Яхимович Сергей Иванович: другие произведения.

Без любви

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс "Мир боевых искусств. Wuxia" Переводы на Amazon!
Конкурсы романов на Author.Today
Конкурс Наследница на ПродаМан

Устали от серых будней?
[Создай аудиокнигу за 15 минут]
Диктор озвучит книги за 42 рубля
Peклaмa
 Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Типичная семейная драма наших дней. Деньги, деньги, деньги…Они совсем помутили разум у главной героини и ведут её к пропасти, увлекая за собой и то, что часто по ошибке называют семьёй, потому что это уже давно не семья, а одна лишь её видимость.


   Б Е З Л Ю Б В И
   (Семейная драма наших дней)
  
   в трёх действиях
  
   ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
  
   Н и к о л а й - хозяин квартиры
  
   И р и н а - хозяйка квартиры, его жена
  
   А н т о н - их сын
  
   Р и т а - их дочь
  
   Ю р к а - старый друг хозяина
  
   В а л я - жена Ю р к и
  
   В а д и к - старый знакомый хозяйки
  
   И. И. - Игорь Иосифович, компаньон В а д и к а
  
   А з а - приятельница хозяйки
  
   1-й , 2-й О х р а н н и к и - охранники И. И.
  
   (Все три действия происходят в одной большой комнате. На сцену выходят две двери слева, из комнаты хозяина и кухни, две двери справа, из комнаты хозяйки и прихожей. Прямо на сцену выходит большое окно.)
  
  
   Д Е Й С Т В И Е П Е Р В О Е
  
   (Появляется И р и н а, неуклюже пританцовывает около разбросанных в беспорядке вещей и коробок.)
  
   И р и н а. Ура! Ура! Ура!...Наконец-то!
  
   (Входит Н и к о л а й с коробкой в руках)
  
   Н и к о л а й. Что наконец-то?
   И р и н а. Уж т
   еперь-то все они будут мне завидовать...
   Н и к о л а й. Кто это тебе будет завидовать?
   И р и н а. Все! Абсолютно все!
   Н и к о л а й. Кто все?
   И р и н а. Да хоть мои, хоть твои знакомые...Да что об этом говорить? Они уже сейчас просто пухнут от зависти! Ты прикинь: кто из них может похвастать такой квартирой? Ни им, ни их детям такие квартиры и присниться не могут!
   Н и к о л а й. Почему?
   И р и н а. Потому...(Разводит руками)...Ты погляди, какие потолки...Стены кирпичные...А кухня? Это тебе не какие-то замызганные "хрущёбки"-трущёбки.
   Н и к о л а й. Брось трепаться. У моих знакомых нормальные квартиры.
   И р и н а. Ох-хо-хо-хо!...(Смеётся и передразнивает)....Не смеши людей. Это у Юрки, что ли, нормальная, в блочном доме? Запомни: солидные люди в блочных домах не живут. Не престижно.
   Н и к о л а й. Закрой варежку. Тоже мне, солидный человек нашёлся.
   И р и н а. Да, солидный.
   Н и к о л а й. А не тебя ли полжизни в папкином доме помои заливали?
   И р и н а. А вот я тебе и говорю, что теперь про те помои никто и не вспомнит...И, вообще, знаешь что? Хорошо было бы со старыми знакомыми, как с классом, покончить. Их рожи немытые будут выглядеть здесь весьма некстати.
   Н и к о л а й (ставит коробку на пол, достаёт из кучи вещей зеркало, вешает на стену). Иди сюда.
   И р и н а. Зачем?
   Н и к о л а й. Я кому сказал?...(И р и н а подходит к Н и к о л а ю , игриво виляя бёдрами, тот довольно грубо хватает её и поворачивает лицом к зеркалу)...На свою рожу погляди, красотка!
   И р и н а (вырываясь, обиженно). Ты чё такой?...Знаешь что, хватит! Оставь эти свои идиотские шуточки. У нас здесь новая жизнь начинается!...Ну, чего рожу скорчил? Я говорю, новая жизнь, понял? Новые соседи, новые друзья. Вот новоселье устроим, и всё.
   Н и к о л а й. Что, всё?
   И р и н а. Всё! Со старым покончено, старое забыто.
   Н и к о л а й. Забыто, так забыто.
  
   И р и н а. Ну, вот.
   Н и к о л а й. Только как бы конвертик тот, что судейке сунула, не всплыл потом.
   И р и н а. Ты ребёнок, что ли? На себя лучше в зеркало погляди! Голова уже седая, а ума ни на грош, такие глупости болтать!
   Н и к о л а й. Почему глупости?
   И р и н а. Ты думаешь, ей впервой баксы за пазуху совать? Видел, какие цацки на этой кикиморе судейской висят?
   Н и к о л а й. Ну и что?
   И р и н а. Да мне на такие цацки целый год, не жрамши вкалывать надо, а она их чуть ли не каждую неделю меняет! А другие, ты думаешь, там лучше?
   Н и к о л а й. Какие, другие?
   И р и н а. Да там самая последняя судейская крыса, и та французским парфюмом воняет! А какими шубами они там грязь в коридорах подметают, видел?
   Н и к о л а й. Ну?
   И р и н а. Так ты подумай, чем в суде на такие шубы заработать можно?...А? Чем? Вот, к примеру, меня возьми. Я ведь деньги и через кассу получаю, иной раз, бывает, и приворовываю...
   Н и к о л а й (прерывая, презрительно). Воруешь.
   И р и н а. Иди ты! Колочусь, колочусь целыми днями, адо сих пор такой шубы не имею! А ты - конвертик...
   Н и к о л а й. ?
   И р и н а. Да ты не волнуйся, спи спокойно в новой квартире, а про конвертик тот забудь. В нашей стране конверты чаще для баксов, а не для писем используют...(Н и к о л а й выжидательно смотрит на И р и н у)... Ну, чего смотришь на меня, как Ленин на буржуазию? Я же тебе русским языком сказала: ничего не было, всё забыто! Новая жизнь впереди, понял?
   Н и к о л а й. Чего-о?
   И р и н а. А вот того-о! Ладно, некогда мне тут с тобой попусту время терять. Скоро гости придут, а у меня ни выпивки, ни закуски. Ты тут без меня понемногу разбирайся, а я пойду, по магазинам пробегусь...
  
   (И р и н а уходит)
  
   Н и к о л а й (подходит к окну, рассуждает вслух). Надо же, всё забыть...А что всё-то?...Хмыкает)...А вот что я точно хотел бы забыть, так это тот проклятый бабий день. И надо же было тогда Юрке привязаться! Пристал, как банный лист: "Пойдём, да пойдём к девчонкам, отметим ихний праздник..." Вот и доотмечались! Перед самой защитой заявляется...Я к тому времени уже и думать о ней забыл, а она прёт нагло, как таракан: "Или, - говорит, - или. Или мы с тобой сейчас же в ЗАГС идём, или я тебе всю твою карьеру поломаю! Ты, - говорит, - у меня диплом вовек не получишь!" Ох, и струхнул же я тогда...И откуда мне было знать, что диплом этот чёртов мне сроду не понадобится? Всю жизнь не по специальности работаю...Да-а...Вот бы о чём забыть и не вспоминать...А потом, когда в роддом за первым поехал? Тоже не скажешь, что очень приятные воспоминания. Сколько тогда сраму натерпеться пришлось. Стою внизу, её дожидаюсь. И Юрка, чёрт, опять тут, как тут! Подружки еёные, тоже заявились. Стоят, промеж собой шепчутся и на меня, как на идиота смотрят. А Юрка, тот ещё друг, ехидно так спрашивает: "Ты, мол, сам-то хорошо помнишь, что в тот день было, ничего не забыл?"...Меня от этих слов аж в жар бросило! "Ты чё? - ему говорю"...А он хохочет, заливается: "Я-то, - мол, - ничё, а вот что ты, интересно, тут делаешь?" Девки эти, подружки её, как это услышали, так чуть со смеху не померли. И моя тут как раз спускается: "Вот тебе, - говорит, - сын..."...
  
   (Шум в прихожей. Входят А н т о н и Р и т а)
   Р и т а. А где мама?
   Н и к о л а й. Не знаю. Я за ней не слежу.
   А н т о н. Она скоро придёт?
  
   (Н и к о л а й молча берёт с пола коробку, зло пинает ногой другую, уходит в свою комнату)
  
   Р и т а. Ты знаешь, Антон, она, наверное, по магазинам пошла.
   А н т о н. Интересно, она скоро придёт?
   Р и т а. А тебе-то что? Тебе какая разница?
   А н т о н. Да я хотел слинять тут в одно место.
   Р и т а. Сейчас? Ты видел, какой отец злой?
   А н т о н. Да я ненадолго.
   Р и т а. А мать придёт, увидит, тебя дома нет? Знаешь, какой скандал закатит?
   А н т о н. Ладно, не пойду...Слушай, как ты думаешь, у нас здесь новая жизнь начнётся? Или всё будет по-старому, как раньше?
   Р и т а. Ну, ты даёшь, как раньше! Ты прикинь, где мы с тобой раньше жили, и где теперь? Не знаю, как ты, а я-то сразу заметила, какие у подъезда мальчики классные стояли...А девчонок видел? Не обратил внимание, как одеты? А ты говоришь, по-старому.
   А н т о н. Да я не про то.
   Р и т а. А про что?
   А н т о н. Про отца с матерью...
   Р и т а. Что, мало денег дают? Хотя, конечно, сейчас желательно бы побольше. Всё-таки и контингент другой и, вообще, на дискотеке без зелёных делать нечего.
   А н т о н. Дались тебе эти дискотеки! Как будто больше некуда сходить...Ты чё там на баксы берёшь-то?
   Р и т а. Чего-о?
  
   А н т о н. А что? Поделилась бы с братом.
   Р и т а. Ты чего такие вопросы задаёшь?
   А н т о н. Какие?
   Р и т а. Знаешь, что за такие вопросы бывает? Правильно тебя родители гоняют...Охломон.
   А н т о н. Что?...Что ты сказала?...(А н т о н замахивается на Р и т у. Входит И р и н а с двумя большими сетками)
   Р и т а. Ма! Он дерётся!
   И р и н а (оглядывается вокруг, не обращая внимания на детей). Ну, никому здесь ничего не надо! Никому! Ну, почему так? За что мне наказание такое...(Р и т е)...Чего стоишь, ушами хлопаешь? Почему ничего не убрано? Тебе лень лишний раз нагнуться? Лень вещи разобрать? А ну, давай быстро!...(А н т о н у)...Где отец?
   А н т о н (указывая на дверь). Там он.
   И р и н а. А он-то что там делает?
   А н т о н. Понятия не имею.
   И р и н а. Я же сказала ему...(Громко)...Коля, ты что там делаешь?...А ну, давай, быстрее выходи!
   Н и к о л а й (через некоторое время показываясь в проёме двери). Чего тебе? Чего вам всем от меня надо?
   И р и н а. Коля...
   Н и к о л а й. Я, что, не имею права отдохнуть от вас, наконец, в своей собственной комнате?
   Р и т а (удивлённо). Пап, а ты разве эту комнату занять хочешь?
   Н и к о л а й. А ты как думала?
   Р и т а. А я думала, эта комната моей будет...
   А н т о н. Ага, раскатала губы! Ты кто такая? Тоже мне, принцесса на горошине. К матери иди... (Показывает на противоположную дверь)
   И р и н а. Ишь вы, шустрые какие, к матери! А вы о ней прежде подумали? Прежде всего о матери побеспокоиться надо!
   Р и т а. Мама, но...
   И р и н а. Никаких но! Та комната моей будет. Мне от всех от вас тоже, хотя бы иногда, покой нужен.
   Р и т а , А н т о н. А мы?...(М о л ч а н и е)...А нам-то куда?
   А н т о н. Ладно, я и здесь могу, мне места хватит...(Смеётся)....А Ритка пускай на кухню идёт.
   Р и т а. Да что ты говоришь? Умный какой! Сам пойдёшь на кухню жить! Или в туалет...
   Н и к о л а й. Да замолчите вы! А не то оба в прихожей жить будете!
   И р и н а (примиряюще). Ладно, кончайте базар. Давайте лучше делом займёмся, время поджимает. Ритуля, иди на кухню, посуду доставай, а ты, Антоша, разберись-ка в прихожей, а то в квартиру не пролезешь...
  
   (Д е т и расходятся в разные стороны)
  
   И р и н а. Коля, послушай, у меня такая новость! Представляешь, иду я из магазина, а навстречу - Вадик! Ну, помнишь, я тебе ещё о нём рассказывала, как мы его всей группой выручать к ректору ходили?...Ну, когда он чуть из института не вылетел за спекуляцию водкой?...Помнишь?
  
   (Н и к о л а й как бы не слушая, подходит к куче коробок, не спеша что-то выбирает)
  
   И р и н а. Так вот, идёт этот самый Вадик, весь из себя такой, прямо слов нет! А рядом с ним ещё один, тоже на вид крутой. Подходят они, значит, к джипу, да к такому широкому! Ага, и залазят в него. Не успели залезть, а я на всю улицу, как закричу: "Вадька-а-а!" А он только покосился на меня и через губу так: "Какая, - мол, - нелёгкая, тебя в этот район занесла?" Меня такая злость взяла, чуть было ему старое не припомнила! Но сдержалась, спокойно так говорю ему: "Я-то живу здесь, а вот что ты здесь делаешь, я не знаю..."
  
   (Н и к о л а й уходит в свою комнату)
  
   И р и н а (вслед). Так он от удивления глаза на меня вытаращил, поверить не мог! Дружбана своего за локоток попридержал, и говорит: "Ты, здесь? С каких это пор? Я ему: "Так с сегодняшнего дня, Ваденька". А он мне: "Насколько мне известно, ты в число жителей этого дома по определению входить не можешь..." А я ему спокойно так: "Оказывается, могу. Видишь, вот, на новоселье спешу, справлять собираюсь. Между прочим, можешь и ты со своим приятелем зайти, мы гостям завсегда рады..." Вадька, как про новоселье услыхал, так рот ещё шире раззявил и стоит, в себя прийти не может. А дружок его культурно так за него отвечает: "С превеликим удовольствием, мадам"...(Громко)...Николай, ты слышишь? Так и сказал! "С превеликим удовольствием, мадам"...Вот и не знаю теперь, придут, или нет...Николай! Ты не против?
   Н и к о л а й (выглядывая из своей комнаты). А тебе какая разница, против я, или за? Ты приглашаешь, ты их и развлекай.
   Р и т а (выходя из кухни). А я не против! Я наоборот, очень даже за, только не за всяких, а за крутых! И чтобы на джипах широких...Мам, а тот, крутой...Ну, который с Вадиком, он неженатый?
   Н и к о л а й. Вот оно, твоё воспитание. Сразу видно, далеко пойдёт, если милиция не остановит.
   А н т о н (выходя из прихожей). Её не остановит. Её даже милиция не остановит, напугается.
   Р и т а. Почему?
   А н т о н. Потому что красивая очень.
   Р и т а. Что-о?
   А н т о н. Красивая, говорю. Глазки узкие, носик плюский, а рот до ушей, хоть завязочки пришей.
   Р и т а. Сам урод!
   А н т о н. Что ты сказала? Я - урод? Корова ты!
   Р и т а. Мам! Он обзывается!...Ну скажи ему, чё он такой?
   И р и н а. А, правда, ты чё такой? Нехорошо сестру обзывать.
   А н т о н. А брата, значит, хорошо?
  
   (Н и к о л а й махнув рукой , уходит к себе в комнату)
  
   И р и н а. И брата нехорошо. Никого нельзя обзывать. Молоды ещё, суждения о людях делать... (Смотрит на часы)...Ой, совсем времени не остаётся! Что делать, не успеваем!
   Р и т а. Ма, давай, просто сделаем. Помнишь, мы с тобой фильм смотрели...
   И р и н а. Какой ещё фильм?
   Р и т а. "Шведский стол" называется.
   И р и н а. Да брось ты со своими глупостями! Не до них сейчас.
   А н т о н. А что, это идея. Вот тут, в углу всё составим, музычку врубим и, как говорится, no problem. Пускай каждый развлекается, как может...
   (Раздаётся звонок в дверь)
  
   И р и н а. Ой, уже звонят! Антон, иди, открой дверь...Ладно, Ритуля, давай по-быстрому, этот, как его, шведский стол, что ли...
  
   (А н т о н уходит в прихожую, И р и н а с Р и т о й сдвигают коробки в угол, набрасывают скатерть. Входят А н т о н и Ю р к а с В а л е й)
  
   Ю р к а. Здравствуй, здравствуй...Ну, что скажешь, хозяйка? Целоваться будем?
   И р и н а. Да брось ты! Всё бы тебе лизаться.
   В а л я. Не говори! И, главное, всё с чужими норовит.
   Ю р к а. Почему это с чужими? Да они мне, как родные! Сейчас крестницу целовать буду...Ну-ка, иди ко мне, Ритуля, дай дяде Юре тебя потрогать...Ишь ты, какая справная стала.
   В а л я. Ты, что, офонарел, старый дурень? Прекрати сейчас же!
   Ю р к а. А что тут такого?
   А н т о н. Дядя Юра, они тебя неправильно поняли.
   Ю р к а. Точно, Антон, наши бабы всегда всё неправильно понимают. Не так, как надо...Ладно, а где же мой лучший друг?...Эй, Николай! Ау! Где ты там?...Выходи!
   Н и к о л а й (выходит из своей комнаты, раскрывает объятья). О-о-о-о! Юрка! Друг! Привет, привет... Сколько лет, сколько зим...(Обнимаются с Ю р к о й)...Ну, как жизнь молодая?
   И р и н а. Вы уж извините нас, ребята, замотались мы тут с этими переездами, ничего толком приготовить не успели.
   В а л я. Да ладно уж, свои люди, и так всё ясно. Сейчас быстро чего-нибудь сварганим. Пошли на кухню, там заодно и поболтаем...
  
   (Ж е н щ и н ы уходят на кухню, М у ж ч и н ы остаются)
  
   Ю р к а. Ну, Николай, давай.
   Н и к о л а й. Чего давай?
   Ю р к а. Давай, показывай свои апартаменты. Ты теперь здесь хозяин.
   А н т о н. Дядя Юра, смотри, какие здесь потолки высокие. Не допрыгнешь!...(Прыгает, приземляется, подхватывает с пола мяч, бросает его Ю р к е)... В баскет сыграем?...Лови!
   Ю р к а (пытаясь поймать мяч, неуклюже его отбивает). Знаешь, что, Тоша...Я тебе, как родному, вот что по секрету скажу.
   А н т о н. Что?
   Ю р к а. В наше время не в такие игры играют.
   А н т о н. А в какие?
   Ю р к а. В наше время только в две игры по серьёзному играют: в бизнес и в политику. Причём исключительно на зелёные...(Смеётся)...Вот так то, братец.
   Н и к о л а й. Ты молодому голову-то не дури. Ему ещё учиться, да учиться. Тоже мне, игрок какой нашёлся...Сам-то, небось, не шибко играешь?
   Ю р к а. Не скажи, дорогой мой, не скажи. Ещё как играю!..И тебя, если захочешь, в свою команду взять могу. Я ведь теперь, Николай, перспективная личность. Можно сказать, без пяти минут лидер партии.
   А н т о н , Н и к о л а й. Какой?...(М о л ч а н и е)...Какой партии?
   Н и к о л а й. Юрка, ты что, в коммунисты подался?
   Ю р к а. Эх, Николай, Николай! Каким простофилей ты был, таким и остался. Ты подумай головой, кому теперь эти коммунисты нужны?...(М о л ч а н и е)...Кто под них денег-то даст?
   А н т о н. А под тебя, дядя Юра?...Под тебя дадут?
   Н и к о л а й. Под него дадут. Как морду его наглую увидят, так сразу дадут.
   Ю р к а. Представь себе, уже дают.
   Н и к о л а й. Ага. Так я тебе и поверил.
   Ю р к а. Если партия не получится, так под общественное движение...
   Н и к о л а й. Да ты какую партию организовать-то можешь? Партию пустобрёхов и жуликов, что ли?
   Ю р к а. Ну-у...Это слишком смелое название...Хотя, если разобраться, членов в такой партии, надо полагать, будет побольше, чем в старой КПСС...А, впрочем, какая разница? Всё равно партию с таким названием не зарегистрируют. Так что, друг мой Колька, будет у нас или партия в защиту демократии, или движение за справедливость.
   А н т о н. Для всех?
   Ю р к а. Чего, для всех?
   А н т о н. Ну, этой...Справедливости - для всех?
   Ю р к а. Что ты за человек, Антон? На вид вроде уже взрослый парень, а рассуждаешь, прямо, как ребёнок!
   А н т о н. Почему как ребёнок?
   Ю р к а. Потом что давно уже понять должен, что справедливости на всех никогда не хватит. Пока жив человек, всё суетится, за справедливостью гоняется, побольше её для себя добыть старается. А зачем ему эта справедливость, сам не знает. Хорошо ли ему с этой справедливостью будет на свете жить? Вот, к примеру, зачем мне, чтобы, по справедливости, достойные люди достойные места занимали?...А? Зачем? Куда тогда мне, тебе, куда папке твоему податься? В навозе ковыряться?
   Н и к о л а й. Юрка, а ты сволочь.
   А н т о н (удивлённо). Пап, ты чего?
   Ю р к а (смеясь). Ничего, Тоша, ничего, всё нормально. Прав твой папка. Сволочам везде у нас дорога, сволочам везде у нас почёт...(Подходит к Н и к о л а ю , хлопает его по спине)...Правильно я говорю, или нет?
   Н и к о л а й (морщась). Правильно...В том-то и дело, что правильно...К большому сожалению.
   Ю р к а. Тош, ты посмотри, какую рожу кислую твой папка скорчил. Если бы я его, почитай, всю жизнь не знал, то и впрямь бы решил, что он, беленький, нас, чёрненьких, забавы ради добела отмыть хочет. И поверил бы даже, что ему вот эти хоромы...(Разводит руками)...За трудовую доблесть насильно вручили. Но я, Тоша, к счастью, в это не верю.
   А н т о н. Почему к счастью? Может быть, к несчастью?
   Ю р к а. Не скажи, Тоша, не скажи. Как же это к несчастью, если мы сейчас все вместе эти хоромы обмывать будем? И к этому случаю у меня вот что припасено...(Достаёт большую бутылку французского коньяка)...Гляди, Колян!
   Н и к о л а й. Ух ты! Где достал?
   Ю р к а. Что за вопрос? В наше время надо спрашивать не где, а почём...Да ты посмотри, Тоша, на папку! У него от одного вида этой красавицы...(Поглаживает бутылку)...Глаза от предвкушения загорелись...А, кстати, мы ещё долго предвкушать будем? Пора бы уже и вкушать начинать. Сходи-ка, Тоша, поторопи баб, скажи, что мы заждались...
   (А н т о н уходит на кухню)
  
   Н и к о л а й. Юрка, а ты это про политику, так, для хохмы, да?
   Ю р к а. Почему для хохмы? Я вполне серьёзно. Знаешь, какие там деньги крутятся?
   Н и к о л а й. Да уж знаю.
   Ю р к а. Ну, вот.
   Н и к о л а й. А не боишься, что там грязью так замазать могут, что потом вовек не отмоешься?
   Ю р к а. Ну, положим, запачкаться и в хирургии можно...Да и нам ли с тобой грязи бояться?
   Н и к о л а й (хмыкает). А не захлебнёшься в грязи-то?
   Ю р к а. А вот для этого деньги и нужны. Будут деньги, не захлебнёшься, откуда угодно вынырнешь. Я тебе так скажу: будут деньги - всё будет! Только не просто деньги, а большие деньги...
  
   (Дверь из кухни открывается, по очереди с подносами выходят И р и н а, В а л я, Р и т а, А н т о н)
  
   Н и к о л а й. Ну, вот, наконец-то. Сколько ждать пришлось. Болтали, наверное?
   В а л я. Ты уж извини нас, Коля, но у нас, у женщин, свои, женские секреты.
   И р и н а. Вот именно, секреты! О которых ему знать не положено.
   Н и к о л а й. Чего-о?...(Р и т е)...Чего это она опять замышляет? Ты не слышала?
   Р и т а. Ничего я не слышала.
   А н т о н. А я слышал! Па, у нашей Ма новые, грандиозные планы. И ей для этого тоже деньги нужны, как дяде Юре.
   И р и н а. Юрка, ты серьёзно? Тебе-то деньги зачем?
   Ю р к а (обиженно). Тебе, значит, есть зачем, а мне - незачем? Ну, спасибо, дорогая, уважила.
   В а л я. Ой, Юрик, прости, это моя вина. Обо всём, кажется, переговорили, а о том, что ты политическим деятелем заделаться хочешь, совсем из головы вылетело.
   Ю р к а. Ну, вот, а ещё жена называется! Так сказать, боевая подруга. Если так дальше дело пойдёт, как бы мне тебя на молодую обменять не пришлось.
   В а л я. Хорошо, Юра, хорошо, если для дела, то я согласна.
   И р и н а. Ох, Юрка, смотри, пробросаешься! Жену он менять собрался. Как бы тебе потом свою жизнь не разменять.
   В а л я. Пусть берёт, кого хочет. Я возражать не буду.
   И р и н а. Юрка, ты слышал? Будешь языком трепать, совсем без жены останешься.
   Ю р к а. Небось, не пропаду. Под каблуком не пропал...
   Н и к о л а й. Правильно! Зачем под каблуком? Лучше под партийными знамёнами жить...
   Ю р к а. Ни-ког-да...(Запевает на мотив марша авиаторов 30-х годов)..."Всё больше, и больше, и больше, хотим мы от жизни иметь..." Согласны, молодёжь?
   Р и т а (восторженно). Ага!
   И р и н а (рассерженно). Чего ага? Чего ага? Баба яга! Сколько можно учить говорить культурно? Не "ага", а "да" надо говорить! А то ага, да ага, прямо, как деревенские! Хоть по губам их бей!
   Р и т а. Ну, чё ты, Ма? Чё я такого сделала-то?
   И р и н а. Ты, что, совсем у меня отсталая, не понимаешь?
   А н т о н (смеясь). Да, конечно, отсталая она!
   Р и т а. Пап, ну скажи им! Чего они?
   Н и к о л а й. А-а...(Машет рукой)...Пошли вы все...
   Ю р к а. Не бери в голову, Ритуля! Это мамка твоя отсталая, не знает, для чего девчонкам губки нужны... (Скабрезно смеётся)...Ха-ха-ха-ха...
   В а л я. Ах, ты, охальник старый!...(Бьёт Ю р к у по спине)...Я тебе покажу, для чего! Я тебе покажу...
   И р и н а. Правильно, Валя! Правильно, так ему...Посильнее наподдай!
   Ю р к а (уклоняясь от ударов). Ой!...Ой!..Для поцелуев, для поцелуев!...А ты для чего подумала?
  
   (Между тем заканчиваются приготовления стола по-шведски)
  
   И р и н а. Ну, ладно, ладно, кончайте...Всё готово...Прошу всех к столу!
   Н и к о л а й. К какому столу?
   И р и н а. К столу по-шведски!
   Н и к о л а й. Чего-о?...А как это?...Как это мы здесь будем?...Нет, не по-людски это.
   Ю р к а (разливая коньяк). Тебе же русским языком было сказано: не по-людски посидим, а по-шведски потопчемся.
   И р и н а (показывая на Д е т е й). Ну, вот, их послушала, сделала, как они захотели! А теперь что, всё заново переставлять?
   Н и к о л а й. Ну, уж нет! Станем мы время терять. По-шведски, так по-шведски, один хрен.
   Ю р к а. А вот это по-людски! Это - по нашенски! Раз собрались, нечего время тянуть...Колян, слушай тост ...С Новым...С Новым Домом!
   (Все пьют и закусывают стоя)
  
   И р и н а. Эх! Хорошо пошла...Жаль только, рюмки маленькие.
   Ю р к а. Можно и повторить...Кто-нибудь против?...Нет?...Кто воздержался?...Кто "за"?
   А н т о н. Единогласно!
   (Все наливают себе ещё по одной)
  
   В а л я. Ну, хозяин, теперь твоя очередь.
   В с е в м е с т е. Тост! Тост! Давай тост!
   Н и к о л а й. Э-э...(Не может сообразить)...С Новым Домом!...С Новым Счастьем!
   А н т о н. Ур-р-а-а!
  
   (Все подхватывают и кричат "ура". Р и т а включает музыку, пританцовывает)
  
   И р и н а. Давайте танцевать!
   Ю р к а (подходит к Р и т е). Тряхнём стариной!
   В а л я. Ну, что, Коля, потанцуем?
   А н т о н. Мам, а мы с тобой танцевать будем?
   И р и н а. Отстань...Не до танцев мне.
   А н т о н (растерянно). Ну, вот, опять ей что-то не так...Сама же танцевать хотела...
  
   (И р и н а уходит на кухню. Раздаётся звонок. А н т о н выходит и возвращается вместе с В а д и к о м и его компаньоном. В а д и к достаёт точно такую же бутылку коньяка, какую принёс Ю р к а)
  
   В а д и к. Ну, что скажете?...Гостей принимаем?
   А н т о н (громко). Мам! К нам гости!
   И р и н а (выбегая из кухни). Кто там? Ой, Вадик, это вы?
   В а д и к. Надеюсь, к вам можно?
   И р и н а. Ну, конечно! Он ещё спрашивает...Я так рада, так рада...
  
   (И р и н а лезет целовать В а д и к а , тот благосклонно разрешает. Ю р к а берёт бутылку)
  
   В а д и к. Разрешите представить вам Игоря Иосифовича...Всем известного И. И.!
   В с е. Что-о?
   Ю р к а (от удивления роняет бутылку, та падает, но не разбивается). Тот самый?
   В а д и к. Тот самый.
   Ю р к а. Не может быть!
   В а д и к. Почему не может?
   Ю р к а (обращаясь к И. И.). Правда?...Или врёт?
   И. И. Нет, не врёт...(Отдаёт цветы И р и н е)...Сударыня, разрешите поздравить Вас от всей души.
   И р и н а. Спасибо!...Ой, какая прелесть...Пожалуйста, проходите! Будьте, как дома... (Поворачивает букет, рассматривает его со всех сторон)...Какие розы! Просто замечательные...Никогда в жизни не видела таких роз!
   И. И. Неудивительно. Из Голландии - прямо к Вам.
   И р и н а. Да что Вы говорите? Боже мой, прямо из Голландии!...(Убегает на кухню с букетом)...Надо их поскорее в воду поставить...
   В а л я. Постой...(Уходит вслед за И р и н о й)...Я тебе помогу...
  
   (А н т о н и Р и т а танцуют. Ю р к а выходит в прихожую)
  
   И. И. (вполголоса В а д и к у). Здесь с кем дела делаются? С ней, или...(Неопределённо кивает в сторону Н и к о л а я)
   В а д и к (тоже вполголоса). С ней, с ней.
   И. И. (вполголоса). А этот?
   В а д и к. Этот здесь так, для проформы...Вахлак...(Повышая голос, говорит громко и весело)...Правда, Николай?
   Н и к о л а й (осушая очередную рюмку). Что, правда?
   В а д и к. Что ты у нас - орёл!
   Н и к о л а й (самодовольно ухмыляясь). Ну, орёл, не орёл...Но и не мокрая курица, это точно... (Пошатываясь, уходит в угол, где, взгромоздившись на кучу не разобранных вещей, закуривает)
   И. И. (вполголоса). Похоже, что ты прав...Ну, что же, попробуем...Впрочем, ты её давно знаешь. Что хоть она из себя представляет?
   В а д и к. Она-то? А-а...Глупая, жадная...Без связей и без принципов.
   И. И. Если так, то это нам подходит.
  
   (Из прихожей выходит Ю р к а , обращается к танцующим А н т о н у и Р и т е)
  
   Ю р к а. Вы всё топчетесь? Ритуля, ну ты даешь! К вам в кои веки пришёл самый шикарный мужчина в городе, а ты на него - ноль внимания!
   Р и т а. Дак это он должен обращать на меня внимание! Я всё жду, жду...
   Ю р к а (разводя руками). Ну, вот, пожалуйста! Что с них возьмёшь? Сами видите, Игорь Иосифович, какие здесь люди простые живут.
   И. И. А Вы, надо полагать, человек не простой? И с Вас, если следовать Вашей логике, есть, что взять?
   Ю р к а. Да уж это точно, не простой...(Достаёт визитную карточку)...Разрешите представиться: лидер движения за справедливость!...А вот для того, чтобы взять, в меня предварительно надо кое-что вложить.
   И. И. (холодно). Я не слышал о таком движении...К тому же, позвольте Вам заметить, наше кредо - конкретные дела и реальные проекты. Двигаться же вслед за справедливостью? Или, тем более, навстречу ей?...Нет, это, пожалуй, не входит в наши планы. И рассчитывать на то, что мы будем платить Вам за это деньги? А именно это, я полагаю, Вы имели ввиду, было бы по меньшей мере наивно.
   Ю р к а. Что Вы, что Вы! За кого Вы нас принимаете? Мы ведь люди передовые...
   И. И. Передовые?
   Ю р к а. Можно сказать, элита общества! Мы всё, как надо, понимаем. Название, это, господа, так, это для электората, а вот дела наши - для спонсоров. Я правильно мыслю, Игорь Иосифович?
   Н и к о л а й (уже пьяный, громко). Чего-о? Какой такой Иосифович? Кто такой, почему не знаю?
   В а д и к (подходя к Н и к о л а ю). Колян, а меня ты знаешь?
   Н и к о л а й. Ты, что ли, Иосифович?
   Р и т а (пытаясь утихомирить Н и к о л а я). Пап, ну не надо! Не позорься. Такие люди пришли, а ты опять за своё...
   Н и к о л а й. Чего-о? Отца не уважать? Какие такие люди?
   А н т о н (громко). Мам, отец опять за старое!...Мам, слышишь? Иди сюда!
   Ю р к а. Ничего страшного, господа. Мы здесь все свои, всё правильно понимаем. Разве не так, Игорь Иосифович?
   И. И. Конечно, конечно...Но тем не менее, действительно, а где же наша очаровательная хозяйка?
  
   (Из кухни выходит И р и н а , она несёт в одной руке наполненный хрустальный фужер, в другой поднос с закусками. Вслед за ней В а л я несёт 3-литровую банку с водой и розами)
  
   И р и н а (торжественно). Игорь Иосифович! Вадик! Выпейте с нами за новоселье! За новый дом, за новое счастье!...(Подаёт И. И. фужер)...Вы уж не обессудьте, у нас сегодня стол по-шведски.
   В а д и к. Что, что?... А-а, понятно, по-шведски...Ну да, конечно же, по-шведски!
   И. И. (невозмутимо берёт фужер). Я предлагаю тост...За новые перспективы!...(Отпивает глоток)...За новые горизонты!
   И р и н а (с восхищением). Как замечательно Вы сказали! Спасибо! Скажите ещё что-нибудь!
   И. И. Прошу прощения, но мы не располагаем временем.
   И р и н а. Правда?
   В а д и к. Ты же знаешь, мы люди деловые.
   И. И. Мы, собственно говоря, и здесь, можно сказать, по делу...
   И р и н а. Да что Вы говорите?
   И. И. У нас, знаете ли, лично к Вам имеется одно очень интересное предложение.
   И р и н а. Ой! Неужели прямо сейчас? Я на всё согласна!
   В а д и к. Успокойся, успокойся, не суетись. Я тебя сам через пару дней найду и растолкую, что к чему...(И. И.)...Ну, что? Пошли, что ли?
   И р и н а. Как, уже?...Вы уже уходите?
   В а л я. А мы ещё, как следует, и не познакомились.
   И. И. Всему своё время.
   В а л я. А я так хотела...
   И. И. Я не исключаю такой возможности. Как-никак, а именно Вы являетесь законной супругой лидера движения за справедливость, если я, конечно, не ошибаюсь?
   В а л я. Это вам Юрка успел глупостей наболтать?
   Ю р к а. Замолчи! А не то как врежу!
   И. И. Ну, зачем же Вы так? Не надо обижать супругу. Она этого не заслужила.
  
   Ю р к а. А чего она?
   И. И. Вы не беспокойтесь. Вполне возможно, мы и с Вами найдём общую тему для разговора. По крайней мере об этом следует подумать.
   Р и т а. А со мной?...Вы об этом не подумаете?
   И. И. (не обращая внимания). Разрешите откланяться?
   И р и н а. Может быть, всё-таки останетесь?...Хоть ненадолго, а?
   В а д и к. Мы бы с удовольствием, да дела зовут.
  
   (Все, кроме Н и к о л а я, взгромоздившегося на куче коробок, выходят провожать И. И. и В а д и к а)
  
   Н и к о л а й (пробуждаясь). А где это я?...(Пьяно озирается по сторонам)... А где все-то?
  
  
  
   Д Е Й С Т В И Е В Т О Р О Е
  
   (Происходит там же. На этот раз большая комната заставлена вперемешку новой мебелью и старой рухлядью. Смесь блеска и нищеты. В центре за столом сидят И р и н а и А з а с картами.)
  
   И р и н а (нетерпеливо). Ну? Давай быстрее! Я тебя так ждала, так ждала...Только ты всю правду расскажи, как на духу! От себя ничего не придумывай.
   А з а. Дорогая, ты меня знаешь. Что карты говорят, то и передаю, от себя ничего не добавляю. А карты не лгут, сама знаешь.
   И р и н а. Да знаю я, знаю! Ты мне уже сто раз помогала. Только в те разы не так страшно было, как сейчас.
   А з а. Судьбы не надо бояться, дорогая...(Подаёт И р и н е колоду)...Сними карты.
   И р и н а (снимает). Ну, ладно, ладно, давай.
   А з а. Давай, давай. А чего давай? Как расклад вести? Как обычно, или по-нашему, по-родовому, по-заветному?
   И р и н а. Давай, как лучше. Мне, лишь бы всё-всё узнать. И чтобы всё - правда!
   А з а. Тогда по-заветному...Только я тебе сразу предупреждаю: что по нему ни выйдет, всё, как судьбу, принять надо. Ничего потом не изменишь.
   И р и н а (испуганно). А, что, по нему только плохое выходит?
   А з а. Почему только плохое? Вон, я одной недавно расклад делала...Да ты её знаешь.
   И р и н а. Кого?
   А з а. Вальку.
   И р и н а. Это Валька рыжая, что ли?
   А з а. Она самая. Когда мужик с ней развёлся и всё себе оставил...
   И р и н а. Как, всё?
   А з а. А вот так. И машину, и квартиру, и дачу...
   И р и н а. А разве так можно?
   А з а. Сейчас, дорогая, и не то можно. Он же у неё крутой бизнесмен, у него всё на фирму записано было. Так что Вальке ни шиша не досталось. Ох, как она ревела! Не поверишь, травиться хотела!
   И р и н а. Почему не поверю? Я её понимаю. Ещё бы не травиться! То на Канары, да на Багамы, а то - в подворотню.
   А з а. А ведь карты тогда показали - кататься ей на белом мерседесе...Правда, не долго.
   И р и н а (понимающе). А-а! То-то я её недавно возле банка видела...Точно, из мерседеса вылазила! Из белого...И потом ещё с каким-то крутым на вид под ручку шла, задом виляла...
   А з а. Ну, так как? Решила, или нет?
   И р и н а. Что?
   А з а. Как расклад вести будем? По-заветному, или как?
   И р и н а (решительно). Давай, по-заветному.
   А з а (раскладывает карты, причитает). Ай-яй-яй...Ай-яй-яй...
   И р и н а (испуганно). Что там?...Что такое?...Что выпадает?
   А з а. Ой, дорогая...Прямо не знаю, что тебе и сказать...
  
   (Из комнаты выходит Р и т а)
  
   Р и т а. Ма, можно, я сегодня не пойду?
   И р и н а. Как это не пойдёшь? А ужинать ты сегодня собираешься? А наряды новые примерять? Ступай, давай, и без разговоров!
   Р и т а. Ну, Ма! Ну, я тебя прошу...
   И р и н а. Я что тебе сказала? Чтобы духу твоего здесь не было!
   Р и т а. Ну, ладно, ладно...(Прихорашивается, красит губы, кладёт что-то в сумочку и уходит)
   И р и н а. Видела?
   А з а. Что?
   И р и н а. Видела, какая у меня квартирантка выросла? Ну, ничего, абсолютно ничего делать не желает!
   А з а. Да что ты говоришь?
   И р и н а. Такая ленивая - вся в отца!
   А з а. Ира, а ведь бабы говорят, мужик у тебя - настоящий хозяин...
   И р и н а. Ой, да брось ты! Какой хозяин? Гвоздя дома не вобьёт! Что есть он, что нет...Да ещё и на сторону смотрит.
   А з а. Ничего тут не поделаешь. Мужик, на то он и мужик.
   И р и н а. Какой мужик? Никакого от него проку! Не с кем даже посоветоваться...С детьми, как чужой...
   А з а. Дети у тебя уже взрослые...
   И р и н а. Глаза бы мои на него не смотрели! Сил больше нет терпеть...
   А з а. Нет хочешь терпеть, так разводись.
   И р и н а. Ой, да какой тут развод! Не до развода мне. На меня сейчас столько всего навалилось, столько навалилось...
   А з а. А кто тебе мешает? Разводись тогда поскорее...
   И р и н а (почти не слушая). Поздно, Аза. Я так залетела, так залетела! Не знаю, как и выкрутиться...И дёрнул же меня чёрт, с этим Вадькой связаться! Всё прахом пошло...
   А з а. Вот и карты показывают: беда в ваш дом стучится...
   И р и н а (не слушая, как бы сама с собой). А как хорошо всё начиналось! Даже хмырь этот, Игорь Иосифович, ручки целовал. "Вы, - мол, - у нас настоящая бизнес-леди! Будете наши совместные проекты продвигать..." Золотые горы обещал, стервец! А теперь всю свору на меня спустили...
   А з а. ...Страх-то какой: девятка, десятка, туз, и всё пики...
   И р и н а (не слушая). Что мне делать, ума не приложу? Ничего в голову не приходит! Я, Аза, со всеми своими связями, никак, ну, никак не представляю, как из этой ситуации выпутаться?
   А з а. Вот и карты говорят, тебе только чудо поможет.
   И р и н а. И за что мне это? За что мне наказание такое?
   А з а. Хочешь, Ира, я тебе честно скажу?
   И р и н а. Что, Аза?
   А з а. Жадная ты, с другими делиться не хочешь.
   И р и н а. Да не жадная я!
   А з а. Жадная. И всё тебе мало.
   И р и н а. У меня же семья, дети! Сама понимаешь...
   А з а. Ох, Ира, не криви душой! Нет у тебя семьи, давно уже нет...А детям твоим давно жениться пора.
   И р и н а. Для матери дети - всегда, как малые! Всегда о них материнское сердце болит.
   А з а. Если бы ты, Ира, о своих детях думала, то в такие дела бы не вляпалась.
   И р и н а. Так мне же такие деньги пообещали! Даже сказать страшно, какие!
   А з а. Вот я тебе и говорю, жадная ты, на деньги позарилась. А тебя на них, как крысу какую, в ловушку-то и заманили.
   И р и н а. А что в нашей жизни лучше денег-то? Скажи, что? За деньги и купить можно, что хочешь, и откупаться, от кого хочешь...И убить за деньги можно, и концы в воду спрятать.
   А з а. Ох, Ира, не так просто это, как тебе кажется...
  
   (Звонит сотовый телефон, И р и н а хватает его)
  
   И р и н а. Алло, алло...Да, я...Как, серьёзно? Без дураков?...(Подбегает к окну, выглядывает)....А что, если я пошутила?...(Растерянно)...Да?...За такие шуточки?...Нет, а если я передумала?...Что?...А как же?... А что же тогда делать?...Как это, мои проблемы?...Значит, уже ничего не изменишь?...Нет?...(Медленно подходит к столу)...Хорошо...Хорошо...Всё ясно...(Кладёт телефон, говорит решительно)...Ну, что же, пусть будет так ... (Смотрит в окно)
   А з а (встаёт, подходит к окну, смотрит). Что там?...Кого ты там увидела?
   И р и н а. Да никого...На машину свою смотрю.
   А з а (внимательно смотрит). А зачем это ты её там поставила?
   И р и н а (встрепенувшись). Что? А-а, это я так...Послушай, я тебе лучше вот что расскажу. Только ты не подумай, это я не про себя. Это я про одну свою знакомую.
   А з а. Про какую знакомую?
   И р и н а. Ты её не знаешь, она в другом городе живёт. Так вот, послушай, ты не поверишь! Залетела она точно так же, как и я!
   А з а. Да ну?...(Садится за стол, перебирает карты)
   И р и н а. Точно так же! Навалились на неё - не приведи Господь!
   А з а. Она хоть жива ещё, эта твоя знакомая?
   И р и н а. Ты слушай, не перебивай! Короче, так на неё наехали, что не продохнуть. А она дала, кому надо ...Ну, не сказать, чтобы очень много. И ей в машину, представляешь, подложили бомбу!
   А з а. Бомбу?
   И р и н а. Да...В общем, всё, как надо, сделали. А она их даже в глаза не видела!...Ну, вот, наезжают на неё снова, а она им говорит: "Погодите, сейчас, - мол - муж выйдет и за всё с вами рассчитается..." (Нервно ходит по комнате, часто подходит к окну и выглядывает)....Ага...Вышел, значит, её мужик к ним, подходит к машине, а его там уже ждут. Только он дверь открывать стал, тут их всех и разнесло!
  
   (А з а встаёт, подходит к окну, задумчиво смотрит то в окно, то на И р и н у)
  
   А з а. Ира, ты чего?
   И р и н а. Чего?
   А з а. Видиков насмотрелась?
   И р и н а. Каких видиков? Так всё и было!
   А з а. Ну, если говоришь, так и было...(Подходит к столу, собирает карты)...Я тебе, дорогая, тогда вот, что скажу...Эту твою знакомую потом или долго лечили, или сильно мучили...
  
   (Шум в прихожей, входит Н и к о л а й)
  
   И р и н а. Неправда! Ничего ей не было!
   Н и к о л а й (неприязненно). Опять она здесь?
   А з а. Ухожу, ухожу...Уже ухожу, дорогой.
   Н и к о л а й. Лучше бы ты совсем не приходила. Вечно неприятности с собой приносишь...Одним словом, ворона!
   А з а (подходит к окну, смотрит). Ох, дорогой! Беда вам, мужикам, не от ворон, а от любимых жён.
   И р и н а. Аза, ты погоди, посиди ещё!...Оставайся, а? Ты ещё и расклад не закончила...
   Н и к о л а й. Нечего ей здесь делать! Пускай убирается подобру-поздорову.
   А з а. Пойду я, Ира. Не хотят меня в этом доме видеть, да и я не хочу здесь больше оставаться.
   И р и н а. Да не слушай ты его! Всё равно он сейчас уйдёт...
   Н и к о л а й. Куда это я уйду? Никуда я уходить не собираюсь. А вот она уйдёт! И ты вместе с ней можешь к чертям собачьим убираться.
   А з а. Ладно, Ира...(Подходит к И р и н е , целует её)...Прощай.
   И р и н а. Почему прощай? Мы же с тобой не ругались, правда? Так что не прощай, а до свидания...До скорой встречи, договорились?
   А з а. А это уж, Ира, как Бог даст.
   Н и к о л а й (подталкивая А з у к выходу)...Иди, иди...А то тебе дядя Коля и даст, и ещё поддаст.
   А з а. Ты, Ира, подумай хорошенько, а то как бы потом хуже не было. Пожалеешь, да поздно будет.
   Н и к о л а й. Да пошла ты со своими советами! Вали отсюда!...(Почти выталкивает А з у)...Век бы тебя не видеть...
   И р и н а. Ты, что, совсем о.......нел? Как ты смеешь так обращаться с моими гостями?
   Н и к о л а й. Это мой дом, поняла? Я здесь хозяин! И не будет здесь больше никаких твоих гостей! И тебя тоже, если пасть разевать будешь...А ворону эту, ещё раз здесь увижу, с лестницы спущу!
   И р и н а (презрительно). Ой-ой-ой, как страшно! Тоже мне, хозяин нашёлся...Его это дом...Да с каких щей это твой дом?
   Н и к о л а й (тоже презрительно). Да уж точно, не с твоих. Твои-то щи в рот не возьмёшь.
   И р и н а (возмущённо). А чьи, интересно, щи ты лопаешь? Кто на жратву деньги зарабатывает? Ты или я?
   Н и к о л а й. Зарабатываешь? Вот иди, и зарабатывай, а от меня отвяжись, как навязалась.
   И р и н а. А ты так и будешь у меня на шее сидеть? Ты же ни копейки в дом не приносишь! Я же одна, как рыба об лед бьюсь, а ты мне вот ни на столечко не помогаешь!
   Н и к о л а й. И не собираюсь! Нашла дурака. Стану я за деньги голову в петлю совать. Идиот я, что ли?
   И р и н а. А я, выходит, идиотка? Так получается? Кормишь их, поишь, одеваешь, обуваешь, а в ответ никакой благодарности, одна грубость...
   Н и к о л а й. Мне, что, за это на коленях перед тобой ползать?
   И р и н а. Знаешь, что?...(Звонит телефон, И р и н а хватает его, торопливо отвечает)...Да...Как, уже?...Да, да, да, да...Как договорились...Да, да, да, да...Сейчас, сейчас...Да, да, да, да...Через пять минут? ... (Кладёт телефон, говорит, меняя тон)... Николай, слышишь? Иди, машину отгони.
   Н и к о л а й. Ага, разбежался. Бегу и спотыкаюсь.
   И р и н а. Ты, что, слов не понимаешь? Иди, я сказала!
   Н и к о л а й. Я тебе не шофёр! Сама катаешься, сама её в гараж и загоняй.
   И р и н а. Николай, ты меня знаешь. Если я так решила, значит, всё равно пойдёшь.
   Н и к о л а й. Чего-о? Да мне на твоё решение - плюнуть и размазать!
   И р и н а. Ах, вот так? Вот какое у тебя ко мне отношение?
   Н и к о л а й. А до тебя это только сейчас дошло? Ты, я вижу, не только красотой, но и умом не блещешь.
   И р и н а. Ах, ты! Ну, всё, я больше этого терпеть не намерена. Я тебя заставлю машину отогнать!
   Н и к о л а й. Интересно, как это ты меня заставишь? Под дулом пистолета?
   И р и н а. Я тебя сейчас палкой выгоню!
   Н и к о л а й. Смотри, как бы я эту палку о твой хребет не сломал.
   И р и н а. Ой-ой-ой, как напугал! Не знаешь, так подумаешь - какой крутой мужик.
   Н и к о л а й. А если знаешь? Не подумаешь?
   И р и н а. А если знаешь, так точно обхохочешься, какой ты мужик!
   Н и к о л а й. Какой?
   И р и н а. Щекотунчик!
   Н и к о л а й. А ты-то кто? Тоже мне, секс-бомба нашлась, з......ая!
   И р и н а (в гневе). Ах, ты!...(Сдерживая себя, вполголоса)...Я тебе покажу секс-бомбу. Ты у меня узнаешь, с чем её едят...(Громко) ...Я тебе последний раз говорю: сейчас же иди, отгони машину.
   Н и к о л а й. А я тебе последний раз отвечаю: никуда я не пойду! Поняла?
   И р и н а. Нет, пойдёшь!
   Н и к о л а й. Нет, не пойду! Сама иди.
   И р и н а. Я тебя всё равно заставлю! Ты меня знаешь!
   Н и к о л а й. Хватит! Назаставлялась уже...Кончай базар, надоело...
  
   (И р и н а смотрит на часы, подбегает к окну, выглядывает)
  
   И р и н а (меняя тон). Николай, я тебя по-человечески прошу! Ну, пожалуйста, ну, отгони машину!
   Н и к о л а й. Раз сказал нет, значит, нет. Всё, разговор окончен.
   И р и н а (подбегает, хватается за мужа). Николай, я тебя прошу!
   Н и к о л а й (пытаясь освободиться). Отстань, я сказал! Пристала, как банный лист...
   И р и н а (трясёт мужа). Коля, я тебя умоляю! Ну, будь человеком, ну, в последний раз...
   Н и к о л а й Да отцепись ты от меня! Прилипла...Г....о с....е...
   И р и н а (трясёт мужа сильнее). Коленька, я тебя больше ни о чём не попрошу! Никогда в жизни!
   Н и к о л а й. Да пошла ты к чёрту!
  
   (Н и к о л а й наконец с силой отшвыривает И р и н у , та падает и лежит, не двигаясь)
  
   Н и к о л а й. Чего лежишь-то?...А?...(М о л ч а н и е)...Ну, полежи, полежи, успокойся. А я пойду, пивка попью...(Уходит на кухню и возвращается с банкой пива)...Всё лежишь? Лежи, лежи, меня этим спектаклем не проймёшь...У-у, а грязища-то какая! Как раз для тебя, грязнули. Тоже мне, хозяйка, называется! Веник лишний раз в руки не возьмёт...И дочь вся в тебя, такая же чумка! Лишь бы рожу намазать, да тряпку поярче на задницу напялить...Эх, ты, хозяйка...Неумёха, ты и есть. Яичницу, и ту, как следует, приготовить не умеешь, а туда же ... (Передразнивая)..."Некогда мне, я деньги делаю! Будут деньги, я домработницу найму..." Предпринимательница какая выискалась...Ты лучше честно скажи: на сколько залетела?...А? Молчишь? Сказать страшно?...Ничего, нашлись добрые люди, всё рассказали...Только ты имей ввиду, я тебе своей доли не подарю, не надейся. Я в твоих афёрах не участвовал, ничего о них не знаю, и знать не желаю! Поняла?...Поняла или нет, отвечай!...Отвечай, когда тебя спрашивают!...(Подходит к И р и н е , слегка толкает)....Кончай придуриваться! Надо же, сознание она потеряла. Какая она у нас, оказывается, деликатная...А я тебя сейчас в чувство приведу...(Льёт на жену пиво из банки)...Ты чё, и вправду сильно ударилась?...(Наклонившись, бьёт И р и н у по щекам)...Ну, вставай, хватит уже!...(Меняет тон)...Слушай, тебе, что, на самом деле плохо?...(Громко)...Ну, не молчи ты! Ты зачем меня пугаешь?... (Наклоняется, слушает сердце)...Ничего понять не могу. Я же её чуть-чуть толкнул!...Скорую вызвать, что ли?...(Меняет тон)...А что, если?...Нет, не может быть...Как же?...Что же делать?...А, я сейчас!...(Мечется по комнате)...Так, зеркало...Где оно?... (Убегает в свою комнату и возвращается)...Вот!...(Прикладывает зеркало к лицу И р и н ы , медленно садится)...Не дышит...(Вскакивает)...Да нет же, нет!...А я сейчас...Искусственное дыхание...Как это? ... (Пытается делать искусственное дыхание)...О-о-о-о! Только не это!...(Злобно)...Да не померла же ты, в самом деле! Не зли меня, отвечай! Ты, что, совсем сдурела? Закопать меня хочешь? Ты это брось!...(Трясёт жену) ...Ира! ...Ира, ну, скажи, хоть что-нибудь! Как ты могла такое натворить?...(Испуганно)...Ой-ёй-ёй-ёй! Что же мне делать? ... Надо скорую!...(Хватает телефон, набирает номер)...Скорая?...Тут это...Не знаю, как и сказать...Да, да...Нет, нет ...Нет, ничем не больна...Почему издеваюсь?...(Кладёт телефон, растерянно)...Бросили трубку...Ой-ёй-ёй-ёй! Что же делать?...Может, милицию вызвать?...(Начинает набирать номер, бросает)...А что я им скажу? Как я это объясню? Мне же все равно никто не поверит! Ой-ёи-ёй-ёй! Меня же в тюрьму закатают! Что же ты, дрянь, натворила? Я же тебя в жизни пальцем не тронул!...(Начинает всхлипывать)...У-у-у-у...Вот как ты меня размазала ... (Пытается взять себя в руки)...Ну, нет! Не бывать по-твоему! Меня так просто не закопаешь. Захотела помирать, так помирай, а меня за собой в могилу не тащи! Назло тебе буду жить и веселиться! Вот только от тебя избавлюсь, и всё...А кто тебя искать будет?...Разве что твои кредиторы? Так пускай они тебя и ищут! А я уж постараюсь, чтобы тебя никто не нашёл...Я уж постараюсь...
  
   (Н и к о л а й берёт И р и н у за ноги, уволакивает к себе в комнату. Шум в прихожей, входит Р и т а)
  
   Р и т а. Есть кто-нибудь?...(М о л ч а н и е)...Слава Богу, нет никого! Как они все мне надоели...Никакой от них жизни. И то им не так, и это не эдак...Мать такая дёрганая стала. Совсем на деньгах помешалась!...Интересно, где она их прячет?...А если дома?...Вот бы найти! Уж я бы их сразу, как надо, оприходовала. Перво-наперво прибарахлилась бы клёво, да и отчалила куда подальше. А там, глядишь, и парня стоящего подцепила бы...А что? Чем я хуже других?...(Берёт со стола зеркало, начинает перед ним вертеться)...По-моему, так даже и лучше многих...
  
   (Р и т а пританцовывает. Из своей комнаты выбегает Н и к о л а й)
  
   Н и к о л а й. Ах, ты, паскуда! Да как ты смеешь здесь своей грязной ж...й крутить? Совсем стыд потеряла?
   Р и т а. Ты чё орёшь-то? Чё я такого сделала-то? Мне, что, уже и жить здесь нельзя? Всё орут, да орут, как бешеные...
   Н и к о л а й. Чего-о? Ты как с отцом разговариваешь, мокрощёлка?
   Р и т а. Да ты что! Совсем озверел?
   Н и к о л а й (в бешенстве). Отца зверем зазывать? Ах ты, поганка! Да я тебя сейчас в порошок сотру!
  
   (Н и к о л а й в гневе потрясает кулаками, Р и т а в испуге шарахается к выходу. Раздаётся звонок в дверь)
  
   Н и к о л а й (истерично). Не вздумай открывать! Не впускай никого!
   Р и т а (направляясь к прихожей). Ага! А ты меня здесь колошматить будешь? Нет уж, пусть все видят, какой ты зверь...
   Н и к о л а й (вдогонку). Да я тебе за такие слова язык твой поганый вырву!...(Спохватившись)...Ой! Чего это я? Надо брать себя в руки...Держись, Николай, будь мужиком...Спокойно, надо что-то придумать...Я обязательно что-нибудь придумаю...
  
   (Н и к о л а й уходит в свою комнату. Из прихожей появляются Р и т а и Ю р к а)
  
   Ю р к а. Ну, Ритуля, что тут у вас? Отец, мать, дома?
   Р и т а. Отец дома.
   Ю р к а. Ну, и что он?
   Р и т а. Да странный какой-то. Сам не свой.
   Ю р к а. Ну, знаешь ли, Рита, все мы не без странностей...Ладно, иди мать позови...(Громко)...Эй, Николай! Выходи! Встречай гостей!
   Н и к о л а й (из-за двери). Перебьёшься как-нибудь.
   Р и т а (выходя из комнаты матери). А я не знаю, где она.
   Ю р к а. Николай, где супруга?...(М о л ч а н и е)...Ты чем там с ней занимаешься?...(Смеётся)... Молодость вспомнил, что ли, старый хрен?
   Р и т а. Дядя Юра...
   Ю р к а. Чего, дядя Юра? Ничего в этом особенного нет, дело житейское...
   Р и т а. Да я не о том.
   Ю р к а. А о чём?
   Р и т а. Нету её там.
   Ю р к а. Что значит, "нету"?
   Р и т а. Один отец там.
   Ю р к а. А где же она тогда?
   Р и т а. Не знаю.
   Ю р к а. Мы же с ней договаривались! Куда она подеваться могла?...(М о л ч а н и е)...Рита, а она тебе ничего для дяди Юры не передавала?
   Р и т а. Да нет, вроде ничего.
   Ю р к а. А ты её когда в последний раз видела?
   Р и т а. Когда я уходила, она дома была.
   Ю р к а. Одна?
   Р и т а. Нет, они вдвоём карты раскладывали.
   Ю р к а. С кем?
   Р и т а. С этой...С Азой.
   Ю р к а. С какой ещё Азой?
   Н и к о л а й (из-за двери). Да с вороной этой.
   Ю р к а. А-а. Дело ясное, совсем баба у тебя сбрендила...(Подходит к двери, стучит)...Николай, хватит дурака валять, выходи... Слышишь? У меня к тебе серьёзное дело есть.
   Н и к о л а й (из-за двери). Зато у меня с тобой больше никаких дел нет.
   Ю р к а. Николай, мне срочно твоя помощь нужна...Ты мне друг, или не друг?... Выходи, а не то я сейчас дверь сломаю!
  
   (Открывается дверь, Н и к о л а й с усилием вытягивает из своей комнаты большой чемодан)
  
   Н и к о л а й. Я тебе сломаю, я тебе сломаю...Так сломаю, что потом никакой хирург не починит...
  
   (Шум в прихожей, входит А н т о н)
  
   А н т о н. Жрать охота, прямо сил нет! Ой, дядя Юра, здрасьте...А почему Вы к нам с чемоданом?
   Ю р к а. Это не я, это отец твой с чемоданом.
   А н т о н. А что такое?...Папа, ты чего?
   Н и к о л а й. Не твоё дело.
   А н т о н. Ритка, а что случилось-то?...Чего это они?...А где мать?
   Р и т а. А я чё, знаю?
   Ю р к а (подходя). Колян, давай-ка, мы лучше твой чемодан назад затащим, и спокойно поговорим...
   Н и к о л а й (истерично). А ну, отойди!...Я кому сказал? И не вздумай трогать мой чемодан.
   Ю р к а. А я тебя и спрашивать не стану. Сейчас вместе с чемоданом обратно затащу и запру до прихода хозяйки. А молодёжь мне в этом поможет. Как, молодёжь, поможете?
   А н т о н. Конечно, поможем!
   Р и т а. Да ну его! Дурной он, ещё драться полезет.
   Ю р к а. А мы это сейчас проверим. Ну-ка, молодёжь, навалимся вместе...
  
   (Ю р к а делает движение к Н и к о л а ю , увлекая за собой А н т о н а и Р и т у)
  
   Н и к о л а й (истошным голосом). Не прикасайтесь ко мне!...И к моему имуществу!
   Р и т а (первой отступает). Ну, вот, я же вам говорила.
   Ю р к а. Николай, успокойся. Мне твоё имущество, которое ты в чемодане утащить собрался, совсем ни к чему. Я, наоборот, тебе своё имущество пришёл предложить.
   Н и к о л а й. Ага, рассказывай сказки. У тебя своего сроду не было.
   Ю р к а. Сроду не было, а теперь вот появилось.
   Н и к о л а й. Ну, вот и радуйся, если появилось. И при себе его держи, чтобы не заныкали.
   Ю р к а. Ладно, Николай, шутки в сторону. Будь другом, помоги! Ты же знаешь, под меня копают, компромат ищут...
   Н и к о л а й. А я-то тут причём?
   Ю р к а. Мне срочно нужно на надёжного человека счета перевести. А уж за мной не заржавеет.
   Н и к о л а й. Чего-о?
   Ю р к а. Слово даю: в накладе не останешься! А от тебя ничего, кроме паспорта твоего, и не потребуется.
   Н и к о л а й. А больше тебе ничего не нужно?
   А н т о н. Дядя Юра, а ты мой паспорт возьми...
   Р и т а. Нет, мой! Лучше мой!
   Ю р к а. Ого! Вот это да!
   Р и т а. А что? Пускай на него счета переводят.
   Ю р к а. Ишь вы какие! Молодые, да ранние...
  
   А н т о н. Дядя Юра...
   Ю р к а. Что, дядя Юра? Вас потом с Интерполом не найдёшь, а с чем дядя Юра на старости лет останется? Правильно я говорю, Николай?
   Н и к о л а й. Тебе, небось, чужой паспорт нужен, чтобы фирму липовую открыть? А кто потом за это отвечать будет? Дядя Юра, или дядя Коля?
  
   (Н и к о л а й берёт чемодан, с усилием тащит к выходу)
  
   Ю р к а. Николай, ты обо мне слишком плохо думаешь...Да постой же ты! Я тебе сейчас всю комбинацию в деталях объясню.
   Н и к о л а й. Ты электорату своему объясняй, комбинатор хренов. А мне твои байки слушать некогда.
   Ю р к а. Да я тебя не задержу!...Ладно, давай, помогу чемодан дотащить, а по дороге всё растолкую.
   Н и к о л а й. Что? Чемодан?...(Истерично смеётся)...Ну, что же, помоги, помоги.
   Ю р к а (удивлённо). Колян, а ты и вправду сегодня не в себе...Ладно, пошли...
  
   (Н и к о л а й и Ю р к а уходят, унося чемодан. А н т о н и Р и т а обходят комнаты)
  
   Р и т а (выходя из комнаты). Странно...Ничего понять не могу.
   А н т о н. Чего ты понять не можешь?
   Р и т а. Видел, какой чемодан тяжеленный отец тащил?
   А н т о н. Ну и что?
   Р и т а. Чего он туда напихал-то? Всё вроде бы на месте.
   А н т о н. Ну, и не бери в голову. Ты, что, его не знаешь? Наверное, опять какую-нибудь дрянь в гараж потащил.
   Р и т а. Так зачем ему такую тяжесть наверх затаскивать? Сразу бы и тащил...
   А н т о н. Да ладно тебе! Нашла, чем голову забивать. Приготовь лучше, чего-нибудь пожрать. Есть хочу, аж живот подвело.
   Р и т а. Ещё чего! Есть он хочет...Что в холодильнике есть, то и ешь...
  
   (А н т о н уходит на кухню)
  
   Р и т а. Странно, куда это отец попёрся?...Злющий такой...Да ещё с этим чемоданом? С матерью они поругались, что ли?...Все вещи, вроде, на месте, и его, и её...А не задумали ли они тут без нас какую-нибудь пакость? От них всего можно ожидать...
  
   (Из кухни выходит А н т о н с банкой пива и креветками)
  
   А н т о н. Вот. Всё, что есть...В холодильнике только пиво да креветки.
   Р и т а. Вот и ешь креветки с пивом...Что, не нравится?...А чего тебе надо? Чего ты ещё хочешь?
   А н т о н. Есть я хочу, вот чего! Это разве еда...Эх, супа бы сейчас!...Или борща. Помнишь, как нам бабушка варила?
   Р и т а. Ну, ты даёшь! Бабушку он вспомнил с её борщами...Да она уж сколько лет, как померла!
   А н т о н. Вот то-то и плохо, что померла...Слушай, я никак врубиться не могу, а где мать-то?
   Р и т а. А тебе какая разница, где? Ты не волнуйся, она тебе всё равно борщ варить не станет.
   А н т о н. Почему не станет?
   Р и т а. Потому что его никто есть не будет. Лопай, давай, креветки, а то я их сама съем.
   А н т о н. Ну, уж нет! Хитрая какая...
  
   (А н т о н уходит на кухню. В прихожей раздаётся звонок. Р и т а выходит в прихожую и возвращается в сопровождении В а д и к а и О х р а н н и к о в)
  
   В а д и к (входя). Позови-ка мать сюда, да поскорее.
   Р и т а. А её нет.
   В а д и к. Сам вижу, что в этой комнате нет. Вы уж, Маргарита Николаевна, будьте любезны, не поленитесь, поищите её в других комнатах. А как найдёте, так сообщите ей, что наше терпение на исходе. С нами шутки шутить не стоит.
   Р и т а. Да нет её дома!
   В а д и к. То есть, как это, нет? А куда же она подевалась?
   Р и т а. Да я сама не знаю. Я когда пришла, её уже дома не было.
   В а д и к. А когда уходили? Она ещё дома была, так?...Я Вас правильно понял, Маргарита Николаевна?
   Р и т а. Ну, да, правильно.
   И. И. (появляясь из прихожей). Ну, что тут у вас? Надеюсь, вопрос решён?
   В а д и к (растерянно). Да нет. Говорит, что её нет дома.
   И. И. Не понял. Как это, нет?...(К О х р а н н и к а м)...Как это понимать?
   1-й О х р а н н и к. Врёт она всё. Объект не выходил.
   2-й О х р а н н и к. Головой ручаемся.
   И. И. Тогда здесь ищите...И попробуйте не найти...
  
   (О х р а н н и к и обыскивают квартиру. Из кухни торжественно выводят А н т о н а)
  
   1-й О х р а н н и к. Вот, нашли!
   2-й О х р а н н и к. На кухне, шельмец, прятался.
   А н т о н. Ничего я там не прятался!
   И. И. Не прятался?
   А н т о н. Нет. Я там ел.
   И. И. Так. Ты там ел....А где мать?
   А н т о н. А я откуда знаю? Я сам спрашивал, где она.
   И. И. У кого? У сестры?
   А н т о н. Да нет. Тут ещё отец с дядей Юрой были.
   И. И. И куда же они подевались?
   А н т о н. Они не сказали. Ушли куда-то, и всё.
   И. И. Ушли, говоришь...Вместе с матерью?...(Смотрит на О х р а н н и к о в)
   1-й О х р а н н и к. Полностью исключено.
   2-й О х р а н н и к. Абсолютно. У нас всё схвачено.
   А н т о н. (растерянно). Да нет, не с матерью.
   И. И. А с кем?
   А н т о н. С чемоданом.
   В а д и к. С каким чемоданом?
   А н т о н. С большим таким. Тяжёлым.
   И. И. Очень тяжёлым?
   Р и т а. Ну да! Мы сами удивляемся, тяжеленный какой! Они его вдвоём с дядей Юрой еле-еле тащили.
   И. И. (О х р а н н и к а м). Болваны! Вот как она слиняла.
   1-й О х р а н н и к. Мы тут ни причём. На чемодан ориентировки не было.
   2-й О х р а н н и к. Вы же сами нам говорили, с политическими не связываться.
   И. И. (раздражённо). Говорил, говорил...Куда они пошли?
   В а д и к. Вы хотя бы это можете сказать?
   1-й О х р а н н и к. Кто? Эти? Из движения за справедливость? Так они в сторону сквера подались...
  
   (Все подходят к окну, смотрят)
  
   2-й О х р а н н и к. Да вон же они!...(Показывает пальцем)...В-о-он, оба с чемоданом у машины стоят. Куда-то ехать собрались...
   (Раздаётся взрыв)
   Р и т а (отчаянно). Папа!
   А н т о н. Отец!
   В а д и к. Игорь Иосифович, надо смываться.
   И. И. Уходим.
  
  
  
   Д Е Й С Т В И Е Т Р Е Т Ь Е
  
   (Происходит там же. За столом сидит Ю р к а с забинтованной головой, рука на перевязи. А н т о н ходит около него.)
  
   Ю р к а. Вот такие, Антон, пироги...Во, дожились мы с тобой...
   А н т о н. Я вот всё думаю, думаю...Вспоминаю, как всё было...И ничего понять не могу. Отчего всё так получилось?
   Ю р к а. Это ты зря. Думай, не думай, а жить-то надо.
   А н т о н. А как жить-то, дядя Юра? Ничего, оказывается, я в этой жизни не понимаю. Почему так всё могло произойти? Отчего?
   Ю р к а. Антон, слушай сюда. Хватит себя понапрасну изводить. Ты лучше поменьше об этом думай, понял? А, главное, постарайся никому ничего лишнего не рассказывать.
   А н т о н. Но меня же об этом спрашивают! Что я им должен отвечать?
   Ю р к а. Ты никому ничего не должен. Хочешь, дам тебе хороший совет? Причём бесплатный?
   А н т о н. Какой совет?
   Ю р к а. "Ничего, - мол, - не видел, ничего не знаю..." Понял, как надо отвечать? "Меня, - мол, - родители в свои дела не посвящали. Короче, - мол, - не в курсе я"
   А н т о н. А я и вправду про их дела ничего не знаю.
   Ю р к а. Вот и замечательно. Тем лучше для всех нас.
   А н т о н. Чем лучше-то, дядя Юра? Тут такое случилось, а я, кто, что ни спросит, только стою, как баран! Или мычу, как корова.
   Ю р к а. Вот и хорошо. В твоём возрасте, да ещё после такого стресса...Ничего в этом особенного нет. А, главное, никаких подозрений вызвать не может.
   А н т о н. Каких подозрений?
   Ю р к а. Знаешь, что, Антон? Стресс стрессом, но ты уж сильно-то палку не перегибай...
   А н т о н. О чём ты, дядя Юра?
   Ю р к а. ...А то невзначай и себе повредишь, и меня под монастырь подведёшь.
   А н т о н. Как это, под монастырь?
   Ю р к а. А вот так.
   А н т о н. А что я такого делаю-то?
   Ю р к а. Ну, пока что ничего особенного. Пока что ты ведёшь себя вполне нормально. Лишнего ничего себе не позволяешь.
   А н т о н. Чего лишнего?
   Ю р к а. Я же сказал тебе: никаких ненужных разговоров.
   А н т о н. Дядя Юра, ты как-то странно говоришь. Лекарства на тебя так действуют, что ли?
   Ю р к а. Причём здесь лекарства? Послушай, Антон, ты уже парень взрослый, так, нет?
   А н т о н. Ну да.
   Ю р к а. С тобой можно говорить серьёзно?
   А н т о н. Конечно, можно! Только о чём? Уже столько было сказано...
   Ю р к а. Сказано, да рассказано, да только то, что придумано.
   А н т о н. Как это, придумано?
   Ю р к а. А вот так. Ничего мы с тобой, Тоша, толком не знаем.
   А н т о н. Про что, дядя Юра? Я же своими глазами видел, как отец с матерью погибли! И отчего...
   Ю р к а. Вот именно, отчего? Матери твоей на тот момент в машине не было, так? К машине она не подходила...
   А н т о н. Так вы же её с отцом в чемодане вынесли!
   Ю р к а. Правильно, в чемодане. Только вот в чём загвоздка: зачем в чемодане?
   А н т о н. Как, зачем? Чтобы спасти!
   Ю р к а. Спасти?
   А н т о н. Ну да, спасти. Вы же спасали её!
   Ю р к а. Спасали, говоришь? А от кого?
   А н т о н. От этих...Короче, от тех, которые с них денег требовали.
   Ю р к а. Денег?
   А н т о н. Ну да, денег.
   Ю р к а. А каких денег?
   А н т о н. А я откуда знаю?
   Ю р к а. Вот и я, Антон, не знаю. И никто этого не знает. Деньги, деньги, деньги...Всё вокруг каких-то денег крутится. А что за деньги, ни одна живая душа сказать не может. Ни документов, ни свидетелей. Только два трупа налицо...Причём один в чемодане. Эх, если бы не этот чемодан! Как он мне реноме подпортил. Теперь, куда ни придёшь, на встречу какую, или на собрание, обязательно вопрос из зала будет про чемодан. Вот и приходится выкручиваться, всякую чушь на ходу придумывать. Вешаешь болванам лапшу на уши, а сам про себя только и думаешь: не дай Бог, ненароком что всплывёт, да тебя же и зацепит! А всплыть, между прочим, всё, что угодно, может. И так зацепить, что потом не отцепишься, пока в грязи не захлебнёшься. И не будет тогда у дяди Юры ни перспектив, ни возможностей...Одним словом, прощай светлое капиталистическое будущее.
   А н т о н. Дядя Юра, я тебя сегодня что-то плохо понимаю. Ты это о чём?
   Ю р к а. Да так, ни о чём. Трудно тебе, Тоша, это понять...Да я и сам, честно говоря, многого не понимаю. И чем больше думаешь, понять стараешься, тем больше не по себе становится. Иной раз, бывает, до того додумаешься, что аж мурашки по коже!
   А н т о н. Так ты думаешь, это тебе бомбу подложили? А мать с отцом случайно там вместо тебя оказались?
   Ю р к а. Причём тут я? Я-то на своей машине езжу, а не на той, что взорвали.
   А н т о н. А-а...А чего ты тогда боишься? Что они и твою машину взорвать могут?
   Ю р к а. Да кто меня взрывать будет? Кому я нужен...Разве что сам себя взорву, для поднятия рейтинга.
   А н т о н. А противники, дядя Юра?
   Ю р к а. Какие противники?
   А н т о н. Ну, эти...Политические.
   Ю р к а. Да какие мы противники! Противники...Разве что, когда за круглый стол садимся. Ну, ещё, когда у спонсоров денег просим. А как подопрёт! Да ещё если кто бутылку поставит...Живо из противников в собутыльников превращаемся. В общем, все мы, Тоша, когда-то в детстве красные галстуки и октябрятские звёздочки носили.
   А н т о н. Так чего тебе тогда бояться?
   Ю р к а. Человеку, Тоша, всегда есть, чего бояться.
   А н т о н. Смерти, да?
   Ю р к а. Её-то чего бояться? Боись, не боись, а она всё равно ранно или поздно ко всем приходит...И, чаще всего, без спросу...Нет, Тоша, я не об этом.
   А н т о н. А о чём?
   Ю р к а. О кодексе уголовном.
   А н т о н. Уголовном?
   Ю р к а. Да, Антон, уголовном. Вот чего, точно, надо бояться...Особенно у нас.
   А н т о н. А его-то тебе чего бояться? Ты-то тут причём?
   Ю р к а. А вот при том. Возьмём хотя бы один момент. Я о чём другом и заикаться не стану, только об одном тебе скажу.
   А н т о н. О чём?
   Ю р к а. А вот о чём. Когда мы с твоим папкой чемодан тащили, так он у нас из рук вырвался, и целый пролёт вниз по лестнице катился...
   А н т о н. Да ну?
   Ю р к а. Вот тебе и ну. Со свистом летел, только на ступеньках подпрыгивал. А ведь мать твоя в чемодане даже ни разу и не ойкнула...Просекаешь?
  
   (Из кухни выходят Р и т а и В а л я)
  
   В а л я. Ну, вот, мы и закончили...Всё прибрали...Давай-ка, Юрик, потихонечку домой двигать.
   Ю р к а (вставая). А ты, Антон, держи хвост пистолетом! В общем, будь мужиком, понял? И не вздумай никому болтать о нашем с тобой разговоре.
   Р и т а. О каком ещё разговоре?...Это что ещё за тайны от меня в моём доме?
   А н т о н. Не твоё дело.
   Ю р к а. Ритуля, ты не волнуйся. Мы тут с Антоном кое-что тет-а-тет...
   Р и т а. Что вы от меня скрываете? Я тоже имею право знать! Это мой дом!
   В а л я. Рита, Рита, успокойся. Послушай меня, я тебе хороший совет дам. Никогда не лезь в мужские дела.
   Ю р к а. Вот, вот, правильно. Ты её слушай, она плохому не научит.
   Р и т а. Как это, успокойся? Почему это я должна успокоиться? Я у себя дома, и хочу знать, что это за тайны?
   А н т о н. Мало ли что ты хочешь? Много хочешь, мало получишь.
   Р и т а. Надо же! И этот туда же! Крутого из себя строит, а сам...Ты хоть о деньгах с дядей Юрой переговорил?
   Ю р к а. Что такое? О каких ещё деньгах?
   А н т о н. Да мы тут это...Мы с Риткой собирались...Ну, короче, тут у нас одно дело...
   Р и т а. Да ладно тебе мямлить! Тоже мне, мужик, двух слов связать не может. Нам, дядя Юра, деньги очень нужны.
   В а л я (всплеснув руками). Ритулечка! Антошечка! Да как же так?
   Р и т а. У нас денег нет. Жить совершенно не на что.
   В а л я. Куда же вы их подевали-то?
   А н т о н. Никуда мы их не девали.
   В а л я. Нет, нет! Нельзя так неразумно деньги тратить. Деньги счет любят, их экономно расходовать надо, а то никаких денег ни на что не хватит...
   Р и т а. Да мы их ни на что и не тратили!
   В а л я. Да что ты говоришь?
   А н т о н. У нас их никогда и не было.
   В а л я. Вот уж ни за что не поверю. Я знаю, в вашей семье деньги всегда водились, и никак в одночасье исчезнуть не могли. Должны они где-то быть.
   А н т о н (неуверенно). Мы не знаем. Может быть, где-нибудь и лежат.
   Ю р к а. Ладно, мать, не жмись. Придётся молодым помочь. Грех не помочь, хотя бы немного на первое время дать.
   Р и т а. Ой, спасибо, дядя Юра!
   Ю р к а. Но сильно много дать не могу, сами понимаете.
   В а л я (холодно). Юрий Владиленович, Вы особо-то ребят не обнадеживайте.
   А н т о н. Да мы много и не просим.
   В а л я. Антоша, у нас вообще нет такой возможности, давать вам деньги...Разве что взаймы одолжить?
   Р и т а. Одолжить, так одолжить.
   А н т о н. А как мы их потом отдавать будем?
   Р и т а. Как-нибудь. Всё равно, жить на что-то надо.
   А н т о н. А откуда мы их потом возьмём? С работой полная неопределённость...
   Ю р к а. Ну, ребята, я тогда ничем помочь не могу.
   Р и т а. Да не слушайте вы его! Как-нибудь отдадим. Не сидеть же, в конце концов, совсем без денег?
   В а л я. А ты, Антон, что скажешь? Согласен, или нет?
   А н т о н. А что поделаешь? Конечно согласен.
   В а л я. Садись тогда, Антон, пиши расписку.
   А н т о н. Какую расписку? Зачем?
   Ю р к а. Ты не знаешь, зачем расписки пишут?
   А н т о н. Я не знаю, как её писать.
   Ю р к а. Ничего. Садись и пиши. Она тебе продиктует. В этих вопросах она хорошо разбирается.
   А н т о н (садится за стол). Давайте.
   В а л я. Так...Пиши, Антон...(Диктует вслух)..."Мы, Антон Николаевич Кукловский и Маргарита Николаевна Кукловская, обязуемся отдать к означенному сроку..." Здесь, Антоша, сделай пропуск..."каждый, сумму в размере одна тысяча американских долларов...Юрию Владиленовичу Спиноломову...взятую у него в долг..." Написал? ... Теперь подписывай...И ты, Рита, тоже подпиши.
   Р и т а. Давайте, подпишу...(Подписывает)
   Ю р к а (прячет расписку ). Ну, что же, молодежь...(Достаёт из портмоне банкноту и кладёт на стол) ...Теперь с полным правом можете получить свою законную тысячу.
   Р и т а (растерянно). Дядя Юра, а как же...
   Ю р к а. Что такое? Чем ты недовольна?
   Р и т а. Ты же каждому обещал по тыще баксов.
   В а л я (ласково). Нет, Рита, это вы обязуетесь отдать каждый по тысяче долларов. Вы же расписались.
   А н т о н (растерянно). Как это?
   Ю р к а. Очень просто. Ты подумай, кто же без процентов даёт? Отдавать-то неизвестно ещё когда...
   Р и т а. А когда нам их отдавать?
   Ю р к а. Успеется. Можете не спешить.
   А н т о н. Но вы же не сказали...
   Ю р к а. А что об этом сейчас говорить? В права наследования вы ещё не вступили, так что ни денег у вас, молодежь, за душой, ни имущества...Да и с работой лучше меня знаете, как дела обстоят. Короче, о сроках потом.
   А н т о н. Ну, ты, дядя Юра...Ну, ты даёшь...Сказал бы я тебе...
   Ю р к а. Не надо, Антон. Лучше не продолжай, а то потом сам жалеть будешь. А мы всё равно уже уходим.
   В а л я. А и вправду, Юра, засиделись мы в гостях. И тебе давно пора отдыхать...А вы, ребята, на нас не обижайтесь. В такой ситуации кто вам ещё взаймы даст? А мы вам всегда помочь рады, мы же вам не чужие. И не бесчувственные мы, всё понимаем...В общем, звоните, если что, заходите.
   Ю р к а. Ну, бывайте...Чего насупились? Ещё спасибо дядя Юре скажите...
  
   (В а л я и Ю р к а уходят)
  
   Р и т а. Вот залетели! Ты, Антон, обкурился, что ли? Ты какого чёрта эту бумагу подписал?
   А н т о н. Ты, как будто, не подписала.
   Р и т а. Мне-то срочно деньги нужны, вот я и подписала.
   А н т о н. Можно подумать, мне они не нужны.
   Р и т а (потянувшись за банкнотой). Мне нужнее...
   А н т о н (опережая, хватает банкноту). Ну, уж нет! Так дело не пойдёт. Ты деньги на всякую дребедень потратишь, а мне потом отдавать...
   Р и т а (пытаясь выхватить банкноту). Отдай!...Тебе говорят, давай сюда!
   А н т о н. Ритка, отцепись! Половина моя, половина твоя. А долг каждый сам отдавать будет, договорились?
   Р и т а. Вот ещё! Стану я с таким охломоном договариваться!
   А н т о н. Не хочешь, как хочешь. Тогда я всё себе забираю, согласна?
   Р и т а. Нет, не согласна! Давай половину.
   А н т о н. Вот разменяю и отдам.
   Р и т а. Ну, так иди, давай, да меняй! И поскорее.
   А н т о н. Ладно, так и быть, пойду, разменяю...А ты хоть бы картошки пока сварила, что ли? Есть хочу, не могу...
   (А н т о н уходит)...
  
   Р и т а (расхаживает по комнате). Ага, разбежалась! Картошки, видите ли, ему, проглоту, захотелось... Стану я из-за картошки маникюр портить...Да-а, не очень-то мне это нравится. Какие-то пятьсот баксов. Ничего стоящего не купишь...А отдавать придётся целую тысячу...Интересно, может быть, от матери что-то осталось? Надо бы пойти, проверить, пока Антона нет. Он такой простофиля, всё равно ничего не заметит ...(Уходит в комнату матери, возвращается со шкатулкой в руках)...Так, посмотрим ...(Садится за стол, перебирает содержимое шкатулки)...Тьфу ты, галиматья какая...И для чего это она столько дряни насобирала?...Ничего путного...Одна бижутерия...Хм...А это что ещё такое? Тоже, небось, подделка?...Ладно, посмотрим...(Прячет в карман)...Надо бы в ломбард отнести, проверить...
   (Шум в прихожей, входит А з а)
  
   А з а. Здравствуй, Рита...А почему у вас дверь не заперта?
   Р и т а. Да это Антон опять закрыть забыл. Вечно он так, прямо, как маленький.
   А з а. Значит, тебе и за братом следить надо. Ты теперь за хозяйку здесь осталась.
   Р и т а. За ним, пожалуй, уследишь.
   А з а. А не уследишь, так беды не оберешься. В открытую-то дверь не одни только друзья войти могут. Иной раз, бывает, и недруги без приглашения вламываются.
   Р и т а. Ты нотации мне сюда пришла читать?
   А з а. И ты не хочешь доброго совета послушать?
   Р и т а. Хватит уже, надоело.
   А з а. Ну, что же, ты теперь сама себе хозяйка. Не хочешь, так не слушай. У тебя теперь своя жизнь, никто ей, кроме тебя, распоряжаться не вправе. Куда её сама развернёшь, туда она и пойдёт.
   Р и т а. Кого развернёшь? Куда? Куда я без денег-то развернусь?
   А з а. А ты, Рита, из себя бедную не строй.
   Р и т а. А что, я, богатая, что ли?
   А з а. Бесприданницей не прикидывайся, не надо.
   Р и т а. Да что у меня есть-то? Ничего ведь нет.
   А з а. Как это, ничего? А квартира эта? Не квартира, а хоромы настоящие! А про гараж забыла? А дача, а барахло разное? Всё это денег стоит, и немалых...А ты говоришь, ничего.
   Р и т а. Ну и что?...И не всё здесь моё, половина Антону достанется.
   А з а. Зато остальное тебе. Можно сказать, половина уже твоя. А ведь ты, милая, за свою жизнь ещё палец о палец не ударила.
   Р и т а. Ты зато много наударяла! Ударница какая выискалась, капиталистического труда. Такая работящая, спасу нет!
   А з а. А ты меня работой не попрекай, молода ещё.
   Р и т а. Ага. Оно и видно по тебе, как ты вся изработалась.
   А з а. Я свою семью сама содержу! И они у меня не один хлеб с водой едят. И даже не с одним маслом ... А ты гостям даже стакана чаю не нальёшь.
   Р и т а. Вот ещё! Чаю ей захотелось...Подумаешь, важная птица какая.
   А з а. Важная, не важная, а гостей, как положено, встречать надо, раз хозяйкой назвалась.
   Р и т а. Ладно, пойду, принесу тебе чаю...Только его ещё заварить надо.
   А з а. А я, Рита, подожду...Иди, иди! Обо мне не беспокойся, мне спешить некуда...
  
   (Р и т а уходит на кухню)
  
   А з а. Ну, вот, слава Богу! Наконец-то ушла...Пока нет ее, кулёмы эдакой, обсмотрю-ка я здесь всё по-быстрому...(Обыскивает комнату)...И куда же это Ирка-покойница могла затырить?...Ага, вот он...
  
   (В углу за тумбочкой А з а находит приклеенный скотчем пакет. В это время из кухни выходит Р и т а)
  
   Р и т а. Ты чего это?...Чего ты тут шаришься без спроса?
   А з а (прячет пакет за спиной). Да это я так. Ничего.
   Р и т а. Как это, ничего? А это что там у тебя такое?
   А з а. Успокойся, дорогая, это тебя не касается...(Хочет спрятать пакет за пазухой)...У нас с твоей матерью свои дела были.
   Р и т а. Как это, успокойся? Как это, не касается? Какие такие у тебя дела с ней были? Ах ты, воровка старая! А ну, сейчас же отдай!
   А з а. Тьфу ты! Типун тебе на язык! Какая я тебе воровка?
   Р и т а. Обыкновенная, вот какая!
   А з а. Ничего я у тебя не украла. Своё забираю.
   Р и т а. Ничего твоего в этом доме нет! Всё здесь теперь моё!
   А з а. Знаешь, сколько мне твоя мать задолжала? Не знаешь, вот и молчи. Так и не рассчиталась со мной, Ирка, померла.
   Р и т а. А я-то тут причем? Я тебе ничего не должна! И ничего тебе отдавать не собираюсь!
   А з а. А мне, Рита, от тебя ничего твоего не надо. Я на чужой каравай рот не разеваю. Я не вашей породы, я честь знаю...
   Р и т а. Ишь, ты, честная какая! Обманщица ты и воровка!
  
   (Шум в прихожей, входит А н т о н)
  
   А з а. Зато не убийца...
   А н т о н. Кто убийца?...Какой убийца? Про кого это она?
   Р и т а. Да не слушай ты её! Порет какую-то ахинею, а сама у нас уже что-то утащить успела!
   А н т о н. Постой, постой, а причём здесь убийство?
   Р и т а. Да ни причём! Воровка она! Свёрток какой-то у нас украла и не отдаёт! Хватай её, Антон!
   А з а. Я тебе схвачу, я тебе схвачу!...(Достаёт откуда-то газовый баллончик)...Я тебе так схвачу, мало не покажется...А будешь меня оскорблять, сопля зелёная, так я молчать не стану! Всё, как есть, расскажу!
   А н т о н. Что ты расскажешь?...Про кого?...Про отца?...Ты откуда это знаешь? Тебе кто рассказал? Дядя Юра?
   А з а. Какой ещё дядя Юра? Никакого дяди Юры я не знаю.
   А н т о н. Спиноломова?
   А з а (презрительно). Чего-о? Спиноломова? Тоже мне, фигура. Кому он нужен, этот Спиноломов...А про отца твоего я знать ничего не знаю, и знать не желаю.
   А н т о н. А про кого же ты тогда рассказать грозилась?
   Р и т а. Врёт она всё, хрычовка старая! Нас напугать хочет!
   А з а. Слишком много о себе воображаешь. Очень мне это нужно, каких-то молокососов пугать.
   А н т о н. А чего ты тогда? Ты если не про отца с дядей Юрой, то на что тогда намекаешь?...Ну, говори!
   Р и т а. Говори сейчас же!
   А з а. На взрыв, дорогие мои, на взрыв.
   А н т о н. На взрыв?...Не понял.
   А з а. А для кого бомбу подложили, понял?
   А н т о н. Для матери.
   А з а (смеясь). Ага! Держи карман шире, для матери.
   А н т о н. Ты, если что знаешь, прямо говори!
   Р и т а. Да ничего она не знает! А если что и знает, то тебе-то, Антон, какая от этого польза? Пусть у неё самой от этих знаний башка треснет! Кому эти знания нужны?
   А н т о н. Она же про нашего отца с матерью что-то знает!
   Р и т а. Ну и что? Теперь-то что об этом думать? Чем ты им поможешь? Их больше нет, и ничего теперь уже не изменишь, с того света их не вернёшь...
   А н т о н. Ритка, как ты можешь!
   Р и т а. А я живая, понимаешь? Я жить хочу! И мне для жизни деньги нужны! И чем больше, тем лучше! А она у меня их украла! Пускай отдаёт то, что без спросу взяла!
   А з а (продвигаясь к выходу). Всё равно не отдам...Не тебе у меня отбирать, кишка тонка...
   Р и т а. Антон! Чего ты стоишь? Она же сейчас уйдёт!
   А н т о н. А что я могу сделать?
   Р и т а. Ну, сделай же хоть что-нибудь! Будь мужчиной!
   А з а (смеясь). А откуда ему знать, как быть мужчиной?...(Уже стоя в дверях)...На прощанье мой вам совет, голубки...
   Р и т а. Да заткнись ты со своими советами! Не в стране советов живём!
   А з а (укоризненно). Ай-яй-яй, какая грубиянка! Как со своими гостями разговаривает...
   Р и т а. Я тебя в гости не приглашала! Ты сюда сама ворвалась! Да ещё и ограбила нас, воровка старая! Не хочешь по-хорошему отдать, так я сейчас пойду, милицию позову!
   А з а. Не позовёшь, дорогая моя, не позовёшь.
   Р и т а. Почему это не позову? Позову, ещё как позову.
   А з а. И что же ты, интересно, в милиции скажешь? Что я у тебя такого взяла?
   Р и т а. Свёрток, вот что!
   А з а. И что в этом свёртке было?
   Р и т а. Вот пускай милиция и разбирается!
   А з а. Ой, дорогая, лучше не надо. Вам от этого всё равно только хуже будет.
   А н т о н. Да перестань ты, Ритка. Чего с ней без толку тявкаться?
   Р и т а. Антон, ты, что, сдурел? Не понимаешь?
   А н т о н. Да ладно, чёрт с ней, пускай уходит.
   А з а (смеясь). Вот молодец, правильно, вот это по-мужски. А ты, Антон, на самом деле умнее, чем кажешься...Ну, голубки, прощайте, не поминайте лихом...
  
   (А з а уходит)
   Р и т а. Да ты совсем свихнулся!
  
   (Р и т а выбегает вслед за А з о й)
  
   А н т о н. Свихнёшься тут с ними. Все только на что-то намекают...И каждый себе кусок урвать норовит! Как шакалы...А ведь друзьями назывались! И что это за люди такие? Не понимаю...Да и люди ли они вообще?... Ничего я в этой жизни не понимаю...Как дальше жить? С кем жить? Для чего жить? Неужели весь смысл этой жизни - деньги?...Ну, хорошо, пусть для них деньги главное. Так неужели и для меня, кроме денег, не остаётся ничего стоящего в жизни?...А ведь, я помню, как было хорошо раньше безо всяких денег. Помню, как мы с отцом ходили на рыбалку. Как нас бабушка встречала горячими пирогами. Как мы все вместе собирались за столом, пили чай, смеялись, шутили...Как нам было тогда весело! Казалось, так будет всегда. Нам было так хорошо, что мы даже и не задумывались о будущем. И вот всё хорошее куда-то исчезло...Неужели теперь в моей жизни уже никогда не будет так хорошо, так радостно на душе, как было когда-то? Неужели всё хорошее, что осталось, это деньги?
  
   (Входит Р и т а)
  
   Р и т а (шипит про себя). Вот паскудство...(Громко)...Ты хоть деньги-то разменял?
   А н т о н. Разменял, разменял.
   Р и т а. Давай мою долю.
   А н т о н (отдаёт деньги). На, вот, возьми, и отстань от меня.
   Р и т а. Вот ещё, отстань...(Прячет деньги)...Можно подумать, я к нему пристаю. Очень мне это надо... Растяпа!
   А н т о н. Что?...Что ты сказала, повтори.
   Р и т а. Что слышал. Растяпа ты и есть. Кто за собой дверь не закрыл? Из-за тебя у нас сверток украли! А мы даже не знаем, что в нём было.
   А н т о н. Ну и чёрт с ним.
   Р и т а. А если баксы?
   А н т о н. Откуда баксы-то?
   Р и т а. От верблюда. Мать могла спрятать, чтобы никто не нашёл.
   А н т о н (недоверчиво). Да ну. Уж баксы-то она бы получше куда-нибудь запрятала.
   Р и т а (озираясь по сторонам). Знаешь, что?...А ты, наверное, прав. Надо бы нам с тобой, как следует, в разных местах поискать. Не баксы, так может быть, чего-нибудь ещё найдём.
   А н т о н. Ты, что, серьёзно? Без дураков?
   Р и т а. А что нам ещё остаётся делать? Не на углу же стоять с протянутой рукой?
   А н т о н. Ладно, давай, поищем. Попытка - не пытка...
  
   (А н т о н и Р и т а начинают поиски. Открывают ящики в столах, этажерках, тумбочках. Высыпают содержимое на пол, ползают на коленях, рассматривают. Несколько раз по очереди уходят в комнату матери, приносят коробки и также их вытряхивают. Гора вещей на полу растёт, напоминая начало 1-го действия)
  
   Р и т а. Вытряхивай всё...
   А н т о н. Что это?
   Р и т а. Барахло...Ну-ка, ну-ка, а вон там глянь?
   А н т о н. Ерунда какая-то...
   Р и т а. А вон там что?
   А н т о н. Ничего особенного...Пиз.....ка от часов...
   Р и т а. А это что за хреновина?
   А н т о н. Дрянь какая-то...
   Р и т а. Ну, что там у тебя?
   А н т о н. Да так. Фигня одна...
   Р и т а. Зачем они всё это г...о насобирали?
   А н т о н. Главное, зачем они всё это в новую квартиру перевезли?
   Р и т а. Ты, давай, ищи.
   А н т о н. Я ищу. Только нет ничего.
   Р и т а. Ищи, ищи...
   А н т о н. Да я ищу...
   Р и т а. Смотри внимательнее...
   А н т он. Да я смотрю...Только ничего не вижу...
   Р и т а. Лучше ищи...
   А н т о н. Где ещё искать-то?
   Р и т а. Всё равно ищи.
   А н т о н. И так уже всё перерыли...Смотри, беспорядок какой устроили! Неделю убираться придётся.
   Р и т а (задумчиво). Знаешь что, Антон? А ведь мы с тобой неправильно ищем.
   А н т о н. Как это, неправильно?
   Р и т а. Не по научному.
   А н т о н. А как это, по научному?
   Р и т а. А вот так. Надо сначала поделить всю квартиру на участки, а потом уже, всё, как следует, обсмотреть. Все стены простучать, в каждый угол заглянуть, каждую щель обследовать! Вот тогда, может быть, и найдём что-нибудь.
   А н т о н. А ты, пожалуй, верно мыслишь.
   Р и т а. Я всегда верно мыслю.
   А н т о н. С какого угла начнём?
   Р и т а. Давай, Антон, мы вот как поступим. Я эту комнату обследовать буду, а ты пока у отца поищи. А там видно будет.
   А н т о н. Ишь ты, хитрая какая! Там, наверное, и нет ничего. А вдруг ты без меня что-нибудь здесь найдёшь? Небось, с братом не поделишься.
   Р и т а. Да брось ты, Антон! Куда я денусь-то?
   А н т о н. Ты-то никуда, а вот...
   Р и т а. Иди, давай, ищи! Нечего тянуть резину, как решили, так и сделаем.
   А н т о н. Ладно, так и быть...Пользуешься моей добротой...
  
   (А н т о н уходит в комнату отца)
  
   Р и т а (рассуждает вслух). Так...С чего начнём?...Со стен...(Обходит комнату, простукивает стены) ... Ничего...И где же это может быть?...Ну, где же, где?...Может быть, здесь?...Нет...А тут?...Тоже ничего...Плохо, ой, как плохо...Так, посмотрим под окном...Опять пусто...И за батареей тю-тю...Ну, не за окном же?...Хотя, почему бы и нет? Ей что угодно в голову могло взбрести...Проверю-ка я для спокойствия...
  
   (Р и т а открывает окно, залезает на подоконник, высовывается наружу, шарит руками над головой за окном)
  
   Р и т а. Ура-а-а! Я так и знала! Вот оно! Нашла! Ну, класс!...Сейчас достану...
  
   (Р и т а ещё сильнее тянется на цыпочках кверху. В комнату забегает А н т о н с пистолетом в руке)
  
   А н т о н (возбужденно). Ритка, смотри, что я нашёл!...(Делает стойку, целится)...Руки вверх! Стрелять буду!
   (Раздается выстрел)
  
   Р и т а. Ой!...(От испуга дёргается, теряет равновесие и вываливается из окна)... Мама-а-а-а!!!
   А н т о н (подбегает к окну, кричит). Ритка!...Ритка-а-а!...Не-е-е-т!...Эх, Ритка, Ритка...Что же ты наделала...
   (Раздаётся стук в дверь. Слышны голоса)
  
   Г р о м к и е , г р у б ы е г о л о с а. Откройте!...Откройте сейчас же!...Откройте, это милиция!
  
   К О Н Е Ц
  
  
  
  
   19
  
  
  
  

 Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Д.Сугралинов "Дисгардиум 3. Чумной мор"(ЛитРПГ) А.Шихорин "Ваш новый класс — Владыка демонов"(ЛитРПГ) Д.Сугралинов "Дисгардиум 4. Священная война"(Боевое фэнтези) С.Панченко "Ветер"(Постапокалипсис) М.Атаманов "Искажающие реальность-6"(ЛитРПГ) А.Завадская "Архи-Vr"(Киберпанк) Б.Ту "10.000 реинкарнаций спустя"(Уся (Wuxia)) К.Федоров "Имперское наследство. Вольный стрелок"(Боевая фантастика) А.Ригерман "Когда звезды коснутся Земли"(Научная фантастика) В.Василенко "Статус D"(ЛитРПГ)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
И.Мартин "Время.Ветер.Вода" А.Кейн, И.Саган "Дотянуться до престола" Э.Бланк "Атрионка.Сердце хамелеона" Д.Гельфер "Серые будни богов.Синтетические миры"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"