Шолох Юлия: другие произведения.

Забытая развилка

Журнал "Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь]
Peклaмa:
Конкурс фантастических романов "Утро. ХХII век"
Конкурсы романов на Author.Today

Летние Истории на ПродаМане
Peклaмa
Оценка: 7.97*16  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Постапокалипсис. О выживших после конца света. О новых людях, плохих и хороших, о старых проблемах, неясном будущем и вечном. Текст забран на правку.
  • Скачать полный вариант

Старая развилка


    

     1
    Килька сбежала из дому в день, когда ей исполнилось двадцать.
    Дождалась утра, когда братья отправились на запланированную проверку дальних ловушек в Трехпалом овраге, где любили копать норы новые лисицы - с наступлением весны их шкурка становилась удивительно тонкой, почти бесшёрстной, такую очень просто выделывать и удобно использовать для шитья легкой, но крепкой летней одежды. Братья вернутся не раньше темноты, Килька вышла во двор и провожала их широкие спины до тех пор, пока те не слились с лесом.
    Помогла по хозяйству Таньке, терпеливо сдерживая острые, ноющие приступы оголенной совести - невестке придется ох как нелегко одной, без помощи. Но с другой стороны - после родов прошел уже почти месяц, да и Тузик выздоровел, не будет требовать постоянного ухода. Племянника Килька усадила играть в своей комнате, строго наказав не будить мать, пока не захочет есть. И насыпала полную чашку орехов, так что есть мальчишка захочет еще нескоро. Таньку убедила, что сама прекрасно со всем справится, а ей лучше отдохнуть, пока вышла такая оказия. Убедилась, что невестка и новорождённая уснули, это не заняло много времени - ребенок с рождения спал как положено, а сама Танька кренилась каждую свободную секунду, прислоняясь ко всему твердому и сразу же закрывала глаза - роды были тяжелыми и она все еще толком не отошла. Все еще быстро уставала и практически не чувствовала голода.
    Но эти неудобные мысли Килька упрямо отгоняла. Уложив Таньку, притащила несколько ведер воды, чтоб с запасом и сварила кашу из дикого овса. Оставила доходить в печи - несколько часов каша будет теплой, значит, проснувшись, невестка нормально поест. Хорошо бы еще сварить компот из сухофруктов с медом, как Танька любит... Но времени в обрез, а совесть проще просто заткнуть. Килька заглянула в комнату - племянник терпеливо таскал по полу куски дерева, играя наперегонки сам с собой в игру, которая перешла ему по наследству от деда. Килька эту игру хорошо знала, так как еще в детстве имела счастье обучиться ей непосредственно у своих отцов. В числе прочих сказочных историй они частенько рассказывали и про дурно пахнущие железные машины, что ездят сами собой и никто их не волочит и не толкает. А если с такой сойтись лоб в лоб, то от человека останется так же мало, как после встречи с новым медведем. Помнится, самым интересным в игре была возможность пыхтеть и шипеть так сильно, как только душа пожелает.
    Стараясь не мешать мальчишке, Килька достала вещи из-под топчана, застеленного шерстяным одеялом до самого пола на случай, чтобы раньше времени никто не увидел ее приготовлений. Черно-красный рюкзак был еще отцовским - их оставалось всего три и два других на рассвете унесли с собой братья. Несмотря на то, что по сравнению с самим побегом кража нужных в хозяйстве вещей вроде рюкзака и палатки была не таким уж и сильным проступком, стыдно было именно за нее. Только за нее.
    Хотелось крепко поцеловать на прощание Тузика, но дети легко улавливают неестественное изменение в поведении взрослых, так что был риск проколоться. Зарыдает еще, разбудит Таньку - тогда пиши, пропало. А откладывать Килька больше не могла. Новое, ждущее впереди будоражило кровь, которая прямо в венах кипела, шипела и бурлила, требуя немедленных и решительных действий. Там впереди, за линией горизонта раскинулся другой, самый прекрасный мир, который только и делал, что ждал ее, Килькиного пришествия.
    Стоя на пороге комнаты, она еще раз оглянулась на племянника. Умыть бы чумазого... да что уж там.
    Килька вышла на крыльцо, тихо прикрыла за собой дверь и быстрым шагом направилась в южную сторону.
    На самом деле никакой сегодня не был день её рождения, а был просто очередной весенний день из того множества дней, когда снег сошел, а солнце набирает обороты и становится настолько теплым, что можно обходиться без верхней одежды. Следить за календарем перестали во времена, когда отец Илья с семьей и друзьями сбежали из города и забились далеко в лесную глушь, благодаря чему выжили, да и во время морозов не до календаря было, так что когда именно родилась Килька, ей было неизвестно. Ранней весной. Трава уже достигала щиколоток, но яйца дикие утки еще не несли. В день, примерно похожий на сегодняшний. Очень примерно, но Кильке хотелось верить, что по счастливому стечению обстоятельств она отправилась на поиски людей именно в свой день рождения. Такая веха, за которой началась совершено другая, разноцветная и душистая, как сочный цветущий луг, жизнь.
    Ко времени, когда начало темнеть Килька проделала огромное расстояние, чем осталась весьма довольна.
    Каждое лето братья обходили по периметру места вокруг своего жилища, проверяя, не завелось ли на окрестной территории пришлых людей. Ни чужаков, ни их следов давно уже не встречалось, но заведенный отцом Ильей ритуал проверки тщательно соблюдался. Прошлым летом старший брат подвернул ногу и вместо него младшего сопровождала Килька, что позволило ей хорошенько изучить южное направление. Места обхода остались позади еще когда солнце стояло высоко, следовательно за день она ушла так далеко, что теперь точно не догонят, ведь по ее расчетам братья только-только вернулись домой, уставшие и без единой догадки, в какую именно сторону ее понесло. Да и смысл возвращать того, кто жаждет уйти? Они погорюют немного, Танька поплачет, конечно, но потом смирятся с потерей и будут выживать дальше.
    Килька поставила маленькую брезентовую палатку, накрыла клеенкой, потому что весенние дожди начинались в любое время суток практически при чистом небе. Развела огонь и сразу же достала кусочки резины, которые они использовали, чтобы отгонять диких зверей. Бросила парочку в огонь - вонючий темный дым прижался к земле и пополз, пропитывая собой окрестные кусты. Поддерживать в течении ночи огонь не получится, потому что нужно выспаться, а лучшей защиты, чем незнакомый отталкивающий запах и не придумаешь. Даже разумной Кильке пришлось подавить инстинктивное желание отойти от костра подальше и напомнить себе самой, что лучше бы потерпеть. Что именно эта вонь даст возможность сохранить тело до рассвета в целости и сохранности, не побывав в зубах нового медведя или волка, которые имели привычку выходить на охоту в любое время суток.
    Жуя размоченный в воде сухой хлеб, Килька решила, что завтра пройдет еще большее расстояние. Сил и здоровья занимать не приходится - Килька никогда, даже в самые сильные морозы не болела. Ее физическим развитием, воспитанием и обучением занимался лично отец Илья, который решил, что слабая новорождённая девочка или умрет или выживет и тогда ей ничего не страшно. Килька выжила.
    Теперь она превратилась в высокую, худощавую девушку с узкими бедрами и немного широковатыми плечами, что нестранно, когда приходиться часами бегать по лесу, а в остальное время колоть дрова и копать землю. Внешне Килька очень походила на отца Илью: темные прямые волосы до плеч, узкий нос, слишком длинный, чтобы считаться миниатюрным, светлые серые глаза, совершенно спокойные и даже жутковатые в своем спокойствии. Впрочем, пугать ими было некого - за всю свою жизнь Килька видела всего несколько человек: отцов, мать, двух братьев, Алешку, подругу и невестку Таньку и с недавних пор - рождённых невесткой детей. И каждый из окружающих взрослых мог легко сравниться с ней взглядом, способным отпугнуть даже хищника. Такой случай имелся, когда старший брат повстречал недалеко от дома двух диких собак, отбившихся от стаи и неизвестно как забравшихся на их территорию. Местному зверью такие самоубийственные глупости в голову не приходили.
    - Смотрю на морды, а на них прямо раздумье... что же передо мной стоит? - с охотой рассказывал брат после. - И вдруг вижу, глаза загораются - еда!.. А здоровые такие... выжили же самые крепкие, да еще за годы обтесались в соперничестве с волками. Я думаю, а, все равно не убежать, делаю шаг навстречу и давай орать во всю глотку: 'Сожру! С костями! Я голоде-ен!'. Руки расставил, думаю, схвачу первого и задавлю, чтоб жизнь свою задёшево не отдавать. Нет, не еда, меняется у них в глазах мысль... а тот, кто ест! Попятились, хвосты задрали и бежать...
    Брат продемонстрировал, с какой миной пытался наброситься на собак и все хохотали.
    Килька не могла знать, что увидь таким брата, бежать бы бросились многие... очень многие люди. Но зато она твердо знала - прожить свою жизнь, не убедившись, что на свете существуют другие разумные существа, она не желает.
    Подаренный отцом Ильей перед смертью нож Килька по дороге из руки не выпускала и спать укладывалась тоже вместе с ним. Если вдруг случиться нечто непредвиденное и запах не отпугнет хищников, проблема появится только в случае, если явится кто-то крупный, вроде медведя или если нападающих будет двое, хотя все ночные охотятся поодиночке. Одного противника небольших размеров Килька всерьез не принимала. Обе ее руки в районе запястий закрывали широкие кожаные наручи на случай необходимости заткнуть ими звериную пасть, чтобы отвлечь напавшего и попробовать убить раньше, чем он убьет тебя. Наручи в лесу она не снимала никогда, потому что однажды пришлось совать в зубы бешеной лисице голую руку и оставшиеся после того случая шрамы ныли каждый раз, когда наступал мороз. Повторять ошибку не хотелось, тем более порвать голое запястье, пустив кровь, куда проще, чем защищенное.
    Кстати, тот случай был на ее счету третьей смертью.
    - Лисица сожрать бы тебя не смогла, но порвала бы в любом случае сильно, а на кровь быстро соберутся другие хищники, покрупнее. Так что или от зверей, или от потери крови и сил, или от бешенства, которое ты наверняка подхватила, ты уже умерла, - с довольным видом поучал отец Илья, ковыряясь в своем ящике, куда запрещено совать нос, доставая ампулы, а после делая болезненный укол в живот. Он почему-то любил такие подсчеты, хотя Килька не видела в них необходимости - после первой смерти от воспаления легких или чего-то похожего сразу после рождения уже бессмысленно считать, сколько бы раз она умерла без оставшихся от цивилизации предметов. Какая разница сколько раз, если после первого считать было бы некому? Но если отцу Илье нравиться, пусть себе считает.
    - Я делаю все, как ты учил, - тихо сказала Килька его мутному образу, вызванному перед сном из памяти. - Четвертого раза пока не было.
    Через несколько минут она уже спала, так и не разжав обхватившие рукоятку ножа пальцы - спасающие жизнь рефлексы были отточены у Кильки на отлично.
    ***
    Ронька услышал шаркающие шаги, когда уже улегся спать и частично расслабился. На улице недавно стемнело, к тому же окна комнаты, где устроено их жилище накрепко заколочены досками. Зачем лишний раз засвечивать свое местонахождение? Тем более такое, где удобно отлеживаться... Ронька подскочил при звуках доносившего снизу шарканья, недолго прислушивался, узнал в чередовании шагов что-то неуловимо знакомое и бросился встречать ПП. Тому хватило сил прикрыть за собой ржавую дверь подъезда и добрести до лестницы на второй этаж. Сама лестница отсутствовала, вместо нее имелась ощетинившаяся арматурой пустота - чтобы попасть выше, нужно было залезть на груду строительного мусора, ухватиться за торчащий из бетона железный прут и подтянуться. Ронька спрыгнул вниз, подставляя плечо и ППшер с облегчением навалился на брата, позволяя себе расслабиться, после длительного напряжения перед глазами замельтешили неминуемые в таких случаях размытые цветные пятна. После них, бывает, теряешь сознание... хотя это про слабых. Если бы ПП был слабым, давно бы уже узнал, есть ли жизнь после смерти.
    Пришлось подсаживать его, почти забрасывать наверх, напрягая все мышцы и упираясь носками ботинок в крошёный кирпич. Шум братья устроили страшенный. Хорошо, что ППшеру хватило сил держаться за торчащую из слома верхней площадки арматуру, пока Ронька не поднялся сам и не втащил его за шкирку. Потом снова подставил плечо и молча довел до комнаты.
    К расспросам Ронька приступил только проведя необходимые процедуры - уложил практически безвольное тело на широкий матрас, где они спали вдвоем, предварительно сдернув одеяло и оголив не самую чистую рваную тряпку, заменявшую простынь; раздел, промыл водой из канистры ссадины и синяки, чтобы оценить масштаб повреждений. С удовольствием прощупал кости на предмет переломов, наслаждаясь шипением и тихой руганью - громкой у ПП сейчас не получалось. Удостоверился, что нет крупных порезов, на которые придется накладывать швы. ППшеру редко так везло, ведь судя по всему, противник у него был не один.
    - Кто и где? - коротко спросил Ронька.
    ПП шипел сквозь зубы, пока брат промывал ранки на плече и обрабатывал их края перекисью. Рваные... наверняка оставленные одним из кастетов, которыми предпочитают вооружаться в банде Тарзана. Есть у них умелец - гранит края острыми, похожими на небольшие когти кромками. Судя по всему, кастет отметился только дважды, да и то по касательной, кроме того на спине имелось несколько неглубоких ножевых порезов, которые уже подсыхали. Ну, не считая синяков, один, самый большой, расплылся прямо по пояснице. Футболка порвана... это плохо, порезы затянутся и заживут, синяки сойдут, а вот с одеждой дела обстоят куда хуже - ходить в том, что ткут фермеры - простейший способ мгновенно опозориться, а одежду прежнего мира достать все сложнее, как и любые другие прежние вещи. К примеру, за те армейские ботинки, которые вот уже четыре года носит Ронька, в деревне легко предложат половину свиной туши.
    - У Булки поймали, у этой... такой, ну что в Толпе живет. Ты ей еще яблоки таскал красные, помнишь? Вот, к ней парни Тарзана заявились, а тут я... Повезло еще, что они в полынье были.
    Ронька перешел к ощупыванию лица, к носу, немилосердно дергая его из стороны в сторону. Не сломан, что удивительно. Вертлявый ППшер... Скользкий... Иначе отхватил бы кастетом в лицо и остался бы Ронька на свете один одинешенек. Свет от свечи в глиняной плошке с удовольствием плясал по темным пятнам на теле ППшера, делая их страшнее, чем было на самом деле.
    - Что ты несешь? Кто в полынье по бабам ходит?
    - Они не все... трое трезвых.
    Оставалось только чертыхаться. Раз уж родился такой невезучий... напороться на целую кучу тарзанщиков, причем в Толпе, где они обычно не появляются, потому что у них на территории имеется свой собственный курятник. А с другой стороны... раз уж выжил в возрасте трех лет, когда половина всего населения вымерла от болезни, а вторая половина - в процессе выжигания заразы кардинальными методами вроде стирания целых населенных пунктов с лица земли, уже можно считать все назначенное на долгий срок везение за раз и выбрал.
    - Чего сразу не сбежал?
    - Я первый пришел, - сквозь зубы сообщил ПП, но тут же не сдержался и снова зашипел - словно в отместку Ронька вылил последние капли перекиси прямо в красноту пересекающих плечо царапин.
    - Драться из-за бабы... - неодобрительно покачал головой, отставляя в сторону пустой пузырек.
    - Почему из-за бабы? - ППшер задумался. - Из-за статуса.
    - У Тарзана нашему статусу выше подвала в принципе не подняться, - хмыкнул Ронька. Несмотря на боль в разбитых губах ППшер не удержался от короткого смешка.
    Когда братья достаточно подросли и решили, что не желают существовать всю жизнь, крысятничая по мелочи, как существовали в городской Толпе все брошенные дети, то задумались о будущем. Тогда, как и сейчас город делили между собой две банды. Братьям хватило ума понять, что третьей силе, которую пытались в тот момент организовать парни из фермеров, привлекая таких ребят, как Ронька и ППшер, места не было в принципе. К тому же они прекрасно знали, что остаться в стороне от разборок им в любом случае не позволят и там где не прошли уговоры, для убеждения вскоре перейдут к грубой силе. Однако природная смекалка подсказывала, что при попытке фермеров отвоевать себе часть территории первое, что сделают существующие банды - объединятся и задавят наглецов, после чего спокойно вернутся к прежней жизни - привычным мелким и не особо напряжённым стычкам. Стоит уточнить, что именно это и произошло - вскорости после попытки выступить против нынешнего порядка большинство тех, кто усилено описывал братьям красоты их будущей жизни уже вовсю удобряли землю.
    К этому времени братья решили, что единственный подходящих им выход - примкнуть к одной из существующих группировок. Тогда они сделали ход конем - увели пикап с вещами у Тарзана и пригнали его лидеру Краснокожих. Это позволило без длительных, довольно унизительных периодов службы для новичков и непроверенных сразу стать бойцами, пусть и низшего ранга. С тех пор прошло несколько лет и они уже состояли в личной охране Джиппера, сменившего два года назад прежнего лидера Краснокожих. Тарзан все еще крепко держался на верхушке своей банды. Живы братья были естественно только потому, что Тарзану не выпало удобного случая до них добраться, да и существовало негласное правило бойцов трогать только в крайнем случае, а в остальном отыгрываться на слабейших. Ведь от бойцов зависели сборы с фермеров, за счет чего в основном и жили городские. Но сомневаться не приходилось - лидер тарзанщиков не из тех, кто может запамятовать подобную обиду. Так что долг висел и проценты капали...
    - Отдыхай, Казанова задрыпаный, - беззлобно ругнулся Ронька, сгребая в кучку оставшиеся после обработки ран лекарства. С сожалением заглянул в пузырек из-под перекиси. Пустой. Зато зеленки еще пол ящика, на всю жизнь хватит. Но перекись значительно лучше, потому что ходить с мордой, раскрашенной в неравномерные зеленые пятна один из способов выставить себя на посмешище. Настоящий боец должен вызывать страх, а не хохот.
    Лучше бы он тоже пошел... Но голова трещала, потому остался дома, отдохнуть. А вот ППшера разве такой ерундой удержишь...
    Ладно, главное, что закончился еще один день, а они живы, вместе и местами даже здоровы.
    ***
    Петр вошел в дом и в сенях тяжело уселся на мокрую лавку прямо рядом с ведрами воды. Он устал, очень устал... Но с принятым большинством решением не поспоришь, даже если ты по местным меркам долгожитель - тридцать шесть. Да и вообще... Несколько лет назад он ни разу ни поморщившись пришел бы к точно такому же решению.
    На кухне уже ждала Светка. Тут же потащила на стол тарелки, суровым взглядом загнав всех детишек на печку.
    - Садись, садись, ешь, я согрела, - быстро повторяла, мельтеша перед глазами, - голодный поди, с вечера как засели, так и сидели, и сидели! И о чем можно было столько времени языком чесать?
    Петр молча взял кусок хлеба. У Светки он неплохой получался, твердый, зато с хрустящий корочкой. Однако сегодня, вонзая зубы в душистый теплый ломоть, он понимал, что даже этот хруст не радует и не отвлекает. Зато ближайшие двадцать минут можно расслабиться и ничего не делать - Светка рта не закроет.
    Так и получилось.
    - ...и говорит, что ребенка не студила! Вот стыдоба-то, ну на кой ляд врать? Люди видят, если дите сидит в луже в одной рубашке с утра до вечера, а еще снег местами, то докажи потом что не студила! А еще рыдала, что чуть не помер. Тоже мне мать... Тьфу!
    Петр в отношении недотепы-матери никаких эмоций не выказал, потому что попросту не слушал. Даже жевал машинально.
    - И еще склад пшеничный вынесли, слышал?
    Эта новость, в отличие от предыдущей заслуживала самого пристального внимания.
    - Какой склад? - насторожился Петр, поднимая глаза от тарелки.
    - Не наш, не бойся... У рыжебородых, за белоглинной ямой. Одного не пойму, зачем городским пшеница, а? - вопрошала приторно веселым голосом Светка. - И откуда узнали? Навели их, точно тебе говорю, специально навели! А знаешь, кто? Пигалица эта мелкая, ну которую в прошлом году городские увезли. Дочь соседа того мужика, где корову зимой волки сожрали.
    - Златовласая дева, за которую папаша хотел выкупом лошадь получить? - поинтересовался Петр.
    - Какое там дева, - презрительно фыркнула Светка, - говорят, приезжала с городскими. Глаза черной краской обведены на пол лица. С губ нарисованные потоки крови текут. Кричала ором, говорят. Что ненавидит всех нас и все мы как грязь под ее ногами. Что всех сдаст и пусть мы все сдохнем с голоду. А потом вообще - вот стыдобища - выставила напоказ заднее место, юбку задрала и наклонилась и говорят... на ней ничего под юбкой-то и не было.
    Петр промолчал, отводя глаза от раскрасневшегося женского лица. Давно уже бросил попытки понять, отчего бабы так странно себя ведут - сначала рыдают и рвут волосы от жалости к несчастной судьбе невинной девушки, украденной бандитами, а вскоре ее же костерят последними словами.
    Светка неожиданно замолчала, глупо хлопая глазами.
    - А сборы... так чего решили-то?
    Петр по инерции еще немного пожевал, хотя во рту уже ни крошки не было.
    - Решено идти на северо-восток, искать новое место для деревни. Последние два года хорошие, урожайные, есть возможность переселиться, чтобы оказаться подальше от городских. Так что пойдем скоро... искать.
    - Как на восток?.. Там же живого ничего нет!
    - Решили, уже должно быть. Земля - она быстро отходит, когда без химии. Север проверяли, там леса глухие, расчищать под поля некогда и некому. На юге - море. Выбор был или запад или восток. Выбрали восток.
    - И ты идешь?
    - Идут те... - он вдруг криво ухмыльнулся, сжимая хлеб так сильно, что мякоть почти полезла между пальцами, - кого не жалко. А значит и я.
    Светка, как ни странно молчала. Всего минуту назад пышущее праведным гневом лицо стало теперь бледней поганки. Петр может и не самый лучший мужик в деревне, но кто еще позарится на вдову с тремя детьми да еще с бедрами такого размера, что и вдвоем не обхватишь. Хотя может кто бы и позарился... но ведь надо, чтобы не просто ходил, а еще и помогал. Не просто кувыркался на матрасе, а колол дрова, латал крышу и пахал землю. Без мужика в хозяйстве долго не протянуть...
    Завтрак так и закончился в тишине, даже дети на печи примолкли, словно от чего-то спрятались.
    
Оценка: 7.97*16  Ваша оценка:

Популярное на LitNet.com Л.Мраги "Негабаритный груз"(Научная фантастика) Wisinkala "Я есть игра! #4 "Ни сегодня! Ни завтра! Никогда!""(Киберпанк) В.Соколов "Обезбашенный спецназ. Мажор 2"(Боевик) Р.Цуканов "Серый кукловод. Часть 1"(Киберпанк) А.Респов "Небытие Бессмертные"(Боевая фантастика) Н.Александр "Контакт"(Научная фантастика) В.Соколов "Мажор 3: Милосердие спецназа"(Боевик) А.Робский "Охотник 2: Проклятый"(Боевое фэнтези) Е.Флат "В пламени льда"(Любовное фэнтези) А.Эванс "Проданная дракону"(Любовное фэнтези)
Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Д.Иванов "Волею богов" С.Бакшеев "В живых не оставлять" В.Алферов "Мгла над миром" В.Неклюдов "Спираль Фибоначчи.Вектор силы"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"