сделала автоматика, и почти сразу потерял сознание от навалившейся перегрузки.


***


- Бродяга-1, Бродяга-2, преследование Бродяги-3 прекратить. Следовать к терминалу шестого орбитального лифта. Действовать согласно тактическому плану номер семь.

- 'Прекратить преследование', - хмыкнул ведущий, отзывая почти вышедшие к этому моменту на дистанцию открытия огня дроны. Пилотируемые истребители безнадёжно отстали от машины Белецкого, так как, во-первых, позже начали разгоняться, а во-вторых, заблаговременно начали тормозить, дабы избежать встречи с атмосферой Сварога. - Спохватились... Там уже некого преследовать.

- Как думаешь, что это было? - поинтересовался ведомый, который тоже видел и бой одинокого 'Беркута' с невидимым противником, и финальную вспышку в атмосфере планеты, сопровождённую исчезновением метки 'Бродяги-3' с тактической схемы.

- Похоже, наш юный друг был не так уж и безумен.

- Надеюсь всё же, не 'был', а 'есть'.

- Да. Я тоже надеюсь. Хотя - на такой скорости... - ведущий сокрушённо покачал головой. Но развить свою мысль не успел. Вокруг начало твориться нечто невообразимое.


***


Как и тогда, в столичном парке, первым восстановилось обоняние. И донесло до мозга запах крови.

Следующим, тоже, как и в прошлый раз, подключился вкус. И вновь это оказался вкус крови. Дежавю...

А потом без очереди влезла боль...

Боль была глухая, но по всему телу. Ощущения были, как будто сверху уронили хорошую такую бетонную плиту. Осознав, что вверенный ей организм начал приходить в сознание, медсистема скафа поспешила отчитаться о проделанной работе.

Беглого взгляда на строки отчёта было достаточно, чтобы понять, почему боль не была нестерпимой. Судя по текущему состоянию картриджа аптечки, та впрыснула в организм подопечного лошадиную дозу коктейля из обезболивающих и противошоковых препаратов вперемешку со стимуляторами. Непрояснённым оставался только вопрос, а из-за чего вообще всё болит?

Егор глухо застонал (Ага, появился и слух!), и запросил отчёт у системы контроля повреждений скафа.

Отчёт не порадовал. Накрывшаяся система движков для передвижения в космосе? - да Бог с ней! На поверхности планеты она всё равно бесполезна. Пробитый в двух местах скаф? - пробоины затянуты аварийным герметиком. Но вот выход из строя системы дальней связи и системы регенерации воздуха - это серьёзно. Точнее, было бы серьёзно, если бы более мощные аналоги этих систем не имелись в спаскапсуле. А даже если бы отказали и там - с минуту на минуту должны прибыть спасатели. Сама-то спаскапсула никуда не делась, и с орбиты должна быть хорошо видна. Так что скоро их с Пантелеем доставят на ближайшую...

Пантелей! Что с Пантелеем?! До Егора наконец-то дошло, что он не слышит товарища ни по радио, ни в мыследиапазоне.

- Пантелей! Пантелей, котяра, ты меня слышишь?!

А в ответ - тишина...

Белецкий с трудом разлепил глаза. Однако... По сравнению с прошлым разом наблюдались явные отличия. Тогда картинка была чёрно-белая, сейчас - мутно-зелёная. Может, появление цвета и являлось шагом вперёд, но в прошлый раз картинка была именно картинкой - то есть было видно всё вокруг, а сейчас... Мутная клубящаяся зелень, и больше ничего.

Запрос. Контроль повреждений спаскапсулы? Хм... Нет связи. Плохо. Нет. Что же это такое всё же со зрением опять?

Егор медленно повернул голову вправо-влево. И снова застонал... Больно! Но зато выяснилось, что при повороте головы зелёный цвет сменяется каким-то буро-непонятным. А если задрать голову вверх... Что это? Сильно напоминает дым. Или туман? А туман бывает чёрным? Кажется, нет... Значит, всё-таки дым. Как говорится, дыма без огня не бывает. И что из этого следует? Что что-то горит. Логично. А противопожарная система почему-то не только не принимает мер по спасению экипажа, а и вообще не отзывается на запросы. С её стороны это нехорошо.

А ещё нехорошо то, что судя по вектору силы тяжести... Так... Зрение, похоже, постепенно приходит в норму. Поглядим... Что у нас справа?.. Слева?.. Внизу?.. Угу. Это уже интересно. Ввер... Ага! Вот и источник дыма!

Картинка нарисовалась безрадостная: Егор висел вниз лицом в кресле-ложементе, зацепившемся стропами парашютной системы за какой-то выступ на крутом, почти вертикальном склоне. Прямо под ним, метрах в пятидесяти внизу, раскинулась большая, и может быть, не только большая, но и глубокая лужа маслянисто поблёскивавшей зелёно-бурой жидкости. Чуть поодаль, 'на бережку' догорали разбросанные в радиусе порядка ста метров обломки спасательной капсулы.