(с) Copyright: Элла Титова-Ромм (Майка), 2010

***
Ты предлагаешь правила игры,
Они просты, почти как дважды два,
Свободны от блестящей мишуры
И лишены былого плутовства.
Дырявый бот на парусник сменю:
Надежен компас, карты, полон трюм,
В каюте две картины в тиле ню,
И привкус ночи слаще, чем изюм.
Готова ли покинуть я причал,
Уютный дом и за окном платан,
Чтоб ты меня в объятья заключал,
Мой пятнадцатилетний капитан?
Я отыскала истину в вине:
Страдать - удел убогих и святых.
Ночь не сгорит на жертвенном огне -
Я нынче культов следую иных.
Всего реальней трезвость бытия
Покажется под водку и салат.
Теперь я знаю: я была ни я
Так много лунных месяцев подряд.
И мой голубоглазый Козерог
Не Козерог совсем, а сатана.
Он припадал мне истины урок
Которая понятна без вина.
Он ждет напрасно - я давно не та
Ни пряников не надо,  ни кнутов.
Так долго сходят шрамы от кнута
Он им всегда наказывать готов.
Я уроню подкову за корму
На радость и на счастье  кораблю.
И вдруг сама не знаю почему
Чуть слышно прошепчу:
                     -Вернись!
                              Люблю!

1998



***
Разолью вина,
Подведу итог:
Выпить боль до дна
Ты со мной не смог.

А на самом дне
И не боль, а яд.
Знаю выпить мне
Этот яд велят.

Пригублю скорей
Боль сойдет к нулю.
Вдруг крик: "Не пей!
Я тебя люблю!"


1998


***
Укрывает метель лес,
Стало белым небес дно.
Горизонта закрыт срез 
Я пытаюсь уснуть, но...
По ТВ про буран, СПИД.
В горле снежный застрял ком
И душа не болит - спит.
Этой спячки вина в ком?
Жду вестей. Прок ли есть в них
Если фразы твои лгут?
Мой озябший уют тих,
Коченеей душа тут.

1998



***
Снова за окнами дождь.
Льется с небес вода.
Как ты, скажи, живешь?
С кем ты живешь, а?
Что мне тебе сказать -
Грустью душа полна.
Стоит ли счастья ждать?
Стоим ли счастья, а?
Окна в домах зажгли.
Я на пороге сна.
Где ты? В какой дали?
Есть ли ты в мире, а?

1998

***
Все что было - прошло, ожидание чуда нелепо.
Паутина в углах, почерневшая бронза картин,
Тусклый холод зеркал, новогодняя елка из крепа,
Пара старых газет и засохший букет георгин.
Потускнели обои, и цвет изменили белила.
И приспущены шторы, и тряпкой валяется флаг.
Я закрыла главу, содержание текста забыла
Так что бейся ли, плачь, но не сделаешь в прошлое шаг.
А коль так, то уйти не такая плохая идея:
Окунуться по горло в неведомость и новизну.
Но без памяти жить разве я в этом мире сумею?
Постою. Повздыхаю. И снова назад поверну...

1999



***
Мы два слепца, блуждающих по жизни.
Любовь своим огнем нас ослепила.
Вначале озарила ярким светом,
Но а потом сожгла без сожаленья.
И ничего взамен не оставляя
Шагнула прочь, взвалив на плечи память.
И вот бредем мы, растопырив руки,
Пустых глазниц ресницами касаясь.
И не умеем разглядеть друг друга.
(Так многие судьбу свою не видят!)
А может просто так намного проще,
И мы боимся испытать по новой
Пожар любви, что обернется болью,
Ведь ничего не вечно в этом мире?
Иль мы себе  навязчиво внушаем,
Что умерла любовь? На самом деле,
А вдруг она жива и невредима?
Так для чего мы вместе этой ночью?
И губ твоих касанья так желанны?
И от чего меня ты не отпустишь
Уйти совсем, идти своей дорогой?
Так что же будет дальше? Может лучше
Оставить все как есть: спокойно, тихо,
Как в ручейке? Но сердце просит страсти.
Я никогда поверить не сумею,
Что царь зверей сложил свои оружья.
Он должен начинать сто раз сначала,
Гореть и расточать огонь повсюду.
И коль не мне судьба подарит счастье
Царицей и рабой одновременно
Льву приходиться, пусть придет другая.
И торжество огня наступит снова. 

1999


***
Я знаю, надо бежать.
Да только бегу по кругу.
По странному ровному кругу.
Во век его не разжать.
Не выпрямить, что б вперед
И что б никогда обратно.
Душа моя в черных пятнах
И дождь за окнами льет.
И мается в пальцах грусть
Надломленной сигаретой.
И песней своей неспетой
Как черствым куском давлюсь.
И в панцире изо льда
Душа бесполезно стонет
И гонит надежду, гонит,
Как будто она - беда.
Пытаюсь кричать, (а вдруг?)
Но голос лимоном выжат.
Закрою глаза и вижу
Все тот же безумный круг.

1994