# Повествование о несчастной больной жене и муже-садисте

Хельга Власова

Пятое

Горячая вода в доме пропала на второй неделе моей болезни. Так как лечиться я усиленно не желала, и каждый раз отбрыкивалась от гневных попыток мужа загнать меня парить ноги, вопя, что всё со мной нормально и пускай сам лечиться, а я себе и поинтереснее занятия найду.

Я втайне торжествовала, наблюдая, как муж, скрежеща зубами, пытается сделать с краном хоть что-нибудь, лишь бы добыть живительной влаги. С другой же стороны, я была кровно заинтересована в его успехе, ибо сие непотребство приключилось именно в тот вечер, когда я собралась мыть голову. Нарушение моих далеко идущих планов, в которых присутствовали завтрашние посиделки с давно невиданной подругой и возвращение домой за полночь, меня не устраивало.

По сердитому сопению мужа и подёргиванию его торчащих из-под раковины ног подсказывало, что горячей ванны сегодня мне не видать. Досадуя на сию печальную ситуацию, организм решил выразить своё недовольство, заставив меня зайтись в кашле.

Торчащие ноги в ту же секунду задёргались и полезли на поверхность. Выглядело это весьма эпично и почему-то крайне многообещающе, так, что я даже попятилась.

И не ошиблась в своих ожиданиях. Муж выглядел крайне опасно. Особенно устрашающий вид ему придавал ржавый след через всю щёку, теряющийся в бороде. Последняя и без того делала его похожим на некоего разбойника из старинных легенд. Полоска, напоминающая шрам, отлично дополняла образ.

- Кхм... - Впечатляюще прохрипел муж. - Жена, признавайся, ЭТО ВЕДЬ ТЫ СЛОМАЛА ВОДУ, ЧТОБ НЕ ЛЕЧИТЬСЯ?!

Зная, что я здесь ни при чём и ломать воду не умею при всём желании, я даже не стала стремиться в чём-то оправдываться, не видя в этом смысла. И, как оказалось, зря. Ибо, как не странно, муж действительно решил, что это была я.

И решил устроить показательную казнь.

Лишив меня средств общения, дабы я не имела возможности вызвать помощь, он лишил меня и возможности передвижения, утащив на руках на кухню и сунув мои ноги в подозрительного вида таз.

- Мууууж, а что ты хочешь со мной сделать? - сдалась я своему любопытству, отчаявшись понять это самостоятельно.

- Варить тебя буду. Надоела. Сначала не слушаешься, а потом апельсинки тебе в больницу таскать. А кто мне пельмени готовить будет и с работы иногда встречать?

Мне стало стыдно, что я совсем не думаю о муже, и я решила обидеться на упоминание пельменей, которые давно исчезли из рациона мужа, но которыми он до сих пор меня укорял.

Не заметивший моё трагическое состояние души муж сосредоточенно кипятил в чайнике воду. Решив, что обидеться я ещё успею, я выскочила из таза и полезла через мужнино плечо разгадывать его коварный план. За что была жёстко усажена обратно и наглядно проинформирована о наличии у мужа верёвок равно как и умения ими пользоваться в отношении непослушных жён. Пришлось возвращаться на стул и угрюмо ныть про патриархат и распоясавшихся тиранов.

Тираны вдумчиво хмыкали и продолжали вершить своё чёрное дело. И когда я поняла, в чём оно заключалось, было поздно.

Намешав в тазу странную жидкость из двух типов воды: холодной из-под крана и горячей из чайника, муж приглашающим жестом указал на это непотребство мне.

Я ужаснулась. Ибо сложив все факты: муж, вода, тазик, - я пришла к страшному выводу, вспомнив одну когда-то давно слышанную историю. О народе, у которых существовал обычай, что перед свадьбой жена должна вымыть ноги будущему муже в некой посуде и потом всю воду из этой посуды выпить. После осознания того, что, судя по всему муж, не выполнив свой коварный ритуал перед свадьбой, где от него ещё можно было отмазаться словом "нет" и побегом к кому-нибудь более адекватному и не соблюдающему древних традиций, решил воссоздать его сейчас, когда я уже никуда от него не денусь, мне стало дурно.

Пока я ошалело переводила взгляд с мужа на таз и с таза на мужа, он решительно взялся за мои ноги и опустил их в кипяток...

Таких женских воплей наш дом ещё не слышал. Это было горячо, действительно горячо, в чём бы ни убеждал меня муж, поспешно сунувшийся проверять качество предлагаемой продукции.

Я отплясывала на холодном кухонном полу нечто крайне зажигательное, пока не погас последний язычок пламени ада. Тихонько подвывая, я выжидательно повернулась к мужу, ожидая очередной порции извинений. Но не тут то было. По всей вероятности коварный эскулап твёрдо решил явить миру чудо и исцелить меня за одну ночь, ибо я была безжалостно загнана обратно в таз с чуть разбавленной, но не намного попрохладневшей водой.

И заставил отсидеть два чайника, подливая новую порцию огня тогда, когда я только-только начинала привыкать к предыдущей.

Наградой от неблагодарной меня ему стала демонстрация жутких красный ног и жалоба на то, что теперь я не могу ходить.

- Тебе и не надо. - Пробормотал довольный и смягчившийся муж, и в следующую минуту уже натягивал на меня шерстяные носки, уронив на постель в спальне. Свисая вниз головой с противоположного её края, я упорно старалась не думать об их неизбежной колючести, вместо этого размножая идеи как бы так незаметно от мужа стащить их ночью и закинуть подальше.

Запихав меня под одеялку, муж отправился устранять учинённый нами бардак и, как выяснилось чуть позже, заваривать чаёк.

Стянув ненавистные носки, я, чтобы не расстраивать мужа, натянула другие, обычные и не колючие и, укутавшись, попыталась уснуть прежде, чем он просечёт следы моих злодеяний.

Как оказалось, муж знал меня слишком хорошо, чтоб доверять в столь деликатном вопросе, как носки. И именно поэтому первым делом он направился проверять их сохранность. И очень разбудил меня, громко возмущаясь моей безответственностью. Потому что невозможно спать, когда на твои измученные и распаренные ножки снова натягивают что-то крайне колючее и царапающееся. О чём я не замедлила сообщить. И предложила одеть их на самого мужа. Для доказательства.

Мужа моя инициатива почему-то не заинтересовала. По-прежнему ворча, он вручил мне кружку с чаем и вышел. Зная, что больше рисковать и искушать терпение мужа всё же не стоит, я покорно допивала чай. Как назло внезапно испортившееся настроение значительно ухудшали стучащие по подоконнику капли. Ужасно хотелось прижаться к тёплому мужу и не думать ни о чём. Но он всё не возвращался, и я, отчаявшись, одиноким, завёрнутым в одеяло привидением, отправилась на поиск.

Муж обнаружился на кухне. Печально наблюдая что-то за окном, он вздрогнул от звука моих шагов и обернулся. Ещё не зная, как он отреагирует на очередное вопиющее нарушение постельного режима, я виновато пробормотала:

- Муж... Ты это... Прости...

- Иди сюда. - Вздохнув, смирился он. - И зачем встала опять?

- Я...тебя потеряла. - Уткнувшись носом в мужа, несправедливости жизни переносить было куда легче. - Я жду-жду, а тебя всё нет и нет...

- Ты же легла спать? - Иронично напомнил мне муж. Я не стал мешать любимой жене изменять мне в объятиях Морфея и предпочёл удалиться... - Муж явно вредничал, но не сильно. А значит...

Подхватив на руки, он снова унёс меня прочь от пронзительных кухонных ветров, и наконец-то лёг рядом, окружив своими тёплыми руками. Холод осенних дождей был уже не страшен.