Иванович Юрий: другие произведения.

Жестокая фортуна (оскал фортуны-3) общий фйал

"Самиздат": [Регистрация] [Найти] [Рейтинги] [Обсуждения] [Новинки] [Обзоры] [Помощь|Техвопросы]
Ссылки:
Конкурсы романов на Author.Today
Творчество как воздух: VK, Telegram
Оценка: 7.61*11  Ваша оценка:
  • Аннотация:
    Здесь будут собираться части всего произведения


ЖЕСТОКАЯ ФОРТУНА

(ОСКАЛ ФОРТУНЫ - 3)

ПРОЛОГ

   Климат планеты, в некоторых районах, стал меняться. Причём меняться в сторону непостоянства, буйства, небольших ураганов и кратковременных торнадо. И виной тому послужили неожиданно изменившиеся течения в мировом океане. Если раньше пресная вода из пролива Речной самотеком вливалась в Южный Океан, то с недавнего времени началось обратное движение, и теперь океанские воды проникали в Речной, сделав его солёным, а потом дальше, по проливу Змеиный устремлялись к Дикому океану.
   Смена течений, повлекла некое изменение и ветра. Вот в Южном и зарождались неожиданные ураганы, но к счастью обитателей трёх стоящих рядышком материков, воздушные массы смещались в своём опасном движении на юг и юго-восток. Да там бесследно и безобидно рассеивались над безбрежными водами океана и россыпями скалистых, необитаемых островов. Но про данные бури, можно было сказать "Как правило..." Потому что во всём и всегда существуют некие исключения. Вот и одно такое "исключение", в виде набирающего мощь торнадо, увеличиваясь в размерах и наращивая скорость, устремилось по разным стечениям обстоятельств не на юг, а строго на север. Прямиком в широко раскрытое устье пролива Речной.
   Если бы на планете существовала служба наблюдения за погодой, да на орбите висели спутники слежения, то после предупреждения люди могли бы обезопаситься, принять надлежащие меры и спокойно пересидеть приближающийся ураган в безопасности. Но метеосводок не существовало, как и не было на планете старых рыбаков, умеющих предсказывать погоду. Поэтому жертвы могли быть огромными и непредсказуемыми.
   Жаль, что никто из людей этого не мог предвидеть.
  

Глава первая

ПРОЩАНИЕ У ШУЛПЫ

   Нет ничего лучше, чем тёплый день, с легким ветерком и неназойливым солнечным светом, пробивающимся сквозь белые облачка. Плюс приятная насыщенность желудком перед дальней дорогой и вполне благодушное настроение, с которым так приятно просто усесться на камешке да любоваться синими водами пролива, голубым небом, да химерическим нагромождением некоторых скал на обоих берегах.
   Да только внушительной группе людей, собравшейся на сильно возвышающемся над водой пирсе, было не до любования чудесным днём и окружающими красотами. Представители светской, научной и военной власти Шулпы, провожали в море эскадру королевства Чагар, а вместе с ней и знаменитого в данном мире Монаха Менгарца. Но как раз все провожающие отлично знали, что на самом деле отправляющийся в плавание человек - это обитатель далёкого космоса, выходец из созвездия Жёлтых Туманностей, некогда потерпевший катастрофу над данной планетой, Виктор Алпейци. И как раз благодаря Виктору, в последние годы, а в особенности месяцы, люди данной планеты нанесли сокрушительный удар по рабовладельческой системе, которую чуть менее тысячи лет назад здесь организовали преследуемые во всех галактиках за свои кощунственные опыты учёные.
   Менгарец сплотил вокруг себя единомышленников, обучил самых сообразительных и талантливых новым техническим навыкам, создал заново порох и научил чагарцев, а потом и их союзников лить пушки. Уничтожил бессмертного императора, взорвал диспектсор, кошмарное воплощение чёрного научного гения, и сумел захватить, а потом и поставить под полный контроль своих соратников почти весь третий континент планеты, который назывался Шлем. Столица континента, она же столица в прошлом рабовладельческой империи Сангремар, отныне являлась самой защищённой от внешней агрессии, потому как охранялась двумя крепостями из Великого космоса. Эти крепости иначе называли "пирамидальной смертью", и противостоять им в бою могли разве что два боевых корабля не менее чем крейсера по рангу. Ко всему ещё и за дальними подступами к самому огромному городу планеты, с воздуха внимательно присматривались орлы катарги, разумные, огромные птицы, с которыми людям удалось в последнее время подружиться и наладить взаимовыгодное сотрудничество.
   Сейчас остающиеся в Шлеме провожали Виктора на Первый Щит, наиболее заселённый и наиболее густо исполосованный многочисленными государственными границами континент. Там человеку со звёзд предстояло утрясти весьма хлопотную и пикантную ситуацию с бывшими наложницами императора Гранлео, погибшего в битве у Радовены. Ко всему прочему на Первом Щите замерли в опасном, хрупком перемирии сразу три воинские силы и проблема мирного урегулирования там стояла тоже весьма остро. То есть друзья и единомышленники провожали героя не просто домой, на отдых или в объятия его любимой принцессы, дочери Грома Восьмого, они хорошо представляли, с какими трудностями Менгарцу придётся вскоре столкнуться.
   Но так как все прения на эту тему уже закончились, советы выслушаны, а споры однозначно запоздали, то во время прощания старались говорить только о погоде, да про видимую трансформацию всего пролива. Потому что за три прошедших недели уровень воды в нём упал на шесть с половиной метров, что влекло за собой массу хозяйственных и оборонных забот. К примеру, трапы на корабли вели теперь не вверх, как когда-то, а удвоенные по своей длине уходили круто вниз, что не никак не содействовало погрузке-выгрузке товаров и пассажиров. К тому же сильно мешало появившееся в проливе течение. Невзирая на внушительную ширину Змеиного в этом месте, скорость тока воды достигала пяти кабельтовых, что делало проблематичными манёвры кораблей по причаливанию и отходу от берега. А учитывая окончательное понижение уровня пролива ещё на несколько метров, уже сейчас следовало немедленно начинать строительство удобного и вместительного порта с разветвлёнными, пологими дорогами к нему.
   Виной таким изменениям положил взрыв искусственной дамбы, которая перекрывала природный пролив, наполняя его и два остальных пресной водой в которой разводились кошмарные монстры, называемые кашьюри. Эти твари, специально завезённые сюда преступными учёными из иного мира, за сотни лет настолько расплодились, что люди при всём желании не смогли бы жить на внутренних берегах проливов. Хорошо, что удалось выяснить, что кашьюри умирают в солёной, морской воде и теперь вот воды дальнего Южного океана достигли и этого места. Пусть и сильно разбавленные пресными реками внутреннего бассейна континентов, но они были солёными, не питьевыми, и уже сейчас видны были первые результаты: плавающие здесь чудовища не резвились, не атаковали корабли с людьми, а некая часть туш часть вяло трепыхаясь в предсмертных конвульсиях сносилась течением к противоположному океану с названием Дикий, на северо-восток.
   Оставалось как можно скорей взорвать вторую дамбу в оконечности пролива Стрела, после чего кошмарные создания, питавшиеся человечиной, будут уничтожены окончательно. То есть для эскадры кораблей, под командованием адмирала Стэра Ньюцигена, имелась ещё одна наиважнейшая задача: как можно быстрей загрузиться в Чагаре порохом, пройти по второму проливу на северо-запад, и разрушить преграду, построенную тысячу лет назад сумасшедшими учёными. Стоящая сейчас в Стреле пресная вода будет снесена в море проточной водой из Южного океана, и все три пролива окончательно станут морскими. Так уж получалось на этой планете, что поверхностные перемещения вод создавали определённые течения, при котором океан на севере оказывался метрах в десяти ниже по уровню, чем океан на юге.
   После взрыва дамбы в проливе Стрела, течение в Змеином упадёт по скорости вдвое, позволяя нормально барражировать парусным судам, но вот проблемы с постройкой порта возникли сразу с падением уровня, появившимся течением, и после решения правительства Шулпы, сделать город столицей всего здешнего мира. Вот на эту тему и вёлся разговор при расставании на каменном выступе, используемом как пирс.
   - Причём нормальный заход тяжёлых кораблей будет лишь при уменьшении скорости течения вдвое, - напоминал инопланетянин своим соратникам. - Ну и обмелевшее дно придётся расчищать. Так что сразу думайте над тем, как поднять со дна взорванные паромные устройства вместе с тросами. Вдобавок следует придумать, как зачистить всю акваторию пролива от торчащих на дне скал.
   - Можно и не трогать скалы, - не согласился с ним Додюр Гелиан, - Наши лоцманы будут знать проходы, а посторонним нечего приплывать сюда без спроса. Скоро ведь только ленивые корабли не настроят и только недоумки не возжелают если не напасть на город, то хотя бы полюбоваться им.
   Крупный, с отлично просматриваемой мускулатурой на теле и вызывающий расположение открытым, честным лицом, Додюр в своей парадной одежде выглядел великолепно. В свои тридцать пять, он смотрелся лет на шесть, а то и восемь моложе, благодаря пройденным преобразованиям тела в чудодейственном медицинском агрегате Великого космоса, называемом "омолодитель". Некогда служивший личным коком у его Святости Монаха Менгарца, а ныне занимающего должность бургомистра Шулпы, Додюр по большому счёту занимал должность, чуть ли императорскую и был вправе носить корону. По крайней мере, так в последнее время думали почти все. Ибо к Гелиану, который пока лишь огласил о создаваемой очереди к "омолодителю", уже стремились попасть на приём все венценосные правители планеты. А ведь подавляющее количество людей данного мира ещё ничего толком не знали о новых чудесах великой столицы и о возможности прикоснуться к этим чудесам.
   Кстати, рядом с ним стояло ещё одно чудо. Вернее - стояла. Его законная супруга. Аристина Вакахан-Гелиан, роковая красавица, самая известная на Первом Щите женщина, недавняя герцогиня, последние два года побывавшая в ипостаси изуродованной рабыни, и теперь вот вознесшаяся на вершину иной власти и оказавшаяся на острие глобальных исторических преобразований планеты. Не так давно ей исполнилось сорок три года, но после воздействия иномирского медицинского устройства она выглядела на неполных тридцать и легко затмевала красотой даже знаменитых наложниц погибшего сатрапа Гранлео.
   В иные времена Аристина считала себя обязанной влезть в любой разговор и высказать своё независимое мнение. Но сегодня она молчала, до сих пор придавленная полученной несколько часов новостью от врачей. Известная также своей врождённой патологией и ранее не могущая иметь детей, она вдруг узнала, что беременна, и у них с Додюром будут дети. То есть отныне герцогиня скорей всего останется привязана к губернатору ещё и самыми крепкими узами, узами наиближайших родственных отношений. Что для свободолюбивой, любящей авантюры и приключения женщины, оказалось сродни некоему шоку. Она считала себя ещё слишком молодой и не готовой стать степенной хранительницей домашнего очага. Вот она и помалкивала, отвечая невпопад, и думая только о своём, о женском.
   Тогда как вышеупомянутый врач, кажущийся весьма довольным, брызжущим молодецким задором человеком, посмеивался, покрикивал, потирал ладони и готов был спорить по любому поводу, заниматься любым делом и мчаться куда угодно. Выглядел Фериоль Вессано на сорок пять с небольшим, хотя натуральный его возраст уже перевалил за семьдесят лет. В данный момент, некогда прославленный как целитель, старец монастыря Дион обладал пышным званием-титулом Верховный управляющий Цитадели Магических Обрядов. В его ведении находились все медицинские устройства, оставшиеся от группы учёных-преступников, и он со своими помощниками как раз и проводили процессы всё того же омоложения организма.
   Именно мнение Фериоля оказалось самым аргументированным, когда он отвечал губернатору:
   - Додюр, дружище! Если кто сюда приплывёт нас воевать, то он в любом случае высадится в ином месте. А вот для торговли, подводные скалы будут мешать невероятно. Мы обязаны создать и построить как огромный порт, так и самый огромный в мире торговый град. Пусть сюда приплывают и торгуют все, кому возжелается.
   - Но налог всё равно надо ввести! - завёлся Гелиан, вспомнив недавний спор, затеянный инопланетянином. - Где такое видано, чтобы торговали беспошлинно? Это же какие убытки для Шулпы!
   - Опять он за своё! - развёл Виктор руками. - Вижу, что на словах ты цельную картину не воспринимаешь. Придётся мне после возвращения всё это нарисовать для тебя и снабдить соответствующими надписями. Хорошо хоть, что дело не завтрашнего дня, да и первые результаты сможешь сам наблюдать на пригородном рынке возле столицы. А посему..., - тут он прервался, обменявшись жестами с командующим эскадрой. - О! Пора! Наш адмирал уже готов к отплытию. Да и ветер вроде бы самый удачный для парусов... Счастливо оставаться друзья! - он каждому пожал руку, а вот Аристину чмокнул на правах старого друга и спасителя в щёчку. Ещё и шепнул при этом: - Ты посматривай за Додюром, как бы он за чужими юбками увиваться не стал...
   - Чего...? - смешно нахмурила брови красавица. - С чего это ты взял?
   - Тише! - продолжал шипеть он. - Иначе нас услышат!.. А с чего я взял, так ты сама подумай: теперь у него титул, не меньше чем императорский. К чему такое приводит? Вот-вот... Так что вскоре начнут возле него отираться иные женщины, готовые ради омоложения на всё. И если ты упустишь момент...
   Он отстранился, но по озабоченному виду Аристины понял: зерно упало в нужную почву и прорастёт обязательно. По правде говоря, Менгарец и так создал эту супружескую пару скорей своей властью, чем идя на поводу взаимных просьб. Губернатор-то свою супругу обожал и молился на неё ещё до начала семейных отношений, но та лишь посматривала на него благосклонно, не больше. Утверждала, а может и думала, что он ей не ровня. И даже нынешнее положение, титул и беременность могли не удержать герцогиню Вакахан от какого-то опрометчивого поступка. Поэтому Виктор Палцени и решил разбудить у роковой красавицы никогда ранее не просыпавшуюся ревность. Если та вспыхнет, то и женщина лучше разберётся в своих чувствах, быстрей привяжется к мужчине, быстрей познает, изучит его привычки и разберётся в характере. И если уж начнёт "бдеть и опекаться", то господину Гелиану мало не покажется от ежеминутного надзора. О чём он в тайне только и мечтает.
   То есть цель будет достигнута, и не совсем важно какими методами. Тем более что губернатор и так обречён в самые ближайшие дни на женское внимание, в этом Менгарец был прав. Ну а то, что он заранее предупредил друга и дал несколько дельных советов, как разбудить в жене ревность, так это останется их личным секретом, о котором никто третий не узнает.
   Прощание состоялось.
   Как только Виктор Палцени ступил на палубу корабля, трап с завышенного пирса стали поднимать, а команда корабля сноровисто принялась поднимать нужные паруса, подтягивать якорные канаты и отдавать чалки. И через несколько минут, изящный корвет набирая скорость, уже двигался к середине пролива. А люди, оставшиеся на берегу продолжали вскидывать руки в прощальных жестах. Теперь им какое-то время предстояло управлять, развивать и защищать огромную столицу, без своего идейного, морального и технического лидера.
   А тому предстояло двухдневное плавание в королевство Чагар.
  
  

Глава вторая

ПРИРОДНЫЕ КАТАКЛИЗМЫ

   Корвет от стен пирса сопровождал более мощный фрегат, на котором имелось до тридцати пушек. Грозное оружие, и хорошо, что никто не знал: пороха на кораблях оставалось от силы на десяток выстрелов. Оставалось только надеяться, что прошлые сражения, в которых эскадра показала себя воистину непобедимой, существенно отпугнут любителей разбойничьих нападений. На фрегате располагался и сам адмирал Ньюциген, старый морской волк родом из Гачи, который ещё в молодости бороздил прибрежные зоны Океана Жизни, имея специальное разрешение на рыбную ловлю в открытом море.
   Все остальные корабли эскадры, к которым оба корабля дошли через час, уже давно ждали в более открытом и широком Речном заливе. Стоя на якорях ближе к континенту Второй Щит и как можно дальше от гористого мыса Кряжистый Угол, который венчал континент Шлём. Причина банальна: всё те же хищные водяные монстры, которым некогда циничные рабовладельцы скармливали людей. После прихода с юга солёной воды, кашьюри устремились огромными косяками в пролив Стрела, в котором до сих пор оставалась только пресная среда. Как следствие, там зубастых чудовищ сейчас кишело столько, что даже повидавший места их рождения и нереста Виктор, хватался за голову и высказывался нелицеприятными словечками:
   - Протуберанцы им во все отверстия! Сколько же там этой мерзости?!
   Фрегат сблизился с корветом почти вплотную, и адмирал получил возможность разговаривать с Менгарцем без помощи рупоров:
   - Ты видишь, что там творится? Мне кажется, что пройти по тем водам нашей эскадре будет архисложно. И то, соли придётся загрузить больше, чем пороха и всех остальных припасов. Это же нереально!
   Виктор кривился и кивал согласно головой:
   - Да уж...! Но тогда тем более следует взрывать вторую дамбу, чего бы нам это не стоило...
   - Даже ценой гибели эскадры?
   - Ещё чего не хватало!.. Но подумать придётся хорошенько... Или ты что-то хочешь предложить?
   Стэр Ньюциген расставил руки в стороны:
   - Конечно, огромный корабль, с высокими бортами, был бы идеальным, но...!
   - Ха! Когда ещё такой построят?!
   - ...Значит остаётся надежда только на твоих друзей катарги. Если бы они согласились всё перенести по воздуху... А?
   Порывы ветра, заставили корабли разойтись на большую дистанцию, а там и вся эскадра стала сниматься с якорей и выстраиваться в походную колонну, а Менгарец закручинился с новой думой.
   По сути, огромные белые орлы могли почти всё. При этом они прекрасно понимали, что уничтожение кашьюри приоритетно и как бы сами заинтересованы были в скором открытии пролива Стрела для прохода морской воды. Мало того, они уже много раз помогали Виктору и возглавляемому им отряду как побывать в далёком княжестве Керранги, так и уничтожить с помощью фугасов преступный диспектсор в столице княжества Чаоле. При этом разумные птицы и лошадей переносили, и людей спасали, и пленных брали в случае нужды, но тем неожиданней неделю назад оказалось заявление Связующей орлицы Альири, которая считалась в птичьем племени одной из цариц:
   "...Отныне и всегда мы готовы помочь тебе, Монах Менгарец и всем твоим спутникам в любом путешествии, сражении, разведке и деле. Но для всех остальных людей мы были и навсегда останемся неприкосновенными созданиями. Позволить использовать себя как тягловую силу мы не имеем морального права. Пусть хоть весь мир рухнет в пламя глобальной катастрофы, мы никому помогать не собираемся!.. А переносить грузы или просто катать людей по небесным просторам - тем более! Это окончательное мнение совета Связующих и обсуждению, или изменению оно не подлежит!"
   И в ответ Менгарец торжественно заверил, что все привилегии орлов закрепляются на века, а их права на самоопределение будут учтены во всех существующих законах. Потому что в тот момент инопланетянин и не догадался попросить об одной-единственной, самой последней услуге: доставить минёров и порох к северной оконечности пролива Стрела.
   Если разобраться, то проблемы в глобальном плане не существовало. Уже через час к кораблям должны наведаться катарги Мурчачо и Чтец, которые осматривают пока побережье Первого Щита и вместе с членами своей стаи собирают нужные сведения. Можно попросить открытым текстом, поставить новую задачу и тотчас начнётся подготовка к должному действу. Но! Всё это будет делаться лишь в том случае, если среди подрывников будет находиться сам Покоритель Небес, как орлы ещё иногда называли Виктора за умение летать на созданном им дельтаплане. Тогда они и порох перенесут в несколько этапов, и десяток человек доставят к дамбе, а понадобится, так и несколько стай соплеменников соберут вместе.
   Вот только всё с тем же условием: помощь другу Виктору.
   А ему-то как раз и требовалось срочно, а скорей всего, что и длительно заняться делами в Чагаре. Потому что никто кроме него накопившийся, и с геометрической прогрессией увеличивающийся узел проблем с бывшими наложницами Гранлео не распутает. Только он со своим авторитетом, знаниями и умениями, а также пользуясь дружбой с королём Чагара, сможет убедить последнего в определённых действиях. А через него и выйти на след всех остальных, розданных красавиц из гарема главного рабовладельца планеты.
   То есть терять полторы, а то и две недели на уничтожение оставшейся дамбы, он никак не мог. Правда сразу вырисовывалось ещё два варианта развития событий. Первый: корабли эскадры привозят порох к Шулпе и уже оттуда, при сопровождении достаточной воинской силы караван движется к дальней оконечности Стрелы и там, наказав должным образом строптивое королевство Бонителлы, разрушает искусственную запруду. Причём данный вариант казался самым удобным и наиболее логичным.
   Но имелся ещё и второй путь, по которому эскадра может достичь конечной цели. Пусть этот правда считался в два раза длиннее, да и трудностей наверняка в плавании возникнет не в сравнение больше, но тоже вполне приемлемый. Только и следовало кораблям, после загрузкой порохом двинуться вокруг Первого Щита по часовой стрелке. Удаляться в незнакомых местах далеко от берега не придётся, а ближе к северу уже и Ньюцигену знакомы все тамошние заливы и бухты. Этот второй путь займёт примерно столько же времени что и первый, но зато не потребует для безопасности на Шлёме сопровождения в виде сухопутной армии. Правда весь юг континента Первый Щит сейчас захвачен новоявленным императором, бывшим королём Редондеры, Оксентом Вторым. И наверняка он тоже начал строить свой флот, чтобы дать сражение Союзу Побережья ещё и в море. Да и в финале плавания подобные столкновения могли произойти с самозваным императором севера материка, бывшим монархом королевства Дейджан. Но в любом случае эскадры Чагара разобьют любого противника благодаря грозной мощи пушек на бортах и наличию опытных, сработанных экипажей на вантах.
   Оставалось теперь только и посоветоваться с адмиралом о выборе правильного пути, где помощь от катарги только и потребуется, что в виде воздушной разведки. А уж на такую мелочь, как пригляд сверху за армией или за кораблями, орлы согласятся без колебаний.
   Пока в голове у Виктора шли подобные рассуждения, выстроившаяся в кильватерную линию эскадра вышла окончательно в более широкий Речной пролив и двинулась прямо по его центру строго на юг. Постепенно отошли к горизонту оба берега, а возвышающиеся позади горы Кряжистого Угла превратились в мало заметные возвышенности над морской гладью. И казалось бы никто не сможет помещать целенаправленному переходу. Даже скользящие под поверхностью воды тени монстром кашьюри перестали замечаться дозорными.
   Так вдруг свалилась другая напасть на головы моряков. Ветер, до того дувший вполне упруго и равномерно, стал дёргаться, переходя от порывов к хатишью, а потом и вовсе неожиданно иссяк. Ещё с четверть часа во всех направлениях носились лёгкие, еле ощущаемые бризы-дуновения, то потом и они исчезли, оставляя корабли с обвисшими парусами, недвижимыми на зеркальной глади воды. Хорошо что ещё время года считалось не самым жарким, да и вода за бортом, заметно посвежевшая и очищенная океаном всегда позволяла ополоснуться в случае нужды.
   Стали советоваться: ждать на месте, или двигаться к берегу с помощью вёсел? Но вот смысла идти на вёслах никто не увидел. И берег далеко, и воды пресной хватает, и с какой стати корячиться? Не сейчас, так к вечеру ветерок поднимется, об этом уже много здесь плавающий адмирал заявил сразу:
   - Ну было такое пару раз. Но не более чем на час, два... Так что я укладываю команды спать. Пусть отдыхают впрок.
   Виктор на это решение покривился, но настаивать на веслах не стал. В любом случае это не ускорить плавание. А вот о своём решении плыть на кораблях пожалел. Теперь ему как никогда ранее не терпелось добраться до Радовены, столица Чагара, и он сомневался в правильном выборе. Мог ведь и на дельтаплане сразу взлететь в небо, уж там на высоте воздушных потоков всегда хватает. А дальше его бы орлы в месту назначения забросили. Ведь совсем необязательно возвращаться в сопровождении грозной эскадры. Тем более что встречи не будет: никто на Первом Щите ещё не знал, что его Святость, высший проповедник монастыря Менгары остался жив и в полном здравии. Там его до сих пор считали сгоревшим в адском пламени кошмарной машины, оставшейся от императора Гранлео.
   Зато знали о предстоящем прибытии инопланетянина три человека. Линкола - мать короля Грома Восьмого; её старшая внучка, принцесса Роза Великолепная, Покорительница Небес; ну и генерал Тербон, верная опора и наилучший защитник всей королевской семьи, старый приятель и соратник Виктора Палцени. Ждали и готовили соответствующие действия к моменту его прибытия.
   "А прибытие как раз и задерживается! - с досадой размышлял Менгарец, нервным шагом прохаживаясь по раскалённой палубе корвета. Каждый раз при развороте он останавливался и внимательно вглядывался в небо: - И Мурчачо не видно! Вроде бы уже и пора орлам появиться. С чувством времени у них всегда был полный порядок. Хотя..., - он взглянул на часы, и покаянно вздохнул: - Это я зря паникую. Пол часа как минимум у них ещё до назначенного времени есть. Но! Ржавчина на мою голову! Почему я такой нервный неуравновешенный? Хоть бы кашьюри на нас напали, я бы хоть душу отвёл, работая своим дмуручников.
   Но его угрожающий меч так и стоял, прислонённый к центральной мачте и грозно поблескивая удивительной по прочности сталью. Туда его заботливо поставили и даже закрепили в лёгких зажимах вновь вернувшиеся к своим обязанностям оруженосцы. А водные монстры вообще пропали из поля зрения. Скорей всего ушли к более пресным проливам, а те кто не успел, попросту завалились отравленными на дно. Так что сражаться было не с кем. Сгонять зло на матросах - вообще было не в стиле его Святости, так что ничего больше не оставалось, как метаться по палубе, да посматривать на небо.
   И всё равно не он первым заметил опасность. О ней сообщил один из марсовых, восседавший на мачте флагмана эскадры:
   - Грозовая облачность с южного направления! - звонкий голос услышали на всех, погрузившихся в дрему кораблях. - Приближаются тучи довольно быстро!
   Ну с тучами, пусть даже и грозовыми, для бравых моряков трудностей не предвиделось. Наоборот все обрадовались и зашевелились. Тучи - это и ветер! А значит - предстоит опять движение! И громкие команды вывели экипажи из спячки, приказывая готовиться к продолжению плаванья.
   Да только радость на лицах офицеров и наблюдателей несколько поугасла, когда они минут через пять сообразили, с какой громадной скоростью надвигается на них странная буря. Небо на юге чернело и наливалось свинцовой тяжестью прямо на глазах и вихрящиеся тучи уже распростёрлись широкой полосой на весь горизонт.
   Хорошо ещё, что адмирал Ньюциген, сам никогда не бывавший в подобном урагане, всё-таки знавал о подобных апокалипсисах понаслышке. И сразу понял, какая опасность грозит его эскадре. По его командам стали снимать и сворачивать в бешенном темпе все паруса, оставляя только один малый, косой парус, называемый грозовым и позволяющий кораблям держаться корпусом поперёк волны. В аварийном режиме стали наглухо задраивать все люки и палубные отверстия. Готовились все снасти и распорки, которые могли повысить выживаемость суден в экстремальных условиях. Проверяли шлюпки и их крепления.
   И всё равно можно было смело сказать, что до первого налетевшего шквала военные моряки приготовиться не сумели. Хорошо хоть плавучие якоря успели сбросить за борта. Удар ветра оказался настолько сильным и мощным, что не стой корабли к нему носом, так бы и полегли на борт. Но и так мало не показалось: мачты ломались словно спички, натяжки и канатные снасти рвались, словно прогнившие насквозь нитки, а шпангоуты заскрипели и затрещали так, словно их ломал, выкручивал невидимый гигант.
   А потом с мелкой водяной пылью, и громыхающими вспышками молний, всё вокруг заполонила практически непроглядная мгла. Такой и среди ночи не случается. Невидимый и не испытываемый никем ранее ураган, обрушился на эскадру со всей беспощадной и слепой яростью. И началось истинное светопреставление.
   Естественно, что ни о какой взаимовыручке кораблей в данный момент не могло быть и речи. Да что там говорить о соседях, когда нельзя было расслышать в рёве ветра то, что кричал держащий тебя за руку товарищ. Да и его лица при этом было не рассмотреть. Поэтому каждый спасался как может сам, держался, за что вцепился, и старался успел вдохнуть как можно больше воздуха перед набегающей очередной волной. Ещё полчаса назад выглядящие как грозные и непобедимые творения рук человеческих, сейчас фрегаты и корветы мотало в потоках словно щепки, ветер на пиках волн пытался поднять в небо, а потом бросить оттуда с ещё большей, смертельной высоты. Оставалось только и надеяться, что на Удачу и благосклонную Фортуну, которые спасут в данную секунду и утихомирят ураган в самые ближайшие минуты.
   Виктор, привязавший себя верёвками к мачте, старался спасти глаза и уши, закрывая из плотно веками и ладонями, и всё равно ветер с водой выносили у него из головы все мысли, чаяния, надежды и размышления. Только и мелькали порой на периферии сознания некие обрывки мысленной деятельности, порой совсем неуместные в данную минуту:
   "Вот потому о таких кошмарах никто и не рассказывает..., что живых не остаётся... Этак и корабли строить побоятся, после такого урагана... И как он образовался?.. Планета чудес, не иначе... А вот древний город, найденный орлами, так и не довелось посмотреть перед смертью... Ну да, и Розу я больше не увижу... О! Неужели нас подняло в воздух?! Вроде как летим и медленно переворачиваемся вниз мачтами? Но такого не может быть! Подаем?! Воздух! Надо набрать как можно больше воздуха!.."
   И ещё через полчаса:
   "Неужели гибнет весь мир?! Ведь прошла вечность, а ураган так и не ослабевает! Жаль... Жаль если все наши мытарства и потуги пойдут насмарку... Ведь без моего вмешательства Гранлео вскоре возродится вновь... И опять возродит империю Сангремар, восстановив свою власть и прежнее рабство... Только и греет одна надежда, что отстроить заново диспектсор своими силами ему не удастся, а значит новая его жизнь будет уже точно последней. Значит я не зря прожил на этом свете... А Роза...? Роза надеюсь спасётся, сумеет скрыться от молодого Гранлео и его подлой матери Мааниты... Всё-таки подсказки и некие описания сути бесчинств, творимых Гранлео я ей и Линколе передать успел... Они прекрасно понимают, кого родят наложницы, в случае если они уже были беременны... Да и Додюр с Фериолем не просто будут сидеть на месте сложа руки. Дворец в Шулпе в их полной власти, а без него воскресший император немногого стоит..."
   Дальнейшие разрушения, постигшие корвет во время ударов, толчков и странного скрежета, не замедлили сказаться на целостности всего судна. Судя по характерным сотрясениям и вибрации, легко можно было догадаться, что ураган забросил корабль к береговой линии и сейчас скорей всего ломает его о сушу.
   Только и стоило, для отвлечения внимания задуматься над вариантами: к каменному и местами крутому берегу Первого Щита принесло останки морского красавца, или волочит по прибрежным болотам Второго Щита? А может занесло обратно к Кряжистому Углу? В первом случае смерть скорей всего будет быстрой, во втором, и в третьем - мучительной. Потому что в пресноводных болотах Второго Щита как раз и концентрировались спасающиеся от соли водяные монстры. Одни подались в пролив Стрела, а другие на болота. Правда из-за падения уровня воды, болота тоже стали медленно осушаться, и там тоже кашьюри уничтожат. Но когда ещё это случиться?
   Ну а на слиянии проливов концентрация монстров вообще не поддавалась уразумению. Так что если выбирать, то лучше уже погибнуть на скалистом, но чистом берегу. Увы! Выбор, изменчивая Фортуна, оставляла в своих руках.
   Страшный удар, похоже, расколол судно если не на несколько, то уж на две части точно. Остатки снастей, уволакиваемых обломками мачты, словно хлыстом ударили по лицу и по голове Виктора. Вводя сознание в состояние кратковременной контузии. Не помогли даже прижатые ладони, которые сразу же стали кровоточить.
   Затем второй удар, ещё более страшный, который чуть не разрезал тело натянувшимися верёвками. Теперь показалось, что палуба стала задираться вертикально вверх, словно останки корабля вдруг наткнулись на прочную скалистую преграду. А потом нечто тяжёлое ударило пытающегося вздохнуть Менгарца по затылку, и он провалился в омут беспамятства.
   "Ну вот и всё!.." - мелькнула последняя мысль.
  
  

Глава третья

ВЫЖИТЬ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ

   Прежде чем вернуться в сознание, Виктор Палцени понял, что он задыхается. И только потом услышал неприятный, страшно знакомый хруст. Дышать мешала верёвка, на которых он провис всем телом, а одна из них впивалась в горло. Но тут достаточно было пошевелиться и приподнять голову, как влажный, прохладный воздух ринулся свежим потоком в лёгкие.
   А вот хруст продолжался и лишь с трудом приоткрыв правый глаз (левый оказался заплывшим под жуткой опухолью), Менгарец смог рассмотреть, что творится под ним. Слух и память его не обманули: такие характерные звуки могли издавать только гигантские челюсти кашьюри, рвущие плоть своей добычи вместе с костями. И внизу, на расстоянии метров семи, два монстра ударяя друг друга мордами доедали тело одного из пострадавших при кораблекрушении моряков. Хотелось надеяться, что бедняга умер ещё во время урагана, а не от зубов хищных людоедов. Скорей всего те и до висящего на верёвках человека добрались бы, встав на задние лапы, но им для этого не хватало высоты собственных тел. Окажись жертва на метр ниже, то очнулся бы не удушья, а от последней в своей жизни боли ломаемых конечностей.
   Естественно, что первым желанием Виктора было отпрянуть назад как можно дальше. Затем накатил страх, что верёвка не выдержит и разорвётся, или банально развяжется. Поэтому он стал осматриваться с максимальной осторожностью и не делая резких движений.
   Похоже, что корвет все-таки раскололся на несколько частей, когда его ураганный шквал, торнадо или гигантские волны выбрасывали на берег. А потом ещё и по берегу проволокли эти части, сметая всё на своём пути и добивая ударами несчастных, пытающихся выжить мореплавателей. Палуба, а вернее её косок, стояли под ногами у Виктора вертикально к почве.. И что самое неприятное, медленно, но вполне заметно продолжали погружаться в кучи грязи, водорослей и спутанных веток деревьев. Вполне возможно, что под этим наносным мусором располагалось болото. О болоте говорило и наличие копошащихся вокруг кашьюри, помимо пары прямо внизу, виднелось ещё несколько тварей, которые рылись в грудах веток. Хотя и твёрдые участки суши просматривались этакими бугорками и торчащими на них остатками деревьев. Вырисовывалось в растекающемся, сочащем дождём тумане и несколько массивных скал, на одну из которых и опиралась горизонтально мачта, тоже не вся, а своим оставшимся десятиметровым отрезком.
   Ну и самое печальное, что пока вокруг не наблюдалось хоть кого-то из выживших членов экипажа. Помощи ждать было не от кого, следовало самому приложить все свои силы и умения для собственного спасения.
   Первым делом осмотр тела. Все кости, на удивление целы. На затылке громадная шишка, к которой больно дотронуться. Наружные части ладоней собраны, местами до костяшек, но пальцы тоже целы. Левый глаз заплыл так, что вначале показалось, что и нет его больше, и только разведя пальцами заставшую корку крови, удалось увидеть кусочек окружающего пространства. То есть двигаться и сражаться можно.
   Оставалось только развернуться на провисших верёвках, не выпав при этом в хищные пасти, а потом ещё взобраться верхнюю плоскость горизонтально лежащего мачтового обломка. Развернуться удалось с трудом, с замиранием сердца поймав отвязавшийся конец верёвки, который до того поддерживал грудь. А вот дальше пошло на удивление легко, благодаря своему именному, прославленному оружию. Как это ни было дивно, но гигантский двуручник удержался в своих креплениях! Хотя скорей всего помогло ему это сделать две обвязки, которым оруженосцы притянули тяжеленное оружие к мачте намертво в момент экстренной подготовки к шторму.
   И вот как раз придерживаясь за крепления, и за крепкие стягивающие верёвки, Менгарец сумел выбраться наверх, и уже там, усевшись на толстенный ствол верхом, стал осматриваться более тщательно. Потом даже встал и подтянувшись на руках заглянул за торчащие вверх остатки палубы. Надеялся увидеть там трюмные помещения, а в них и кого-то из спасшихся товарищей, до только... днища у корабельного обломка не оказалось. Только несколько торчащих, словно рёбра шпангоутов, на которых комьями висели сплющенные останки болотной растительности.
   И тишина... Нарушаемая ненавистным хрустом и шелестом падающего дождика.
   Прошёлся, аккуратно балансируя по мачте на скалу. Та тянулась куда-то вдаль и терялась в тумане, но уже только отсутствие на ней кровожадных монстров внушало оптимизм. Раз сюда не забрались, значит можно пересидеть некоторое время в безопасности. А там тучи разойдутся, дождь кончится, и обязательно прилетят на поиски орлы катарги. Пусть даже сутки пройдут, а то и двое, но помощь по всей логике должна поспеть.
   К сожалению, ничего кроме верёвок, да громадного обломка палубы в распоряжении потерпевшего не было. Это если не считать двух метательных ножей, оставшихся в халявах сапог, приличного кинжала, болтающегося на поясе, ну и монстра-переростка, который именовался личным мечом его Святости. Сколько ни всматривался Виктор в пространство вокруг остатка фрегата, ничего не заметил. Ни бочонка с питьевой водой, ни корзины с пищевым провиантом, ни стоящего плотницкого инструмента. Ведь топор бы в примеру очень и очень пригодился. Хотя бы для разделки палубы на необходимые для костра дрова.
   Естественно, что о костре сейчас, и даже сегодня не стоило мечтать. Ни солнца не видно, ни сухой щепочки не отыщешь. Солнце бы пригодилось для использования стекла с часов, которым можно было разжечь сухой мох и листья. Да и кресало с трутом, которые вроде находились в непромокаемом пузыре, оказались жутко мокрыми и подпорченными.
   Пока лишенец осматривал скалу, да окрестности, кусок палубы просел в болото ещё на метр в глубину и вроде как замер. Но всё равно ходить по мокрому брусу мачты, теперь лежащему под уклоном, стало трудно и опасно. А ходить, хочешь, не хочешь, а надо. Во-первых, следовало отвязать и доставить в безопасное место свою палочку-выручалочку, двуручник. С этим удалось справиться быстро. А вот затем полтора часа ушло на попытки выломать раскурошенные доски палубы из вреплений и сделать запас дров если не на ближайшую ночь, то на завтрашний день.
   К концу этого изнуряющего труда, вокруг немного посветлело, тучи вроде как стали рассеиваться и дождь почти прекратился. Но вроде как стало темнеть из-за приближающегося вечера.
   - Это же сколько времени тогда прошло?! - поражался Менгарец, стараясь разговором вслух успокоить свои нервы и проверить заодно исправность своей гортани. - Неужели ураган меня носил пять часов? Или это я так долго находился в бессознательном состоянии? Если судить по жертве кашьюри, то долго я в отключке не провисел... Или чудовища тоже несколько часов прятались после невиданного шторма? Вряд ли..., эти твари не имеют малейшего инстинкта самосохранения. Как и страху никогда не испытывают... Так значит всё-таки ураган виноват? Но тогда на какое расстояние могло разметать эскадру? И кто из наших сумел спастись в такой катавасии? - естественно, дальнейшие вопросы проистекали из предыдущих: - Если это конец света, то что там творилось в Чагаре? Уцелела ли Радовена? А что могло достаться Шулпе? Хотя там любую бурю город выдержит... М-да!.. Плохо жить без постоянной и вездесущей связи!
   Все эти его ворчания проходили под весьма интенсивные действия. Он таки решил при быстром беге осмотреть свою скалу как можно дальше от точки крушения. Вдруг она упирается другим концом прямо в лес? А то и вообще выходит к человеческому жилью? Вот будет глупо ночевать в холоде и сырости, когда недалеко городок или деревня! Правда, после нынешнего урагана всем прибрежным поселениям неслабо досталось, но уж всяко лучше оказаться среди людей, чем прислушиваться к постоянному хрусту болотных тварей.
   Пробежать пришлось с километр, прежде чем пришло понимание, что скальная возвышенность с понижением расходится в стороны. А когда впереди показалось особо плотное туманное облако, Менгарец здраво решил вернуться. Соваться в неизвестность в сгущающихся сумерках - невероятная глупость. И так теперь ночь спокойно спать не будет по той причине, что дальние оконечности скалы скорей всего смыкаются с болотами, выходят с ним и на один уровень и скорей всего там есть возможность для кашьюри взобраться наверх. А почему до сих пор этого не сделали? Да по простой причине: скала голая, никого на ней не бывает, вот и сложился у местных чудовищ стереотип в бессмысленности покорения скальной высоты. Туда ещё доберёшься, а на обратном пути с голода помрёшь или от пересыхания кожи. Твари хоть и могут выходить на сушу и двигаться по ней, всё-таки водоплавающие существа. Среда их обитания - толща пресных вод. Ну или в крайнем случае как здесь - топкие и гнилые болота.
   Пока вернулся к заготовленной куче дров, устал как собака. Но отдыхать себе не позволил, как сделал бы до разведки. Новые знание - новые печали. Ведь всё-таки у кашьюри существовал некий шанс и сюда добраться поверху, используя ночь и постоянно моросящий дождик. Мало ли, как сработают у них тупые мозги! А подкрадываться эти порождения ужаса умеют тихо...
   Вот и пришлось вновь бегать по наклонной мачте, срезать все верёвки, сооружать некое подобие кошки из креплений и поднимать наверх все ранее замеченные остатки снастей. Хорошо чот успел это сделать до наступления полной темноты. А некое пододие сигнальной сети расставлял вокруг предстоящего места ночлега на ощупь. И только потом, обложившись со всех сторон обломками досок, уложил меч у себя на коленях, да так и уснул сидя. А точнее сказать провалился в пропасть сна.
   Скорей всего подберись к человеку любой из монстров в первые два, три ночных часа, тот бы и не отреагировал. Кровожадный монстр, выросший на человечине, схрупал бы спящего инопланетянина и не подавился. Повезло...
   Две твари приползли гораздо позже, с первым рассеянным утренним светом. А к тому времени Виктор, уже выспавшийся, восстановивший силы, но страшно промёрзший и мокрый насквозь, нагулял зверский аппетит и страшно хотел пить. Так что не вставал на ноги лишь по причине эфемерного желания сберечь тепло в сжатом, скрюченном теле. Ну и не спал, естественно. На пустой желудок и без крыши над головой не поспишь!
   Поэтому тихий скрежет когтей по камням услышал заблаговременно. А потом и рассмотрел две крадущиеся туши, напоминающие толстенных крокодилов. Успел сделать разминку всех мышц, так и меняя сидячего положения, а когда пришла пора для атаки, только и вскочил на ноги, да подпрыгнул на месте несколько раз, проверяя готовность к бою. Содранные костяшки пальцев побаливали, левый глаз так и не открывался почти, но сил и жажды сражения хватало с излишком. Ещё и тактически поступил очень грамотно, не став убивать тварей далеко от края скалы. Подманил их ближе, а потом двумя мастерскими ударами, за которые и получил всемирную славу, раскроил обоим кашьюри головы.
   После чего используя доски как рычаги, подкатил туши к краю скалы, да и столкнул вниз. Где незамедлительно начался завтрак для таких же чудовищ. Поедали они всегда раненых или убитых особей своих стай с полным равнодушием и отменным аппетитом.
   Немного подумав, Менгарец прошёлся по скале по маршруту пришедших монстров, но никого, при нарастающем дневном освещении не обнаружил. И только тогда поспешил назад к своему временному биваку, радуясь, что дождь закончился. Очень уж не терпелось разжечь костёр, просушить одежды и прогреть основательно продрогшее тело.
   Увы, удалось добыть пламя, а потом его и раскочегарить как следует только часа через два. И то лишь благодаря кратковременным лучикам солнца, которые выглянули в окошко среди туч. Но и этого хватило, чтобы затрепетал первый язычок огня. Далее человек уже и одежды высушил и сам прогрелся, как следует и спокойно обдумал свою диспозицию.
   Облачность не позволит орлам его заметить издалека. Дрова кончаются. За ночь остатки корвета провалились вниз ещё метра на полтора, и ходить по круто наклонённой мачте было крайне проблематично. Да и обломанный конец мачты находился теперь на самой кромке скалы. Того и гляди, рухнет в болото! И хорошо если пришибёт собой только нескольких кровожадных монстров, а не уронит вниз неосторожного, слишком самонадеянного человека.
   То есть оставаться на месте, не было малейшего резона. Следовало искать людей. Да и просто уходить отсюда как можно быстрей. Если пара кашьюри сюда забралась, то могут и остальные следом, а может и на запах крови подтянуться.
   Виктор напоследок оправился, затянул ремень на следующую дырочку, возложил свою оглоблю на плечо да и двинулся в путь. На месте своей вчерашней разведки и в самом деле рассмотрел, что боковые откосы спускаются вниз, а потом зарослями кустарника так и переходят в болото. И естественно, что даже издалека в болоте просматривались поблескивающие, копошащиеся туши кашьюри.
   - А что б они загорали возле Сверхновой! - не удержался от ругательств вслух инопланетянин. - Сколько же их тут?! Даже понижение уровня воды в заливе не сказывается. Вот же живучие твари! Нелегко придётся здешним людям отвоёвывать свои исконные плодородные земли. Ну да справятся как-нибудь...
   Конечно, сомнения ещё оставались, что он на Втором Щите, но совершенно мизерные и беспочвенные. Слишком уж местность разилась от другого побережья, которое он прошёл как пешком, так и внимательно осматривая с летящего в небе дельтаплана. Ну и вид недалёкого, холмистого леса указывал на его необычность и ранее не виданное величие. Скалистая возвышенность так и вела к массивным деревьям, постепенно опускаясь вниз и на своей оконечности опасно смыкаясь с подступающими болотами. Так что рассматривать окружающие красоты и ориентироваться на местности, было некогда. Следовало преодолеть опасный участок чуть ли не бегом, пока его не перегородили кровожадные твари.
   Вот Менгарец и поспешил. И вроде бы, как прикинул издалека должен был пройти опасный участок не напрягаясь. При ближайшем рассмотрении удалось заметить, что уровень вод тут всё-таки сильно спал, как минимум метра на три, так что выползать из болот на возвышенность стало довольно проблематично для кашьюри. А они, заметив спешащего человека, жутко активизировались, пытаясь массовыми потоками взобраться на скалу.
   - Ну да..., так я вам и дался, зубастые уроды! - бормотал человек, тем не менее значительно ускоривший скорость своего передвижения. - Не на того напали! И будь у меня время, стоял бы тут и рубил бы вас от рассвета до заката! Мрази!.. Оп-па!
   И от неожиданного зрелища, чуть не споткнулся. Там где скалистая возвышенность вонзалась в лесной массив на неё из-под деревьев единой колонной, из-за узости тропинки, выползала вереница кашьюри. Видимо у них и в самой чаще имелось некое болотце или озеро, где они проживали и вот теперь они из своей вотчины спешили навстречу своему самому любимому лакомству. Взор сходу насчитал не менее десяти особей.
   Что интересно, и человеку отступать было некуда. Но при виде новой опасности, он зло рассмеялся, перехватил удобней свой громадный меч и двинулся дальше приговаривая:
   - Ну вот, сам хотел вас покромсать..., а вы тут как тут. На ловца и зверь бежит. Эх! Раззудись плечо!..
   И довольно эффективно, экономно расходуя силы начал прорубаться через прущую на него колонну. Сражение получилось невероятно красочным и неожиданным в первую очередь для монстров. Вроде как атакуют они, но победителем со всех сторон выглядит человек. Удар - труп. Обход дёргающегося в конвульсиях тела со стороны - и новый удар. Но чаще всего выверенное рассечение носовой части зубастой пасти, сразу выпускало всю жизненную энергию из монстра, и он замирал на месте, словно умер уже давно. Уж кто-кто, но его Святость, первым поднявшим оружие на кашьюри, прекрасно знал, как и с какой силой надо смертельно ранить безобразных монстров. Да ещё чтобы не мешали своими лапами и хвостами в посмертных конвульсиях. А уникальное оружие, легко порхающее в его руках, позволяло воевать и не с такими кошмарными созданиями.
   Вот так и размахивая деловито своим двуручником, Менгарец вошёл под густые кроны лесных исполинов. Как он вскоре заметил, озёр в лесу особо не наблюдалось, а уж тем более болот. Да и объектов уничтожения перед ним осталось единицы. Скорей всего это ураганом сюда донесло волны грязи, слизи и жижи с болот, а вместе с ними и кашьюри сюда попали. Хотя не факт, что их вскоре тут не окажется бесчисленное множество, привлечённое запахом крови и человека.
   А посему останавливаться и осматриваться было некогда. Так и пришлось двигаться в глубь леса. Хорошо ещё что гигантские ствола отстояли друг от друга далеко, и подлеска как такового не существовало: выбирать дорогу стало легко и безопасно. Любого бросающегося наперерез кашьюри, Виктор успокаивал одним ударов и всё дальше и дальше уходил от опушки. Как ни странно, но твари так и продолжали настойчиво идти за ним следом, хотя большинство таки отвлекалось на поедание трупов. Что вызвало вполне справедливые опасения:
   "Вдруг впереди всё-таки имеется болото? Или внушительное лесное озеро? Если меня прижмут к его берегу, я могу с навальной атакой и не справиться! Может ускориться, пробежаться вперёд?.."
   Он как раз рассёк пасть очередной твари, выползающей из-под кустиков, когда рассмотрел впереди особо густые заросли высокой травы и кустарника. На секунду задумался, куда податься и сам вздрогнул от неожиданно раздавшегося голоса:
   - Ну ты и лихо ты с ними расправляешься! - из-за третьего справа дерева выступил высокий, тощий мужчина с коротким копьём, и не пытаясь завязать знакомство, сразу начал с совета, - Туда не ходи! Там озеро с этими тварями. Уже и в него добрались!..
   - Так показывай дорогу, - без всякого колебания предложил Менгарец.
   - Беги за мной! - и незнакомец довольно резво припустил бегом, забирая резко вправо от прежнего маршрута движения Виктора.
   Так они двигались минут пять, затем опять повернули в сторону востока. И ещё через минут десять, видимо обойдя озеро и оставив его далеко за спиной, нежданный проводник остановился сам и предложил отдохнуть попутчику:
   - Отдышимся... Здесь уже вроде и не страшно... Но посматривать не помешает.
   - Ясно. Спасибо за помощь, - поблагодарил лишенец и представился: - Виктор!
   - Кхети Эрст! - тщательно выговаривая каждую букву, назвал себя мужчина. При этом он уже более внимательно осматривал пришельца, особенно его одежду и меч: - А ты откуда тут взялся?
   - Ураган принёс..., - видя непонимание в глазах собеседника, Менгарец стал уточнять: - Ураган, это та самая буря, которая была вчера. Мы плыли по морю, а точнее по проливу Речной на корвете, а нас подхватило волнами и сюда забросило. Остатки корабля ещё торчат из болота в конце скальной гряды, по которой я добирался к лесу.
   Кхети Эрст хмурился так сильно и так однозначно кривил тонкие губы, что всё его полное недоверие читалось на лице сразу. Но уточнять и переспрашивать он начал с конца короткого пересказа:
   - И небось ты на этой скале и ночевал?
   - Ну да, в тумане не разобрался, куда она выводит...
   - И монстры тебя не атаковали?
   - Под утро зарубил парочку. Потом костёр развёл отогрелся, просох и понял, что надо к лесу двигаться. Хорошо что успел.
   - И по морю значит плыл?
   - Ну я же говорю!
   - А что такое корвет? Твоя лодка так называлась?
Оценка: 7.61*11  Ваша оценка:

Связаться с программистом сайта.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:
Э.Бланк "Пленница чужого мира" О.Копылова "Невеста звездного принца" А.Позин "Меч Тамерлана.Крестьянский сын,дворянская дочь"

Как попасть в этoт список
Сайт - "Художники" .. || .. Доска об'явлений "Книги"