Эквилибриум: системный подход к программированию
|
LAV.UA#UNDEFINED
|
|
|
"Я небогат, есть у меня лишь грезы -
И я их все сложу к твоим ногам,
Ступай легко... Ты топчешь мои грезы..."
Йейтс
В поисках первоисточника
Здравствуйте все, кто еще чувствует. Наверное, так следует начать.
Речь сегодня пойдет о сравнительно новом фильме, а также о том, чем он
может привлечь внимание заинтересованных лиц, помимо условной принадлежности
к жанру "фантастический боевик".
Причины, по которым я (то есть мой прототип?) посмотрел это кино, наверное, банальны -
увидел рекламку по телику, с турбореактивными поединками в духе "Драйва", да
название в башке засело - больно уж заковыристое, строптиво непереведенное
нашими прокатчиками с латинского и потому надежно застревающее в извилинах
простого смертного, аще он и виртуальный
(даже после того, как из подсознания всплывет этимология и будет найден
"ужасный" для прокатчиков эквивалент на великом и могучем).
Зашел, значица, мой прототип в пункт проката, от нечего делать: видит - стоит.
На полке с так называемыми "блокбастерами" (то есть, откровенными поделками, что
перепевают творческие находки других поделок Голливуда, чьи секреты
просто хранили лучше и фильмы смогли обрести душок "культовости" задолго
до попадания в розничную продажу - благодаря (оч)умелой рекламной компании и
манипулированию слухами).
Рядом стояли клоны и помеси "Людей в черном", "Чужих", "Джуррасик-парка" и
"Обители зла" (представьте себе столь гремучую смесь в одном флаконе:
чего стоит, к примеру, морально устаревший "Генозавр"), не говоря уже об "Особях", "Индепенденс-днях",
"Факультетах", "Немезидах" и т. п.
Плюс сомнительной ценности рекомендации "от создателей такого-то (забыл
название) фильма в жанре "экшн".
Но иной цели, кроме как поразвлечься, у меня (то есть, у прототипа?) не было - стало быть,
сошел бы и голый "экшн", если бы за "матрицеподобным махаловом" (сделанным,
кстати, качественнее, чем в "Матке" (на наш взгляд)) не маячил
призрак чего-то "классово близкого"... нет, не коммунизма itself, но
той темной стороны изначально благого намеренья - желания сделать людей
счастливыми... любой ценой.
Какое счастье, что не удосужился перед этим слазить в Сеть... Там бы мне
заранее сформировали мнение, далекое от положительного, и эта статья так и
не состоялась бы (как и "автопросмотр").
Дело в том, что большинство критиков не уходят дальше сравнений с "Матрицей",
отмечая "наличие отсутствия эффекта пули" (велика потеря!), а те, которые
уходят (словно сговорились), неизменно приплетают "451 %(простите, "градус") по
Фаренгейту" Брэдбери (каковую книгу читали теперь уже, увы, не все), Оруэлла и
лишь некоторые блещут знанием фамилии Хаксли или... дают волю вольным ассоциациям
с творчеством отечественных "социальных устрашителей" вроде Замятина и
сравнивают "позы, в которых замирает на экране Бэйл" с... приснопамятным "Робокопом" в
исполнении Уиллера... Словно обозреватели сами перед просмотром оттягивались в
полный рост на дружеской вечерине (с неизменными у нас "40 градусами по
Менделееву") и в создавшейся утром "нездоровой атмосфере" нежелания или немочи
копаться в себе в поисках авторского видения... читали друг друга в Сети и
вовремя соглашались с отмеченными более шустрыми собратьями красивостями и
наведенными кем-то еще аллюзиями.
Не знаю, как насчет Брэдбери, "1984" и "Brave New World", но Замятинское "Мы"
вряд ли можно назвать одним из компонентов смеси, на которой замешан здешний баланс
того, чему следует "животно" восхититься, а над чем - крепко подумать головой.
Хотя бы потому, что режиссер фильма, Курт Виммер, не обязательно (а скорее всего
попросту "не") знаком с творчеством мистера Замятина: увы и ах, ЭТО сняли там у
них, и несмотря на здравый минимализм
(который, увы, не уложится в бюджет даже самого "кассового" отечественного фильма)
и мрачненький "призрак К.", бредущий где-то на заднем плане
широкоформатной антиутопии, то, что "русский - язык межнационального общения,
которым разговаривал Ленин", никак не означает нашего вклада в создание
рассматриваемой здесь картины. Так что наши видные антиутописты, увы, скорее
всего успешно отдыхают: к созданию этой памятки эквилибриста они не имеют никакого
отношения, как бы это ни задевало "национальную гордость отечественных
производителей российской фантастики".
С другой стороны, кадры со Сталиным и Хуссейном, мелькнувшие в пугающем "Интро"
(сразу перед аллегорией Судного Дня - ядерной вспышкой), тоже не несут
смысловой нагрузки, в смысле прямой исторической преемственности - скорее
срабатывает механизм "далекой аналогии" с весьма условной (в силу
отвлеченности и шаблонности таких ассоциаций) привязкой к действительности.
Дело в том, что даже у нас, законно негодующих за годы надругательства над
человечностью, со времен распада Союза успело вырасти поколение
молодых людей, для которых понятия "тоталитаризм" и "культ личности" -
отвлеченные до полной абстрактности (в нашей действительности таких
моментов нет - они где-то там, "у них"... На Востоке), каковыми в пору моего
ученичества были и "красный террор", и тем более "восстание декабристов" - за ними
в лучшем случае стоят имена и даты событий, в худшем - ассоциаций не возникает и нормальный
человек охотно принимает на веру первое попавшееся объяснение (можно еще
вспомнить "якобинцев" и террор после Французской революции - вот уж где
учителя могли нас программировать совсем безболезненно (и для себя в том
числе ;)).
Поэтому условность - фильма явление закономерное, и увязывать его
с известной нам действительностью... можно, в меру собственной эрудиции, но
с известными же оговорками: аналогии лгут. В этом проявляется величие и
ущербность искусства - две стороны одной изобразительной силы. Как математическая
задача, без явленного толковым преподавателем "физического" смысла (хотя бы
в "штуках матрии" и "количестве работы некого (увы, неделимого;) землекопа"),
выглядит набором арифметических действий, что способно вызывать у учеников лишь
скуку, так и реальными героями произведений искусства являются идеи, не дающие
спокойно спать автору - если вспомнить тот же "451 градус", вся
литература (в концентрированной своей сути, essense) наполнена людьми и
событиями, "которых... никогда не было" - на них лишь спроецированы мысли
автора по наболевшему вопросу. И прекрасно, что вопрос этот "болит" в нем -
непреходящая истина искусства в том, что без этой чувственной компоненты -
без Боли (в широком смысле слова: "боль как апелляция к сопереживанию") - оно
остается собранием голых, холодных идей, которыми ни пролетария, ни соловья
не накормишь, не вылечишь хворых, не поднимешь упавших и грешников не спасешь.
А фильм, о котором идет речь, событие уже в этом отношении: фабула его такова,
что рядовым гражданам запрещено испытывать иную боль, кроме физической.
Ни зрителю, ни режиссеру по известным причинам неважно, когда это произошло -
важно "КАК ЭТО БЫЛО". Поэтому в истории проставлена открытая дата: "сразу после
Третьей Войны".
Чтоб вы жили в такое интересное время (шутка).
Нам вконец обрыдли ссоры из-за абстрактных понятий "нация", "государство",
"суверенитет", "свобода", "жизненные интересы Соединенных Штатов"
(см. Ф.К.Дик, "Человек в высоком замке"), и, памятуя о правильном способе
лечения обыкновенных болячек, решили избавится от причины: слишком много крови,
как в переносном, так и в прямом смысле, нам попортили зависть, злоба,
ненависть, ярость, похоть, обида, уныние и "общее чувство неполноценности",
маскируемое "расовой гордостью", нетерпимость, названная "национальным
самосознанием", которые в конечном итоге от начала времен толкали сынов
человеческих к убийству себе подобных. Мы освободили человечество от бремени
косной природы - источника нашего зверства.
И, в духе Игнатия Лойолы, в жертву великой цели пришлось принести дружбу,
чувство прекрасного, радость, любовь, вдохновение творца... Такая мелочь -
в обмен на гарантию порядка и спокойствия: "в здоровом государстве будет
здравый покой..."
Ну типа. Сказано - сделано: "всем пацакам надеть пацифики"! Каждый день
начинать с обязательных "Ку!": прослушивание гимна Либрии и очередной телеги
Вождя "за хорошо и плохо", всем гражданам показан "prosium", каждый день
(можно и вместо еды). Только, на всякий пожарный, скажем, для
"борьбы с очагами энтропии и сохранения кислотно-щелочного баланса социальной
термодинамики" создано было отдельным декретом спецведомство с юрисдикцией
в районе выпрямления пизанских башен, выравнивания бугорков, извилин и
береговых линий: даешь Тетраграмматон! А зачем нам это неизъяснимое имя?
А чтоб никто не догадался, чем реально будут заниматься мрачноватые святоши-клерики
(с виду - ну чисто утопленнички, что твои близняшки агента Смита) -
столпы всеобщего равновесия и стимуляторы Веры в светлое настоящее, для тех, кого
"прозиум" почему-то не берет.
Штаб-квартира, как водится, - палата мер и весов #6. Телефон для справок 451.
Здесь вы можете получить отпущение шибко умных мыслей и новую дозу препарата.
А занимались наши рыцари плаща и сменившей кинжал пары пистолетов, прямо
скажем, темными делишками.
Типичное утро местных штази: аскетичный офис в стиле позднего техноренессанса,
со стальными верстаками вместо мебели. Плановая проверка бдительности -
"сигнальный" звонок в службу спасения Родины:
- Престон слушает... (Этого парня играет Кристиан Бэйл).
Выдержка из личного дела Джона Престона: "в Партии с
момента поступления в церковноприходскую школу, характер нордический,
в эмоциональных проявлениях, порочащих его, не замечен..."
- Клерик Престон! Поступил сигнал, что в Пустоши обнаружены предметы
из коллекции Лувра.
- Rodger. Мы выезжаем...
В Пустошь едут как на сафари: в белоснежном воронке (это не бред - белые
вороны у нас! белые! побочное действие прозиума) к уже обложенному
тяжело вооруженным спецназом зверю - горстке "неподдающихся".
Видит бог, мы этого не хотели...
Первым делом Престон наблюдает смерть старика-повстанца... у себя на руках.
Ноль эмоций - кто не спрятался, мы не виноваты. Далее, санитар леса покажет, на
что способен выпускник "церковно-приходской школы", и почему штурмовики спецназа
считаются здесь за грязь под ногтями: с разбега вышибаем дверь, перекат через
плечо, оценка ситуации - статистическая... (Правда, похоже на мысли робокопа?)
В течение десятка секунд тьма кромешная озаряется вспышками выстрелов,
в ходе чего один-единственный клерик Джон Престон в массовом порядке выводит
"статистов" из обращения... двумя пистолетами и без никаких ноктовизоров и
прочих аналогов "кибервидения" - тут аналогия с "Робокопом" таки дает сбой.
Никаких сверхспособностей - только владение приемами "Карты Огня".
(Или Ган-Ката? Плохо слышать стал. В отличие
от того, что преподают на военной кафедре, это специфический способ
передвижения в боевых условиях, основанный на знании зависимости
расположения противника от его количества на конкретном участке территории.
Гарантированный успех и математическая оптимизация расхода боеприпасов -
куда там джедаям с их Силой! Просто, как все гениальное...)
Но это еще не все - надо изъять запрещенные к ввозу в страну предметы.
Шарим по стенам миноискателем: опаньки! Мона Лиза... Смотришь на нее,
смотришь... А она тебе уже улыбается. Подлинник, значит... Ну, что ж, мона и
Лизу: "Сжечь!" - звучит команда, и глядя в честные глаза борца за равновесие,
понимаешь: какой там, к черту-дьяволу, комплекс Герострата! Парень и правда
ничего не чувствует - оглох уже от анаболиков.
Порядок восстановлен. Можно расслабиться и задуть косяк с правильной травой:
бамбук - правильная трава... Но что-то мешает. Беспокоит Престона
моральный облик его напарника (Шен Бин). Все-то паренек норовит припрятать
вещдок-другой - все больше из книжек, включенных в местный index librorium...
- Эй, гаврош, да ты у нас грамотный, оказывается...
- Престон, ты же семейный человек: разве это жизнь - на одну зарплату? Проверю
по каталогу, может, эту книженцию можно загнать на черном рынке по сходной цене.
И добро бы, загнал... А он, стервец, не только не продал - он и нас, клериков,
предал! Своих боевых товарищей... КонтрРРАА!
И невозмутимый нормальный герой стреляет в бывшего друга сквозь книжку
"крамольных" стихов - отрывок из которых покойный процитировал перед
"процедурой", каковой и вынесен в эпиграф к этой статье.
Думается, чтоб составить представление о порядочках тамошнего режима,
этого вольного среза "их нравов" достаточно.
А дальше в идеальной боевой машине что-то поломалось: заскочил шарик за нужный
ролик или просто замаялся клерик на работе своей собачьей... Начал Престон
вести себя странно (для нового напарника) и шугаться собственного сына - тот
бдительно следил за папиной лояльностью, рекомендуя ему, как "встроенный
напоминатель", обратиться в Эквилибриум за новой дозой.
Отечественные обозреватели сыночка, разумеется, радостно записали в почетные
пионеры-герои... по сомнительной статье, правда - по той самой, где они потом
дико извиняются и расписываются в своей благодарности, что в Престоне-младшем
они приятно ошиблись: в том то и штука, что до самого конца фильма, "кто есть ху",
не особенно понятно... и померещившийся "Павлик-предатель" оказывается верным
сыном своего отца. "Мы давно уже не колемся, папа!"
Прозрев после незаконного прослушивания 9-й симфонии Бетховена и увидев
город в лучах зари, Престон мечется от "своих" к "чужим" и обратно, как
взбесившийся бумеранг: кладет целый отряд спецназа в пустоши заради спасения
неблагодарной псины, сходится с инсургентами под предлогом двойной игры... и
подставляет (неумышленно) сначала кучку бомжей во время облавы, а затем - всю
верхушку сопротивления во главе с Антивождем.
Удивительным образом ему это сходит с рук, порой подозрительно удивительным...
"Кучка бомжей" сошла с рук, когда удалось перевести стрелки на амбициозного, но
глуповатого нового напарника, поломав его честолюбивые замыслы.
Ну, а "кучка вождей" - это уже, оказывается, был стратегический план по
уничтожению сопротивления, как класса.
И естественно, тут замешана женщина: клерик бережно хранит лоскут
материи с запахом жены, отправленной в печь за "эмоциональное преступление", а
затем влюбляется... в любовницу собственноручно убиенного Шена Бина... То есть
предыдущего напарника. (И это для нее, увы, тоже было фатально - на казнь Престон
банальным образом не успевает...)
В итоге, добивается невозможного: аудиенции с самим Вождем: в "белой бурке" и
с японской шашкой у бедра, героя республики... тестируют на полиграфе,
"для соблюдения обычных формальностей". Вот тут, что называется, во всей
красе предстает новообретенная Престоном способность чувствовать: лицо
у героя Бэйла по сценарию невозмутимое до неприличия (Престону это идет), но
самописцы прямо-таки сходят с ума, когда ловко подставленный и "повинный смерти"
новый напарник является нам живой и здоровый, представляясь чуть ли не
правой рукой вождя... Который тоже оказывается подставным лицом из
"ближайшего окружения", а обладатель той божественной харизмы, что круглосуточно
вещает с экранов - давным-давно умер и переработан на "минеральные удобрения".
Но клерик что иезуит: выучка ему не изменяет. Гнев, мелькающий в кадре,
холоден - и самописцы мертвы.
Стильность "Эквилибриума" проявляется во всем: мрачная готика Либрии
напоминает немецкий город времен второй мировой - толпы граждан
больше похожи на марширующие полки жертв геббельсовской пропаганды, то и дело
проползают броневики с огнеметами в башнях, на каждом углу маячат парни в
кожанках и шлемах, с штурмовыми "Штайрами" наизготовку...
(Так и вспоминается почему-то всеми забытая "Страна Отцов", с ее победившим
Рейхом.)
По постановке боев первую "Матрицу" здесь делают, как ребенка. От сцены, где
Престон, безнадежно пытаясь спасти от зачистки банду доходяг, рукоятями
верных "пистолей" дробит забрала шлемов, носы и трахеи десантников, и до
апофеозного марш-броска сквозь строй придворных "эсэсовцев", с финишем
в кабинете "Фюрера". Воистину, не прогадал Виммер, смешав в одном флаконе
систему движений восточных единоборств и огнестрельное оружие: даже опошленныые
всеми боевиками катаны не выглядят здесь "к корове седлом" - ни в качестве
церемониального атрибута воинской чести, вкупе с позаимствованным от самураев
презрением к смерти, ни по прямому назначению.
Новый напарник в конце явно "не тянет" - гнев Престона,
более неподвластный химическим оковам, становится вдохновением: "молодого да
раннего" он рвет, как грелку, не теряя даром времени перед схваткой с "боссом
уровня". И Вождь нас не разочаровывает - противники явно стоят друг друга
и предугадывают движения оппонента, словно ведут бой с собственной
тенью... (Правда, в ассоциации вкрадывается мыслишка о клинче Нео и Смита на
станции метро, когда им пришлось перейти к рукопашной из-за нехватки
боеприпасов.) Но Вождь переоценил человечность клерика, только-только
вышедшего из-под колпака "принудительной свободы": "Ты же не выстрелишь
в человека? Или выстрелишь..." Наивен, как дитя: Престон так долго был лишен
этой части себя - чувств, которые делают людей людьми, что ни за что не
расстанется с ними, ради абстрактного человеколюбия и милости к падшим:
"С радостью!" - Рычит герой Бэйла. И на лице его мелькает эта самая
неподдельная радость, что невозможно не поверить: се Человек.
В общем, граждане пролетарии, это надо смотреть. Что касается развлечений -
"Эквилибриум" бьет в десятку. (Из положения "прыжок с переворотом" ;) Но и
любители покопаться в себе да поразмыслить о вечных вопросах, думаю, в
накладе не останутся: несмотря на чужие аллюзии, Виммер предложил свой вариант -
такой вот "танец со шмалерами". Must Have, Must Watch!
Материалы для внеклассного чтения
http://www.lumier-film.aaanet.ru/film_article.html?equilibrium
http://www.internet.ru/articles/99352.esp
http://www.cinergia.com.ua/informat/1134/
http://filmz.ru/7/1316_1.shtml
http://she-kitt.narod.ru/equilibrium.html
|
|
|
Jun 21/ Y2K+3
|
|