Аннотация: 19-го мая выкладываю предпоследнюю, 10-ую часть романа.
Глава двадцать пятая
СЛАДКАЯ СМЕРТЬ
Семён очнулся от того, что бросаясь в воду, умудрился несообразно поскользнуться, и самым нелепым образом удариться головой о шершавый камень. Только что он хохотал, и ощущал себя самым радостным человеком во вселенной и тут вдруг раз! Боль! А потом и кровь на притронувшейся к ране ладони!
Но именно эти два фактора вдруг разбудили человека, вышвырнули его из странного состояния счастливого бреда в страшную действительность. Глаза открылись совсем по-иному, тело от страха покрылось гусиной кожей. Инстинкт выживания вопил диким рёвом, призывая опомниться и осмыслить происходящее.
Хотя при первом взгляде вокруг, ничего страшного не происходило. Ласковые солнечные лучи струились сквозь кроны деревьев, играя, пуская зайчики от колышущейся синевы озерка. Рядом плавала, посмеиваясь, его любимая демонеса, приговаривая при этом ласковым голоском:
- Дорогой, какой ты стал неуклюжий... Или ты не выспался этой ночью?
Ни рана, ни кровь на лице любимого мужчины её совершенно не впечатлили. Ну и когда землянин присмотрелся к глазам своей суженой, его вообще чуть не парализовало от ужаса: там виднелась пропасть равнодушного бессмыслия. Да, она его узнавала, да, она ему улыбалась и шептала ласковые слова, но вот осмысленности осознания самой себя в этих глазах не осталось совершенно. Примерно так выглядят наркоманы, полностью смирившиеся со своей судьбой и отбросившие даже мысли о какой-то борьбе и сопротивлении.
Двумя прыжками выдернув себя из воды, Загребной постарался осмотреть бренное тело всеми доступными ему средствами. И тут же почувствовал себя странно опустошённым магически, словно только что закончил тяжелейшее сражение с употреблением резервов до самого конца. Физическое тело тоже вело себя не лучшим образом: ноги дрожали, руки тряслись, лицо дёргалось от судорожного тика, а сердце неравномерно билось в груди, словно при инфаркте.
Хотя как оно должно биться при инфаркте, иномирец не знал и знать не хотел. Его сознание охватила куча странных противоречий и явно навеянных мыслей. Словно кто-то наклонился над ним и пытался уговорить:
"Расслабься! Смой рану водой, а затем поцелуй и успокой свою любимую. Ведь ей нельзя волноваться, её здоровье при этом может сильно пострадать! Заходи в озеро, возьми её на руки, поласкай..."
Хорошо, что инстинкт всё-таки ещё продолжал вопить, заглушая чужое внушение. Поэтому Семён хоть и бросился в воду, хоть и подхватил любимую на руки, но ласкать и целовать не стал. Вытащил на берег, недоумённо оглянулся в поисках отсутствующей одежды и оружия, после чего взъярился ещё больше. Из всего, что на нём было раньше, не было ничего! Единственная веешь - так это носимый на шее рубин из короны Асмы, аккуратно вшитый в мешочек из плотной, шёлковой ткани. Да и то видимо не снятый по причине очень короткой, прочной цепочки, замок которой был снабжен специальным магическим фиксатором. Хотя опять-таки, до сих пор с этого камня никакого толку не было. Но плакаться об утерянном оружии, уникальных амулетах, и нескольких ценнейших артефактах было некогда, следовало спасать любимую.
Грубо привалил хихикающую демонесу спиной к какому-то дереву и стал пощёчинами, криками и встряхиваниями приводить в чувство. От вида рассечённой губы и покрасневшей на щеках кожи, сердце чуть не захлебнулось в крови отчаяния, но результат после таких действий всё-таки появился. Зрачки значительно расширились, выражение боли сменилось лёгкими попытками хоть что-то осознать. А потом и губы искривились в жалобном плаче:
- Дорогой, за что ты меня бьёшь? Ты меня уже разлюбил?..
- Люссия!!! - кричал он ей в лицо, продолжая при этом встряхивать, как и прежде. - Очнись! С нами что-то случилось! Умоляю тебя, осмотрись!
- Не кричи..., я не глухая...
- Вставай! Немедленно вставай!
Пытаясь воздействовать более радикальными средствами, хоть это и было весьма больно и жестоко, Семён принялся щипать демонесу в самые уязвимые для боли точки на теле. В том числе за соски и внутренние стороны бёдер. Это помогло ещё больше. Визжа от боли и заливаясь слезами, Люссия наконец-то стала просыпаться, и пусть не сильно, но принялась царапаться и отбиваться в ответ:
- Уйди! Я тебя ненавижу! Убью! - и даже предприняла явные, но бесполезные попытки ударить своего любимого мужчину магией.
И всё равно, окончательно она осознать действительность не смогла. Наоборот от страха и боли стала терять и то понимание, что проснулась в глазах. Пришлось прижать её к себе и, поглаживая вздрагивающее тело, попытаться успокоить. Вот именно тогда трияса и прошептала, словно её волей руководило очнувшееся от дремоты подсознание:
- Любимый, нам надо домой! Отнеси меня к нашему дому!..
Дальнейшие попытки привести в чувство, тоже ничем не закончились. Мало того, Семён вдруг осознал, что чьё-то внушение опять настойчиво призывает его расслабиться, успокоиться и предаться блаженному отдыху. В попытках избавиться от этого наваждения, Загребной потрогал содранную кожу на лбу. Стало больно, но крови больше не было. Видимо тело само автоматически пыталось справиться со сворачиванием крови. Решительно зарычав, содрал подсохшую сукровицу. Кровь потекла опять, сильная боль помогла вновь воспрянуть инстинктам выживания. Причём один их этих инстинктов, самый рассудительный подавал правильную мысль:
"Я ослаб... Ноги тело еле держат. Значит надо идти самому... Вначале так, а когда отыщу помощь, вернусь за Люссией... Да, так будет правильней. Иначе так и умрём вдвоём у этого безымянного озера..."
А слабый голос предвидения шептал:
"Если я сейчас её здесь оставлю, то больше никогда не отыщу! Надо сразу идти вместе с ней!"
И этот слабый голос победил рассудительное самосохранение.
Семён встал, попытался поставить любимую на ноги и уговорить двигаться самой. Но та опять хихикала словно сумасшедшая, и пыталась быстрей окунуться в озеро:
- Я хочу плавать, - шептала она, - Я так давно не плавала...
Пришлось подхватывать её на руки, ориентироваться по перевалившему за полдень солнцу и двигаться на восток. Причём двигаться не просто так, а проявляя самые мазохистские черты своего характера. Как только появлялась мысль прилечь, или просто присесть отдохнуть, как землянин прямо на ходу пытался оцарапать себе руку или ногу о кору деревьев. Затем в сотый раз со злостью замечал, что кора здесь только гладкая, мягкая или покрытая мхом, и бился по самому твёрдому стволу многострадальной стертостью на голове. Боль прочищала мозги, но текущая кровь истачивала последние силы.
Взбрыкивающая демонеса иногда пыталась вырваться из рук, или упасть с плеча. С ней приходилось обращаться примерно, так же как и с собой: бить головой о ближайший ствол, или щипать за самые чувствительные, уже покрывшиеся страшными синяками места прекрасного тела. Визг после щипков, несмотря на общую слабость пострадавшей, достигал такой силы в обоих ипостасях Изнанки, что хотелось зарыться головой в землю словно страус. Выход опять получался только один: отыскать ствол потвёрже, и словно бы нечаянно приложиться драгоценной ношей о ствол.
А потом кусать собственные губы в отчаянии и шептать хриплым, срывающимся голосом:
- Ничего, дорогая..., пусть я убью нас обоих, но ...дойду до нашего дома...
Естественно, что он имел в виду крейсер, и мечтал выйти именно к нему. Да вот сознание всё чаще и чаще стало покидать его без всякого разрешения. День сменился ночью, а он всё шёл, стараясь не уронить любимое тело, упорно переставляя ноги, натыкаясь на препятствия и ощущая после боли короткие прояснения в мыслях. И с каждым разом всё больше понимал: он заблудился! И скорей всего бессмысленно топчется на одном месте.
Потом провалы в памяти стали до смерти опасными и продолжительными.
А потом он в шоке замер перед огромным, высоченным строением. Долго пытался осмыслить, куда же он пришёл? Ногами он ощущал, слабо шевелящееся тело демонесы - значит она здесь. Но откуда этот замок?
И только присмотревшись лучше при свете зарождающейся зари, он вдруг со вскриком понял, что вышел совсем не туда, куда стремился, не на пляж, а к их желанному замку, который уже завершили возводить духи-строители.
- Надо..., нам надо на пляж..., - прошептал Семён.
Не в силах даже оглянуться на лагуну и убедиться, там ли ещё "Лунный", Загребной стал наклоняться за своей любимой. Но тут его силы и покинули окончательно. Последнее, что мелькнуло у него в мозгу, когда он падал ничком, так это запоздалое понимание слов Асмы:
"Так вот она какая, Сладкая Смерть...!"
Глава двадцать шестая
ОДИН В ПОЛЕ НЕ ВОИН...?
Дожидаться рассвета, барон Лейт не стал. Решил сразу отправиться по сооружённым ещё в первый день прибытия мосткам на берег. Но чувствуя очень странное состояние собственного тела, понял, что с ним творится явная беда. Так он себя ощущал только в жутко нетрезвом виде. Хоть и было такое всего пару раз в бурной юности, но свинское состояние запомнилось намертво. Сам он магическими силами, для отрезвления не обладал, зато у него имелся один довольно мощный, именной амулет, который в бою мог предохранять от двух максимальных по силе ударов топора. Если проглотить его сердцевину внутрь, побочными действиями этого амулета, но практически никогда не используемыми людьми в здравом уме, являлось исцеление от насморка, избавление от перхоти и быстрое избавление от алкогольного опьянения. Когда Загребной дарил в своё время амулет барону, то пошутил на тему болячек:
- Пусть они нападут на тебя все вместе, всё равно вкупе и одного удара топора не стоят. Пусть даже нанесённого в четверть силы.
Тогда Лейт не постеснялся уточнить, что же лечит чудесный подарок и как оно действует. Ерунда, вроде, а для разведчика и подобные детали бывают спасением. Помогло и в этот раз: проглоченная сердцевина, стала взаимодействовать с корпусом амулета, и вместе с потом, обильно смочившим тело, пришла ясность сознания. Вот тогда уже осознанная серьёзность положения, заставила сообразительного разведчика, превосходного организатора и толкового командира действовать в присущей ему манере. Быстро, чётко и эффективно.
Первым делом он оббежал весь пляж и всё побережье, поражаясь тому виду, в котором спали как моряки, так и воины. Все без оружия, практически голые, и совершенно не реагирующие на пинки, крики и даже удары по болевым точкам. Разве что некоторые, особо живучие стонали во сне, так и не открывая глаз. До нервного срыва, выразившегося в жутких ругательствах, довёл вид лучшего другу Геберта, который возлежал на куче собранных фруктов всего лишь с поясным ремнём на талии. Старого соратника и приятеля, барон с проклятиями и злостью, чисто ради выхода всплеска адреналина, отволок на пляж и бросил на песок возле мостков. Ногами в море. Обрызгал водой лицо, но понял, что и этим ничего от коллеги не добьётся. Затем сообразил, кого следует отыскать в первую очередь: Загребного и триясу.
Но тех нигде не было: ни в лагере экипированных воинов, ни в ближайшем лесу, ни возле возведённого, словно по мановению волшебной палочки, замка. Зато рядом со ступеньками парадного крыльца, разведчик наткнулся на тела Крайзи и Мэтра. Если художник как и все остальные не отреагировал на попытки достучаться до его сознания, то учёный неожиданно очнулся, вполне здраво оценил ситуацию и даже. (О, чудо!) узнал барона:
- Ты?! У нас беда...
- Знаю! Где Загребной?
- Сам его вот тут жду..., - прошептал Вишу, пытаясь удержать голову на гнущейся от бессилия шее. - А надо было ждать на крейсере...
Уже частично догадываясь, какая именно беда свалила всех его товарищей, Лейт понял, что единственное спасение - это доставить всех на корабль. Возможно там, воздействие местного, дурманящего климата влияет на людей и демонов меньше. Хотя если вспоминать своё недавнее состояние, словно после кошмарного перепоя, то видимо климат достанет всех и в каютах. Но кто не борется, тот проигрывает еще, не вступая в игру. Это отчаянный воин усвоил давно, попав в отряд Виктора Алпейци. Поэтому раздумывать не стал ни минуты. Взвалил Вишу Крайзи на плечо и поволок в сторону пляжа. Вторым перенёс Стаса Морью. И там стал их ворочать в воде, тёплой как компот, пытаясь привести в сознание. Третьим, стал тормошить своего друга Геберта. Но вот именно придерживая тело за пояс, вспомнил, что и товарищу отец императоров подарил подобный амулет. Тот его и носил в кармашке этого самого пояса.
Со злостным рычанием расстегнул пояс, отыскал нужную панацею, а потом застыл в нелёгком выборе. Геберт находился в таком состоянии, что скорей всего удавится, чем проглотит довольно крупную сердцевину амулета. Да и очнётся ли после этого? Видимо болезнь сознания уже зашла слишком далеко. А вот учёный, пытался двигаться, даже с очумелым видом омывал лицо солёной водой. То есть всеми силами боролся с навалившейся на него напастью.
Решение принято! Громким криком удалось втолковать в затуманенный мозг Крайзи его шанс вернуть сознание. Пояс ему же на грудь. Потом помощь при глотании, и поданная фляга с пресной водой. Вроде в глазах стало разгораться понимание, а потом тело покрылось обильным потом.
Рассматривать что будет дальше, барон не стал. Бросился под сень деревьев, за следующим телом. Причём постарался в первую очередь припомнить, где и кого видел из командного состава. Первым приволок грузного капитана. Когда возвращался с телом главного механика, Вишу Крайзи уже пошатываясь, волок на себе полковника экипированных воинов. Пожалуй, только ему одному из всех шабенов-людей и было такое под силу.
Когда они несли следующую пару тел, произошло чудо.
Глубины морских вод лагуны, озарились светом, в котором отчётливо виднелось тело самой прекрасной, самой величественной и самой древней медузы этого мира. Уже раз видевший её, и попавший под её благодарность, барон Лейт завопил как оглашённый:
- Лунная! Лунная госпожа!!!
В два прыжка проскочим оставшиеся до воды метры, сбросил тело спящего офицера чуть ли не в воду, а сам шагнул вглубь чуть не по пояс и с надрывом, срываясь на хрип и страшно фальшивя, запел гимн мокрастых демонов. Тот самый, после которого древнейшее существо Изнанки в своё время излечило всех, кто находился в бухте с найденным крейсером и наградила силами шабенов в эквиваленте пяти уровней.
То есть действовал он вроде как правильно, надеясь, что сейчас свершится чудо, медуза поможет и все товарищи, пришедшие в сознание, потянутся к спасительному кораблю. Слабо соображающий учёный тоже присоединился к разведчику и стал подпевать, у него тем более не имелось никаких соображений, по поводу что надо и как просить у благодетельницы. Хотя, в сущности, подробный рассказ Семёна о переговорах на ментальном уровне он слышал не раз и запомнил отлично.
Поэтому для обоих оказалось некоторым шоком, когда им внутрь черепа прорвалась острая боль и превратилась там в огненную пульсацию. Оба человека завалились в воду лицами, непроизвольно пытаясь спасти плавящиеся мозги, и только после этого услыхали в своём сознании грубые окрики:
- Глупцы!!! Прежде - надо прислушаться ко мне, а не завывать непрошенные гимны! Пение сейчас не поможет и у вас всего несколько шансов на спасение. Слушайте меня внимательно: сносите в воду тех, кто может запустить машины корабля и подготовить его к отплытию. Минут через сорок, пятьдесят, я накоплю силы и их разбужу. У них будет всего лишь один час после моей магической встряски. Потом они упадут в обморок. Вторая половина экипажа должна быть уложены частью тела в воде за этот час, и после моей второй волны магического пробуждения, обязана броситься на корабль и увести его в море. Как можно дальше от этого проклятого острова. Если успеете, будете спасены, если нет, ваша судьба будет ужасна... Выполняйте!!!
С последним рёвом, потому что такой крик назвать приказам язык не поворачивался, двое мужчин выскочили из воды как ошпаренные. Кажется после такого нагоняя у них силы утроились. К сожалении. Капитан, механик и офицеры так и остались лежать в сонной прострации, но на них уже не обращали внимания. На ходу распределив между собой берег на квадраты, и обозначив "первую смену", стали сносить в воду тех, кто находился ближе всего. Уж они знали прекрасно, кто конкретно понадобится для первого часа интенсивной работы. Там из этой намеченной к выносу сотни, только человек десять и пяток демонов легко управятся с запуском машин и подготовке корабля к плаванию. Всех остальных было запланировано бросить в ближайшие окрестности за поисками остальных спящих в бессознательном состоянии товарищей. Потому что ещё две сотни людей и демонов, при всём своём желании два человека не соберут. А ведь их ещё и отыскать в темноте требовалось! Не страшно для шабенов, но ведь и так магических сил у каждого было, как кот наплакал. Словно в сумраке бегали между деревьев, порой спотыкаясь о брошенное оружие и падая как слепые.
Кажется, действие амулетов не было рассчитаны на такую продолжительность воздействия. Но видимо вместе с продолжающимся вытекать потом, организм уже как-то самостоятельно избавлялся, или умудрялся сопротивляться гнетущей напасти. Да и толчок от медузы помог значительно. Бегая как заведённые, два переносчика тел, только и молились про себя, чтобы при падении не сломать себе ногу или руку. Иначе в том месте и умерли бы от отчаяния.
Если можно так сказать, то удача им сопутствовала. Правда первый всплеск магической силы из глубин они пропустили, как раз находясь в лесу и вскидывая на плечи очередные тела. Зато вернулись к пляжу как раз вовремя: сотня людей и демонов с немым ужасом поднимались на ноги, сбрасывая с себя сон и оцепенение. Тут уже на минуты две отвлёкся от переноски тел Крайзи. Усиленным магией голосом, он с истерическими от строгости интонациями указал кому, куда бежать и чем заниматься.
После чего механики с капитаном, на всё ещё непослушных ногах поплелись на корабль; все остальные, набирая скорость, поспешили в лес, разыскивать своих умирающих товарищей.
И когда уже практически все отысканные тела оказались по пояс погружены в воды лагуны, опять в головах Лейта и Крайзи послышался голос Лунной госпожи:
- Отмеченные! - так вот теперь они кто такие! - Где трияса и Загребной?
- Их нигде нет! - прохрипел барон. А учёный добавил:
- Они собирались прогуляться на противоположный берег острова...
- Нет, они где-то поблизости, и их чувствую... Ищите! У вас ещё десять минут!
Глядя на посветлевшее небо на востоке, Вишу поспешно огласил об услышанном от медузы приказе, отправляя товарищей в последний поиск:
- У вас только пять минут, если упадёте и не успеете сами взбежать на корабль, вы погибнете. Поэтому только последний осмотр и обратно! - после чего повернулся к полусогнувшемуся от усталости барону. - А мы куда? Может ещё раз к замку?
- Я ведь тебя и мэтра оттуда приволок, нет там больше никого!
- И всё же?
- Э-эх..., ладно, побежали!
Уже поднимаясь на скальный рукав они видели, как из под деревьев вернулись отправленные на поиск товарищи. Они вынесли ещё одно тело, быстро уложили его в воду и чуть не проламывая мостки поспешили на корабль. Парочка потеряла сознание только ступив на палубу. Потом опять из глубин полыхнуло розовым, волшебным светом и все остальные, лежащие в воде тела зашевелились и стали подниматься. Им с борта неслись команды и объяснения от капитана. Потом он замолк и упал, а взамен его продолжил кричать полковник экипированных демонов. Потом и он свалился, но вставшие из воды уже всё поняли и вереницей потянулись к мосткам.
Видя всё это как на ладони, пара мужчин перешла на шаг, подходя к замку.
- Не хватает сил у медузы, - досадовал барон, - Получается, что наши амулеты - и то лучше.
- Ох...! Амулеты лечат только нас, а она - целые толпы..., - прошипел Вишу. - Ну, и где ты нас отыскал?
- Вот здесь..., а вот там..., - голос у барона сорвался от волнения. Он заметил то, чего здесь раньше не было: тело демонесы, на котором ногами лежало мужское тело. Недоверчиво сделал несколько шагов вперёд и прошептал: - Неужели они? А что если умерли?
- Не говори глупостей! - уже суетился Крайзи, возле тел. - Иначе бы их Лунная не почувствовала. - Не стой! А то корабль сейчас уйдёт в море без нас! Тебе опять повезло, самую ценную тяжесть нести! Графиню ты всё равно не ухватишь...
- Тогда хоть помоги на плечи вскинуть!
В самом деле, отец императоров весил вдвое больше чем хрупкая трияса демонического мира.
Глава двадцать седьмая
ПОХМЕЛЬЕ ПОСЛЕ ЭЙФОРИИ
Хорошо, что с борта заметили две фигуры, согнувшиеся под тяжестью владельцев крейсера, и бросились им на помощь. По этой причине отправление корабля задержалось на пяток минут, но зато воодушевление от всеобщего спасения было так велико, что вторая "ожившая" смена успела увести "Лунный" достаточно далеко от острова и там даже поставить его на якорь. Только потом последние, почитай уже лишние полчаса, а то и больше продержавшиеся на ногах моряки, попадали там, где стояли. После этого по палубе, стараясь навести порядок среди лежащих товарищей, опять долгое время бродило только две фигуры.
- Мне казалось, умру ещё до мостков, - ворчал учёный. - А смотри-ка, до сих пор двигаюсь...
- А мне не казалось, - постанывал от боли во всех суставах барон. - Я точно знаю, что умер ещё на полпути к мосткам.
- Тогда кто это со мной разговаривает?
- Понятия не имею...
- Ну с тобой всё понятно. Умер, так умер..., - хихикнул Крайзи. - Надо будет тебя в лабораторию забрать и исследовать: никогда ещё зомби в таком отличном состоянии не попадались. Ха-ха!..
- Смейся, смейся... Зомби не злопамятные, они просто всегда голодные...
- А вот почему никто больше из тех, кто успел проглотить то же самое средство что и мы, на ногах не остался? - Вишу и в самом деле успел выкрикнуть условия некоей панацеи, и сейчас страшно удивлялся отсутствию положительных результатов. Как минимум пять человек заявили перед обмороком, что они амулет употребили по назначению. - Неужели не подействовало?
Лейт замер возле надстройки, охватился за поручень трапа рукой, а второй потёр слипающиеся глаза. Похоже, это усилило его умственную деятельность, потому как ответ оказался наиболее логичным:
- Следовало употребить панацею тем, кто меньше всего ночевал на берегу. Например, твоим помощникам. Я ведь даже Герберту не дал, а тебя глотать заставил...
- Верно! Не сообразил...
Но зато теперь барон, стал задавать вопросы:
- Слушай, а вдруг они так и не очнутся, а медуза больше так и не появится?
- Ох! Не трави душу!
- А что с Загребным? Что с Люссией? Они лежат и даже не шевелятся. Ведь под волну магии из воды не попали, не успели.
Оба подошли к тому месту, где так и лежали принесённые владельцы крейсера на вынесенных из кают матрасах. Опустившийся на колени Крайзи провёл очередной осмотр тел, но только и смог констатировать, что те живы.
- Сил не хватает для осмотра..., Раздери тёмные демоны этот проклятый остров! Надо бы их в тень передвинуть, а? - он оглянулся на Лейта, но только и успел заметить, как тот обессилено сваливается в обморок. - М-да!.. И герои не выдерживают... А что же меня так выкручивает? Только солнечного удара мне не хватало!
Попытался встать на ноги, но свет померк перед глазами. Так и завалился между тел иномирца и демонесы.
Но как это ни странно, очнулся он тоже первым. Причинами для возвращения в сознание послужила зудящая от загара кожа на оголённом торсе, да пульсирующее в мозгу слово "Очнитесь!". Но что обрадовало больше всего, так это довольно чёткое, видимое в реальном свете, осознание окружающей действительности. Исчезли благодушие, умиление, восхищение всем подряд, которые присутствовали ещё утром, невзирая на изуверский труд и действующий амулет отрезвления. Теперь окружающий вид, и голые, извалянные в пыли и грязи тела, казались филиалом какого-то ада.
Вернувшиеся воспоминания о случившемся, тут же заставили осмотреть лежащих рядом Семёна и Люссию, а также проинспектировать собственное состояние. Личная магия почти вернулась в тело, восстановившись наполовину, поэтому и тела "пациентов" удалось рассмотреть без труда. Нельзя было сказать об их отменном здоровье: исхудавшие, исцарапанные, с ссадинами и синяками на телах, они казались только что выпавшими из жестокой драки. Глубокий сон, тоже не являлся оздоровительным, скорей смахивал на состояние комы.
Слово так и звучало в голове, приказывая очнуться, и некие знакомые интонации в нём, позволили догадаться, кто это тут пытается командовать. Так и не вставая с колен, Вишу попытался сконцентрироваться и мысленно воскликнуть в ответ:
"Да очнулся я!"
И тот час схватился за голову от разрывающего мозги возмущения:
"Отмеченный! Так чего ты там копаешься?! Подойди к воде!"
Пытаясь вскочить на подрагивающие ноги, учёный взмолился:
"Госпожа! Не так громко, умоляю! Иначе у меня мозг сейчас лопнет!"
Боль в голове сразу стихла и сменилась блаженной прохладой. Опасаясь, как бы медуза вообще не заморозила ему сознание, Крайзи доковылял к борту, интуитивно догадавшись, с какой стороны находится спасительница. Прекрасное создание лежало на небольшой глубине вытянувшись горизонтально, и расправив все свои вуали. Где у неё глаза и как она видит, догадываться было бесполезно, но человека заметила сразу и уже спокойным тоном вломилась в сознание восприятия:
"Где второй отмеченный? ...Можешь отвечать мне вслух, а то мысленно у тебя не получается..."
- Он ещё не очнулся... Остальные тоже...
"В каком состоянии Загребной и трияса?"
- Подозреваю, что в глубокой коме. Слишком обессилены.
"Вскоре начнут просыпаться все остальные, но вот триясу и иномирца надо немедленно обвязать верёвками и спустить в воду по грудь. Буди своего напарника и за дело!"
Переспрашивать или что-то уточнять было глупо, поэтому Вишу, чувствуя заметное улучшение своего физического состояния, поспешил к барону:
- Лейт! Просыпайся! Эй! Ну конечно, разлёгся тут в тенёчке, пока я ожог получал. Пошевеливайся! У нас новое задание от Лунной госпожи.
Барон раскрыл глаза и с мученическим видом пробормотал:
- Опять кого-то носить?
- Нет, лишь сбросить за борт. Только верёвки привяжем.
- А? - глаза Лейта расширились в непонимании, но в следующий момент он вскочил как ужаленный, придерживаясь руками за голову и восклицая: - Да встал я уже, встал!
Медуза, похоже, и в самом деле очень спешила, если наградила помеченного ею человека таким целенаправленным импульсом. Дальше соратники действовали слажено и без лишнего слова. Не надеясь на свои измученные связки, развернули кран-балку, подвязали означенные к купанию тела под мышками, и вполне аккуратно, не швыряя в воду прямо с борта, опустили вниз.
"Оставьте их так! - последовали очередные распоряжение от древнейшего создания Изнанки. - А теперь как можно скорей будите всех остальных! Пусть становятся у борта и начинают петь мой любимый гимн!"
Сознание Семёна заработало ещё до того, как очнулось его тело, и он стал ощущать собственные конечности. Вначале он расслышал некие прикосновения, наподобие лёгких материнских шлепков:
"Давай, давай, возвращайся из своего отпуска!"
И этих слов оказалось достаточно, чтобы резко вспомнить всё. Проклятый остров, под неправильным названием Сказка, изнурительный бег с телом любимой на руках, и умирание на пороге их первого, собственного замка. Глаза, вроде как, оставаясь открытыми, ничего не позволяли рассмотреть, кроме дивной, серебристой позёмки, струящейся в густой, переливчатой синеве.
"Где я? - родились первые слова, облёкшиеся в мысль. - Что с Люссией?"
"С ней всё в порядке, она рядом с тобой и скоро вы проснётесь..."
"Госпожа Лунная?! Это ты?
"Ты не узнаешь мой голос?"
"Узнал! Спасибо что помогла!.."
Оттенок милого смеха, приятно освежил сознание:
"Всегда, пожалуйста! И это ещё вам повезло остановиться на первом острове. Заплыви вы дальше, никто бы вам уже не помог. Там моя магия практически бессильна... И потом, тебе не только меня надо благодарить. Созданная тобой команда, воистину уникальна, не стоит разбрасываться такими помощниками. А некоторые герои, так вообще меня поразили. Ко всему прочему, первый твой спаситель - это Асма."
"Каким таким боком?" - поразился Загребной.
"Это именно он убедил меня отправиться на твоё спасение".
"Как убедил?! Он же за тобой охотился?! Пытался тебя убить! Травил акулами!"
"Это мы и в самом деле так играем. Когда-то я совершила ошибку, разрешив своему воспитаннику совершенствоваться в плане нападения. Вот с тех пор так и тянется..."
Землянин от некоторого шока соображал всё меньше и меньше:
"Так это твой воспитанник?!"
"Да, мне его передали в обучение и на воспитание, когда он был ещё маленьким мальчиком".
"Кто передал?"
"Создатели этого мира. Перед своим окончательным исчезновением..."
"То есть это они создали Асму?"
"Не знаю, и сразу отвечу на твой следующий вопрос: меня они тоже не создавали. Сюда я попала случайно, из иной Вселенной..."
"Вот как оно... Но ведь телесный демон тебя ненавидит?"
Создалось впечатление, что медуза вздохнула с печалью и ностальгией:
"Бедный мальчик... Он ведь такой одинокий!.. А раньше он во мне души не чаял и называл мамой... Ох! Это он в последнее время так разбаловался, и особенно злится, когда я его называю Малышом и ругаю за его шалости..."
Подобные сведения следовало вначале как-то переварить, уложить в сознании, чтобы они там пообвыкли. Но всё равно, вообразить обращение "Малыш" к огромному, пятиметровому телесному демону, оказалось невероятно сложно. Даже на смех пробило, когда землянин представил такое свой панибратское обращение к союзнику.
Неспешная вроде как беседа располагала к разговору на любые темы, можно было задавать любые вопросы. Даже второго плана, незначительные. Например, о вкусах в питании и предпочтениях во время сна. Да только Семён прекрасно знал, как порой быстро пролетают минуты и как потом жалко, что не спросил о самом главном.
Важные сведения следовало выяснять в первую очередь:
"А кто такой Сапфирное Сияние?"
"Никогда не могла разобраться в этом толком. Знаю только, что он очень опасен, коварен и подлый обманщик. Вполне верю тому, что твердит Асма: бестелесный демон Сапфира хочет уничтожить всех людей на континенте, а потом и демонов умертвить или изгнать в море, да на далекие континенты. Но вряд ли кто из демонов прорвётся к новым землям, все они окружены подобными островами, а что там на них, даже я не знаю..."
"Так вдруг там до сих пор живут создатели этого мира?!"
"Может быть, не знаю..."
"Так как хочет Сапфирное Сияние уничтожить людей?"
"Тоже затрудняюсь ответить, мне недоступно наблюдение за материком. Спрашивай у Асмы. Он меня только и уговорил, что отправиться за тобой. Ещё он говорил, что на материке начинается страшная война и только в твоих силах её остановить..."
От такого известия, страх и ужас так пронзил всё естество Загребного, что он в момент почувствовал и своё тело, и свои конечности, и воду вокруг и верёвку под мышками. Расслышал и мощное хоровое пение, а раскрыв глаза и повернув голову, увидел почти весь свой экипаж, который в голом, затрапезном виде толпился у борта и пел. Причём пели люди и демоны с таким пафосом, гордостью и чувством, что казалось, они выступают с исполнением гимна мокрастых в присутствии всех князей, султанов, ханов, королей и императоров континента.
В иной момент, Семён бы и сам залюбовался и заслушался, но с другой стороны своего тела ощутил слабое прикосновение ладошки, и резко развернувшись, всмотрелся в открытые глаза любимой демонесы:
- Ты как?
- Уже хорошо, - прошептала та. - Уже всё хорошо...
- Да не всё! - уже успокоившись по поводу Люссии, он перешёл на внутренний диалог с медузой: - "Как долго ты будешь с нами?"
"Совсем чуть-чуть, мне надо спешить к рифам, силы мои тают на ограждение твоего корабля пологом отчуждения..."
"Но нас опять не скрутит?"
"Успеете уйти... С вами я тоже не пойду, мне лучше напрямик, а не по найденному вами проливу. Да и тебе следует торопиться из-за войны..."
"Кто и с кем собирается воевать?"
"Пройдёшь рифовый барьер, сразу свяжись а Асмой, наверняка он подскажет. Тем боле что он в тебе очень заинтересован..."
"Хочет вернуться в свой мир?"
"Да. И не сердись на него, он и в самом деле добрый..., но несчастный..."
"Ох! Сейчас заплачу от жалости! - вскипел Загребной, одновременно сканируя состояние своего здоровья и здоровья демонесы. - Нам уже можно взбираться на палубу?"
"Минута осталась... Потом полог отчуждения спадёт и желательно сразу в путь".
"Пения достаточно?" - получив подтверждение Семён вскинул руку вверх, в направлении хорошо заметного капитана:
- Машины в полную готовность! Начинаем движение через полминуты!
Тем более он слышал по вибрации в воде, что машины корабля работают на холостом ходу и скорей всего и так находятся в полной готовности. Но на борту его поняли, посыпались команды, послышался вместо пения свисток боцмана.
"Мне ещё очень о многом надо с тобой поговорить! - взмолился он к Лунной госпоже. - Хотя бы полчаса!"
"Ты можешь не успеть... Я чувствую, Асма очень волнуется, ждёт тебя... Поспеши! Ваши тела отравлены, и остров может вас легко завлечь обратно. Тогда уже точно не отпустит никогда..."
"Может, договоримся о встрече в море или на каком-то конкретном месте?"
"Когда я доберусь до твоих островов-артефактов, буду ждать возле твоей башни".
"Акулы тебя не побеспокоят?"
"Нисколько. Теперь они и меня слушаются, Малыш отдал мне секреты управления... Приготовься! Полог отчуждения спадает!.."
Тотчас по сознанию ударил знакомый, но отныне жутко страшный до рвоты аромат тропических деревьев и цветов. Захотелось расслабиться и опять окунуться в волну неги, спокойствия и безразличия. А виднеющийся не так далеко остров, вдруг показался манящим, соблазнительным миражом.
Но бешенство в груди и страх за своих детей на континенте, легко сразил гипнотическое дуновение с опасного острова. Опять резко подняв руку вверх, Загребной скомандовал усиленным магией голосом:
- Полный вперёд! Курс на юго-восток! Прямо к Колючим Розам! - затем рассмотрел стоящих у борта Лейта и Крайзи и распорядился: - Поднимайте нас! Уже накупались! - А чуть позже, оказавшись на палубе, но уже скорей просительным тоном, добавил: - Не спеши, Лейт, с докладом. Давайте вначале приведём себя в порядок...
Слишком уж улыбающееся лицо барона смущало. Уж не смеётся ли он над обнажёнными владельцами крейсера? Видимо и сам, почувствовав неуместность своей радости, бравый сотник, лейтенант и наверняка будущий граф, поспешил объясниться:
- После пения, Лунная госпожа наградила нас силами шабенов! Опять мы все поднялись на пять ступенек!
Глава двадцать восьмая
НАПЕРЕГОНКИ С ИСТОРИЕЙ
Новый удар паники и досады постиг землянина, ещё на подходе корабля к полосе рифов и мелей. Только, только приведя себя в относительный порядок, он попросил проверить, что с тумблонами и как чувствует себя дрессировщица. Тяжело вздохнув, барон Лейт отчитался о главных потерях:
- Тумблоны все мертвы, Кайлу так отыскать и не удалось. Помимо неё есть ещё потери: три женщины и две демонесы. Никто о них ничего не помнит, не видел, в момент эвакуации их тела тоже отыскать не удалось. Потеряно также почти всё личное оружие, наилучшие амулеты, и масса уникальных артефактов.
Про эпопею переноса тел он уже рассказать успел, так что Загребной прекрасно понимал, насколько всё было сложно, экстренно и шатко. На чаше весов колебалась жизнь всех без исключения, так что подсчитывать подчинённых или делать перекличку в ночной суматохе было бы нереально. Тем более в те жесткие сроки, которые смогла вытянуть своими силами Лунная госпожа. Итак хорошо, что только шесть жертв пошло в уплату за чудесное спасение. Хотя и несколько настораживали потери именно среди женской части экипажа. Но тут уже наверняка разгадки этой тайны в ближайшее время так и не последует. Разве что потом, с более обширными знаниями и возросшей магической мощью следует вернуться на Сказку и искоренить, жестоко выкорчевать таящееся в ней зло.
Но потеря связи ставила крест на ознакомлении с ситуацией на материке, сразу после преодоления Кипящего моря. Оставалась ещё надежда на ракушку-артефакт и на то, что откликнувшийся сразу демон раскроет полную картину происходящих событий. Но перед тем ещё следовало выбраться на безопасные океанские просторы.
Влияние эйфории, беспечности и забвения, полностью покинуло всех без исключения, как раз перед самым ответственным участком. Так что все действовали со светлыми головами и с почти полными вернувшимися магическими силами. Не лишне было бы упомянуть и дополнительные пять уровней, которые получили все без исключения, а также то, что все простые люди и демоны стали тоже шабенами. Так что, хоть и пришлось изрядно попотеть и потрудиться, преодолели опасное место без урона для корабля и нежеланных задержек.
Но затем новые неприятности. Вначале отказался функционировать артефакт-ракушка. Вернее на вызов, как бы, абонент не отвечал. Ну тут Семён старался сильно не расстраиваться, подозревал нечто подобное изначально. А вот поплохело ему изрядно, когда в ответ на свои сжатые пакеты ментальной связи "Спешу на помощь! Что у вас там происходит?", получил совершенно неожиданные ответы: "Отдыхай спокойно! У нас всё в порядке!"
Попытался отдельно уловить эмоции дочери и каждого из сыновей. Вроде как и в самом деле ничего странного или бурного. Ворох обычных бытовых проблем, лёгкая усталость, небольшая досада, что не успевают сделать какие-то дела, да за всем этим фоном лёгкое недоумение по поводу отца. То есть если бы вот так прослушать да пообщаться в иное время, следовало бы сразу успокоиться, сбавить скорость и уже с полным спокойствием возвращаться на континент.
Но в том то и дело, что ставши уже шабеном девяносто четвёртого уровня, Загребной оставался всего в шажке от большой ментальной связи со своими родными. Он тогда бы смог переговариваться с ними мысленно с расстояния в тысячу километров. Но даже и эти неполные умения позволили ему сейчас более дотошно и более скрупулёзно разобраться в полученных сигналах. И его поразила в первую очередь однородность ответов. Слишком уже серыми, нечёткими и тусклыми показались обычно яркие разнообразные ментальные посылы со стороны каждого ребёнка.
Тогда он значительно усложнил пакеты своих отправлений. Например Алексея он с помощью ментальных образов попытался спросить: "Ты помнишь Землю?". На это пришло сообщение, расшифровывающееся как "Конечно! Не переживай!" У Виктора он спросил: "Как назвал сына?" Тот ответил примерно так: "Сюрприз! Будешь у нас в гостях, узнаешь!" А ведь младший сын ещё с детства твердил: "Вот у меня будет сын, так я обязательно назову его Сергеем!" То есть иной вариант или сюрприз исключался сразу. Ещё несуразней и не в тему отвечали Виктория и Фёдор.
И таких нюансов и неправильностей в ответах оказалось более чем достаточно. Так что встала реальная опасность того, что существующее информационное поле материка поддаётся враждебному изменению. Вплоть до того, что некий противник легко перехватывает посылы ментальной связи, расшифровывает их, и пытается отвечать давно наработанными шаблонами. При этом вуалирует их иными бытовыми помехами.
Стало страшно. Если Лунная не ошиблась, и война в самом деле вот-вот начнётся, то кто в ней замешан? Почему императоры не наведут порядок? А может они как раз и наводят, но не хотят отвлекать отца от долгожданного отдыха. И если кому-то эта война кажется преогромной, то например Фёдор со своими воздушными силами легко справится с погашением любого бунта или восстания. Именно бунта! Потому как на материке и таких государств не осталось, которые могли бы сойтись между собой в лютой сече. Даже те, которые лежат двумя разделительными полосами между империями с востока на запад, могут быть упокоены силами посторонних наёмников или рыцарями личной армии Загребного. Он сам такие варианты развития событий с детьми оговорил отдельно. Ведь правило двух границ, навязанное Сапфирным Сиянием и про которое он так и не успел у него уточнить, всё ещё было в силе.
Двое суток движения крейсера на максимальной скорости, Семён что только не перепробовал для восстановления связи и каких только себе ужасов не вообразил. А уж как он пытался опередить событие и лично быстрей добраться до материка - отдельная трагедия.
Вначале его с огромным трудом и бурными спорами удержали от вылета на Айне из расчётной точки, от которой до берега было восемь часов лёту. Ведь если ничего неизвестно, то подобный вылет будет только невероятным риском, распылением сил и бестолковой тратой времени.
Убедили. Зато чуть позже, когда до Колючих Роз осталось три часа лёту, опять еле уговорили не лететь лично на комарах, а послать вместо себя разведчиков. Ещё и оттянули время вылета на полчаса. В данном случае землянин согласился с ещё большим трудом, но зато потом отыгрался на несчастных баронах. Что Лейт, что Геберт получили такой ворох инструкций, наставлений и указаний, что согнулись только под их тяжестью. Вдобавок на них навесили две кучи артефактов, и амулетов дополнительной безопасности. Так что бравые разведчики стали похожи на новогодние елки, доверху завешанные игрушками. И улетали тяжело, стараясь не показывать своей досады и удивления.
А вот вернулся через пять часов, только один Лейт.
Дозорные как раз высматривали горную гряду, которая лежала на границе королевства Колючих Роз и княжества Хиланское, когда заметили точку комара на горизонте:
- Летят! Но..., только один...!
Ну и понятно как тревожно забились сердца, опасаясь гибели боевого товарища и печальных известий. Ведь в любом случае разведчики обязаны были возвращаться назад вместе. Еле дождались, пока барон спустится с седла и приступил к докладу:
- Ваше сиятельство! Геберт жив, отделался только лёгким сотрясением мозга и ушибами, - начал он с того, что казалось ему самым главным. - А вот на материк залететь на транспортниках нельзя. Практически сразу за линией прибоя пролегают невидимые стены, которые духов не пропускают.
- Так вы что, не снизились? - не удержалась от вопроса трияса.
- Как можно! Если бы не инструкции его сиятельства, - Лейт смотрел на владельца крейсера с уважением, доходящим до крайности. - То мы бы летели как обычно и костей не собрали. А так долетели к берегу, снизились до пяти метром на прибоем и двинулись вперёд со скоростью несильно бегущего человека. Я сзади летел, предчувствия опасности тоже не было. И тут хлоп, комар Геберта замирает на месте, а он сам кувырком, летит не прибрежные скалы. Спасли амулеты, небольшая скорость и дубовая голова, как он сам сказал после того как уселся. Но вот комар его погиб, свернул себе при ударе голову.
Хоть эти духи и обладали повышенной скоростью, но чувства идеального самосохранения и сообразительности присущие сайшьюнам не имели. Похоже, их и на глухую стену можно было бы направить с большого разгона, и они бы себе головы ломали.
- Людей на побережье не оказалось. Спросить некого. Осмотрел пустынное нагорье, оставил Геберту все боевые амулеты и обратно.
- Молодец, можно сказать с задачей справились, ну а комара..., чего уж там, нового у сына выпрошу. Полчаса тебе на отдых хватит?
- Конечно!
- Полетим с тобой на шмелях, подберём Геберта?
- Да мне и самому - раз плюнуть, ваше сиятельство!
- Ага! Представь себе, если бы Геберт сам полетел.
Пока Барон Лейт отправился чуть перекусить и отдохнуть, дозорные сообщили о показавшемся краешке континента, а Люссия, Крайзи, капитан и полковник, с прежней настойчивостью и напором опять отговорили Загребного от полёта. Да и в самом деле, что там было делать? Людей нет, телефона-автомата - тоже. А уж эвакуировать пострадавшего товарища и остальные смогут.
Наиболее веский довод привела демонеса:
- Главные ударные силы должны оставаться на флагмане.
Правильный довод, логичный. Так что довольно скоро геройский, хоть и слегка помятый барон Геберт вернулся на корабль и попал в заботливые руки целителей. И всё равно землянин не выдержал бесцельного ожидания новостей. Благо ещё шли вдоль самого берега и мотнуться к нему было делом пяти минут. Поэтому, как только достигли первого большого города, за сбором информации подалось сразу четверо. Люссия не смогла оторваться от своего любимого, Крайзи распинался о новом научном подходе к сбору информации, на у полковник экипированных воинов, утверждал что он лучше всех прикроет триясу из демонического мира.
Хорошо, что прикрывать никого не пришлось и на берег, сумели добраться по молу, вдающемуся глубоко в море. Да и сами горожане, заметив барражирующих вдоль невидимой стены шмелей и опознав знаменитого на весь континент человека, поспешили со всех ног к месту приземления. При их опросе и ответах, которые можно было называть базарным галдежом, новаторские научные методы тоже не пригодились. Да и ничего сверхординарного жители, а чуть позже и подоспевшие представители власти не сообщили. Только и знали, что двенадцать суток назад, часть гарнизона по боевой тревоге снялась с места и отправилась нагонять основное войско императора, которое двинулось на северо-восток. В остальном же в городе жизнь продолжалась, как и прежде.
Понятно, что за двенадцать дней и некоторые иные новости донеслись. Бунта в столице нет. Духи несут службу и следят за порядком - выше всяких похвал. Продовольствия предостаточно. Эпидемий и мора нет. Подавляющее количество придворных остались в дворцовом комплексе и продолжают выплясывать на балах и объедаться на банкетах. По всей длине любых границ Колючих Роз возникла невидимая стена, через которую духи не могут прорваться никоим образом. Ну и сама война, на которую повелитель Иллюзий отправился с сухопутной армией, будет вестись с Сапфирным королевством. Дескать, там как раз и окопалось неведомое пока горожанам вселенское зло. Ну и напоследок, самая неприятная новость: связь через тумблонов перестала действовать.
В этом городе всего-то и был один тумблон, через который губернатор получал приказы из столицы. Вот как только последний пришёл о срочном выходе должной части гарнизона в поход, так на следующий день телепортёр звуков и "забастовал". А может и его собрат по выводку в столице помер. Такие несчастья иногда случались.
Догоняя корабль, Семён хмурился больше чем грозовая туча, выворачивая себе мозги в попытках разгадать складывающуюся обстановку.
"Какого рожна Фёдор движется по суше сухопутной армией, собранной из всех гарнизонов? Даже после приблизительных подсчетов, армия получается очень большая. А если учитывать, что вассальные государства для подобной войны тоже предоставили по немалой армии, то несчастное Сапфирное королевство банально не прокормит своих завоевателей и нескольких дней. Или это - война образцово-показательная? Что такого мог натворить старый приятель Славентий, что на него ополчилась такая гигантская империя Иллюзий? Скорей всего и в самом деле ему хотят преподать некий урок... А может это просто учения? Эх! Если бы только не потеря связи и фальшивые пакеты эмоций в ответах детей! Кто ещё иной мог проникнуть в единую матрицу эфирного пространства и устроить такие перехваты с глушением? Тут явно не обошлось без Сапфирного Сияния! Да и Асма, несмотря на сравнительное ручательство в его доброте со стороны Лунной, выглядит более чем подозрительно!.."
На крейсере Крайзи вплотную взялся за мэтра Морью, настаивая на скорейшем проведении определённых опытов с артефактом "абажур". Другого названия пока ему не придумали. От художника требовалось доказать или опровергнуть главные предположения в том, что перед исследователями просто некое произведение искусства. И его знание в области создания живых красок, весьма и весьма пригодились. Не стоило уже и упоминать, что нежданное прибавление в магической силе сразу на пять уровней, закинуло Стаса на седьмое небо от счастья. Теперь он готов был возиться с созданием волшебных красот сутками, без перерыва на сон и отдых.
Ну а владелец корабля на полные сутки погрузился в нетерпеливое ожидание следующего вылета. Решено было залететь в Вонкур, находящийся на восточной оконечности Колючих Роз. Уж там-то в любом случае новости будут более свежими, полными и достоверными. Также регулярно проводились попытки уловить от детей верные отголоски самых основных эмоций. Но увы! Всё тот же серый фон, словно сделанных под копирку ответов.
Понятно, что за эти сутки, да и в последовавшие за ними, никто не бездействовал. Создавались пирамидки защиты очага, делались более энергонасыщенные амулеты, подбиралось новые доспехи и новое оружие взамен утерянных. Из эфирных слоёв доставались ингредиенты для нового типа взрывчатки, который разработал Вишу Крайзи. Было создано с десяток коконов из специального полотна с начёсом, которое могло делать демонов невидимыми для шабенов обеих ипостасей. Шабены изучали поспешно свои новые способности и пытались управлять гораздо большими силами во время учебных поединков. Не забывалась и ежедневная войсковая муштра.
Как это ни было печально, но в Вонкуре, тоже ничего о намерениях императора Иллюзий, и о причинах войны со Славентием Пятым не знали. Только и подтвердили, что султанат Бракахан, причём люди и демоны, тоже отправили своё войско на воссоединение с армией повелителя. Да огорчили подтверждением, что телепортационная связь посредством тумблонов не действует на всём континенте.
Ещё большие переживания навалились на Семёна с новой силой.
По его приказу из машин выжимали максимум мощности. И вряд ли они бы выдержали подобную нагрузку, если бы не созданы были из почти вечного, двустороннего металла обеих ипостасей.
И ещё через сутки, состоялась ключевая встреча в открытом море. Перед самым обедом, когда уже все офицеры стали собираться в кают-компании, вахтенный у радара доложил по голосовому трубопроводу:
- Перпендикулярно нашему курсу, с правого борта движется огромный подводный объект! Один! Приблизительно время наложения траекторий движения - одиннадцать минут.
После чего командование устремилось на капитанский мостик. Понятно было, что если Лунная осталась далеко в тылах, то с её малой скоростью она никак не могла обогнать крейсер. Значит единственным умельцем поплавать под водой, оставался наибольший телесный демон планеты. В свете последних событий, и того, что поведала о нём медуза, эта встреча могла оказаться решающей в определении: друг он, или враг. Так что на всякий случай всё оружие было приведено в состояние боевой готовности.
В самом беле, наперерез, меняя курс на касательный, стала всплывать хорошо уже знакомая Тортилла, с восседающем у неё на панцире Асмой. Совершенно сухой, и как всегда с радостной улыбкой на лице, он заорал ещё с расстояние двухсот метров:
- О-о-о! Союзник! Рад приветствовать тебя и Триясу! Куда так спешишь? Уж не на войну ли?
Чуть раньше, Загребной подал команду "Средний ход!", выравнивая скорость с черепахой, а затем и переговоры начал:
- И мы тебя приветствуем! Но вот раньше ты мою супругу настолько не выделял при встречах...
- Ха! Так я раньше и не верил, что она станет Триясой! - непонятно чему обрадовался владыка морей и монстров. - Зато теперь просто обязан с ней считаться. - И вновь перешёл к прежней теме: - Так что с войной? Готов?
- А вот по поводу войны - это к тебе вопрос. Мы-то странники мирные, возвращаемся из отпуска, никого не трогаем и ничего не знаем...
Демон на это беззлобно рассмеялся:
- Знаю я про ваш отпуск, мне Лунная послание с дельфинами послала. Не повезло вам с отдыхом, м-да... И от всей души соболезную напрасным жертвам. Но ведь послушай ты меня, во время последнего разговора, все бы остались живы, ты бы так не рисковал своей шкурой, и к данному времени утихомирил бы бурю на континенте.
- А почему ты в последние дни мне не отвечал?
Прежде чем ответить, демон-переросток создал тоннель из полога тишины, скрывая ведущийся разговор от экипажа крейсера и военного десанта. Теперь переговоры велись лишь между ним, и командованием, находящимся в капитанской рубке:
- Стыдно признаться, но у меня выкрали парную с тобой раковину, когда я отдыхал в Южном форте. Представляешь такое?! У меня, владыки всего подводного мира, какая-то пресноводная морена умыкнула артефакт связи с мои союзником! Уф! Придётся всех подобных тварей уничтожить...! Но зато я сразу понял, что дела твои плохи окончательно и не пожалел, что разбудил эту старую мочалку и отправил спасать твою задницу.
- Спасибо. Мы ценим подобную помощь! - довольно сдержанно поблагодарил Загребной. - Но ведь не за праздной благодарностью, ты спешил мне навстречу? Да ещё и без своих адмиралов?
- Адмиралы нас ожидают возле архипелага островов-артефактов. Но в остальном ты прав, именно сейчас, а вернее, и послезавтра тоже - решается всё.
Довольно сознательно Тортилла подплыла совсем близко к кораблю, и её панцирь с изумительным узором хорошо рассматривался всего в десяти метрах от борта. Это также свидетельствовало в том, что морской наездник вполне доверяет своему союзники и не опасается коварной атаки. А может и опасается? Просто умело скрывает свои страхи?
Но тема, им затронутая и тон, только добавили Семёну неприятных ощущений. Так и чувствовалось, что готовящиеся новости не сулят ничего хорошего:
- Двояко выражаешься, - укорил землянин владыку морского. - Так сейчас, или послезавтра?
- От тебя всё зависит, - демон перешёл на дружеский, доверительный тон. - Если я тебе сейчас окончательно поверю, значит, поведаю, как уничтожить Сапфирное Сияние. Если же ты попытаешься меня обмануть, твоим детям тоже не жить. Да пожалуй, и людям всего континента...
В тот момент отцу императоров хотелось растереть этого добродушного на вид переростка в порошок. Настолько его возмутила ведущаяся торговля. Тут скорей всего и в самом деле грозит беда его детям, а это чудовище тянет время и не выкладывает сразу все подробности.
"Поджарить бы его на костре, - появилась кровожадная мысль. - Он бы тогда всё живо рассказал!"