Яблонский Эдуард Генрихович: другие произведения.

Лабиринты веры

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Загадка Лукоморья
 Ваша оценка:


  
  

Лабиринты веры

  

***

   Отец Церкви Ориген говорил: "Кажется, в природе вещей, по некоторым тайным законам, не для всякого человека понятным, уж так и устроено, что добровольная смерть одного праведного человека за всех приносила умилостивительные жертвы злым демонам, наводящим или опустошительную болезнь, или бесплодие, или бури, или какое-нибудь подобное бедствие".
   Очень интересный отрывок. В самом деле, какое место занимает жертва, сама ее идея, в нашей жизни, в жизни всего человечества? Зачем, ради чего люди идут на жертву, отдавая, зачастую, самое ценное из того, что они имеют - собственную жизнь? И чем религиозное понимание идеи жертвы отличается от нерелигиозного? Нет необходимости вдаваться в детали этой, по сути необьятной темы, о которой говорилось и писалось многими; нет необходимости даже останавливаться на ней сколькo - нибудь долго; тема эта, в, cущности, сводится к одной осново-пологающей идее - соотношении в религиозных представлениях любви, справедливости с одной стороны, и ...крови, c другой.
   Почему-то так получилось, что тому, кому божество оказывало особую милость, к кому оно особо благоволило, в качестве знака подтверждающего признание и авторитет этой особой , выбранной личности в глазах самого божества, последнее всегда требовало кровь. Интересную интерпретацию идее жертвоприношения дает свящ. А. Мень "С отдаленнейших времен кровь означала для людей принцип жизни. Ритуалы с участием крови знаменовали закрепления "кровной", жизненной связи их совершителей. Приносимое на алтарь животное почиталось в первобытном мире воплощением божества. Своею кровью оно соединяло участников обряда. Иными словами, главным в жертве был знак сопричастия Высшему, сочетание людей с Ним и через Него - между собой"
   Интересно, что в ветхозаветные времена, в особый день, носивший название "дня искупления" первосвященник кропил кровью тельца крышку ковчега, чтобы "покрыт" грехи Израиля.
  

***

   Проблемы, переживания, cтрахи, cуета, движение по замкнутому кругу, зачастую без осмысленного направления - вот неумолимые оракулы всех времен, включая и наше. Смилуются ли жестокие боги над изнуренным, измучившим себя основательно, быть может потерявшим надежду на избавление Сизифом. Почему этот камень, непосильный для любого другого человека кроме самого Сизифа, не потерявший, однако ни на грамма своей тяжести, почему же , спросим мы , эта неподъемная глыба не раздавит в конце концов Сизифа? Что то наверное есть в душе царя, в самой сокровенной ее части, какая то ничем необъяснимая совершенно нелогичная, но вечноживущая надежда- в один из дней пересилить камень, или вера в то что неким непостижимым пониманию образом, когда-то, глыба не покатится назад. И отчаяние силача отступает, cердце сжимается и нестерпимо стучит... До тех пор, правда, пока не постигнет его очередная неудача. И так снова и снова.
   Верим ли мы в торжество Сизифа? Не покрыл ли он уже свой грех своей верой, своей самоотверженностью и непоколебимой решимостью? Славный Сизиф, наступит день и труды твои вменятся тебе в праведность и разрешишься ты от своего бремени и лишь мозоли на твоих руках будут напоминать тебе о прошлом, но ты не будешь уже гневиться на своих заточителей потому в них ты обрел источник победы. Они родили тебя, сделали из тебя того, кем ты являешься. Только благодаря им ты понял свое сердце, ты ощутил свое родство с ними еще не понимая этого, еще протестуя, но уже будучи одним с НИМИ. И именно эта интуиция ЕДИНЕНИЯ есть источник твоего ОСВОБОЖДЕНИЯ.
  

***

   Откуда можем мы черпать силы находясь в чужом стане, когда даже в своем мы, зачастую, не имеем поддержки? Мы призываем к миру, называем себя миротворцами тогда, когда в душе у нас война. Мы называем себя светом миру, а сердце наше затемнено.
   Одна женщина-христианка в "праведном порыве" негодования, называя это в сердцах "ревностью по Богу", обличает других христиан, в сущности ее братьев и сестер, лишь за то, что последние по другому, и Бог им судья, исповедуют свою веру. Она делает это очень навязчиво, разжигаясь в споре, подзадаривая себя, постепенно вовлекает окружающих в спор, возмущаясь при этом, если кто не хочет "дисскутировать" по данной теме, либо же и вовсе несогласен с ней...
   ....Другая милая и обаятельная девушка с приветливой улыбкой и звонким голоском, искренно уверовавшая и посвятившая свою жизнь служению Богу, никогда не позволяющая себе невежливого обращения с ближними, начинает, вдруг, меняться в лице, когда узнает, что кто-то, называющий себя христианином крещен не так как она. Она откладывает свои дела и с умным лицом начинает убеждать бедолагу в необходимости перекреститься. И уже никакие возражения о христианском принципе единства крещения, о вере крещенного в силу таинства и нежелании последнего, в силу иных духовных убеждений, принимать новое крещение, не берутся в толк этой "поборницей" христианского благочестия. Проходит полчаса, стороны остаются при своем, но что-то основное, что некогда обьединяло весь христианский мир, незримо рушится. В звонком, приветливом голоске девушке появляются металлические нотки, приветливое лицо меняет свои очертания, cтановясь непроницаемым и безразличным, разговор окончен. Итак, участник дискуссии уже не свой, он чужой..
   Милые мои, не прельщайтесь в своей "праведной" ревности. Даже если вы уверены и непоколебимы в своих убеждениях, если даже дело касается принципиальных основ вашей веры, помните, что Бог есть любовь. Щадите и будьте милосердны к чувствам, убеждениям и вере других людей, будьте терпеливы и кротки, ибо так заповедовал Господь. Ибо таково предопределение Божие для христиан всегда быть гонимыми и НИКОГДА- гонителями.
  

***

   Мудро ли говорить, да не оскудеет рука дающего? Может быть когда-то, в какой-то особый случай это самое "даяние" является этически неоправданным поступком, и лучше бы эта рука оскудела. Что может быть критерием этически оправданного или неоправданного действия, когда последнее направлено на оказание помощи ближнему? При поверхностном рассмотрении таковым может выступить достоинство человека. В данном случае этическое призывает нас (вопреки убеждениям некоторых известных философов) заботиться, и изо всех сил, о чувствах и репутации обьекта "даяния" , избегать всяческой возможности или даже малейшего намека унизить достоинство человека .
   Это в сущности "категорический императив" этического. "Человек - это звучит гордо" сказано не Горьким, это сказано этическим человеком, живущим во все времен. Как связано этическое мира с христианством, которое не от мира? Есть христианская этика. Согласно этому учению вся человеческая деятельность должна быть направлена на оказание помощи ближнему всегда и при любых обстоятельствах. Если вы поступаете так,как вам диктует этическое в вашей христианской жизни, вы чувствуете удовлетворение, если же нет - cокрушаетесь.
   При этом, cо временем познавая мир, ощущая со временем каждой клеткой своей души несправедливость мирового бытия в целом, незримо, вы подходите к точке полнейшего и тотального отчаяния, осознавая свою полную несостоятельность пребывать сколько - нибудь более в мире этического. Вы начинаете понимать и всею душой ощущать враждебность этого мира, он подавляет вас, cовесть ваша будучи некогда водителем к Правде, являясь вашим свободным компанионом и другом, в невидимой метаморфозе превратилась в жестокого палача и безжалостного судью. Теперь вы уже не дождетесь от нее доброго слова или поддержки. Теперь добрые дела ваши не берутся в расчет, а зачитается только то что вы сделали дурного.
   ...Молодой человек заходит в вагон метро и видит калеку в коляске, ведомого престарелой женщиной, просящей милостыню, для своего чада. Cитуация совершенно обыкновенная для нашего времени и, вместе с тем чудовищная в своей обыкновенности. Наблюдая за реакцией окружающих, выражением их лиц, взглядами, молодой человек замечает отсутствие какого-либо интереса к этим двум, за исключением, может быть, cочувственных взглядов бабушек, не имеющих возможности ничего дать несчастным, кроме своего сочувствия. Но вот коляска с инвалидом медленно подкатывается к молодому человеку, и в нем начинает говорить этическое. Оно нашептывает ему на ухо что его христианская добродетель обязывает его помочь страждущему, подать ему, у него нет никакого другого выбора. Оно буквально выворачивает его душу вместе с карманами и он подает калеке несколько помятых купюр, решив все же каким-то неясным внутренним мотивом, о существовании которого едва ли даже подозревал, часть мелочи оставить при себе. Глаза калеки полны благодарности к нему, но его еле слышное "спасибо" уже не радует молодого человека. Он чувствует себя полностью уничтоженным и подавленным.
   Этическое в очередной раз одержало над несчастным полную и cокрушающую победу. Оно припомнило ему все: и историю про Ананию с Сапфирой, о "блаженной" руке дающего, и о том, насколько жалки, ничтожны и мизерабельны все его помыслы в придачу мнимой добродетелью, которой и вовсе нет , он сам еще раз продемонстрировал это. Потом этическое скажет ему , как это принято говорить в современных сектантских кругах, что с таким поведением вы недостойны даже находиться в присутствии святых Божиих. Воистину нет в мире такого утонченного и лукавого врага, который даже в учение о благе, добродетели, любви смог пустить свои ядовитые корни, каккнязь мира сего. "То, что зло является под видом света, - писал Д. Бонхеффер-благодеяния, исторической, cоциальной справедли-вости, вконец запутывает тех, кто исходит из унаследованного комплекса этических понятий; христианина же, опирающегося на Библию, это подтверждает бесконечное коварство зла".
   Подобные переживания и искушения были ведомы многими. Кто -то прошел через них, кто-то погряз.
  
  

***

   Каким образом можем мы быть добродетельными? То чему учит этическое философское очень часто расходится с христианским значением этого слова. Говоря богословским языком, разница здесь приблизительно такая, как между законом и благодатью.
   Молодой выпускник богословской семинарии читает свою экзаменационную проповедь. Даже во внешнем виде молодого человека чувствуется некая отрешенность, какая-то "нездешность". Какое-то поношенное, неуклюже сидящее, куцее пальто с короткими рукавами, мешкообразные, вытянувшиеся брюки годные лишь для работы на приусадебном участке, выглядят совершенно нелепо на человеке стоящем за кафедрой. Семинаристы - выпускники, обычно очень "трепетно" подходят к событиям такой важности как проведение экзаменационной проповеди. Еще бы, ведь эта проповедь является венцом четырехлетней учебы. K ней готовятся заранее, репетируют выступление, вплоть до мелочей, вплоть до cамого незначительного жеста или шутки, вполне резонно полагая произвести впечатление на аудиторию. Можно, поэтому, представить себе изначальное недоумение семинаристов и преподавателей, привыкших к годами выработанной практике выступлений проповедников. Молодой человек говорит тихо, чтобы его слушать нужно напрягаться. Нет никакой эффектной подачи, жестикуляции, так горячо любимой протестантской общественностью. Он говорит о том единообразии, которое проникло в нынешние западные церкви, о той, зачастую далекую от благочестия мотивации, руководимой лидерством протестантских общин. Он не призывает никого покаяться, он кается сам. Тут нет призывов, но лишь просьба, более похожая на раскаяние. В аудитории гробовая тишина, чувствуется некая неловкость, она как - бы зависла в воздухе, угрожая прорваться "взрывом" недовольства и, уж, по крайней мере, "благочестивого" несогласия. Но ничего не происходит. Молодой человек заканчивает свою проповедь, так непохожую на остальные, не имеющую, cтрого говоря, даже права называться таковой, ибо это покаянная исповедь. Слушатели медленно расходятся, их лица cпокойны без тени сомнения; постепенно зал молитвенных собраний пустеет, все умолкает, наступает тишина. Благочестив ли сей молодой человек?
   Интересно, что говорило ему его этическое, когда потупив взор, с душевным надломом, он , выпускник богословской семинарии, во всеуслышание усомнился, если не сказать признался в том, имеет ли он вообще право называть себя христианином? И кто может сказать, какого духовного усилия стоило ему это признание, которое сродни духовному подвигу? Мы можем быть уверены, что этическое не даст нам на это ответа, как, впрочем, и все человеческое, отмеченное незримой печатью этического.
  

***

   В одном из фильмов известный российский актер говорит выдающуюся фразу: "Cамые ужасные преступления в истории совершены людьми с умными лицами". Можно добавить, и с умными речами. "Cии словеса" как бы очаровывают вас, вы ощущаете смутное чувство опасности, но не понимаете его природы, своим внутренним взором вы оглядываетесь по сторонам, пытаясь источник вашей тревоги и не находите его, однако инстинктивно рефлектируете на него. Вам говорят о культуре , философии, истории , цивилизациях , морали , этике, религии.
   Кажется нет ни одной сферы общественной жизни и общественных отношений во всей мировой истории, которая была бы упущена , либо не должным образом освещена. В этой пестрой мозаике истории человечества, каждому, даже самому малозначительному историческому и культурному феномену назначается некая ячейка памяти сверхгигантского компьютера, именуемого непонятным и таинственным словом - цивилизация.
   И все хорошо, все просто замечательно. Но когда вы пытаетесь поинтересоваться о нравственной значимости, роли того или иного культурного или исторического события, выясняется, что все они в равной степени значимы, и наравне со всеми другими претендуют на то, чтобы быть предметом изучения " пытливого философского ума". Мудрость древних греков замечательна и поучительна; Сократ, Платон, Аристотель - учителя этики и морали; Конфуций, Лао-Цзы, Будда - тоже хороши, ибо привносят "терпкий привкус Востока в давно уже ставшее пресным и холодным блюдо европейского рационализма". Христианство в высшей степени назидательно, но и Буддизм не менее. Иудаизм важен уже и тем, что является " родителем христианства", а мусульманство небезынтересно хотя бы из-за того, что в мусульманином стал Майк Тайсон . Нравственной иерархии здесь как - бы не существует вовсе, зато существует множество других, каких только захотите...
   Все тут заботливо разложено как - будто по полочкам некоей провинциальной библиотеки в которую раз или два в месяц заходят пара, тройка праздношатающихся бездельников, перелистывают блеклые обложки, потом кладут пожелтевшие от времени тома обратно, и с тоскливой апатией уходят из " храма науки", сопровождаемые не менее тоскливым взглядом библиотекаря .Нечто похожее можно найти у С.Булгакова, где в своей известной работе "Трагедия философии" пишет он об ученом педантизме, находящем "вкус в коллекционировании и превращающий историю философии (здесь уместно говорить не только об истории философии, но и о истории цивилизации в принципе - прим.авт.) в музей, где собраны предметы редкости и умственного изящества" Cпросим честно, кому нужна такая библиотека или такой музей, оба являющие собой, суть, олицетворение ханжества и нарциссизма? И, вообще, долго ли такой "cокровищнице" человеческой мысли осталось существовать? Доколе извращенный разум человеческий будет присваивать вещам и событиям фальшивые и пошлые титулы?
  

***

   Опять сатана преследует вас. Опять старые "грешки" всплывают и вы чувстствуете как они цепко хватают вас и тянут, тянут....
   Кто-то сказал, что грех появляется в ангельском обличье, в противном случае, он никогда не имел бы такой силы, не был бы столь притягательным, не смог бы соблазнить и погубить. Это правда. Порой он "навевает" вам ностальгию о старых "добрых временах", "романах" и "сантиментах" , которых вы уже давно пережили, которыми вы переболели и позабыли. Но вот, усилиями вашего " друга" , вы опять в том времени, вы также влюбчивы, взволнованы , чувствуете как бьется ваше сердце в предвкушении некоей "мистерии". Ангел Тьмы не отпускает вас, он нашептывет вам тихо, завораживающе, не желаете ли вы пережить весь этот" калейдоскоп" чувств еще раз, стать молодым, неистовым, вновь покорять... Существо ваше в смятении, чувства обострены, эмоции переполняют вас, бешено пульсирует кровь. Вы уже готовы, осталось сделать лишь шаг... И вдруг внутри вас, в какой -то немыслимой глубине, скрытой от вас до времени, там, где уже не вы хозяин, но Другой, вы слышите спокойный ясный голос: " Всмотрись хорошенько в лицо своего "друга", неучто ты не узнаешь его. Когда-то ты знал его, ты помнил его, и то, какое место он занимает в Иерархии. Потрудись, пожалуйста, cейчас и вспомни все". И вот уже вашему взору представляется совершенно иная картина. Мир, как по мановению волшебной палочки, становиться другим, безжалостно реалистичным. Вы видите нелепые, обретшие вдруг плоть, фигурки ваших страстей: блуда, похоти, прелюбодейства, вожделения. Они настолько уродливы, что даже в самом страшном сне вы не смогли бы увидеть и испытать такого ужаса... Вы видите безумный оскал сатаны, теперь вы уже твердо знаете это, его беснования и дикий вопль: "Распятый, Крест Твой уничтожил меня".

***

   Бог сказал вам: От Меня ты отвернулся, в пустом умствовании мудрости не обретешь.
  
  

***

   Cлавное Рождество Христово опять застало вас в смятении. Духовные переживания ваши опять не дают вам покоя, а, впрочем, можно ли их называть духовными? Атаки сатаны всегда направлены на плоть, ибо там его сила, поэтому и переживания, связанные с плотью, едва ли могут быть охарактеризованы как духовные, хотя многие желали бы видеть их таковыми.
   Сентиментальная слабохарактерность вряд ли способна сыграть добрую роль в укрепление вашего духа. Однако, парадокс в том, что при всей для вас очевидности подобного утверждения, вы, тем не менее, будто бы находясь в состоянии некоей эйфории, или, что точнее, своеобразного "похмельного синдрома" вашего духа, эту самую духовную истому, "густо замешанную" на cентиментальных, "сладеньких" воспоминаниях, изо всех сил cтарающихся выдавить из вас слезу и умилиться, пытаетесь каким то образом "встроить" в представления высшего духовного порядка. Правильнее было бы сказать что вы добровольно даете возможность своей сладострастной истоме расти, развиваться и процветать. Образы, рождающиеся в вашей душе от воспоминаний о прошлом, подкинутые вам "с легкой руки" сатаны, в сущности, являются той "одной закваской", которая " квасит" все ваше душевно-духовное восприятие бытия. Вы почему то вспоминаете замечательный образ Маргариты из романа А. Дюма "Дама с камелиями", соотносите ее с вашим прошлым, восхищаетесь ее чувствами и вдруг совершенно отчетливо и бесстыже - откровенно замечаете, что вас одолевает похоть.
   Наплыв эмоций так силен, что вам хочется расслабиться, и с чувством радостного упоения плыть в море нахлынувших впечатлений. Но знание источника ваших "грез" , ясное понимание его природы все -же не пускают вас отправиться в это "романтическое путешествие в страну любви", хотя и не стирают полностью и окончательно этого наваждения из вашей памяти. Почему-то вспоминаются слова Франка о свете, светящем во тьме, так что тьма не в силах поглотить его, но и свет, неугасимый, непреходящий и вечный, в силу непостижимого предвидения Божия не в состоянии полностью развеять тьму. А потом вы задаетесь вопросом, принимая существующий порядок бытия таким, как он есть, то есть падшим и окончательно испорченным, можем ли мы закону плоти и вожделения "канонизированный" господами философами, психоаналитиками и сексопатолагами всех мастей найти институционально и по праву принадлежащее место в иерархии бытия, или же ему вообще нет там места?
  

***

   Тоскливые ощущения, возникающие от созерцания безжизненного пейзажа вокруг, вечно дымящих засмоленных труб административных зданий красного кирпича и мглист-ого, удушающего, готового вас поглотить неба давлеют над вами. Не в меньшей степени и люди, которые подобно заведенным механизмам в заданном порядке перемещаются по коридорам и помещениям Организации, снимают трубки телефонов, кладут их обратно, а потом, c бесстрастными и тусклыми лицами сидя перед своими компьютерами, выстукивают своими "гуттаперчивыми" пальцами компьютерные серенады". Спустя какое-то время служащие перемещаются в "курилку" или к столу с чайником сделать короткий перерыв. Потом вновь возвращаются к своим рабочим местам : кто за компьютер, кто за книги журналы , газеты. И хотя вы не понаслышке знакомы с работой в учреждениях, общались с чиновниками, наличествующая ситуация отчуждения вас тревожит. Здесь у вас никто не спросит кто вы и откуда, не поддержит ободряющим словом. Поэтому и вам, как и всем членам "коллектива" ничего другого не остается, как время от времени и довольно-таки часто (c установленным здесь негласно циклом ) перемещаться. Поскольку вы не курите, а чай вам здесь никто не предложит, каждый здесь заботится о себе сам, и то, что у вас нет чая - дело вашего личного упущения, то количество всевозможных перемещений, необходимых для размятия конечностей, сводится, в сущности, лишь к одному - движению к туалету и обратно. Правда такое перемещение "с лихвой" покрывает все остальные, ибо переместиться нужно из одного крыла организации до другого, что занимает пять минут с секундами, вы знаете это точно, засекали... Вот молодой человек, cидящий рядом с вами, покидает рабочее место. Делает он это тихо, как бы крадучись: cтул не скрипнет, бумага не зашуршит. Кажется, не идет он вовсе, а парит над полом, размеренно передвигая ногами. Через три, максимум пять минут он возвращается на рабочее место, делает "плавную посадку" на табуретку, порывшись перед этим в куче прошлогодних газет и журналов, беспорядочно наброшенных на подоконнике, и прихватив парочку на свой стол.
   И у вас, также, на столе лежат несколько журналов и справочников; и когда вы, пытаясь избавиться или, по крайней мере хоть как-то отгородиться от окружающей вас "фантасмогории" ,сбросить нахлынувшее наваждение, начинаете излагать свои мысли на бумаге, указательный палец вашей левой руки предусмотрительно лежит на развороте страницы справочника. Вы вынуждены врать, как, впрочем, и все остальные, cоздавая видимость работы, только это не оправдывает вас, хотя вы и не скорбите об этом сильно.
  

***

   Cравнительно в недавней нашей истории, имея (как сегодня мы можем говорить об этом) в массе своей крайне ограниченный доступ к информации вообще и к религиозной литературе, как опаснейшему проявлению некоей всемирной, cметающей все преграды и уже разложившей "хилый" западный мир болезни в частности, мы, тем не менее, заполучив едва различимые крупицы божественной мудрости могли быть уверенными в ценности и неподдельности наших находок. Общаясь с теми немногочисленными верующими людьми, которых Господь посылал нам для благословения и назидания друг друга в вере, мы могли, без какой-либо существенной доли риска или сомнения, говорить о том, что, общающийся с вами человек, в общем, разделяет ваши религиозные убеждения, проще говоря вы верите в одного и того же Бога, Творца неба и земли, говорите на языке одних и тех же
   понятий при, может быть, незначительных (во всяком случае не принципиальных) культовых различиях.
   Официальный запрет свободы вероисповедания при всей его отвратительности, представлял собой своеобразный идеологический фильтр, могущий, подобно первохристианским гонениям обьединить однородное с Однородным. Иное дело сейчас; сегодня вы уже едва ли найдете такого человека, который не верил бы в кого-нибудь или во что-нибудь. Например, некоторые философы придумали теорию безрелигиозной веры. Конечно же такого рода теории, самим фактом своего существования лишний раз подтверждают именно религиозный смысл подобного рода "умствований", несмотря на их безрелигиозное содержание. Отрицанием религиозной веры, ее устарелости и необходимости радикального пересмотра, "мудрецы по стихиям мира сего", как раз и подтверждают незыблимость веры религиозной. Справедливости ради стоит сказать, что такого рода "вера" была присуща человеку всегда, это хорошо показала русская религиозная философия, сумевшая вскрыть глубинные пласты человеческой религиозности, ее основания и движущие силы, сделать априорное заявление о религиозных корнях человеческой психологии, даже кажущейся внешне отнюдь не религиозной и, зачастую, называющая себя даже антирелигиозной.
   Правда нашего времени, однако, состоит в том, что именно сейчас, всевозможные, религиозные (т.е. предполагающие сверхъестественное участие) по своей форме и сатанинские (т.е. направленные на разрушение) по своему содержанию доктрины пытаются (и зачастую небезуспешно) противопоставить себя христианскому вероучению. В общем, сатана всегда искушал христиан, включая самого Господа. Не имея сил уничтожить веру христианскую, сатана, тем не менее, не теряя своей надежды (чем показывает свою ограниченность и конечность) пытается "отточить" стратегию и тактику своей борьбы против Света, имея на то достаточно времени и демонического порыва.
  
  

***

   Немыслимо и подумать, но отчуждение людей, подчас, столь велико и столь тотально, что их способность видеть и ощущать это отчуждение вследствие годами выработанной привычки, которую они называют самодисциплиной, что на самом деле не соответствует действительности, эта самая их неспособность чувствовать и воспринимать мир Божий в том ракурсе, в котором этот мир действительно существует, может вызвать лишь сострадание.
   Если рыбу, живущую в чистом водоеме поместить в источник воды мутной, то, в скором времени, эта рыба погибнет, ибо ей, попросту, нечем будет дышать. Если отнять у лошади пастбище, загнать в стойло и заставить есть мясо, лишив ее естественной пищи, то, в конце концов, лошадь погибнет от голода. Большинство животных с трудом приспосабливаются к формам существования, чуждым их естественной природе, а некоторые и вовсе не приспосабливаются. Иное дело человек. Постепенным внешним однонаправленным воздействием, человеку можно внушить что, скажем, птицы могут копать норы, кроты летать, а жирафы вить гнезда на деревьях. Говоря образным языком, предназначенный для " плавания в водах чистых" , человек предпочитает обитать в "болотистых полутопях" , засасывающих в себя все, находящееся вне их и, в первую очередь, живую человеческую душу. С личностью, попавшей в такое "духовное болото", с того момента как она туда попала (хотя никто не знает наверное когда, где и при каких обстоятельствах это случилось) начинают происходить странные метаморфозы. Та духовная нищета, которая мало-помалу овладевает душою уже не воспринимается ею таковой. Отсутствие подлинных взаимоотношений с другими людьми, тех отношений, на которые душа была ориентирована изначально по не от нее зависящим обстоятельствам и не от ее воли и хотения, именно это отсутствие теперь не рассматриваться личностью как потеря, и потеря чрезвычайно серьезная.
   Правильнее сказать, что вследствие своего духовного отчуждения, человек уже не в состоянии сам, своими силами понять или хотя бы представить внутренний порядок бытия и то, как, где и насколько он включен в этот порядок. Находясь в смердячем болоте своей развращенной души, он и помыслить не может как выглядит источник кристальных вод духа удивительной чистоты. Наличествующая реальность же заключается в том, что по собственной воле заключив себя в трясину греха и отчуждения человек уже не может выбраться из нее сам, как бы он не старался, какие бы усилия не прилагал. Недаром апостол Павел говорит "Все совратились с пути, до одного негодны: нет делающего добро, нет ни одного".
   Единственный способ выбраться из своего бедственного положения для таких людей, это попросить помощь извне. Это, по крайней мере честно, но не каждый человек хочет быть честным перед собой и перед другими, поэтому многие лгут. Ложь же имеет свойство быть обнаруженной, и, как следствие, рано или поздно человек предстает перед беспощадной реальностью бытия, иногда сраженный ею и сломленный полностью, иногда выдержавший это испытание -"испытание реальностью", удержавшись на ногах, ощутив на себе силу воздействия и мощь истинного, а не псевдо бытия, придуманное человеком отчуждения, закрывшим свой дух на все мыслимые и немыслимые засовы и запоры лицемерия и малодушия, из страха признать свою ничтожность. Но ощущение самой этой беспощадности есть начало добрых изменений. На поверку, к сожалению, современный человек, вследствие происшедшей с ним метаморфозы, не только не ощущает своей духовной ущербности, но, напротив, считает себя духовным, добродетельным и порядочным существом достойным подражания.
   Говорить ему о том, что его бытие разделено бездонной пропастью с бытием истинным требует большого терпения и, подчас, даже мужества, но главное любви и сострадания.
  

***

   Вновь вы ощущаете постылость и уныние от своей работы. Этот копошащийся муравейник, где люди "коммуницируют", а не разговаривают, где никому ни до кого нет дела, если, конечно, последнее не касается коммуникаций. Лица здесь настолько невозмутимы, глаза, как пара тусклосветящихся пуговиц, неспособных ни к чему иному кроме как отражать такой же тусклый и неживой свет люминисцентных ламп кабинетов, так что подчас неясно, живые ли перед вами люди или гуттаперчивые манекены.
   Горделивая секретарша, брюнетка с безнадежно-безучастным выражения лица перекинется парой слов с тщедушным молодым человеком с нездоровым цветом лица, сотрудником организации; всем своим безликим и скучающим видом, смешанным с нездорово-откровенной самовлюблен-ностью, она не пропустит возможности выказать свое нескрываемое презрение к страдающему псевдо страданием молодому человеку, но даже и это она делает от скуки и уныния.
   Временами вы чувствуете неприязнь к этой бедной девушке, но лишь в те моменты, когда дав увлечь себя "праведному гневу" осуждения, забываете бедственное, если не сказать трагическое положение несчастной, своими руками и уже сейчас воздающей себе вознаграждение о котором Святое Евангелие говорит как о стяжании "горящих угольев на голову" , а русский гений Гавриил Романович Державин по этому поводу написал очень верные строки:
  

Как приидет время скоро

И на злобу грянет гром, -

Вознесешся и получишь

Достояние свое

   Может быть, именно из-за недостатка живого воображения, основанного на открытых нам знаниях (ибо с нас и спросится) мы, зачастую, не имеем cострадания к своим ближним, кажущимся, на первый взгляд, такими безнадежно далекими?
  

***

   Какой силой, Господи, даешь Ты сдерживать похоть? Усиль и укрепи силою Духа Твоего Святого немощную плоть человеческую, положенную Тобой животворить и непостижимым образом "крещенную" грехом в то, чтобы убивать.

***

   Сегодня 8 марта, женский день. Кругом солнечно и суетливо. Бабки продают мимозы. На улицах пьяные мужики. Короче, праздник жизни. Милые женщины, вы любите любовью убогого созерцателя, участь которого состоит в том, чтобы быть непризнанным тамадой в мире собственных грез. Наверное, все это пустая беллетристика, раз-мышления мальчика подростка. Но на риторический вопрос: "а был ли мальчик?" вы ответите: был и есть. И не только есть, но и хочет быть услышанным. Сегодня вы пили коньяк и говорили глупые тосты. Глупые в своей банальности. Глупые, потому что из года в год говорите одно и тоже. Но, очевидно, такова уж логика жизни, чтобы постоянно повторять одно и тоже, неважно своим близким или тем, до кого вам нет ровным счетом никакого дела, но обстоятельства обязывают.
   Когда, в каком возрасте мужчина из бунтаря и революционера превращается в тихого и послушного обывателя, только и способного на то, чтобы выполнять команды? "К ноге, Мухтар" и вот уж вы у чьих-то (не всегда привлекательных) ног. "Вперед" - и ты стремглав, с выпученными глазами мчишься, чтобы схватить подачку, которую твой хозяин бросил как можно дальше, и в тайне восторгается тем, что ты с головы до ног вымазался в дерьме. Скажут, все это пустой пафос, поэзия неудачника. Это поэзия, а скорее проза жизни, с которой вы и сами, многократно сталкивались. Вам уже четвертый десяток, полжизни позади. Что в прошлом? Несбывшиеся надежды, фантастические сны, приятные прикосновения к вечно убегающей мечте. Но овладеть мечтой все же не удалось. Что остается? Собирать бутылки и пить пиво? Нет, все же вы обыватель с тихими и невинными радостями, причем закостенелый.... Сегодня женский день, сегодня говорят только хорошее. Сомневаться в себе, означает сомневаться в тех "милых" женщинах, которые вас окружают. А вы не можете, не имеете права позволить себе такого. Одну из таких дам вы уже видите
  

***

   Читая Мережковского чувствуешь себя зрителем-подростком на некоем удивительно-притягательном представлении театра механических кукол причудливо, в духе Мейерхольда двигающихся и, не менее причудливо ощущающих свое движение, с очень, однако живыми и нечеловечески человечными характерами. Думаешь также о той мере язычества, которая вот уже почти две тысячи лет так и не извелась даже в нас, именующих себя христианами и от соблазна которой подчас так тяжело отказаться.
  
  

***

   Приятный миг вновь вспомнить прошлое. Увидеть его подкрашенным красками сегодняшнего дня, еще раз прочувствовать пережитое, понять и оценить непреходящее значение того, что уже никогда не вернется (по крайней мере в том виде, в котором оно существовало когда-то). Cегодня, по прошествии полутора месяцев вы вновь посетили старое место работы с которым так горделиво, представив себя несправедливо обиженной жертвой расстались. Полтора месяца прошло, но сколько пережито.
  

***

   Сидит служащий. Не двигается. Голову подпер руками. О чем он думает? Что сейчас тревожит мысли его? Разбросав небрежно по столу бумаги и документы, застыл он будто - бы в некоторой оторопи, чтобы спустя несколько минут опять, как истинный книжный червь начать рыться в своей родной стихии.
  

***

   Господи, зачем одарил Ты людей свободной волей? Зачем нужна она тому, кто уже принадлежит Тебе и всеми силами, наоборот, старается от нее избавиться? Не хочу я своей воли. Нет в ней ничего, приносящего покой сердцу и мир душе. Пусть, Господи, моя воля станет Твоей, и будет принадлежать Ей навечно. Господи, нет во мне ничего, имеющего какую то цену, лишь Ты, милостливо дающий по неизреченной благости Своей.
  

***

   Интересны жизненные коллизии и переплетения, которые даешь Ты, Господи. Без веры и любви не понять того причудливого рисунка, который уверенными мазками наносишь Ты на холст, под названием человеческая жизнь. Подчас тяжело бывает понять Твою волю, знаем лишь что она есть благо, что нужна нам как воздух, и мы ждем его дуновения.
   Иногда она подобна горькому лекарству, которое очень не хочется принимать, но найти какую-нибудь лазейку, дабы "миновала тебя чаша сия", необходимая, все же, для духовного исцеления. Подчас же похожа на хирургический нож, режущий и кромсающий наши душу и плоть, причем без всякой анастезии, чтобы с криками, воплями и стенаниями смогли мы разрешиться от мертвящей опухоли греха, поработившей нас.
   Но бывают мгновения, когда воля твоя, Господи, cладка как мед, благоуханна как елей, долгожданна как невеста, выходящая из чертога брачного.
   Господь, Ты дай нам понимания того, что то, что непонятно нам сейчас, не является основанием ставить наше непонимание в один ряд с несуразностью или глупостью, и потому cмело и обоснованно могущее быть " снятым с повестки дня" c целью поиска чего-то нового, отличного от Твоей Воли. Ибо новое еще не значит благое. Многое из того, что мы считаем "новым" не угодно Тебе, Господи, мерзко в Твоих очах. За "новизну" эту прольешь Ты на нас Чашу Своего гнева, если только не покаемся и не вострепещем в благоговении. Дорогой Отец, дай пребывать в Тебе, в Твоих любящих и сильных руках, в Твоей власти и Твоем присутствии.
  

***

   Новый служащий вот уже третий день является сотрудником Организации. Вот уже третий день перед ним разворот одной и той - же газеты. У него утомленное лицо и красные, воспаленные глаза. Иногда можно видеть как подперев голову руками, тишком, чтобы никто не видел, он посапывает, надеясь этим хоть как-то сократить кажущуюся вечной долготу восьмичасового рабочего дня, с тем, чтобы при долгожданном наступлении положенного времени в радостном внутреннем ликовании недвусмысленно прописанном на его уставшем, но не потерявшем достоинства лице, нахлобучив на себя шапку-ушанку и старую поношенную куртку, cтремглав покинуть рабочее место.
   Он новичок и поэтому никого не интересует . Неизвестно ни его имени, ни того, чем он, в сущности, занимается и что привело его сюда, в этот "тихий омут" обезличенной организации с престижным названием, больше, однако, напоминающей палату умалишенных, где люди не говорят, а лишь перебрасыватся, подобно заправским игрокам в пинг-понг, краткими "сообщениями - резаками"; где можно ничего не делать и потихоньку дремать "забаррикодировав" cебя всевозможной литературой или "рубиться" целыми днями напролет в электронные игры на компьютере; где в вялой и однообразной череде коротких зимних дней, ждете вы пробуждения и освобождения от этой стыдливой сонливости духа, веря, что Господь не даст вам размеренно и постепенно, день за днем, обезличиваться и деградировать, медленно превращаясь в ходячую заводную куклу, уныло реагирующую на раздражение извне.
   Но всемогущий Бог, делающий и помышляющий все ко благу человека и твари, когда-то покажет и вам причину и смысл вашей, кажущейся на первый взгляд абсурдной и совершенно нелепой временной ситуации, в которой по Его Воле вы сейчас находитесь. В молитве Серафима Вырицкого есть удивительные слова, словно бы написанные применительно к вашему случаю, посему могущие быть вам поддержкой и опорой:
  
   Я - Бог твой, располагающий обстоятельствами
   и не случайно ты оказалась на своем месте,
   это то место, которое Я тебе назначил.
   Не просила ли ты, чтобы Я научил тебя смирению?
   И вот Я поставил тебя в ту именно среду,
   в ту школу, где этот урок изучается
  
  

***

   Любимый, славный и страшный город. Великий даже в своем разрушении и упадке. Не потерявший, но сохранивший в своих глубоких метафизических тайниках величавую статность и благородство, cумев пройти через лабиринты того опустошительного, краткого по историческим меркам, но гигантского и трудновыразимого в человеческих понятиях и выражениях разрушительно - удушающего по своей силе, воздействия, которое философы называют убийственным словом "ничто" и, устояв в этом поединке с всепоглощающей "ничтойностью" захлестнувшей мир, этот, нашел в себе силы не кануть в "черную дыру" обезличенного индифферентизма и пошлости, но запечатлеть в своем лоне лик печалей и человеческих, и по сему воистину достоин осуществления тех грандиозных, но так и не сбывшихся надежд великого русского реформатора - чудовища.
  

***

   И есть склонность к изящному слову, и есть презрение к этой склонности, потому что кто бы что ни говорил, но изящная словесность есть своего рода манерничание, не зависимо от того признаете вы это или нет, это в известной степени самолюбование и смакование от " прожевывания " cлов или фраз и внутреннее восхищение ими. Но, пожалуй, все это не так уж страшно, если только чувство внутренней радости и восхищения творчества не прорастают "горькой полыньей" гордости и "чертополохом" нарциссизма наружу для всеобщего обозрения, когда в тщеславной запальчивости пытаетесь вы стяжать славу своему таланту, забывая, быть может, о том, что ваш "талант", это не более чем пустынный мираж, построенный вашим воображением. Почему то вспоминаются слова Паскаля : ""Тревога его гения" - два лишних слова, к тому же весьма смелых".
  
  

***

   Как часто, приходя в Храм для принесения молитвы и хвалы Богу, мы забываем о том, что сами являемся живым Храмом Божьим, Дух которого пребывет в нас, как часто, припадая к иконе, забываем о том, что мы есть нерукотворный, самый любимый и животворящий Образ нашего Господа, и как часто эта наша "забывчивость" cтановится еще одной вариацией старой, но очень живучей "от века" ошибки из которой мы так и не научились извлекать выводы, когда нерадивость наша невольно становится объектом спекуляций многих, не принадлежащих уже Одному, и сами в себе, добровольно, строим мы тот "столп и утверждение" которые зачастую являются причиной всех наших скорбей, тревог, печалей
  
  
  

***

   Если что и держит крепко, так это воспоминания детства. Уметь хоть сколько - нибудь схоже чувствовать, ощущать и сообразовывать мир с тем, как вы видели его будучи ребенком, и тем каково ваше чувствование мира сейчас - это большой дар и великое Божье благословение. В большинстве же случаев, если и возможно хоть как - то пытаться "реконструировать" cвои давние - давние мысли и переживания, то сделать это можно, основываясь лишь на единственном и, к сожалению, не самом надежном основании - личных воспоминаниях, сильно затуманенных и обесцвеченных временем...
   Вы видите вашу бабушку, cамого любимого человека на свете. Вот ее полные, нежные и теплые руки ласково гладят вас по голове, спине, рукам, и чувствуется какой - то чудный, ни с чем несравнимый покой и радость. Она рассказывает вам что-то и, даже не вникая точно в то, о чем идет речь, но, лишь влекомые заворожительной интонацией бабушкиного голоса, будто - бы в неге сладостной истомы, переноситесь вы в неведомые миры ее сказок и былей. Теперь вы уже там, на "неведомых тропах " бабушкиных фантазий, участник и главное действующее лицо некоей чудной мистерии, состоящей из множества сказок, историй преданий и легенд, неразрывно сопряженных друг с другом и образующих какую - то несказанно - пленительную мозаику ваших детских грез. И так не хочется, ой как не хочется возвращаться обратно в этот мир реальности, где все так скучно и однообразно, но, принимая, как должное, необходимость хоть какого то перерыва, хотя бы на сон, с радостью и нетерпением ждете вы вечера следующего дня для прослушивания новой главы этой "бесконечной истории"...
   Вы слышите голос бабушки, который до сих пор отчетливо стоит в вашей памяти; голос, который спутать невозможно, на который нельзя не ответить или пропустить мимо. Откликаясь на родной голос с глубоким внутренним ликованием, радостно бьющимся сердцем и улыбкой до ушей, бежите вы на встречу раскрытым объятиям любимой бабули. Сегодня будет другая сказка. Бабушка давно обещала рассказать о той картине с изображением красивой женщины с серьезным и немножечко грустным лицом и младенцем на руках. Вокруг головы женщины какое то непонятное сияние в форме кольца, тоже и у мальчика. Эта, манящая к себе картина, обрамлена в красивую, резную рамку, сделанную по форме терема, с открывающимися ставнями. Вы уже давно заприметили этот "образ", стоящий в углу гостинной у окна по тому сиянию и свету, которыми играют и переливаются лица тех двух, изображенных на картине, в ясные солнечные дни.
   Наконец - то обещанный день наступил. Как удивительно непохожа сегодняшняя сказка на все остальные, cлышанные раньше. Бабушка рассказывает о каком - то таинственном Учителе, который был очень добр к людям, и так сильно их любил, как никто и никогда на свете. Он лечил больных, помогал обездоленным, вступался за слабых, проводил время с детьми и любил их, радовался радостям и печалился печалям всех людей, которых только не встречал. В итоге, за все это люди его убили. Что? Нет, ваше детское сознание не в силах вынести этого. Тут какое - то недоразумение, какая - то непонятная ошибка и неправда. Люди не могут быть настолько злы, они добрые, тут что - то не так. Вопросам, недоумениям, протестам, негодованию нет конца, но.. на сегодня сказка окончена, ждите следующего дня.
   И снова бабушка продолжает начатую вчера историю, хотя кажется, что прошла уже целая вечность. Оказывается, пока этот добрый Учитель жил на земле, он нашел себе учеников, которые очень и очень его любили , и эти слова приятным теплом разливаются по всему вашему телу, вселяя надежду, что сегодня, наконец - то, бабушка признается что просто пошутила для того, чтобы немножко попугать вас; что учителя никто не убивал и, вообще, вся эта история - лишь сказка- страшилка. "Бабушка, признайся, ты ведь обманываешь меня, и добрый учитель остался жив" - с мольбой в голосе, и, уже готовые заплакать, спрашиваете вы. Но бабушка молчит. Никакой надежды, никакого утешения, хочется рыдать, топать ногами, хочется даже ударить бабушку, только бы она призналась, что все это неправда. " А как же его ученики - не унимаетесь вы - они то, если так любили своего учителя, почему не заступились?". "То была Его воля; Учитель должен был пострадать за мир для того, чтобы мы по настоящему могли любить его" - объясняет бабушка. Нет, она вас не убедила. Неужели, для того, чтобы тебя полюбили нужно умирать? Какой смысл, если тебя любят, но ты уже мертв? Десятки вопросов, на которые летними ли, зимними ли вечерами, уже и не вспомнить, укутав вас своим большим и теплым одеялом, терпеливо и спокойно разъясняет вам бабушка этот неразрешимый ребус, в котором вы все еще видите какое - то недоразумение.
   На самом деле Учитель не умер, то есть умер, но на третий день ожил, потому что его оживил Бог, и, из-за того, что Учитель очень сильно любил Бога, так как никто из нас, то Бог не дал ему быть мертвым более трех дней, но взял к себе навечно. "И если мы будем любить Бога так, как любил его Учитель - говорит бабушка - то и мы не умрем, но будем вместе с Богом и Учителем на небесах.". Очередной день, когда бабушка рассказывает вам эту удивительную и трогательную сказку, более уже похожую на быль , вновь заканчивается таинственными и малопонятными выражениями. Выясняется, что Учитель никогда не был чужим Богу, в отличие от всех остальных людей, но, наоборот, его единственным и возлюбленнейшим Сыном. Что через свою смерть он примирил и нас с Богом, чтобы и мы, также как и он, могли быть Божьими детьми. Сколько тут непонятного и неясного. Сколько раз даже сама бабушка не может ответить на ваши занудные вопросы, а, временами вы ее даже злите своей настырностью и упрямством. И, все же, какая это замечательная история про учителя Иисуса из Назарета, которого вы столько раз пытались представить себе во время рассказов бабушки, его лицо, речь, глаза...
   А потом все это куда - то ушло и стало казаться, что никогда и не было. Может быть потому, что ушла бабушка. Все замутилось и поблекло. Удивительные бабушкины истории стали отходить куда то в периферийные области вашего сознания, постепенно заглушаясь новыми и пустыми историями мира безбожного и бездуховного, пока не затихли совсем, но не на всегда, а, лишь, до времени, чтобы когда пробьет божий час, вновь возгореться невыразимой радугой детских грез и мечтаний с прославлениями и "воздыханиями неизреченными" к Творцу - Богу вселенной и Его Сыну.
   Всякий раз, находясь в тенистых аллеях кладбища Микеля в Риге переживаете вы какую - то мистическую интуицию, данную свыше, что и сегодня, cтоя перед могильной плитой бабули, она явится вам и будет говорить о добром учителе и радоваться вместе с вами когда узнает, что и вы познали ЕГО лично. Спасибо тебе бабушка Лиля.
  
  

***

   Ужасное духовное и физическое состояние. Еще одно падение в сложной цепочке причин и вытекающих из них последствий, приводимых к единому знаменателю коротким словом - грех. Чувство падения, так хорошо известное вам, имеет сейчас высокий шанс стать вашим постоянным попутчиком. Подавленность духа такова, что не находится достоверных и сколько - нибудь значимых cлов, адекватных вашему внутреннему состоянию. Кто-то полушутя - полусерьезно высказывает предположение, что виноваты магнитные бури, другие суеверно "узревают" причину депрессии в нехорошем сочетании числа и дня недели. Нет, дело здесь в другом. Сатана бичует вас вашими же грехами; вашей слабостью, мягкотелостью, неспособностью, вызванную, в своих глубинных и далеко не всегда контролируемых проявлениях, нежеланием избавиться от столь ненавистного стереотипа, который прочно, как "жало в плоть" закрепился за вами в прошлом, в вашей "ветхой жизни".
   В сущности, нет никакого другого объяснения вашего падения, кроме нерадивости и беспечности. Отсюда рождается дух трусости и томления, существующий только для того, чтобы всевозможными способами и уловками, включая и самые утонченные, к примеру, так называемое "этическое" , удержать вас от того, чтобы выступить в тот момент, когда вас призывает Бог , либо же, наоборот, толкнуть на необдуманный и беспечный поступок, которого всячески нужно избегать. Поэтому, отнюдь не случайно Павел сравнивает христиан с воинами, которым просто необходимо "облечься в доспехи веры". Это значит, что вы находитесь на поле брани, где враг с нетерпением ждет каждого неверного шага с вашей стороны, чтобы сбить с ног, повалить и растерзать.
   И если бы не заступничество Духа Святого, то вы бы уже давно были разорваны в клочья вашими грехами, этими верными рабами сатаны, и тем "ветхим человеком", который все еще жив в вас и не хочет сдавать своих позиций. Но Господь верен всегда, даже когда вы не верны, и в этом величайшая поддержка и упование на то, что "мехи" ваши когда - то будут наполнены новым вином благодати Духа , для которого не существует страха, тревог и депрессий.
  

***

   Вы назвали ее на ты и сладковато-похотливый душок ленивым дурманом окутал ваше сердце паутиной сладких грез и переживаний

***

   Право на вредные привычки принадлежит тому, кто может себе их позволить.
  
  

***

   Река времени и обстоятельств вновь забурлила мощными потоками в глубинах вашего личного бытия, перенеся вас со спокойного островка неги и ничегониделания на другой, пока еще неизведанный остров с названием "медицинская наука", который вам предстоит еще изучить. Хорошенько приглядеться к нему не глазами доктора, но человека веры. Потрогать насколько твердо его основание; не является ли этот остров лишь скоплением болотистой почвы, по которому нельзя сделать и шага, чтобы не провалиться. Или же, наоборот, имея надежный оплот в себе самом, остров сей не рухнет, но устоит и от подземных и весьма ощутимых подземных толчков медленно прогрессирующего и неотвратимого общего кризиса науки в целом, и от яда всеобщего неверия и декаданса, и от испепеляющего жара критики.
  

***

   Грязный город с серым небом, с немытыми и дурно пахнущими мостовыми, увеличивающейся день ото дня армией бомжей, пьяниц, юродивых, бандитов, проституток, наконец, просто больных и измученных людей, чем привлекаешь ты к себе? Всегда несешь ты в себе личину двойственности, там, где слава, честь и величие мирно уживается с позором, скотством и разложением.
   Сколько осталось тебе еще, Великий Город, стоять под солнцем до того дня, когда однажды быв взятым из трясины болотной, вновь и навеки ты уйдешь туда? Впрочем, дух твой не умрет, но очистившись в стихии огня, займешь ты достойное место среди божьих чад во вселенской мистерии отмеченного Провидением дня.

***

   Иногда вы недоуменно задумываетесь: вы ли осмысливаете свои переживания, или за вас это делает кто-то другой.
  

***

   Вы думаете о ней со странным двойственным чувством уважения, быть может даже восхищения и... жалости. Хрупкая и милая, с неестественно бледным, практически всегда серьезным и каким - то болезненно- отстраненным лицом, она воистину явилась для вас рыцарем Христа, "облеченным в доспехи веры". На уроках изучения Библии вы не раз обращали внимание на ту экзальтированность и какую-то неземную радость, запечатленную на ее светлом лике, когда она делилась с вами в Господе о самом сокровенном и волнительном, что было ее единственном упованием и надеждой - о вере. Вы искренне верили ей, благоговейно проникаясь той силой веры, сравнимой с одержимостью, которая способна двигать горами и исцелять мертвых, веры, столь органично присущей этой истинной дочери Христовой.
   Помнится как при обсуждениях сложных мест из послания Павла Римлянам, девушка эта с короткой, мальчишеской стрижкой, как - то незримо преображалась, становясь, вдруг, маленьким солдатом Христа во всем необходимом для ратного боя обмундировании. Вы видели как у нее светились глаза, как речь ее становилась жесткой и она, подобно миражу в пустыне, медленно исчезала для вас, растворяясь в Слове. И так раз за разом. Создавалось впечатление что нет уже ничего, что могло бы как то смутить ее, проступить румянцем на ее бледном лице, быть непонятным, или заставить ее сердце трепетать, кроме, конечно, изучения Библии, и связанной с этим деятельностью. А потом вам вспомнились слова Евангелия о том, что во Христе нет ни мужчины ни женщины, ни иудея ни еллина, ни богатого ни бедного, но все во всем Христос. "Не думайте что Я пришел принести мир на Землю: не мир пришел Я принести, но меч; Ибо Я пришел разделить человека с отцем его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее".
   И неужто, подумалось вам, то отделение которое "приличествует cвятым", отделение от "мира сего" с неизбежностью простирается и на "отделение" личности от ее пола? Женщина теряет, правильно было бы сказать отдает, свою девичью стать, cвою женственность, Богу, и, убегая, при этом, от мира как от "прокаженного" или "бесноватого", убегает, в первую очередь, от самой себя. Мужчина теперь с жалостью и сочувствием смотрит на женщину как на своего маленького и не совсем полноценного братца, ибо отношения " сестра - брат" в христианстве в своем наивысшем пределе возможны лишь как "брат - брат" , различных по старшинству, по выполняемым ролям, обусловленным в своей основе силой мужчин и слабостью женщин, и вытекающей из этой предпосылки обязанности более сильного заботиться о более слабом, но только не по полу различных людей. Поэтому и разница в "поле" воспринимается уже ни как некая полярность, некое напряжение и производимое им притяжение, но, лишь, разделение сфер деятельности и полномочий двух суверенов, солидарно признающих, тем не менее, иерархическое отношение друг к другу.
   Истинный подвиг христианина - быть "евнухом по духу" и ... страдать И мучаться по ночам, и видеть эротические сны от которых нет возможности избавиться, и заниматься рукоблудием, и еще десятки "и"
   Как вести себя ,Господи, как cойти здоровым и не ущербным с этого "прокрустова ложа" Заповедей, которые Ты дал нам - "плодитесь и размножайтесь" и о том, "что надобно христианину быть евнухом по духу".
  

***

   В 10 главе послания Павла Римлянам, автор говорит: "Моисей пишет о праведности от закона: "исполнивший его человек жив будет им"".И далее он говорит о вере к праведности, вере в то что Бог воскресил Иисуса из мертвых, необходимой и достаточной для спасения. Но ни в 10 главе ни далее нет комментария к приведенным словам Моисея о законе. Каково отношение самого Павла к цитируемому им ветхозаветному стиху? Действительно ли "человек жив будет им (Законом)"? Действительно ли выполнение закона может быть основанием для оправдания? Судя по контексту послания Павла Римлянам как, впрочем, и всех прочих его посланий с очевидностью вытекает категорическое нет. Но некоторые высказывания апостола при поверхностном их прочтении как бы выпадая из общего контекста не дают твердой почвы для их интерпретации и, посему, могут послужить основанием для всевозможных спекуляций и обвинений.
   Создается впечатление что Павел не договаривает чего-то очень важного; но именно такого "откровения" ждут от апостола его читатели, где да было бы да , а нет было бы нет, где в простой и доступной форме было бы написано нравственное правило, которое невозможно перевернуть "с ног на голову", и ... не получают. Павел просто уходит здесь от прямого поединка со своим главным противником с именем "Закон", словно бы пытаясь сгладить углы, возможно даже отступая, с тем, чтобы выждав и собрав силы, подобно гениальному стратегу снова ударить по закону, этому "столпу и основанию иудаизма" c другого фланга, расчищая ему, Павлу, путь для проповеди Христа, ибо "если закон, то закон, а уж если благодать, то благодать, третьего не дано".
  

***

   У того же С. Булгакова находим столь мучительный для "века нынешнего" парадокс, когда убегая всем порывом душевным от рационального к мистическому, убегание это, и довольно четко, прописывается им языком ratio. Уверенно и ревностно клеймя спекулятивную философию, автор, тем не менее, совершает это, пользуясь "профессиональным инструментарием" все той же спекулятивной философии. Критикуя всевозможные философские построения и конструкции разношерстной философствующей братии, отец Сергий в то же время предлагает свою, во многом привлекательную модель философии или, точнее, философствования, полностью отвечающую стандартам критикуемой им классической философской рефлексии, в известной степени подрубая тем самым тот сук, на котором сидит сам.
   Итог: говорить о мистическом языком рационального нельзя (об этом порой лучше просто помолчать в благоговении перед тайной неизреченной, несмотря на великий и кажущийся вполне обоснованным с точки зрения понятий нравственности соблазн апологетики мистическо-метафизической составляю-щей бытия). Говорить о трансцедентном в понятиях абстрак-тного логизма и спекулятизма значит, по крайне мере проявлять поверхностность и недальновидность при выработке стратегии той или иной философской системы.
  

***

   ....Холодный и гадкий гостиничный номер в Мончегорске. За окном зимняя лютая вьюга... Состояние опустошения, состояние разорванного мира, состояние на грани стирания всех граней... Причудливый рисунок смыслов медленно и аморфно превращается в блеклое размытое пятно абсурда.
   ...Большая теплая и очень уютная комната в самом центре Санкт-Петербурга. Мир, некогда вновь обретший равновесие и целостность, точнее сказать вновь рожденный и бережно выпестованный в непостижимых житницах духа, когда-то из своей виртуальной фазы мистически- безмолвно перешедший в фазу реальную, мир этот начинает лихорадить. Сила внутреннего притяжения, которая, суть, единение, с трудом удерживает расширяющую составляющую личного бытия, обретшую вдруг невероятную мощь. В обоих составляющих в равной степени имманентно - бинарно присутствуют Бог и Жизнь. Малейшее же рассогласовании этих двух составляющих приводит к эскалации хаоса, умиранию и смерти, которая есть ничто иное, как "размазывание" бытия в том, так горячо любимым господами философами ничто.
  
  

***

   Ее руки, глаза, голос.... В них все и в них ничего. В них немая надежда, желание получить и готовность потерять. Всегда готовая прийти на помощь, не может она помочь себе. Себя ненавидя и презирая, в постоянном смятении и тревоге, она дает вам все: свое время, заботу, незатейливые разговоры, иногда, по жестокосердию вашему томящие вас, и свои вечно печальные глаза. Как большая, добрая и преданная собака, по первому вашему зову будет она рядом с вами делить любые радости и печали, безмолвно, не всегда понимая в чем дело, с какой стороны подкралась беда, не зная как себя вести и делая подчас что-то невпопад, но ведомая какой-то неведомой интуицией, с невероятным смирением готовая брать на себя ваши "бремена и скорби".
   Невыразимо самоотверженная, подобно святой, спокойная и теплая, любящая и страдающая, верующая и хулящая, вечно дающая надежду и вечно отчаивающаяся, остается она для вас примером расколотости человеческого бытия в мире. Но она, дочь Бога Живого, и в своем ожесточении, имеющем объяснение с человеческой точки зрения, лишь приближается к Тому, Кто сказал "Я есмь Сущий" для того, чтобы в миг преображения не расставаться с Ним и любить Его так, как никто из нас, может быть, Его не любил.
  

***

   "Разрушьте Храм сей и Я в три дня воздвигну новый" - говорил Господь. Жизнь, слава, преображение во всем известном и запечатленном служении Иисуса Христа - не следуют ли они в своей онтологической последовательности за унижением, болью, разрушением и смертью? Была бы слава столь славной, если бы в жизни Спасителя ей не предшествовали невиданный позор и крайнее унижение? Поэтому, нельзя ли говорить о том, что разрушение в своем сакральном смысле, при всей парадоксальности такого подхода, является, в известной степени, онтологической "предтечей" возрождения и преображения, и что две эти противоположные категории, суть, мманентно связаны друг с другом? Наконец, не справедливо ли то, что мы вынуждены постоянно и самозабвенно, именно уничтожать самих себя, свой грех, свою "ветхость" ; когда мы просим Господа выжечь греховный элемент, внутренне присущий всем в "веке нынешнем", и пусть даже получить "клеймо", только бы на нем было начертано имя Иисуса Христа? Павел говорит, что "и доныне тварь стенает и мучается". Это значит, что тварь и человек постоянно диструцируют, будучи "наказуемы и уничижаемы Богом", но не с целью уничтожения ради уничтожения, а лишь для ее, твари, последующего прославления и преображения во главе с Господом Иисусом Христом, Который и сейчас имеет на Себе "клеймо" в напоминание о страстях человеческих, страстях разрушения и смерти, образ мертвого и воскрешенного человечества, запечатленного на руках и ногах Того, Который не изведал греха.
   "Разрушьте Храм сей и Я в три дня воздвигну новый ". Иисус здесь говорит о Себе, о Своем Теле. Стихия разрушения здесь внутренне оправдана и обоснована, как единственно возможная онтологическая предпосылка для возрождения и преображения.
   Уничтожение физическое "красной нитью" проходят через всю историю Ветхого и Нового Мира начиная с Потопа и кровавых войн, когда вставал народ на народ и уничтожались целые племена и народы. Есть ли во всем этом разумное основание, или это абсурд, и сам Бог, устроитель бытия - абсурд, как говорил мучимый страхами и сомнениями С. Кьеркегор и его российский последователь и ученик Л Шестов, а, впрочем, не только они. И как знать, не в уничтожении ли и смерти во всей их фатальности и неизбежности вызревают истинные логосы Возрождения и Жизни?
  

***

   Тот день, наступления которого вы так долго ждали и на который так ревностно уповали, мучимые страхами и волнениями - наконец то наступил. У вас родился сын. "У сына родился сын" сказали вы, и слеза умилительного восторга и радости навернулась в глазу, а вы даже и не скрывали этого... Бог призрел вас, услышал вашу молитву. Бог благословил вас сыном, которого вы ныне, посвящаете Ему. Теперь вы уже твердо уверены в том, что наибольшая любовь - это любовь между отцом и сыном, являющаяся отражением и подобием Божественной любви между Отцом и Сыном. Отец любит сына, всегда заботится о нем, всегда стремится помочь и защитить свое возлюбленное чадо. Но даже и эта любовь представляется лишь маленькой и незаметной искрой, рожденной в пламени умонепостижимой любви Иисуса Христа к Своему Небесному Отцу и наоборот. Ваш сын похож на вас и даже родинки у него на тех же местах, что и у вас. Он очень маленький, милый и горячо любимый вами человечек.
  

***

   Оглядывая тот небольшой в житейских представлениях, и, в общем то, не богатый событиями cвой жизненный путь, понимаете вы всю тщетность тех жизненных устремлений, кои лишь "щекочат" честолюбие, заставляя бежать в этом огромном табуне осуетившегося мира; бежать неизвестно откуда и неизвестно куда, чтобы в конце концов, полностью лишившись сил упасть на эту пыльную и душную землю, c одним трагичным и неизбежным результатом - быть раздавленным и вмятым в пыль бегущими сзади. Везде, куда ни пошлет вас Господь виден этот след пошлости заблудившихся, не нашедших Бога людей, несущихся стадом, c закрытыми, запылившимися глазами, очерствевшими сердцами. И это даже не бег, а, скорее, паническое убегание; убегание больного от врача, решившего исцелиться самому своими подручными средствами, а, может быть, и cкорее всего, и вовсе не думая об исцелении.
   Этот бег хаотичен; броуновское движение "человеков" - молекул, соударяющихся и отталкивающихся друг от друга, образующих завихрения и пульсации, приходящих из ничто и в ничто уходящих.
   В этом копошащемся муравейнике человеческих существ, "конгломекате массоидных существ " который с меткой подачи К. Исупова представлен как " Общее Не - Лицо: тысячеглазый Аргус, тысячеротый источник хорового вопля" и при разумном взгляде на который не разглядишь никакой мыслимого, положительного бытия его составляющего. ю может быть на эту человеческую колонию, более похожую на табор и нельзя смотреть разумно; может быть правы господа философы, утверждающие что все мировое бытие - абсурд, умонепостижимая несуразность а единственный способ выживания в мире абсурда - принять эту самую абсурдность бытия как онтологическую данность и смириться. Так говорит и думает человек философствующий. Человек веры мыслит иначе.
   Упадок и растление - вот неизбежные попутчики этой пожизненной гонки. Механически-мертвое и устало- инертное позевывание становится знамением и символом пошлеющего и нищающего мира.
   Бег сей похож на смех неудержимый. Подобно нелепой жестикуляции фигляра, пробившей вас на смех не в силах вы освободиться от !нахлынувшего наваждения. В своем убегании от самих себя во тьму внешнюю, дальше от Света, где уже никто и ничто неразличимо и все окружающее теряет свои очертания, уже не в состоянии вы остановить свой бег, сказать ногам " cтойте ". И уже не бежите вы, а летите стремглав вниз, полностью осознавая, что не хотите туда и также понимая, что в этом процессе падения лично от вас уже ничего не зависит. Об этом же говорит Паскаль в своих "Мыслях" : "Мы беспечно устремляемся к пропасти, заслонив глаза чем попало, чтобы не видеть, куда бежим ". Но .... случается чудо и приходит Доктор и вы вновь перед Тем от Которого так долго убегали. Он вас оперирует и вы кричите от боли уже признавая, что лучше было бы прийти к нему пораньше, может быть, не было бы так больно; и, все же, вы возвращаетесь к Нему, зная, что в противном случае, будет несравненно больнее, горше и невыносимее.
  

***

   Возрождение русских традиций - все сейчас в том или ином ракурсе, в зависимости от степени личной заинтересованности, уровня культуры (либо ее отсутствия) и ряда прочих нюансов говорят об этом: от нечистых на руку политиков-клерикалов, кичащихся своим "патриотизмом" , более похожем, однако, на цирковое представление фигляров в духе господина Жириновского и господина Ампилова, до людей действительно думающих, подвижников духа, кои не крикливыми лозунгами и лиходейством, но делами и всей своей жизнью демонстрировали боль и участие в жизни Родины. Последних, к сожалению ли (а может быть и нет) не показывают на телеэкранах и от "сотрясателей воздуха" их можно отличить хотя бы тем, что они никогда не фиглярствуют. Как же жить рядовому российскому обывателю в условиях повальной и совершенно нездоровой политической и идеологической истерии, несравненно более тотальной и массовой, чем так называемая идеология " советского режима". Что и говорить, бывшие советская идеология выглядит дебиловатой дурочкой в сравнении с нынешней идеологией "нового мышления", со своими радикально новыми методиками воздействия на культуру и мировоззрение обывателя.
   Нынешнее идеологическое воздействие на рядового человека в России тоньше, и вместе с тем несравненно более эффективно по своим разрушительнрым последствиям, чем когда либо раньше в истории. Один этот факт может заставить задуматься о многом и задуматься надолго. От века существующая доктрина homo-sapiens - управлять, ныне, кажется, достигла той полноты зрелости, которая в состоянии полностью изменить весь мировой порядок, и не только в России, хотя не исключено, что именно Россия будет инициатором таких всемирных изменений, добровольно признав себя своеобразным детонатором той критической массы, являющей собой сегодня почти одну шестую часть земного шара, застывшей в недобром предчувствии всемирной опасности, исходящей из каких-то темных и уродливых кулуаров мировой истории...
  
  

***

   Священник с черной бородой и такой же черной шевелюрой, с карими глазами, в которых чувствуется что-то соколиное - может быть тот странный блеск, рождающий подчас до боли знакомое чувство смущения, корни которого, однако, никак не удается проследить - говорит что-то об " оскотинивании " человека, что есть, суть, деградация всего человеческого рода. Говорит он об этом спокойно, недвусмысленно раставляя акценты, делая красноречивые паузы, будто - бы давая аудитории самой делать выводы, в то время как выводы эти бесстыже, абсолютно не учитывая так называемое право нравственного выбора человека, этой самой аудитории навязаны. Почему бесстыже? Потому что о больном человеке, а тем паче о больном обществе нужно говорить со скорбью и слезами на глазах; такие темы, как болезнь или здоровье нации не могут быть предметом эпатажа. Этим нельзя бросать вызов пусть даже и больному, страждущему, но не потерявшему своего образа Божьего, роду человеческому. Именно об этом, похоже, и позабыл наш уважаемый священник. Уж себя то он явно не причисляет к "оскотиневшей" и " обыдлевшей" братии. Наверное он думает так, потому что на нем ряса и огромный, в полгруди, серебряный крест. Вероятно, он уже парит величаво "в заоблачных высях духа", осматривая и по своему "сочувствуя" с высоты своего собственного "полета ", этой деградирующей массе народа, коей путь в "стихию духа" закрыт, ибо должно сперва обрубить все зло, темное и сатанинское в природе человеческой. Именно эта прерогатива, по "скромному" измышлению священника - право контролировать и активно вмешиваться в процесс " выкорчевывания " зла из грешной души человека - принадлежит этому " рыцарю и крестоносцу Церкви".
   Наверное нет смысла говорить о том, насколько соответствует подобная идеология, которая, увы, захлестывает и Православие, пытаясь разрушить его изнутри с зари христианской эры; насколько соответствует сие "философствование" проповеди Христа. Священник сей и масса подобных ему идеологов-спекулянтов будут всегда нападать на общество, на Церковь и веру. Но все что они могут сделать - это лишь "жалить в пяту". Церковь - всегда будучи "Столпом и утверждением Истины"- выстоит, подобно тому, как выдерживала Она атаки и нападки тысяч идеологов борьбы с "обыдлением" , "нечистотой" и "сатанизмом" каленым железом, с целью сохранения "чистоты веры".
  

***

   Там, где кончается стихия слова, там начинается стихия слушания, безмолвного созерцания, молитвы неизреченной, молитвы духа.
  

***

   Давайте посещать друг друга, давайте целовать друг друга целованием уст духа, хваля Господа, возводя Храм новый, Нерукотворный, cотворяя Собор Могучий, Вечный и Неуничтожимый - Собор человеческих сердец, не подвластный времени и меняющимся обстоятельствам, Самодостаточный и Торжествующий Собор Любви.
  

***

   Радость и смех сына - что может более радовать сердце отца? Что может быть более желанно для отца, чем видеть себя в сыне и сына в себе? Отец и сын вместе создают полноту бытия в любви в самом сакральном и, в тоже самое время, в наиболее открытом и всем доступном смысле. Все другие смыслы бытия отступают в тень перед этой "краеугольной" истиной Жизни.
   Ваш сын... Временами, в минуты умиления вы целуете его пяточки, хаотично бьющие по воздуху, вам еще страшно целовать его в головку и личико. Когда он плачет вы сокрушаетесь всем сердцем; у вас, вдруг, заболевает живот и, подобно заведенному механизму с испорченной пружиной , начинаете вы суетиться и метаться вокруг мальчика, мешая жене и внося еще больше переполоху и шума Ну вот вашими совместными с женой причитаниями чадо утихает и вы гладите его по животику и спинке, а он вам что-то мурлычет и поет. Уже сейчас в нем чувствуется недюжинная сила - своими миниатюрными пальчиками он крепко цепляется за ваш мизинец и совсем не хочет отпускать его. Уже сейчас черты мужского характера проявляются во властных интонациях малыша, когда он пытается обозначить свой голод или неудобства.
  
  

***

   Воистину, все мы являемся сопричастниками величайшей космической мистерии Вселенной под именем Бытие
  

***

   Хоть и является Булгаков апологетом культуры, да культуры христианской, хоть и почитает Федорова, хоть и антропоцентрик, но.... не безнадежный
  

***

   Бог хочет.... Бог не хочет и не может хотеть, ибо любое хотение и желание возникают от недостатка чего - либо. Если Бог хочет, значит Ему не хватает, но такое утверждение неверно, ибо Бог есть Всеобьемлющая Полнота...
   В отношении любви и веры, которых Бог ожидает от человека. Он ничего не ожидает, потому что все знает; ожидает пребывающий в неизвестности. Для Бога же известно все - известно кто уверует в Него и кто отвергнет, кто положит жизнь свою на алтарь веры, а кто нет, кто откликнется на вечный зов, а кто пренебрежет.
   Не вытекает ли из сказанного, что Творец в принципе безучастен к твари? Нет, ибо Божественное Бытие априорно подразумевает наличие Субъекта и Объекта. Если есть любовь, должен быть сосуд ее наполняющий; если есть трансцендентное, значит неизбежно и оправдано существование имманентного; если есть святое, значит должно быть и тварное.
   Кто-то скажет: В таком случае Бог не есть Полнота, поскольку Ему все - таки кое - чего не хватает, - а именно самого Бытия. Выходит, что Всемогущий Бог не всемогущ, поскольку Он связан с Бытием. Другими словами Всемогущий Промыслитель просто не в состоянии дать разводное письмо своей невесте - Бытию, которое Он перманентно порождает.
   Отец Павел Флоренский говорил, что приблизиться к полноте Божественной Премудрости возможно лишь посредством закона антиномизма. Наибольшая Полнота Бога раскрывается именно в Его антиномиях. Может быть это и так. Но откуда же берутся эти антиномии, какова их природа? Антиномичный характер Бытия Бога в понимании человеческом априорно вытекает из -за нежелания последнего осознать и признать факт существования Бога в Вечности а не во времени. Люди почему-то упорно придерживаются логики "Если я живу и мыслю во времени, значит и Бог так же живет и мыслит во времени". Отсюда недоразумения, разглагольствования, отсюда философия. Философствовать же можно долго и исступленно, при этом не уловив Истины и даже не приблизившись к ней
   Именно этот принципиальнейший момент Божественного мироздания является ключем к пониманию неизбежности антиномий, возникающих при попытках рационального человека, живущего во времени осмыслить Премудрость Божию, пребывающую в Вечности.
  

***

   Европейского человека в России ожидает "букет приятных неожиданностей " в виде специфического набора идеологических клише, ни разобраться в коих, ни тем более выпутаться бедняге нет ни единого шанса. Причем чем более активно он действует, тем более безнадежно путается и увязает подобно жалобно жужжащей мухе, имеющей несчастье залететь в тенета коварного паука.

***

   Когда человек превращается в машину, иначе говоря вырождается, его поведение становится механическим случайным набором действий, характеризуемых той или иной степенью целесообразности. Причем эта степень имеет безусловную тенденцию убывания.
  

***

   Дав увлечь себя словечками типа "пресно", ""поверхностно", "примитивно",
   "убого " и.т.д. очень легко, подчас, достичь полной самоизоляции, полагая при этом что достиг святости
  
  

***

   Платон несомненно был прав, говоря о том, что идеи могут найти свое воплощение как через человека, так и вне его ; творческая сила Логоса - величайшее тому подтверждение.
  

***

   В чем адскость ада? В бессмысленности существования и перманентном отсутствии покоя тех, кто его населяет.
  

***

   Бог экзистенциализма все же не может быть назван библейским Богом, хотя и очень близок Ему. Великолепную характеристику экзистенциального Бога ; Бога Къеркегора, Шестова , отчасти Бубера дал Р.Ролан в своем романе "Жан-Кристоф", устами своего главного героя говоря, что Он " Бог- бездна. Бог-пропасть. Костер бытия. Ураган жизни. Все безумие жизни , без цели, без узды, без смысла, - ради самого исступления жизни".
   Далее автор красноречиво и точно, следуя глубокой внутренней интуиции прописывает нравственное credo къеркегоровско - шестовской философии страха, боящейся помыслить последнюю Правду, своего рода тайный гимн экзистенциализму: "Здоровый, сильный, свободный человек - вот единственная добродетель, так к черту же все остальное "
  

***

   Вера антикультурна в принципе, так как культура есть средство разделения, вера же, наоборот - сближения. При этом вера не противостоит культуре
  

***

   Отчаяние, озлобленность и усталость, - вот что видите вы на лицах людей, даже ваших хороших знакомых, даже тех, кто до известной степени разделяют ваши духовные убеждения. И есть какое-то движение, но без радости, без любви, скорее с апатией к бытию. И есть какая-то цель, но движение к ней не возгревает, а, наоборот, охлаждает порыв сердца, опошляя нрав, разнуздывая характер, взращивая семена неверия, цинизма, равнодушия. И хочется приблизиться, познать Бога, а вместо этого получаешь лишь боль и страдания. Как хорошо знакомо вам это мятущееся томление духа, но стихия Бога - это стихия движения, полноводная река со своими водоворотами, стремнинами, а иногда и застойными зонами. Пребывание в Боге подобно пребыванию в этой реке, когда течение Духа Святого необратимо влечет вас к божественному совершенству. И это нужно помнить всегда.
  
  

***

   Вот бабушкин дом. Старый, красного кирпича, снизу оштукатуренный, на первом этаже магазины. Дом на пересечении двух улиц, теперь заживших новой жизнью, одна из них именуется ныне улицей св. Гертруды, которая сменила свое прежнее громкое имя отца мирового коммунизма на старое исконное. Эпоха громких имен и " больших " людей в этом городе, равно как и во всей этой маленькой стране завершилась, закрыв собой еще одну страницу мировой истории.
   Стоя на перекрестке улиц, куда бы вы не посмотрели, во всех четырех направлениях взгляд ваш упирается в католические соборы готического стиля, именуемые в народе английским словом костел. Каждый из них еще с детства восхищал вас своим величием, устремленностью ввысь, своего рода " бросанием вызова " законам притяжения, легкостью и чувством полета. Возле каждого костела зеленая лужайка с гравиевыми дорожками и аккуратными скамеечками под сенью лип или сиреней, где сидят обычно беззубые старушки и что-то лепечут на непонятном вам языке. По узким, мощеным булыжником улочкам снуют туда-сюда аккуратные троллейбусы и старые, европейских моделей автомобили - опели, фиаты, форды. Иногда попадаются и мерседесы; крайне редко проскочит перед вами жигули или какой-нибудь запорожец. На тротуарах здесь не валяются окурки, хотя много курящих. На улицах нет толкучки, несмотря на то, что народу много. Лица прохожих радостными не назовешь, но и угрюмых не видно. Здесь, в этом старинном европейском городе прошло ваше детство. Бабушкин дом - этот величавый истукан, - по прежнему излучает свой таинственный мускусно - терпкий запах вашего детства, грез и воспоминаний. И в то же время что-то неуловимое исчезло. Какое-то чувство гротескности нового " европейского " города. Везде чувствуется некий труднообъяснимый, но весьма болезненный разрыв между вековой метафизикой города, запечатленной в архитектуре, жизненном укладе, традициях, и мгновенными, стремительно меняющими друг друга тенденциями моды, которые скорее не более чем иллюзия, желание выдать желаемое за действительное, которое к тому же и не к лицу ни народу, ни городу, поскольку выдает плохой вкус и незнание истории. Но все это отнюдь не умаляет вашей любви к этому славному балтийскому городу, имеющему сложную и противоречивую историю и продолжающему жить этим противоречием.
  

***

   Православие культурно, потому что оно символьно. Так же и культура начинается там, где рождается символ.
  

***

   Идеи не только живы, что не вызывает никаких сомнений, но они так же персонифицированны и личностны. Именно идеетворчество есть связующая нить человека с Богом, который и есть тот неуничтожимый Образ, который и был дан человеку Творцом.
  

***

   Что является знамением нашей эпохи? Пошлость и сатанизм. Пошлость - потому, что нынешний духовно нищий человек совершенно добровольно отчуждает себя от Бытия, отказываясь от Вечного в пользу временного. Сатанизм - потому, что нынешняя эпоха - есть эпоха творения кумиров и небывалого им поклонения. Нынешняя эпоха, впитав в себя сатанизм прошлых столетий, дав ему благодатную почву для роста и становления, как никогда ранее возносит и боготворит рукотворное.
  

***

   Бог, философа наполняет любовью философа, ученого - любовью ученого, благородного - любовью благородного, раба - любовью раба. Каждого в меру его.
  

***

   Человек культуры любит, гордится, и даже в тайне нарциссирует ею. Подобно болтливым кокеткам, деятели культуры, всевозможные культурологи и философы собираются вместе чтобы "пофорсить" и порисоваться друг перед другом своими новыми измышлениями, которые они меняют чаще нижнего белья.

***

   В жизни каждого человека бывают такие моменты, когда наступает период испытаний. Что же делаем мы в такие времена? Хотим избежать тяжкого бремени? Начинаем бороться и противостоять? Ожесточаемся? Всякое бывает. Многие уверенно полагают, что резистентные способности их психики, их духовного и физического здоровья способны противостоять деструктивному фактору любого стрессогена, а, стало быть, и противостоять испытаниям духовного и физического плана человек в состоянии. Существенно, что такого же мнения придерживаются и многие верующие люди. Бог, - говорят они, - будучи Мудрейшим Устроителем Мира и единственным Сердцеведом уже заложил в человека некий "минимум"его резистентных способностей, причем в самом широком смысле этого слова. Иначе говоря человеку сделана "инъекция" против воздействия практически любой, вплоть до самой изощренной формы зла. Но, как известно, прививка еще не является стопроцентной гарантией от заражения. Значит, - говорят они, - нужна профилактика. И, в общем, это так. Но какой должна быть профилактика болезней духовных? И вот здесь появляется источник всевозможных соблазнов и преткновений, причем очень опасных как для каждого верующего человека отдельно, так и для Церкви в целом. Если антивирус зла имманентен человеку, если семя преображения уже посажено- утверждают многие, - значит его надо бережно выращивать. Безусловно. Но как? Вопрос очень важный; ведь такой же идеологии предерживаются не только люди неверующие, но, зачастую, открыто хулящие Бога, во всяком случае в христианском Его понимании. Всевозможные оккультные, мистические общества восточного типа, развитие психологической науки, нетрадиционной медицины и множества других сфер человеческой деятельности являются ярчайшим побтверждением этого тезиса. Объединяет всех их опять таки убеждение в том, что порочная и падшая природа человека может быть изменена в лучшую сторону, причем изменена духовно. В чем же различие между духовным изменением человека в христианском и нехристианских мировоззрениях? И, вообще,- спросит некто,- где граница этих двух? В Откровении Божием. Именно в Нем положено то основание, которое точно отделяет Библейское понимание Мира и Человека от всевозможных мировых учений. Практически все религии мира говорят что есть зло и с ним нужно бороться. При этом, преодолевая зло человек избавляется от него, становясь, соответствено более духовным и богоподобным. Это не христианский взгляд и, тем не менее, в таком же идейном русле мыслят очень многие христиане, либо называющие себя таковыми. В чем же принципиальное различие христианского и нехристианского подходов к рассматриваемому вопросу? Имея образ Божий, человек не имеет права собственности на него. Многие, похоже, об этом позабыли и рассматривают свое богоподобие, как нечто достигнутое ими самими в процессе своего "духовного становления". И то семя, которое дало корни в их душах, считают вырастившими сами, забыв, что лишь создали условия. А какие условия создали, таков и произрос плод. Поэтому и прививка против зла, не соблюдающему соответственной профилактики не дает результата и, стало быть, резистенция такого человека иллюзорна. Известно, что Сатана существует для того, чтобы убивать,воровать и уничтожать. Он же, будучи квинтэссенцией мирового зла - есть причина всех стрессов, страхов и ожесточения которые когда либо знал мир. Стесс в жизни человека - лишь реакция, причем весьма убедительная, на его присутсвие как деструктивный смрад Небытия, как агонию Бессмысленности и Абсурда. Не редки и безусловно справедливы слова верующих об укрепляющей роли Ходатая перед своими пасомыми, когда последние взывают к своему Первосвященнику в молитве о помощи.

* * *

   Мир Божий, Царствие Небесное бесконечно в смысле своей акциденции, своей абсолютной тотальности раскрытия потенциального и его актуализации и одновременно этот Мир не имеет ни временной, ни пространственной направленности. Просто геометрическая точка.

***

   По Оригену солнце, луна, планеты, светила как и люди живы и имеют души. Но так как "тварь покорилась суете не добровольно, но по воле Покорившего ее ", то и светила небесные целокупно со всей тварью "стенают и мучаются доныне". Выходит, что и обязанности свои, которые определил им Бог, - освещать дела людские, - светила выполняют недобровольно, но как бы по принуждению. Значит и точное движение звезд и планет - это "ярмо" для их " светоносных" душ, когда- то во времени потерявших свою свободу и ставших рабами этого времени и необходимости. Их движение и свечение являются атрибутами несвобод, тысячелетним воплем и непрекращающимся стенанием по утраченному совершенству и гармонии. О том, каков будет конец светил Ориген ясно не говорит, но, ссылаясь на авторитет Писания, намекает, что они "живут надеждой". Надеждой на обретение утраченной свободы и божественности, чистоты и единства, а не выполнение подневольного и неблагородного долга " высвечивания " человеческих пороков, от нечестивости и скверности которых ослабляется и гаснет самый свет звезд.
  

***

   Отцы Церкви учили, что Бог открывает Себя тем, кто желает познать Его. Иначе, первое и непременнейшее условие познания Бога - желание Его познать. Поэтому наиважнейшей обязанностью Церкви должно быть бережное и трепетное взращивание этого желания. Никто не знает как человек от неверия переходит к вере. Здесь тайна. И все же нет сомнений, что переход этот осуществляется водительством Святого Духа. Переход к вере таинственно неповторим и антиномичен. Бог, Дающий Бытие, каждому Своему духовному чаду дает личное, неповторимое бытие и неповторимую веру. Любовь к Богу также антиномична - она сокровенна и открыта. Сокровенна - потому что переживается как первая. Открыта - потому что направлена вовне Любовь к Богу - нескончаемая Симфония, гимн Бытию, космическая Поэма. Любовь к Богу - это освобождение от отчаяния, отчуждения и абсурда. Любовь к Богу - это обретший максимальную полноту и предельно выявленный смысл.
  

***

   Читая Ветхий Завет, в особенности Книги Царств и Псалмы, где Давид в "бегах", воюет против своих недругов и молит Бога о милости, невольно проникаешься уважением и состраданием к непризнанному царю.
   Читая книгу Даниила: сцену, где соратники пророка - Седрах, Мисах и Авденаго, находясь в окружении царедворцев Навуходоносора, публично отказываются поклониться "истукану" даже под страхом смерти - поражаешься вере и стойкости, рождаемой ею, необоримой и упрямой надежды, что справедливость и правда восторжествуют несмотря ни на что, потому что лишь Святой Бог владеет обстоятельствами истинными, а не приходящими и иллюзорными, и Он призрит вопль страждущего.
   Читая Апокалипсис Иоанна Богослова, где несметные армии сатаны на поле Армагеддона в немыслимой доныне гордыне выступают против самого Бога, содрогаешься от мысли насколько чудовищен в своих духовных извращениях падший род человеческий.
   Что объединяет все эти книги - героическая отстра-ненность библейских героев от обстоятельств мира верою в минуты максимальной концентрации мирового зла. Фактически это не просто отстраненность, но полная и тотальная отстраненность - трансцедентизация сущностного личности.
   Как хотели бы вы в минуты слабости и отчаяния, когда духовное в вас сломлено обстоятельствами наполниться благодатью духа, почувствовать подобно библейским подвижникам всю неправду, а посему и нереальность зла в Божьем мире.
  

***

   Вот вы ждете встречи с Владыкой и волнуетесь. Волнуетесь потому что не знаете как его примут чиновники академии, где само приглашение священника является скорее делом конъюнктуры и моды, нежели глубоким и прочувствованным желанием причаститься Святой Церкви Христовой.
   Печальным знамением наших дней являются попытки использовать Церковь как фетиш, икону - как амулет, крест - как украшение, церковное убранство - как музейный экспонат.
   Многие наивно, но крайне убежденно полагают, что приобщение к церковной атрибутике, наличие человека в рясе под рукой, проведение церковной службы, будучи красивыми и даже величественными символами - станут добрым залогом в материальном преуспеянии человека ли, организации и т.д. Бородатый монах в церковном одеянии - как некий маг или колдун, совершающий таинственные и непонятные движения во время литургии, его чистый и низкий голос заставляет отключиться от повседневности, забыть каждодневную рутину.
   Священников приглашают, и они приходят. Приходят в университеты, на открытие выставок, конференций, банкетов, фуршетов и т.д., становясь при этом неотъемлемой частью красивой и дорогой меблировки, непременным атрибутом сервировки стола, элементом правила хорошего тона приглашающего.
   Руководство академии не будучи сколько-нибудь оригинальным в этом отношении, придерживается похожей идеологии. Приглашение священника и организация домовой церкви для них не более чем театральная постановка с дорогими декорациями. Да и сама православная церковность представляется им более формой, чем содержанием, и не из-за того это содержание им недоступно, а потому, что об этом неинтересно и скучно думать. Теперь объектом их ханжеской морали стала и Церковь. В орбиту их суетливой волокиты и возни постепенно вовлекается и православное духовенство, для того, чтобы использовать его в качестве идеологического воздействия на персонал.
   Внешне это выглядит очень похожим на некий технологический цикл, в котором Церкви отводится одна из десятка стандартных операций, с возможностью взаимозаменяемости в зависимости от политической и общественной конъюнктуры. Суждено ли существовать сколько-нибудь долго церковной общине в условиях такого машинно-технологического подхода к Богу, Церкви, душе и ее делению, покажет время, и все же такого сценария хотелось бы избежать. Подобные "эксперименты" одинаково опасны как для Церкви, потому что подрывают Ее авторитет, так и для Ее паствы, потому что уводят от Бога.
  

***

   Религиозность согласно христианскому вероучению есть способ воплощения веры, продиктованный языком культуры. Сказанное, однако, отнюдь не означает, что мистическое постижение веры возможно лишь религиозным путем. То есть, существует и внекультурный путь вхождения в веру.
  

***

   Мир чудовищен, но еще более чудовищны люди, живущие в нем. Чудовищность людей в их ханжестве, которое ведет к бесчестию. Чудовищность людей в их "теплокровии". Они забыли что значит быть горячими, им страшно быть холодными. Им страшно войти в мир Истины, ибо Он горяч и может в мгновение ока сжечь все ханжеские наслоения, которыми так любит кутаться "теплокровный" человек и где ему так удобно. Люди разучились говорить честно. Сказать правду значит, подчас, вызвать огонь на себя, а от этого может быть горячо и даже больно. Современный человек привык сидеть под зонтом обывательства и снобизма, когда зной Правды не касается его, а прохладные, едва теплые струи малодушия, ханжества и лицемерия приятно омывают полусгнившие останки его души.
  

***

   Что может сравниться со страданиями Богочеловека на Кресте: когда плоть разрывается и агонизирует? Ромен Ролан писал: "Нет ничего общего между идеей страдания и живым существом, которое страдает и исходит кровью. Нет ничего общего между мыслью о смерти и судорогами тела и души, мятущейся в предсмертной муке ". Это правда. Через все это прошел Богочеловек. При этом у Него была и другая бесконечно более невыносимая правда: та правда, которая незадолго до Креста кровавым потом выступила на челе Спасителя, возопившего к Отцу: "Да минует Меня чаша сия " и тут же смиренно добавившего: "впрочим не Моя воля, но Твоя".
   Богочеловек на Кресте, Чаша Гнева Божия еще не испита. Что же означало для Спасителя испить Чашу Гнева? Это значило, что извечно существующий от Отца Сын, соединенный с Ним "нераздельно и неслиянно" стал отделен. Божественная ипостась Бога покинула Христа. И этот вопль, вопль умирающего мира, не сравнимый ни с какими человеческими чувствами и переживаниями мы слышим вырывающимся из уст Сына Божия: "Отец Отец, почему Ты покинул Меня". Конец истории. С похоронами Христа мир хоронит себя. Смерть Иисуса - отходная молитва миру. Скорбь и теснота длятся три дня, никто не посмеет сказать что же будет дальше, пока на третий день Отец не воскрешает Сына, возвращая Ему навечно божественную ипостась и чин Царя и Первосвященника, которому поклонятся "все народы и языки". Теперь Закланный Агнец становится Царем нового мира и на обломках истории воздвигает Царство Бога.
  

***

   Бог так управляет обстоятельствами человека, чтобы будучи помещенным в ту или иную жизненную ситуацию, последний всегда мог сделать свой экзистенциальный выбор. В сущности, вера рождается лишь тогда, когда есть выбор, а выбор является несомненным атрибутом свободы, кровно роднящим Творца с Его любимым творением- человеком.
  

***

   Первохристианская община не знала о временном разрыве между 69 и 70 седьминой Даниила, о котором спустя две тысячи лет столь уверенно можем говорить лишь мы - люди конца двадцатого века. Она жила с упованием на скорейшее возвращение Господа а сердечной простоте и проповеди Евангелия, поминая слова Христа: " Ибо истинно говорю вам: не успеете обойти городов Израилевых, как придет Сын Человеческий " ( Мат. 10 : 23 )
  

***

   Основная ошибка мудрецов и мыслителей в том, что они рассматривают веру как философскую категорию, не только требующую осмысления, но и могущую быть осмысленной в принципе. Такой подход совершенно дискредитирует характер веры как личной экзистенции.
  
  
  

***

   Если бы христианство было только культурно иудеи никогда бы не распяли Христа и не отвергли его учение.

***

   Человек, пишущий о своей слабости , отдающий этому делу время и старание - уже силен, ибо радость творчества, пускай повехностного, пускай неполноценного и убогого - сама по себе уже есть несомненная сила
  
  

***

   Многообразие интерпретаций не отражается на единстве экзистенции Истины.
  

***

  
   Нынешняя идеология учит людей тому, как нужно выживать. При этом в свою орбиту она вовлекает такие области знании как психология, психоанализ, шизоанализ, восточные культы, всевозможные синтетические учения, типа космизма или движения "новой эры" и пр.
   Нынешняя философия озабочена созданием новой философской системы, призванной "адекватно рефлексировать на реалии цивилизации конца 20 века". В конце концов речь, опять же, идет о синтезе. Но, что интересно, если западный синтез своим онтологическим стержнем имеет классическую религиозную рефлексию, то российская его разновидноость представлена наукой, точнее научной утопией. Некая самозабвенная надежда, непрекращающаяся мечта.
   Сегодня едва ли является модным мечтать; по крайней мере в смысле научно - технической романтики русских мечтателей - технарей. Это не значит, что в русской ментальности изжилась ее утопическо - преобразовательная составляющая. Национальную идеологию не так легко изменить. В России таковая всегда имелась, при том, она довольно часто, силою внешних обстоятельств эта идеология вынуждена была укореняться в непролазные глубины национального сознания. Глубоко неправы те, кто говорят о распаде и деградации русского национального характера. В своей онтологической сущности он не изменился со времен Владимира - крестителя Руси и Ивана Грозного вплоть до наших дней. Цельность и онтологическая преемственность русского менталитета проявилась и в создании первой в мире страны Советов с ее незабвенными вождями, чья деятельность также была направлена на преобразование мира, через преобразование его субьекта - человека.
   Та же стратегия во многом присуща и нынешней российской власти, которая попытками внешнего снятия и дискредитации национального в России, подспудно, и вполне сознательно " взгревает " эту стихийную силу национального характера, постепенно доводя его до температуры "взрыва". В России сегодня есть силы, для которых жизненно важным является вывести наружу, сделать предельно явной ту несомненную, имманентную русскому человеку национальную черту - служить единой идее. Выпестовав и взлелеяв путем спекуляций национальным достоинством нового человека, эти силы сделают попытку преобразовать и переделать весь мир. Служение единой идее на деле будет означать полную непримиримость к любым другим идеологиям и мировоззрениям и новую невиданную доселе волну национального мессианизма, которую едва ли кто - либо сможет удержать.
  
  

***

   Вот и вам пришлось открыто говорить о своих взглядах. Безусловно, предполагая полемичность предложенных вами заключений, вы знали о том, что рассуждения ваши не будут приняты и по достоинству оценены всеми вашими учеными слушателями. Но все же вы решились выступить в правде, выступить не в угоду толпы, но по зову сердца и убеждений. Вот вы выступили и ... потерпели поражение.
   Поражение не в смысле разоблачения ваших идейных позиций, которые вы столь ревностно и скурпулезно отстаивали, об этом и речи не шло, но в смысле непонимания и личного неприятия развиваемой вами идеологии.
   Вы еще раз убедились в старой мудрости, гласящей, что "всякий слышит и воспринимает то, что хочет слышать и воспринимать". И вы стали горячиться, обороняться и наступать... Вы завозмущались, стали недоумевать, почему вас не понимают. Наконец, вы стали гневиться на свой гнев, видя, что вас "несет" и вы уже не можете остановиться. В конце концов, вы покинули зал выступления под смешки и ухмылки "философствующей братии".
   Вокруг вас непонимающие и блуждающие взгляды, да и сама плоскость беседы бесконечно далека от той, которую вы разрабатывали и над которой трудились. Нелепые, не относящиеся к сути рассматриваемого явления, вопросы и замечания - это все, что вам довелось услышать. Конечно, очень трудно выступать объективно с возражениями к работе, которую не держал в руках, а если и держал, то, по крайней мере, не пережил...
   Ваше поражение в том, что дали увлечь себя слабости "увлечения чужим мнением" и личным эгоизмом.
   Ваша победа в том, что выступили открыто и неподобострастно и тем самым, несомненно, заронили семена вашего этического и нравственного в понимании и осмыслении культурных явлений, давно уже затвердевших в "амальгаме" современной философии.

***

   "Верую ибо абсурдно" говаривал некогда Тертуллиан. Что абсурдно? Вера. Абсурдность веры по Тертуллиану означает полнейшую невозможность постижения реальности Бога в плоскости рационально - рассудочного мироощущения. Т.е. Бог никоим образом не может быть объектом рационального философского осмысления независимо от того, какой гносеологический подход используется исследователем. Другими словами у Тертуллиана реализуется формула, что будучи заключены в самих себе и " в Его руке ", мы можем познать Его только тогда, когда Он сам добровольно устанавливает отношения с нами. Потому что, в сущности, Бог трансцедентен, и не так уж неправы деисты, говоря о полной изолированности мира Бога и мира человека и твари. Но деисты говорят лишь часть правды. Вторая же ее часть принадлежит Откровению Христа, исторически свидетельствующем о том, что ради своей любви к творению Бог выходит из своей трансцедентности и являет Себя миру
   Павел в послании писал " вера наша для иудее соблазн, а для еллинов юродство есть" . Юродство и есть форма выражения христианской веры. В том смысле, что юродивый в своей личной экзистенции трансцедентализируется в гораздо большей степени чем все мыслители и созерцатели от ratio вместе взятые. Монашество - есть также способ воплощения юродства. Юродивый не дурак, просто он пребывает в иной плоскости мироощущения, где логика привычных для человека ratio причинно - следственных отношений, поддающихся детерминации и классификации принципиально растворяется в экстатическом порыве человека, добровольно отказавшегося, если не сказать сбежавшего от рассудочного понимания вещей. Естественно, что для окружающих юродивый может показаться безумным, тогда как на самом деле он сверхумен, ибо преодолел силу тяготения ratio, выйдя в неизреченный свет сверхреального. Видится, что именно в таком разрезе можно расшифровать знаменитую фразу Тертуллиана.
   Вера - есть любовь. Любовь - безумна. Она не бессубъектна, но имея в качестве своего субъекта Бога, предельно выявлена и " векторна ". "Вектор" веры направлен на единение Я и Ты, на неслиянное единство Субьекта и объекта. Вера, как проявление любви агапе всегда сущностна, но "каркас" ее образует не мир рассудочного, но мир экстатического и экзальтированного в их " излиянии ", их адресности трансцедентному. Именно этим вера враждебна рассудку, что отказываясь от умопостигаемости бытия открыто декларирует о его постигаемости средствами Иного, Того, Которого нельзя определить и "упаковать" в координатах рассудка.
   Архитектура мира грядущего будет формироваться по принципам Иного. Инаковость будущего мира проявится в первую очередь в творческом самораскрытии трансцедентного. Библейским эквивалентом " века грядущего" станет новое творение: " И сказал Сидящий на престоле: се, творю все новое"( Откр. 21, 5 ). Трансцедентное явит себя Личностно. И если сегодня мистическое единение "горнего и земного" едва ли является достоянием большинства, то в следующем "эоне" ; "эоне" нового неба и новой земли, вечный брак Бога и человека, самим фактом своего существования продемонстрирует миру неизрекаемое излияние запредельного.
   Трансцедентное не может быть воспринято и постигнуто иначе как через веру, потому что вера родственна трансцедентному в своей онтологии. Более того она одноприродна трансцедентному и, в сущности, является его частью. Эта одноприродность в первую очередь заключается в отказе от рациональной горизонтали человеческого миропознания, в основе которого лежит скрытая или явная жажда классификации вещей или подчинения их рассудку. Рассудок пытается сорвать с мира его сакральность, которая в Библии называется " домостроительством тайны " и в этом он терпит сокрушительное и полное поражение. Чем более исследователь старается вывести " абсолютную формулу", " универсальный закон " и пр., тем более он погрязает в хаотическом нагромождении им же порожденных спекуляций. То есть любая попытка всего многообразия наличного бытия свести к искусственно "выведеному" спекулятивному Абсолюту, изначально обречена на неуспех.
   Трансцедентное также как и вера имеет направленность. Точнее сказать они взаимонаправлены, поскольку их конечная цель - Встреча. Эта встреча бесконечно таинственна и интимна. Она молчалива и радостна, смиренна и восторженна, реальна и непостижима. Она выходит за рамки " умного зрения " и глазами нынешнего " трезвомыслящего " человека, зачастую, выглядит абсурдом и " сумасшествием ".
   Излияние трансцедентного в мир, так же как и вера всегда таинственно. Его нельзя " расчитать " как затмение солнца или движение светила. Более того, явление трансцедентного происходит именно тогда, когда его никто не ждет. " Приду как тать в ночи " говорил Христос, возвещая о том, чтобы его пришествия, как наиславнейшего явления трансцедентного в человеческой истории ожидали " денно и нощно ", не боясь показаться безумными ибо воистину " немудрое мира сего избрал Господь, чтобы посрамить мудрое".
   Трансцедентное, подчас, рушит все представления о логике и здравом смысле, чем, несомненно, подтверждает свой онтологический статус. Поэтому и "осмыслить" (имея ввиду наполнить смыслом или хоть в какой - то мере опредметить) трансцедентное возможно лишь языком веры ему одноприродному.
  
  
  

***

   В жизни каждого человека бывают такие моменты, когда наступает период испытаний. Что же делаем мы в такие времена? Хотим избежать тяжкого бремени? Начинаем бороться и противостоять? Ожесточаемся? Всякое бывает. Многие уверенно полагают, что резистентные способности их психики, их духовного и физического здоровья способны противостоять деструктивному фактору любого стрессогена, а, стало быть, и противостоять испытаниям духовного и физического плана человек в состоянии. Существенно, что такого же мнения придерживаются и многие верующие люди. Бог, - говорят они, - будучи Мудрейшим Устроителем Мира и единственным Сердцеведом уже заложил в человека некий "минимум"его резистентных способностей, причем в самом широком смысле этого слова. Иначе говоря человеку сделана "инъекция" против воздействия практически любой, вплоть до самой изощренной формы зла, следствием которой может выступить стресс Но, как известно, прививка еще не является стопроцентной гарантией от заражения. Значит, - говорят они, - нужна профилактика.. И, в общем, это так.. Но какой должна быть профилактика болезней духовных? И вот здесь появляется источник всевозможных соблазнов и преткновений, причем очень опасных как для каждого верующего человека отдельно, так и для Церкви в целом. Если антивирус зла имманентен человеку, если семя преображения уже посажено- утверждают многие, - значит его надо бережно выращивать. Безусловно. Но как? Вопрос очень важный; ведь такой же идеологии предерживаются не только люди неверующие, но, зачастую, открыто хулящие Бога, во всяком случае в христианском Его понимании. Всевозможные оккультные, мистические общества восточного типа, развитие психологической науки, нетрадиционной медицины и множества других сфер человеческой деятельности являются ярчайшим побтверждением этого тезиса. Объединяет всех их опять таки убеждение в том, что порочная и падшая природа человека может быть изменена в лучшую сторону, причем изменена духовно. В чем же различие между духовным изменением человека в христианском и нехристианских мировоззрениях? И, вообще,- спросит некто,- где граница этих двух? В Откровении Божием. Именно в Нем положено то основание, которое точно отделяет Библейское понимание Мира и Человека от всевозможных мировых учений. Практически все религии мира говорят что есть зло и с ним нужно бороться. При этом, преодолевая зло человек избавляется от него, становясь, соответствено более духовным и богоподобным. Это не христианский взгляд и, тем не менее, в таком же идейном русле мыслят очень многие христиане, либо называющие себя таковыми. В чем же принципиальное различие христианского и нехристианского подходов к рассматриваемому вопросу? Имея образ Божий, человек не имеет права собственности на него. Многие, похоже, об этом позабыли и рассматривают свое богоподобие, как нечто достигнутое ими самими в процессе своего "духовного становления". И то семя, которое дало корни в их душах, считают вырастившими сами, забыв, что лишь создали условия. А какие условия создали, таков и произрос плод. Поэтому и прививка против зла, не соблюдающему соответственной профилактики не дает результата и, стало быть, резистенция такого человека иллюзорна. Известно, что сатана существует для того, чтобы убивать,воровать и уничтожать. Он же, будучи квинтэссенцией мирового зла - есть причина всех стрессов, страхов и ожесточения которые когда либо знал мир. Стесс в жизни человека - лишь реакция, причем весьма убедительная, на его присутсвие как деструктивный смрад Небытия, как агония Бессмысленности и Абсурда. Не редки и безусловно справедливы слова верующих об укрепляющей роли Ходатая перед своими пасомыми, когда последние взывают к своему Первосвященнику в молитве о помощи. Но какой смысл вкладываем мы в эти слова? И среди верующих здесь есть серьезные разногласия. Одни считают, что человек - соверен и хотя он он бесконечно меньше Бога, сей факт ничуть нге умаляет человеческого суверинитета. А где суверинитет, там и собственность. Собственность мышления, собственность творчества, собственность любви, собственность веры. Все это, - утверждают многие, - имманентно самой природе человека в том втде, в каком само Бытие мира предопределено Богом. Другие же, наоборот, всячески отрицают наличие какого-либо суверинитета и свободы у человека. Свобода человека, - говорят они, - лишь в беззакониях им творимых. Человек ничтожен и жалок, - продолжает данная сторона, - и все что он может - лишь быть рабом своих необузданных страстей. Впрочем, ситуация небезнадежна.. Возрожденный верой, человек получает суверинитет от Бога в дар. Именно этот суверинитет, даваемый даром, а с ним и определенную духовную собственность, они называют благодатью . Иначе говоря, суммарная мысль даной группы верующих следующая: человек не имеет ничего имманентного; все что он имеет определено волей Божьей. Таковы две крайние позиции религиозного сознания. Разумеется, существует взгляд, расположенный где-то между этими двукмя, (с существенным креном в сторону второго), который, вероятно, наиболее точно характеризует истинное христианство. Итак, прося у Бога защиты и покровительства , чего мы добиваемся? Очень часто моление наше касается вопроса сохранения собственности. Причем, мы далеко не всегда отдаем себе в этом отчет. Иными словами, мы просим защиты у Бога, чтобы Он поддержал нас в наших достижениях.. Но даже если молитва касается поддержки достижений духовных - это уже есть своего рода гордыня и соблазн. Соблазн же состоит в том, что мы считаем этот духовный подвиг нашим. Мы думаем, что сделав угодное Богу, мы, тем самым, кладем в свою "копилку еще одну монетку", которая никуда оттуда не денется; таким образом, мы делаемся стяжателями. А то, что стяжали, мы, зачастую, уже не хотим отдавать; пусть даже речь идет о том, чтобы отдать Богу. Поэтому, и соблазн этот может называться соблазном духовным. Неверность и пагубность подобного утверждения состоит в том, что все что мы стяжали, мгновенно может быть взято у нас; пусть даже речь идет о стяжании христианских добродетелей. Поэтому , истинность нашей веры определяется не нашими достижениями, но нашими желаниями и сердечными устремлениями. Подвиг истинной веры состоит в том, чтобы мы могли добровольно и с радостью отдать даже то немногое (а может и необьятно огромное), что Господь даровал нам. Иначе говоря, мы должны не прятать эту "копилку" куда подальше (чаще всего мы прячем ее в сокровенных глубинах своего "я"), ибо нет такого скрытого места, о котором не знал бы Бог, но, напротив, держать ее на открытом месте в своем сердце, будучи готорыми всегда вернуть то, что нам не принадлежит и уповать при этом на милость и благодать Бога.. Говоря о стессах , стахах и отчаянии, мы и их должны отдавать Богу, ибо поступая наоборот, мы имеем дерзновенние помышлять о том, что сами справимся со всем, и то хорошее и и доброе, что есть в нас сможет осилить то темное и скверное, что окружает нас снаружи. К сожалению, в практической плоскости это выглядит далеко не так, хотя бы потому, что у нас нет точного механизма распознавания и отделения того, что мы имеем внутри насс от того, что нас окружает.
  

***

   Жизнь дисциплинирует. Неверно говорить о том, что жизнь человека - бремя. Даже если формально это так. У вас сейчас также не самый лучший период. Обстоятельства складываются так, что хочется невольно крикнуть: "Господи, где же Ты? Где Твоя рука, которая поддержит праведного и покарает беззаконного?". Ныне у вас особая тяга к Псалмам Давида, где в тяжких испытаниячх росла и крепла вера царя земного, ставшего прородителем Царя Небесного. И, хоть, жизненные перипетии Давида по своей силе, глубине и драматизму не могут сравниться с вашими, одно неизменно: как во времена Давида, так и сейчас мир гонит Бога, попирает образ Его Сына , не ищет спасения. Мир погряз в гордости, цинизме и пошлости; тянется к кумирам, не к Богу...
   Вы давно уже приглядываетесь к ректору академии; человеку, чей образ некогда был столь привлекательным для вас. В самом деле, разве не достойно уважения та ревность, которая снедает человека по большому делу, которое, к тому же касается помощи страждущим физическими недугами? Разве не похвально умение человека создать жизнеспособную структуру, способную выживать и развиваться даже тогда, когда вокруг все рушится? Разве можно поставить человеку в вину то, что он желает сохранять традиции, которыми некогда была так богата наша страна? А ведь олицетворением всех этих качеств и является сам ректор. Только все это ложь, замаскированная под добродетель, лицемерие, коим живет век нынешний, по своей изошренности и коварству, не сравнимое даже с фарисейским. Глядя на то, как этот человек общается с людьми, как он ими перемещает, создается впечатление, и вы ловите себя на этом, что вовлечены в глобальную шахматную партию, где сотрудники академии фигуры от пешки до ферзя , а ректор даже не король, ибо король это фигура, которую как и любую другую необходимо перемещать, посему необходим перемещающий; он - гроссмейстер, обьявивший бой невидимому врагу полный решимости победить и облечься в одежды победителя. Мораль здесь такова: признав себя пешкой, вы сознательно или бессознательно, но неизбежно создаете себе кумира. Поступая так, делаете неугодное Богу.
  

***

   Лев Толстой искал экзистенцию бытия в вере, точнее в признании необходимости веры, но делал это рационально, посредством "умного зрения".Субьективно понимая необходимсть веры, он, одновременно, искал необходимости делать добро. Его Я искало его Ты, направленно двигаясь от "тьмы" к "свету" , от "плохого" к "хорошему", "убогого" к "возвышенному". Нашел ли, однако, для себя примирение этой мучительной двойственности великий русский писатель? Видится, что экзистенциальный выбор Л.Н. Толстого, будучи направленным к Ты , вернулся к Я, многократно "раздув" его гуманистической силой своего учения. В итоге примирение Я и Ты для Толстого так и не состоялось. Однако, только ли на рациональном уровне как раз этот диалог не возможен ? Лев Шестов писал : "И так же, как обычно человек рвется от тьмы к "свету" (тот же гр. Толстой, к примеру - прим. авт.), так в некоторые минуты его неудержимо влечет прочь от "света".
   Вторая половина этой цитаты, очевидно, касается проблемы нравственного выбора другого русского писателя и мыслителя Федора Михайловича Достоевского. Жизненная драма Достоевского "прописывается" Шестовым языком экзистенциальной философии: "Бывает, что человек в минуты отчаяния или экстаза страсти разбивает тысячелетние твердыни философских или иных предрассудков и вырывается на ту божественную свободу, в которой последние схоластики не побоялись увидеть всеми отвергнутый произвол". Достоевский своим мировоззрением декларирует: Я - человек, без Ты - Бога - существовать не может , в своей вере писатель выбирает не абстрактное бесформенное божество под именем "гуманизм" или любым другим именем, но конкретного Живого Бога, Бога Сущего.
   Достоевский выдвинул нравственный принцип сосуществования Я и Ты, чем является любовь, однако этически не расшифровал свой нравственный принцип, трансцендировав его и введя в ранг Произвола, Божественного Произвола. Хотя, конечно же, если Божественный произвол, как своеобразное экзистенциальное противостояние этому миру, а может быть, его отсутствию, захлестывает Достоевского в те или иные моменты бытия, обусловленные его личным чувствованием пульса жизни, как некоего мистического откровения, то в промежутках между этими откровениями все вновь подчиняется рассудочно постигаемым концепциям неизбежности-причинности и порядком.
   Похожие духовные борения Я и Ты видим у свящ.Флоренского. Вот что он пишет: "Я не знаю, есть ли истина, или нет ее. Но я всем нутром ощущаю, что не могу без нее. И я знаю, что если она есть, то она - все для меня - и сила, и жизнь, и счастье. Может быть, нет ее, но я люблю ее, люблю больше, нежели все существующее. К ней я уже отношусь как к уже существующей, и ее - быть может, не существующую. - люблю всею душою моею и всем помышлением моим. Для нее я отказываюсь от всего - даже от своих вопросов и сомнений. Я, сомневающийся, веду себя с ней, как не сомневающийся. Я, стоящий на краю ничтожества, хожу, как если бы я уже был на другом крае, в стране реальности, оправданности и ведения Трояким подвигом веры, надежды и любви". Здесь мы уже видим проблески такого соотношения Я и Ты, когда подчас эти ДВА, неслиянно и нераздельно, становятся суть ОДНО, а, может быть, создается только иллюзия того, но иллюзия эта так сладка, что не хочется расставаться с нею. С особенной силой мы видим это у Достоевского в период, когда, по меткому сравнению Шестова, Ангел смерти, снизошед на писателя, одарил его способностью иного видения, а, может быть, видения Иного.
   Возможно ли, однако, абсолютное преодоление расколотости, двойственности, отчужденности Я и Ты? Имеет ли этот диалог свое нравственно-этическое завершение? М.Бубер говорит: "Становясь Ты, человек становится Я". Значит, этим последним шагом эволюции "Я - Ты" является становление. Это уже не мистическое откровение, не та невыносимо слепящая "вспышка сверхновой", после которой, однако, наступает непроглядная тьма, но непрекращающийся процесс личностно-творческого единения ДВУХ, уже являющихся ОДНИМ сущностно. К этим последним относятся святые и пророки-апостолы. Как сказал один мудрый человек, относительно святого мы никогда не знаем точно, что в нем от него самого, а что - от Бога, сущностные противоречия Субъекта и Объекта Я и Ты здесь стираются, воля Я трансцендируется, фактически объединяясь с Ты - Богом. Такое состояние не сконцентрировано и принципиально не ограничено временными рамками, будучи направленным в Вечность.
   Итак, само понятие экзистенциального выбора веры, при попытке более глубинного сущностного рассмотрения, распадается как бы на три: первое есть выбор пассивный; в нем может быть лишь иллюзия активности, но самой активности еще нет; вторая и третья составляющие - активные.
   Однако, применительно лишь к последней составляющей, иногда называемой освящением или святостью, возможно использовать префикс -в. Если нравственный экзистенциальный выбор ограничивается признанием, или собственно выбором, то, согласно религиозной этике, применим префикс -по. Например: жить по любви, по Благодати, по Богу. Когда мы говорим о становлении или освящении, которое никогда не станет, но всегда становится, мы можем жить в любви, жить в Благодати, жить в Боге, в Истине.
   Иисус Христос говорил: "Я и Отец одно" (Ин.10:30), "Видевший Меня видел Отца" (Ин.14:9). Иоанн пишет: "В начале было Слово, и Слово было у Бога и Слово было Бог" (Ин.1:1). Здесь мы видим ту совершенную связь Я и Ты, находящуюся в вечном становлении, в том становлении, которому не было начала и не будет конца, о котором никогда нельзя будет сказать "стало", которое есть Живое Слово, Живой Бог, Живой Богочеловек. Нравственное становление веры человека, являясь завершением его экзистенциального выбора, происходит когда-то, где-то и как-то, и являет собой духовный процесс постижения человеком себя, Мира, Бога, представляет собой своего рода нравственную эволюцию личности, чем облекает себя в привычный для нашего экзистенциального, да, пожалуй, и рационального восприятия бытия.
  

***

   Господь сказал вам: "В последний день Я воскрешу тебя и ты узришь Царство, но будешь не одесную Меня, а как -бы в некотором отдалении, ибо много сеял в плоть. Однако бодрись, ибо и тебя коснется сияние Моей славы".

***

   Одни хвалят Константина Великого за то, что он издал эдикт о веротерпимости, другие за то, что он построил новую столицу Рима, третьи - за то, что он создал храмы на Святой Земле. Все это так. Но основной подвиг Константина как человека и как христианина в том, что принятие христианства для него не являлось вопросом коньюнктуры или выгоды, но предметом долгих и порой мучительных размышлений и переживаний, растянувшихся на целую жизнь. То, что он умер со Христом свидетельствует о том, что император священной Римской Империи, могучий властелин вселенной даже на смертном одре смог одержать хоть и последнюю, но зато самую важную победу в своей жизни.

***

   В одной из Петербургских газет в рубрике "Заметки атеиста" не так давно была опубликована статья с броским и ничего не значащим названием "Плюрализм так плюрализм". Автор статьи - член Российского гуманистического общества г-н N. Нет смысла последовательно пересказывать позицию, изложенную автором, ибо она типична для человека, не имеющего веры в Бога и открыто заявляющего о своем нежелании верить, если не сказать открытом сопротивлении религиозной вере. В этом, безусловно, личное право автора. Гораздо более важным является попытка, предпринимаемая г-ном N к реализации той духовной дезориентации, которую весьма активно и целенаправленно пытаются провести люди недалекие, но напористые и наглые, т.е. обладающие тем необходимым и достаточным "минимумом", способным нанести определенный ущерб духовному становлению человека, выбирающему свой жизненный путь и не имеющему твердой нравственно-мировоззренческой позиции. А между тем, существует ли атеизм в принципе? Само понятие "атеизм" означает ничто иное, как отсутствие веры в Бога, и такой подход к рассмотрению бытия, где основанием любого суждения являются законы причинности и целесообразности (не отвергаемые, к стати, и религиозным сознанием - прим. авт.) Другими словами, личное признание человека атеистом абсолютно не свидетельствует об отсутствии у оного веры. С.Булгаков справедливо замечал, что атеизма, как явления, декларирующего отсутствие веры в принципе, нет и быть не может, ибо в самом сознании человека, глубинных его структурах, независимо от его воли и желания существует ниша, которую не может заполнить ничто иное, кроме веры. Если человек утверждает, что он не верит в Бога, сперва поговорите с ним и вы вскоре поймете в чем сокрыта и к чему направлена его вера. А уж в том что она существует, можете не сомневаться. Например, для г-на N его верой являются "гуманизм, рациональность и разумность" (в ковычки же эти слова поставлены не случайно, а потому, что вышеприведенные идеологические "клише" лишены у г-на N даже толики нравственно - этического наполнения).
   Поскольку автор статьи не знаком сколько - нибудь серьезно ни с историей Церкви, ни с тем, чем вообще Она занимается и для чего призвана, то к его высказываниям относительно "сгущающихся над Россией сумерках разума и рассвету религиозного слеповерия" едва ли возможно относиться сколько - либо серьезно. Бред клерикала и ханжи о том, что демократия, искусство и наука влачат сегодня нищенское существование из-за того, что к "к ним, подобно стервятникам слетаются священники, шарлатаны, мистификаторы, псевдоученые, эксплуататоры и т.д." способны вызвать недоверие даже человека малограмотного (хотя бы потому, что священники и шарлатаны у автора находятся в одном ряду - прим. авт.); человека же образованного подобные высказывания могут привести к чувству огромного стыда и горечи за наших "писак", бездарным чтивом которых изобилуют нынче страницы множества газет и журналов. А вот на неслыханные по своим невежеству и глупости слова о том, что атеистам сегодня объявлен чуть ли не "крестовый поход" и те, кто логике автора, а, скорее, ее отсутствию, остались в "героическом" меньшинстве и сейчас "изолированы друг от друга стеной замалчивания, воздвигнутой СМИ", следует ответить. По мнению г - на N атеизм вынужден вести "подпольную жизнь". Так ли это? Факт выхода в свет подобной публикации не является ли очевидным доказательством обратного? И нельзя ли говорить о том, что самый дух нынешнего времени, по крайней в той его интерпритации, которая дается г-ном N - это апология ханжества, некомпетентности и невежества, которые и являются мрачными оракулами современной России, хотя и не ее только? В известном кинофильме "Все тот же Мюнхгаузен" Олег Янковский говорит крылатые слова о том, что самые ужасные преступления в истории человечества совершаются людьми с умными лицами. Можно добавить - и с умными и загадочными словами, смысл и интерпретация которых, правда, для них бесконечно далеки от их истинного содержания.
   Обиженный г-н N цитирует еще одного "пленника - атеиста", сетующего на свое притеснение со стороны всех и вся : "Никому не нужен свободный, живущий своим умом человек. На него натравливали попов и жандармов, чекистов и толпы оболваненных людей. Сегодня на него набрасываются церковь, секты, стаи магов и экстрасенсов ....". Все здесь свалено в кучу, что-то постоянно стесняет, страшит и мучает автора. Статья проникнута духом непонимания происходящего вокруг, и это неудивительно, ибо у автора полностью атрофированы духовные механизмы распознавания добра и зла, божественного и тварного, гениального и бездарного. Прародители человечества возгордились в своем желании познать добро и зло, мечтая получить запретные для них духовные истины, за что и получили соответствующее наказание. Нынешние "Адамы и Евы атеизма" находясь в духовном ослеплении,наоборот, возгордились своим скудоумием и ограниченностью в нежелании брать в расчет явления духовного порядка и, в первую очередь веру в Бога, в качестве зримых элементов реального бытия.
   Статья заканчивается кичливыми словами уверенности в том что, подобные визгливые выкрики пошлости и глупости весьма актуальны сегодня в обществе интеллигентов. Конечно же это неправда; духовный мир человека значительно богаче, красивее и гармоничнее нравственного уродца , всуе вышедшего из под пера автора статьи. В эстетическом восприятии человеком мира заложены две составляющие: тяга и любовь к прекрасному с одной стороны, и неослабевающий интерес к мерзкому и уродливому. Именно потому, что статья сама по себе уродлива, она и может привлечь к себе внимание читателя. В настоящее время пошлости и цинизма вторая составляющая, похоже, начинает доминировать в умах и сердцах "либеральной" интеллигенции.
  

***

   Воздаяние эротично.Впрочем, не всякое, но лишь то, которое предельно объективировано на берущем и лично отождестляемо с ним.

***

   Бедная и несчастная Россия. Сколько еще осталось Тебе жить в сознании и памяти людей?
   Издерганная и измотанная, выбивающаяся из последних сил, ищешь Ты глотка свежего воздуха, задыхаясь в зловонии всеобщего отступничества и предательства. Некогда заступница и покровительница многих, сегодня как стыдливая воровка ищешь Ты приюта. Давая приют многим, ныне сама живешь единственной мыслью о теплом и сухом угле. Долгое время живя в палатах, как подобает знатной госпоже уже готова Ты перебраться в залатанную лачугу пошлости и цинизма, где дадут есть и приютят, а после этого будут бить палками по голове и одевать терновый венец. Когда ты была гордая и свободная, находилась в рассвете своей красы Тебе завидовали, Тебя боялись, Твое своенравие было невыносимо тем, кто Тебя окружал, ибо знали они, что Тебя не посадить на цепь никогда. А сегодня Ты разодранная и больная сама готова заковать себя в кандалы за нищенский паек, но и этого никто не даст Тебе.
   Жизнь страны похожа на жизнь отдельного человека: спады и подъемы неизбежны. Результат развития - движение воли. Главное иметь волю к правде и свободе. Что всех нас может спасти сейчас - это скрытая в Твоих мистических глубинах неумалимая жажда свободы, которая рано или поздно стряхнет с Тебя путы внутренней несвободы и рабства и тогда, вырвавшись на просторы правды Божией к пажитям Духа сможешь почивать в обители Отца Небесного навечно.

***

   11 сентября 2001года был нанесен удар по Соединенным Штатам Америки. Произошла страшная трагедия. Погибли тысячи невинных людей со своими судьбами, планами, мечтами. Чья-то невидимая, но невероятно жестокая и вероломная рука унесла их жизни. В чем причина происшедшего? Пытался ли вообще, кто-либо честно и объективно ответить на этот вопрос, не защищая при этом чьих-то интересов? Наука учит, что любое общественное событие может быть осмыслено только в контексте его исторического прошлого. Рассматривал ли кто-либо трагедии Югославии, Российского Северного Кавказа, Палестины, Афганистана, других "горячих точек" 21 века, не говоря уж более ранних эпохах с позиций глобального исторического охвата? А если и рассматривал, то на каком историческом промежутке? Месяц, год, век?
   К сожалению нынешние "демократические" идеологи усердно пытаются донести до нас искаженную картину современных социальных катаклизмов, основанную на историческом релятивизме. Исторический релятивизм предполагает возможность, бесконечного количества различных, порой взаимоисключающих интерпретаций социального явления, в его конкретно-историческом срезе. При этом отрицается сущностная преемственность и метафизическая укорененность самого исторического процесса.
   Шахматист для победы должен проанализировать ситуацию на доске на несколько ходов вперед, и уж по крайней мере на один больше чем противник. Непредвзятый общественный исследователь для создания цельной картины социального явления обязан, наоборот, проанализировать его на несколько ходов назад, причем чем шире исторический срез, тем более вероятно получение объективной интерпретации социального явления или процесса. При всей кажущейся простоте приводимых доводов, осмысление социальных явлений с позиций глобального исторического охвата на сегодняшний день не осуществлялось, или, что практически тоже самое, обществу они недоступны.
   Войны, революции, иные общественные катаклизмы и трагедии, - не являются ли они следствием одной причины, имевшей место некогда в истории и не пожинаем ли мы ее горькие плоды сегодня? В религиозной практике ответ на этот вопрос получен давно. Причина трагедии человечества - грех. Социальная наука не может апеллировать к религиозной терминологии, хотя внутренний понятийный смысл остается. Для обществоведа более приемлемо понятие воли.. И если уж мы говорим о двигателе истории, то, несомненно, это человеческая воля. Индивидуальная воля может слагаться в групповую (общинную, кастовую, религиозную, национальную) формируя, при этом локальный, либо глобальный исторический процесс, путем формирования, реализации и отстаивания своих ценностей. При этом, основным (но не единственным) критерием формирования групповой воли является наличие идеи, ее формирующей и "цементирующей". Но идеи не приходят "с небес", их рождают люди, и значит групповая воля формируется и укореняется индивидуальной, т.е. индивидуумом или небольшой группой людей. Едва ли кто-либо из здравомыслящих будет оспаривать вышеизложенное. Cледующим вопросом, который встает перед исследователем будет - является ли исторический процесс арифметической суммой групповой или индивидуальной воли, взятой на определенном историческом срезе? Существует ли внутренняя диалектическая связь общинной, кастовой, национальной и т.д. волей применительно к разным историческим эпохам или каждая историческая эпоха сама формирует свою волю? К сожалению из-за своего релятивизма современная исторического наука внятных ответов на вышеуказанные вопросы до сих пор не дала.
  
  

***

   Почему вы не слушаете голоса Бога, ушли от Его заповеди? Как ветхозаветный Иона бежите вы в прямо противоположном направлении от того, куда призвал вас Господь. Иона получил свое наказание, которое скорее было вразумлением и назиданием, хотя и мучительным. Господь говорит вам - не вожделей, а вы вожделеете; Господь говорит вам - не ищи чужого, вы ищете; Господь говорит вам - трезвитесь, а вы пускаетесь в разгулы.
   Господь милостлив и долготерпив к своему творению и зная вашу нерадивую душу, все же желает вашего спасения, и не только вашего, но и всей вселенной. Нужно только понять, что вам, как и тысячам других грешных и беззаконых для того, чтобы быть спасенными нужно, в первую очередь, хотеть спасения. Хотение же происходит от осознания своей потерянности и отчуждения. Хотение приходит с потерей смысла и ощущение абсурда того квазибытия которое начинает восприниматься как наваждение и ад. Недостаточно того, что вы говорите о своей вере и любви к Богу, нужно еще жить Им и благоговеть перед Ним. Нужно раствориться в Нем и полностью отдаться Ему. Раствориться - не в смысле обезличиться, но полностью подчинить свою волю Его. А для этго необходимо и самому обладать волей, и как первый шаг - хотеть быть таковым. В Божественной перспективе любить - это значит хотеть быть. Вожделение и грех - тоже хотение, но прямопротивоположной природы. Вожделение - желание насладиться, с тем, чтобы через мгновение опять почувствовать голод и нужду насыщения. Вожделение - есть атрофия, скрытое желание уйти в ничто, тогда как бытие Бога - есть экстаз, или открытая устремленность человека к Творцу. И в этом огромная разница. Научитесь льбить бытие и вы возненавидите грех, ибо узрите их абсольтную и непримиримую инаковость.
  

***

   Вы пошли на озеро не одни, но взяли с собой сына. Ведомые тоской и отчаянием с надеждой облегчения и покоя отправились вы в этот недлинный путь. Вы были не одни. Присутствие сына было опорой и поддержкой для вас. Его вечная суета и резвость радовали и тешили вас. Но вот населенные пункты остались позади и природная тишина окружила вас, прерываемая песнями птиц, да отголосками где-то летящих автомобилей. Дорога становилась все хуже и хуже, так, что при приближении к озеру коляску с ребенком было уже практически невозможно толкать и вам пришлось тянуть ее за собой. Вместе с дорогой испортилась и погода. Тучи сгустились на небе и где-то послышались отголоски грома; заморосил легкий дождь. Дорога испортилась так, что частенько приходилось нести коляску с сыном на руках. Невдалеке залаяли собаки. Их злостный лай раздражал и злил вас, и вы уже были не рады, что отправились к озеру. Возвращаться не хотелось, так как до цели путешествия оставалось совсем немного. Вот, наконец, появилась гладь озера.
   Временами здесь отдыхали множество горожан и окрестных жителей, удачили рыбаки. Но сегодня не было никого. Дождь прекратился. Наступила тишина. Даже птицы, казалось, перестали голосить. Стало душно. Вы взяли ребенка из коляски и подошли к самой поверхности озера. Оно было темным и какие-то неясные переливы, подобные чернильным кляксам разливались по его поверхности. Стоя у берега озера с ребенком на руках, бросали вы камни в это безжизненную зеркало, подобно воронке, всасывующее в себя бытие. А потом был голос: "Хочешь покоя? Облегчения? Отдай своего сына пучине озера, оно мягко и нежно, как руки матери окутает его и он обретет покой, а вместе с ним и ты. Выступай вперед, не бойся ". Вас охватил ужас. Казалось, что и ребенку передался ваш страх и он крепко схватился за вашу куртку и начал что-то скулить. Вы отпрянули от озера. Как сумасшедший бросились вы прочь, кинули ребенка в коляску и помчались знакомым направлением назад к дому. Вы задыхались, нехватало воздуха. То, что вы вдыхали было какой-то густой газообразной массой, не дающей облегчения и насыщения, в которой чувствовалось присутствие иного. Ноги ваши отяжелели. Голос продолжал:"Ты умрешь, исчезнешь, уйдешь в ничто. И тебя здесь никто не найдет. Твой сын умрет тоже, но мучительнее тебя". Вы стали молиться. Ужас сковал все ваши чувства и помышления, но осталась молитва и вера в ПРОМЫСЛИТЕЛЯ. Вспомнились слова апостола: "Верен Бог, Который не попустит вам быть искушаемыми сверх сил, но при искушении даст и облегчение, так чтобы вы могли перенести". Кроме "Господи, помилуй" в вашей голове уже не было других слов. Без умолку повторяли вы эти слова, толкая коляску вперед, ближе к дому. Появились деревенские постройки, дорога стала шире и ровнее. Мальчик вел себя отвратительно; крутился и вертелся как мог. Пару раз он чуть не свалился с коляски. А вы уже не могли не остановиться, ни даже снизить темпа, ноги упрямо несли вас все дальше и дальше от проклятого места. Несколько раз вы чуть не избили его, но сообразив, что и он был тронут опустошительной ничтойностью того, чье имя противник, попытались смирить себя и взять в руки. Вдалеке появились деревенские люди, несущие какую-то кладь, само присутствие которых необычайно воодушевило вас и придало сил. Теперь, даже если вы упадете, с сыном не случится ничего, рано или поздно он попадет к матери. Дышать стало легче. Тучи начали расходиться, и в просвете между ними вы увидели лучи солнечного света, направленные точно на вас и несущие тепло, покой и ощущение бытия. Вот вы уже на шоссе. В организме необычная слабость, но в душе мир, темное отошло в сторону. Вы верулись домой так и не сообщив никому о том, что с вами приключилось. Долго думая потом о причинах этой встречи с этой персонифицированной смертью поняли вы, что это было уроком познания. Имея неосознанное желание прикоснуться ко тьме вы смогли реализовать это желание с тем, чтобы навсегда понять насколько оно отвратительно и чуждо вашей истиной природе. Вы и раньше осознавали пагубность зла, но то было лишь утверждение, которое вам внушалось извне, вы его принимали, но не жили уверенностью в это. Теперь же, когда вы пережили весь этот кошмар, то, несомненно, стали мудрее в понимании природы зла с тем, чтобы еще раз убедиться в правильности вашего духовного выбора, пусть даже и не всегда принимаемого безоговорочно.

***

   Чем вы отличаетесь от своего окружения? Тем, что вы пытаетесь познать духовное, тогда как ваше окружение стремится ощутить плотское.
  

***

   Неверно говорить о том, что люди агонизируют поотдельности, нет, агонизирует весь мир. Агонизируют и сильные мира сего и слабые. Первые в ослеплении, последние в пороках. Агонизируют государства и народы. И если верно утверждать, что предательство и отступничество типичны для эпохи индивидуализма, то ныне наступает время трансиндивидуализма. Бывало, когда народ встает на народ, мог найтись третий, выступающий судьей и арбитром. Бывало находился некто, кто мог вступиться за народ, близкий по духу, культуре, истории. Исторические коллизии государств в этом смысле являются социальной проекцией отношений межличностных. Однако даже в отношениях межличностных крайне редко можно наблюдать событие, когда десять сильных бьют одного слабого, тем более такое явление редкость даже на политической международной сцене, где, ка известно, ожидать можно чего угодно..
   Известная славянская страна терпит сегодня притеснения всего европейского сообщества. Нет, это даже не притеснение, а планомерное и сознательное уничтожение. Похоже, некто получает эстетическое удовольствие, видя корчи и судороги разрываемой на части земли. Зарево пожарищ и стоны младенцев горячат чью-то кровь, и звериный лик сатаны уже отчетливо обрисовался в их душах. Но храбрый и мужественный народ не сдается, он просто гибнет. Гибнет на глазах всего мира, и уже не надеется на чью-либо помощь, кроме Бога. Вероломный и наглый диктат "нового света" демонстрирует сегодня каким будет "новый мировой порядок" в следующем столетии. Уже есть властелин, есть и покорные вассалы, подобострастно внемлющие и исполняющие все приказания господина. И невдомек им, что вскоре и их ждет расправа, не мене жуткая, не менее кровавая и унизительная, чем та, которую мы наблюдаем сегодня. Духовная пустота и бережно культивируемый индивидуализм разрушил веру и в итоге они стали манипулируемыми. Для чего? Для того, чтобы на мировую сцену мог выйти манипулирующий.Причем не тайно и скрытно, но явно и открыто. Политическая ситуация в Европе красноречиво демонстрирует это. "После сего видел я в ночных видениях, и вот - зверь четвертый, страшный и ужасный и весьма сильный; он пожирает и сокрушает, остатки же попирает ногами; он отличен был от всех прежних зверей, и десять рогов было у него" - говорит пророк Даниил. Железные зубы армий манипулирующего больно кусают последний христианский народ, оставшийся в Европе. Когда он будет сокрушен, для установления нового мирового правления Зверю необходимо будет расправиться с Россией и он будет пытаться делать это и уже пытается. Уничтожение славян на Балканах - смертный приговор для России и, одновременно, финал истории
  

***

   Писать о сокровенном - что может быть сладостнее и, одновременно, бесполезнее. Сладостнее, потому что говоришь с собственной душой, той капризной какеткой, которая далеко не всегда окажет вам честь вести интимный разговор, временами столь желанный и необходимый, погружая вас при этом в глубины созерцательной истомы и чувственной неги. Бесполезнее, потому что в предельном виде субьективное задушевничание с самим собой, порой, отрывает индивида от мира объективной реальности, и переносит центр тяжести человеческого Я от космически-беспредельного интенционального к точечно-дискретному и предельно локализованному бездеятельному, приводя, в итоге, к отчуждению, изоляции и неприятию мира. Неверно, все-же было бы говорить о том, что исследование личности самой себя, своей души, перемены настроений и.т.д есть вредное занятие. Оно даже полезно, если душа исследователя ощущает свою органическую включеность и сопряженность с мировым целым, внешним по отношению к человеку, что может быть результатом лишь религиозно-мистических переживаний. Чем более они мистически наполнены, тем более реально и рельефно высвечивается смысл бытия, как сопричастия трансцедентному. И, наоборот, чем меньше содержание откровенно-мистического смысла космоса в душе человека, тем абсурднее и бессмысленней представляется ей строй наличного бытия и космос неминуемо вырождается в хаос.
  

***

   Вы и она. Временами вы думаете о ней со смешанным чувством сострадания, любви, ненависти и отчаяния, Все ваши чаяния и надежды растворяясь, подобно миражу в пустыне, кажется, исчезли бесследно. Вы хотели любви, понимания, общих интересов, свободы в единстве, а получили пренебрежение, игнорирование и ограничение любых ваших творческих порывов, помноженные на рабство отчуждения. Будучи безнадежным идеалистом, жаждали вы делиться идеальным, дарить ей цветы сокровенных мечтаний и фантазий, а получали в ответ молчаливо-убийственную глухоту эгоизма. Вы и раньше видели в ней удивительный диссонанс волевой устремленности "направленной вовне"с другой, противоположной ей составляющей.
   Обычно говорят, что человек либо обладает волей, либо она отсутствует. Это не верно. Конечно же, воля человека величина сравнительная. У одного она велика, у другого мала. Но свое слабоволие или, наоборот, волю человек, как правило, распространяет на весь круг явлений, в том числе социальных, а в конечном отношении и семейных, в которые он по необходимости оказывается ангажирован. Именно по этой "направленности вовне" мы и можем судить о внутреннем "я"человека, в противном случае душа человека была бы непознаваемой "вещью в себе", чем она, отчасти, и является.
   Однако, общаясь с ней вы столкнулись с той редкой ситуацией, когда социально-нравственный волевой порыв оказался абсолютно и полностью атрофированным, в то время эгоистическо-потребительская составляющая волевого вектора чрезвычайно и непомерно гипертрофированной. Вековечный библейский афоризм "кому мало прощают, тот мало любит" как нельзя точно описывает ее духовное состояние. А поскольку прощение в своей онтологической сущности можно рассматривать как даяние, причем весьма необходимое длядуши человека, то известное евангельское изречение, применительно к вашему случаю выглядит следующим образом: "кому мало дают, тот мало любит".
   Cперва это недавание материнской ласки, тепла, совета, участия. Потом - игрушки, пирожного, досуга. И как разумная и естественная реакция на это недавание возникает ответная: получить самому. Если же этого добиться не удается, а в большинстве случаев так и происходит, то свою беспомощность и неумение такому индивиду нужно свалить на кого-то, если и это не удается, то "варение в собственной неудовлетворенности и ничтожности" рано или поздно приводит сперва к отчуждению и тоске, а потом к вырождению. Подобно тому, как початок доброй воли, неотвратимо и неизбежно направленный в мир у натуры сильной и целеустремленной растет и крепчает, эгоистический, а праывильно было бы назвать эгоцентрический ее собрат, так же имеет тенденцию к росту и расширению своего естественного ареала. Эгоизм формируется от недостатка любви. И в ней вы увидели эту, причиняющую огромную боль и страдания опухоль эгоизма. Вы знаете что ее мучает эта боль, но что-то глубоко укоренившееся в ее душе, сросшееся с ней органически-неразрывно, заставляет ее нести это бремя страданий на себе и не предпринимать никаких шагов к избавлению.
   Неоднократно пытались вы помочь ей избавиться от той смуты отчаяния и непрекращающейся депрессии, являющимися, в сущности, метастазами эгоизма. Вы хотели дать ей любовь, участие, дружбу, то, чего этот человек был лишен в детстве, и то, без чего не может жить ни один, но ... безрезультатно. Отчуждение, родившееся на почве эгоизма сделало нечувстивительными ее душу, ум, эмоции. Сама жизнь ныне кажется ей наваждением и бессмысленностью. Все ваши разговоры о Боге, вере, искуплении, покаянии, том, что является краеугольным основанием жизни христианской, все это вызывет у нее лишь раздражение и цинизм, а у вас - отчаяние. Она говорит вам о том, что жизнь ее кончена, что она запачкана и осквернена, что сегодняшний день - это та страница ее биографии, которая должна быть забыта, а открывать новую она не желает. Вам же приходится выслушивать все это, моля Бога лишь о том, чтобы в порыве страстей не сказать чего-то, что способствовало бы еще большему ее отчуждению от мира и людей, и не разорвало бы до конца ее треснувшее и сломленное личное бытие. Верная своему эгоизму, и вам она охотно пожелала бы этого разрыва, падения, неуслышанного вопля отчаяния. Она хотела бы увидеть вас томимыми страхами всепожирающего Ничто, мечтала бы услышать ваш крик, направленный в никуда и пропадающий в бездне. Но у вас есть Вечное, тогда как через нее орудует временное, хотя и сильное.

***

   Иногда бывает непонятно где видение, где реальность; где правда, где мираж; где истина, где абсурд. Наверное, умение различать подобные вещи, и есть величайшая мудрость человека. Иногда Правда подается в твком виде, что требует особой прозорливости и данности свыше, которую имел, скажем, пророк Даниил для того чтобы ее понять, осмыслить и найти применение. Правда никогда не дается просто так, случайно, но имеет назидательный, нравоучительный, а иногда и обличительный характер. То верно, что форма восприятия Истины, а, точнее, ее временные и ситуационные одеяния иногда кажутся абсурдными и лишенными смысла. Однако, нужно помнить, что к откровению Истины нужно быть готовым духовно, иметь опыт духовного искательства и мистического вдохновения.
   Вам снился сон, который очень и очень поразил вас. Когда же вы проснулись, то память, как водится, изменила вам, и все что у вас осталось, - было воспоминание о сильном впечатлении оставшемся ото сна. Было некоторое липкое и свербящее ощущение того, что вам что-то открылось, причем открытие это оставляло весьма тягостный и неприятный осадок. Но постепенно картина виденного стала хоть как-то обозначаться в вашем сознании, появились образы, картины... Центр города, толчея и жара...Нечто похожее на Сенную, хотя не совсем то. Посреди какая-то труба, люди маячат вокруг нее и чего-то ждут. Ожидание становится навязчиво-нетерпимым, пока не начинается действо. Оно разворачивается постепенно и достаточно медленно и, все-же, наблюдаются изменения в окружающем пространстве, ибо последнее непонятным и неестественно-гротескным образом начинает менять свою метрику. Видны какие-то завихрения и скручивания всех окружающих предметов, в том числе и людей, которые становятся похожими на уродцев, коих вам столь часто в далеком детстве приходилось видет в комнате смеха. При этом, небывалая масса народа нвчинает двигаться, правильнее было бы сказать перетекать в направлении этой трубы с каким-то неясным напором и воодушевлением, вовлекая в том числе и вас. Но вот вы видите свою мать, появившуюся неизвестно откуда и также несомую толпой к трубе. Вы недоумеваете по поводу ажиотажа полулюдей-полупривидений, желающих непременно проникнуть к трубе. Вот вашему вниманию представляетсяпроем в стене, куда втекает масса людей, а, точнее, тех, кто ими когда-то был. Влекомые течением, и вы приближаетесь к выемке-жерлу и втекаете в него. И тут вы видете Нечто. Сперва вы подумали что это Некий, но это была неправда, ибо виденное вами было безлично. Что-то подобное действию насоса, с чавканием и скрежетом втягивающего в себя человеческий материал. Втекающие в него индивиды-уродцы обезличиваются в сем агрегате и вытекают жидкой и липкой массой в некое подобие бассейна, который располагается в другом конце помещения. Вы начинаете понимать, что совершенно не хотите пройти уготованную вам метаморфозу, в то время как текущий полуобезличенный массив, кажется, наоборот, ищет в ней окончательный покой и умиротворение. Ваша мать тоже приближается к адской машине, готовая пройти процедуру обезличивания. Нет, вы решительно не хотите этого. Вы холодеете от ужаса при мысли о том, что через несколько мгновений от нее останется пятно, напоминающее изжеванную жевательную резинку. Вы подбегаете к ней, хватаете за руку и двигаясь против движения человекооидных существ, со всех сторон обволакивающих вас, покидаете трубу. Ваща мать же, проявляя чуть-ли не негодование, сопротивляется и требует чтобы вы оставили ее в покое. Вы не обращаете на это никакого внимания и собрав все силы духа упрямо уводите ее от этого страшного места. Однако чувство страха от в тайне готовящейся провокации, чреватой смертью подстерегает и держит вас. Поток трансформированной человекооидной массы выплескивается из бассейна и покрывает близлежащие улицы, покрывая при этом и людей, находящихся рядом. Вместе с матерью вы вбегаете в ближайшее метро, садитесь в подошедший поезд, но масса кашеобразного пузырящегося биочеловеческого материала настигает вас и вы паникуете в своем нежелании обезличиться. Бог и на этот раз дает вам уйти невредимым из этой ужасной, сатанистско-разрушительной сцены умервщления человека нечеловеком, известным также под именем Противник и вы .. просыпаетесь. Во истину, говоря словами героя Пауло Коэльо " сны - это язык, на котором говорит с нами Господь. Если Господь обращается к тебе на языке твоей души, лишь тебе одному будет понятно сказанное Им"
  

***

   В чем, все же, основная христианская добродетель? В том ли, чтобы научать других? В том ли, чтобы изучать Священное Писание и читать Жития Святых? В том ли, чтобы посещать церковь? Первейшая христианская добродетель в любви и смиренномудрии.
  

***

   Привязанность к алкоголю похожа на привязанность к неверной жене. Чем больше она вам изменяет, тем сильнее вас тяготит ревность по ней и желание ею овладеть.

***

   Cогласно отчета одного авторитетного американского источника наказание за злостное хулиганство согласно законодательству США составляет 6,4 дня лишения свободы. Ни 7, ни 6, но именно 6,4, т.е. 6 дней и 10 часов с минутами и секундами. Именно это является характернейшей, показывающей и доказывающей многое, если не все, чертой американской демократии.
  

***

   Вас уволили с работы? У вас нелюбимая жена? Нет денег? Нет друзей? Единомышленников? Что же вам еще остается, кроме как вручить свою опустошенную жизнь Богу?

***

   Американский президент сидя у себя на ранчо в Техасе нежно улыбаясь президенту Российсому заявляет об уважении, дюбви и дружбе к России и к русским, а американские кинематографисты изображают русских, разьезжающих в фуфайках и лаптях на паровозах, безудержу пьющих водку и давящихся свроей блювотиной.

***

   Евреи и демократия? Евреи легко адаптируются к любой форме общественного обустроения, но только при демократии понятие права человека трансформируется в права еврея.

***

   Только в Церкви вера станвится симфонией любви.
  

***

  
   Вам часто снятся кошмары. О чем это говорит? Это значит, что Господь желает, чтобы вы увидели темные стороны своей души.

***

   . Американский стандарт, проникший, кажется, уже во все сферы российской жизни не оставил в покое и религиозную сферу. Поначалу вам даже нравилось наблюдать за парнями и девчонками из протестантской общины Calvary Сhapel. Они представлялись вам олицетворением свободы и раскрепощенности. На проповедях забавно было видеть короткостриженных девиц, более похожих на ребят, в джинсах с ширинкой, болтающейся где-то у колен, с проколотыми носами, губами и ушами, в нелепых башмаках-платформах и футболках навыпуск. Все это весьма вас забавляло, но лишь до времени. Это длилось до тех пор, пока вы действительно не начали думать о Боге, Его святости и величии, рождающих страх Божий.
   Постепенно в этой американской непосредственности вы стали замечать пошлость и инфантилизм. И раз за разом, после очередной проповеди в Calvary вы начали ощущать отчуждение от этой мировой псевдокультуры, стемящейся уничтожить и религиозное благоговение в стране, где вы живете, среди народа, который любите, стереть неповторимость и радость мистического религиозного переживания свойственного русским, подменив его песенками в стиле gospels под гитару и барабан. Проповеди, по большей части были поверхностными и если давали чего, то лишь для ума, а не для сердца. Первым и наиважнейшим моментом, в котором вы категорически не сходились с новопротестантской теологией - с разработанной еще Лютером, концепцией евангелической сотериологии. Однако, Лютер сделал лишь первый робкий шаг в этом направлении. Но Западу, паталогически падкому на новые веяния либерализации идея упрощения веры и, как следствие, упрощения спасения очень и очень понравилась. Почему? Потому, что снижался уровень личной ответственности человека в истории. Логическим завершением подобной идеологии стали новопротестантские секты, к одной из которых прилепились и вы. В подавляющем большинстве протестантская общественность настаивает на спасении по вере. Раньше, в самом начале своих духовных исканий, когда вы только-только начали посещать Calvary Chapel подобный подход был для вас приемлем и не вызывал никаких сомнений, поскольку опирался на Святое Писание, а точнее, на определенные отрывки из Писаний. Например апостол пишет: "благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас,Божий дар". Вроде бы все ясно и убедительно. Однако протестанты всячески выдвигая учение об оправдании верою, похоже, совсем потеряли меру, что обусловлено все тем же нежеланием брать на себя ответственность, потому что совершенно очевидно, что беспебчному и беззаботному живется легче чем ответственному человеку. В своей сотериологической настойчивости протестанты позабыли или, по крайней мере, хотели бы позабыть даже многие отрывки из Евангелий, которые явно не состыкуются с их представлениями о спасении. Например, в послании ап.Иакова вполне конкретно говорится: "Видите ли, что человек оправдывается делами, а не верою только". Именно эта однобокость и предвзятость суждений протестантов стали вызывать у вас в начале недоумени, а затем и протест. Но сама ваша совесть, душа ваша совершеннейшим образом не имели покоя. Признавая веру как дар Божий, и тем не менее, вы не видели ее плодов. Наивный, вы и не могли их видеть, поскольку плоды веры - дела, были тем "камнем преткновения" , которому вы по слепоте духовной предрочли проповеди протестантских проповедников об оправдании верою. Конечно же было бы неправильным говорить о том, что протестантство делам и вовсе не придает значения. Многие из знакомой вам протестантской молодежи были люди весьма добродетельные и порядочные, славящие Бога и помогающие по мере возможности ближнему. Те то, как раз и не " трубили" повсюду о своей вере, но делами в меру своего ведения и сил старались подтвердить ее. Именно тем, что протестанты предпочитают не говорить о делах веры, о духовной брани, они если не прямо, то уж косвенно способствуют распространению духовной инфантильности. Формула "Я поверил - значит я спасен" избавляет человека от войны с личным грехом, сосудом и носителем которого он, в сущности, и является. В самом деле, не нужно ни постов, ни воздержаний, нет необходимости часами простаивать в Церкви, всечто нужно - лишь признать Господа своим личным Спасителем и одним этим фактом ты отныне обеспечиваешь себе вечное блаженство. Более того, человек, согласно протестантскому вероучению единожды получив спасение уже не может потерять его. Безусловно, такой подход догматически неверен и еретичен, но чтобы дойти до этого сердцем мне понадобилось несколько лет достаточного тесного общения с протестантами.
   Совершенно не устраивало вас и то, как протестантизм интерпретирует так называемаую "проблему человека". Она, так же как и закон оправдания верою строилась исходя из принципа инфантильности человеческой натуры. Не слабости, а именно инфантильности. С тем, что человек по своей природе слаб не станет спорить никто мало-мальски знакомый с творениями святых отцов, да и вообще, с догматическим христианским учением. Однако, если отцы Церкви с удивительной последовательностью излагали учение о человеке, как быть может, главнейшую составляющую христианства, когда в процессе духовной брани, последний от разделения и вражды устремляется к Богочеловеческому единству и гармонии, то в протестантизме все мыслилось иначе. Человек там - лишь источник всех мыслимых и немыслимых пороков и грехов. Поэтому все, что он может сделать - лишь грех. Грубо говоря, человек, согласно протестантскому мировоззрению, это навозная муха, копошащаяся в навозе и не имеющая никаких сил оттуда выбраться. Вы же придерживались той точки зрения, что человек, даже находясь в навозе, имеет нечто такое, внутренне ему присущее, неосознавнное, но данное свыше, что даже без его воли и согласия ставит этого человека выше присмыкающегося червя или свиньи в хлеву. Даже не веря в Бога, а может быть и хуля Его, человек, буквально, от самого дня своего появления на свет Божий имеет все необходимое, чтобы в один из дней его неверие превратилось в пламенную и необоримую веру. То есть, другими словами, отсутствие видимой и ощущаемой веры человека никак не влияет на ее онтологический статус. Протестанты говорят о том, что добрые дела без веры - это "медь звенящая", не являющаяся основанием для спасения, вы же уверены в том, что добрые дела без веры не возможны. Например, русский человек делая доброе от сердца, быть может не всегда осознает умом, а если и осознает, то не всегда заявляет, что совершенное им есть плод веры. Тогда как, скажем, американец, одержимый меркантильно-рационалистической уверенностью в своем спасении, под верою понимает лишь проповеди в собрании, да песенки с похлопываниев в ладошки, да подрыгиванием ляжек. Вот и получается тот трагический раскол, который так лаконично и провидчески-реалистично описывал Апостол: "Но скажет кто-нибудь: ты имеешь веру, а я имею дела: покажи мне веру твою без дел твоих, а я покажу тебе веру мою из дел моих". Что есть, в сущности, добрые дела для рационалистического западного обывателя? Представления эти, на сколько вы поняли, совершенно несопоставимы с тем, что под аналогичным понимают русские. Пастор N, лидер Calvary Chapel, под добрыми делами, не дающими спасения понимает некую арифметическую сумму поступков, направленных на то, чтобы заработать себе спасение. Однако, то, что столь долго и красноречиво описывал пастор, есть вполне естественное продолжение западного примитивизма и упрощенничества. То, чему учил пастор, а с ним и вся протестантская общественность не имело ничего общего с церковной интерпритацией добрых дел. Например, исполнение заповеди Господней - это добрые дела, помощь ближнему - это тоже добрые дела. Однако, добрыми дела становятся только тогда, когда они исходят от сердца, а значит не ищут своего. И на оборот, когда человек пытается спекулятивным путем дойти до сути добрых дел, последние вырождаются в индульгенции. Именно сердечного умиления, душевного тепла и не хватает протестантам, чтобы понять кафолическую природу добродетели. Однако, не стоит слишком поспешно обвинять протестантов. Прежде всего - они дети своей культуры, а точнее того, что на английскоя языке представляется словом Background. И даже то, что они признают и поклоняются триединому Богу, пусть даже и инославно, пусть даже и еретично, но с подобием веры и и дерзновения, уже это является некоторым основанием для глубокого, всестороннего и непредвзятого исследования западной теологии с ее сильными и слабыми сторонами.

***

   За свое неверие человек прежде всего расплачивается своими депрессиями и страхами
  

***

   Если в мире есть хотя бы один человек или даже одна тварь, бедственное состояние которой мы не в сосотоянии осмыслить, значит такой мир не может быть назван совершенным, значит такое бытие не может быть оправданным.

***

   Во времени есть изменение, в вечности нет. Иначе говоря, основное последствие грехопадения - это трагический и болезненный для всех вплоть до сего дня переход от Абсолютизма к релятивизму.

***

   Бесспорно, существуют такие рассуждения, само размышление о которых является величайшим грехом. Бесспорно, также и то, что самыые пристойные мысли рождаются, подчас, в самых непристойных местах и ситуациях.

***

   Так устроен мир: все в нем купля-продажа. Плохо продавать себя, но еще хуже - свои убеждения.

***

   Наболевшие вопросы никогда нельзя ставить, а уж тем более пытаться решать в нетрезвом виде. В противном случае ваши усилия не будут поняты.

***

   Человек это существо двух стихий: духовной и животной. Поэтому, какой выбор он сделает, таким, в конечном итоге, будет его будущее.

***

   Зло не может быть оправдано в принципе, если рассматривать его как самодавлеющую и самодостаточную единицу бытия. Cуть в том, что зло, находящееся в мире всегда является инструментом для достижения чего-то иного, далеко не всегда понятного разуму, и, тем более, предсказуемого им, но, безусловно, имеющего свою цель. В таком случае существование последнего, да не покажется подобное заявление безумным, исмеет онтологические предпосылки быть оправданнным.
  

***

   Для иудаизма предназначение человека сосотоит в том, чтобы сделать материальный мир жилищем для Бога, согласно же христиаскому мировоззрению единственным и самым прекрасным жилищем Бога является человеческая душа.
  
  

 Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"