Аннотация: Сплошь сопли и нежности с целью сохранения для потомства.
- Мммм! Мммм! Ммма! Мммма! Мммама!
Таю.
Наконец-то!
Вначале было "ага". Я заходила по утрам в комнатку, и говорила выглядывающему нетерпеливо сквозь прутья носу и сияющим - пришли! зашли! наконец-то! - глазам:
- А-ГА!
И мне в ответ громко смеялись.
Он всегда улыбался, проснувшись. Как только научился улыбаться. Четырехмесячный гукалка в колыбельке, неспособный даже выглянуть наружу - радостно улыбался любому лицу, появившемуся в его поле зрения. Ура! Пришли! Я не один!
Научился садиться, вставать на ножки. Научился тихонечко играть в кроватке, проснувшись. Когда надоедало, уже не просто издавал звуки - возмущенно требовал внимания, подпрыгивая у решетки.
"Ага" стало первым сознательным словом. Оно означало: "Ну наконец-то вы пришли со мной поиграться!" - это когда с радостно-победной интонацией. Иногда интонация была вопросительной, и тогда это значило "поиграешь со мной?" А иногда требовательной: "ну брось ты уже свои глупости и давай играться!"
Потом "Ага" забылось, ушло вслед за детским бессмысленным лепетом.
Следующим было требовательное "дать"! Не "дай", а именно "дать." Требовательные крики понемногу заменяются настойчивым словом.
Появились "баба" и "аф" - собачка гавкает. Нежненько-нежненько: как собачка гавкает? "аф. аф, аф." "Мя-мя-мя" - кошечка мяукает. Я тихо радовалась, видя в "мя-мя-мя" предтечу "маме" - не тут-то было!
-Папа! - радостно кричали, когда я, одна или с "папой", заходила с утра в комнату. Где папа? Безошибочно тыкаем пальцем. А мама? Радостно прыгаем маме на руки. Это кто? - показываю на папу. "Папа" - уверенно. А это кто? Смеется. Солнышко, это мама, ма-ма! Смеется.
За папой последовали "дядя", "тетя", еще несколько животных иммитаций. А корова как мычит? "Бууу!" - да у него просто "М" не получается! Все не так обидно.
В магазине стою в очереди у кассы глажу, каштановые, с примесью золотого люрекса кудряшки. "Ммм" - нерешительно, словно пробуя. Получится ли? "Мммма. Ммма."
- Правильно, зайка! Ма-ма.
Снова смеется и замолкает. Спугнула.
И вдруг уже в машине, сзади, из детского сиденья: Ма! И еще раз, уже увереннее: Ма!
А еще раз?
Тишина.
Уже дома захожу переодеться в другую комнату, оставив малыша с папой. Топот ножек и стук в дверь - не кулачком, всем телом. Тишина. Неуверенно: ма? Мама?
Мама!
Тихонечко расплываюсь топленым маслом.
Кто я, зайка? Кто это? - указывая себе пальцем в грудь.
- Мама!