Иванович Юрий. Уникумы Вселенной

Глава одиннадцатая

АЛЕКСАНДР БРОДИ

Выбравшись из убежища, Александр Константинович, осматривался ещё более внимательно, чем в прошлый раз. А потом так же скрытно, постарался в щель рассмотреть то место, где устроили себе базу желлатуки. Каково же было его удивление, когда он заметил дозорного, стоящего на видном месте и тот сразу же в приветствии поднял обе руки. Вдобавок ещё и сделал призывный жест одной рукой, мол, давай, иди сюда, не стесняйся.

Землянин не столько стеснялся, столько не мог понять, как его так быстро и чётко заметили. Вначале. Потому что после тщательного осмотра по сторонам, рассмотрел у себя со спины, на обломке стены, некое поблескивающее устройство величиной со спичечный коробок. Чтобы его достать, следовало на стену взобраться, что было довольно просто, но тогда уже дозорный увидит его непосредственно и наверняка останется недоволен покушением на свою собственность. Ведь проводя первый разговор с человеком, мохнатики ни к факелу не притронулись, ни к стеллажу. Уважили чужие границы, значит и к своим вещам ожидают подобного отношения.

Трудно было понять, какие конкретно функции несёт в себе эта маленькая коробочка. Скорей всего, она лишь фиксировала перемещение объекта и давала сигнал своему хозяину. Но могла давать и полную картинку изображения. Отсутствие экрана или чего-то подобного у дозорного, не отрицало такой идеи: ведь изображение могло выводиться на виртуальный экран, а то и непосредственно на сетчатку глаза.

И по большому счёту, Броди был заинтересован во втором варианте. Если орангутанги увидели человека, и не воспылали к нему сразу ненавистью или сразу не начали агрессивных действий, следовательно подобных гуманоидов они видели, знают, а то и дружны с ними.

То есть следовало срочно решать: идти в гости, или нет?

А ведь день уже клонился к вечеру, и малейшая задержка приведёт к блужданию по руинам в полной темноте. Или придётся разжигать второй факел, что сразу выдаст точку расположения. Вот потому археолог и решил быстрей, чуть ли не бегом отправиться к своей берлоге. И если желлатуки за ночь не предпримут в отношении него поиск, то с утра можно будет к ним вернуться и тогда уже инициировать попытку полноценных переговоров.

Поэтому Александр вначале разочаровано развёл руками в камеру (если это была она!) и показал рукой на садящееся светило, а потом такие же действия проделал, уже выйдя на открытое пространство. Дескать, я бы с радостью, да дела слишком важные ожидают. А вот завтра, обязательно приду. На прощанье поднял в знак приветствия обе руки, получил в ответ точно такой же жест, и уже со спокойной душой заторопился к своей "берлоге".

Успел вовремя, отыскав знакомую узкую щель в виде тоннеля, уже в густых, можно сказать чернильных сумерках. В хозяйстве всё оставалось нетронутым, а значит, воришек или любопытных в округе не водилось. И уже нисколько не сомневаясь в усвояемости найденных круп и макаронных изделий, Броди разогрел что у него имелось и одновременно наварил новые запасы пищи. Ведь с раннего утра заниматься готовкой будет и лень, и некогда.

А пока ел, его взгляд упал на некие остатки дверей, которые взрывом кое-где вырвало из рам, но вдребезги не раскурочило:

"Лишняя предосторожность никогда не помешает! - уже в который раз за сегодня пришла в голову хорошая мысль. - Да и в доме просто обязана быть наружная дверь".

Так что, несмотря на чрезмерную сытость и желание завалиться спать немедленно, землянин потратил полчаса на комплектацию своего жилища. Отыскав самое узкое дверное полотно, он его заклинил в удобном месте тоннеля, всего лишь в метре от окончательного выхода. А потом ещё и подпёр изнутри несколькими камнями, кусками арматуры, и парочкой прочных ломов. Если кто слишком назойливый и захочет войти без приглашения, то ему придётся проламывать импровизированную дверь внутрь, наружу её вытащить не удастся при всём старании. Или проламывать преграду топором.

И только после этого, нечаянный путешественник заснул с почти спокойной совестью. Почти - по той причине, что за весь день не удалось ничего выяснить ни про Ларису, ни про друзей. И даже уверенности уже не было, что они тоже перенеслись именно в этот мир. А уже только маленькое представление картинки, где его жена одна, в чужом мире, голодная, беззащитная и замёрзшая...

Еле удалось отогнать этот кошмарный образ более приятными воспоминаниями. Иначе бессонная ночь была бы гарантирована. А потом и усталость взяла своё.

Но проснуться всё-таки пришлось. Включив мобильный телефон и рассмотрев время, Броди ругнулся нехорошими словами:

- Ходят тут всякие...!

По земным понятиям, было где-то около трёх часов утра. Так что какие-то прыжки, топот, хруст переворачиваемых камней, могли быть следствием нежданного визита какого-нибудь зверя. А кому не спится по ночам? Понятно кому, только хищникам! Хотя и не факт, ведущего ночной образ жизни зверья, тоже хватает. Те же бегемоты, весьма активно продолжают кормиться и ночью, выспавшись за день, и набравшись сил.

"Может его вспугнуть? - размышлял археолог, высматривая щели с дождевыми стоками. - Наорать на него, он и покинет чужую территорию..., - и словно в ответ на его мысли, послышалось конкретное, весьма недовольное мяуканье. - Ой! Только этого мне не хватало!"

Ворвавшаяся в сознание паника, имела под собой все основания. Если здесь громадные петухи летают, барсуки ростом с человека и нутрии с полметра, не считая хвоста, то каким мутациям мог подвергнуться простой домашний кот? Тем более что топал он словно бегемот, легко ворочал большие булыжники и мяукал так утробно и страшно, что волосы у человека непроизвольно вставали дыбом. А если мутации подверглась не домашняя кошка, а рысь? Пантера? А то и тигр?

Несколько смущало отсутствие кошачьих следов в городе. Если судить по этому факту, то никаких котов тут и в помине никогда не было. Или были, но очень давно. Значит, ночной хищник мог наведаться в этот город в первый раз? Но если продолжать логическую цепочку, то неизвестное мяукающее существо вообще могло вывалиться на эту планету из совершенно иного мира. Если уж вертолёт с пассажирами вывалился, то что говорить о каком-то тигре!

Но тогда вообще получается, что начавшие вдруг нежданно работать порталы перемещений, спровоцируют массу трагедий, недоразумений и катастроф. И хорошо ещё, если вину за такие вот пертурбации в конечном итоге не возложат на плечи руководства экспедиции археологов с Земли.

А ночной визитёр тем временем, отыскал тот самый проход, который использовался хозяином заманчиво пахнущей берлоги. Вначале послышался скрежет, затем недовольное мяуканье-рык, и наконец, последовал такой удар по несчастному огрызку дверей, что показалось его выносят тараном, сделанным из тяжеленного ствола дерева.

"Он что, с разгона на неё кидается?! - Броди проникся опасностью, лихорадочно разжигая газовые конфорки на плите и выбирая оружие. Один длинный лом он сразу концом положил над пламенем. Потом подумал, и положил рядом ещё один лом для прогрева кончика. - Если этот тигр любит охотиться ночами, то огонь ему в любом случае не понравится. Значит, будем вначале отпугивать факелом! Ну а потом уже вернёмся за импровизированными копьями..."

Свою берлогу он собирался защищать в любом случае. Не говоря уже о запасах пищи, отменной воде тут найденных, ещё и самому хотелось банально выжить.

Вскоре факел был разожжен, и землянин подался по тоннелю к выходу. Удары там продолжали раздаваться с завидной настойчивостью, перемежаемые хриплым мяуканьем, хотя по силе заметно убавились. Но вот своего решения пробраться внутрь, хищник отменять не собирался.

При осмотре двери, Броди похвалил себя за предусмотрительность и правильное укрепление полотна: оно хоть чуточку и перекосилось, да треснуло в одном месте, продолжало оставаться прочной преградой. Со злорадной ухмылкой, хозяин жилища взобрался на камни, протолкнул факел в щель под самым сводом и попытался высмотреть, кто это так настойчиво стучится?

И вначале даже не сообразил: как ОНО двигается и что вытворяет. Нечто огромное, прыгало снаружи на дверь, сотрясало её ударом, и с огромной скоростью убиралось обратно. Вначале даже показалось, что это огромный мохнатый мяч. Потом удалось рассмотреть, что за мячом виднеется прикреплённая к нему то ли труба, то ли колонна. И только потом, пришло озарение: это ведь лапа! Огромная, здоровенная лапа! Скорей всего и в самом деле принадлежащая какому-то гигантскому тигру. Животное при всём желании не смогло бы протиснуться в узкую щель целиком, но вот выломать преграду, а потом и дождаться разбегающихся в стороны человечков, явно вознамерилось. А когда появилось освещение факела, хищник ещё и пригнулся, пытаясь рассмотреть как там дела с дверью. После чего, нисколько не испугавшись огня, продолжил свои равномерные движения лапой. И когда он рассматривал щель, его усатую морду успел и человек хорошо разобрать в отсветах пламени:

"Всё-таки котяра! Мутировал гад, и превратился вот в такое чудовище! - не столько возмущался учёный, сколько поражался изменениям фауны на этой планете. - Если он ещё помнит аборигенов и запах их пищи, то наверняка будет стоять под дверью, и просить подачки вечно. А потом либо меня всё-таки изловит и слопает словно мышь в отместку, или начнёт топтаться сверху более конкретно. А тут потолки и так на ладан дышат, провалится сюда, и мне крышка! Надо его срочно чем-то отпугнуть..."

Только вот чем?! Даже пламя факела, чуток припалившее шерсть котяре, его нисколько не отпугивало. А уж о боли вообще речи не шло. Поэтому ничего больше не оставалось, как применить собранные здесь ломики, А вернее тот из них, который уже лучше всего накалился над газовой горелкой.

У "себя дома", Александр Константинович уже мог передвигаться бегом и без всякого освещения. Так что сгонял за ломиком, просунул расклеенный конец наружу, и когда здоровущая лапа дёрнулась вперёд для очередного удара, резко отправил своё оружие вперёд.

В следующий момент всё сотряслось не от удара, а от жуткого, надсадного рёва. Лапа скрылась из вида, но хорошо было заметно, что лом удачно вонзился между когтями, как минимум сантиметров на двадцать, двадцать пять в глубину. Ночной визитёр явно отскочил от щели на несколько метров и там с подмываниями и мяукающими хрипами пытался избавиться от раскалённой занозы.

- А ты как думал?! Переросток, недоделанный! - кричал ему вслед землянин, с чувством глубокого удовлетворения. - Нечего по ночам шастать, и мешать спать мирным людям! Это тебе не мышей ловить и не бегемотов по песку валять!

Хотя с чего это он взял, что такой мутант может выволочь громадную тушу речного обитателя на берег, он и сам не понимал. Коты ведь к воде относятся резко отрицательно.

Минут через пять, ночной попрошайка решил удалиться восвояси и несолоно хлебавши. Подобное гостеприимство ему явно не понравилось, и еще некоторое время доносилось его затихающее, но жутко недовольное мяуканье и обиженные мурчащие всхлипы.

"Неужели и в самом деле просил покушать? - уже укладываясь обратно на своё ложе, задумался Броди. - А вдруг он и в самом деле здесь когда-то проживал маленьким? И теперь инстинктивно воротился, подумал, что его хозяева вернулись? М-да! Чего только не случается у нас на глазах в последнее время!.. Не удивлюсь, если этот кот даже стал в некотором роде разумным... Но тогда, если продолжать думать в логичной последовательности, то и петух получил определённую толику разума. Вон ведь как настойчиво пытался меня из убежища выковырять. Может, поговорить хотел? А я его - факелом в глаз!.. Поневоле разочаруешься в таких собеседниках".

Остаток ночи прошёл в полном спокойствии. Видимо ночной гость охотился, а то и вообще проживал где-то неподалёку от города в одиночку. И получив рану, скорей всего отправился в сторону постоянного места жительства. Хотя, что для такого монстра, укол раскалённым ломом? Всё равно, что человеку, засунуть спицу в ногу на глубину двух сантиметров: больно, неприятно, но вряд ли приведёт к инвалидности.

Но если кот был слишком голоден, то наверняка продолжил охоту. Возле реки для него - настоящий рай: нутрии для него - словно мышки, ну а бобры, классифицируются как крысы. Наверняка такой гигант может и летающего петуха загрызть, если нападёт на него из засады. Правда всё-таки окончательные размеры и полную конфигурацию агрессора, человеку в неверном свете факела рассмотреть не удалось.

Ну а утром, основательно подкрепившись разогретой кашей, Александр стал аккуратно выбираться наружу. Сразу же у порога своей обители рассмотрел гигантские, хорошо отличимые и рельефные следы котяры-мутанта. На них виднелись и тёмные пятна крови, а чуть поодаль валялся так хорошо зарекомендовавший себя лом.

"Ха! Знай наших! - хвалил археолог сам себя. - Мы маленькие, да удаленькие! Кровь гиганту не только попортили, но и лишнюю спустили. Теперь этот монстр усатый, не за каждой "мышкой" погонится!"

А вот отпечаток поражал величиной. Такой след ни с чем не спутаешь, нигде нет даже его мизерных остатков, так что скорей всего мяукающий хищник в данном городе не бывал. Или бывал, но очень, очень давно. Ну и отныне следовало не только учитывать опасность с воздуха, но и осматриваться по сторонам с таким умыслом, чтобы просчитывать все свои движения на десять шагов вперёд. То есть если будет заметна хоть какая-то опасность между руин, следует за три удара сердца, а то и быстрей спрятаться в безопасную и глубокую щель. И в данном случае, знание всех убежищ и подвалов - выходит на первое место. А вот изучить их расположение и подходы к ним за время пребывания в этом мире оказалось нереально.

Без этого оставалось только выбирать: с риском для жизни отправляться для контакта и налаживания сотрудничества с братьями по разуму, или уйти в глухое подполье и прекратить все действия до прибытия спасателей в виде божественных сущностей, подданных Хардийской империи.

Имелся ещё один вариант: тупо надеяться на орангутангов, или как они себя назвали, на желлатуков. Если бы мутант-переросток сунулся к ним, мохнатики бы его быстро успокоили, и если не сразу уничтожили, то наверняка так припугнули бы своим оружием, что котяра сбежал на противоположную сторону планеты.

Но вот как оно получится на самом деле?

Александр Константинович вначале выбрал выжидательную тактику. Взобрался на самую высокую стену, которую отыскал в окрестностях своей берлоги, и более часа провёл в непрерывном и тщательном наблюдении. В ином случае, можно предположить, что время потрачено даром, но если смотреть по-иному: спокойствие того стоит.

Получалось, что хищник или совсем убрался из города, или знатно переел во время предутренней охоты у реки и теперь отсыпается где-нибудь в укромном месте. И сон у него сейчас наиболее крепок. Если рискнуть, и поспешить к желлатукам, то вполне можно проскочить за несколько часов. По крайней мере, взобраться на левый холм, и осмотреться уже оттуда, следовало в любом случае.

На этот раз Александр с собой не брал ни запасов пищи, ни емкости с водой. Потому что пришлось волочь два самых длинных и тонких лома. Волочь и жалеть вслух:

- Эх! Сюда бы Кормильца с его силищей! Он бы эти ломы метал как дротики. Два броска и дело в шляпе! Ха! Мне кажется такой здоровяк, как наш Миха, может и петуха на лету сбить. Кстати, на оружие братьев по разуму надеяться - не есть гуд. Следовало бы и самому какой лук простейший сварганить. Вдруг самому охотиться придётся? А хорошей стрелой нутрию-переростка подстрелить - дело нехитрое. Кажется...

Сомнения имели веские основания. Когда-то Броди и лук не раз делал, и стрелы, и стрелял сносно, но за последние десять лет ни разу подобного оружия даже в руках не держал. Зато теперь приходилось тащиться в гору с двумя тяжеленными железками. Тащиться, чертыхаться, переживать по поводу любимой супруги и мысленно пытаться отыскать во всём случившемся виноватого. Конечно же, не забывая смотреть во все стороны с утроенным вниманием.

Предполагать, что здесь нечто эдакое подстроили древние земляне - дело глупое. При желании, божественные сущности могли бы придумать мероприятие и поинтересней. Скорей всего они и сами не знали, что в мире адельванов существуют действующие площадки с телепортами. Хотя такая как Пеотия, наверняка побывала внутри очень многих зданий, просто прыгая, словно лягушка путешественница. Мало того, она ясно давала понять, что когда-то давно отыскала эту цивилизацию во время своего путешествия разума, но тогда просто не слишком захотела исследовать этот мир, признав его мёртвым, а значит неинтересным.

То есть подданные Хардийской империи здесь не причём.

Но тогда следующими в список подозреваемых входили те самые желлатуки, заросшие длинной шерстью по самые макушки. Вдруг это они где-то у себя стали проводить опасные эксперименты, вследствие которых не только люди стали перемещаться спонтанно и непредсказуемо, но и сами экспериментаторы, попросту говоря "влипли в неприятности". Исходя из этого, если всё-таки контакт состоится и получит дальнейшее развитие, следует обязательно иметь в виду именно этот аспект нарушения некоего телепортационного пространства.

"Ха! Пусть вначале ещё сам контакт состоится..., - Броди старался мыслить рационально. - И это их устройство, которое я собираюсь надеть на голову, да ещё и добровольно, вдруг оно меня и в самом деле поставит под некий контроль для посторонних? Надо бы хоть как-то себя обезопасить..., на всякий случай..."

Решение пришло быстро. Только и понадобится, если человек потеряет над собой контроль, чтобы кто-то независимый сорвал устройство у него с головы. Ну а раз некому сорвать, то пусть это сделает просто тяжёлый предмет. Тот же лом к примеру. Шнурок привязывается к устройству и к лому. Команда отбросить лом в сторону - и вот он падает, шнурок тянет..., ну и так далее по смыслу.

Решено, сделано. Пока ничего на голову не надевалось, но связка получилась. Простая, как и сам лом, но действенная.

Приближаясь к главному бомбоубежищу города, приходилось заранее высматривать возможные пути отступления и каждую подходящую для отсидки щель. Таких оказалось не так много, как хотелось бы. В данном районе видимо когда-то стояли наиболее мощные, может даже высотные здания. Порой пара нижних этажей ещё можно было раскопать, но сверху громоздились такие кучи обломков, что сразу пропадало желание вести раскопки. Те же возвышенности не представлялось возможным использовать при побеге от кота. Даже если порой и оказывалась свободна некая стена метров шесть, восемь высотой, то с другой стороны на неё мог взобраться по грудам руин чуть ли не бегемот. Да и как на такую стену бегом взобраться? Человек - не паук, и не таракан... А вот проходить под такими стенами тоже неприятно: а ну как сверху кто прыгнет на голову?

Тем не менее, Броди решил сделать крюк, забирая левее своей цели и приближаясь к цели с востока. Там и просмотр был не такой хороший и массивные горы руин смотрелись более притягательно. Ну разве что общее время в пути увеличилось примерно на полчаса.

Но именно эта затяжка в путешествии и позволила землянину не столкнуться с мутировавшим домашним животным лоб в лоб. Гигантский кот возвращался от реки, и скорей всего пересёк очень свежий след: желлатуки ходили на охоту и недавно там пронесли свои трофеи. Ну а хищнику стало интересно, кто это ещё тут такой грозный, кроме него?

Александр Константинович как раз приблизился с покатой стороны к большой груде обломков, которые он заметил возле базы мохнатиков, взобрался на неё и решил предварительно осмотреться. Да и сам диалог, он собирался начинать именно сидя на высокой стене. Пусть и не надёжное убежище, но хоть какой шанс сбежать всегда останется. Ну и вот с этой стены как раз и заметил приближающегося хищника и рассмотрел его во всей красе.

Животное, (язык не поворачивался назвать его домашней скотинкой), выглядело шикарно и величественно. Натуральный кот, очень похожий на персидского, только раз в триста крупней. То есть по размерам он на метр в высоту превосходил самого мощного и откормленного быка. Эдакое мохнатое, усатое и прозорливое страшилище. Такому едоку похоже и пяток бобров слишком обильным обедом не покажется. Наглый, самоуверенный. Разве что слегка прихрамывающий на правую переднюю лапу. Ночное домогательство не закончилось для монстра бесследно.

Дозорного у входа, в момент прибытия гостей, не оказалось. Наверное братья по разуму расслабились, не заметив опасных для них зверей, да и наличие оружия их немало расслабляло. Ветерок продувал от реки, так что человека кот не засёк, а вот у входа в подземелье замер в охотничьей стойке. Сразу почувствовал, что внутри "мышек" не в пример больше, а значит есть возможность поохотиться. После чего попытался пройти по ступенькам вниз.

Несмотря на громадные размеры кота, и к немалому удивлению невольного свидетеля этих действий, хищник сумел войти внутрь, оставив снаружи только толстенный хвост, которые подрагивал и извивался в азарте охотничьего инстинкта. Глядя на него Броди кривился от сомнений, но вмешиваться пока не спешил. Да и не мог бы сделать это с пользой и с толком. Тем более он помнил: чтобы спуститься в само убежище, подвергнувшемуся мутации животному следует преодолеть четыре поворота и пять лестничных пролётов. Вряд ли охотнику понравится такая неудобная норка, развернуться в которой проблематично. Ну и сам охотник, видимо, тоже так подумал. А может просто услышал приближающиеся к нему шаги или голоса, потому что довольно живо выбрался задом на поверхность, затем плавным прыжком перетёк чуть левее, ближе к стене, на которой затаился землянин, и залёг за разрушенным строением.

То есть всё было рассчитано верно: мышка выбирается наружу и быстро съедается. Потом можно ждать следующую. И наверняка бы у него получилось, если бы в дело не ввязался сильно рискующий Броди.

На верхней лестнице появился орангутанг, но когда ему оставалось преодолеть всего с пяток последних ступенек, заметивший его Броди, вскочил на ноги и заорал, что есть силы:

- Стой! Там опасность! - ещё и руками при этом, пусть и с зажатыми в них камнями, сделал соответствующие жесты.

Мохнатик замер на месте, посматривая на человека и пытаясь правильно оценить его действия. Кажется, он не понимал, что здесь происходит. Тогда Александру пришлось запустить оба камня прямо в голову затаившегося хищника. Как и положено в такой напряжённый момент, котяра вздрогнул от неожиданности и резко поднял голову, сбиваясь с заготовленного прыжка в сторону жертвы.

Желлатук опасность увидел и быстро сорвал с разгрузки своё оружие. И даже начал его использовать чуть раньше, чем хищник прыгнул. Поэтому, наверное, и успел сделать несколько важных для собственного спасения вещей: удивиться, заорать, развернуться, и прыжками умчаться вниз. Удивился он по причине довольно экстраординарной для него: оружие на усатого монстра не действовало! Ну и время, остающееся для осознания этого, а потом и для побега разумный орангутанг использовал с толком. Несущийся за добычей кот, влетел в проход с солидной скоростью, и скорей всего даже сумел повернуть на первой лестничной площадке, но вот ускользающую жертву так и не смог ухватить когтями. Землянин только и мог в тот момент рассмотреть азартно бьющий по стенам тоннеля кончик хвоста.

Но вот дальше гнаться за "мышкой", котяра не стал, и опять-таки задом выбрался постепенно обратно. Выглядел он при этом весьма потешно, шерсть торчала во все стороны, усы топорщились и в оном случае вызвал бы своим злобным урчанием здоровый смех. Но вот гигантский размер хищника и дикий блеск в его лазах, как-то не располагал к веселью. Землянин к тому времени опять распластался на верхушке стены среди камней, и старался даже не дышать от переживаний. Мохнатика он спас, а вот кто его теперь спасёт, вознамерься тварь атаковать?

А кот и в самом деле попытался высмотреть: кто это тут кричал и швырялся камнями? Медленно, принюхиваясь, и продолжая угрожающе мяукать, он стал приближаться к стене. Если уж разобраться, то если такому хищнику не составляет труда взобраться на дерево, то что ему стены высотой в восемь метров? Если он встанет на задние лапы, да вытянет передние, то как раз и дотянется. А потом и разгон для последнего прыжка набирать не придётся.

Понятное дело, что Броди жутко сожалел только об одном:

"Лучше бы сейчас у меня вместо ломов имелся крупнокалиберный пулемёт! А ещё лучше - скорострельная зенитка! Или киборг цорков!.. Вот уж не повезло!.. - ну и последняя мысль не о себе, а о любимой жене: - Как там Лариса?..."

После чего по скрипу когтей о бетон, стало понятно: монстр встаёт, опираясь передними лапами на стену. Конец жизненного пути прославленного археолога, стал близок, как никогда.

Благо что вовремя успела помощь со стороны братьев по разуму. Со стороны бомбоубежища послышался топот ног, похоже, все три желлатука спешили на разборки с хищником. Ну и сам хищник топот услыхал, тут же метнулся на своё прежнее место засады и замер там, изготовившись к прыжку.

До верхних ступенек добралась и в самом деле вся троица мохнатиков. Но в этот раз в руках одного из них имелась солидная на вид труба, которая по определению могла быть только мощным оружием. Какого толка, понять было трудно, но вплоть до короткого противотанкового ружья.

Осторожность теперь была на наивысшем уровне, резко наружу не выскакивали, оружие держали наизготовку, и двигались с определённой грацией. Ну и опять мутанта они заметить не могли. А если выйдут не открытое пространство, то один прыжок, и ещё не факт, что ответный выстрел будет в меру действенным и эффективным.

Так что опять пришлось Броди брать всю инициативу на себя. Он встал, перехватил ломы удобнее, и шагнув к краю стены указал на конкретное место засады. Ответные жесты благодарности не заставили себя ждать. Как и успокоительные жесты, обозначающие, что большая труба свалит с ног какое угодно по величине животное.

Только вот само животное, до сих пор считало охотником именно себя и показываться на открытом пространстве не спешило. И сколько оно так сидеть за грудой обломков собиралось, было неизвестно. Поэтому один из мохнатиков решил поторопить события, сигнализируя человеку, чтобы тот опять запустил в хищника чем-то поувесистей. Камнем, а то и тем самым ломом, который у него в руках. Сомнения Александра Константиновича, естественно глодали, но противника и в самом деле следовало отвлечь и заставить подняться. Ну он и бросил вначале один лом, а тут же следом и второй. Благо, что сверху такие тяжеленные импровизированные копья бросать оказалось несравненно легче.

Первый лом вонзился на треть, в районе левой лопатки животного. От неожиданности и боли, хищник всё-таки совершил готовящийся прыжок, но не в сторону тоннеля, а как бы вверх и с попыткой разворота к стене. И в момент приземления на лапы, его настиг и второй лом, вошедший почти полностью где-то в районе спинного хребта. Могло показаться, что от таких ран любое животное загнётся. Тот же бык, к примеру, далеко бы с таким бандерильями уже не добежал бы. А вот кот и не думал отвлекаться на неприятные колючки. Хоть и рыча от некоторой боли, он попытался в два прыжка запрыгнуть сразу на стену, да только раненая лопатка и правая передняя лапа помешали должным образом ухватиться за верх, и разорвать своего обидчика.

А при второй попытке нападения, желлатуки уже на полную мощность задействовали свою трубу. Та всё-таки оказалась неким парализующим устройством, потому что человек успел сделать только пару шагов в сторону руин, да так и свалился, не чувствуя ни рук ни ног резко замороженным сознанием. Чуть позже и сознание покинуло землянина, пропуская только одну мыслишку:

"Вдруг желлатукам на обед сегодня подадут сразу два мясных блюда? Кошатина и жаркое из археолога? Печально..."

Очнулся он под гул мерно работающего дизеля и под ярко горящей электрической лампочкой. Вкусно пахло жареным мясом, специями и вроде как чем-то свежеиспеченным. Шея казалась деревянной, пальцы рук почти не шевелились, а веки удалось приподнять только силой воли. Организм всё ещё находился под воздействием парализующего удара. Но вот голова, соображала на диво хорошо и правильно:

"Жив. Не съели. Хотя ещё не факт, что не оставили для ужина. Хм! А руки-то не связаны! - попытки пошевелить ногами, тоже принесли радостные ощущения: - Вообще не связан! Так, так, так..., а что мы тут имеем?"

Постепенно и шея стала слушаться, повернув голову вначале направо... Голая стена! Потом налево... Мм? Сразу три кровати, на которых лежат трое явно раненых желлатука. У двоих конечности в гипсе (не все конечности, но по две точно) а у одного - основательно забинтована голова. Даже лицо не просматривается.

"Неужели всех этот котяра достал?! - в панике подумал Броди, а потом более тщательно присмотрелся к возвышенностям на груди раненного в голову орангутанга, которые были прикрыты простынёй. - Ба! Да это же самка! Вернее - особь женского пола! А вон та - вторая. Третий..., кажись мужик.... Не понял, у них тут что, второй вертолёт рухнул, пока я в отключке прохлаждался?"

Попытался осмотреться лучше, с трудом приподнимая голову, и понял что он не в главном зале бомбоубежища, а как бы во второй его части. При подглядывании, он эту часть просто физически не смог бы рассмотреть, а значит спасшихся при крушении вертолёта могло быть намного больше.

Его движения и осматривания, заметил раненый мужского пола и довольно приветственно взмахнул здоровой рукой. А потом ещё и проорал что-то своим трубным голосом, подзывая кого-то из здоровых. В импровизированный госпиталь заглянул не кто иной, как Лонгир. Заметив, что человек, лежит с открытыми глазами, что-то спросил у своего лежащего на излечении товарища, и радостно оскалился, показывая довольно страшные зубы. После чего уселся на табурет рядом с кроватью землянина, бесцеремонно достал у него из-за пазухи подаренное накануне устройство, и надел на голову. Скорей всего целеустремлённо воспользовался беспомощностью человека, не интересуясь при этом его мнением.

После чего и на свою лохматую голову надел подобное устройство и вскоре уже интенсивно что-то бормотал. Скорей всего повторяя одно и то же. И где-то через минуту, в сознание Броди стали пробиваться всплески понимания. Причём получался не перевод речи в речь, а воссоздание в голове некоего эмоционально фона. Который просто распознавал конкретную суть разговора, создавая из мимолетных видений полную картину понимания.

Получалось довольно просто и без лишних изысков:

- Когда начнёшь меня понимать, просто два раза закрой глаза. Шевелиться тебе ещё и трудно, и вредно.

Дать сигнал, два раза пошевелив веками, оказалось не столь трудно, как радостно: есть контакт!

Глава двенадцатая

ПУЗИН И ЛЮССИЯ

На поверхности землянин уверенно направил свои стопы к склону ближайшей горы. Да если и мысленно прикинуть направление, то именно в ту сторону вела анфилада затопленных пещерных помещений.

- Так куда мы идём? - не прекращала попыток всё выпытать заранее Люссия. - Судя по твоему счастливому лицу, от яблок на ужин ты отказываешься?

- Естественно! И даже компот из сладкого, любимого персика мне не полезет в горло, от тягостных мыслей и рыданий. Разве что использую персик по назначению. Мне повезло отыскать нетронутую обитель местной колдуньи! И там - великолепно!

Тайна чуток приоткрылась, но корреспондент желала выслушать сенсацию местного разлива до самого конца:

- Колдуньи? Возле монастыря? Вместо следующего вопроса, я прыгаю тебе на спину, и в наказание будешь меня нести. Так что учитывай и рассказывай, как следует, конкретно и сжато.

Пузин, конечно, самого главного не рассказал, но некоторую завесу тайны приоткрыл. Так что пока дошли в груде камней возле самого скального склона, Люссия основную суть поняла. Видимо при монастыре имелась и своя целительница, врачевательница, травница или знахарка. А то и все вместе взятые. Четыре ссохшиеся мумии разведчик обнаружил во время краткого посещения средоточия нескольких кроватей, устройств медицинского толка и даже небольшой, но идеально укомплектованной операционной. Как и кто из погибших здесь аборигенок классифицировался по специальности, сейчас было не понять, но факт оставался фактом: в просторной пещере в толще скалистой породы, располагалась некая местная больница. Вентилировалась она сквозь естественные и специально сделанные щели, а проход имелся не только через подвал, наверняка очень неудобный, а через стоявшую когда-то возле горы небольшую привратницкую. Может она и часовенкой называлась, может приёмным покоем, но вот разбирать завалы снизу, сразу показалось делом трудным и бессмысленным. Потому Карл и решил пробираться к новой обители сверху. А верность его решения подтверждалась и тем фактом, что на месте неприметных развалин виднелись выбеленные костяки сразу десятка чётырехруких монахинь. Они к моменту своей смерти как раз прибыли на место с инструментом и только начали раскопки, как пали от всепроникающей волны неведомого излучения.

Ну и пока с азартом ворочал камни, да откатывал блоки, в первую очередь словоохотливо радовался тому факту, что крыша у них теперь над головой имеется и надёжной базой они обеспечены.

Кстати, по поводу жрицы и её высокомерного отношению к труду, Люссия оказалась права. Слишком хорошо она знала своего мужчину. Как только началась расчистка, Пузин обратил внимания, что спасённая ими представительница сагири, не только помогать не собирается, но ещё и место себе выбрала наилучшее и удобно там рассаживается. Словно почётный зритель на представлении в его честь.

- Эй, Аника! Иди сюда! - мужчина ещё и рукой повелительно махнул, так что не понять его жест и приказ было нельзя. Но когда жрица приблизилась, начав уже на ходу опять что-то втолковывать, слушать её не стал: - Вот, с этого места убираешь всякую мелочь и бросаешь вон туда! Приступай!

А чтобы жрица не вздумала и дальше строить на лице непонимание и рассматривать свои не приученные к работе ладошки, деловито показал, что надо хватать и куда отбрасывать. После чего вместе с Люссией, подхватив наибольший лом, стал деловито откатывать более крупные обломки.

И всё-таки Аника около минуты провела в интенсивных размышлениях Видимо её статус, звание или титул вообще запрещал к чему-либо прикасаться, что могло классифицироваться как тяжёлый физический труд. Но потом здравый смысл взял верх: и своим спасителям следовало посильно помогать, и при всей весёлости и радостном отношении к жизни, мужчина мог и королеву отправить пинками со своих глаз долой, если та не станет выполнять его распоряжения. Имелось в ауре этого землянина такие вот жёсткие силовые лини несгибаемого, колючего характера.

И последним фактором стал выжидающий, ехидный взгляд землянки: та с предвкушением ждала начала унизительного спектакля изгнания. Предоставлять ей такое удовольствие, а на себе испытывать унижение, жрица не стала. Подкатила подол своего парадного платья и сжав плотно губы приступила к работе.

- М-да, имеет эта фифа характер, - вынуждена была признать корреспондент. - И соображает, где можно свой гонор показывать, а где нет.

- Ха-ха! - Не удержался от смешка Карл. - Думаешь, я бы выгнал представительницу иной цивилизации на улицу и не обеспечил её всеми удобствами?

- Разве нет?

- Экая ты строгая! Ну кто так себя ведёт при первом контакте?

- А-а-а! - стала догадываться Люссия. - Тебе просто нравится над ней свою власть показывать?

- Опять не угадала. Знаешь ведь, что к временной власти я не стремился никогда. А вот дружба как раз лучше всего и закрепляется при совместной работе с полной физической самоотдачей.

- Ну, ну! Дружи, дружи! - тон у землянки стал многозначительный и угрожающий. - Может, ты вообще хочешь в мир сагири перебраться на постоянное место жительства? Кормилец теперь бой-френд богини Пеотии, ты пойдёшь в мальчики на побегушках к жрице. Вот заживёшь!.. Как малина в сгущёнке.

- В сметане...

- Ещё и в сметане? Хм! Неужели ты на неё так запал?

- Нет, я однолюб..., - с кряхтеньем отвечал Пучил, ворочая очередной обломок стены. - У-уф! Если уж полюблю, то надолго...

- Надолго? До следующей юбки? Или до следующего парадного платья?

- Не угадала. До следующих женских трусиков. Ты заметила, какие они у неё тоненькие и симпатичные?

Его женщина злилась, он продолжал ёрничать и хорошо, что работы как таковой оказалось минут на сорок. Окончательно разругаться влюблённые не успели.

А уже потом, спустившись первым с факелом, Пузин вёл женщин за собой по широкому удобному тоннелю и рассказывал словно экскурсовод:

- Вон тот проход уводит в сторону, а потом вниз, прямо в подвалы. Кажется, внизу выращивались мухоморы, или ещё какое приворотное зелье. Вон те ступени уводят вверх, там в скалах стеллажи и натянутая проволока. На них горы всякой травки. Понятное дело, большинство за два десятка лет пришли в негодность, но могут оказаться и некоторые долгоиграющие. Потом осмотрим, если будет время... Вон там, практически и вся местная больница с операционной. Но по большому счёту ничего ценного кроме отменного, нержавеющего инструмента, да нескольких кресел, нет. Мало того, именно там покоятся с миром мумии местных сил здравоохранения, Наверняка поспешили после бомбардировки подготовить на всякий случай операционную комнату. Не будем их беспокоить... Зато посмотрите сюда! - он демонстративно махнул рукой в сторону полок с книгами и наиграл марш: - Та-дара-дам! Перлы местной культуры! Прекрасно сохранившиеся книги! И это - вроде как прихожая жилой части. Все книги, в преотличном состоянии! Как и сами помещения. Посмотрите как изящно и прочно выложены своды из кирпича... Вон там кухонька с неплохими запасами продуктов и живой, родниковой водичкой, а вон там спальня.

Но к спальне никто вначале не рвался, как и в сторону кухни не спешили. Хотя голод уже чувствовался преизрядный, ведь кислые яблочки не могли заменить более сытную пищу. Обе женщины подхватили по первой попавшейся книге и стали с интересом их рассматривать под светом факела. Сам Карл посматривал то в одну книгу, то в другую. И своё сожаление высказал первым:

- Ах! Какая досада! Ничего знакомого! И дешифраторов у нас нет... Или может кто из вас что уловил?

Первой отрицательно мотнула головой Люссия. Ей тут же вторила понявшая суть вопроса Аника. Хотя уж как раз она, как поклонница здешнего мира, как знаток самих адельванов, как свидетель ведущихся с ними разговоров, и как одна из жрица своего храма-телепорта, просто обязана была знать, что тут написано, на каком языке и какими знаками. Так что её отрицание знаний и данном языке, показалось опытному археологу несколько странным.

Заметив на себе испытующий, тяжёлый взгляд, Аника догадалась о его подноготной и попыталась оправдаться. По жестикуляции получалось, что адельваны никогда свою письменность не афишировали, держали под огромным секретом, она считалась табу для иных миров, а общались с иными разумными только с помощью различных устройств. Сам факт существования книг в этом мире, стал для представительницы сагири настоящим откровением и неожиданностью. Она как смогла, показала, что от такого чуда даже в некоторой растерянности. Во все времена адельваны общались с сагири только на тамошнем языке и если давали какие книги или инструкции, тоже лишь используя грамматику сагири.

Вот тут археолог и сформировал окончательно главное противоречие данного мира, рассуждая при этом, вполне естественно, только с корреспондентом:

- Заявляю, как специалист: при здешнем способе строительства, достичь те технические вершины, при которых возможно создание телепорта - невозможно. То есть, данная планета, скорей всего и не входила в состав цивилизации могущественных адельванов, которые построили тот мир, откуда мы сюда нечаянно переместились.

При этом он покосился на жрицу, отложив книгу в сторону, которая замерла на месте, прикрыв глаза и положив пыльные ладошки на своё драгоценное колье. Земляне переглянулись, синхронно пожали плечами и продолжили беседу. Знаменитая журналистка тоже умела делать правильные выводы. Недаром считалась одной из лучших в своей профессии:

- Нечаянно? И не входила в состав? Что-то ты путаешь. И забываешь о разнице в датах и сроках: в том мире, на планете Миха, прошли века, и ни одной косточки разумных не осталось, а в этом - всего двадцать три года и скелетами скорей всего усеяна вся планета. Может здешние четырёхрукие построили новые города на развалинах жилищ своих далёких предков? И пользовались телепортами, как пользуются чужой кровью пиявки? Вот! А со всеми иными цивилизациями, делали вид, что они могущественны, всесильны и непобедимы. Потому и скрывали местонахождение своей планеты. Потому и не раскрывали своей письменности никому. Боялись, что их разоблачат. Потому и не давали остальным разумным существам пользоваться телепортами и навещать друг друга. Потому и нарвались на противостояние, зависть, заговор и в итоге полномасштабную войну, при которой погибли все.

- М-да? И они ничего не знали о своей материнской планете?

- Знали. Помнили. Да только не имели на неё выход. Иначе оттыкали бы там более действенное оружие для ведения военных действий.

- А если выход был, и оружие они отыскали?

- Молодец! - похвалила его Люссия. - Правильный вопрос, позволяет не менее точно ответить. Скорей всего оружие было найдено, да только его неправильно использовали. Об этом косвенно утверждают и глобальные приготовления к войне, спокойствие горожан после бомбардировки, их знание силы оружия противника и их полная уверенность, что враг будет уничтожен. Но на самом деле что-то пошло не так и пали даже победители. Все до единого.

- Ну, если так рассуждать..., - Пузин коротко задумался, перестраивая некоторые свои выводы. - То и в самом деле нечто вырисовывается. Только вот оружие у них было, и на материнскую планету они не могли никак наведаться... Скорей всего, это именно мы, во время своего ползания по разноцветному полу в кружочках, запустили некие механизмы, или дали импульс к накоплению и подаче энергии. Вот телепорты и стали срабатывать... Но так как всеобщего контроля, надзора и технического обслуживания нет, порталы будут сбоить, работать неверно и со страшными ошибками. Уже само наше перемещение и перемещение жрицы прямо в толщу гнилой воды, говорит о правильности таких выводов..., - он взглянул на замершую гостью из иного мира и с досадой вздохнул: - Жаль, что Аника не может ответить словами на некоторые наши вопросы...

И не успел договорить, как губы жрицы шевельнулись, а из колье послышался вполне понятный перевод:

- Теперь могу. Моё устройство отогрелось, подсохло и вновь действует! Она открыла глаза, и улыбнулась: - И я рада вас приветствовать, братья по разуму!

Пузин тот час радостно рассмеялся, расставил руки с факелом в стороны и шагнул к женщине с утверждениями:

- У нас принято, после правильно сформулированного знакомства, обнять друг друга и поцеловать в губы.

Стоило видеть, с какой поспешностью Аника отпрыгнула назад и бросила умоляющий взгляд на Люссию. Ну та и проявила женскую солидарность:

- Это он так шутит. Старческий у него юмор, плоский. Целоваться ему можно только со мной, и то лишь в случае моего хорошего настроения.

Тогда как мужчина и не думал смущаться или стесняться:

- А что, среди сагири не принято целоваться в губы? - и был приятно сражён последовавшим ответом:

- Можно. Но только после приятного секса. Раньше - нельзя.

- О нет! Только не это! - закатила глаза землянка от возмущения. - Это всё равно, что выпустить козла в речку!

- Русский надо лучше учить! - посуровел археолог. - Выпускали в речку щуку, а козлу отдали во владение огород с капустой.

- Главное итог: пескарям и капусте от таких действий стало только хуже.

- Ну не скажи, не скажи... На то она и капуста, чтобы её..., - и тут же мужчина продолжил интересную для него тему: - А как у вас сам секс начинается? Достаточно для этого желания со стороны мужской особи, или ещё вначале следует подарить даме цветочек?

- А цветочек зачем? - раскрыла глаза Аника от удивления. Кажется, в её мире букеты не дарили. По крайней мере, не в том смысле, который при этом вкладывали в подарок земляне.

Но тут окончательно рассвирепела Люссия:

- И как вам не стыдно?! Обоим! Встретились представители двух разных цивилизаций, а они вместо обсуждения эпохальных проблем и взаимного сотрудничества, обсуждают тему поцелуев! Аника! Предупреждаю тебя сразу: с посторонними мужчинами у нас не то, что целоваться, прикасаться к ним не рекомендуется. Иначе в отместку могут убить сразу на месте такого кощунства. Ну а обсуждение вслух интимных отношений между полами - считается делом постыдным и низменным, недостойных разумных созданий. Поняла? Сработал твой синхронный перевод? Или продолжишь рисковать своим бренным телом?

Перевод сработал, рисковать жрица не хотела, хотя скорей всего так окончательно и не поняла, с чего это вдруг землянка так на них взъелась. Тогда как Пузин, с завидным философским спокойствием продолжил разговор, проводившийся до заявления о возобновления работы колье:

- Вот меня и интересует: известно ли сагири о планете-праматери адельванов?

- Ничего не знаю, - послышался перевод из устройства. - А что это за планета, и чем она отличается от этой?

Когда ей кратко описали величие и разнообразие небоскрёбов обсуждаемой планеты, жрица оказалось сильно впечатлённой:

- Неужели такое возможно?! И там кто-то проживал века, если не тысячелетия назад? И нет ни костей, ни книг, ни рисунков? Невероятно!

Пришлось признаться, что исследования той планеты, которую окончательно в разговорах решили для ясности называть Миха или Главная, только началось. Земляне сделали по ней всего несколько шагов и вот так сразу угодили в спонтанно сработавший телепорт. Но Анику неимоверно заинтересовал сам факт попадания экспедиции археологов на Главную мира адельванов:

- Если у вас не было телепорта, то как вы туда переместились? Да ещё и со всем своим оборудованием и техникой? - всё это время, она продолжала прижимать раскрытые ладошки к колье, словно вливая в него свою энергию.

Рассказывать подробно и сразу о божественных сущностях, Пузин не стал. Отделался полуправдой. Вернее, использовал недосказанность:

- Как выяснилось, что некоторые наши далёкие предки живут очень долго и имеют немалые силы для преодоления пространств. Вот они нам своими силами и помогли.

- Но так не бывает! - возразила представительницы сагири и на мгновение потёрла кончиками пальцев виски. - Для этого нужны источники колоссальной энергии... А-а-а!

В следующий момент она резко согнулась вперёд, с криками и стонами пытаясь сорвать с себя колье. Послышалось шипение, запах горелого мяса, а ругань жрицы стала вообще истеричной. Скорей всего переводное устройство вряд ли бы справилась с витиеватой игрой слов, это угадывалось по интонации. Ну а немыслимо дорогущее украшение Анике удалось с себя сорвать, только разорвав крепления замка. Драгоценные камни и уникальные детали так и посыпались по пространству пола библиотеки, где происходила затянувшаяся беседа. И только после этого, пострадавшая смогла распрямиться, взирая на свои обожжённые руки и опасаясь дотронуться до кожи на шее и ключицах. С губ срывались непонятныя слова, с глаз текли непрерывными ручьями слёзы, а на нежной коже прямо на глазах вздувались волдыри ожогов.

Люссия растерялась от такого происшествия. Только и смогла, что бессознательно ухватить протянутый ей факел, а потом с вытаращенными глазами светить на раны. Зато без всяких промедлений действовал прославленный археолог.

Первым делом он вколол иномирянке обезболивающе. Второй укол - антидепрессант. Дальше в ход пошла специальная мазь для устранения последствий ожогов. При этом он два раза сурово рявкнул на отчаянно сопротивляющуюся жрицу, а один раз замахнулся с явным намерением нанести пощёчину. Кажется последнее средство, а вернее только сама угроза его применения, показалось настолько страшной, что даже стоны на какой-то момент стихли. В сумме это подействовало правильно.

Уже через десять минут после несчастного случая, вздрагивающую, поскуливающую женщину провели на здешнюю кухню, усадили под стеночку на удобную лавочку, и пока Люссия продолжала светить почти прогоревшим факелом, всё умеющий делать Пузин заметался по хозяйству. При этом он в присущей только ему манере отчаянного балагура, комментировал вслух все свои удачные действия, просчёты и рассуждения:

- Газовые баллоны я здесь ещё во время первого посещения заметил. Так что, вот он: да здравствует огонь, первый помощник человека. Ха-ха! А вот и котлы!.. Небольшие, но..., пыльные! Или они тут никогда не готовили? Ну а вот эти провода - скорей всего для подачи электроэнергии. Откуда она подавалась? Скорей всего в горах была гидроэлектростанция, вот по кабелю и шла силёнка для лампочек Ильича... И не удивлюсь, если в подвале, и в какой пристройке дизель-электростанция стояла. О! Да это никак масляная лампа! А эта, вообще на газовую похожа!

В одном из кухонных шкафов была найдена целая груда ламп разного калибра и масштаба. В том числе и некое подобие масляных светильников, для который что масла, что фитилей оказалось предостаточно. Хотя на отсутствие привычных восковых свечей, археолог тоже попенял ленивым монашкам.

Вскоре освещение своей суммарной силой напоминало бал в королевском замке, и пострадавшая была осмотрена вторично. Обезболивающее её уже смирило с травмами, так что она даже смогла объяснить жестами, что произошло. Оказывается, несмотря на свои небольшие размеры, колье имело очень мощный аккумулятор энергии, дающий возможность устройству работать не просто десятилетия, а порой два, а то и три века без всякой подзарядки или замены. Но вот в инструкции было указано категорически: всячески избегать попадания на устройство даже капелек влаги. А уж тем более, никоим образом не плавать с устройством в грязной, прогнившей воде.

Результат, не замедлил сказаться. Колье чуть подсохло и смогло заработать, но вот загрязнение клемм питания, привело к тому, что цепи замкнулись, там самым раскаляя металлические части каркаса в считанные мгновения. Не сломайся замок во время отчаянного рывка, жрица могла и умереть от шока, боли и глубокого ожога на шее. Пришлось для лечения использовать и второй тюбик с неким специальным экстрактом.

Но пока Пузин мазал страшные покраснения и волдыри, Люссия не удержалась от ехидных укоров:

- Будет тебе наука, как бездарно тратить предоставленные судьбой возможности. Ведь сколько интересного можно было услышать про цивилизацию сагири, а ты убил время, напрашиваясь на поцелуи.

- А то! Самое важное для настоящего мужчины! - хвастался археолог с довольным видом. - Зато теперь знаю: пока их женщину не поласкаешь в кроватке, можно и поцелуями не баловать. А то у нас развели всякие условности и демагогию: прелюдия до, прелюдия после..., ха! Раз, два - и в кусты! Хорошо-с!

- Ты невыносим!..

- Не надо меня никуда выносить! О! Готово! До свадьбы заживёт! Я говорю..., а, всё равно не понимает... Как бы ей объяснить?..

- Ты лучше кушать готовь! Вон уже вода давно закипела.

Напоминание оказалось вполне своевременным. Голодать Пузин не любил ещё больше, чем людей без чувства юмора. Ну и готовить умел превосходно. Жаль только в данном случае мог только подспудно догадываться, что он готовит и в каких пропорциях. При этом он настолько увлёкся, что не сразу сообразил, что остался сам и что-то весело рассказывает самому себе:

- Ну и куда это они отправились? Никак санузел осматривают и моей спальней заинтересовались. Не удивлюсь, если широченная кровать на десять персон им понравится настолько, что за неё начнётся настоящая война. И что самое смешное, что война начнётся по наиглупейшей и бессмысленной причине. Шоб я так жил, как говорят в Одессе. Жаль не с кем пари заключить на тему: прав ли я и насколько! М-да...

Сразу два вида каши и некая подливка с макаронами, оказались готовы как раз к возвращению дам с прогулки. Причём они сразу уселись за небольшой столик с другой стороны кухни, ожидая пока им подадут ужин и пожелают приятного аппетита. С собой у них было несколько листов чистой бумаги и пара карандашей. Похоже, отыскали в библиотеке и теперь сразу стали что-то чиркать и рисовать. Но если жрица ещё могла оставаться настолько наивной в чужом мире, и преспокойно рассматривала свои повреждённые руки, да появляющиеся рисунки, то вот Люссия однозначно попала впросак с предстоящим ужином. Мало того, она ещё и сама ошибочно попыталась атаковать:

- Спаленка ничего себе..., может быть. И зеркало шикарное, на всю стену! А вот кровать одна...

- Так это здорово! Тем более это для меня не новость, - бросил Карл.

- ...Поэтому ты будешь спать здесь, чтобы не беспокоить раненую и не смущать меня. Я тебе постелю на лавке, одеяла я нашла.

Вместо ожидаемой благодарности, Пузин презрительно скривился, снял последнюю пробу, ещё чуток досолил и стал набирать еды в три миски, понемногу из каждой кастрюли:

- Давай разберёмся: когда это ты меня смущалась? Мы с тобой сексом разве что на Эйфелевой башне не занимались. По поводу раненой, так их там десяток на той кровати затеряется. Ну и вынужден напомнить: каждый спит там, где ему нравится. Вдобавок: или там где он может улечься по праву силы. Поэтому я - сплю на кровати. А вы - где вам вздумается.

После чего беспардонно, с тремя мисками отправился к лавке, расположился там и принялся по очереди поглощать еду с каждой миски. Неспешно смакуя при этом и пытаясь окончательно отыскать аналогичные земные сравнения.

Обе женщины смотрели на него с целой гаммой противоречивых чувств, но воскликнула на понятном языке только одна:

- А нам?!

Мужчина вначале прожевал, и только потом переспросил:

- Ответить в рифму? Или напомнить порядки в любой экспедиции? Я вам сготовил, так ещё и подать должен? А руки у вас что, отвалятся? И не забудьте: мойку посуды на сегодня распределите между собой без моего окрика. Если не договоритесь, назначу в приказном порядке.

Аника на его слова, попыталась что-то быстро и гневно залопотать, но Люссия только безнадёжно махнула рукой, и отправилась к шкафу с довольно приличной фарфоровой посудой:

- Бесполезно! Этот змей сейчас ещё и гадость какую-нибудь учудит, вообще без нормального ужина останемся. Мы ему как-нибудь иначе отомстим.

Самое смешное, что жрица всё поняла по интонации и взглядам, и утверждающе кивнула в конце монолога подруги по спонтанным путешествиям. Да, мол, отомстим!

- Ага! И мстя ваша будет страшна? Ха-ха! - рассмеялся мужчина. - Только учитывайте, я завтра ухожу в ущелье, и уже примерно догадываюсь, кто тут останется на хозяйстве...

- Подумаешь! - фыркнула светоч журналистики, ставя на столик две полные тарелки с кашей, которая ей показалась более приятно пахнущей. - Мы тут без тебя скучать не станем. Правда, Аника?

И та опять вполне верно кивнула в ответ.

- А причём тут Аника? - чистосердечно удивился Карл, - Она отправляется со мной, в подобную разведку в одиночку не ходят. Завтра с утра ей подберу что-то более закрытое из одежд знахарок, и отправимся в путь...

- Без меня? - вопрос был задан равнодушным тоном, словно речь шла о прошлогоднем урожае. Но археолог умел тонко чувствовать особое состояние своей любимой. Сейчас она намеревалась дать бой, доказать свою правоту и здорово при этом поторговаться. Поэтому ответил с показной ленцой:

- Может и тебя возьму..., если покажешь свою незаменимость...

- Кто кого возьмёт, - пустилась в рассуждения женщина, успевая при этом, и кашу есть, и что-то интенсивно рисовать на принесённых листах бумаги. Аника тоже в этом процессе участвовала. - Разве ты без моих подсказок сможешь правильно сориентироваться? Правильно понять аборигенов? Прочитать их надписи на зданиях, а то и на простейших дорожных знаках?

- Ха! А ты и читать научилась? - прищурился археолог. - Когда успела?

- Творческий подход, верный логический анализ, уникальная сообразительность, - перечисляла женщина, продолжая возиться с рисунками. - По совокупности даёт прекрасный результат. Это только тебе просто везло отыскивать удачные места для археологических раскопок. Остальные думают головой... И не забывай о моих талантах журналиста. Не я ли успевала понять и подать то, о чём другие только смутно догадывались? Не я ли...

- Всё, всё! - перебил её Пузин. - Обещаю тебя взять с собой в любом случае. Давай рассказывай, что ты там надумала?

Подобные обещания он выполнял всегда, поэтому Люссия перестала сдерживать прущее из неё веселье и самодовольство. Да и как потом выяснилось, она и в самом деле заслужила наивысшие похвалы за свою сообразительность.

А первым толчком к размышлениям, послужили утверждения Аники, что её колье могло служить без подзарядки или смены элемента питания столетия. Это сразу натолкнуло на идею поискать подобные колье прямо здесь, в монастыре. Но вот представительница сагири утверждала, что прибывающие к ним адельваны никогда не носили таких украшений, а дарили подобные устройства только жрицам обсуживающим площадки с телепортами. Сами они, дескать, в любом случае понимают любое разумное существо. То есть заведомо завышали планку своих умственных возможностей.

Но ведь подобного не бывает, и Люссия, ещё при осмотре спальни, поинтересовалась, в чём четырёхрукие прибывали на планету сагири? Выяснилось, что в чём угодно, но две детали были обязательны: сеточка для волос, сдерживающая причёску на голове и две увесистые не то бляшки, не то серьги в мочках ушей. Ну и возникал сразу естественный вопрос: для чего им могут служить бляшки и сетка? В том числе и мужчинам? Почему бы не для тех же целей, что и более громоздкие, бросающиеся в глаза колье?

Зашли на всякий случай в операционную, где Люссия внимательно осмотрела головы покоящихся там останков. У двоих имелись и сеточки на головах, и блямбы в мочках ушей. Да и понятное дело, кто как не целительницы имели право принимать иных разумных после телепортации, а вернее в экстренных случаях наведываться в иные миры? Пожалуй, только высшее руководство монастыря, Но они все почили на поверхности, деликатные устройства за много лет уничтожились сыростью и прочими негативными воздействиями природы. А здесь, на мумиях, всё сберегалось нетронутым, в целостности и сохранности. Только и осталось, что побеспокоить скорбные останки, а потом испытать доставшиеся людям уникальные устройства.

После осознания всего рассказа, поведение Пузина резко изменилось. Он вскочил, и с расторопностью наилучшего, вышколенного официанта подал дамам на пробу тарелки с иной пищей. В кружках принёс некое подобие отвара, на блюдце - остатки какого-то засахарившегося мёда, и при этом непрестанно восклицал:

- Чего ещё барышни желают? Любой каприз..., э-э, в разумных пределах!..

- Давно бы так! - вольготно вздохнула наевшийся светоч журналистики. - И посуду не забудь помыть!

- Не извольте беспокоиться, сударыня!

И уже обращаясь к сагири, землянка пожаловалась:

- Вот! Может ведь, когда захочет! Но как мне дорого эта дрессировка обходится...! Не позавидуешь..., - пытаясь развить успех, она закомандовала: - Одеяла для своей лавки принеси сам, они там, на кровати лежат!

Но тут ей обломилось:

- Фигушки, моя дорогая! Кровать моя, и тут тебе уже никакая сообразительность не поможет меня оттуда выгнать.

Так они и спали в ту ночь втроём: Люссия приткнувшись под бочком у Карла, и Аника, непроизвольно жмущаяся к спине землянки. Кровать-то огромная, спать осторонь - страшно, да и в самом деле на ней заблудиться можно.

Иванович Юрий: другие произведения.

Уникумы Вселенной - 3 часть-5

Комментарии: 247, последний от 03/02/2012. © Copyright Иванович Юрий (yuriy.m@rambler.ru) Размещен: 30/05/2004, изменен: 01/02/2012. 61k. Статистика. Глава: Приключения, Фантастика РОДНАЯ ИМПЕРИЯ СОЛНЦА Иллюстрации/приложения: 1 шт.		Оценка: *7.77173** Ваша оценка:
Аннотация: 1-го февраля выкладываю 5-ую часть третьей книги серии.