# Дороги Льда, глава 13

Владимир Датыщев

Вот тут теперь будуд новые главы "Дорог" - скандинавский фэнтезийный боевик и прочее.

## Глава 13, поисковая


(а где же Демон подевался?)


"Иногда даже смерть может быть отвлекающим


маневром в божественном замысле..."


Иуда Искариот


Поднимайте мечи, топоры поднимайте,

Уж приблизился Сурт и убийцы его!

Выливайте смолу да за стены сливайте,

Не дадим осрамить мы лица своего.

И завеют холодные ветры над лугом,

И прольется уж первая братская кровь,

Обратится живое, наполнится слухом,

Что царит здесь не смерть...


Могучий Тор покачнулся, удивленно посмотрев на Ангрбоду, и рухнул на колени, впрочем, родной Мёлльнир он так и не выпустил из рук.

- Вот так-то! - довольно засмеялась Великанша, оставляя объятый пламенем клинок в груди могущественного аса. - Каждый Огненный сын Муспелля теперь сможет убить божество! Бойтесь, жители Асгарда, ибо грядет уже Рагнарок, и падет ваше тщеславие под мохнатыми лапами самого Фенрира!

Бабища развернулась, продолжая хохотать и победоносно затрясла кулаками над головой. Ее бешеный смех разнесся над всем поселком, и некоторые Ведьмы также возрадовались, подбрасывая вверх свои метелки. Хотя, большинство женщин особой радости не показывали - тихо сокрушались над разоренными садиками и огородами, украдкой смахивая слезы.

- Но почему же не темнеет солнце? - удивленно спросила Великанша у Нетрезубца, находящегося там, где и раньше. - Ведь после смерти бога должны следовать громаднейшие катаклизмы, Дева Дневная мерцать будет, океаны закипят, а издалека послышится довольное шипение Мирового Змея! - процитировала она отрывок из какой-то древней книги.

Островский, весь бледный от ужаса, только крепче сжимал хлипкие корни деревца, произраставшего на верхушке Невысокой. Тор погиб, а это значило последующую кончину Владислава - против громадной бабы защититься казалось невозможным. Ведь даже и подними он тяжелый Молот, Великанша его просто сметет, как пылинку - мокрого места не останется, только горстка золы.

- Солнце! - позвала Ангрбода, задирая голову вверх, и минуя взглядом Нетрезубца. - Чего не мерцаешь?

Внезапно Ведьму похлопали по бедру - к плечу добраться было достаточно сложным занятием.

- Это потому, почтенная фрекен, - сообщил Тор, - что бога довольно трудно убить.

Он буквально затрясся от хохота, демонстрируя присутствующим, что клинок Великанши лишь покоится между асовым торсом и локтем. Язычки пламени рассержено плевались искрами, но навредить божественным доспехам, или коже мужчины, не могли.

- Что-о-о-о?! - не поверила Ангрбода, упирая руки в боки и уставившись на Тора, как на балующего котенка. - А, ну, марш обратно на землю! Лежать, кому говорю!

В глазах Верховной Ведьмы плясало безумие - ведь как приятно достичь до цели, что возжелаешь много лет. И как же болезненно воспринимает психика разрушенные идеалы и мечтания, когда до нее доходит тщетность всех стараний.

- Умереть мне в кровати, а не в честном бою, - восхитился ас, - если мне не нравится побыть немного в шкуре братца Локи! Да только за выражение твоего лица, Мать Волков, можно отдать все золото мира! А-ха-ха! Оказывается, дурачить народ - донельзя красиво. А как поднимается настроение!

Ангрбода очень грязно выругалась на языке Муспелля, и ухватилась за свой меч, брошенный в ее сторону могущественным Тором.

- Во второй раз ты от меня не уйдешь! - заорала громадная женщина. - Я сейчас же убью тебя!

Теперь ее глаза не просто плевались огнем - из них вырывались две ровные струи тонкого пламени. Все вокруг вспыхивало, загоралось и потрескивало под пекущими язычками. Воздух над селением Ведьм наполнился искрами и чадным дымом, принимались гореть все новые огородики и густые сады. Природа стонала под гнетом огня, умирали побеги молоденьких яблонь и слив, трещали обугленные арбузы и ветки персиков. Перепуганные женщины носились кто куда, бренча на бегу ведрами с водой и тяжелыми деревянными кадками.

Кто-то из старух-молодиц вызвал капельку атмосферной магии - под колдовским барьером, изображавшим гору над селением, появилось маленькое облачко. Оно с визгом летало над сражающимися мифическими героями, плюясь коротенькими молниями, ругалось тихим громом и поливало бушующий огонь мелким дождиком. Вскоре за первой тучкой появились ее товарки - не менее десяти штук. Они слились в одну большую, и хлынул густой ливень. Необходимость тушить пожар отпала, и Ведьмы попрятались от теплых струй в нескольких уцелевших домиках - Тор и Мать Волков прошли сквозь село, как касторка по желудку. Пот ногами Великанши рушились строения: крепкие амбары, крытые колодцы и загоны для приземистых коровок. От сильнейших ударов аса ломались деревья, валились стены домов, в щепки разлетались заборчики вокруг огородов. Бедные женщины, оставшись без крова, мышами прыскали из развалин, стараясь убежать подальше, но сражающиеся следовали за ними, словно сговорившись разрушить здесь все.

Сверху на разруху щедро выливались струи дождя, округа оказалась залита водой даже по щиколотку Ангрбоде - Тору примерно по колено. Ведьмы, мокрые, как русалки, убегали кто куда, уцелевшая скотина беспокойно рыскала по околице, прячась под густыми кронами яблонь и среди густых зарослей кустов малины. Только сухой, потому как висел над тучами, Владислав, с удивлением рассматривал сцену побоища, изредка подрыгивая ногой, когда из облака доносился очередной удар грома.

Бог, кажется, только сейчас вступил в силу - его удары теперь становились все сильнее и отличались рассчитанной точностью. Верховная Ведьма с испугом и удивлением парировала все замахи противника. Она поняла, что слабость аса в первые минуты схватки оказалась деланной - Тор просто испытывал мощь дочери Муспелля, чтобы использовать ее недостатки в будущем. Не зря ведь боги считались непревзойденными бойцами.

Звон металла по металлу, высекались длинные искры, Мать Волков продолжала отступать под мощным ударами Мёлльнира. Она бешено фехтовала, шаг за шагом отдаляясь от поверхности Небольшой горы. При этом Верховная Ведьма совершенно не смотрела под свои громадные ноги - под широкими подошвами исполинских сапог сминались соломенные крыши землянок, хрустели оброненные женщинами бадьи, ломались заборчики и домашняя утварь. Несколько раз Великанша оступалась и со всего маху падала на землю, но в такие моменты ас не атаковал. Бог лишь останавливался и ждал, пока женщина поднимется и вступит в схватку обратно.

- Мне не нужны твои пиететы, - почти умоляюще стонала Огненная. Ее грудь тяжело вздымалась, среди разорванных краев кольчуги мелькало голое тело - ударная часть Мёлльнира иногда превращалась в лезвие и рубило доспехи противницы. - Не поддавайся мне, выродок Одина! Ведь я тебя не пожалею!

- Не сомневаюсь, фрекен, - отвечал Тор, продолжая теснить Мать Волков поближе к краю села. Там оболочка горы вновь соприкасалась с землей, огибая маленький юркий ручеек. - Только не хочу, чтобы в сагах потом говорили, мол, подлый ас воспользовался слабостью врага и победил хилую женщину.

- Врешь! - пыхтела Ангрбода. - Ваши скальды только и будут, что расхваливать всесильного дурака с Молотом и говорить, как он сразил чудище, ногами попирающее Луну!

- Мне как-то едино, - Тор парировал страшный удар, силы которого с лихвой хватило, чтобы смести небольшую рощицу. - Драка должна быть честной, а не так, как твой папаня - кинжалом из-за угла.

- Не тронь отца! - заревела, как раненная исполинская тигрица, Верховная Ведьма.

Она ударила аса ногой в грудь, стремительно увернувшись из-под его атаки. Не ожидавший такой прыти бог, отлетел на пару десятков метров, ударившись головой в основание толстой сливы. Диадема на голове божества померкла от резкого соприкосновения с корой дерева, а Тор без сил распластался на сочной траве. Он пытался подняться, упираясь Молотом в землю, но, по-видимому, находился в глубоком нокауте.

Торжествующе восклицая, Великанша бросилась на него, занося свой пламенный клинок для последнего удара. Но тут вмешалось провидение.

Сам того не замышляя, Владислав внезапно разжал руки, отпуская корни спасительной ёлки. Не ничего не понимающим видом, истошно крича, он рухнул прямо на руки Матери Волков. От неожиданности, женщина дернулась, и ее огненный меч ударился немного левее оглушенного аса.

- Щенок! - рявкнула Верховная Ведьма, сбрасывая Нетрезубца, и замахиваясь оружием повторно.

К счастью, легкого замешательства Великанши, Тору хватило. Раздался громогласный стук, когда раскаленное железо соприкоснулось с рукоятью Мёлльнира, исполненного из неизвестного Владу металла. Ас выкрутил древко своего орудия, пронося клинок Ведьмы над головой и ринулся между но противницы.

Ударная часть его легендарного Молота рухнула на стопу Ангрбоды, разбрызгивая кровь и плоть. Мать Волков заревела, резко поднимая ногу повыше, но Мёлльнир уже изменился. Длинное лезвие пробило ногу Великанши, раздирая ее на две части. Окрестности содрогнулись от звучного крика, в котором читались печаль, сожаление и ощущение неминуемой гибели.

Горячая кровь залила все вокруг, над ее алыми струйками тотчас взвились пламенные язычки. Но пожар так и начался - Ангрбода медленно, будто древний дуб-исполин заваливалась в ручеек на окраине села. Ее кровь растворялась в воде, наполняя маленькое озерцо прямо под поверхностью Небольшой, алым сиянием.

- Убью! - выкрикнула Мать Волков, падая на заросли яблонь.

Она развернулась на лету, продолжая сжимать меч, и рухнула среди деревьев.

Тихий стон и бульканье, среди кустарников и невысоких плодоносных растений показались руки Великанши, обагренные кровью, меча в них уже не было.

- Добить, или как? - задумчиво протянул Тор, бросаясь следом за своей противницей.

Осмелевший Владислав кинулся за богом, и негромко ахнул - Ангрбода сучила конечностями в предсмертной судороге. В падении она неловко вывернула свое оружие под себя, и сейчас из ее груди торчал затухающий огненный меч. Наполненный пламенной кровью гейзер бил прямо вверх, на многие метры от земли. Но он начинал затухать, медленно опадая и затухая в ручье.

- Чистой воды самоубийство, - немного недовольно прокомментировал ас, убирая Молот в специальные крепления на задней части доспехов. - Мне почему-то казалось, что драка посерьезнее будет. А она, вот какая - чистой воды истеричка и воевать не умела...

- О мертвых нельзя плохо говорить, - пожурила бога Идунн.

Девушка-старуха как-то неслышно подошла и руками сейчас проводила в воздухе плавные пассы. Ее ногти светились ярким пламенем, из-под них, словно нехотя, лениво истекал розовый туман, и плыл к Матери Волков, обволакивал лицо поверженной женщины.

- Чтоб я так жил, - сплюнул Тор, - как эти выродки Муспелля умирают. Да она оклемается, не успей мы до Асгарда добраться! Вона, слышу, как ее сердце начинает биться сильнее - живучая, стерва!

- Пусть только она живет, - всхлипнула Идунн, когда последние клочки розового тумана слетели с кончиков ее пальцев. Сама девушка без сил опустилась на земли и прикоснулась щекой к широкой штанине Островского.

- Зачем тебе эта страхолюдина? - спросил Владислав. - Что она хорошего...

- Она всем нам матерью и покровительницей была! - не удержалась и заревела его спасительница. - Мы все живем здесь исключительно ее доброте и ласке. В других странах Ведьм бояться, убивают и насилуют, продают в рабство и подвергают страшным пыткам, особенно после того, как кто-то пустил слух, будто мы прячем какую-то могущественную реликвию.

- Только не говори, - встрепенулся вдруг Тор, - что Девятое Копыто Слейпнира вы, хитрые бабенки, куда-то запрятали! Ведь с помощью этой штуки можно весь мир поработить, а любой воин, обладающий частичкой самого Коня Одина, стает непобедимым, что-то типа меня!


"Кто постучится, тому откроют...


Кто ищет, тот всегда найдет... проблем на свою голову"


Надпись на стене тюрьмы


- О, боги, еще один, - вздохнула Идунн, уставившись на аса, как на умалишенного.

Владислав также с интересом посмотрел на изменившегося Мотроднира. Маленькая голова в диадеме, венчавшая широчайшие плечи казалась бы довольно смешной, не будь у бога таких синих задумчивых очей. У Тора оказалось очень добродушное лицо. Левую щеку, от длинных усищ и до прикрытого густыми светлыми волосами уха, украшал глубокий шрам, примерно от секиры, или изогнутого меча. Правую щеку усыпали яркие веснушки, пробегаясь по светлобородому подбородку, и теряясь где-то под головным украшением на широком и, видимо, очень твердом лбу.

- А чего? - не понял ас. Когда он говорил, то очень нервно дергал верхней губой - сильнейший нервный тик, от которого густые усы шевелились, как на ветру. - Все хотят Копыто найти. И верно полагают, что его Ведьмы спрятали, чтоб никому другому неповадно было!

- Нету у нас никаких конечностей животных, кроме куриных лапок, - отрезала девушка. Но при этом ее глаза как-то загадочно блеснули - Нетрезубец, любивший психологию, сразу же обратил на это внимание.

- А ведь я тебя помню! - обрадовался бог силы и военной смекалки. - Ты в Асгарде когда-то яблоками торговала! Вот чертовка! - он ущипнул Идунн пониже спины и попытался поцеловать. (13)

Влад философски наблюдал за тем, как могущественного аса наградили крепкой пощечиной. Невзирая на то, что в своем мире он до смерти ревновал каждую девушку, с кем спал, на молодую старуху, или, правильнее, старую молодицу, видов Островский не имел. Мало ли кто и с кем тут живет, чтобы всех ревновать.

- Убью! - послышалось из разрушенного садика.

___________________________________

13) Легкая игра с персонажами. Согласно "Младшей Эдде", Идунн - жена мудрейшего аса Браги, хранительница ларца с "молодильными" яблоками (а вы думали откуда в русских былинах и сказках такие фрукты оказались?). Когда боги стареют, они приходят к Идунн и кушают выше упоминаемые плоды. Без яблок любой ас имеет некоторую возможность резко состариться, или даже смертельно заболеть. Сие, конечно, не доказуемо, но старым сагам и легендам надо верить.

___________________________________

Над деревьями, несомый магической силой обитательниц селения, воспарил громадный клинок, покрытый остывающей кровью. Его лезвие слабо мерцало, но было видно, что оружие постепенно накаляется и наливается жизнью.

Верховная Ведьма едва слышно стонала и просила воды, хотя лежала спиной в холодном ручейке. Вокруг нее суетились жительницы села, поднося раненной Великанше целебные зелья, фруктовые соки и прочее, способное поднять Ангрбоду на ноги.

- Предлагаю сделать ноги, - мрачно сказал Тор. - А то Мать Волков уже в себя приходит. Пойдешь с нами, фрекен? - спросил он, пытаясь еще раз ущипнуть Идунн за попку.

- Нет, - фыркнула девушка. - С ним, - она кивнула на Нетрезубца, - я бы еще пошла. Но иметь в спутниках такого бестолкового кавалера - увольте!

- И чем тебе я не люб? - с улыбкой поинтересовался ас, но невольный зритель мог бы заметить, как заиграли желваки на простецком лице божества. А кто же любит, когда его недооценивают и открыто издеваются!

- Не надо руки распускать! - ответила Идунн, многозначительно хмуря брови. - Ни здесь, ни на базаре в Асгарде. Я до сих пор не могу забыть, как ты мне синяков наставил, грубиян.

Тор покраснел и смутился. Островский впервые в жизни так близко видел бога, да еще и бога стесняющего.

- Прости, фрекен, - спустя секунду ас пришел в себя. - Люблю просто это дело, - он посмотрел на покрытые мозолями руки и виновато спрятал их за спину. - Что-то мягкое щипнуть. Ладно, - не слишком заморачивался бог, над тем, простили его, или нет, - пошли, Володислав.

Тор повернулся к девушке спиной и направился к поверхности полой горы.

- Точно не пойдешь? - поинтересовался Нетрезубец, желая поскорее удалиться от места, где ворочалась среди деревьев Великанша.

- Нет, - Идунн покачала головой. - Она мне как мать, - девушка кивнула в сторону ручейка. - Я не прощу себе, если брошу ее помирать. Держи, красавчик, - Влад почувствовал, как в его руку уложилось что-то прохладное и мягкое, слетев с ладони Ведьмы.

- Спасибо, - поблагодарил Островский, разглядывая миниатюрный мандарин. - Тут даже такое растет, - удивился он. - Просто рай, а не страна!

- Иди уже, - улыбнулась Идунн. - И помни, что можешь в любой момент возвратиться - я буду ждать.

- Спасибо, - машинально повторился парень. - А как же злобная громадина? - он неопределенно махнул головой.

- Она перебесится, - хмыкнула Ведьма. - И не такое прощала, ведь Мать Волков - самая добрая из детей Муспелля!

- Вот уж никогда бы не подумал, - Нетрезубец сделал шаг назад, прощально махнув Идунн рукой с мандарином.

- Кстати, - сказала ему вдогонку девушка, когда студент уже почти прикоснулся к фальшивой горе, - ты будешь приятно взволнован, когда узнаешь, что досталось тебе от Болотного Кошмара.

- Что? - Островский вспомнил, что рассказал молодой-старой Ведьме короткую историю пребывание в этом мире.

Идунн сказала, но он не расслышал - сильная рука, словно ковш экскаватора, требовательно подцепила его и выдернула из села.

- Шашни он будет строить, как баба! - буркнул Тор, не отпуская Влада и бегом удаляясь по лугу от Небольшой. - Тут сейчас сдохнуть можно, а ему поговорить!

Над горизонтом собирались хмурые тучи, они густым веером окружили солнце и были похожи на звено истребителей. Казалось, товарки того облачка, что погибло под молниями разгневанного аса, слетелись сюда - покарать божество, ворвавшегося на запретную территорию.

- Нам сейчас до леса добраться надо! - гаркнул владелец Мёлльнира, широкими скачками двигаясь по зеленой траве и на буксире таща за собой Нетрезубца. - А тогда поговорим.

И они вместе припустили через луг, подгоняемые наскоками бешеного ветра и приближающимися раскатами грома.

- Значит так, - сказал Тор, когда они остановились под густой кроной сосны и всласть отдышались. - Гони рукавицы для начала - тогда остальное получишь!

Парень стащил с себя прохладные предметы одежды.

- Хозяин! - обрадовано заблеяли перчатки, подлетели в воздухе, хлопаясь, словно в аплодисментах, сами об себя, и оделись на руки божества.

- О! - ас разглядывал свои трофеи, будто вязанный свитер от любимой бабушки. - Теперь вот!

В небе полыхнуло, собравшиеся над краем леса облака испуганно вильнули в стороны, когда над местностью пробежалась алая молния. Она, видать, прилетела издалека - на полном ходу, словно разыскивая кого-то, пробежалась среди толстых стволов ёльника, поджигая ветви. Вокруг резко похолодало, все покрылось серебряным инеем, с едва пасмурного неба посыпался густой снег, на земля слабо затрещала, замерзая под тонкой коркой льда.

- Вот и Силы прибыло, - улыбнулся Тор, когда молния вылетела из чащи леса к ним, и устремилась к Островскому.

- Что? - испуганно заорал парень, пытаясь убежать.

Он запетлял между полянками и редко растущими сосенками, но молния оказалась проворнее. Холодный разряд ударил Владислава меж лопаток, с такой силой, что студента подбросило в воздух и несколько раз заставило перекатиться через голову. В груди что-то рождалось, или просыпалось от длительной спячки - по венам струился приятный холодок, а, накинувшийся вдруг на местность, мороз уже не причинял Нетрезубцу дискомфорта. Парню показалось, что сними он сейчас одежду и останься голышом, стужа совершенно не побеспокоит его.

Небосклон вдруг стал ближе - боги притягивали Избранного в себе. Над облаками вспыхнули разноцветные радуги, символизируя скорую развязку - придет конец света, или же все останется на своих местах.

В душе закружились приятные метели, перед глазами запрыгали белые пятнышки, словно на экране телевизора, когда отключают канал. Сотни иголок-колокольчиков играли где-то в сознании, будоража воображение. Владу сейчас казалось, что он может все: за один присест вырубить эту рощу - пожалуйста. Победить всех Огненных Великанов и Демонов - раз плюнуть. Сразиться с мифическим Фенриром, или набить рожу подлому Локи, обидчику Лины - нет проблем! Он мог все: такая мощь ощущалась в жилах, будто возьми сейчас палку, как говорил один философ из его мира - и перевернешь весь мир. Хотелось взлететь, туда, поближе к звездам, бросить вызов всем врагам, испепелить всех нелюдей и монстров, угрожавших этому миру Рагнароком, напиться крови.

- Ну, будет, - миролюбиво сказал Тор, и Нетрезубец почувствовал, как его дергают за штанину.

- Ой? - вскрикнул студент, и разразился ругательствами, заметив, что обуреваемый мечтами и вернувшейся Силой, поднялся в воздух на несколько метров.

- Итак, - сказал бог, наблюдая за тем, как упавший от неожиданности Влад поднимается и отряхивается от снежной пыли. - На землю мы вернулись, теперь немного дел насущных решим. Ты доказал, что достоин дарованной силы, хотя и не являешься Избранным. Не хотел бы я, честно говоря, видеть на твоем месте того идиота, пытающегося пробиться во Фризланд через Пути Локи. Но, не буду тебя пугать преждевременно, ведь у нас есть несколько важнейших вопросов, от которых зависит вся твоя дальнейшая жизнь и, частично, существование этого мира! Во-первых, ты даже на капельку не готов к сражению с Огненными!

Островский подтвердил, согласно кивнув.

Тор продолжил:

- Как понимаешь, богам не нужны недоучки. Возле Мидгарда, крепости, на стенах которой смелые мужи отбивают атаки Демонов Локи, есть Ледяная Академия. Это место - святая святых нашего мира, ведь там готовят самих Криомагов, сильнейших колдунов-практиков, способных на очень многое. Асгард, а, лично, сам Один, посылает тебя с рекомендательным письмом - ты должен пройти хотя бы краткий курс обучения, чтобы вступить в схва\тку с врагами. Помни: хотя подобной силы в этом мире не имеет ни один смертный, есть множество бестий, бессмертных созданий и нежити, способных справиться с тобой одним лишь щелчком челюсти. Понятно?

- Да, - ответил Нетрезубец, ровным счетом ничего не понимая. Ему сейчас мучительно хотелось проснуться на кровати в общаге, выпить пивка и забыть это странный сон. Он хотел заявить, что чихал на этот самый мир, вместе с его обитателями, богами, и другими бессмертными монстрами. Да какое дело имеется к этим придуркам в кольчугах и рогатых шлемах, как у погибших Дрёпаров? Он им не нанимался, он, вообще-то - студент, и должен учиться, потому как папа с мамой тяжелым трудом оплачивают ему университет и прочее.

Проснуться не удавалось, да и не бывает сновидений, что длились бы по несколько суток. "Сбегу, - подумал Владислав, - как только появится возможность - убегу на хрен отсюда. И сразу же к психиатру, пусть вытащит Лину из моей головы!".

Не подозревающий о черных думах Островского Тор, нес какую-то ахинею о пользе труда и науки во славу Фризланда, о будущих перспективах самого могущественного колдуна в этом мире, о пустующем кресле в Вальхалле и побратимах - Эйнхериях. И прочее, и так далее...

- А потом, если, а вам это обязательно удастся, - говорил ас, - после осады Мидгарда, вы пойдете на штурм огненных стен, а далее - Муспелль. И вот уже ты стоишь перед Фенриром, а скальды воспевают честь и хвалу тебе, великий воин-маг. Криомаг - я не побоюсь этого слова, звания, дарованного тебе Ледяной Академией и богами. Кстати, - вдруг осекся он, припомнив что-то важное, - ты не сможешь в полную мощь воспользоваться своей Силой, ведь Демон по-прежнему жив!

- А вот тут не понял, - Нетрезубец погладил себя по животу, ощущая, что с ночи еще не ел.

- Чтобы Дар перешел в тебя до капли, Болотный Кошмар должен умереть, - поучительно ответил бог. - Лишь тогда мы сможем пустить тебя в Академию, лишь тогда ты возьмешь в руки Пустой Меч и встанешь на стену Малого Мидгарда!

- И где же этого черта искать? - поинтересовался Влад. - Ведь он в пространстве перемещается - телепортация какая-то, ей богу.

- В том-то и дело, - печально протянул Тор, - что я не знаю. В нашем мире этого вороватого подлеца нету. Он не умер, кажется, - с сомнением проговорил ас, - но перешел в другое государство, где могущество Асгарда не действует, а, следовательно, мы не можем точно утверждать, куда подевался Болотник. Предположительно, что его занесло в Смертоносные Топи, место, откуда за последнюю тысячу лет еще не выбрался ни один смертный.

- А что там? - Островский замер, чувствуя что-то нехорошее - под ложечкой засосало.

- Тюрьма для созданий света и тьмы, - ответил бог. - Самые страшные монстры-преступники томятся там, ведь они совершили настолько много кошмарных дел, что даже Хель отказывается забрать из. Десятки десятков полумертвых душ обитаю в Топях, не в силах скончаться, кончают с собой, убивают друг друга, но в тот же миг воскресают - смерть не берет их из-за богомерзких поступков...

- Час от часу не легче, - простонал Нетрезубец. - А нельзя ли его оттуда каким-то образом извлечь?

- Вот этим ты сейчас и займешься, - дружелюбно озадачил студента могущественный бог.


## Глава 14, пробивательная


(о том, что для некоторых путешествий надо вдоволь отработать в три нормы)


"Пилите, Шура, пилите...


Мне давно уже все равно, о чем вы там говорите"!"


Из обращения автора к теще


И завеют холодные ветры над лугом,

И прольется уж первая братская кровь,

Обратится живое, наполнится слухом,

Что царит здесь не смерть, а лишь только любовь.

И ударится меч, искру зла высекая,

Зашипит оперение стрел под дождем,

То не дождь и не капли - то мука людская,

По доспехам врага...


Великий Хнык парил в бездонном пространстве. Сначала ему показалось, что пришла смерть - кромешная чернота, отсутствие звуков, или движения. Потом, очень далеко, почти за границей сознания, вспыхнул слабый огонек.


Легкая игра с персонажами. Согласно "Младшей Эдде", Идунн - жена мудрейшего аса Браги, хранительница ларца с "молодильными" яблоками (а вы думали откуда в русских былинах и сказках такие фрукты оказались?). Когда боги стареют, они приходят к Идунн и кушают выше упоминаемые плоды. Без яблок любой ас имеет некоторую возможность резко состариться, или даже смертельно заболеть. Сие, конечно, не доказуемо, но старым сагам и легендам надо верить.